ГлавнаяНовостиЛичная страницаВопрос-ответ Поиск
ТЕКСТЫ
941

Никто не узнает

Дата публикации: 14.12.2013
Дата последнего изменения: 14.12.2013
Автор (переводчик): Hank Stamper;
Пейринг: Дженсен / Джаред;
Жанры: АУ; кинк; ООС; ПВП; романс;
Статус: завершен
Рейтинг: NC-17
Размер: мини
Примечания: Смертная казнь заменена на каторгу, потому что исторически так оно и было. Время - примерно 30-е годы 20 века.
Саммари: Фик, вдохновлённый заявкой: "Техас, времена, когда смертная казнь за гомосексуальные отношения в этом штате еще была. Джаред работает в конюшне и совершенно случайно становится свидетелем, как Дженсен (он владелец поместья или сын владельца - неважно) натягивает на сеновале какого-нить ОМП. Джаред идёт к Дженсену и начинает угрожать, что расскажет об этом. Дженсен порет его, пытается заставить молчать. Джаред не унимается, всячески упирается и продолжает угрожать. Он сам не понимает еще, чего он на самом деле хочет от Дженсена, подростковый максимализм из всех щелей, стыдные (и смертельно опасные - смертная казнь же) желания, попытки заглушить это в себе. Отчаянные меры воздействия со стороны Дженсена. Постепенно до него допирает, что Джаред не просто так прицепился".

В то лето жара стояла несусветная. Чадила сухая трава прерий, мелели ручьи, скот не добирал в весе, молодняк накрывал мор. Густая шерсть породистых овец редела, кожа шла струпьями. Проклятие это было, а не лето, и Джаред это чувствовал в полной мере.
Он почти год работал на ранчо Эклз, у старого Алана. Помогал с лошадьми, овцами, добросовестно отрабатывал долг отца перед мистером Эклзом. Отец был управляющим на ранчо много лет, год назад почувствовал, что сдаёт, а старый мистер Эклз был слишком неприспособлен к жизни, чтобы вести дела. Вот отец Джареда и предложил ему сына в отплату за доброе отношение - поначалу на чёрную работу, чтобы понюхал, каково это, а потом можно и повыше, в управляющие. Когда подрастёт чуток да перестанет дурить.
Джареду сравнялось девятнадцать в июле, но в облаках он витал, как дитя. Непрактичный, рассеянный, мечтательный… Таскает, бывало, тюки сена, а сам в уме стихи складывает. Или поёт чушь всякую. Из такого работник выходил не ахти, но куда его пристроишь ещё.
Вот и путался он под ногами - придёт с учёбы из воскресной школы и сидит на заднем дворе, смолит самокрутку, в шляпе своей потрёпанной и джинсах, затёртых до белизны. А потом словно нехотя идёт готовить лошадей к вечернему выпасу, видно, что о своём думает.
- В город ему надо, - говорил старый Эклз отцу Джареда. - Учиться.
- Ничего, - отец махал рукой, мысленно подсчитывал, сколько на эту учёбу денег уйдёт и качал головой. - Тут пусть учится, много ума не надо, чтобы цифры складывать, да овец считать.
Джареда ждало будущее управляющего ранчо, но ему, собственно говоря, было всё равно. Жил себе, мечтал, жалел, что не может поехать учиться в большой город, но тут же решал, что ему и тут неплохо.
А потом вдруг всё изменилось, когда из города на лето приехал молодой мистер Эклз.
Дженсен.
Джаред его почти не помнил. Так, какие-то смутные воспоминания в голове болтались обрывками - улыбка белозубая, веснушки на щеках, непослушные русые вихры. Они тогда ещё оба мальчишками были - Дженсен на четыре года старше - играли вместе, пока Дженсена в город не увезли. Миссис Эклз не особенно с мужем ладила, считала, что их сын достоин большего, чем всю жизнь навозом дышать. Молодой мистер Эклз вырос настоящим джентльменом, за версту видать. Джаред даже подходить к нему побоялся - издалека смотрел, как он выходит из своего открытого “паккарда”, подаёт руку матери. Донна Эклз в своём лёгком цветастом платье и большой соломенной шляпе выглядела как девчонка. А молодой мистер Эклз раздался в плечах, перерос мать на целую голову и был одет как щёголь - в брюки со стрелками и рубашку цвета топлёного молока. Джаред даже удивился: ни следа того мальчишки не осталось, словно стёрли бесследно, а его место занял молодой мужчина с надменным выражением красивого лица. Разве что, может, веснушки никуда не делись, но разве отсюда разглядишь…
Вот так вышло, что Дженсен Эклз остался на ранчо. Зачем приехал - непонятно, толку от него никакого не было, спал до полудня, пил до полуночи, верхом катался и на своём “паккарде” по окрестным забегаловкам ездил. Джаред с ним старался не пересекаться, что было легко, потому что Дженсен вообще ни на кого внимания не обращал. И, кажется, Джареда даже не узнал.
А в субботу, когда жарища стояла жуткая, все уехали в город на ярмарку, и Джаред остался на ранчо вроде как за старшего.
До вечера он носа не показывал из своей комнаты в пристройке к хозяйскому дому, только рано утром напоил лошадей и овец и задал корм курам. Дженсен с утра уехал в город, один, и Джаред, честно говоря, не ждал его возвращения. Поужинал вместе с кухаркой Селестой, вышел во двор покурить, но не успел свернуть самокрутку, как услышал шум мотора “паккарда”, въезжающего во двор, а потом и свет фар увидел.
И голоса.
Говорили двое - пьяно, весело. Молодой мистер Эклз и кто-то ещё - тоже, судя по голосу, юнец совсем. Джаред осторожно выглянул из-за угла - Дженсен в светлом костюме стоял рядом с парнем в ковбойской рубашке и джинсах и что-то шептал ему на ухо, слишком близко наклонившись, даже неприлично. Джаред затаил дыхание отчего-то, попытался слиться со стеной. Парень в рубашке в ответ всем телом потёрся о Дженсена, засмеялся пьяно, откинув голову, и Дженсен вроде бы поцеловал его в шею. Джаред остолбенел.
Нет, он, конечно, слышал, что такие мужчины бывают. И знал, что с ними случается, если их ловят за подобные преступления. Это мало того что грех страшный, так ещё и на каторгу за это угодить можно, а что там с такими мужчинами делают, Джаред даже представить не мог.
Он беспомощно смотрел, как молодой мистер Эклз и парень в рубашке идут к амбару рука об руку, словно молодожёны, и в груди вскипало странное чувство - смесь брезгливости, возбуждения, интереса и почему-то - обиды. Как будто у него разрешения забыли спросить, как будто он тут пустое место. Бред, конечно, полный, но...
Джаред прокрался к щелястым дверям амбара, выглянул из-за створки. Ночь была душной и светлой из-за луны, голубые лучи проникали сквозь узкие окна под стрехой, ложились ровными полосами на устланный сеном пол. Дженсен и парень в ковбойке упоённо целовались, лёжа в груде мягкой соломы, рубашки на Дженсене уже не было, а джинсы парня были расстёгнуты, и рука молодого мистера Эклза вовсю орудовала внутри. Оба были пьяные и возбуждённые, и Джаред почувствовал, как его накрывает душной волной стыда и… жара.
Это что же это… Как же это… Он что - такой же, как они?!
Нет. Нет, ни за что. Джареду нравятся девушки… наверное. Он в воскресной школе к одной барышне присматривался, она его ещё на танцы звала. Симпатичная, тёмненькая, с большой пышной грудью. Джаред закрыл глаза, сглотнул и попытался представить, как трахает Эвелин на кипе сена в амбаре - мягкое, податливое тело, от которого пахнет духами, а не дурной выпивкой. По крайней мере стояк можно оправдать, всё честь по чести.
А потом раздался бесстыдный хриплый стон, и Джаред распахнул глаза. И замер.
Абсолютно голый Дженсен Эклз размашисто трахал стоящего на четвереньках парня, придерживая за упругий белый зад, и на лицах обоих было написано такое блаженство, что Джаред задохнулся от переизбытка эмоций. Он не знал, чего в нём больше - брезгливости и злости или внезапного возбуждения, что заставляет его смотреть, не сводя глаз, как шлёпает по животу налитый кровью член парня, когда он приподнимается на коленях и выгибает спину, позволяя Дженсену ласкать себя. Джаред чувствовал, как болезненный узел набухает в штанах, как дрожь проходит по спине от шеи до копчика, как пересыхает во рту, и не мог отвести взгляд ни на мгновение.
А потом рука Дженсена легла на стоящий торчком член парня, бёдра задвигались ещё быстрее вместе с движениями ладони, и парень издал хриплый крик, запрокинув голову, а из его члена выплеснулась длинная белая струя. Дженсен уронил голову, впился зубами в его плечо и глухо застонал.
И Джаред внезапно почувствовал, что у него в штанах тоже стало влажно.
Господи. Нет!
Он отскочил назад, зацепив створку ворот, она жалобно скрипнула, и Дженсен поднял голову, глядя в проём. Джаред нырнул в тень, прижимая руку к паху и задыхаясь от ужаса. Несмотря на духоту, ему было холодно, аж трясло, и запах собственного семени, острый и вязкий, вызывал дурноту. Он плохо понимал, что только что произошло, но реакция его тела пугала до дрожи.
Он же не из… этих.
В амбаре раздались негромкие голоса, и Джаред спрятался за угол. Дождался, пока Дженсен и его любовник выйдут, проследил, как они садятся в “паккард”, и, пошатываясь, зашёл в амбар.
Здесь остро пахло сеном, густым запахом возбуждённых тел, потом и спермой. Джаред подошёл к разворошенной куче сена - среди стеблей что-то белело. Он нагнулся и подцепил носовой платок, белоснежный, как облако, влажный и пахнущий семенем.
В углу платка темнела монограмма Дж.Э. - и Джаред закрыл глаза, пытаясь справиться с нахлынувшими чувствами, которых было так много, что разобраться в них сходу было просто невозможно.

***

Эта клятая жара была сущим наказанием - никакого спасения, разве что в обмелевшую речку упасть и зарыться в прохладный ил. Дома находиться не было никакой возможности, на улице - тем более, но Дженсен решил, что валяться в спальне, курить и разглядывать потолок ему надоело хуже горькой редьки. Вчерашняя ночь была приятной, мальчишка доставил ему массу удовольствия, и вообще - хотелось поскорее вернуться в город, к привычной жизни и наслаждениям, а не торчать тут, посреди дымной прерии. Но он обещал отцу, что проведет с ним месяц на ранчо, и сбежать совесть не позволяла.
Что ж, придётся как-то развлекаться здесь.
Дженсен докурил, натянул холщовые штаны и лёгкую рубашку, сунул ноги в тряпичные туфли и вышел из дома. В дальнем углу, у водокачки, возился парень, с которым Дженсен вроде бы даже был знаком, ещё с детства, но, хоть убей, имя забыл напрочь. Джастин? Джеральд?
Ну ладно, хоть одна живая душа в этом жарком аду.
Дженсен подошёл ближе, закусил травинку, улыбнулся, смерив взглядом сильную спину, обтянутую мокрой от пота майкой, и позвал:
- Эй, приятель!
Парень подскочил на месте, чуть не выронил ведро, круто обернулся и вдруг покраснел так, что куда там мексиканскому перчику. Дженсен сразу же отметил его невероятную привлекательность - острые черты лица, чуть раскосые глаза, длинные взлохмаченные волосы, загорела кожа, тело - закачаешься. Отметил и попытался забыть: слишком опасно. К сожалению, член так не считал - дёрнулся в штанах, привстал.
- Ну-ка, тихо, - негромко одёрнул его Дженсен, и парень смешно хлопнул глазами.
- Чт… что?
- Я не тебе, - усмехнулся Дженсен.
Парень покраснел ещё гуще, отвёл глаза.
- Тебя Джеральд зовут?
- Джаред, - тихо отозвался он.
- А-а, точно. - Дженсен улыбнулся. - Что-то я тебя тут редко вижу. Прячешься?
- Нет…
- Мы же с тобой в детстве друзьями вроде как были.
- Ага.
- Может, продолжим? - Дженсен откровенно развлекался, наслаждался этом диким смущением. - Выпьем чего-нибудь? Пошли?
Джаред замотал головой.
- Мне работать надо.
- Вечером поработаешь.
- Не могу.
- Хорошо, - сдался Дженсен. Прикинул кое-что и взялся за пуговицы рубашки. - Тогда помоги мне.
Джаред во все глаза смотрел, как Дженсен стягивает с себя рубашку, снимает брюки и перекидывает их через изгородь. На лице Джареда появилось такое затравленное выражение, что Дженсен чуть не рассмеялся в голос.
- Ты чего? - поинтересовался он, выпрямляясь. Из одежды на нём оставались только трусы, а в трусах - неуместное оживление. - Я вообще-то хотел тебя попросить меня водой окатить, потому что сдохнуть можно, как тут жарко.
Джаред смешно приоткрыл рот, залился краской.
- Давай, - подбодрил Дженсен. - В ведро набери, я потерплю.
Повернулся спиной к Джареду, чувствуя его странный напряжённый взгляд. А потом загромыхало ведро, зазвенела струя воды, ударяясь о его стенки, и на Дженсена обрушился ледяной водопад. Дженсен заорал от восторга, запрыгал на месте, ёжась, махнул рукой: давай ещё. Джаред окатил его снова - от души, прямо промеж лопаток плеснул. Дженсен отфыркнулся, отряхнулся мелко, протянул руку за спину:
- Дай мою рубашку, вытрусь.
Вместо этого в руку легло что-то маленькое, почти невесомое. Дженсен уставился на знакомый предмет, медленно обернулся и встретил взгляд Джареда - тёмный, злой почему-то и полный стыда.
Дженсен понял, что вот сейчас начнётся. Его охватило разочарование, под ложечкой неприятно засосало. Джаред смотрел на него и не решался начать разговор, поэтому пришлось ему немного помочь.
- Чего ты хочешь? - спокойно спросил Дженсен, комкая носовой платок в руке. - Денег?
Джаред медленно помотал головой.
- А чего тогда? Слушай, то, что ты видел…
- Мне приснилось? - усмехнулся Джаред.
- Нет.
- Ты его трахал в задницу. Того парня.
- Спасибо за уточнение.
- Не за что.
Джаред отвёл глаза. На его высоких точёных скулах полыхал румянец. Он кипел праведным гневом.
- Что ты хочешь за молчание?
- Так боишься за свою шкуру? - хрипло спросил Джаред.
- Да, - честно признался Дженсен. - Если меня угораздило таким родиться, то лишних проблем мне не нужно.
Джаред взглянул на его сумрачно. Его глаза отблёскивали жёлтым. От жары над верхней губой выступили мелкие капельки пота, и Дженсен невольно залюбовался. Стоял перед этим парнишкой неотёсанным, но вместо стыда и страха чувствовал возбуждение.
- Мне ничего не надо, - вдруг сказал Джаред.
- Как это? - Дженсен даже растерялся слегка, отрезвел.
- А вот так, - Джаред быстро отвёл глаза, ссутулился и зашагал прочь, пнув по дороге пустое ведро. Дженсен изумлённо смотрел ему вслед. Его медленно захлёстывало раздражение, больше похожее на настоящую злость. Какого, собственно, чёрта этот парень лезет не в своё дело? Конечно, страсть Дженсена к мужчинам - штука опасная своими последствиями, но он же как-то дожил до двадцати трёх лет, ни разу не допустив осечки. И какой-то там Джаред с фамилией, которую Дженсен в упор не помнил, должен всё разрушить?
Хрен там.
Дженсен, кипя от злости, направился к себе в комнату - ему срочно нужно было освежиться глотком виски и подумать, что делать дальше.

***

Джаред краем глаза заметил, как Дженсен, держа под мышкой седло и сбрую, зашёл в конюшню, но виду не подал: продолжал скрести гладкие бока Каролины. Дженсен тоже сделал вид, что не заметил Джареда, сразу прошёл в соседнее стойло, где маялся Граф, накинул седло, начал затягивать подпругу. Джаред кинул скребок в ведро с водой, потрепал Каролину по густой гриве, вышел и запер ворота. Дженсен возился с упряжью, на светлой рубашке проступили крупные пятна пота. Джаред постоял с полминуты, разглядывая напряжённую спину, руки, орудующие под животом Графа, и вдруг сказал, сам того не ожидая:
- Тебе нравится спать с мужчинами?
Светлый затылок закаменел, руки замерли, выпуская конец ремня. Джаред даже испугался - сейчас как вскочит, как врежет ему! - и под ложечкой отчего-то сладко потянуло. Он задал слишком опасный вопрос. Вообще об этом даже говорить было нельзя, а ему почему-то хотелось. Очень хотелось - и это бесило до чёртиков.
Дженсен медленно обернулся, распрямился и вскинул голову надменно.
- Ещё раз повторяю, сколько ты хочешь? Сотню? Две? Я заплачу, только назови цену, которая захлопнет твой рот на замок на веки вечные.
Джаред криво улыбнулся. Он не знал толком, что ему ответить, внутри боролись множество самых разных, полностью противоположных чувств - от злости и отвращения до болезненного интереса. Да, ему и впрямь было любопытно, каково это - быть с мужчиной, стоит ли оно пожизненной каторги и моральных мучений, и почему с людьми такое вообще случается, если природой и Богом завещано спать только с тем, с кем можешь создать семью и завести детей. Джаред смотрел на Дженсена, стоящего в двух шагах от него, и не знал, что сказать.
- Ну? - подбодрил Дженсен едко. - Сколько?
И Джаред сказал:
- Много.
Брови Дженсена взлетели вверх.
- Не понял. Назови точную…
- А если я тебя сдам шерифу, - вдруг сказал Джаред и сам себе не поверил, - то тебе придётся рассказать ему всё в подробностях, так? Как знакомился, как… целовал. Как совал свой член в чужие задницы. Это так приятно, а? Так же приятно, как с бабами? Или ты никогда с бабами не был? - Джареда несло, он млел от ужаса и не мог остановиться, это было выше его, сильнее всех разумных доводов, громче здравого смысла.
Дженсен побледнел. Это было здорово заметно - даже под слоем загара, которым он успел покрыться за время, проведённое на ранчо. Джаред вдруг увидел, какие зелёные глаза у него, и какие длинные ресницы, и веснушки, которые никуда не делись за эти годы.
Дженсен нагнулся и вытянул из мешка хлыст. Тонкий, прямой, он лёг в его руку, и Джаред завороженно смотрел, как его кончик рассёк воздух крест-накрест.
- Ты дрянь, - прошептал Дженсен, кривя рот.
И хлестнул наотмашь, угодил по щеке. Боль обдала жаром, по коже потекло тёплое. Джаред будто очнулся, отрезвел, прижал руку к скуле, отнял пальцы, окрашенные красным. Ярость полыхнула огнём внутри, испепеляя, закручивая в дикий вихрь. Белый свет слепил глаза, запах крови разъедал ноздри.
- Сука, - прошипел Джаред и бросился на Дженсена.
Они сшиблись, сцепились, рухнули на засыпанный опилками пол и покатились, рыча как бешеные собаки. Хлыст отлетел в сторону, Дженсен потянулся было за ним, но Джаред пережал запястье, ударил об пол и схватил Дженсена за горло. Дженсен пах бешено, сладко - потом, кровью, возбуждением. Крепко, по-мужски. Именно на это велись те парни, которых он трахал, думал Джаред, сжимая горло Дженсена, чувствуя, как он пытается оторвать от себя его руки. Велись на запах, шли на блеск его шальных глаз, улыбку, голос…
И пропадали. Погибали.
Стоило оно того? Господи… Стоило?
Дженсен почуял слабину, извернулся и прижал Джареда к полу всем весом, навалился, вышибая дух, пару раз съездил по лицу, зашипел:
- Доигрался, сука?
- Расскажешь мне сначала? - прошептал Джаред, чувствуя, как что-то внутри ломается, рушится, выпуская наружу тёмное и сладкое. - Расскажешь, да?
Дженсен замер. Застыл, приоткрыв губы в удивлении, глаза заблестели нехорошо.
- Что?
- Хочу узнать, как это. Расскажи… И тогда не узнает никто. Никогда. Клянусь.
Джаред нёс всё это, дурея от страха. Даже зажмурился, ожидая удара. В паху было горячо, тяжко, наливалось кровью и стыдным вожделением. Их бёдра были плотно прижаты друг к другу, и Джаред вдруг понял, что ему между ног упирается что-то твёрдое.
- Ах ты маленькая дрянь, - ласково проговорил Дженсен.
И схватил Джареда за волосы, дёрнул вниз, заставляя запрокинуть голову, впился в губы так, словно не целовал, а кусался - больно, жёстко, до крови. Джаред и пикнуть не успел, и увернуться - ошалело приоткрыл рот, впуская настойчивый язык, задохнулся от диких ощущений, забился под Дженсеном, но тот держал, не давал выскользнуть. И целовал так, как Джареду и не снилось - ни с одной девчонкой. Никогда в жизни.
Слишком сильно. Слишком много и грубо.
И слишком… хорошо.


***

Рот у мальчишки был вкусным - податливым, мягким, сладким. Наверное, от неожиданности он позволил себя поцеловать взасос, с языком, совершенно не противясь, и Дженсен воспользовался этим безмолвным разрешением на всю катушку. Целовал, одной рукой удерживал за волосы, другой гладил горло в расстёгнутом воротнике рубашки, мокрую от пота кожу с прилипшими остинками, ловил пальцами хрипы где-то в глубине. Джаред дышал сорвано, часто, со всхлипами. Сучил ногами, дёргался, тыкался возбуждённым членом в бедро.
Рассказать ему, значит? Ну-ну. Лучше, как говорится, один раз увидеть…
Ярость медленно отступила, хотелось трахаться - до дрожи, до помутнения в глазах. Дженсена мало волновало, что творится в душе у мальчишки, хотел - получай по полной. Тем более что ему явно хотелось. Вряд ли Джаред до этого имел какой-то опыт, Дженсен почуял бы, будь так, но если уж любопытство завело его так далеко, то пусть хотя бы поймёт, сучонок, что дороги назад нет.
Дженсен отстранился, оглядел Джареда с удовольствием - глаза зажмурены, порозовевшие губы дрожат, на смуглой коже капельки пота, как мелкий прозрачный бисер. Аромат свежего сена, густой лошадиный дух, запах его тела - всё смешивалось в воздухе и вливалось в лёгкие, кружило голову. Дженсен склонился к маленькому покрасневшему уху под непослушными вьющимися прядями, прошептал:
- Дальше… рассказывать?
Ответом был прерывистый вздох и очередная попытка освободиться.
- Ну уж нет, - Дженсен лизнул острый подбородок, наслаждаясь вкусом соли. Поцеловал ещё раз в раскрытые губы, встал, потянул Джареда за собой.
- Пошли, - приказал он хрипло. - Не на виду же.
И Джаред покорно направился за ним, облизывая губы. На его лице застыло изумлённое выражение, будто он сам не верил, что способен на такое. Дженсен втолкнул его в пустое стойло в дальнем углу конюшни, притворил ворота, обернулся. Джаред стоял в углу, затравленно озираясь. Приходит в себя, это хорошо.
- Эй, ты как?
- Господи, - Джаред затрясся, обнимая себя руками. Губы зацелованные, сладкие. Хочется ещё. - Я же… я же не такой. Я не такой, как ты.
- Ну, это мы ещё посмотрим, - сказал Дженсен, распахивая объятия.
И Джаред побрёл к нему с мученическим выражением лица.
- Сам напросился, - прошептал Дженсен, привлекая его к себе. - Молодец, не струсил. Знаешь же, что за это бывает, да? Хорошо знаешь?
Он прильнул к губам Джареда, снова наслаждаясь их вкусом, мягкостью, сладким привкусом его слюны. Целуя, удерживал, тесно прижимая к себе, преодолевая слабое сопротивление тела. Притиснул Джареда к дощатой перегородке между стойлами, услышал краем уха, как в нескольких футах от них всхрапнул Граф. Джаред всхлипнул в поцелуй и невольно раздвинул ноги, пропуская колено Дженсена.
- Тихо, мальчик, - промурлыкал Дженсен, непонятно к кому обращаясь.
Он расстегнул пуговицы на взмокшей от пота рубашке Джареда, раздёрнул полы в разные стороны и залюбовался гладкой, практически безволосой грудью. Золотистая от загара, влажная горячая кожа, маленькие тёмные соски, упругий живот, уходящая за пояс штанов дорожка волос. Джаред бессильно привалился затылком к перегородке, облизывал губы, дурным взглядом шарил по сторонам.
- Красавчик какой, а… - прошептал Дженсен, одной рукой придерживая Джареда, другой - стаскивая с себя рубашку. Хотелось прижаться к нему голой кожей, почувствовать этот жар, это стыдное желание, подогретое внутренними противоречиями. Он, конечно, краснел, страдал, изнемогал, этот Джаред, но тело подводило - стояк оттопыривал штаны, поражая своими размерами.
Дженсен потёрся об него, замурлыкал от удовольствия.
- Вот так. Во-от. Нравится?
Джаред застонал обречённо, и Дженсен лизнул его в шею, прошёлся по ключице, обнимая, сполз пониже и втянул в рот сосок, тёмный и твёрдый, как крошечный камешек. Джаред застонал в голос, практически заорал и закусил собственную ладонь. Дженсен улыбнулся, подразнил сосок языком, прикусил слегка и потянул, заставляя отвердеть и встать торчком. Потёр пальцем другой, покатал между большим и указательным, сжал, вырывая у Джареда громкий судорожный вздох. Отстранился и глянул в лицо - Джаред был равномерно покрыт пунцовым румянцем, кривил губы, страдальчески жмурился и дышал, как загнанная лошадь.
- Вот на этом я бы прервался и попил воды, - прошептал Дженсен. - Я думаю, шериф бы позволил мне эту маленькую милость.
Казалось, Джаред от этих слов расслабился, но Дженсен не позволил: усмехаясь, сжал его бока, дёрнул на себя, опускаясь на колени в мягкое сено, потёрся губами и щекой о грубую холстину, под которой бугрилась манящая твёрдость. Даже сквозь ткань Дженсен чувствовал этот запах, который сводил с ума. Животный, тёплый, острый.
- Нет! - выкрикнул Джаред, дёрнувшись. - Нет! Нет, чёрт…
- Да, чёрт, да-а... - прошептал Дженсен, зубами дёрнул завязки, распутывая пояс, пробежался по пуговицам и рывком стащил штаны вниз, стреножив перепуганного Джареда. К слову, на стояке это никак не сказалось - разве что он ещё больше стал; член натянул ткань трусов, пунцовая, блестящая от смазки головка торчала над поясом. Дженсен застонал от удовольствия и лизнул её.
- Чтотыделаешьматьтвою? - зачастил Джаред страшным шёпотом и потащил от себя голову Дженсена, пытаясь уцепиться за короткие волосы на затылке. Дженсен мотнул головой, не дался, припечатал руки Джареда к стене и без долгих прелюдий взял в рот.
Джаред захлебнулся, забился, пытаясь удержаться на подкашивающихся ногах. Бормотал своё “нет-нет-нет” как заведённый, трясся и бессознательно двигал бёдрами, засаживая глубже в горло Дженсена. Тот остановился, как только почувствовал, что Джаред готов кончить, облизал ствол, поласкал языком упругие яйца, пощекотал щёлку, подобрав тягучую солоноватую смазку. Джаред выдохнул и осел бы на пол, если бы Дженсен не подхватил его, выпрямившись.
- Нет-нет-нет, - передразнил он. - Это ещё не все.
Солнце падало на лицо Джареда сквозь прореху в крыше, золотило кожу, заставляло жмуриться. Дженсен поцеловал его, поделился вкусом, и Джаред отозвался - губами, телом. Наконец-то. Дженсен опустил руку, проведя кончиками пальцев по упругому животу, обхватил член и прижал его к своему.
Пока так. Пока только лет на двадцать каторги, если что.
Он задвигал рукой вверх и вниз, лаская одновременно и себя, и Джареда, и тот очень быстро сдался - взвился, напрягшись, забился в его руках и закричал сорванным шёпотом, заливая пальцы горячей спермой. Её было так много, что Дженсен пришёл в восторг. И почти не заметил, как кончил сам - ему было настолько хорошо, что оргазм просто растворился в этом ощущении, оставив тягучее сладкое послевкусие.
- А вот здесь я поставлю подпись и попрошу перевернуть лист, - прошептал он в дрожащие губы, целуя мокрые щёки. - Потому что у меня есть ещё истории, сэр. На всю жизнь хватит.

***

Джаред умирал от стыда и неземного блаженства. Готов был сбежать и одновременно навсегда остаться в этих бесстыдных объятиях. Излившись в руку Дженсена, он стиснул зубы, чтобы не позорно не разрыдаться.
Он теперь проклят. Он теперь такой же, как Дженсен. Заслуживает каторги, если не смерти.
Дженсен вытер его рубашкой, бросил её в угол.
Джаред стоял, не в силах сдвинуться с места. От жары и переживаний мутилось в глазах.
- Стоит оно того, а, Джаред? - вдруг спросил Дженсен, подняв на него свои чудные, странные глаза.
Джаред сполз по стенке, подтянув к себе колени. Его трясло. Дженсен наклонился над ним, погладил по плечу.
- Расскажешь мне? - прошептал он с улыбкой. - Вечером, здесь же. И тогда, клянусь, что никто больше об этом не узнает. Никогда.
Джаред услышал собственные слова и поднял голову. Ему было трудно дышать. Ему нужно было что-то сделать. Сброситься с крыши амбара, например. Или пойти к обмелевшему ручью и попробовать утопиться. Или всё-таки подумать.
Потому что так хорошо ему не было никогда.
И вряд ли будет.
Дженсен протянул ему руку, и Джаред принял её.
- Тебе страшно? - спросил Дженсен.
- Да, - признался Джаред тихо.
- Ничего, - усмехнулся Дженсен. - С этим можно жить. Мы справимся.
Он погладил Джареда по щеке, мягко коснулся губами губ.
- Вечером, когда солнце сядет, - прошептал он. - Здесь же.
Джаред смотрел ему вслед, пока его тёмный точёный силуэт не растворился в ослепительном свете позднего полудня.

***
Полгода спустя.

- Ты уверен, что я справлюсь?
- Конечно, Джаред.
- Чёрт, что-то мне не по себе.
- Ну разумеется. Ты. В большом городе. Тебя ждут счётные курсы и лекции по основам управления малым предприятием. Бодрит, верно?
- Не то слово. Я отдам всё, как только заработаю, честно.
- Договорились.
- Дженсен, ты же заберёшь меня после занятий?
- Я бы предложил не светиться вместе так откровенно.
- Да, я понимаю…
- Но я заберу. Если ты позволишь мне отвезти тебя в парк и там, в самом дальнем углу…
- Дженсен, а полиция?! С ума сошёл… Чёрт, не трогай меня, тут же полно людей…
- Джаред, ты чудо. Давай, вали уже на свои курсы, учись и будь лапочкой.
- Дженсен…
- Что?
- Ты не боишься?
- Только одного.
- Чего?
- Потерять тебя, придурок.
- Мне иногда хочется всему свету рассказать, что мы…
- Когда-нибудь это станет возможно, Джаред. Не при нашей жизни. Так что иди уже.
- Иду.
- Вечером. Здесь же.
- Да, Дженсен.



Сказали спасибо: 196

Чтобы оставить отзыв, зарегистрируйтесь, пожалуйста!

Отзывов нет.
Логин:

Пароль:

 запомнить
Регистрация
Забыли пароль?

Поиск
 по автору
 по названию




Авторы: ~ = 1 8 A b c d E F g h I J k L m n o P R S T v W y а Б В Г Д Е Ж И К м Н О п С Т Ф Х Ч Ш Ю

Фанфики: & ( . « 1 2 3 4 5 A B C D F G H I J L M N O P R S T U W Y А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я

наши друзья
Зарегистрировано авторов 1414