ГлавнаяНовостиЛичная страницаВопрос-ответ Поиск
ТЕКСТЫ
866

По заявке

Дата публикации: 15.08.2013
Дата последнего изменения: 15.08.2013
Автор (переводчик): Hank Stamper;
Пейринг: Дженсен / Джаред;
Жанры: АУ; кинк; колледж-AU; ООС; от первого лица; ПВП; романс; юст;
Статус: завершен
Рейтинг: NC-17
Размер: мини
Саммари: Фик по заявке - КолледжАУ. Дженсен с Джаредом учатся на одном курсе, но из разных компаний, поэтому никогда раньше не общались, пока одним прекрасным утром Дженсен не прошел мимо Джареда, а тот не заметил на его шее четкий след удавки. Джареда полностью перемыкает на Дженсене... Или это простое любопытство?

Когда я поступал в Калифорнийский колледж искусств, то, конечно, подозревал, что моей привычной размеренной жизни придёт полный пшик: ККИ - это вам не школа, где всё подчиняется режиму и чужим требованиям. Здесь всё по-другому - здесь свобода, от которой поначалу дуреешь, здесь масса интересных людей, здесь рождаются мечты, которые ты претворяешь в жизнь. Я с радостью влился в новую для меня, раскованную, весёлую, творческую атмосферу, которая царила в стеклянных стенах колледжа, и сразу понял, что это - моё.

 

Прошёл год моей учёбы на факультете графического дизайна - я устроился подрабатывать в студенческий еженедельный дайджест, занимался оформлением, обзавёлся кучей друзей и полезных связей и был на хорошем счету у декана, который, видя мой энтузиазм, пророчил мне большое будущее. Одним словом, не подкопаешься. Нельзя сказать, чтобы всё это мне не нравилось - нет, я отлично и с пользой проводил время как в колледже, так и за его стенами, зарабатывал деньги, встречался с парнями от раза к разу и вообще вёл абсолютно ненапряжный образ жизни, но чего-то мне не хватало, понимаете? Как будто я постоянно проверял себя на прочность и вот, наконец, добрался до некоего предела, за которым обитало что-то... иное - непривычное, тёмное, странное. Мне не хватало ощущений, которые довершили бы мою картину мира и сделали бы её полноценной, но я не знал, где найти дверь в этой стене и стоит ли вообще это делать.

 

В поисках этого странного, неуловимого ощущения я бросался из крайности в крайность. От лёгких наркотиков и сомнительных клубов, до прыжка с парашютом и бейс-джампинга - я перепробовал массу вещей, но ни одна из них не вдохновляла. Когда ищешь сам не понимая что, трудно остановиться.

 

В общем и целом мою жизнь нельзя было назвать скучной даже без этого. У меня были друзья, тусовки, развлечения и поиски чёрт знает чего - даже времени иногда не хватало на всё. Бессменным спутником во всех моих экспериментах был мой друг Чад Мюррей - мы с ним прошли огонь и воду, несколько раз вытаскивали друг друга из разных передряг и успевали отлично учиться. В общем, как мне казалось, мои заморочки никому жить не мешали.

 

Но я всё время ждал чего-то.

 

Глупо, конечно. Но надежда - штука живучая, чёрт побери.

 

Однажды, сидя с Мюрреем во внутреннем дворе колледжа и лениво пролистывая учебник, я краем уха слушал болтовню друга и поглядывал по сторонам - вокруг нас группками прямо на траве сидели студенты, поглощали ланч, трепались, читали или просто загорали на солнце. Несколько человек шли по дорожке мимо нас - трое парней и девчонка с ярко-рыжими волосами. Отчего-то они привлекли моё внимание - точнее, один из них, высокий русый парень в светло-зелёном поло; знаете, я, наверное, за всю свою жизнь не встречал человека, чью внешность можно было бы сравнить с ударом под дых до полной остановки сердца. Я хочу сказать, что парень не просто был охренительно красив - идеальной мужественной красотой породистого самца, - но и излучал что-то такое, словно магнит притягивающее к себе взгляды. Я не знаю, как это назвать, сексуальность, флюиды или что-то ещё, но оторваться было невозможно, факт. Я смотрел, как он идёт по дорожке и смеётся, слушая приятеля, как обнимает за плечи рыжеволосую девушку, и не мог отвести взгляд - мир вокруг меня медленно исчезал, стираясь, и только этот парень с русыми волосами и зелёными глазами оставался единственным ярким пятном в моей реальности. Я смотрел и видел только его.

 

И понимал, что этот человек - мой.

 

Называйте это прозрением, откровением свыше, как хотите. Ни разу за всю свою жизнь я не испытывал такого - это не была, как говорят, любовь с первого взгляда или что-то подобное. Это было похоже на острую и внезапную жажду, которую можно утолить только одним, а иначе всё, кранты. Это было ощущение на грани боли, когда я увидел, что он уходит - мне хотелось немедленно броситься за ним и вернуть, забрать себе, но я не чувствовал собственного тела. И только когда группа скрылась за поворотом, на меня обрушилась реальность - цвета, звуки, голос Чада и его рука, касающаяся моего плеча.

 

- Эй, Джей, приём! Ты чего залип?

 

Видимо, у меня было что-то с лицом, потому что Мюррей занервничал.

 

- Джей, ты что? Хреново тебе?

 

- Чад?

 

- Да?

 

- Чад, кто это был?

 

- В смысле?

 

- Это парень, - я махнул в сторону дорожки. - Только что шёл, с компанией. Такой... в зелёной рубашке, с девчонкой рыжей. Видел?

 

- Видел. Как ты на него залип - видел, - усмехнулся мой друг. - Только что слюна не капала. Его зовут вроде бы Дженсен, учится на факультете промышленного дизайна. Фамилию, извини, не знаю, но с таким именем вряд ли найдётся много парней. А что, Джей, запал на него, да? Запал? - Чад ткнул меня в бок и глумливо подвигал бровями.

 

- Ты его видел. Догадайся.

 

- Бля, Джей, что-то мне подсказывает, что тебе ничего не светит.

 

- Это почему же? - подозрительно прищурился я. - Ты знаешь то, чего не знаю я?

 

- Ну, я слышал кое-что, - туманно отозвался Чад. - Говорят, что он вообще не по твоей части, чувак. Но даже если это неправда, то общается он только со своими. Никогда не ходит на вечеринки, ни в чём не участвует, ни с кем, кроме тех двоих и девки, не дружит.

 

- Интересно, почему.

 

- Ну, может он социопат, - хохотнул Мюррей. - Или возомнил о себе хрен знает что, звезда, типа.

 

- Ничего, - сказал я, вставая и отряхивая джинсы. - И звёзды, бывает, падают.

 

- Хочешь загадать желание, Падалеки?

 

- Уже, Мюррей.

 

***

 

У промдизайнеров кончилась лекция, и я торчал у дверей аудитории, ждал и нервничал до трясучки. Дженсен вышел одним из последних - на нём был свитер с высоким горлом, зелёный, точно под цвет глаз - я поразился, насколько чистым и ярким был их оттенок. Он прошёл мимо меня, разговаривая со своей рыжеволосой спутницей, и даже не повернул головы. Пришлось действовать напролом - я сделал вид, что зазевался, и аккуратно подвернулся парочке на пути: Дженсен налетел на меня, и я рассыпал учебники - топорно, ничего не скажешь, но действенно.

 

- О, чёрт! Извини.

 

- Ничего, - я наклонился и принялся собирать книги, мне помогала рыжая, а спустя мгновение, как будто с неохотой, Дженсен к нам присоединился. Он не смотрел на меня, зато я мог беспрепятственно разглядывать его лицо: длинные тёмные ресницы, нос, усыпанный мелкими крапинками веснушек, пухлые губы, точёный подбородок. Да, чёрт побери. мой будущий парень был идеален. Я не слишком самоуверен, нет?

 

Мы собрали моё барахло в полной тишине. Я чувствовал, что парочке не терпится уйти, но не мог же я так просто отпустить Дженсена, правда?

 

- Меня зовут Джаред Падалеки, - сказал я как можно дружелюбнее, прижал книги к груди и протянул руку.

 

- Фелиция, - отозвалась рыжая.

 

- Дженсен.

 

Он произнёс своё имя с явной неохотой и руку пожал тоже не особенно крепко. Улыбнулся вскользь, кивнул Фелиции, и они пошли на выход. Я стоял и смотрел им вслед, чувствуя себя полным идиотом.

 

Знаете, я почувствовал в Дженсене что-то очень знакомое. Словно он носит в себе какую-то тайну, странную и извращённую. У меня задрожали руки - я до усрачки хотел узнать, что он скрывает и почему. Для этого мне нужно было подобраться к нему поближе - хотя бы через его друзей. Чад мне уже поведал, что Дженсен, как выяснилось, сын какой-то высокопоставленной шишки в администрации города, короче, крутой чувак, парней зовут Стив и Брок, а с рыжей девушкой я познакомился только что. Все четверо учились на одном факультете. Все четверо, похоже, были социопатами, потому что реально не общались ни с кем, кроме как друг с другом.

 

Я начал подозревать, что тайна у них одна на всех, но это были только мои домыслы. Воображение рисовало картины одна краше другой, некоторые даже стыдно было представлять. Я поделился своими мыслями с Чадом, он только пальцем у виска покрутил и сказал, что я совсем сбрендил. У нас экзамены на носу, а я, мол, хернёй страдаю.

 

Какие, мать их, экзамены? Я даже на концерт друзей забил, хотя в субботу собирался сходить. К сожалению, как я ни старался, Дженсена больше не встречал - ни случайно, ни намеренно. Его друзей я видел и даже пытался заговорить с Фелицией, но она вежливо давала мне понять, что не хочет общаться, а парни так вообще избегали меня. Моя новая одержимость, как мне казалось, достигла своего пика.

 

Но я ошибался. Всё ещё было впереди.

 

Бейсбольный матч между факультетами был событием, которое я не мог пропустить - не потому, что любил бейсбол, а из-за Чада: тот год бы на меня дулся, если бы я с ним не пошёл. Мы устроились на самом верхнем ряду стадиона, наблюдая за тем, как команды выходят на поле, и я пропустил момент, когда Дженсен появился прямо передо мной, на ряд ниже. Он словно из-под земли вырос вместе со своими друзьями - они расселись по местам, переговариваясь, и я видел Дженсена чуть сбоку: точёный профиль, тёмные очки, бейсболка и лёгкий шарф на шее. Чад попробовал было поглумиться, но я так врезал ему в бок, что он заткнулся.

 

Фелиция меня не замечала. Или делала вид. А Дженсен точно на меня не смотрел. Разговаривал с одним из парней, Стивом, жестикулировал, а я не мог отвести взгляд от его руки - крепкой кисти с длинными пальцами, на среднем - широкое кольцо, на запястье - кожаная верёвочка тонкого браслета.

 

Матч потерял для меня всякое значение. Я смотрел на Дженсена, я мысленно просил, чтобы он почувствовал мой взгляд, обернулся, заговорил или в морду дал - неважно. А потом случилось это.

 

То, что вышибло из меня остатки благоразумия.

 

То, что окончательно довершило процесс моего превращения в одержимого.

 

Дженсен, внимательно глядя на поле, вдруг стянул с шеи шарф.

 

И я увидел на голой коже чёткий след - поперечная полоса, словно от удавки, пролёгшая ровно под кадыком.

 

Всё.

 

ВСЁ.

 

Вы понимаете, это был конец. Я прошёл точку невозврата и сейчас со страшной скоростью летел чёрт знает куда. Голая шея Дженсена, матово-бледная кожа - и вызывающе тёмный след, кольцом опоясывающий горло. Меня затрясло. Член распирал джинсы болезненным пульсирующим жаром. Мне хотелось проследить языком этот след - от выступающего позвонка на шее до горла, по кругу. И даже когда Дженсен намотал шарф обратно, закрывая шею от моего жадного взгляда, я продолжал сидеть и пялиться на него, умирая от острого, безумного и убийственного по силе желания.

 

Я должен был немедленно что-то предпринять. Привлечь его внимание, сделать что-то дикое... не знаю. Должно быть, у меня вид был ещё тот, потому что Чад пихнул меня в бок и сделал страшные глаза.

 

К чёрту.

 

Я нагнулся и дотронулся до плеча Дженсена, привлекая его внимание. Он обернулся, блеснули стёкла тёмных очков, за которыми, я знал, скрываются самые потрясающие глаза на свете. Фелиция тоже обернулась и смерила меня нечитаемым взглядом.

 

- Привет, - хрипло сказал я, глядя на своё отражение в стёклах его очков.

 

- Привет, - после паузы отозвался Дженсен и настороженно замер.

 

- Ты Джаред, верно? - Фелиция прикинулась, что видит меня в первый раз после нашей встречи возле аудитории.

 

- Да, - сказал я, продолжая в упор смотреть на Дженсена. Тот раздражённо повёл плечом, вопросительно улыбнулся.

 

- Можно тебя на минутку? - спросил я, охуевая от собственной смелости.

 

- В смысле? - Дженсен нахмурился.

 

- Ну... выйти. Поговорить.

 

Чад предупреждающе пнул меня под рёбра. Парни Дженсена начали оборачиваться. Фелиция напряглась.

 

- Зачем? - спокойно поинтересовался Дженсен, зачем-то снимая очки и глядя на меня в упор.

 

- Это важно, - сказал я. - Это очень важно.

 

Парни зашушукались, Фелиция положила ладонь Дженсену на локоть. А сам Дженсен почему-то побледнел и дрогнул лицом.

 

- Хорошо, - после паузы отозвался он. - Пошли.

 

- Дженс... - предупреждающе начал Стив, но Дженсен остановил его жестом. Встал и перешагнул через ряд, оказавшись рядом со мной. Я развернулся и, извиняясь, направился к выходу с трибун, Дженсен следовал за мной. Я чувствовал его запах. Я слышал его шаги. Я не знал, черт побери, что буду говорить, но подумал, что как-нибудь выкручусь. Пусть он примет меня за чокнутого, пофиг. Главное - не дать ему уйти сразу.

 

Мы спустились в небольшой сквер на задворках стадиона, и я остановился. Дженсен стоял в двух шагах от меня, смотрел настороженно.

 

- Меня Джаред зовут, - повторил я зачем-то. Просто чтобы что-то сказать.

 

- Я знаю. Ты говорил.

 

- Мы три дня назад столкнулись у сто сорок пятой, помнишь? Ты меня толкнул.

 

Он смотрел на меня как на идиота.

 

- Припоминаю. И?

 

Тайна, Падалеки, интрига... Думай, мать твою!

 

И я пошел ва-банк.

 

Сделал безразличное лицо и сказал:

 

- Кстати, я все знаю.

 

Дженсен чуть побледнел, но тут же взял себя в руки. Поинтересовался спокойно:

 

- Ты о чем?

 

- Ты знаешь, о чем.

 

Дженсен вдруг нервно облизнул губы. Моргнул. И я понял, что он испугался. Мне чудом удалось попасть в яблочко, интуиция не подвела. Оставалось держать лицо и нигде не проколоться.

 

И пока я соображал, что сказать дальше, Дженсен меня опередил.

 

- Чего ты хочешь? - тихо спросил он.

 

- В смысле? - не понял я.

 

Он раздраженно нахмурился.

 

- Ну, за молчание.

 

Вот это поворот... Я озадаченно смотрел на Дженсена, судорожно придумывая ответ, хотя при одном его виде у меня мысли из башки вышибало начисто. И снова он опередил меня.

 

- Пяти тысяч хватит?

 

Я поперхнулся, но чудовищным усилием воли скрыл свое волнение. Дженсен смотрел на меня и, похоже, ждал ответа. В его глазах я отчетливо видел страх.

 

Я все глубже увязал в этой игре, но что-то не позволяло мне выйти из нее.

 

- Мне не нужны твои деньги, - сказал я, и Дженсен вздрогнул.

 

- Тогда что тебе нужно? - спросил он, стараясь не допустить в голос панику.

 

Я подумал, что вот сейчас, своими руками, подписываю себе приговор, и сказал:

 

- Ты.

 

Дженсен недоверчиво поднял брови и изумленно уставился на меня, словно не верил своим ушам.

 

- Что, прости?

 

- Мне нужен ты, - повторил я, внутренне сжимаясь от страха, что Дженсен вот-вот придет в себя и все закончится. Но Дженсен почему-то молчал. Обреченно как-то, что ли. Я бы на его месте сопротивлялся, точно. Почему он не хочет?

 

- Условия? - глухо спросил он.

 

- Неделя, - почему-то ляпнул я.

 

- Гарантии?

 

- Мое слово.

 

- Ему можно верить?

 

- Да.

 

Дженсен опустил голову, а когда поднял, я разглядел в его глазах странный блеск.

 

- Один вопрос, - сказал он. - Как ты узнал?

 

Я не знал, что отвечать, но благородное провидение вмешалось в наш разговор: стадион взорвался ревом трибун, и я, усмехнувшись, направился ко входу. Дженсен последовал за мной. Я понятия не имел, что делать дальше, и остановился, когда до входа на стадион осталось несколько шагов.

 

Дженсен спас ситуацию и холодно поинтересовался:

 

- К тебе или ко мне?

 

Блядь! Вопрос прозвучал неожиданно, я даже не был уверен, что готов дать на него ответ. И вообще события развивались, на мой взгляд, слишком уж стремительно. Я и без того ходил по краю пропасти, но искушение... черт, искушение было слишком велико.

 

- Ко мне.

 

Дженсен пожал плечами и принял позу скучающего ожидания. Я с жадностью скользнул взглядом по его шее, обмотанной шарфом, и сказал:

 

- Ты не пожалеешь.

 

Он издевательски поднял бровь и хмыкнул. Мне показалось, он успокоился - может быть, слишком быстро. Или что-то просек. Или что-то задумал. Хрен его разберет.

 

И когда мы ехали в такси, не глядя друг на друга, я подумал, что почему-то ни Чад, ни друзья Дженсена не попытались с нами связаться.

 

***

 

Слава богу, что перед уходом из дома я все же прибрался - во всяком случае, носки под ногами не валялись, и кровать я заправил. Дженсен переступил порог и остановился, сунув руки в карманы. Его лицо было непроницаемым. Я бы даже сказал - каменным.

 

Господи. Я знал этого парня три дня, а исчезни он вдруг - я же дышать не смогу.

 

Дженсен снял темные очки и посмотрел на меня безмятежно. Его ресницы были такими длинными, что тень от них ложилась на щеки.

 

- Как ты предпочитаешь? - поинтересовался он. - Сверху или снизу?

 

Нет, ну почему, почему так сразу?! А ты чего хотел, Падалеки? - ехидно поинтересовался внутренний голос. Сам добился - расхлебывай теперь.

 

- Снизу, - промямлил я. Одна мысль о том, что я подставлюсь Дженсену, вызывала у меня плохо контролируемое желание, причем вполне очевидное. Дженсен уставился мне в пах и хмыкнул. А потом сделал пару шагов вперед и спросил:

 

- Так как все-таки ты узнал?

 

Оп-па. Приехали. Я с надеждой подумал, что сейчас снова вмешается божественное провидение и избавит меня от необходимости отвечать, но, как назло, ничего не произошло, и Дженсен выжидательно смотрел на меня.

 

- Э-э, - сказал я. - Хочешь выпить чего-нибудь?

 

Дженсен даже бровью не повел.

 

- Отвечай.

 

Я понял, что все пропало. Сейчас мне придется предстать перед парнем моей мечты полным идиотом. И если какая-то часть меня вопила от ужаса при мысли об этом, то другая сохраняла буддистское спокойствие, наслаждаясь видом Дженсена, его волнующей, какой-то нездешней красотой.

 

- Сними шарф, - замирая от щекочущего ощущения внутри, попросил я. И добавил: - Пожалуйста.

 

Дженсен раздраженно дернул плечом. Досадливо закусил губу. Я смотрел на человека, которого не знал. Я ни черта о нем не знал. И я хотел его, как сумасшедший.

 

- Ты ответишь мне или нет?

 

- Ага, - сказал я. - Только сними шарф.

 

Дженсен сдернул мягкую петлю с шеи одним рывком. В глаза сразу бросился след - вызывающе яркий на фоне бледной кожи. Треугольный вырез на футболке был достаточно глубоким и широким, чтобы я мог увидеть его ключицы. Я вбирал в себя этого Дженсена, моего Дженсена, впитывал в себя, умирая от желания дотронуться языком до узкой полоски на горле. Отдать ему себя.

 

Он понял, куда я смотрю.

 

И вздернул голову, с вызовом уставившись на меня.

 

- Откуда это у тебя? - у меня моментально сел голос.

 

Дженсен поднес руку к шее.

 

- Я иногда люблю поиграть, - усмехнулся он. - Теперь твоя очередь. Откуда ты узнал?

 

Я покачал головой.

 

- Забей, Дженсен. Ни черта я не знаю про твои тайны.

 

Он, мягко сказать, охренел. Мягко сказать. Потому что, в принципе, я не удивился бы, если бы Дженсен бросился меня убивать. Но он почему-то вместо этого начал смеяться, понимаете? Прямо в голос расхохотался, и столько облегчения было в этом смехе, что я понял: что бы там Дженсен ни скрывал, это было действительно серьезно.

 

А потом Дженсен резко перестал ржать, стремительно подошел ко мне и коротко врезал с размаху. Я нелепо рухнул на кровать, скула взорвалась болью. Дженсен склонился надо мной, сжав кулак, и лицо его полыхало от ярости.

 

Ну что мне оставалось делать?

 

Только дернуть его к себе, заваливая на кровать, подминая под себя. Дженсен неподатливо крутанулся, выворачиваясь, выругался и вцепился в мою руку. Пахом он проехался по моему бедру, и я вдруг почувствовал, как там твердо.

 

Блядь, Дженсен завелся!

 

Поиграть он любит, ага.

 

Я крепче сжал объятия, зафиксировав руки Дженсена, и он от души тяпнул меня за плечо. Бешеный какой.

 

- Отпусти немедленно! - он тяжело дышал и смотрел на меня злющими зелеными глазами, и я чувствовал его напряженный член и мелкую дрожь по всему телу. Я опустил взгляд ниже, на темный след от удавки.

 

- Любишь, значит, игры с дыханием, да, Дженсен? Может, это и есть твоя тайна? - я осмелел окончательно, меня несло. - Чего ты боишься?

 

Дженсен яростно дернулся, застав меня врасплох, и оказался сверху. Черт, а он сильный. Реально сильный - я чувствовал, как под его кожей ходят крепкие, тугие мышцы. Он рассматривал меня, словно неизвестного науке зверька.

 

- Я тебя знать не знал еще какие-то три дня назад, - вдруг сказал он. - И, честно говоря, очень этому факту радовался и совсем не страдал от твоего отсутствия в моей жизни. А потом вдруг... лежать, блядь!... вдруг ты налетаешь на меня со своими гребаными учебниками и улыбаешься, как дурак. Если ты думаешь, что я не видел, как ты на меня смотришь, то ты ошибаешься. И даже если я не видел - я, блядь, чувствовал. Откуда ты взялся, и какого хрена тебе от меня нужно?!

 

И снова я понятия не имел, что мне ответить. Я и так уже опозорился по самое не хочу, и любые объяснения прозвучат нелепо. И вообще мне вдруг стало как-то не до разговоров. Дженсен практически лежал на мне, удерживая за плечи, у него было мрачное лицо и уверенный стояк, и этого мне хватило, чтобы приподнять голову и прижаться губами к его губам.

 

Дженсен издал удивленный придушенный звук и приоткрыл рот. Я тут же нырнул в него языком, ловя вкус табака и мятной жвачки, но Дженсен с возмущением перехватил инициативу, целуя глубоко и зло.

 

А потом оттолкнулся от меня и встал. Я остался лежать, пригвождённый к кровати его взглядом, ускользающим теплом его губ. Яркая полоска на его горле. Яркие глаза. Мир вокруг опять начал таять, медленно стираясь.

 

- Какого чёрта тебе от меня нужно? - повторил он.

 

- Почему ты согласился? Почему, блядь, ты сразу согласился, Дженсен? - я приподнялся на локте. - Только честно. Ты предложил мне денег - окей, но я сделал ответное предложение, и любой нормальный чувак с разгону дал мы мне в рожу за оскорбление.

 

Дженсен поднял руку и неосознанно потёр шею. Я не мог отвести взгляд.

 

- Этот... след, он имеет отношение к твоей тайне?

 

Он застонал.

 

- Какого хрена я должен тебе рассказывать?

 

- Наверное, потому, что я уже видел больше, чем нужно?

 

- Отвяжись от меня, - холодно проговорил Дженсен. - И забудем это маленькое недоразумение.

 

Он развернулся и направился к двери. Я смотрел ему вслед - на его стриженый затылок, спину, обтянутую футболкой, на задницу в ладно сидящих джинсах. Дженсен наклонился и подцепил с пола шарф. Ловко намотал на шею, подобрал бейсболку и надел - всё на ходу.

 

- Тебе понравилось? - спросил я.

 

Он фыркнул, не оборачиваясь.

 

- Что именно?

 

- Сам знаешь.

 

- Отвали.

 

- Когда мы снова увидимся?

 

- Никогда.

 

- Как там говорил Джеймс Бонд...

 

Дженсен обернулся. На его лице было написано раздражение, но в глазах я поймал намёк на веселье, и это придало мне сил.

 

- Ты меня достал.

 

- И ещё достану, не сомневайся.

 

Он неопределённо хмыкнул, отворил дверь и вышел из комнаты. Я растянулся на кровати на животе, улыбнулся и подбил подушку под голову.

 

Наконец-то моя жизнь начала обретать совершенно особенный смысл, центром которого стал Дженсен. Дженсен Эклз, сын Алана Эклза, заместителя мэра города. Пример для подражания с безупречной репутацией, безупречными друзьями и тайной, которая могла всплыть и всё испортить.

 

Пришлось с сожалением признать, что благородства во мне - ноль.

 

***

 

В следующий раз мы увиделись буквально на следующий день, когда я снова подловил его возле аудитории - Дженсен, как примерный, посещал все лекции. На сей раз с ним была только Фелиция. Я лучезарно улыбнулся девушке и окликнул:

 

- Дженсен!

 

Он застонал, разворачиваясь ко мне, и рявкнул:

 

- Чего тебе?!

 

- Хочу пригласить тебя на пиво.

 

- Нет.

 

- Завтра?

 

- Нет.

 

- Когда?

 

- Никогда.

 

- Это я уже слышал.

 

- Вот и прими к сведению.

 

Он раздражённо смотрел на меня. Горло снова охватывал шарф, тщательно скрывая будоражащий воображение след. Фелиция держалась за локоть Дженсена и смотрела на меня странным взглядом. В нём не было злости или раздражения, скорее вдумчивый, пристальный интерес. Я понял, что это мой шанс.

 

- И кстати, в эту субботу в клубе X-Files будет концерт моих друзей. Приглашаю вас обоих. Неплохой такой рок... Тебе нравится рок, Дженсен?

 

Фелиция внезапно улыбнулась, Дженсен закатил глаза.

 

- У меня планы на субботу.

 

- Окей, - покладисто сказал я и перевёл взгляд на Фелицию. - Тогда я приглашаю только тебя.

 

Она моргнула.

 

- Но...

 

- Или у вас совместные планы?

 

- Нет, но...

 

- Тогда с меня билет. Увидимся после лекций во дворе, - я подмигнул опешившей девушке, скользнул взглядом по застывшему лицу Дженсена, развернулся и ушёл. Я сомневался, что Фелиция придёт, но я хотя бы пообщался с ними обоими больше минуты, и это что-то да значило. Плюс Фелиция явно не испытывает ко мне чересчур негативных эмоций. А Дженсен...

 

А Дженсен - это просто дело времени.

 

 

***

 

- Проследи за ним, - Чад валялся на моей кровати и лениво листал журнал. Я сидел за компьютером и пытался работать, но мысли о Дженсене отвлекали по всем параметрам. Кстати, Фелиция всё же пришла - и я дал ей билет, но общаться мы не стали. С другой стороны, она перестала смотреть на меня как на врага, и я приложил всё своё обаяние, чтобы не дать ей соскочить с крючка.

 

- Чего? - я вернулся в реальность и уставился на Чада.

 

- Я говорю, проследи за ним, - Мюррей захлопнул журнал и надул пузырь из жвачки. - Я знаю, где он живёт. Давай в субботу я схожу на концерт с рыжей крошкой, а ты разведаешь, что у него там за планы.

 

А что, мысль!

 

- Спасибо, чувак!

 

- С тебя пиво, - отмахнулся Чад. Поиграл бровями и добавил: - И подробности!

 

Поехав по адресу, названному Чадом, я устроился в засаде напротив симпатичного особнячка - Дженсен, судя по всему, жил один и неплохо. Ну, имея таких родителей, стыдно было бы не пользоваться всеми благами. Просидев до пяти вечера в машине, я получил, наконец, сообщение от Чада: “Чувак, я на месте, Филли - сочная штучка, удивилась, что тебя нет, но я запудрил ей мозги. Попробую тоже узнать чего-нить, надеюсь на пиво”.

 

Я устроился поудобнее и начал ждать. И дождался в итоге: ворота особняка бесшумно разъехались, пропуская новёхонький шевроле, за рулём которого сидел Дженсен.

 

Конечно, он мог просто поехать по делам, например, в супермаркет или за шмотками. Мог направиться к друзьям на невинную барбекю-пати. Но что-то мне подсказывало, что хрен там.

 

Я выждал немного и поехал за ним, стараясь не попадаться на глаза. На светофоре я встал левее - мне был виден полупрофиль Дженсена, его рука на руле. Тронулись мы почти одновременно, я внаглую поравнялся с ним, но он в этот момент говорил по телефону и меня не видел.

 

Выехав за город, Дженсен прибавил скорости. Я нёсся за ним в потоке машин и судорожно соображал: если сейчас он свернёт на пустынную дорогу, то точно что-то заподозрит. Но, чёрт побери, я уже столько дров наломал за последнее время, что мне уже ничего не страшно.

 

Так, собственно, оно и вышло.

 

Дженсен съехал с трассы на узкое шоссе, я пристроился ему в хвост. Спустя пару миль он заморгал поворотником, замедлил скорость и встал у обочины, мигая аварийкой. Я остановился в нескольких футах от него. Если бы я курил, я бы сейчас точно не отказался бы от сигареты. Хотя бы затем, чтобы унять бешеное сердцебиение и дрожь в руках.

 

Дженсен вышел из машины. На нём была тёмно-синяя футболка и джинсы, на шее - привычная обмотка серого шарфа. Я смотрел через стекло, как он идёт ко мне, и судорожно пытался выбрать единственно верное выражение лица. Именно за этим занятием он меня застал.

 

 

Я опустил боковое стекло.

 

- Ты совсем мудак или как? - поинтересовался Дженсен, наклонившись.

 

- Видимо, совсем, - вздохнул я.

 

- Какого чёрта, Джаред?

 

- Хотел тебя увидеть.

 

- Увидел? Разворачивайся и вали.

 

- Ну уж нет. Не для того я тут в шпионов играл. Куда ты едешь?

 

- Не твоё дело.

 

- Вызовешь копов за домогательства?

 

- Сам справлюсь, - неожиданно вызверился он, дёрнул дверцу и вцепился мне в рубашку, выволакивая наружу. Предсказуемо, но я всё-таки слегка опешил и пропустил момент, когда Дженсен прижал меня к машине, сцапав за грудки, и прорычал:

 

- Ты только так понимаешь, да?!

 

Я в ответ сгрёб его за шарф, обернул кулак, натянул и дёрнул на себя. Внезапная рокировка - и Дженсен прижат к машине, кашляя и задыхаясь. И снова - то самое, вполне ожидаемое: я почувствовал флюиды какого-то животного возбуждения, хлынувшие в мою сторону неконтролируемым потоком, сбивающие с ног. Я практически оседлал его бёдра, потёрся, не отпуская шарф, и он отпустил меня, цепляясь за импровизированную удавку и пытаясь ослабить давление. Ему удалось оттолкнуть меня - я, конечно, мог бы ещё побороться, но мне было достаточно.

 

Дженсен глянул на меня совершенно безумными глазами, и в ту же секунду мы снова схлестнулись - в яростном поцелуе, на губах я ощутил вкус крови - похоже, я здорово треснулся об его зубы. Дженсен запустил руки мне в волосы, я обхватил его за шею, просунул пальцы под шарф и большими пальцами гладил дрожащее горло. Мы целовались на пустынном шоссе, под дрожащим вечерним солнцем, и мне казалось, что это никогда не прекратится. И пусть.

 

Когда Дженсен отстранился, вид у него был тот ещё. Я выглядел не лучше. Он смотрел на меня с каким-то мрачным отчаянием, в котором проскальзывала нотка обречённости: кажется, я его дожал.

 

Он отпустил меня, оттеснил плечом и отошёл от машины, тяжело дыша. Я молчал.

 

- Если спросят, то ты со мной, - наконец, хрипло бросил Дженсен и направился к своему автомобилю.

 

***

Особняк за глухим высоким забором смотрелся, как крепость - внушительно и пугающе. Огромные ворота бесшумно разъехались, пропуская нас во двор, где уже были припаркованы автомобили - сплошь дорогущие линкольны и кадиллаки. Я на своём стареньком бьюике тут же почувствовал себя неуютно, но отступать было поздно. Я и примерно не представлял, что меня ждёт. Может, какой-нибудь великосветский приём? Но Дженсен был одет довольно просто, так что эта идея отпадала. Криминальная сходка? Но Дженсена, при всём желании, я не мог представить в роли наркодилера или наёмного убийцы.

 

Дженсен разрешил мои сомнения очень просто - первым подошёл ко мне, когда я выбирался из машины, довольно грубо дёрнул к себе за руку, и я услышал щелчок и почувствовал слабый холодок на запястье. Наручники. Чёрт, он пристегнул меня к своей руке, как будто он был копом, а я свежепойманным преступником или, на худой конец, чемоданчиком с бесценным грузом.

 

- Что это значит? - я потянул руку вверх, но Дженсен резко дёрнул цепь.

 

- Ты не должен задавать вопросов, - тихо сказал он. - Единственное, что ты должен - это делать то, что я скажу. И довериться мне.

 

Он направился к ярко освещённому входу в особняк, и я последовал за ним, чувствуя тыльной стороной кисти тепло его руки. В конце концов, я действительно сам напросился. Единственное, на что я надеялся, что хотя бы выйду отсюда живым, невредимым и без существенных моральных травм, потому что всё это начало смутно напоминать мне какую-то возбуждающую и опасную игру.

 

“Люблю иногда поиграть”, - вспомнил я слова Дженсена и мысленно приготовился ко всему.

 

Перед дверями Дженсен, не поворачивая головы, одними губами приказал мне молчать. И когда створки распахнулись, за ними я увидел только тьму, слабо разбавленную жидким холодным светом, и тёмный силуэт - не поймёшь, мужской или женский. Дженсен тихо произнёс какое-то слово, и в лицо мне ударил ослепительный луч.

 

Я зажмурился. Хреново, знаете ли, ослепнуть во цвете лет. Позволил себя разглядеть хорошенько, после чего свет погас.

 

А потом мне на лицо плотно легло что-то бархатистое, закрывая лоб, нос и щёки, оставляя открытыми глаза и губы. Маска. На моём затылке затянулись ленты. Я посмотрел на Дженсена - его лицо тоже скрывала маска, абсолютно белая, неживая, как из фильма “Призрак Оперы”.

 

Я начал понимать, что произойдёт дальше - нет, не понимать, а, скорее, чувствовать пробуждающимися нервными окончаниями всего тела. Я подумал, что в тот момент, когда отворились двери особняка, та дверь в моей внутренней стене распахнулась в тот же миг, выпуская клубящийся мрак, населённый чёрт знает какими чудовищами.

 

 Дженсен потянул меня за руку куда-то в темноту. По полу змеились слабо светящиеся дорожки, указывая путь. Вокруг царила тишина, даже звуков шагов я не слышал, потому что ступал по мягкому.

 

Дженсен неожиданно остановился, и я увидел очертания двери - из-под неё проникал бледный голубоватый свет.

 

- Что бы ты ни увидел - молчи, пока я не разрешу тебе говорить, - прошептал Дженсен, касаясь губами моего уха.

 

Я качнул рукой, соединённой с его запястьем.

 

- Это необходимо?

 

- Это знак того, что ты только со мной.

 

В слабом свете я увидел, что на его шее больше не было шарфа. Я попытался разглядеть след, но не успел: Дженсен толкнул дверь, и мы попали в ад.

 

То есть, наверное, так мог бы выглядеть ад для, ну я не знаю, закоренелых поборников нравственности и чистоты. Или для тех, кто за каким-то хреном всю жизнь посвятил воздержанию. Бледно-голубой свет скорее слегка разбавлял темноту, выхватывая очертания обнажённых и полуобнажённых тел, вокруг слышался шёпот, но не более того - никто не разговаривал в голос. Белые маски плавали в полумраке, по моим ощущениям, здесь было человек пятнадцать, большинство - мужчины, но было и несколько женщин, причём, насколько я мог разглядеть, молодых и симпатичных.

 

И все если не трахались, то во всяком случае откровенно ласкали друг друга.

 

Попарно, по трое... Кто-то дрочил, глядя на то, как один отсасывает другому, а третий засаживает первому в задницу. Для удобства по полу были густо рассыпаны мягкие пуфы и маты. Некоторые “маски”были полуодеты - в брюках или джинсах, некоторые - абсолютно голые, в том числе девушки. В принципе, в этом ничего такого не было бы - ну, обычный клуб свингеров, - если бы не одно “но”: на сцене в глубине зала, подсвеченной синим лучом, стоял большой белоснежный крест.

 

Я пригляделся. На оконечностях верхней перекладины блестели браслеты оков, а на верху вертикальной было закреплено что-то вроде петли. От этой штуки дрожь по телу шла, но это было приятное ощущение. Такое... тёмное.

 

Такое... моё.

 

Я почувствовал прикосновение к своей спине - обернулся и увидел маску. Мужчина, полуобнажённый, в расстёгнутых джинсах, судя по подкачанному стройному телу - молодой. Его глаза возбуждённо блестели в прорезях маски. Я не успел никак среагировать - Дженсен поднял руку, потянув меня за запястье, блеснула цепочка, и мужчина отступил, растворился в полумраке.

 

Дженсен встал передо мной. Свободной рукой провёл мне по губам, беззвучно прошептал: “Можешь говорить”.

 

- Это и есть твоя тайна? - тихо спросил я.

 

- Ты ещё не все видел, - прошептал он.

 

- Я понимаю... - я почти касался его уха. - Если это всплывёт, ты перестанешь быть тем, кто ты есть. Успешный студент, примерный сынок, любимчик ректора... Представляю, какой скандал поднимется...

 

Он дёрнул меня к себе, увлекая за колонну. Вжал в неё всем телом, зло сверкнул глазами.

 

- Только попробуй...

 

- Нет, - сказал я. - Поверь мне - нет.

 

Он усмехнулся.

 

- Даже не знаю...

 

- Но ты же доверяешь им. Стиву, Броку, Фелиции...

 

Дженсен молчал, и я догадался. Ну, разумеется, если разделяешь запретные удовольствия с друзьями, никто не сдаст. Я не мог представить себе Фелицию в этом странном месте, и тем более - обнажённой и в маске; у меня и так мозг с трудом справлялся с визуальным шквалом. Синий свет, светлые тела, белоснежные застывшие лица. Позади нас у другой колонны мужчина трахал светловолосую девушку - их руки тоже соединяла тонкая цепочка наручников. Горло девушки перетягивал тонкий чёрный шарф - мужчина удерживал его концы, намотав на кулак.

 

Я перевёл взгляд на Дженсена. На его светлой коже полоска, чуть побледневшая, всё равно бросалась в глаза.

 

Он приходил сюда. Он трахался с незнакомцами, позволял контролировать своё дыхание чужим людям. Он кончал, когда перед глазами темнело от удушья.

 

Меня трясло. От ревности или от возбуждения, или от того и другого вместе. Я не знал, приходил ли он сюда с кем-то, обозначая свою власть наручниками, как в случае со мной, или появлялся в этом зале один, как магнит, притягивая жаждущие взгляды - мне было плевать.

 

Дженсен смотрел на меня сквозь прорези маски, его глаза сверкали, и его возбуждение передавалось мне, просачиваясь сквозь одежду, тёплой волной ложась на кожу.

 

- Ты думаешь, зачем мне это? - прошептал он.

 

- Ты покажешь?

 

- Тебе понравится.

 

- А если нет?

 

- Тебе понравится, - повторил он. - Я... чувствую.

 

Собственно говоря, я это прекрасно знал.

 

Дженсен поцеловал меня и повёл за собой к сцене.

 

***

 

Крест оказался мягким - белоснежная кожа слабо поблёскивала в луче направленного света. Я потрогал её ладонью, погладил. Мы стояли у подножия, скованные наручниками, как двое приговорённых, а вокруг нас в голубом полумраке светлыми пятнами плыли безликие лица. Они ждали шоу, и возбуждение, витающее в воздухе, зашкаливало все мыслимые пределы.

 

Я прекрасно осознавал, что происходит, и, наверное, должен был хотя бы задуматься, стоит ли оно того. Но я не мог. Как будто кто-то разом вытянул из меня стыд, сомнения, страх и впрыснул в кровь медленно действующий яд, который прекрасно справляется даже с самыми крепкими барьерами, разрушая их подчистую. Я доверял Дженсену, потому что он доверял мне. Я хотел Дженсена, и чувствовал его ответное желание.

 

Мир в этот момент замкнулся на нас обоих, отрезая чужие взгляды лучом яркого света, заливающего сцену.

 

Как часто он это делал?... Как часто он поднимался сюда и позволял другим?...

 

Дженсен поймал мой взгляд и, не отпуская, прижался спиной к кресту, поднимая руки, раскидывая их, словно в полёте. Почти сразу же из темноты выступили двое - молчаливые люди в тёмной одежде и чёрных масках: они синхронно поймали запястья Дженсена в зажимы на концах поперечной планки, а потом кто-то третий перехлестнул горло петлёй. Я оказался прижат к нему - длины цепочки хватало только на то, чтобы отступить на шаг максимум. В мою руку кто-то вложил шероховатый конец верёвки, и я покрепче сжал её в кулаке.

 

Немного смущал тот факт, что мы оба были одеты, но не успел я об этом как следует задуматься, как те же молчаливые подручные в долю секунды освободили Дженсена от футболки лёгким движением то ли ножа, то ли ножниц - я не понял. Футболка просто распалась на две половины и осталась на плечах ошмётками тёмной ткани. Затем две пары рук ловко сдёрнули с Дженсена ботинки и джинсы, спустили трусы. Меня коснулись ловкие пальцы, дёрнули ремень. Я не успел моргнуть глазом, как меня лишили одежды тем же стремительным способом, я даже о загубленной футболке не успел пожалеть.

 

Кожей я чувствовал чужие горящие взгляды. Молчание было пропитано похотью.

 

Дженсен смотрел на меня затуманенными глазами - распятый, голый, возбуждённый и, похоже, уплывающий куда-то далеко. Я посмотрел на верёвку в своей руке - её конец исчезал где-то за верхним концом креста. Потянул. Дженсен хватанул ртом воздух, и я почувствовал, как по моему бедру мазнула влажная головка его члена. Я чуть ослабил натяжение, Дженсен медленно выдохнул, длинно сглотнул, под кожей прокатился кадык, приподнимая верёвочную петлю.

 

Раздалось лёгкое жужжание, и крест начал наклоняться, принимая горизонтальное положение. Я не знаю, как мне это удалось (должно быть, я настолько расслабился, что тело само принимало нужные позы), но я оказался сверху - практически сидя на бёдрах Дженсена. Мы были на виду у всех, вокруг царило полное молчание, прерываемое лёгкими стонами и тихими вздохами. Чьи-то пальцы коснулись моей задницы, я почувствовал густую тёплую влагу.

 

Дженсен не отводил от меня взгляда - но он был где-то не здесь. Я вообще с трудом осознавал, что делаю - что, блядь, собираюсь трахаться с Дженсеном на глазах у десятка человек, тогда как ещё пару дней назад я и помыслить не мог, что дело зайдёт дальше классического свидания с выяснением отношений. И несмотря на всю странность ситуации, у меня был такой стояк, что в яйцах тянуло, и даже прикосновение чужих равнодушных рук воспринималось как нечто должное.

 

Я наклонился и коснулся губами губ Дженсена - вдыхая воздух в его лёгкие, наполняя своим дыханием его рот. А потом потянул за конец верёвки, отстраняясь, и опустился на его член так легко, словно у нас была долгая прелюдия. Я почувствовал, как его тёплая плоть заполняет меня, распирает, давит изнутри. Я видел, как мелко дрожат его губы, как сжимаются кулаки, как вздуваются мышцы на руках. Как Дженсен хочет освободиться и глотнуть воздуха, который я у него отобрал.

 

Я забыл о запрете говорить. Наклонился и шепнул в приоткрытые губы, слыша лёгкий хрип:

 

- Я не дам тебе дышать, пока ты не начнёшь меня трахать.

 

Дженсен мутно повёл глазами и сделал лёгкое движение бёдрами, вгоняя член глубже; я подался ему навстречу, не отрывая взгляда от его рта. Он рывками вбирал в себя воздух - по чуть-чуть, и в какой-то момент мне показалось, что он вот-вот кончит, но, наверное, было ещё рано. Иначе какое это шоу?

 

Я привстал и снова опустился на член Дженсена, жалея, что длины цепочки не хватит, чтобы я мог сползти ниже и взять в рот - мне до одури хотелось почувствовать его вкус. И одновременно резко натянул верёвку, перекрывая воздух полностью. Дженсен захрипел, выгнувшись так, что мягкие оковы врезались в запястья, двинул бёдрами вверх и не позволил мне соскользнуть. Я дал ему подышать немного, дождался, пока взгляд станет осмысленным, и медленно привстал, чтобы тут же опуститься на его член снова - это было охуительно здорово, контроль, от которого меня вело, чувство полного доверия, желание причинить боль и тут же зализать раны, придушить и тут же поделиться своим дыханием, одним на двоих... Дженсен словно почувствовал - приподнялся, насколько позволили оковы, потянулся к моим губам.

 

Мы поцеловались. А потом я затянул петлю.

 

И сам задал темп.

 

Я не знал точно, сколько это продолжалось - сколько Дженсен находился без воздуха, - но он был твёрдым, очень твёрдым, и это было похоже на предсмертную эрекцию, которая, я слышал, бывает у самоубийц. И когда Дженсен забился в путах, выгибаясь и открывая рот в безмолвном крике - или желании дышать, - и внутри меня разлилось густое, обволакивающее тепло, я отпустил верёвку и прижал свой рот к его губам так плотно, как только мог, и вдохнул в него себя, целиком.

 

И тут же кончил, едва не заорав от самых невероятных ощущений в моей жизни: меня пробило оргазмом начиная с пяток и до макушки, словно мощным разрядом тока, и я на мгновение подумал, что неудивительно, если бы я вырубился на секунду.

 

А потом вдруг наступило осознание.

 

Мы лежали на кресте, вокруг нас толпились люди в безликих масках, слышались стоны и сдавленный шёпот. Мы только что трахнулись на глазах у зрителей, каждый из которых мог быть преподавателем, например. Или моим сокурсником. Или продавцом в Уоллмарте. Или банкиром из Сити. Кто-то из них мог точно узнать меня - я не такой уж неприметный парень, на самом-то деле. Рост, причёска, все дела...

 

Но я решил, что подумаю об этом потом. Когда... когда мы уйдём отсюда, и у нас будет время поговорить.

 

Свет над нашими головами померк. Дженсен приподнялся, разминая запястья. Кто-то ловко снял петлю с его шеи, и я увидел тёмный поперечный след через горло. И ещё я увидел, как сверкают его глаза в прорезях маски, и как возбуждённо подрагивают губы, и как он медленно возвращается в этот мир, где ему пришлось уступить моей назойливости и поделиться своей грязной тайной.

 

Впрочем, она не стала от этого чище - наоборот.

 

Как же мне это нравилось, чёрт побери...

 

В глубине странного клуба, в какой-то маленькой комнате, оборудованной душем, Дженсен снял с себя и с меня маски, расстегнул наручники и уронил их на пол. И мы опять целовались, как помешанные, и я вылизывал длинную красную полосу на его шее, и он стонал, запрокинув голову, и смеялся: “Ты псих, Падалеки”, и я отвечал: “Не больше, чем ты”. И Дженсен опустился передо мной на колени в крохотной душевой, и как, скажите на милость, мне было продержаться хотя бы пристойные пару-тройку минут?

 

А потом... потом мы натянули джинсы и вышли в душную ночь. Парковка была почти пуста.

 

- У меня в машине есть футболка, - сказал Дженсен. - Даже две. Или три... Я вожу с собой много, потому что иногда хочется вернуться сразу же, не дожидаясь следующего раза.

 

Меня тряхнуло.

 

- Ты больше не пойдёшь туда один.

 

Он облокотился на крышу машины, сцепил руки и внимательно глянул на меня своими невероятными глазами.

 

- Я горжусь твоей храбростью, Джаред, но, учитывая обстоятельства, тебе в этот клуб ходить необязательно.

 

- Ты не понял, - я вытянул руки и накрыл его сплетённые пальцы. - Я действительно хочу.

 

Он улыбнулся и тряхнул головой.

 

- Поговорим завтра, на отходняке.

 

- Завтра я скажу тебе то же самое.

 

- Посмотрим.

 

- Ты не жалеешь? - спросил я, когда мы сели и тронулись к воротам.

 

Дженсен сосредоточенно смотрел на дорогу.

 

- Нет.

 

- И не злишься?

 

Он покосился на меня.

 

- Нет.

 

- И позволишь мне....

 

- Что? - Дженсен по-прежнему пристально смотрел на дорогу, но я видел, что он улыбается краем губ.

 

- Сделать так ещё раз. Только ты и я, ага?

 

Дженсен повернулся ко мне наконец и улыбнулся по-настоящему.

 

- Подождём только, пока заживёт, - сказал он. - А то я хотел махнуть на пляж на ближайшие выходные, а в шарфе я буду выглядеть, как полный мудак.

 

***

 

А вечером я получил смску от Чада и ухмыльнулся, читая его излияния:

 

“Чувак, Филли из меня душу вытрахала - прикинь, связала меня ремнём и чуть не придушила, пока мы трахались, но, бля, это было охуенно. Я извращенец, да? Наверное, да. Чёрт. Ну а ты там как, дружище? Скажи мне, что Эклз - секретный агент и всё такое... Короче, завтра расскажешь, лады? Спокночи и пожелай мне кончить во сне так, как я сегодня сделал это наяву. Три раза, Падалеки, завидуй. Всё, чао, дурилка.”

 

 

КОНЕЦ



Сказали спасибо: 147

Чтобы оставить отзыв, зарегистрируйтесь, пожалуйста!

Отзывов нет.
Логин:

Пароль:

 запомнить
Регистрация
Забыли пароль?

Поиск
 по автору
 по названию




Авторы: ~ = 1 8 A b c d E F g h I J k L m n o P R S T v W y а Б В Г Д Е Ж З И К м Н О п С Т Ф Х Ч Ш Ю

Фанфики: & ( . « 1 2 3 4 5 A B C D F G H I J L M N O P R S T U W Y А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я

наши друзья
Зарегистрировано авторов 1406