ГлавнаяНовостиЛичная страницаВопрос-ответ Поиск
ТЕКСТЫ
83

Думаешь, я пуленепробиваемый?

Дата публикации: 27.06.2012
Дата последнего изменения: 27.06.2012
Название оригинала: Do I seem bulletproof to you?
Автор оригинального текста: Fleshflutter
Автор (переводчик): Choosy Cloud; sea_star;
Бета: Jenny in the sky
Пейринг: Джаред / Дженсен;
Жанры: АУ; проституция;
Статус: завершен
Рейтинг: NC-17
Размер: макси
Примечания: это гигантское макси состоит из 10 глав и эпилога (96 000 слов) и является очень известным фиком в англофандоме. Petit_Madam нарисовала к нему АРТ. Писалось автором на Биг_Бэнг (2008 год). К фику оставлено около 800 восторженных комментариев.
Саммари: Не найдя никакой актерской работы, Джаред устраивается в качестве водителя и телохранителя к Дженсену, который является чрезвычайно дорогой проституткой с дурной привычкой - притягивать к себе разных психопатов.

Скачать txt-файл: Думаешь, я пуленепробиваемый?
Глава 1

В кинематограф трудно пробиться. Кто бы мог подумать? Мартин Скорсезе почему-то не торопился стучать в дверь к Джареду с просьбой сняться в его новом проекте. И даже работы на телевидении могло бы быть побольше. Она была, но как-то местами, не в «изобилии».

 

Эти обстоятельства и заносят Джареда в один офис, в котором – он был чертовски уверен – располагалось агентство дорогих эскорт услуг. Джаред надеется, что правильно прочитал объявление, которое подсунул ему Том, и что его тело не будет значиться в меню, если он подпишет контракт. Он надеется, что правильно прочитал объявление, и что на самом деле будет обеспечивать здесь «сопровождение и охрану» тех тел, что были в меню.

Хотя он совершенно не для этого уехал из Сан-Антонио. В Лос-Анджелес Джаред прибыл для того, чтобы стать известным актером. Но вся прилагаемая им энергия вместо «десятки» ушла в «молоко», и Джаред, что называется, остался при своих.

Разглядывая обстановку комнаты - везде бархат цвета кофе и хромированная сталь - он думает, что все не так уж и плохо. Он задержится в этом «шоу» ровно настолько, сколько понадобится для того, чтобы заработать на арендную плату за несколько месяцев.

 

Джаред наслаждается прохладой от кондиционера - новый костюм колет и царапается, и в нем нестерпимо жарко. И все же он был рад, что надел именно его, а не свою обычную одежду - вокруг все дышит роскошью, стандарты явно заоблачные, и Джаред чувствует себя не в своей тарелке. Профессиональные навыки, требующиеся для подобного рода работы, ему неясны, и Джаред понимает, что имеет все шансы быть выставленным за дверь. Но! Если уж в объявлении сказано «сопровождение и охрана», то Джаред, во-первых, умеет держать рот на замке, во-вторых, с радостью возьмется за любую работу, ну, и в-третьих – имеет целых шесть футов чистых мускулов.

Было бы, конечно, совсем хорошо, будь в объявлении также сказано «опыт работы не требуется». Еще хотелось бы не ощущать себя так, словно он делает первый шаг по скользкой дорожке в мир проституции экстра-класса.

Стараясь удержаться и не вытереть в пятидесятый раз потные ладони о брюки, Джаред бросает взгляд на дверь и видит, как в проеме показывается девушка. Ее рыжие волосы были собраны в высокий хвост. Посмотрев сквозь очки в тонкой черной оправе и холодно улыбнувшись, девушка произносит:

 

- Мистер Падалеки? Мисс Феррис примет вас прямо сейчас.

 

Джаред вскакивает, резко дергает неудобный и жесткий воротник рубашки, поправляя его, и направляется в указанном направлении.

 

Саманта Феррис оказывается привлекательной женщиной лет тридцати со светло-каштановыми волосами и влажными темными глазами. У нее золотистая, загорелая кожа, и вся она кажется такой естественной и искренней, что немедленно нравится Джареду. Широко улыбаясь, женщина кивает ему, и Джаред понимает, что чувство симпатии взаимно. Саманта поднимается, чуть наклонившись над столом, чтобы лучше рассмотреть Джареда, который неловко застывает под этим оценивающим взглядом и пытается не пялиться на ее глубокое декольте. Такие взгляды на потенциального босса бросать не положено, тем более на первом интервью.

 

Саманта кивает, словно мысленно соглашаясь с увиденным, затем смотрит на Джареда, и улыбается.

 

- Хочу сказать тебе, сладкий, - произносит она прокуренным и низким голосом, - ты именно тот тип мужчины, который, я надеялась, войдет в эту дверь.

 

Она смотрит на бумаги, разбросанные по столу, и тычет пальцем в какой-то листок.

 

- Джаред Падалеки, верно?

 

Джаред кивает и садится на стул, на который она указывает ему. Офис Сэм был такой же элегантный и дорогой, как и комната, в которой перед этим ожидал Джаред, кроме того, на столе стоит ваза с гвоздиками и несколько фотографий в рамках. Эти мазки домашнего уюта как-то успокаивают Джареда, все еще слегка нервничающего, и он немного расслабляется. Да к тому же, зачем нервничать, если тебе было сказано – «ты как раз то, что нужно».

 

- Итак, Джаред, ты понял, чем мы тут занимаемся, верно? Ты ведь не маленькая девственница и понимаешь, какие услуги тут предлагают, так? Если ты увидел объявление, значит, кто-то из твоих знакомых решил, что ты подходишь для этой работы.

 

На короткий момент Джаред задумывается: как Том - Супермен недоделанный - узнал об этом эскорт-агентстве. Какие именно дела привели Тома в офис Сэм Феррис? Но он только кивает головой и старается не покраснеть. Очевидно, его попытка не очень успешна, как он надеется, потому что губы Сэм дрожат в усмешке, и Джаред чувствует, что его щеки начинают гореть еще жарче.

 

- Вы…, - он кашляет, прочищая горло, но Сэм уже машет рукой, чтобы он остановился.

 

- Милый, ты не обязан это говорить. Я хочу, чтобы ты просто делал свою работу, нормальную и совершенно законную. Обо всем другом не изволь беспокоиться. К тому же, твои отчаянно полыхающие щеки говорят мне, что ты и сам обо всем знаешь.

 

Джаред неловко ерзает на стуле, сжимая потные ладони в кулаки и сдерживаясь, чтобы не начать вытирать их снова о брюки. Он опять нервничает – если уж простое собеседование выбило его из колеи, Джаред начинает сомневаться, что справится с подобной работой.

 

На этот раз еще более серьезному и внимательному осмотру подвергается его лицо.

 

- А вообще, ты не гомофоб, Джаред?

 

- Нет, - произносит он медленно, - я не гомофоб.

 

Сэм резко вскидывает голову, уловив, как осторожно он отвечает. Она морщится.

 

- Будь честным. Скажи мне об этом сейчас, иначе всего лишь после нескольких дней на этой работе тебе нужна будет серьезная терапия, а в медицинскую страховку она не входит.

 

- Я не гомофоб, - говорит Джаред более решительно.

 

Она изучает его еще с минуту, и Джаред судорожно старается не покраснеть, не вспотеть или не сделать что-нибудь еще, чем может выдать себя. Он сильно сжимает челюсти, стараясь выглядеть невозмутимо и спокойно. Но этого было не достаточно. Сэм смотрит на него с легким удивлением, потом кивает и отводит взгляд, давая Джареду возможность немного расслабиться.

 

- Я верю тебе, - она снова смотрит на него, и Джаред встречается с ней взглядом, упрямо не отводя глаз, - думаю, ты сможешь позаботиться о себе в драке, Джаред? Можешь ты ... позволь мне быть с тобой откровенной, хорошо? У парня, для которого я искала сопровождение, есть дурная привычка – он умудряется вытягивать из людей все их глубоко скрытые безумства. А Дженсен приносит нам хороший доход. К тому же он отличный парень, и я хочу помочь ему, защитить его.

 

Саманта встает и идет к окну. Мягкий свет скользит по ее лицу, оттеняя светлые волосы, светло-розовый костюм, в который она одета, очень подходит ей.

 

- Был неприятный инцидент несколько недель назад, - произносит она, - хорошо, что все не сложилось еще хуже. Я не прошу тебя кидаться за него под пули. Тебе не нужно беспокоиться, заплатили ему или нет. – Она молчит, потом зло улыбается. – Пока я управляюсь тут с деньгами, я слежу за тем, чтобы мы получили их еще до того, как кто-то положит на глаз на моего мальчика, не говоря уже о том, что дотронется.

 

Джаред улыбается ей встревожено, но это ее, кажется, только развеселило.

 

- Я просто хочу, чтобы ты был с ним рядом. Пусть люди дважды подумают, прежде чем совершить что-то глупое, - продолжает Саманта. – Просто хочу знать, что кто-то рядом с ним, заботится о его безопасности. Можешь ты сделать это, Джаред?

 

Уже не в первый раз Джаред ловит себя на мысли – какого черта он здесь делает? Саманта оборачивается и следит за выражением его лица. Скользнув обратно за свой стол, она улыбается ему почти материнской улыбкой, связав тем самым по рукам и ногам. Это смертельное оружие. Сказать «нет» Саманте для Джареда сейчас было все равно, что отказать собственной матери.

 

- Будешь отвозить и привозить его со встреч. Ждать его, пока он с клиентами. И вмешиваться, если вдруг возникнут проблемы, хотя, я надеюсь, это будет не так уж часто. Не буду лгать тебе, Джаред, эта работа будет довольно скучной. Так что учись развлекать себя кроссвордами, судоку или еще чем-то. В основном, я хочу, чтобы ты был сдержанным и вежливым, и время от времени давал знать некоторым людям, что лучше отступить и не лезть к нему.

 

Что ж, получается, теперь Джаред – шофер с дополнительными обязанностями. Сумма, указанная в объявлении, была очень щедрой. Когда доходило до дела, Джаред не был трусом. Чад свидетель - он бывал в переделках прежде. Ему не предлагали ничего такого, чего бы Джаред не делал раньше в своей жизни. А теперь ему еще и платить будут, только теперь из драк он будет вытаскивать не Чада, а этого мальчика Саманты, Дженсена.

 

Такое же радостное возбуждение, как сейчас, он испытывал, когда удавалось сняться в рекламном ролике зубной пасты или в эпизоде в какой-нибудь мыльной опере, в роли «парня в углу» или «Джоша, учителя математики, который появляется на экране мельком». И он будет идиотом, если упустит сейчас эту работу.

 

Джаред подписывает контракт, пожимает руку Саманте и направляется домой, размышляя, о чем надо беспокоиться больше всего: о том, что он будет играть странную роль телохранителя при мужчине-проститутке с жуткой привычкой связываться с психами или о том, что до его родителей дойдет, чем он здесь зарабатывает на жизнь.

 

 

- Ну что, получил бесплатный пробник? – спрашивает Чад.

 

- Нет.

 

- Скидку?

 

- Нет.

 

- Будешь зарабатывать бабки, продавая минеты с заднего сиденья машины?

 

- Я тебя не знаю, если ты сейчас не заткнешься, - Джаред старается правильно выговаривать слова, насколько это вообще возможно, после полбутылки текилы на пустой желудок.

 

Чад фыркает, но, вместо того, чтобы снова надоедать Джареду, просто протягивает свой стакан.

 

Прошло уже три дня с тех пор, как Джаред устроился на работу, и иногда ему казалось, что этого не было, и он все еще ждет звонка с приглашением на прослушивание от своего агента, а иногда Джаред ни о чем другом и думать не мог. Недавно звонил Том, расспрашивая, как все прошло. Джаред рассказал ему, радуясь, что хоть с кем-то может поговорить об этой работе. Разговор вышел неловкий, и они оба были рады его закончить. Джаред не намеревался обсуждать это с Чадом – потому что Чад был придурок, добродушный, но, тем не менее, придурок, но Джаред просто с ума сходил от того, что не мог это ни с кем обсудить, и в итоге проговорился.

 

Поэтому сейчас они решают проблему с помощью алкоголя. Стадия опьянения, когда все вокруг казалось абсолютно понятным и правильным, и когда Джареду ужасно хотелось объяснить, как сильно он любит Чада, и как ему повезло, что у него есть такой классный друг, как Чад, прошла час назад. Сейчас Джаред чувствует, что его сильно тошнит, а пол делает все возможное, чтобы выскочить из-под него, несмотря на то, что Джаред надежно лежит на кушетке.

 

- Итак… значит, будешь его сутенером? - спрашивает, наконец, Чад.

 

- Нет.

 

- Будешь ходить в бархатном костюме, с тростью и большой дурацкой шляпе с пером?

 

- Не буду. Только если сам себе не куплю. А теперь заткнись или я перегрызу тебе горло.

 

 

Голова болит зверски, и Джаред тихо стонет. Он искренне подозревал, что все это было плохой идеей – начиная с того дня, когда он решил поехать в ЛА и стать актером. Вообще, плохой идеей было вставать в тот злополучный день, он бы спокойно мог досмотреть сон о тостерах-мутантах, о восстании зомби и о прочей чудесной херне, и в его голову не пришла бы идея о том, что он хочет быть актером.

 

- Чад, я облажался?

 

Чад замирает, словно основательно обдумывая этот вопрос. Потом медленно кивает, почесывая подбородок.

 

- Да, возможно. Сейчас поздно об этом думать. Ты все подписал. Могу я называть тебя Повелителем шлюх?

 

- Нет!

- Папулей?

 

Джаред предпринимает вялую попытку подняться, чтобы стукнуть друга кулаком, но все заканчивается тем, что он падает на пол. Шепча ругательства, он старается взобраться на диван, но ничего не выходит.

 

- Когда познакомишься с ним? – спрашивает Чад.

 

- Завтра, - Джаред смотрит на часы и поправляется. – Вернее, уже сегодня.

 

 

 

 

***

 

Когда Джаред оказывается в офисе Сэм шесть часов спустя, он чувствует себя ужасно, и не думает, что похож сейчас на человека. У него похмелье, одно из тех, когда дают себе зарок никогда больше не пить. Хорошо, что хотя бы спиртным от него не воняет. Он принял душ, причесался и, покопавшись в одежде, нашел что-то приличное и не мятое. Остается надеяться, что Дженсен не из тех, кто составляет впечатление о человеке по внешнему виду. Что можно сказать о Джареде? Выглядит он подозрительно, и все может закончиться плачевно.

 

Секретарша Саманты бросает на него только один взгляд и делает ему чашку очень крепкого кофе.

 

- О, Боже, - стонет Джаред. - Я выгляжу так плохо?

 

Она деликатно молчит, но промелькнувшая неуверенная улыбка говорит сама за себя. Влив в себя обжигающе горячий напиток несколькими глотками, Джаред выпрямляется, твердит себе, что это всего лишь прослушивание на роль очень трезвого и респектабельного молодого человека, и входит к Сэм.

 

- Эй, детка, - говорит Сэм в знак приветствия, строча что-то на листе бумаги. Она бросает ручку, поднимает глаза и на ее лице не дергается ни один мускул, когда она оглядывает Джареда.

 

- Вау, дерьмово выглядишь. Садись, дорогой. Может, кофе?

 

- Только что пил, спасибо. А…здесь только мы?

 

- Дженсена еще нет. Он вчера поздно лег спать, - Сэм стреляет в него глазами и добавляет:

 

- И кажется, не он один. Теперь о деле. Я поговорила с постоянными клиентами Дженсена, они все о тебе предупреждены. Некоторые из них были немного недовольны, но, если они не согласятся на пересмотренные условия договора, я укажу им на дверь. Так что, возможно, будут недовольные, но никакого реального сопротивления. Кто-то постарается помешать тебе, но ты не должен позволять им оставаться наедине с Дженсеном.

 

- Ничего себе, - говорит Джаред, глупо пялясь на Сэм.

 

Саманта вскидывает брови, глядя на него, и если бы Джаред быстрее соображал этим утром, то ляпнул бы какое-нибудь жалкое замечание, о том, что Саманте наверняка удалось бы сделать карьеру комментатора на скачках или в качестве ведущего на аукционе – так быстро она говорила.

 

Вместо этого он ляпает первое, что приходит в голову, как бы в ответ на ее вопросительное выражение лица.

 

- Должно быть, он охренительно зарабатывает, если вы вот так запросто можете отказаться от нескольких клиентов.

 

Джаред ежится от повисшей между ними тишины, а затем Сэм пожимает плечами и улыбается ему, подмигивая.

 

- Дженсен лучший, сладкий мой. Люди не будут платить, если не получат лучшее. Некоторые не видят необходимости охраны для Дженсена, но это не их дело, я считаю.

 

Это и удивительно и до странного трогательно - сколько заботы о благополучии Дженсена проявляет Саманта. Джаред, конечно, ни на минуту не забывает, что благодаря Дженсену довольно порядочная сумма регулярно собирается на банковском счете Сэм, но он не думает, что она притворяется: озабоченность в ее голосе, когда она говорит о нем, любовь в ее глазах – все это настоящее. Она ведет себя не как сутенер Дженсена. Не как мать, конечно, но что-то проскальзывает в ней, почти материнское по отношению к этому парню.

 

Раздается тихий стук, и в приоткрывшейся двери показывается голова секретарши. Они переглядываются с Сэм, и в воздухе словно повисает напряжение. Еще более необъяснимо то, что секретарша, перед тем, как скрыться за дверью, награждает Джареда сочувствующим взглядом. Джаред почему-то уверен: кто бы ни появился дальше в дверях, он для этого еще не совсем протрезвел.

 

Тот, кто должен появиться в дверях - это явно такая проблема, о которой Джаред даже не думал. Он представлял себе Дженсена сумасшедшим или просто заносчивой сукой, эдакой занозой в заднице. Может быть, манерным типом, который требовал бы, чтобы Джаред называл его «сэр» и приносил минеральную воду дорогой марки. Чего он не представлял, так это того, что парень окажется до одури великолепным. Хотя, если вспомнить, чем Дженсен зарабатывал на жизнь и какие суммы люди готовы были за него платить, Джаред должен был об этом подумать.

 

Дженсен настолько великолепен, что Джаред даже рад немного своему жуткому похмелью, потому что, увидь он в первый раз этого парня без головной боли, немного ослабившей умопомрачительный эффект, его мозг просто взорвался бы от созерцания подобной красоты. Эта мысль, в свою очередь, наводит на подозрения, что Дженсен уже и из него умудрился вытащить какое-то скрытое безумие.

 

Парень просто идеален: широкие плечи, узкие бедра и длинные ноги, светло-каштановые волосы стильно уложены, а его рот мог бы сниматься в порно 24 часа в сутки 7 дней в неделю, причем отдельно от хозяина.

Когда он снимает солнечные очки, Джаред видит длинные ресницы и зеленые глаза, что делает парня еще более привлекательным. Джаред не может решить, какой же у Дженсена самый большой недостаток – его угрюмый, насупленный вид или то, что он совершенно не собирается признаваться Джареду в любви с первого взгляда.

Вчерашняя текила еще не выветрилась из головы, и Джаред чувствует себя по-дурацки.

 

Дженсен оглядывает Джареда, а затем смотрит на Сэм, которая тревожно наблюдает за ним, словно ожидая от Дженсена, что он кинется на Джареда, как ротвейлер на крольчонка. «Возможно», - думает Джаред осторожно, - «она забыла, что он нанят сюда, чтобы защищать Дженсена, а значит, в этих отношениях ротвейлер именно он».

 

- Это и есть моя новая нянька? – коротко спрашивает Дженсен.

 

Джаред встает и делает шаг ему навстречу, протягивая руку, а Дженсен неожиданно подается назад, расширившимися от удивления глазами оглядывая Джареда с головы до ног.

 

- Ни хрена себе! А еще выше никого не могла найти? А то знаешь ведь, карлики не в моем стиле!

 

- Привет, - говорит Джаред. – Рад познакомиться. Я Джаред.

 

- Дженсен, - произносит парень, снисходительно кивая и переводя взгляд на Сэм. – Могу я отправить его обратно за то, что он слишком маленький?

 

- Ты не можешь отправить его обратно ни по какой причине, - голос у Сэм усталый и невеселый.

 

- Сэм, - начинает Дженсен, проходя мимо Джареда к столу Саманты, и Джаред чувствует себя так, словно попал прямо в эпицентр семейного скандала. Наверное, надо было подождать у секретаря и выпить чашку кофе, пока тут все будет решаться.

 

По выражению лица Сэм было ясно, что она все уже решила, и все претензии Дженсена приняты не будут. Джаред был ей благодарен за это, потому что у него дико разболелась голова, и он сейчас был бы просто не в состоянии терпеть нападки Дженсена.

 

- Дженсен, - перебивает Сэм, и вся мягкость в ее взгляде исчезает, словно кто-то щелкает выключателем. – Это не обсуждается. И не надо так на меня смотреть, мой мальчик. Ты снова хочешь оказаться в больнице? И скажи спасибо, что я не наняла тех двух горилл, чтобы они крутились возле тебя. Что ж, вернемся к тому, откуда начали – все так и останется. Джаред никуда не уйдет.

 

Тягостная тишина застывает в воздухе. Дженсен напряженно замирает. Джаред, стараясь не привлекать к себе внимания, неуклюже направляется к двери. Сэм и Дженсен какое-то время неотрывно смотрят друг на друга, потом Дженсен, словно сдаваясь, пожимает плечами. Он поворачивается и награждает Джареда тяжелым взглядом.

- У нас сегодня встреча в 11.

 

- Осторожней там, мальчики! – машет им Сэм, и Джаред вслед за Дженсеном выходит из комнаты.

Джаред не фанат автомобилей. И вообще, он предпочитает огромные грузовики, те, что свободно ездят по бездорожью. Они, помеченные дорожной пылью и царапинами, словно хранят в себе память обо всех местах, где им довелось побывать. Но серебристый Порше, на котором ему предстояло возить Дженсена, оказывается совершенно охренительным.

 

Джаред оказывается перед автомобилем раньше Дженсена и открывает ему заднюю дверь, вежливо улыбаясь. Во взгляде Дженсена читается недоверие и отвращение. Не говоря ни слова, Дженсен садится на переднее сиденье и резко захлопывает дверь. Джаред на мгновенье замирает, чувствуя, как улыбка сползает с его лица.

 

Глубоко вздохнув и напоминая себе о том, что, по каким-то странным, но естественным законам бытия, у всякой прекрасной розы обязательно есть острые шипы, Джаред садится за руль и поворачивает ключ в замке зажигания.

 

- Эй, слушай, рядом со мной не так уж и плохо, - Джаред старается быть вежливым, выруливая из тени подземного гаража на освещенную солнцем оживленную магистраль утреннего Лос-Анджелеса. Голова у него раскалывается, и такое чувство, что мозг словно хочет выпрыгнуть наружу.

 

- Думаешь, мне не хватает общения? – говорит Дженсен и бросает на Джареда быстрый взгляд. – Тебе ведь объяснили, чем я занимаюсь, не так ли? Знаю, ты новичок, но скажи мне, что входит в твои обязанности.

 

- По крайней мере, мне точно не платят за то, чтобы меня посылали куда подальше, - вызывающе парирует Джаред.

 

Губы Дженсена сжимаются в нитку, и он поворачивается, чтобы посмотреть на Джареда. Тот не смотрит на парня, сосредоточившись на дороге, но чувствует, как взгляд Дженсена прожигает насквозь.

 

- Ладно, вот что я тебе скажу. Мне не нужна компания. Мне не нужен друг. Меня не волнует твое мнение, мне нахрен не надо знать, как ты провел день и хорошо ли спал прошлой ночью, и что ты думаешь про весь тот мусор, который смотришь по телевизору, мне не важно, что ты думаешь про различные политические скандалы. Я не рвался заполучить тебя в водители и охранники, это не мой выбор. И мне не нужна чья-то гребаная помощь, я совершенно спокойно могу сам о себе позаботиться, имей в виду. Просто заткнись и рули.

 

Джаред глубоко вздыхает и неожиданно для самого себя вдруг улыбается. Эта маленькая вспышка ненависти показала, что Дженсен – обыкновенный засранец. Что ж, хорошо, что все выяснилось с самого начала их так называемых отношений, тем лучше – не будет ненужной неловкости и страха сказать что-то не так.

 

Когда Дженсен замолкает, Джаред включает радио, и тишину разбивают легкомысленные популярные мотивчики.

 

 

 

Карл – первый клиент на сегодня. Он ждет в гостиничном номере, стоимость которого в сутки явно превышает стоимость квартиры Джареда за месяц. Это лысоватый, средних лет бизнесмен с утонченными манерами, в изящном костюме, идеально сидящем по фигуре. Очевидно из постоянных клиентов, решает Джаред, видя, как загораются глаза мужчины при взгляде на Дженсена. Джареда Карл окидывает неприязненным взглядом. Он не протягивает руку для приветствия, и Джаред не особо расстраивается. Хорошие манеры здесь ни к чему – он лишь должен доставить Дженсена обратно, желательно таким же целым и невредимым.

 

- Полагаю, вы мистер Падалеки?

 

Джаред улыбается и кивает, но Карл в ответ лишь награждает его тяжелым взглядом.

 

- Думаю, вы должны знать - распускать грязные сплетни о том, что вы здесь увидели, будет плохой идеей.

 

- В моем контракте есть пункт о неразглашении, - невозмутимо говорит Джаред.

 

Дженсен проходит мимо них, наступая на солнечные лучи, лежащие на кремовом ковре. Он гладит рукой листья какого-то комнатного цветка, пышно раскинувшегося на столике у окна, наливает себе стакан воды и устраивает целое шоу – медленно подносит стакан к губам, одновременно расстегивая пуговицу на воротнике. Перед тем как повернуться и уйти, Джаред почему-то смотрит на ключицы Дженсена, мелькнувшие в вырезе рубашки.

 

- Я буду в холле, - говорит он.

 

Джаред закрывает дверь номера с чуть слышным щелчком, но успевает увидеть, как Карл идет через всю комнату к Дженсену, бесстыдно раскинувшемуся в кресле. Солнце освещает Дженсена, и он словно сияет.

 

 

 

***

Судоку завораживает, и Джаред быстро втягивается, разгадывая головоломки. Он сидит на стуле в углу холла, подобрав ноги, чтобы проходящие люди не спотыкались об них. Сэм была права – судоку здорово отвлекает, пока вот уже два часа Джаред ждет Дженсена. В голову почему-то лезут странные мысли, он старается не думать о том, что вот сейчас, в том номере, Дженсен и Карл занимаются сексом. Джареду сложно это представить, да он и не пытается.

 

Дженсен – та еще заноза, с Карлом, который не лучше.

 

И они занимаются сексом.

 

И Джаред ждет Дженсена, чтобы отвезти его еще куда-то, чтобы он занимался сексом еще с кем-то.

От этой работы только путаница в голове. Так что, спасибо тому, кто придумал судоку.

 

Они посещают еще два места, и в семь вечера Дженсен заканчивает. Все это время они не говорят друг другу ни слова. Джаред даже умудряется не таращиться изумленно, когда Дженсен возвращается со своих встреч. Нет, Джаред, конечно, все знает и понимает, и не ждет, что, вернувшись, Дженсен будет выглядеть…. свежеоттраханным. Не ждет, что у того будут сексуально взъерошенные волосы или распухшие губы, или засосы на подбородке. Хотя, надо признаться, он представлял себе Дженсена в таком виде, и просто прекрасно, что Дженсен оказался мудаком, иначе Джаред мог бы даже начать любоваться им.

 

Видимо, у Дженсена было строгое правило – принимать душ после встреч, хотя Джаред предполагает здесь и хорошие манеры, и большую практику. Поэтому, когда Дженсен возвращается и садится рядом, от него пахнет чистотой и свежестью, иногда даже до Джареда доносится еле уловимый аромат цитрусового шампуня.

 

После всего Джаред отвозит Дженсена, и тот говорит, что на завтра запланирована всего одна встреча, в 2 часа.

Джаред в

озвращается домой, садится на диван и рассматривает автоответчик, где мигают четыре непрослушанных сообщения от Чада. Джаред некоторое время обдумывает, не стереть ли их, даже не слушая, потому что именно сейчас он меньше всего нуждается в подколках друга. Джаред чувствует, что достаточно нахлебался за этот гребаный день, и Чад только добавит дерьма в эту кучу. Но, прежде чем Джаред принимает решение, телефон начинает звонить, и Джаред поддается неизбежности.

 

- Ну? Как твоя шлюшка?

 

- Не называй его так, - говорит Джаред, не особо надеясь, что его слова заставят Чада не сыпать своими остротами, но все же соглашаясь в некоторых моментах с другом, - и да, он просто мудак.

 

- Трахнул его?

 

Джаред прижимает телефон ко лбу, словно надеясь, что этот жест поможет ему найти силы и терпение для разговора с Чадом. Он мысленно проводит инвентаризацию своего холодильника, стараясь думать об ужине, а не о Чаде.

 

- Нет. Хотя он та еще сучка.

 

- А собираешься трахнуть?

 

- Чувак, прекрати. Я объяснял тебе, чем занимаюсь на работе. Серьезно, я не участвую ни в чем непотребном. Между нами ничего нет. С него и так хватит.

 

- А у него есть какие-нибудь известные клиенты? Давай, расскажи мне!

 

В холодильнике точно есть большой кусок сыра, немного молока, хотя оно, наверное, уже прокисло, должна оставаться коробка с остатками еды из китайского ресторана. Да, сыр на гарнир к китайской еде – явно плохая мысль, и Джаред думает, что вполне созрел для пиццы. Но если пицца – то какая? Он старается сосредоточиться на этих, несомненно, очень важных вопросах.

 

- Чад, не так давно я рассказал тебе о своих маленьких шалостях с Сэнди Маккой, а ты растрепал всем. Даже ее парню. Мне кажется, что должно пройти какое-то время, прежде чем я снова начну тебе доверять и не бояться, что ты разболтаешь всему Лос-Анджелесу то, что я тебе расскажу.

 

- Да ладно. Кстати, Сэнди снова в городе. С тем шоу в Ванкувере ничего не вышло. Все вернулась на круги своя, как говорится. Она тебе все еще нравится? Можем позвонить и рассказать о твоей новой, чудесной работе.

 

- Даже не думай об этом, - говорит Джаред, так тихо и угрожающе, как только может. Затем он молчит некоторое время, кусая губы, и спрашивает, стараясь говорить безразличным тоном. – Она все еще с тем парнем?

 

Чад громко смеется на другом конце линии.

 

Пока Джаред поздравлял себя с тем, что смог избежать колдовских чар Дженсена благодаря тому, что этот самый Дженсен оказался мудаком с большой буквы, судьба в виде того же Дженсена решила вмешаться и разрушить хрупкое равновесие.

 

Джаред приезжает к дому Дженсена в точно назначенное время, звонит в дверь и ждет, приготовившись быть невыносимо дружелюбным, чтобы превзойти все ожидания Дженсена. Домик находится в отличном месте, одном из тех, где можно спокойно выйти из Порше SUV и на тебя не будут изумленно пялиться, а милая старушка даже улыбается Джареду, когда он возвращает ей убежавшую собачку. Все очень мило, и Джаред задумывается – знают ли соседи о том, чем занимается Дженсен? Явно не знают.

 

Дженсен не спешит открывать, что не удивительно, но Джаред старается не думать о плохом, разглядывая симпатичные корзинки с цветами, которые висят по обе стороны от двери. Затем дверь открывается, и появившийся Дженсен улыбается, мать твою, невинной улыбкой. Его волосы влажные и завиваются на висках и возле шеи. На нем потертые джинсы и футболка, и ничего похожего на вчерашний модный прикид. Очки в простой оправе придают его облику еще больше сексуальности.

 

- Привет, Джаред. Дай мне пять минут, - Джаред кивает и поворачивается, чтобы уйти и подождать в машине.

 

Но дверь распахивается шире.

- Нет, заходи и подожди здесь. Можешь налить себе кофе.

 

Джаред осторожно входит внутрь. В доме прохладно, обстановка простая, ничего лишнего. Те немногие предметы декора, которые здесь имеются, подобраны со вкусом, ничего похожего на беспорядок и безвкусицу, царящую у Джареда в квартире. Зажав ключи в потной руке, Джаред неуверенно проходит в гостиную. Дженсен уходит, но вдруг останавливается. Он стоит и неуклюже чешет живот, край футболки приподнимается, обнажая накачанный пресс.

 

- Слушай, чувак, я вроде как должен извиниться, что перегнул палку вчера. Не принимай это на свой счет, просто я немного вышел из себя.

 

Это так неожиданно, что Джаред стоит и просто смотрит на Дженсена, который отводит глаза куда-то в сторону.

 

- Видишь ли, меня никто не спрашивал, нужна ли мне охрана. Сэм просто поставила меня перед фактом и это….это довольно унизительно…

 

Джаред в полном замешательстве, а Дженсен улыбается, но как-то взволнованно и неловко.

 

- Она словно объявила всем заинтересованным лицам, что я не могу сам о себе позаботиться, - уточняет Дженсен. Он как будто хочет сказать что-то еще, но сжимает губы и качает головой, переводя взгляд на Джареда. – В любом случае, я вел себя как полное дерьмо, и мне жаль. Могу я что-то сделать для тебя?

 

Очевидно, что из-за сногсшибательной красоты Дженсена и из-за того, чем он зарабатывает на жизнь, мозг Джареда перемещается куда-то между ног и отказывается воспринимать происходящее. Наверное, изумление отражается у него на лице, потому что Дженсен вдруг прикусывает кончик языка – от этого мысли Джареда совсем разбегаются – и криво улыбается.

 

- Вечером, когда я закончу, позволь мне купить тебе пива.

 

- Нет, ты не должен этого делать, - Джаред мнется на месте, чувствуя себя неловко и странно. Он неожиданно для самого себя вдруг искренне улыбается и говорит:

 

- Не беспокойся об этом. Ты злился, я понимаю, - с этими словами Джаред хлопает Дженсена по плечу, и его взгляд случайно падает на наручные часы на его запястье. - Твою мать, чувак, тащи свою задницу, мы опаздываем на встречу!

 

 

Этому дню словно мало неловких ситуаций, и он решает преподнести еще одну. Джаред узнает клиента Дженсена на этот день. Он продюсер, Джаред ходил к нему на пробы несколько месяцев, сразу после своего приезда в Лос-Анджелес. Это была какая-то дерьмовая роль в подростковой драме, где Джаред, несмотря на его 24 года, был самым младшим из «подростков» на съемочной площадке. Ему потом так и не позвонили.

 

Квентин, продюсер, не узнает Джареда, и это приносит одновременно и облегчение, и разочарование, потому что Джаред так ждал эту роль тогда.

 

Квентин приветлив, по крайней мере, настроен дружелюбнее, чем Карл. Он энергично трясет руку Джареда и говорит, что очень рад, что у Дженсена появилась поддержка, которой ему так не хватало. Краем глаза Джаред смотрит на Дженсена, видя, как тот изо всех сил пытается сохранить невозмутимое выражение лица.

 

Позже, когда Джаред снова ждет в холле, теребя в руках ключ от гостиничного номера и стоически стараясь не думать о трахающихся Дженсене и Квентине, он задается вопросом – что было бы, если бы Квентин узнал его. Если бы стал спрашивать, чем Джаред сейчас занимается? Признался бы Джаред в своем желании стать актером? Выбил бы себе приглашение на прослушивание? И каким мерзавцем бы при этом оказался? Джаред считает, что большим. Интересно, согласился бы с ним Дженсен или решил бы, что Джаред размазня и слабак, потому что упускает такой шанс. Даже если выгоду пришлось бы извлекать из того, что Квентин трахался с Дженсеном.

 

Проходит три часа, прежде чем Квентин появляется в холле. Он встречается с Джаредом глазами и благодарно улыбается ему. Что ж, думает Джаред, я еще не полный неудачник. Квентин выглядит довольным, еще бы – он может себе позволить воспользоваться «услугами» Дженсена, жизнь удалась и все такое.

 

Через полчаса появляется Дженсен, он выглядит освеженным – явно только что из душа. Джаред встает, чтобы отдать ключ от номера мальчишке-портье и вдруг замечает, как этот парень смотрит на Дженсена. Презрительно и с любопытством. Джаред улыбается мальчишке улыбкой, больше похожей на оскал. Портье сразу же отводит глаза.

 

- Иногда встречаешь такие взгляды, - говорит Дженсен, когда они подходят к машине, - их лучше игнорировать.

 

Джаред смотрит на него:

- Ты тоже заметил?

 

- Он просто прикидывал, сможет ли позволить себе снять меня, - Дженсен криво ухмыляется и садится в машину, - и понял, что это ему явно не по карману. Поэтому и состроил такую мину. Забавно.

 

Дженсен задумчиво смотрит в окно:

 

- Я заметил одну характерную черту в мужчинах – если они понимают, что не могут получить меня, то начинают смотреть так, словно я дерьмо, в которое они вляпались, когда шли по тротуару.

 

Джаред не отвечает, просто заводит автомобиль и трогается с места. Он не думает, что это забавно. Ему неловко от подобного разговора, от того, как спокойно говорит Дженсен – кто может себе позволить снять его, а кто нет. Он словно рассуждает о ценах на недвижимость в различных районах, и Джареду неприятно, что Дженсен совершенно очевидно не видит разницы. Джаред почему-то чувствует вину: он жалеет проститутку, а сам чуть ли не помогает Дженсену вести такой образ жизни. Лицемерие. Сплошное лицемерие. Он жалеет Дженсена и одновременно понимает – Дженсен в этом дерьме полностью, целиком, а он сам - лишь невзначай коснется, только чтобы немного подзаработать.

 

- Чувак, давай поболтаем? – говорит Дженсен, и в его голосе сквозит легкое веселье. – Расскажи-ка, о чем ты сейчас думаешь?

 

- Ни о чем, правда, - отвечает Джаред.

 

- Да ты словно сейчас лопнешь от мыслей. Конспиратор хренов.

 

Неожиданно для самого себя Джаред смеется, качая головой и пожимая плечами. Эти подколки Дженсена ему почему-то приятны. Общение с Дженсеном стало намного проще, особенно после вчерашнего разговора, и Дженсен перестал быть мудаком, каким он показался Джареду сначала.

 

- Квентин – продюсер.

 

- Я знаю, - говорит Дженсен. Он пожимает плечами и добавляет:

 

- Все мы приехали в ЛА, чтобы стать актерами, Джаред. Только вот большинство из нас в результате ищет деньги на аренду квартиры уже другими способами. Разве не так? Что скажешь?

 

- Да, ты прав! – говорит Джаред и хмурится, потому что не знает, что возразить. Дженсен разглядывает его, похоже, ему действительно интересно, что ответит Джаред.

 

- Тогда что? Думаешь, я приехал в ЛА, чтобы платить за все своей задницей?

 

Румянец заливает щеки Джареда, и он качает головой. Хотя, чего скрывать, получается, что именно для этого Дженсен и приехал.

 

- Имеешь в виду, что не для этого?

 

Джаред говорит это так запросто, но Дженсен явно слышит в его голосе сомнение. Дженсен вздыхает и пожимает плечами, надвигая солнцезащитные очки на глаза и удобнее усаживаясь на сиденье. Джареду вдруг кажется, что Дженсен начинает постепенно доверять ему – эти разговоры между встречами начинают делать их ближе друг к другу.

 

Дженсен долго молчит, прежде чем ответить.

 

- Я хотел быть актером. Приехал сюда в качестве модели, но актерской карьеры я не сделал. Потом я нашел…это занятие. И я хорош в этом, Джаред.

 

- Можешь не рассказывать об этом, если не хочешь, - Джареда вдруг бросает в жар, и он продолжает, стараясь говорить твердым голосом, - просто…есть миллион других вещей, чем можно было бы заняться…Ты мог бы быть официантом, запоминать всякие сложные заказы, вроде… «без майонеза, с двойной порцией огурчиков и бездрожжевой хлеб»…

 

- Чувак, не надо, «Красотку» сняли двадцать лет назад, и те времена давно прошли. Меня не надо спасать, я не из тех, что ждут миллионера с квартирой и трахом три раза в неделю в миссионерской позе.

 

- То есть…ты хочешь сказать, ты получаешь удовольствие? От секса за деньги? – спрашивает Джаред и смотрит на дорогу. Впереди пробка, и он может воспользоваться моментом и не смотреть на Дженсена.

 

Джаред смущен и чувствует, что ему стыдно смотреть Дженсену в глаза, но не выдерживает и бросает взгляд на парня. Дженсен выглядит усталым. Может, он просто устал после долгого секса, а, может, сыт по горло всем, включая и этот разговор. Джаред готов поспорить, что он не первый, кто хочет знать, почему Дженсен выбрал себе подобное занятие в жизни. Джаред не хочет чувствовать себя виноватым, перекладывая вину на Дженсена, ведь это решение принял сам Дженсен, значит, ему так удобнее.

 

- Еще один стереотип. Еще хуже, чем «проститутка с большим сердцем». Да, не спорю, работы полно, но я не первый, кто перестает заниматься чем-то, просто потому, что ни хрена не платят. – Дженсен улыбается томно и ослепительно. – Скажи мне, Джаред, если бы тебе известный продюсер предложил роль, неужели ты бы предпочел возить мою задницу по городу?

 

Джаред делает вид, что обдумывает ответ, и его губы растягиваются в ухмылке.

 

- Ну…Зависит от того, как будут кормить на съемочной площадке. Я растущий парень, мне надо учитывать мои потребности.

 

Дженсен вдруг улыбается, услышав эти слова, и Джаред рад этому, но в душе проклинает его за то, что Дженсен оказался не таким мудаком, как Джаред решил сначала. Потому что эта работа окажется сплошным мучением, если Дженсен и дальше будет… в общем, не таким уж и плохим.

 

 

***

План на вечер включал в себя диван, чипсы и все более-менее приличное, что Джаред сможет найти в видеопрокате. План отличный, но он лопается, как мыльный пузырь, когда на пороге квартиры появляется Чад, который заставляет Джареда принять душ и заявляет, что они отправляются развлекаться.

 

- Будь благодарен мне, чувак, что я не позволяю тебе сидеть тут и киснуть, - голос Чада перекрывает шум льющейся воды в душе. – Там будет Сэнди, и наименьшее, что я могу сделать, так это не позволить тебе опять облажаться с ней.

 

И Джаред благодарен, хотя ни за что в этом не признается, но когда он видит Сэнди, которая выглядит еще симпатичнее, чем он помнит, он просто обожает Чада. У нее в руках какой-то невообразимо розовый коктейль с зонтиком, который, как поплавок, плавает в стакане, а ее глаза изумленно расширяются и сияют, когда она видит Джареда. Он идет к ней сквозь толпу в баре, и чувствует вдруг себя легко и непринужденно, словно все здесь его друзья и улыбаются ему, как старому знакомому.

 

Сэнди все еще смотрит на него, когда Джаред подходит к ней, и от осознания этого его вдруг обдает жаркой, пьянящей волной.

 

- Привет, Джаред, - говорит она. – Я знала, что ты собираешься быть здесь сегодня вечером, поэтому одела свои каблуки.

 

Она смотрит вниз, демонстрируя свои тринадцатисантиметровые голубые шпильки, а Джаред улыбается и чмокает ее в щеку.

 

- И я знал, что ты собираешься быть здесь сегодня, поэтому специально не одел свои каблуки.

 

- Жаль, - парирует она, - спорю, твои ножки смотрелись бы в них убийственно.

 

Да, Сэнди на самом деле еще привлекательнее, чем раньше, и общаться с ней проще, и они непринужденно болтают часа полтора, а в первые пять минут разговора Джаред смотрит на нее, будто безмолвно спрашивая, а Сэнди также без слов отвечает – да, я одна сейчас.

 

Демонстративно игнорируя непристойные ухмылки и гримасы Чада, который паясничает на другом конце бара, Джаред покупает Сэнди еще один коктейль, когда она допивает свой.

 

- Что там с твоей карьерой актера? – спрашивает Сэнди.

- Ничего, – говорит он ей с печальной ухмылкой. – Жаждущих стать актерами массы. Пришлось спуститься на землю и искать работу, где реально платят.

 

Сэнди смотрит сочувственно и похлопывает Джареда по руке. Джаред начинает надеяться, что на этом разговор о его работе закончится, он почти убеждается в этом, но тут Сэнди спрашивает:

 

- А чем сейчас занимаешься?

 

- В общем…водитель. Езжу по городу, большую часть времени просто сижу.

 

Это не было ложью. Просто очень на нее похоже.

 

 

***

 

Несколькими днями позже, когда Джаред сидит в офисе Сэм, он вдруг понимает, что эта секретарша, рыженькая Мэлани в очках, очень даже ничего. Она предлагает Джареду кофе, пока не понимает, что его больше интересуют мармеладные мишки в вазе на ее столе, и она двигает вазу к нему. А еще она достаточно вежлива, и не спрашивает абсолютно ничего про Дженсена.

 

Мэлани через два месяца выходит замуж за парня по имени Бэн, и уже готова придушить свою золовку, одеть подружек невесты в бесформенные платья из красно-коричневой органзы, запретить друзьям жениха по колледжу появляться на свадьбе или просто сбежать в Лас-Вегас.

 

Он понимающе кивает и старается не рассмеяться, когда Мэлани обрушивается с резкой критикой своего священника, который не может держать руки при себе, и заинтересованно выслушивает ее размышления о том, ведет ли убийство святого отца прямой дорогой в ад. Джаред даже начинает уверять Мэлани, что этот вопрос не отражен в Библии, и, если ей не удается увернуться от шаловливых пальцев священника, нужно просто преподать ему ценный урок. Но тут по внутренней связи звонит Сэм и просит Джареда зайти.

 

- Как все складывается? – спрашивает Сэм, прежде чем Джаред опускается на стул. Она устраивается на краю стола, чтобы ближе рассмотреть его. Сегодня на ней костюм цвета шоколада.

 

- С Дженсеном? – уточняет Джаред, хотя совершенно очевидно, что Сэм имеет в виду именно Дженсена. Джаред не уверен, зачем тянет время, только знает, что пока сомневается, как ответить на этот простой вопрос. Сэм внимательно наблюдает за его замешательством, а затем строго смотрит на него, неумолимо ожидая ответа.

 

- Да, Джаред, - она отчетливо произносит слова, словно Джаред сумасшедший, не понимающий элементарных вещей. – Как все складывается….с Дженсеном?

 

- Ну… - начинает Джаред. Сэм смотрит, явно ожидая более развернутого ответа. Джаред пожимает плечами и продолжает:

- Хорошо.

 

- Я не хочу тебя уличать в чем-то, дорогой. И не стараюсь поймать тебя на слове. Я спрашиваю об этом, просто чтобы убедиться, что вы двое сможете работать вместе. Сможете?

 

- Конечно! То есть, я имею в виду, мы уже сработались…хотя постойте – Дженсен что-то сказал обо мне, да?

 

Повисает долгая пауза, Сэм обходит стол, намереваясь сесть на свое место. Напряженно замерев на стуле, Джаред встревоженно ждет ответа. Он думает, что все шло хорошо, и Дженсен был таким милым последние пару дней, неужели он все равно намерен избавиться от Джареда? Это не поддается объяснению, и Джаред чувствует, что так…просто нечестно. Может быть, Дженсен изменился по отношению к Джареду только на словах, оставшись при своем мнении – избавиться от непрошеного телохранителя. Что ж, если это так, никуда не денешься. Охренеть, как приятно! Джареда с детства учили быть вежливым с людьми, даже если они этого не заслуживают. Хотя его уже достало быть милым, когда с ним так обращаются.

 

- Нет, - говорит, наконец, Саманта. – Он ничего не говорил. Он редко жалуется. И Дженсен упрям, как осел, поэтому я до сих пор, жду, что он взбрыкнет.

 

Раздражение и злость на Дженсена немедленно исчезают. Джаред вдруг чувствует себя счастливым, пытаясь удержать самодовольную улыбку.

 

- Думаю, я ему понравился, - говорит он, стараясь не выдать своей радости.

 

- Думаю, да, - отвечает Сэм, и смотрит так, словно ждет от Джареда еще каких-то слов.

 

 

Когда он приезжает к Дженсену во вторник, его ждут бублики с сырным кремом, бекон, кофе и стакан апельсинового сока. Дженсен впускает его в дом и показывает рукой на стынущий на столе завтрак. Вроде бы ничего особенного, просто еда, но это приготовлено специально для Джареда, который встал рано, не успев поесть, и Джаред благословляет Дженсена, чудесного и великолепного Дженсена.

 

- Я помню, что ты растущий парень с большими потребностями, - говорит Дженсен, и урчание в животе Джареда подтверждает его слова. Дженсен смеется и хлопает его по спине, подталкивая к столу. – Ешь. Мне нужно кое-что сделать, прежде чем мы поедем.

 

К тому времени, как Дженсен готов выйти, Джаред уничтожил все до последней крошки, аккуратно сложив посуду в посудомоечную машину. Дженсен отчаянно зевает, когда садится в машину рядом с Джаредом, и тот обеспокоенно смотрит на него.

 

- У тебя тяжелый день впереди? – спрашивает Джаред и в шутку добавляет, - а ты можешь поспать во время работы? А если заметят – скажешь, что потерял сознание…

 

- Это было бы непрофессионально, - говорит Дженсен, и от улыбки в уголках его глаз появляются морщинки. – Кстати, я пробовал. Не работает.

 

Джаред мельком смотрит на него:

- Что, так активно участвуешь в «работе»?

 

-Черт, нет, конечно. Я не про это. Некоторые действительно не заметили, если бы я спал. Просто не особо поспишь, когда сверху лежит какой-нибудь мужик, тебе не кажется?

 

В глазах Дженсена пляшут веселые чертики, и Джаред подозревает, что он специально все это говорит, чтобы заставить Джареда покраснеть. Что ж, у Дженсена получается, щеки и шею словно обдает жаркой волной, и Джаред заливается краской стыда, неловко кашляя. Но все равно – ему смешно, и Дженсен смеется тоже.

 

Дженсен смеется тихо и тепло, его губы красиво изгибаются в улыбке. Он становится похож на мальчишку, и фальшивый налет Лос-Анджелеса словно осыпается с него. Их взгляды встречаются, и Джаред улыбается в ответ. Дженсен проводит большим пальцем по губам, словно пытаясь стереть улыбку, а Джаред завороженно следит за этим движением. Мир вокруг исчезает, и они остаются вдвоем.

 

Нельзя сказать, что у Джареда был опыт общения с проститутками, его, собственно, вообще не было, но он представляет, что было бы, если бы удалось купить ненадолго потрясающий рот Дженсена. Без сомнения, Дженсен обалденно сосет член, мужчины наверняка ставят его на колени, заставляя широко открывать рот. И Дженсен, вероятно, стонет и начинает лизать и сосать, словно порнозвезда. Если бы Джаред купил этот рот – от этой мысли вдруг что-то горячее скручивается в животе - он бы использовал его по-другому. Он бы просто целовал. Нет, конечно, делал бы и другие вещи, но сначала целовал бы, так сильно, чтобы опухли и онемели губы, будто отходя от стоматологического наркоза. Целовал до умопомрачения, пока не истекло бы оплаченное время, и не устал язык.

 

Осторожно, делая вид, будто полностью сосредоточен на дороге, Джаред спрашивает:

- Ты позволяешь клиентам целовать тебя в губы?

 

Дженсен молчит, а Джаред поднимает на него взгляд и понимает, что Дженсен наблюдает за ним. На лице Дженсена смесь веселья и раздражения.

 

- Чувак, прекращай смотреть на ночь «Красотку». Это ведь не документальный фильм! – он смущенно отводит глаза и начинает без остановки говорить, словно читает меню. Довольно странное меню. – Заплати мне, и никаких ограничений не будет. Бондаж, тройничок и разные игрушки, я уж не говорю о дилдо и кольце на член. Животные и ножи исключены. Видео и фото нежелательно, но можно договориться. Короче, все, что оставляет на мне следы – нельзя, остальное – можно.

 

Он чешет подбородок, чувствуется, что ему неловко, но Дженсен добавляет:

 

- Можно заказать что-нибудь особенное. Заранее.

 

- Особенное, - повторяет Джаред ошарашено, - вроде куриного пармезана или стейка из мраморной говядины.

 

Джаред стойко сопротивляется желанию шутить и дальше про различные виды мяса, потому что не уверен – будет это весело или совершенно не смешно.

 

Повисает неловкая тишина.

 

- Так, в следующий раз приготовлю тебе огромный завтрак, чтобы твой мозг отвлекся от мыслей о еде, - говорит, наконец, Дженсен очень нейтральным тоном.

 

 

 

***

Почти все клиенты Дженсена – мужчины. Но есть и две женщины, к которым он регулярно ездит. Одна из них – миловидная брюнетка, с неброским макияжем и в дизайнерском костюме. Она очень волнуется каждый раз, когда Дженсен приезжает. А при первой встрече с Джаредом заводит неловкий разговор, задавая вопросы вроде «ты скучаешь по маме? Говоришь с ней по телефону? Есть ли у тебя друзья здесь?».

 

Другая клиентка – богемного вида мадам с ожерельями, свисающими до колен и, боже, палочками в волосах. Она называет Дженсена «драгоценность» и «сокровище», и когда Джаред видит ее впервые, Дженсен старается на него не смотреть. Это к лучшему, потому что в контракте Джареда не сказано о том, что он не может смеяться над клиентами.

 

Остальные клиенты – мужчины. Джаред старается запомнить их имена и различные мелочи, которые про них узнает. Потому что это его работа. Карл – инвестор, Дэн Уильямс – агент нескольких спортсменов, он принимает Дженсена прямо у себя дома. Майкпис предпочитает, чтобы его называли Боб, а после встреч с Ником Бакси Дженсен морщится, когда садится в Порше. Когда Дженсен едет к Марко, он надевает рваные джинсы, подводит глаза и выглядит недовольным. Когда едет к Карлу – надевает костюм и галстук.

Некоторых клиентов Джаред видит еженедельно. Некоторые заказывают Дженсена за месяцы вперед, а у некоторых столько денег, что они могут позвонить и сделать заказ на завтра, и тогда Сэм звонит Дженсену, когда тот в пути, и отменяет уже назначенные встречи.

 

Они словно погрузились в рутину. Джаред подъезжает к дому Дженсена, где для него уже приготовлен какой-нибудь легкий завтрак. Джаред ест и ждет Дженсена. Даже если они опаздывают, что случается не часто – Дженсен чертовски пунктуален - Джаред всегда успевает, по крайней мере, выпить кофе.

Затем Джаред везет Дженсена к его первому клиенту и развлекает себя судоку и мармеладом, пока Дженсен не появляется. Потом Джаред везет его к следующему клиенту. Если есть время, они останавливаются где-нибудь, чтобы выпить кофе, потому Дженсен просто кофейный наркоман. После последней встречи Джаред отвозит Дженсена обратно, договаривается на следующий день, и все повторяется сначала.

 

Они точно не друзья, но Джаред думает, что они ближе, чем просто два парня, которые вместе работают.



Глава 2

Потеть – это отвратительно. Джаред знаком с этим не понаслышке – он и сам, когда нервничает, обильно потеет - поэтому может с уверенностью сказать: да, мерзко.

 

Первое, что замечает Джаред, когда приводит Дженсена в гостиничный номер на встречу с очередным клиентом – это то, что парень, Роб, насквозь мокрый от пота. На его бледно-желтой рубашке от Гуччи расплываются темные пятна под мышками и на спине. Когда Роб замечает, что они входят в номер, он поднимается со стула и идет к ним через всю комнату. Вблизи Джаред видит, что его кожа лоснится от пота, а темные, до плеч, волосы слиплись влажными сосульками. Даже гостиничный кондиционер не справляется с его обильным потоотделением.

 

Львиная доля клиентов Дженсена не особо привлекательны. Джаред полагает, что, возможно, именно это и является одной из причин, по которой они платят Дженсену за секс, хотя он и не знает наверняка, что заставляет людей пользоваться услугами проституток долгое время. Но это первый клиент, от тошнотворного вида которого Джаред проникается болезненным сочувствием к Дженсену. Даже напоминание о том, что Дженсен сам на это подписался, не может уменьшить жалости к парню.

 

Он чувствует замешательство Дженсена, и какую-то сумасшедшую секунду размышляет, не может ли это расцениваться как одна из ситуаций, когда Джаред должен вмешаться. Ему хочется сказать Робу, что тот нарушает условия договора с Сэмом, не удосужившись хотя бы принять душ перед свиданием. Ему хочется вытащить Дженсена из комнаты и побеседовать с ним по душам, объясняя на примере данной ситуации, почему тот не должен позволять потным, немытым мужикам лапать себя за деньги.

 

Но поток его мыслей о Робе прерывается, когда он видит, что Дженсен проходит мимо него и усаживается на кровать, вытягивая скрещенные в лодыжках ноги. Роб поворачивает голову, следуя за ним взглядом, и Джаред в нерешительности переминается с ноги на ногу, растерянный и бесполезный. Когда Роб понимает руку, чтобы убрать с лица влажную прядь волос, массивные золотые часы на его запястье блестят в последних лучах предзакатного солнца. Дженсен улыбается Джареду спокойной, терпеливой улыбкой, и Роб оглядывается, как будто удивляясь, что тот все еще здесь

 

- Что-то еще? - напрямую спрашивает Роб. Он так близко, что Джаред отчетливо чувствует его запах.

 

Джаред смотрит мимо него, игнорируя нахмуренные брови и сжатые челюсти Роба, туда, где на нетронутых, белоснежных простынях раскинулся Дженсен.

 

Невероятным усилием подавив гримасу отвращения, он разворачивается на каблуках и выходит из номера. Он проходит мимо лифта, спускаясь вниз по ступеням, и звук его шагов практически заглушается толстым, бледно-золотистым ковровым покрытием. Еще слишком рано для часа пик, туристы и приезжие бизнесмены еще не вернулись в свои номера, в воздухе разлито какое-то зловещее спокойствие, как затишье перед бурей.

 

Джаред сидит в холле, не в силах сконцентрироваться на своем судоку, безучастно наблюдая за редким потоком прохожих, и начинает злиться все сильнее.

 

Раз за разом прокручивая в голове цепочку фактов, злиться все больше и больше. Цепочка выглядит следующим образом.

 

Роб не может не потеть, так же, как иногда не может и сам Джаред. Роб, однако, может принять душ, но явно предпочел не делать этого. Он решил не мыться перед тем, как заняться сексом с Дженсеном. Джаред хотел бы придумать Робу оправдание, но количество пота на его коже говорит о том, что тот прекрасно знает, насколько он потный.

 

Нет. Роб потный, Роб знает об этом, и он специально не мылся перед тем, как Дженсен пришел к нему. Все это приводит Джареда в абсолютную ярость, но самое обидное то, что Дженсен преспокойно улегшись с Робом в постель, буквально сказал этим, что для него это не проблема.

 

Но это проблема для Джареда.

 

Он раздраженно ерзает в кресле, губы сжаты в тонкую линию от злости.

 

При виде него женщина за стойкой регистрации тихонько переговаривается с охранником, и Джаред замечает, что тот подходит ближе, чтобы держать его в поле зрения на случай непредвиденной ситуации. И это хорошо, потому что Джаред испытывает серьезное искушение вернуться в номер, забрать оттуда Дженсена , и объяснить Робу – если он не понимает того, что необходимо принять душ перед сексом, если ты чертовски потный, то, вероятно, это и есть причина, по которой ему приходится этот самый секс покупать за деньги.

 

Вместо этого Джаред сидит в холле и кипит от гнева.

 

Почти два часа спустя он барабанит пальцами по мобильному телефону, размышляя, заставит ли его разговор с Чадом успокоиться и трезво смотреть на вещи (должен же кто-то быть спокойным и разумным в разговоре, и это вряд ли будет Джаред) или только еще сильнее разозлит. Вдруг Джаред видит, что через фойе к нему идет Дженсен.

 

- Давай, - бормочет Дженсен, не глядя на него, когда Джаред рывком встает. - Пора ехать.

 

Они молча идут к машине, Дженсен притворно-смущенный, а Джаред вне себя от ярости. Джаред замечает, что его руки дрожат, когда он заводит машину. Он резко срывается с места, мотор ревет, шины визжат. Его ноздри раздуваются от гнева, грудь тяжело вздымается, а губы по-прежнему сжаты в тонкую линию.

Проходит примерно десять минут после того, как они отъехали от гостиницы, когда Дженсен перехватывает руку Джареда и просит: «Эй, притормози-ка здесь на секунду!»

 

В порыве какого-то бездумного послушания Джаред резко выворачивает руль и останавливается у обочины, игнорируя сердитые гудки соседних автомобилей. Все еще вне себя от раздражения, он барабанит пальцами по рулю, когда понимает, что Дженсен направляется к входу в бар. Джаред резко выдыхает, выключает двигатель и следует за ним.

 

Когда он входит, то видит, что Дженсен припечатывает ладонью к стойке уже оплаченный счет, хотя он еще не успел выпить и только поднимает стакан с виски, который бармен поставил перед ним. Желающие пропустить стаканчик после работы только еще начинают подтягиваться в бар, скопление уставших людей, смеющихся и переговаривающихся низкими, тусклыми голосами. Джаред не спеша подходит к Дженсену, наклоняется к нему и спрашивает:

 

- Какого черта ты делаешь?

 

Дженсен бросает убийственный взгляд прищуренных глаз и проталкивается мимо него по направлению к туалету со стаканом в руке, не сказав ни слова. Джаред в пяти секундах от того, чтобы повторить свой вопрос, только уже громче и с большим количеством ругательств, но вместо этого покорно следует за ним. Туалет совершенно обычный для таких заведений - провонявший дымом и жидкостью для дезинфекции, но чистый.

 

- Дженсен!, - громко зовет Джаред, и его голос гулким эхом отражается от кафельных стен. - Какого черта ты делаешь?

 

- У меня только что во рту были потные яйца, Джаред. Во всем мире недостаточно жидкости для ополаскивания рта, чтобы смыть этот привкус. Так что, будь другом, отвали!

 

Дженсен одним глотком осушает стакан, откидывает голову назад, шумно полощет рот и сплевывает в раковину. Он стоит какое-то время, опершись руками на раковину, и Джаред слушает его тихое хриплое дыхание. Он все еще зол, но чувствует, что гнев постепенно уходит, хотя Джаред старается не дать ему утихнуть.

 

- Обычно мне удается уговорить его принять душ вместе со мной, но …не сегодня, - тихо бормочет Дженсен. Все еще не разгибаясь, он искоса смотрит на Джареда. - А ты чего весь на взводе?»

 

Остатки его гнева разом улетучиваются, уступая место усталости, потому что Джаред действительно не знает, как объяснить это Дженсену. Это такая вещь, которую Дженсен должен просто понять. Он только качает головой и потирает складку между бровей.

 

- Пойдем, - говорит он, наконец. - Давай я отвезу тебя домой.

 

 

***

- И этот мужик, представляешь? Да он практически обливался потом! - Джаред произносит возмущенную речь снова и снова, рассказывая Чаду по телефону сильно отредактированную и облегченную версию событий прошлого свидания.

 

- Но Дженсену ведь заплатили, правда? Я имею в виду, он же не пошел вылизывать яйца какому-то потному левому чуваку ради собственного удовольствия? Если бы было так, то я бы согласился, что он больной извращенец и это отвратительно. Но ему за это платят… чувак, это же его работа.

 

Так или иначе, Чад умудряется быть разумной и беспристрастной стороной в этом разговоре. Для Джареда это непривычно, и он не знает, как себя вести. Мнения Чада и Джареда по поводу того, что является нормальным поведением, а что нет, часто расходятся. Взять хотя бы тот факт, что Чад считает нормальным оставлять адрес электронной почты Джареда на самых отвратительных порносайтах, которые ему удается найти, и папка «Входящие» потом оказывается забита самым возмутительным спамом, и Джаред не согласен, что это - нормально.

 

Но случай с Дженсеном особый. Джаред считает, что даже Чад должен быть возмущен по этому поводу.

 

- Это не должно быть его работой, - настаивает Джаред. - Он не должен обсасывать яйца какому-то потному уроду, который даже не считает нужным принять душ, перед тем, как его трахнуть!

 

Во время паузы до Чада постепенно начинает доходить. Затем он медленно, осторожно спрашивает:

- Джаред, а чьи яйца он должен обсасывать? По твоему, конечно же, абсолютно беспристрастному мнению?

 

Когда Джаред медлит с ответом, он слышит, как Чад едва слышно стонет, и на том конце провода раздается непонятный шум, и Джаред думает - вполне может быть, что Чад бьется лбом об телефон.

 

- Чувак, только не это, - скулеж Чада звучит как что-то среднее между жалостью и разочарованием. - Только не это. Не зацикливайся на нем. Это может закончиться двумя вариантами, дружище: дерьмовым и катастрофически дерьмовым. Слушай, вот что тебе нужно сделать…

 

- Я не думаю, что мне понравится этот план, - обрывает его Джаред.

 

- Заткнись, дебил, ты же даже еще не дослушал!

 

- Да, но это твой план, чувак. И это точно не внушает доверия.

 

- Слушай, что тебе нужно сделать, - невозмутимо продолжает Чад. - Тебе нужно купить задницу Дженсена на то время, на которое у тебя хватит денег, а это же примерно минут пятнадцать, да? А потом оттрахай его, как сумасшедший. Серьезно, оттрахай его до потери пульса. Просто чтобы выкинуть его из головы.

 

На осмысление этого требуется какое-то время, и Джаред безучастно пялится в стену, цепляясь взглядом за странные пятна на обоях, и пытаясь вспомнить, когда стену облили кофе (а выглядит это именно так) и присутствовал ли он сам при этом.

 

- Мне нужны новые друзья, - говорит, наконец, Джаред.

 

- Спроси у Дженсена, он наверняка знает, где их можно купить, - притворно оскорбившись, предлагает Чад, что лишний раз доказывает, насколько Джаред прав.

 

 

***

 

Первое на сегодняшний день свидание проходит без происшествий. Встреча с Квентином, а значит - все в порядке, полагает Джаред. Хотя может это из-за того, что его живот полон блинчиков, и Дженсену пришлось ждать, пока Джаред придет в себя, чтобы забрать его. Блинчики всегда приводят его в состоянии гармонии с миром.

 

По дороге в гостиницу они добродушно спорят по поводу радиоволны и приходят к компромиссу в виде утреннего выпуска новостей. Джаред сопровождает Дженсена до номера, обменивается парой вежливых слов с Квентином и возвращается в вестибюль, на ближайшие полтора часа погружаясь в разгадывание судоку.

 

Незаметно для себя, он разговаривается с молодой матерью, которая ожидает такси. Ее дети, две девочки примерно пяти лет, развлекаются, ползая по его ногам, и он сам охотно включается в их игру. Их мать извиняется снова и снова, пока Джареду, наконец, не удается ее убедить, что ему нравится и он совершенно не против.

 

Он все еще разговаривает с ней, когда появляется Дженсен. Джаред не сразу замечает, что тот стоит и наблюдает, приподняв бровь.

 

- Знаешь, когда ты слишком устанешь от этой работы, - говорит Дженсен, когда они выходят, - ты всегда можешь устроится в детский сад в качестве тренажера «джунгли»».

 

- Звучит заманчиво, - соглашается Джаред.

 

Они обедают в кафе на улице, вокруг полно людей, ярко сияет солнце. Хотя, скорее, Джаред обедает, а Дженсен старается не облизываться слишком явно на его курицу с рисом. Джаред заметил, что Дженсен, как правило, почти не ест до того, как закончится последнее свидание. Он перекусывает что-нибудь, но Джаред не уверен, что этого достаточно для поддержания тонуса. Хорошо питаться очень важно, от этого зависит множество вещей, включая настроение и выносливость, и Джаред пытается объяснить это Дженсену, разговаривая с полным ртом риса.

 

 

Дженсен старается не смущаться при виде Джареда с полным ртом еды, отводит глаза и пытается свести свое участие в беседе к минимуму, вежливо кивая головой в нужных местах.

 

На вторую половину дня назначено свидание с Дэном. Ну, или было назначено.

 

Джаред паркуется неподалеку от его дома, какого-то чересчур белого и квадратного, кажется, что окна в нем больше чем стены, и провожает Дженсена до самой двери. Он подавляет сытую отрыжку, пытаясь сохранять подобие профессионального вида. Дженсен в ответ на это только закатывает глаза, но ничего не говорит.

 

Обычно, когда клиент открывает им дверь, Джаред слегка теряется и не знает, что сказать.

Что-то вроде «это проститутка, которую вы заказывали» звучит глупо. Поэтому Джаред, как правило, ограничивается улыбкой и коротким «привет!». Но только не сегодня.

 

- Вы чертовски вовремя! - злобно рявкает Дэн.

 

Они не опоздали. Ни на секунду. К тому же, у Дэна в руке бокал с виски, и судя по его налитому кровью лицу, он не вполне трезв. Дженсен и Джаред обмениваются взглядами, и Джаред должен бы уже быть на полпути к машине, но вместо этого он отодвигает Дженсена за спину и входит в дом к Дэну. Он слышит, как Дженсен зовет его по имени, но не обращает внимания.

 

- Эй, сколько ты выпил? - спрашивает Джаред у Дэна, стараясь быть вежливым и спокойным.

 

Дженсен стоит в дверном проеме и смотрит на него, не говоря ни слова. Дэн оборачивается к Джареду, спотыкаясь об угол кофейного столика, и почти переворачивает его, злобно матерясь и потирая ушибленное колено. Джаред отрицательно качает головой.

 

- Нет, - говорит он. - Сожалею, но мне придется отменить свидание. Когда протрезвеешь, позвони в офис Сэм, и она перенесет свидание на другое время.

 

Приняв решение, Джаред кивает Дженсену в сторону выхода. Возникает секундная пауза, в течение которой Джаред размышляет о том, что же он будет делать, если Дженсен откажется уходить, если все равно настоит на свидании, потому что, мать твою, если уж в прошлый раз он спокойно согласился сосать потные яйца, то сейчас вполне может остаться с пьяным и явно агрессивным клиентом. Но Дженсен, к счастью, согласно кивает и направляется к выходу.

 

- Что? В чем, черт возьми, дело? - раздраженно спрашивает Дэн. Он тяжело дышит и бросается вслед за ним.

 

Одним из преимуществ такого чертовски высокого роста является то, что Джаред с легкостью может загородить собой весь дверной проем. Дэна шатает от выпитого, и Джареду не составляет никакого труда блокировать его попытки протиснуться мимо него к Дженсену. Он просто выполняет функцию стены, не прилагая особых усилий для того, чтобы удержать Дэна.

 

В конце концов Дэн оставляет свои попытки оттолкнуть Джареда и смотрит ему в лицо, все еще красный и запыхавшийся от гнева. Он тычет пальцем ему в грудь.

 

- Я заплатил огромную кучу бабок! Я имею полное право на два часа с ним.

 

- И слишком много выпил, - спокойно отвечает Джаред. Сочувственно даже. - Послушай, ты еще сам скажешь спасибо, когда протрезвеешь. Не спуская глаз с Дэна, Джаред говорит:

- Дженсен, мы уезжаем.

 

Он не сдвигается с места, пока не слышит звук захлопывающейся двери и звук удаляющихся шагов по гравию, и только после этого бросает Дэну короткую извиняющуюся улыбку и следует за Дженсеном. Джаред чувствует, как бешено бьется сердце в груди, потому что ему никогда раньше не приходилось делать ничего подобного, и лишь когда он садится за руль и понимает, что Дэн не идет за ними, он осознает, насколько взволнован.

 

Это ситуация из разряда тех, которые грозят обернуться большими неприятностями. Джаред только что сказал «нет» кое-кому очень богатому и влиятельному. Он сказал «нет» разъяренному пьяному парню, который может от этого разозлится еще сильнее. У него пересыхает во рту, и ему требуется какое-то время, чтобы успокоиться и повернуть ключ в замке зажигания.

 

Там, в гостиной, ему было легко сказать Дэну «нет», потому что альтернативой было - оставить Дженсена с ним. И это не представлялось возможным, потому что одно дело потный клиент, и совершенно другое – пьяный и агрессивный.

 

- Ты в порядке? - спрашивает Дженсен.

 

Джаред поворачивается к нему и улыбается дрожащей улыбкой.

 

- Нормально, - отвечает он. - Спасибо, что не распсиховался и не настоял на свидании.

 

Дженсен пожимает плечами и хмуро смотрит в сторону.

 

- У меня еще будет возможность распсиховаться, когда Дэн протрезвеет и поймет, что только что произошло.

 

Он достает сотовый и звонит кому-то, пока Джаред заводит машину и отъезжает от дома. Джаред бросает настороженные взгляды в зеркало заднего вида, пока дом Дэна не скрывается из виду, и только после этого чувствует, как его пульс начинает приходить в норму. Он все еще чувствует неприятную дрожь в животе, но понемногу расслабляется, и от прилива адреналина на лице расползается дурацкая ухмылка.

 

- Привет Сэм, это я, - говорит в трубку Дженсен. - Нет, ничего серьезного. Просто считаю нужным поставить тебя в известность, что нам только что пришлось отказать Дэну Вильямсу. Он пьян и не совсем адекватен…да, Джаред позаботился об этом.

 

Он бросает быстрый взгляд в сторону Джареда, и тот пытается игнорировать неожиданный прилив гордости и сосредоточиться на дороге.

 

- Хмм, да, конечно, - продолжает Дженсен.

 

Когда Дженсен заканчивает разговор, щеки его заливает румянцем, и он упорно старается не смотреть в сторону Джареда. Сэм - единственная женщина, которая может вогнать Дженсена в краску. И это еще одна причина, по которой она нравится Джареду. Потому что за все время, что Джаред его знает, он видел Дженсена только с клиентами, а те совершенно не знают, какой он на самом деле. Неожиданно для себя Джаред вдруг понимает – он почему-то считает себя тем, кто знает Дженсена. Эта мысль пронзает его, неожиданно и остро, словно иголка.

 

- Итак, у тебя освободилась половина дня. Может быть, ты хочешь…, - начинает Джаред, стараясь сохранять непринужденный тон. Он бросает взгляд на Дженсена, и тот вопросительно выгибает бровь. Даже изгиб брови у этого засранца – само совершенство. Джаред как-то разом теряется и заканчивает свое предложение совсем не так, как хотел изначально, - поехать домой и отдохнуть?

 

Дженсен отворачивается к окну.

 

- Да. Отлично. - Отвечает он.

***

- Если тот чувак был бухой, - говорит Чад заплетающимся от выпитого алкоголя голосом, - тебе нужно было сказать, что он еще не заплатил, и посмотреть, насколько тот готов раскошелиться.

 

Джаред встряхивает подтаявшие кубики льда на дне своего стакана. То, что осталось от его виски, слишком разбавлено, чтобы его можно было пить. Однако, судя по давке у барной стойки, он не уверен, что у него получится прямо сейчас заказать себе еще. Без применения физической силы. Чад локтями опирается на столик, плечи безвольно обвисли и язык слегка заплетается, но он еще недостаточно пьян, чтобы Джаред мог незаметно присвоить себе его порцию.

 

- Да, - с сомнением отвечает Джаред. - Может ты и прав. - Он с надеждой поглядывает на стакан Чада. - Ты будешь допивать это?

 

- Черт, конечно, буду! - отвечает Чад. Он опасливо подвигает свой стакан поближе. -У меня прослушивание завтра. Не хочу протрезветь. Ну, чтобы не волноваться слишком сильно.

 

- Прослушивание? - переспрашивает Джаред, резко выпрямляясь в кресле.

 

- Да. Не забыл еще, что это такое? То, чем ты тоже должен заниматься, если бы не был так занят, развозя Дженсена по клиентам.

 

Джаред предпочитает проигнорировать все, кроме «да». Нет смысла вступать в перепалку, потому что он прекрасно осведомлен о том, что думает Чад о его работе, и у него каждый раз возникает неприятное тянущее ощущение в животе, когда разговор сворачивает на эту тему. Хоть Джаред и считает, что глупо искать одобрения у такого придурка, как Чад – для того в принципе не существует практически никаких моральных ограничений - Чад все еще его лучший друг.

 

Кроме того, прослушивание – это хорошие новости, и возможно Чаду в этот раз повезет. Сам Джаред не был на прослушиваниях с тех пор, как начал работать с Дженсеном, и хотя изначально это предполагалось как временная работа, Джаред не сделал ничего, чтобы найти что-то более постоянное.

 

- Это же круто, чувак! Расскажи мне подробнее.

 

Чад прячет свой стакан, всматриваясь мутным взглядом в то, что осталось от виски. Это не очень хороший знак, но прослушивание есть прослушивание, и если Чад нервничает из-за него, то возможно это даже хорошо.

 

- Эдакий плохой парень. На лицо ужасный, добрый внутри, - отвечает он в конце концов.

 

- Естественно, как и все плохие парни, - соглашается Джаред. - И как, это роль в одном эпизоде или постоянная, или что?

 

- Эпизодическая, но если зрителям понравится, то станет постоянной, - уныло отвечает Чад, и по его тону становится понятно, что он читал о планах на свой персонаж много раз. Джаред прекрасно понимает его настроение. Такие роли – это всегда риск. Если у тебя получится понравиться большим дядям продюсерам, то сможешь занять место в постоянном составе актеров, и все будет отлично. С другой стороны, это может оказаться только пустой тратой времени, которая не дает никаких шансов на что-то большее, в то же время отнимая возможность заняться чем-то более перспективным.

 

Он хлопает Чада по спине и говорит:

- Да ладно, все будет супер!

 

Чад показывает ему средний палец и одним глотком осушает стакан. Джаред расценивает это как «нет, спасибо». Он еще раз хлопает Чада по плечу и направляется к бару, приготовившись мужественно сражаться за порцию виски. Спустя несколько минут и пару болезненных тычков локтем по ребрам, ему, наконец-то, удается протиснуться сквозь толпу, и он прислоняется к барной стойке, пытаясь привлечь внимание одного из барменов. Все они выглядят загнанными, поэтому Джаред терпеливо ждет своей очереди.

 

Когда он возвращается к столику, то видит, что Чад берет его телефон и отвечает на звонок. Джаред не слишком заморачивается по этому поводу, они ведь с Чадом друзья, а друзья могут отвечать на звонки друг для друга. Когда он подходит достаточно близко, Чад замечает его и молча передает ему телефон, кривя губы в гримасе отвращения.

 

- Привет, - говорит Джаред и неловко прижимает телефон к уху плечом, ставя напитки на столик.

 

- Скажи ему, что не собираешься катать его задницу сегодня вечером, - шипит Чад, достаточно громко для того, чтобы его услышали на том конце телефона.

 

- Э-э, нет, - говорит Дженсен.

 

Джаред бросает на Чада убийственный взгляд и предостерегающе поднимает палец, призывая друга молчать.

 

- Я позвонил не за этим…Слушай, я просто звоню тебе сказать, чтобы ты не беспокоился насчет Дэна. Сэм сказала, что он звонил в офис и извинялся. Даже прислал чертовы цветы, представляешь?

 

- О, - произносит, наконец, Джаред. - Хорошо.

 

- Да, э-э… просто подумал, что тебе стоит знать.

 

Повисает неловкая пауза, и Джаред прерывает ее невнятным «спасибо».

 

- Да. Так что не буду тебя задерживать… продолжай развлекаться.

 

Джаред кладет трубку, и ему внезапно кажется, что шумная болтовня в баре и теплый воздух Лос-Анджелеса липнут к его коже. Его рот все еще приоткрыт, и он внезапно думает о тысяче вещей, которые он мог сказать Дженсену, чтобы превратить разговор из сухого обмена информацией по работе в дружескую беседу, сделать ее уютной. Это первый раз, когда Дженсен позвонил ему, и Джаред настолько ошеломлен этим, что совершенно растерялся и не смог сделать так, чтобы Дженсену захотелось повторить это. Скорее всего, Дженсен никогда больше ему не позвонит. Он горестно вздыхает, закрывает, наконец, рот и замечает, что Чад посмеивается, уткнувшись в стакан с виски.

 

- Что ты ему сказал? - настойчиво спрашивает он.

 

- Я? - удивляется Чад, всем своим видом демонстрируя оскорбленную невинность. - Ничего я ему не говорил. Чувак, я не виноват, что твоя шлюха ведет себя как капризная маленькая сучка!

 

- Твою мать, да прекрати ты называть его шлюхой!

 

Слова звенят в неожиданно образовавшейся тишине. Люди за соседними столиками начинают оборачиваться, чтобы посмотреть на них, и Джаред чувствует, как его щеки начинают полыхать от стыда. Он с шумом втягивает воздух и облизывает губы. Чад неверяще уставился на него, изумленно моргая. Затем его губы сжимаются в тонкую линию, и Джаред сразу начинает чувствовать себя полным придурком.

 

- Слушай, чувак, прости. Я просто…, - он прерывается, с облегчением замечая, как взгляд Чада постепенно оттаивает, все еще злой, но уже не отстраненно холодный. - Послушай, я же работал с ним, и он совсем не такой, каким ты его считаешь .

 

Чад в ответ на это презрительно фыркает, но меняет свой стакан на тот, что принес Джаред.

 

- Я ничего не говорил ему, - повторяет Чад. - Я не собирался портить вашу с ним работу таким образом.

 

- Ну да, - говорит Джаред, улыбаясь. - Еще как собирался.

 

- Хорошо, да, я собирался. Но не сделал этого, - признается Чад и усмехается. - Пока не сделал.

 

 

***

Когда после нескольких неуклюжих попыток поговорить становится ясно, что разговор не клеится, Джаред и Дженсен неловко молчат всю дорогу. Сегодня они едут к первому клиенту на этот день, Джаред не видел этого парня раньше. Клиент один из тех, кто предпочитает, чтобы Дженсена привозили к нему домой. Участок, на котором стоит его дом, окружен высоким забором, и, пока Джаред и Дженсен сидят в машине и ждут, чтобы охранник открыл им ворота, Джаред бросает быстрый взгляд на Дженсена и прерывает сорокаминутное молчание.

 

- Что за цветы?

 

Дженсен в недоумении смотрит на Джареда. На Дженсене солнцезащитные очки, за которыми невозможно разглядеть выражение его глаз, но он вопросительно поднимает брови и непонимающе разводит руками.

 

- Те, что прислал Дэн Вильямс. Какие именно это были цветы? - поясняет Джаред. Это дурацкая тема для разговора, и он чувствует себя идиотом, начав его, но, тем не менее, продолжает. Нужно что-нибудь, чтобы снова вернуть их в привычную колею.

 

- Э-э-э… тюльпаны. Розовые. - Ответив, Дженсен еще долго вглядывается в лицо Джареда, приподняв брови, словно ожидая увидеть, какое же значение это имеет для Джареда. На самом деле, никакого.

 

- Отлично, - говорит Джаред. Они въезжают в ворота и приближаются к аккуратному особняку, уютно расположившемуся посреди островка изумрудно-зеленой травы, которая просто сияет на солнце. - Тебе нравятся тюльпаны?

 

- Да у меня нет каких-то особых предпочтений. Хотя должен признаться, сердце мое принадлежит розам.

 

- Розы. Очень романтично, - насмешливо отмечает Джаред.

 

- О, да! Я просто сумасшедший романтик, - смеется Дженсен. - А ты что, не заметил?

 

Они паркуются, и Джаред сопровождает Дженсена до двери. Дженсен снимает солнечные очки и засовывает их в карман рубашки. Джаред замечает, что у Дженсена подведены глаза. Подводка не очень заметная, гораздо тоньше, чем та, что Дженсен обычно наносит для некоторых клиентов, которые предпочитают, чтобы он изображал трансвестита. Но Джаред все равно ее замечает. Он считает, что выразительные зеленые глаза с длинными темными ресницами совершенно не нуждаются в том, чтобы их как-то дополнительно подчеркивать, но его мнение никого не волнует.

 

- Этот парень, Фрэнк Мэрфи, - говорит Дженсен. - Он только что вернулся из-за границы. Раньше он был постоянным клиентом. Он хорошо платит, но не удивляйся, если он окажется что у него слегка … ммм, загребущие руки.

 

- Загребущие руки? - переспрашивает Джаред.

 

Дверь перед ними распахивается, и Дженсен не успевает объяснить, что именно он имел ввиду, когда говорил про «загребущие руки», но буквально через несколько секунд Джаред догадывается сам безо всяких подсказок.. .

Фрэнк здоровенный парень с бритой головой (явно попытка скрыть уже намечавшуюся лысину) и очень светлыми глазами. Он улыбается, глядя на них, а затем протягивает руку и хватает Дженсена за затылок, притягивая к себе и вжимаясь всем телом. Дженсен подается к нему, уверенно улыбаясь, и Джаред переминается с ноги на ногу, щурясь от солнечного света, не понимая, следует ли ему вмешаться или все в порядке.

 

- Твою мать, Дженсен! - восклицает Фрэнк. Его голос напоминает рычание, и, если честно, Джаред надеется, что ему не придется вмешиваться, потому что парень здоровый, как гора. - Чертовски по тебе соскучился. В следующий раз заберу тебя с собой, детка.

 

- Конечно, потому что тебе это будет совсем не трудно, - отвечает Дженсен, он все еще улыбается, и, по всей видимости, ему очень даже нравится, что Фрэнк засовывает руку ему под рубашку, разминая напряженные мышцы пресса. Дженсен плотно вжимается бедрами в Фрэнка, лениво потираясь об него, и Джаред против воли начинает думать о том, что Дженсен , должно быть, выглядит точно так же, когда трахается. Мысленный образ поражает своей четкостью, и Джаред чувствует, как тяжелеет в паху.

 

Когда Фрэнк опускает голову, зарываясь лицом в изгиб шеи Дженсена, и начинает его целовать с отвратительным хлюпающим звуком, Дженсен откидывает голову назад, и томно прикрыв глаза, одной рукой обвивает спину Фрэнка. Джаред прочищает горло и говорит, обращаясь к тому, кто его еще может слышать:

- Ладно, я буду ждать в машине.

 

Фрэнк и Дженсен резко прерываются, чтобы взглянуть на него, и Джаред тут же начинает жалеть о том, что не выскользнул потихоньку за дверь, пока эти двое были заняты. Фрэнк тяжело дышит, одно его колено втиснуто между раздвинутых бедер Дженсена, а Дженсен весь раскрасневшийся и податливый, и вся эта ситуация чертовски неловкая.

 

- А, да, - говорит Фрэнк. - Я помню, ты… ой, прости, забыл, как тебя зовут, - его взгляд перескакивает на Дженсена. - Это же твой водитель, да?

 

- Джаред Падалеки, - отвечает Дженсен. Его голос слегка охрип, и у Джареда от звуков его имени, произнесенных таким дымно-сексуальным тоном, на секунду подгибаются колени. Все это лишний раз напоминает, насколько неловкая эта ситуация.

 

Джаред уже почти протягивает руку для приветствия, когда замечает, что руки Фрэнка заняты тем, что мнут ягодицы Дженсена, непристойно обтянутые джинсами.

Фрэнк проводит костяшками пальцев по щеке Дженсена и проталкивает большой палец ему в рот. Дженсен тут же плотно обхватывает его губами и жадно сосет, издавая совершенно потрясающий стон.

 

- А он симпатичный, - бормочет Фрэнк, все тем же жадным, рычащим голосом. - Мне кажется, что ты бы замечательно смотрелся с его членом у себя во рту. Готов поспорить, у него просто охренительный член. Хочешь отсосать ему? Может, ему необязательно возвращаться в машину?

 

Вплоть до этого момента Джареду казалось, что Дженсен полностью ошеломлен напором и натиском Френка. И тут как будто переключатель щелкает. С Дженсена моментально слетает вся эта податливость шлюхи, и на смену ей приходит упрямая, холодная пустота.

 

- Обязательно, - отвечает Дженсен. Он не поднимает глаз на Джареда даже на секунду. Вместо этого он в упор смотрит на Фрэнка, всем своим видом пытаясь показать, что Джаред для него просто не существует. - Джаред должен вернуться в машину.

 

Какое время они молчат, и сердце Джареда стучит так громко, что он не удивится, если его слышно и на другом конце страны, потому что он чертовски уверен, что так и есть. Фрэнк продолжает смотреть на Дженсена, и тот не отводит взгляд.

 

А потом Фрэнк улыбается и подмигивает Джареду.

 

- Извини, малыш, - говорит он таким тоном, как будто это Джаред просил его о чем-то.

 

Джаред поворачивается и выходит на улицу на подкашивающихся ногах и с пылающими щеками. Он на автопилоте доходит до машины. По телу пробегает дрожь, и не может понять, толи это потому, что он возбужден, толи от перенесенного унижения, а может от сочетания того и другого. Джаред усаживается в машину и вытирает вспотевшие ладони о бедра. Затем медленно, украдкой накрывает через джинсы ладонью свой напряженный член и мечтательно прикрывает глаза, представляя, как Дженсен опускается перед ним на колени.

 

- Черт, - хрипло шепчет Джаред. Он вдруг начинает думать о том, как именно Фрэнк будет трахать Дженсена – сначала в рот, а потом в задницу, или наоборот?

 

Руки Джареда сжимаются в кулаки. Он не собирается дрочить. Не здесь, в машине, на которой он возит Дженсена к клиентам,и уж точно не с фантазией о нем. Это неправильно, отвратительно и жутко, и Джаред совершенно точно не собирается вести себя как конченый извращенец.

 

Он смотрит на свое отражение в зеркале заднего вида, на свое разгоряченное лицо с совершенно дикими глазами, и его накрывает отвращением к самому себе. Он на ощупь находит свой телефон, с намерением позвонить Чаду и хоть как-то отвлечься разговором с ним, но понимает, что это не самая лучшая мысль. Чаду совершенно не нужно знать об этой нелепой ситуации с Дженсеном, по крайней мере, не сегодня, когда у него прослушивание.

 

Глубоко вздохнув, он решает, что лучше всего будет переключить свое внимание на судоку. И хоть руки его слегка трясутся, когда он достает карандаш и открывает книгу с кроссвордами, он не позволяет себе слишком задумываться об этом.

 

***

Через два часа Дженсен возвращается в машину, хлопая дверью так, что стекла дрожат. Джаред слабо улыбается в его сторону, не рискуя смотреть в глаза, и поворачивает ключ в замке зажигания. Мотор урчит, как сытый кот, и Джаред выезжает с территории дома Фрэнка на шоссе.

 

Проходит несколько секунд, и Джаред замечает, насколько холодной стала атмосфера между ними. Он искоса поглядывает на Дженсена, чтобы подтвердить свои подозрения, и замечает, что тот сидит, плотно вжавшись в кресло, а на лице его застыло отсутствующее выражение, точно такое же, как было там, с Фрэнком.

Джареда накрывает чувством беспомощности и безнадежности, и он старается не сводить глаз с дороги, когда произносит, наконец:

 

- Да, неловко там вышло, с Фрэнком …

 

- Ты действительно этого хочешь? - огрызается Дженсен. Джаред растерянно пялится на рот Дженсена и чувствует противную дрожь в животе. Он с болезненным облегчением понимает, что Дженсен слишком зол, чтобы это заметить. - Тоже хочешь поучаствовать? А может, хочешь завести своих собственных клиентов? А я-то думал, что ты хочешь стать актером, Джаред!

 

- Хочу! - отвечает Джаред. - В смысле, хочу стать актером… слушай, успокойся. К чему ты мне все это вываливаешь? Я вообще молчал. Не произнес ни одного долбанного слова! Поэтому оставь свои истерики кому-нибудь другому, Фрэнку, например. Потому что говорил только он, а не я.

 

Губы Дженсена сжимаются в тонкую линию, и он резко отворачивается. Он скрещивает руки на груди и буквально кипит от гнева. Джаред не спускает с него глаз, только изредка бросая короткие взгляды на дорогу. В конце концов Дженсен немного успокаивается и качает головой.

 

- Я не могу устраивать истерики Фрэнку, - говорит Дженсен. - Потому что он платит мне кучу бабок, чтобы я делал вид, что просто без ума от него. Он платит мне за то, чтобы я вел себя как послушная шлюха, а не за то, чтобы я указывал ему, что он неправ.

 

В его голосе уже нет злости, и он звучит устало. Бесцветно.

 

- Но не закатывай истерики и мне, чувак, - примирительно говорит Джаред. - Потому что я чертовски уверен, что не стану посылать тебе розы с извинениями.

 

Когда он смотрит на Дженсена, тот оборачивается и мягко ему улыбается. Противная дрожь в животе становится еще сильней, чем раньше, и на какую-то смутную секунду Джаред чувствует себя еще большим извращенцем, чем Фрэнк. Напряженная атмосфера между ними спадает, и хотя они проезжают через центр города молча, эта тишина дружеская и уютная. Час пик уже прошел, и по улицам лениво прохаживаются праздные туристы и студенты, а не суетливые, вечно спешащие бизнесмены.

 

- Эй, Джаред, - обращается к нему Дженсен, воюя с пуговицей на манжете рубашки. Он старается сохранять непринужденный тон. - Я думаю, что мог бы отменить оставшиеся на сегодня свидания. Хочешь, пообедаем вместе?

 

Да. Джаред хочет, еще как хочет! У него неожиданно пересыхает во рту, и он пытается выдавить из себя хоть какое-то подобие связной речи. Он настолько взволнован, что слова застревают у него в горле, и он с трудом сосредоточивается на дороге.

 

- Ты уверен, что можешь их отменить? - говорит Джаред и ненавидит себя за эту рассудительность и за то, что дает Дженсену возможность подумать.

 

- Да, я имею в виду, Фрэнк был полон энтузиазма, и я не хотел бы являться к клиенту, похожим на… Он нервно пожимает плечами и говорит. - Не каждый согласится на использованный товар, понимаешь?

Это звучит смешно, и Джаред непроизвольно возвращает Дженсену его улыбку. В течение секундной паузы он смотрит на Дженсена и замечает, что тот старается сидеть как-то чересчур неподвижно.

 

- Он что, поранил тебя? - тихо спрашивает Джаред.

 

Дженсен в ответ на это только смеется и закатывает глаза, но предпочитает не встречаться с Джаредом взглядом, делая вид, что занят поисками своего телефона.

 

- Так ты отказываешься от обеда? Смотри, я угощаю. Сейчас, только позвоню Сэм.

 

Манжет рубашки соскальзывает, Джаред видит красные следы от пальцев на запястье Дженсена и знает, что к вечеру они превратятся в синяки. Он вздыхает и отводит глаза.

 

- С удовольствием пообедаю с тобой, - отвечает Джаред.

 

 

***

Они выбирают кафе, где Дженсен раньше не был. Джаред с Чадом обедают там постоянно, потому что еда вкусная, обслуживание хорошее, а цены не слишком бьют по карману, в отличие от цен в тех заведениях, где предпочитает есть Дженсен.

 

Дженсен садится напротив и заказывает то же самое, что и Джаред. Кажется, ему нравится просто сидеть в ослепительно белом свете полудня и слушать болтовню Джареда. И Джаред готов болтать бесконечно, чтобы угодить ему. Он рассказывает о доме и о том, как ему было тяжело уезжать, о том, как приехал в Лос-Анджелесс, нашел жилье и ходил на прослушивания.

 

- И я получил чертовски крошечную роль футбольного хулигана в фильме с Томом, настолько незначительную, что ее даже нет в моем резюме, а потом я познакомился с Майком, потому что он работает с Томом в Ванкувере, - весело рассказывает Джаред, подъедая картошку фри из большой миски на столе. - Они снимаются в «Смоллвилле». Может, видел?

 

- Видел несколько серий, - отвечает Дженсен. Он помешивает трубочкой в стакане с содовой, разгоняя по дну пузырьки. - Это не с ними ты тусовался вчера вечером?»

 

Повисает секундная пауза, Дженсен склоняет голову набок, и в глазах его искрятся задорные огоньки, хотя выражение лица остается по-прежнему невозмутимым. Джаред заливается краской и беспомощно улыбается. Он потирает затылок и закидывает в рот еще несколько ломтиков картошки, медля с ответом.

 

- Я был с Чадом. Он…э-э-э…ну, он мой лучший друг. Что еще добавить? Полный придурок. Ты…наверное, он тебе не понравится. - Лицо Джареда светлеет, и он добавляет, - хотя может и понравится. Потому что он на самом деле классный, когда не ведет себя как козел. Но он ничего не может с собой поделать. Это…это просто Чад.

 

- А что ты рассказывал ему о своей работе? - Дженсен поднимает руку в успокаивающем жесте, когда замечает, что Джаред слегка хмурится. - Да все нормально. Никто не говорит, что ты должен врать. Мне просто…просто любопытно. Чад ведь знает, что ты работаешь водителем у мужчины-проститутки?

 

- Эскорт-услуги, - с нажимом отвечает Джаред.

 

- Ты сказал ему, что я оказываю эскорт-услуги? Ха.

 

- А ты и оказываешь эскорт-услуги, - отвечает Джаред. Его челюсти плотно сжаты, но он умудряется засунуть в рот горсть картошки и яростно ее пережевывает.

 

Дженсен приблизительно секунду рассматривает его, заинтересованно прищурившись. За столом он сидит свободнее, чем в машине, но от внимания Джареда не ускользнуло, как он едва заметно скривился от боли, когда усаживался в кресло. Фрэнк не первый клиент, который причинил Дженсену боль и оставил ему синяки, но Джаред все равно чувствует прилив ярости по отношению к подобным типам. Каждый раз, когда ему кажется, что он уже смирился с тем, что включает в себя эта работа, а именно – Дженсена трахают за деньги, но оставляют в нормальном состоянии, чтобы он мог заниматься этим и дальше – обязательно случается что-нибудь такое, что напоминает Джареду, насколько мерзкий это бизнес.

 

- Нет, не оказываю. Те, кто занимается «эскортом», сопровождают людей в разные места, и могут предоставлять также дополнительные услуги, включая трах за деньги, - поясняет Дженсен. - Я же никого не сопровождаю дальше спальни.

 

При виде несчастного лица Джареда насмешка во взгляде Дженсена сменяется почти любовью.

 

- Господи, Джаред, - бормочет Дженсен, и на щеках его выступает легкий румянец. - Тебе действительно не стоит меня жалеть. Пожалей лучше тех неудачников, которые недостаточно смазливы, чтобы кто-то захотел платить им за секс. Он допивает свою содовую, подавляя легкую отрыжку. - Это конечно очень мило с твоей стороны. Просто…не надо.

 

 

***

 

- Я им понравился, - говорит Чад. - Черт, да они от меня просто в восторге!

 

- Так прослушивание прошло удачно? - спрашивает Джаред, растянувшись на диване, плечом прижимая телефонную трубку а другой рукой пытаясь достать кусок пиццы из коробки. Она холодная и отвратительно жирная, но чтобы разогреть, нужно идти на кухню, а Джареду лень.

 

- Нет, оно было отстойным, - отвечает Чад. - Но я понравился режиссеру, и он хочет задействовать меня в другом проекте.

 

- В каком? На какую роль?

 

- Плохой парень, добрый в глубине души.

 

Джаред подхватывает кусок помидора с пиццы и оправляет его в рот. Он вытирает пальцы об диванную подушку, размышляя, как бы тактичнее сказать Чаду, чтобы не обидеть его.

 

- Тебе не кажется, что у тебя уже сложился определенный типаж? - говорит он, наконец.

 

- Мне главное получить роль, и хрен с ним, с типажом, - отвечает Чад, и Джаред только пожимает плечами, не находя, что на это возразить. - Так что там с нереализованным сексуальным напряжением между тобой и Дженсеном?

 

- Чувак! - протестующе восклицает Джаред, возмущенный и шокированный одновременно. - Нет между нами никакого нереализованного сексуального напряжения! Прекрати уже молоть эту чушь!

 

- Это означает, что ты наконец-то вынул из штанов и трахнул его? Надеюсь, он сделал тебе скидку? Или секс был настолько хорош, что стоил арендной платы за месяц?

 

В результате Джареду хочется придушить себя диванной подушкой. Но потом он решает, что придушить Чада – гораздо лучшая идея, и нужно обязательно вспомнить об этом, когда они в следующий раз увидятся.

 

- Ничего подобного. Да, может, я немного влюблен в него, совсем чуть-чуть, но ведь он великолепен. Перед ним никто не устоит. Но это не означает, что я собираюсь …

 

- Расскажи мне про его сегодняшнего клиента, - перебивает его Чад.

 

- Черт, да он самый настоящий мудак! - взрывается Джаред. - Загребущие руки, грубый, наглый и…

 

- Чувак, а ты не замечал, что ты всех его клиентов считаешь мудаками? Тебе постоянно кажется, что никто из них не имеет никакого права трахать Дженсена. И я не думаю, что дело здесь в деньгах. Посмотри правде в глаза, твоя влюбленность в него – что-то намного большее, чем просто восхищение его охренительной красотой.

 

Не найдя достойных аргументов для возражения, Джаред засовывает в рот целый кусок пиццы, сожалея, что поленился ее разогреть, потому что его жизнь – полный отстой, так еще приходится есть холодную пиццу.

 

 

 

Джаред ждал свидания с Сэнди почти год и практически утратил надежду, потому что она казалась абсолютно счастливой с тем парнем. Теперь Джаред, наконец, находит в себе мужество позвонить Сэнди и пригласить ее не свидание.

 

Ну, хорошо, он находит мужество просто позвонить ей. Джаред вслушивается в телефонные гудки, нарезая круги по кухне, сожалея о том, что у него такая маленькая кухня и такие длинные ноги, потому что у него вскоре начинает кружиться голова.

 

- Привет, Джаред! - говорит Сэнди, когда поднимает трубку. Ее голос слегка запыхавшийся.

 

- Я не вовремя? Я могу перезвонить.

 

- Нет, нет, - отвечает она. - Я могу разговаривать. - Она какое-то время молчит, а затем спрашивает. - Э-э-э… как твои дела, Джаред?

 

Терпение и отсутствие какого-либо нажима в голосе, тон, которым она дает понять, что Джаред может говорить, а может и промолчать, если хочет – все это лишний раз показывает, насколько удивительный человек Сэнди. И поэтому Джаред не может понять, почему чувствует себя таким придурком, приглашая ее на свидание. Точнее, пытаясь пригласить.

 

- Я только что из спортзала, - говорит Сэнди, когда Джаред медлит с ответом. - Завтра у меня будет все болеть. Но это же часть нашей работы, не так ли? Паршивая, неприятная часть, но что поделаешь?

 

- Хм-не-хочешь-как-нибудь-сходить-выпить? - Джаред переводит дыхание и добавляет, уже более медленно. - Со мной, я имею в виду.

 

- Конечно! А когда? Уфф… у меня прослушивание в пятницу во второй половине дня, можем встретимся после него.

 

- Да, - соглашается Джаред. - Давай так и сделаем.

 

- Отлично. Как насчет 7 часов? В том же месте, где мы были в прошлый раз?

 

- Договорились, - отвечает Джаред. - Буду ждать с нетерпением.

 

Спустя какое-то время после разговора, Джаред все еще пытается понять, почему он чувствовал себя таким придурком, приглашая на свидание девушку, которая ему нравится, и почему не все люди такие понимающие, дружелюбные и милые, как Сэнди.

 

 

***

Когда Джаред заезжает за Дженсеном, тот в непривычно приподнятом настроении, и напевает себе под нос что-то из рока 80-х, когда смотрит на себя в зеркало, перед тем, как выйти из дома. Он поправляет несколько растрепавшихся прядей, и Джаред стоит достаточно близко, чтобы почувствовать запах дорого геля для волос, которым пользуется Дженсен. В машине он подпевает радио, и Джаред не может отвести глаз от его довольной, радостной улыбки.

 

Спустя двадцать минут Джаред не выдерживает и спрашивает:

- Что…хороший день?

 

- Не совсем. На сегодня по плану у меня сначала мистер «Называй меня Хозяин», а затем мистер «Называй меня Папочка», так что к концу дня моя задница будет отшлепана настолько, что я не смогу сидеть.

 

Неуверенно – ему совсем не нравится, что воображение мгновенно и услужливо рисует картину, как выглядит задница Дженсена с красными отпечатками ладоней на ней – Джаред говорит:

 

- Я не забуду захватить подушку, чтобы положить на твое сиденье, пока ты будешь ехать домой. Он прочищает горло и добавляет. - Я вообще-то говорил о том, что ты сегодня вроде в хорошем настроении.

 

- Ах, это, - Дженсен, кажется ,задумывается на какое-то время, а затем пожимает плечами. - Я в любом случае собирался тебе сказать. У меня встреча с клиентом на этих выходных. Нужно будет на два дня поехать за город. Сэм хочет, чтобы ты поехал со мной, и…Черт, я не знаю, чего она на самом деле хочет, и я сказал ей, что у тебя, возможно, другие планы на выходные, и что я справлюсь сам.

Дженсен бросает взгляд на Джареда, как будто ожидает, что тот мгновенно согласится с тем, что у него действительно есть планы и это будет конец разговора.

 

- Нет, - говорит Джаред. - Я смогу поехать с тобой.

 

Хорошее настроение Дженсена слегка увядает. Он потирает висок и слегка хмурится. Потом качает головой.

 

- Не нужно. Я знаю этого парня. Поверь мне, если бы он не мог заплатить, я спал бы с ним бесплатно. Чувак, я действительно не хочу портить тебе выходные.

 

- Если честно, - говорит Джаред, - все нормально. У меня свидание в пятницу, но все остальное время я бы все равно околачивался где-нибудь с парнями.

 

- В этом нет необходимости.

 

- Это не проблема, - говорит Джаред и видит, как на лице Дженсена появляется раздраженное выражение. Хорошее настроение успешно убито и похоронено.

Джаред вздыхает и улыбается Дженсену:

- Я не буду тебе путаться у тебя под ногами. Ты меня даже не увидишь, если не захочешь. Позволь мне просто делать свою работу, Джен. Я просто буду там, на всякий случай.

 

Дженсен испускает короткий, раздраженный вздох и отворачивается к окну. Утро ясное и чистое, и все в тепло-оранжевой дымке. Несмотря на то, что солнце еще не высоко, уже довольно тепло. Они долгое время едут молча, и Джаред начинает подозревать, что Дженсен, возможно, на него дуется, или как там еще называют это выражение тихого недовольства.

 

А потом, даже не глядя на него, Дженсен спрашивает:

- У тебя свидание?

 

Вопрос звучит с легкой ноткой удивления, и Джаред чувствует, как по шее поднимается тепло, но только пожимает плечами и улыбается.

 

- Да.

 

- Ха.

 

Когда за этим ничего не следует, Джаред в упор смотрит на Дженсена. Тот рассматривает его, на губах играет легкая улыбка, а глаза задумчиво прищурены. Джаред вопросительно выгибает бровь, и Дженсен дразнящее копирует его.

 

- Ха? - спрашивает Джаред. - Что значит «Ха?» «Ха» значит хорошо или плохо?

 

- Просто «ха».

 

- Не бывает просто «ха», - настаивает Джаред, раздраженно поджимая губы. - «Ха» всегда что-то означает.

 

- Да, это означает «ха», - тянет Дженсен. Он пожимает плечами и смеется, наблюдая, как Джаред разрывается между улыбкой и недовольством. - Это означает… «ха, у тебя на самом деле появилась личная жизнь.

 

- А ты заноза в заднице. Теперь, когда мы выяснили главное, можем двигаться дальше?

 

- Ой, давай! Итак, я удивлен, что ты не просто Джаред, парень, который возит меня на машине, разгадывает судоку и запугивает моих клиентов.

Заметив растерянный взгляд Джареда, он продолжает:

- Ты запугиваешь их. Все они думают, что ты в любой момент готов грудью встать на защиту моей сомнительной чести. Я пытаюсь объяснить им, что ты всего лишь переросток из Техаса, безобидный, как щенок, но… кто будет меня слушает, когда они видят, какой ты злой, темный и опасный.

 

- Одно попадание из трех. Ты подобрал не те определения. Я думаю, что ты хотел сказать «высокий, смуглый и красивый», - поправляет Джаред с притворной чопорностью.

 

- И это тоже, - легко соглашается Дженсен, и Джаред неверяще моргает, думая, не послышалось ли это ему и как бы заставить Дженсена повторить это снова, только медленнее и громче. - Но ты должен помнить, что все мои клиенты до чертиков боятся, что люди узнают обо мне. Ничто не пугает их так, как перспектива…

 

- Того, что их отношения с тобой получат огласку, - продолжает вместо него Джаред, когда Дженсен неуверенно замолкает. Джаредн на секунду задумывается, а потом спрашивает. - А ты никогда не беспокоился о том, что тебя могут поймать?

 

- Ты имеешь в виду полиция? Не знаю. Ну, может иногда. И потом, у меня есть нужные связи. К примеру, мистер «Называй меня папочка» - судья. Среди моих клиентов есть также два высокопоставленных полицейских чиновника и еще несколько весьма полезных людей. Так что я не слишком переживаю об этом. Дженсен вдруг ухмыляется. - Если у меня будут неприятности с полицией, они помогут мне выкрутиться, иначе я расскажу столько пикантных подробностей об их интимной жизни желтой прессе, что они вовек не отмоются.

 

- Ну да…это хорошая страховка, я думаю, - Джаред крепче сжимает руль и спрашивает. - А ты…ты ходишь на свидания? Не с клиентами, я имею в виду.

 

- Бывает иногда. Но это никогда не перерастает во что-то большее, - отвечает Дженсен. Он улыбается, но это невеселая улыбка. - Слишком быстро все начинает становится неловким, знаешь ли.

 

Джаред может себе представить.

***

В конце дня, когда он вручает Дженсену подушку, которую купил в городе, тот на секунду замирает и просто пялится на нее. Остолбенев. Затем он поднимает глаза на Джареда, и на его лице медленно расползается удивленная улыбка. Дженсен кладет подушку на сидение, прежде чем опустится на него. Он ощупывает кисти по краям

подушки, а затем обхватывает руками колени, и Джаред тактично молчит.

 

А потом, в мягком вечернем свете, Дженсен смотрит на Джареда и говорит:

- Спасибо, чувак. - Он ерзает, усаживаясь удобнее, и добавляет. - Все-таки это была хорошая идея, взять тебя на работу.

 

Джаред не ходил на свидания уже чертовски долго. Дольше, чем он мог бы признать. Он не признавался в этом Чаду, но думает, что тот и без этого догадывается. Советы Чада в выборе одежды заключаются в следующем: одевай то, в чем ты не будешь выглядеть как улыбающийся переросток, у которого на лице написано «я надеюсь на секс». Это заставляет Джареда пересмотреть свой гардероб.

 

В конце концов, его выбор падает на джинсы и бледно-розовую футболку-поло. Хотя он и не уверен, что Сэнди не сбежит, увидев его в этом наряде. Когда Джаред приходит в бар, она уже в там, и к счастью, не сбегает в ужасе, увидев его. Сэнди улыбается ему, сидя на барном стуле и болтая ногами. Джаред усаживается на стул, и она придвигает ему бутылку пива.

 

- Пиво подойдет? - спрашивает Сэнди. - Я не знала, что тебе заказать.

 

- Пиво – это просто здорово, - отвечает Джаред. - Спасибо.

 

Он делает большой глоток, и смущенно опускает бутылку, когда замечает, что Сэнди наблюдает за ним. В баре темно, и в рассеянном искусственном свете нельзя разобрать, толи Сэнди покраснела, толи это просто отблеск вечерней жары на ее щеках. Она отводит глаза и отпивает маленький глоток из своей бутылки. Джаред понимает, в чем интерес наблюдать за тем, как кто-то пьет, потому что губы Сэнди розовые и блестящие вокруг горлышка бутылки, а ее голо сокращается, когда она глотает.

 

- Как прошло прослушивание? - спрашивает Джаред, когда Сэнди опускает бутылку и робко улыбается ему.

 

- О, да! Я думаю…неплохо. Не хочу сглазить. - Она пожимает плечами, и кружевная бретелька ее топа сползает вниз по загорелому плечу и она поправляет ее, возвращая на место. - Результаты будут известны через пару дней, я думаю. А что у тебя? Все еще работаешь водителем?

 

- Да, отвечает Джаред. Тема разговора подходит очень близко к Дженсену, а это совсем не то, что Джаред хотел бы обсуждать Сэнди. Он предпочел бы сохранить между Дженсеном и Сэнди какое-то расстояние. Возможно даже в тысячу миль. - Давай не будем об этом, лучше расскажи подробнее о своем прослушивании.

 

Сэнди смотрит на него какое-то время с нечитаемым выражением лица, моргает и говорит:

- Это подростковый ужастик. Я думаю, моя героиня умрет в течении первых сорока минут. Ее зарежут садовыми ножницами.

 

- Боже мой, - говорит Джаред, раскачиваясь на стуле. - Получить пулю между глаз уже не так эффектно?

 

- Слишком быстро. И маловато крови, - прежде чем Джаред успевает что-то сказать по этому поводу, она спрашивает. - А какую машину ты водишь? - Замечая недоуменный взгляд Джареда, она проясняет. - По работе. Ты ведь не на собственной машине ездишь?

 

- А почему это я не могу ездить на своей машине? - отвечает вопросом на вопрос Джаред. - Разве с моей деткой что-то не так? Между прочим, это первый друг, которого я завел здесь.

 

Сэнди смеется и снисходительно похлопывает его по плечу. - А если серьезно? - продолжает она. - Ты ездишь на своей машине?

 

Кажется, ее будет непросто отвлечь от этой темы. Джаред сожалеет, что не продумал хотя бы несколько деталей, чтобы рассказать о вполне достойной профессии водителя, потому что хоть он и рассказал Чаду о Дженсене и о том, чем тот зарабатывает на жизнь, но все же не думает, что может рассказать об этом и Сэнди. Он абсолютно точно уверен, что тот факт, что парень пусть и косвенно, но вовлечен в проституцию, не станет для нее приятным открытием.

 

Он делает еще глоток пива и пожимает плечами:

- Я езжу на Порше Кайен. Серебристом.

 

Кажется, на Сэнди это произвело впечатление. Она откидывается на спинку стула, убирает упавшую на глаза прядь волос и выгибает бровь.

 

- Порше. Круто. Должно быть, это кто-то очень влиятельный, если может позволить себе Порше Кайен с личным водителем.

 

В ее тоне ясно читается вопрос.

 

- На самом деле, нет. Просто богатый. В Лос-Анджелесе хватает таких людей, правда? - Он допивает свое пиво и отодвигает стул. - Взять тебе еще пива?

 

Сэнди улыбается немного растерянно, и ловит его за рукав, когда он поворачивается, чтобы отойти. Она притягивает его к себе, и Джаред чувствует легкий запах ее фруктовых духов, ощущает тепло ее тела. В ее темных глазах плещется беспокойство.

 

- Джаред, я не хочу показаться навязчивой, но…просто немного странно, что ты уклоняешься от ответа каждый раз, когда я спрашиваю о твоей работе. Я имею в виду - у тебя же нет проблем с этим? Ты же…у тебя ведь никаких неприятностей? Ты можешь мне сказать. Я постараюсь тебе помочь .

 

Джаред смеется, обнимает ее и невесомо целует в лоб. Ему хорошо с ней. Легко.

 

- Все просто замечательно, - говорит он. - Серьезно.

И ему кажется, что он говорит правду.



Глава 3

Оказалось, что встречи Дженсена, назначенные на уикенд, проходят в одном местечке, расположенном к югу от города. Там жарко и тихо, и словно больше ничего нет, только цвета в небе – красный, оранжевый, розовый, фиолетовый – будто кровотечение без конца и без края, заливающее синеву.

Они выезжают на рассвете в субботу, и Дженсен почти всю дорогу спит. Джаред убавляет радио и старается не ехать слишком быстро, когда попадаются рытвины, чтобы машина не подпрыгивала на ходу.

Дом оказывается большим и роскошным, с бассейном и стенами, которые увиты какими-то зелеными растениями. Джаред пытается схватить сумку Дженсена, но тут же получает небольшую затрещину, и сумку вырывают из рук.

- Неси свой собственный багаж, приятель, - говорит Дженсен ему, когда они идут по дорожке к дому.

Внутри все обставлено дизайнерской мебелью и модными предметами декора. Мягкие диваны обтянуты плюшем и выглядят очень уютно. «Так и должно быть», - думает Джаред, а во рту вдруг неожиданно появляется кислый привкус, - «все верно, ведь Дженсена два дня будут трахать на этих диванах».

Они бродят по тенистой прохладе комнат, и Дженсен показывает Джареду дом. Здесь есть основная спальня с гигантской ванной, и кажется, что в них нет ничего, кроме солнечного света и чистых белых поверхностей. Дальше по коридору еще одна спальня, поменьше, тоже с ванной, в комнатах ничего лишнего, только все самое необходимое. На окнах колышутся шторы, на кровати разбросаны пухлые белые подушки.

Так же в доме есть большая кухня и столовая и еще несколько комнат, назначение которых непонятно – они пустынны и огромны. Сад большой и ухоженный, почти все пространство занимает бассейн.

 

- Это все твое? – спрашивает Джаред. Дженсен грациозно раскинулся в шезлонге возле воды, и Джаред, видя, что загородил ему солнце, неуклюже отодвигается.

 

- Нет, конечно. Это все принадлежит фирме. Сэм просто нанимает людей, которые все здесь подготавливают для встреч. Мне меньше возни. Скажу честно, да, здесь красиво и все такое, но мне не нужно. Слишком дорого все это содержать. А так – забросил ноги на стол и не беспокойся ни о чем.

Дженсен смотрит на часы и садится, нахмурив брови:

- Твою мать, чувак, Джефф будет здесь с минуты на минуту. Лучше поторопиться.

Он исчезает в доме, и Джаред внимательно наблюдает за ним, направляясь следом, чтобы сделать себе немного кофе, но останавливается. Джаред видит, как Дженсен замирает перед зеркалом. Он возится с волосами, поправляя их, и недовольно разглядывает что-то на своем лице. Может, ищет несуществующие изъяны? Дженсен отворачивается и заходит в приоткрытую дверь спальни. Джаред смотрит, как Дженсен зачем-то поправляет одеяла на кровати, разглаживая их, губы его сжаты в тонкую нитку. Эти действия не похожи на то, как обычно Дженсен готовится к встречам. Да, он внимателен к своим клиентам. Но здесь чувствуется нечто большее.

Судя по тому, каким все более жизнерадостным становился Дженсен с приближением уикенда, парень, которого они ждали, был одним из его любимчиков. Давних любимчиков, если верить его случайному признанию, что он трахался бы с ним и просто так, не за деньги. Джаред не уверен. Он знает, что у Дженсена есть клиенты, к которым он привязан – как мог бы привязаться к какому-нибудь домашнему питомцу, скучному, но надежному, вроде рыбки в аквариуме. А некоторых он ненавидит, и после каждой встречи с одним из них еще часа два ворчит и ноет, успокаиваясь. Но насколько Джареду известно, у Дженсена нет клиентов, с которыми он стал бы спать, если бы ему не заплатили.

Теперь Джареду особенно любопытно взглянуть на этого Джеффа. Он решает для себя, что будет ненавидеть парня из принципа. Это, как выясняется, достаточно трудно, потому что Джефф оказывается совершенно удивительным человеком.

В ворота, рыча, въезжает грузовик, и Дженсен устремляется мимо Джареда навстречу приехавшему. Стараясь не выглядеть насупленным мудаком, Джаред выходит вместе с ним, прикрывая глаза от солнца, и смотрит на Джеффа. Тот вылезает из машины, которая как раз во вкусе Джареда, и он вынужден признать, что грузовик очень неплох. На плече у Джеффа сумка, которую он придерживает рукой, другую протягивая, чтобы обнять и похлопать по спине подбежавшего Дженсена.

- Привет, мой мальчик! Скучал по мне? – говорит Джефф. Он плотного телосложения, с темными глазами и низким, хриплым голосом, и Джаред упорно не хочет признавать, что при взгляде на Дженсена глаза Джеффа теплеют.

- А ты что – уезжал куда-то? – говорит Дженсен.

Смеясь, Джефф обнимает Дженсена за плечи, и они идут по направлению к дому, где, в тени веранды, их ждет Джаред. Их походка постепенно замедляется, и Джефф отпускает Дженсена, который чуть отстает и наблюдает за мужчинами, за тем, как Джефф вскидывает голову, увидев Джареда. Взгляд Джеффа не особенно дружелюбный, но Джаред готов поспорить, что Джефф просто делает вид, что недоволен.

 

- Что ж, привет, - говорит Джефф, протягивая Джареду руку. – Ты, должно быть, Джаред.

 

- Джаред - мой… - Дженсен замолкает, чуть заметно раздражается и заканчивает совсем не так, как хотел. – Думаю, Сэм объяснила тебе.

 

- Конечно, она объяснила, - с этими словами Джефф пожимает руку Джареду, крепко и сильно. Джефф бросает короткий взгляд на Дженсена, а затем так ослепительно улыбается Джареду, что тот не может не улыбнуться в ответ. – Уверен, наш парень задал тебе жару. Ты смелый, раз еще не сбежал.

 

- Да уж, приятно обзавестись нянькой, когда тебе двадцать восемь гребаных лет, - говорит Дженсен, - видишь, как охренительно все сложилось!

 

Но тут Дженсен улыбается Джареду, словно пытаясь смягчить свою иронию:

- Думаю, я должен считать себя счастливчиком, раз Сэм нашла мне такую сиделку, на которую приятно смотреть и с которой приятно разговаривать.

 

- Да, Сэм очень правильно сделала, - говорит Джефф нарочито серьезно, но глаза его озорно блестят.

 

Это уже второй раз за неделю, когда Дженсен намекает, что Джаред привлекательный. От этого у Джареда мурашки по коже. Захотелось дать Дженсену лист бумаги и заставить подписать произнесенную фразу, чтобы иметь доказательства, потому что Джаред не может привыкнуть к этим словам, их нужно слушать снова и снова. Джаред очень надеется, что Дженсен даже и не подозревает, что, говоря подобные комплименты, рождает в нем какое-то безумие. И если Дженсен будет повторять их, то Джаред не может ручаться за свое поведение.

 

- Ты и я должны многое наверстать, - говорит Дженсен. Он кладет руку Джеффу на грудь, и этот жест разрушает иллюзию того, что Дженсен и Джефф – просто старые, добрые друзья. – Очень многое, приятель.

Чувствуя, как щеки заливает краска, Джаред, наклонив голову, идет в дом, прямиком на кухню, которая кажется ему сейчас единственным удобным местом. Обернувшись, он видит, как Дженсен и Джефф исчезают в спальне. Джаред роется в шкафах, пока не находит чашку, а когда поворачивается, то вздрагивает от неожиданности – Дженсен стоит прямо за ним. Джеффа не видно, и Джаред делает неопределенный жест чашкой:

- Хочешь немного?

Дженсен качает головой и подходит к вазе с фруктами, где один другого свежей и безупречней. После пристального изучения Дженсен выбирает яблоко с глянцевой зеленой кожицей, такое яркое, будто нарисованное.

 

- Принес тебе кое-что, - говорит он и опускает толстую, в мягкой обложке, книгу с названием «Судоку: 1000 и одна головоломка» на кухонный стол.

 

Джаред долго смотрит на книгу, не замечая, как остывает его кофе.

 

***

Ну что ж, все не так уж и плохо. Дом достаточно большой, чтобы выдержать весь этот ад. Полдень проходит, а Джаред сидит в своей комнате, потому что он не уверен на сто процентов, что, выйдя из комнаты, не наткнется на сцены, которые словно вырвали и вставили сюда из гейского порно. Он разгадывает судоку и наслаждается осознанием того факта, что ему платят за отдых.

 

Все же до него неожиданно доносятся звуки ударов, ругательства, вздохи и стоны, которые не оставляют никаких сомнений о природе своего происхождения. Джаред старается не вслушиваться, чтобы не различить вдруг стоны Дженсена в общей какофонии звуков, и затыкает уши наушниками, включая I-Pod. Он переворачивается на живот, и, когда в следующий раз он осмеливается вынуть наушники, все кругом тихо и спокойно.

 

Наступает вечер, когда вдруг раздается легкий стук в дверь, и на пороге оказывается Дженсен, полностью одетый, лишь волосы его немного растрепаны и пуговицы на рубашке застегнуты неправильно. Он улыбается, легко и открыто, и говорит:

- Поужинаешь с нами? Джефф готовит чили, и ты не можешь это пропустить. Тот не мужчина, а мальчишка, кто не пробовал чили Джеффа!

 

Становится мучительно неловко. Джефф трахал Дженсена, они трахались, а теперь вдруг Джаред должен присоединиться к ним за столом. Джаред уже открывает рот, чтобы отказаться, и это, наверное, отражается у него на лице, потому что Дженсен вдруг становится равнодушным, улыбка умирает, и Джаред сдается. Он понимает, что Дженсен профессионал и никогда не позвал бы его на ужин, оплаченный кем-то другим, если бы этот другой не дал своего согласия.

 

- Конечно, - говорит Джаред. – А ты уверен, что я не помешаю?

 

Дженсен хлопает его по руке и кивает головой, потянув Джареда из комнаты.

 

- Конечно, не помешаешь. Знаешь, чили Джеффа – это событие! Такое не должно пройти мимо тебя, Падалеки. Кстати, он бы позвал сам, если бы я не опередил его.

 

Когда они входят в кухню, Джефф, наклонившийся над кастрюлей, дружелюбно улыбается Джареду. Этого достаточно, чтобы немного расслабиться.

 

Кухня купается в уютном оранжевом свете ламп, словно оттененная расстелившейся темно-синей ночью за окнами. Запахи, исходящие из кастрюльки с чили, благоухают, и бутылка красного вина стоит на столе, и три стакана рядом, словно хрустальная гроздь.

 

- Пододвигайте стулья, - говорит Джефф. – У меня почти все готово.

 

Джаред усаживается, вытягивая ноги, а Дженсен ходит рядом, расставляя тарелки. Джареду неуютно, и чтобы чем-то занять себя в ожидании, пока Дженсен и Джефф рассядутся, он тянется, берет бутылку вина и выдергивает пробку. Ему даже не надо читать этикетку на бутылке, чтобы понять, что вино дорогое. Наслаждаясь великолепным запахом, Джаред разливает немного по бокалам. Струйки вина, тонкие и красные, переливаются в хрустальных, сияющих бокалах, а Джареда вдруг поражает мысль – неужели он сможет привыкнуть к такой вот жизни? И сможет ли отказаться от такой жизни Дженсен?

 

Выясняется, что Джефф отличный повар, и это еще одна причина для Джареда, по которой ему все труднее относиться к Джеффу негативно. Чили великолепно, такое ощущение, что горло горит, как в огне. Джефф и Дженсен внимательно смотрят, когда Джаред съедает первую ложку. Глаза его расширяются, в груди словно разгорается пожар и не хватает дыхания, Джефф хихикает, а Дженсен протягивает Джареду бокал с вином, и он с благодарностью делает глоток.

 

- Насладился? – говорит Дженсен, и от улыбки в уголках его глаз собираются морщинки.

 

- Словно удар в грудь! – отвечает Джаред.

 

- Люблю, когда мое чили сшибает с ног, - говорит Джефф. Он поднимает бокал, и вино сверкает на свету, словно драгоценность. Джефф собирается отпить, но останавливается и поднимает бровь, глядя на Джареда:

 

- Не слишком ли жарко для тебя, мальчик?

 

Это звучит как вызов, и, чтобы защитить свою мужскую гордость, Джаред отважно съедает еще ложку. Все шутливо, и не насмешливо. Джаред поднимает бокал, салютуя в ответ:

- Думаю, я смогу с этим справиться!

 

Ужин проходит без неловкостей, хотя Джаред ожидал их. Правда, за исключением одного момента, когда Дженсен тянется за кукурузным хлебом на углу стола, и в вороте его рубашки Джаред видит красные, розовые и фиолетовые засосы, которые, совершенно очевидно, сделал Джефф. Джаред краснеет и опускает глаза, а когда поднимает взгляд, он видит, что Джефф наблюдает за ним, и выражение его лица очень серьезное. Они ничего не говорят, а Дженсен вообще не обращает на них внимания. Джефф отводит глаза и заговаривает с Дженсеном, а Джаред пытается сделать вид, будто ничего не произошло.

 

А в остальном – все легко и непринужденно. Джефф и Дженсен не отпускают друг другу сальных шуточек, Джефф не лезет лапать Дженсена, а тот не флиртует и не заигрывает с ним, как это делает с другими своими клиентами.

 

Но после ужина, когда Джаред помогает Дженсену убирать тарелки в посудомоечную машину, а Джефф допивает вино, Джаред не может не заметить, как часто взгляд Джеффа останавливается на Дженсене. Чувствуя себя лишним, Джаред спешит распрощаться и уйти к себе в комнату.

 

Позже, растянувшись на роскошной кровати и поглаживая пальцами дорогие простыни, Джаред думает – как легко сделать вид, что это каникулы, просто каникулы с кем-то, кому не надо платить за секс.

 

Мигающий в саду свет выдергивает Джареда из полудремы. Сквозь открытое окно доносится звук плещущейся воды. Вокруг тихо, только слышно какое-то бормотание. Джаред, ничего не подозревая, выглядывает в окно, и это роковая ошибка.

 

Они трахаются. Мозг отказывается воспринимать очевидное, и Джаред пытается убедить себя, что это просто обман зрения.

 

Джефф и Дженсен вместе в воде, подсветка бассейна смешивается с сумраком в странный цвет и окрашивает их тела линиями и причудливыми изломами. Дженсен упирается в стену бассейна, а к его спине прижимается широкой грудью Джефф. Одной рукой Джефф обвивает горло Дженсена словно лентой, держит, будто самец свою самку. Рот Джеффа прижат к уху Дженсена, и Джаред может видеть, как губы парня движутся, говоря что-то, а воображение тут же услужливо подсказывает, как низким, жарким шепотом Джефф бормочет грязные, непристойные словечки. Затем Джефф скользит рукой по лбу Дженсена, гладит влажные пряди волос, прилипшие к вискам, тянет голову Дженсена себе на плечо. Мелькает голая, белая шея, и Джефф целует ее, а Дженсен кусает свою пухлую нижнюю губу, когда Джефф зарывается носом ему куда-то возле уха, покусывая кожу.

 

«Еще больше засосов, еще больше отметин», - крутится в голове у Джареда нелепая мысль.

 

Странные тени мерцают и танцуют на поверхности, Дженсен и Джефф стоят по пояс в воде, и тут Джефф внезапно делает резкий рывок бедрами, и тогда Дженсен выгибается дугой в его руках. Глаза Дженсена широко распахиваются, и рот приоткрывается в безмолвном крике. Все настолько на виду, настолько очевидно, что не оставляет простора воображению.

 

Джаред судорожно сглатывает, наблюдая, как Джефф обвивает рукой талию Дженсена, еще крепче прижимая к себе, а Дженсен хватается за бортик бассейна, чтобы удержаться. Дженсен вытягивает шею, оборачивается и смотрит на Джеффа, а тот нежно гладит его подбородок, ловит ртом губы Дженсена и целует его. Это жесткий поцелуй, Джефф лижет и кусает губы Дженсена, но тому словно недостаточно, он изгибается и подается назад, будто умоляя не останавливаться, когда Джефф выходит из него.

Джаред чувствует горечь и какую-то ожесточенную злобу, он слушает, как плещется вода, как бьются вокруг двигающихся бедер Джеффа волны, видит, как пальцы Дженсена, словно в отчаянии, скользят по бортику бассейна, пытаясь зацепиться хоть за что-то. И хотя это всего лишь работа Дженсена – выглядеть так, будто ему нравится ощущать член в своей заднице, но все эти вздохи и стоны говорят о том, что сейчас он ловит кайф. И неожиданно для себя Джаред понимает, что в этот мучительный, невыносимый момент ненавидит Дженсена. Ненавидит за то, что тот слишком наслаждается своей «работой».

 

Утром, после душа и быстрой дрочки – во время которой Джаред упрямо старается думать о ком-то безликом и бестелесном – он понимает, что перешагнул некую черту. В то время, пока он готовит завтрак, приходит осознание того факта, что назрел серьезный разговор с самим собой.

Пора признать – он серьезно увлечен Дженсеном. И, если Джаред будет с собой совсем честен, он давно это знал. А этой ночью он столкнулся с истинной сущностью профессии Дженсена, и собственная реакция его не порадовала. Но сдаваться он не собирается. За работу хорошо платят, а теперь, когда он прошел это маленькое испытание, то точно справится. Да, он знает, как выглядит Дженсен, когда его трахают. И да, стоит Джареду начать думать об этом долго и в деталях, то его член начинает заинтересованно шевелиться.

 

Значит, он не будет думать об этом. Все просто.

 

 

***

Джареду даже удается дружелюбно кивнуть Джеффу, когда он приходит на кухню. Джаред понимает, что Джефф ни в чем не виноват, и причина вовсе не в нем. Тем не менее, Джареду не очень комфортно от пристального, изучающего взгляда, которым награждает его Джефф, когда пьет свой кофе. Возможно, он видел, как Джаред наблюдал за ними прошлой ночью – от этой мысли у Джареда что-то скручивается в животе. Да, это было бы очень неловко. Джаред понимает, что любой намек на то, что его видели подглядывающим за тем, как Джефф пользуется «услугами», за которые заплатил, будет мучительно неловким, и всего кофе в мире не хватит, чтобы помочь Джареду пережить такой разговор.

 

- Я дам тебе миллион долларов, если ты убедишь его бросить это занятие, - вдруг говорит Джефф.

 

- А? – интеллигентно переспрашивает Джаред.

 

- Ладно, - ухмыляясь, говорит Джефф. – Полтора миллиона, и по рукам.

 

Джаред в изумлении смотрит на него. Ухмылка Джеффа гаснет, он ерзает в кресле и делает медленный глоток из чашки:

 

- Думаешь, я не знаю, что это неподходящее занятие для него? Я прекрасно это знаю. Но он не слушает меня. Может, тебя послушает?

 

- Но… Но вы же…вы же … - Джаред не договаривает, но Джеффу понятно, что тот хочет сказать.

 

- Пока он выставлен, так сказать, на продажу, я собираюсь этим пользоваться. Но он не должен этим заниматься, Джаред. И ты, и я это знаем. Рано или поздно он пострадает, и не факт, что все закончится так же благополучно, как в последний раз.

 

Это снова упоминается. То, что Сэм называла «неприятный инцидент». Джаред понимает, что речь идет об одном и том же случае, и предполагает, что видимо из-за этого Дженсену понадобился телохранитель. Но что именно произошло? Джефф будто читает мысли Джареда, машет рукой и говорит:

 

- Забудь. Главное, чтобы кто-нибудь вразумил его, впихнул эту мысль в его упрямую голову.

 

- Почему вы ему не предложите полтора миллиона?

 

Брови Джеффа поднимаются, губы кривятся в усмешке:

 

- Думаешь, я не делал этого? Делал. Предлагал даже больше. Он принял это за неуклюжую попытку спасти его. А ему это не нужно. Ему нужно просто начать соображать и найти себе занятие, где не надо будет лежать на спине или стоять на четвереньках.

***

Джаред прячется в своей комнате и не видит Дженсена до конца дня, когда Джефф уже собирается уезжать.

Джаред наблюдает за ними днем, они просто сидят в бассейне, не занимаясь сексом. Джаред смотрит, как Джефф накрывает своей рукой сплетенные руки Дженсена и говорит что-то, от чего Дженсен мгновенно напрягается. На его лице отражается странное выражение, и он выдергивает свои руки из-под рук Джеффа. Джефф же просто улыбается и наклоняется, чтобы поцеловать Дженсена. Тогда Джаред отворачивается.

Примерно в четыре часа Джефф пакует вещи и уезжает. Он пожимает руку Джареду и кивает ему.

 

- Позаботься о нашем мальчике, ладно? – говорит он. – И о себе тоже. Бросай это занятие и найди себе подходящую работу.

 

Это сказано с теплотой и участием, но губы Дженсена сжимаются от этого пожелания. Джефф игнорирует взгляд Дженсена, которым тот награждает его, и Джаред начинает разглядывать край своей футболки, только чтобы не видеть их «прощания».

 

После того, как грузовик Джеффа исчезает на горизонте, Дженсен собирается, запирает дом и выходит, а Джаред уже ждет его в машине.

 

Они едут в тишине, потому что Дженсен, кажется, снова ушел в себя. Эту его склонность Джаред замечал и раньше, и он не уверен, что знает, как себя вести в таких случаях. В его натуре - тормошить и подкалывать, пока Дженсен не признается, о чем думает, но с другой стороны, Джаред принимает эту причуду как еще одну черту характера Дженсена. И поэтому они почти не разговаривают, только изредка обмениваются пустыми замечаниями о проплывающем мимо пейзаже или ерунде, звучащей по радио.

К тому времени, когда они подъезжают к окраине города, Джаред настолько расслабляется в комфортной тишине, что внутренне вздрагивает, когда Дженсен вдруг начинает говорить.

 

- Держу пари, что Джефф предлагал тебе деньги за то, чтобы ты заставил меня завязать, - Дженсен встречается с удивленным взглядом Джареда и криво улыбается. – Он предлагал это и раньше. Сэм и …многим другим. Думаю, если бы он нашел номер моей мамы, боже храни меня от этого, он бы и ей предложил то же самое.

 

- Да, - говорит Джаред через секунду.

 

- И? – спрашивает Дженсен, когда становится ясно, что Джаред не намерен разговаривать на эту тему. – Постараешься заполучить получить эти денежки?

 

- Нет. Нет, и мы не должны больше об этом говорить. Я сказал…уфф, я сказал, что если он хочет вытащить тебя, ему стоит предложить эти деньги тебе.

 

Дженсен отводит глаза. Черты его лица смягчаются, залитые светом вечернего солнца, и он выглядит каким-то уязвимым.

 

- Он предлагал.

 

- Да, - говорит Джаред, - он говорил об этом.

 

Джаред молчит, кусая губы, а потом продолжает:

 

- Ты ведь говорил раньше, что завяжешь со всем этим, как только сможешь. Почему бы тебе не сделать этого, взяв деньги Джеффа?

 

Молчание тянется так долго, что Джаред внутренне замирает, ожидая ответа. Дженсен, кажется, смотрит куда угодно, только не на Джареда. Наконец, он вздыхает и говорит:

 

- Что происходит между мной и Джеффом - это обмен. Равноценный. Он дает мне деньги, я сплю с ним. Я ничего не должен ему. Если я позволю ему выкупить меня, я буду обязан ему всегда.

 

- Я не думаю, что Джефф будет считать, что ты обязан ему. Я не думаю, что он…ожидает что-то взамен.

- Да, это так, - соглашается Дженсен. – Он ничего не ждет взамен. Но если он это сделает, я буду считать себя обязанным ему. И я всегда буду знать, что должен ему. Когда я брошу все это, это будет только потому, что я достаточно заработал сам.

 

Это очень удручающий разговор, и от него Джаред чувствует горечь во рту, и жалость. Он больше не тревожит Дженсена и сосредоточивается на дороге, пытаясь мысленно отключиться от осознания того, что Дженсен так близко от него.

 

- Ты не сказал, как прошло твое свидание, - говорит Дженсен, помолчав некоторое время.

Джаред медлит, обдумывая ответ, затем ухмыляется.

 

- Отлично, чувак. Правда, отлично.

- Да?

 

- Да, – он думает, что разговор окончен, но Дженсен по-прежнему смотрит на него, приподняв бровь. Джаред пожимает плечами, не понимая, что Дженсен хочет от него услышать.

 

- Я не знаю. Пока вроде ничего серьезного, но ... Я, наверное, хочу, чтобы все получилось. Я не знаю, чувствует ли она то же самое, но ... что ж, поживем – увидим, не так ли?

 

Джаред все еще улыбается, хотя улыбка становится слегка растерянной, потому что Дженсен по-прежнему наблюдает за ним. Слишком много происходит в голове Дженсена, такого, о чем Джаред не в курсе. Это как читать книгу с половиной вырванных страниц. Иногда ему кажется, что Дженсен будто отключается от всего мира, но потом Дженсен что-нибудь говорит, и Джаред понимает, что Дженсен просто думал. Он думает слишком сильно и слишком часто.

 

Наконец Дженсен говорит:

 

- Актриса или модель?

 

- Актриса. Потрясающая просто.

 

- Да? И где она снималась?

 

Джаред пожимает плечами:

 

Ну…навряд ли ты это смотрел…

 

- Хочешь сказать, от нее не несет сладким запахом успеха?

 

Жестокость звучит в его тоне, что-то такое, чего Джаред не слышал прежде, и это сразу привлекает внимание. Джаред смотрит на Дженсена, но тот отворачивается к окну, и в какой-то момент Джареду кажется, что он видит, как вспыхивают щеки Дженсена.

 

Этот уикенд явно был очень странным.

 

 

 

***

- Итак, помимо того, что ты возишь его повсюду и следишь, чтобы другие детишки его не обижали, должен ли ты таскать за ним сумочку со смазкой и презервативами?

 

Джаред долго молчит, а потом говорит:

 

- Я пытаюсь посчитать причины, по которым твое высказывание можно считать оскорбительным. Насчитал уже три, и думаю, для всех будет лучше, если на этом я остановлюсь. Прежде чем мне придется надрать тебе задницу за то, что ты такой маленький вредный засранец.

 

Чад противно смеется и не извиняется.

 

- Да, да. Когда я смогу встретиться с ним? – требует он.

 

- Надеюсь, что никогда. Думаю, сейчас он начал хотя бы немного уважать меня. Ни в коем случае я не допущу ошибку, познакомив его с тобой. Так или иначе ... - Джаред умолкает и вспоминает последние несколько недель с Дженсеном. - Сейчас все ... странно. Просто странно. Я собираюсь взять выходные, поехать домой.

 

Чад второй, кому Джаред говорит о своих планах. Сэм была первый, Сэнди будет третьей. Четвертым – Дженсен.

 

***

- Отлично, - говорит Дженсен, когда они сидят в кафе в перерыве между свиданиями, - Правда, это здорово! Оставайся дома столько, сколько понадобится.

 

- Я не задержусь надолго. Сэм намерена пересмотреть твои встречи. Уверен, у тебя будет свободная неделя.

 

Дженсен опускает глаза и начинает рвать салфетку. Обрывки падают ему в тарелку.

 

- Я же справлялся без тебя раньше. Не думаю, что ты вернешься и найдешь меня на костылях или с перевязанной рукой.

 

- Лучше не надо, - говорит Джаред, который уже съел свой куриный салат и теперь присматривает то, что осталось нетронутым у Дженсена в тарелке.

 

- То есть, конечно, если ты вернешься, - Дженсен говорит небрежным тоном. Он начинает аккуратно отрывать этикетку со своей бутылки с минеральной водой и рвать ее в клочья. Потом он поднимает глаза, и в них читается вопрос, хотя сам Дженсен больше ничего не говорит.

 

С выражением отчаянной смелости на лице Джаред тянется и утаскивает булочку у Дженсена. Он отрывает кусок и засовывает себе в рот.

 

- До встречи через неделю, Джен.

 

 

 

***

 

Они возвращаются с последней на сегодня встречи, и Дженсен едет с Джаредом в аэропорт. Он рядом и все время молчит, и Джаред благодарен ему за компанию, вдруг остро осознавая тот факт, что он собирается покинуть Дженсена. Хотя так будет лучше для них. Им нужно какое-то время побыть отдельно друг от друга, чтобы исчезло то непонятное чувство, которое появилось с тех пор, когда приезжал Джефф. Джаред вернется, и все придет в норму.

 

Во время полета Джаред отгадывает последнюю из головоломок судоку в книге, которую Дженсен дал ему. С тех пор, как она появилась у него, он стал просто мастером судоку, уверенно вписывая ответы ручкой, даже не потрудившись предварительно сделать записи карандашом. Как только все головоломки в книге разгаданы, нет смысла держать ее у себя, но Джаред не хочет ее выбрасывать. Он совершенно не представляет Дженсена в магазине, выбирающим для него книгу. Это немного странный сувенир, но он почему-то становится очень важным. Джаред разглаживает складки на обложке и убирает книгу обратно в сумку.

 

 

***

Мама встречает его в аэропорту, и Джаред наслаждается тем, как легко и просто все здесь, в родном городе.

Старшего брата пока нет, только Мэган и отец, и Джаред сидит за столом, с семьей, за своим первым обедом после долгого отсутствия. Он старается уклониться от разговора о своей работе, пытаясь выглядеть равнодушным и спокойным, насколько это возможно, когда все начинают расспрашивать его. Просто потому, что это его дом, именно сюда он сбежал от всей этой неразберихи с Дженсеном.

- Как твоя работа? – спрашивает мама, подкладывая еще гороха ему в тарелку.

 

- Нормально.

 

- Как начальник? – Мэган кладет в рот кусочек курицы.

 

- Она хорошая.

 

Все молчат некоторое время, видя, что Джаред не настроен говорить о работе. Разговор переходит на Мэган, начинается обсуждение ее учебы, потом говорят о девушке Джеффа, с которой тот встречается. На Джареда сыплются и сыплются реплики, новости, вопросы, здесь и сейчас, и потом, и после того, как он помогает убирать тарелку и выходит на террасу выпить пива с отцом. Вечернее небо спокойное, с розоватым оттенком, усеянное искрами первых звезд. Лос-Анджелес, кажется, остался на другой планете, и Джаред старается отвлечься от мыслей об этом городе, но скоро начинает думать, чем занят Дженсен поздно вечером, с кем видится, поехал ли он на встречу один или Сэм нашла кого-то, чтобы заменить Джареда.

 

- Как ты, сынок? – говорит отец.

 

- Я в порядке.

 

- Правда? Какой-то ты тихий. Или это просто я оглох.

 

Джаред смеется и чешет затылок, отгоняя комара.

- Просто устал.

 

Взгляд отца очень проницательный, и Джаред отворачивается, чтобы не встречаться с ним глазами.

 

- Рад быть дома.

 

Через мгновение отец хлопает его по плечу и возвращается к своему пиву.

 

- Хорошо, что ты вернулся. Твоя мама ужасно скучала по тебе, пока ты был там, - отец молчит, а потом хрипло добавляет, - и, конечно, я тоже.

 

Наступает благословенная тишина. Джаред позволяет себе расслабиться, хотя бы ненадолго. Прошло всего несколько часов с тех пор, как он последний раз видел Дженсена, и надо попытаться не думать о нем сейчас. Джаред допивает пиво, запрокидывая голову, чтобы выпить все до капли. Потом ставит на пол бутылку и говорит:

 

- Я кое-кого встретил, пап.

 

- Да? – отец бросает на него быстрый взгляд, - и как ее зовут?

 

- Сэнди, - поспешно отвечает Джаред, будто хочет опередить самого себя и не назвать совершенно другое имя. – Ее зовут Сэнди.

 

На этом разговор заканчивается.

 

 

 

***

Прошло не так уж много времени с тех пор, как Джаред покинул дом, но, проснувшись в своей комнате и на своей кровати, он долго не может понять, где находится. Он изучает потолок и глубоко дышит. В доме все тихо, спокойная, уютная тишина. Джаред потягивается, наслаждаясь чистыми хлопковыми простынями, и впервые за долгое время чувствует, как отпускает напряжение.

 

Он ложится на бок и шарит на тумбочке в поисках телефона. На экране тускло мерцают цифры часов, показывая, что еще очень рано, и Джаред прокручивает список контактов до «Дженсен». Опираясь на локоть, он нерешительно гладит кнопки. Еще чертовски рано, а там, где сейчас Дженсен, вообще ночь. Джаред не знает, что скажет ему, как будет извиняться, если позвонит сейчас и разбудит. Он вздыхает и прокручивает дальше, до «Сэм».

 

Есть простой выход из всей этой неразберихи. Джаред может просто позвонить Сэм и сказать ей, что больше не будет у нее работать, и поблагодарить за то, что дала ему шанс. Он может сказать ей, чтобы она передала наилучшие пожелания Дженсену, а Сэм – умная женщина, она сумеет тому все объяснить так, чтобы не сделать больно. И он больше никогда не увидит и не услышит Дженсена. Он может снова ходить на прослушивания и даже найти нормальную работу, где не надо каждый день видеть тех, кто покупает секс за деньги.

 

Джаред бросает телефон на тумбочку и ложится на спину. Единственное, что он точно знает про Дженсена - тот принимает очень плохие решения. Нужно, чтобы с ним рядом был кто-то в здравом уме и твердо стоящий на ногах, чтобы оградить Дженсена от неверного шага. Джаред подписал контракт, тем самым взяв на себя ответственность. И он должен абсолютно со всем справиться.

 

Время, которое Джаред проводит с семьей – именно то, что ему было нужно. К концу недели он делается веселым, разговорчивым и будто снова становится собой прежним. Мама трепет его по щеке и говорит, что он, наконец-то, вернул нормальный цвет лица.

 

- Уверена, что ты неправильно питаешься. Совсем о себе не заботишься. Пицца – не лучшая еда, милый, - строго говорит она, когда они с Мэган провожают его в аэропорту.

 

Полет проходит незаметно, потому что Джаред запасся судоку и книжками с различными головоломками. Когда он идет через зал аэропорта, то видит, что его ждет Дженсен. Джаред оставлял ему прошлой ночью сообщение на голосовую почту, сообщив дату прилета и номер рейса, но он совершенно не ожидал, что Дженсен приедет его встречать. Дженсен в своей обычной одежде, и это говорит о том, что на сегодня у него не запланированы встречи. На Дженсене темные очки, а на глаза низко надвинута бейсболка, и в какой-то момент Джареду кажется, что Дженсен похож на знаменитость, пытающуюся скрыться от фотографов. Потом Джаред замечает, как неловко Дженсен двигается в толпе и предполагает, что тому неуютно среди большого скопления людей.

 

- Привет, Дженсен, - говорит Джаред, и его техасский акцент сильно чувствуется сейчас. Джаред так давно не произносил имя Дженсена, что теперь звуки его имени ощущаются на языке, словно сладость.

 

- Привет, приятель! Отлично выглядишь! Домашняя еда, верно? Клянусь, нет ничего лучше тушеной говядины моей мамы. Идем, я припарковался у входа.

 

Он действительно рад видеть Джареда, и от этого по телу разливается странное удовлетворение. Дженсен скучал, так же, как и сам Джаред.

 

Джаред бросает сумку на заднее сиденье, а потом Дженсен, раскланиваясь, с нарочитой официальностью протягивает Джареду ключи от машины, но хмурится и застывает с вытянутой рукой.

 

- Может, ты слишком устал, чтобы вести? Могу и я. Просто…

 

- Все в порядке, - говорит Джаред, открывая переднюю дверь и ныряя на водительское сиденье. – Я чувствовал бы себя не в своей тарелке, если бы ты вел.

 

Есть в этом что-то правильное – быть рядом с Дженсеном. Дома, конечно, здорово, но там Джаред лишен простого удовольствия - проводить время с Дженсеном, с парнем, с которым они хорошие друзья, несмотря на то, что у Дженсена сумасшедшая работа, а сам Джаред чувствует к нему влечение.

 

На протяжении всего пути Джаред часто смотрит на Дженсена, каждый раз встречая ответный взгляд.

 

- Как прошла неделя? - спрашивает Джаред.

 

- Спокойно. Всего три встречи. Остальное время провел с ребятами. Было здорово. Думаю, именно это мне и было нужно. А у тебя?

 

- Замечательно. Здорово увидеться с семьей. И мама кормила меня каждые пять минут, - Джаред одобрительно погладил свой живот. – Придется снова возвращаться к этой гребаной еде на вынос.

 

- Ты можешь что-нибудь готовить себе, ты же знаешь, - отвечает Дженсен. – Выбор небольшой: либо еда на вынос, либо голодная смерть, не так ли?

 

Он молчит, а затем пожимает плечами и неожиданно предлагает:

 

- Знаешь, можем поехать ко мне, и я приготовлю тебе обед.

 

- Да? – говорит Джаред, растерянно улыбаясь.

 

- Да. Конечно, блюда высокой кухни не обещаю…но что-нибудь, похожее на стряпню твоей мамы, организую…Снимем твой абстинентный синдром, так сказать.

 

Все же обед – это нечто более интимное, чем завтрак. Джаред уже завтракал с Дженсеном, но вот вместе обедать еще не приходилось. Желание надавить на газ, и в рекордные сроки доставить их к дому Дженсена, до того, как здравый смысл начнет кричать, что не нужно принимать это приглашение, просто невыносимо. Единственное, что может помешать его планам – если их остановят за превышение скорости. К тому же, Джаред только что вернулся из отпуска, взятого специально, чтобы привести в порядок мысли, и попытаться справиться со странными чувствами к Дженсену, и Джаред не собирается делать глупости, едва оказавшись в его компании снова.

 

Пока Дженсен готовит пасту – макароны с топленым маслом, приправленные тушеными овощами – Джаред, облокотившись о стену, рассказывает о впечатлениях от поездки в Сан-Антонио. Дженсен вставляет комментарии, рассказывая, чем похож или не похож на этот город Даллас. И Джаред никак не может поверить, что они выросли всего в нескольких часах пути друг от друга.

 

- Думаю, это судьба, - говорит Джаред. Дженсен удивленно смотрит на него, и Джаред спешит объяснить. – Я имею в виду, что мы оба выросли в Техасе и вот встретились здесь, в ЛА. Да ладно, это ведь был один шанс из тысячи!

 

Сказав это, Джаред понимает, что на самом деле ничего замечательного в их встрече нет, но Дженсен только улыбается и ничего не говорит в ответ. Он тянет Джареда к стулу, ставит перед ним тарелку и садится напротив. Они едят молча, и это уютная тишина нарушается лишь стуком вилок и тем, что Джаред шумно жует пищу. Он старается есть аккуратно и не шуметь, и видит, что Дженсен наблюдает за ним, а его улыбка совсем не насмешливая, скорее одобрительная.

 

Когда они заканчивают ужин, Джаред аккуратно кладет вилку возле тарелки и откидывается на спинку стула. Он сытый и довольный, и чувствует себя просто опьяненным хорошей едой и хорошей компанией. Наверное, именно это заставляет его сказать то, что в другой ситуации он бы никогда не произнес.

 

- Значит, скучал по мне, - говорит он самодовольно. – Сначала невзлюбил меня, а теперь, стоило мне взять недельный отпуск, ты уже скучаешь.

 

Дженсен поднимает бровь, но продолжает улыбаться.

 

- А может, я действовал по принципу «из двух зол выбирай меньшее»? - он пожимает плечами, стараясь выглядеть серьезно. – Может, я хотел, чтобы ты вернулся, потому что ты кажешься мне лучше других парней, которых Сэм предлагала мне, чтобы защищать мою задницу. Может, правда в этом? А не во всем этом дерьме со «скучаю»?

 

Джаред ошарашено смотрит на него, а Дженсен пожимает плечами и делает глоток вина.

 

- Ну, хорошо, может быть, я скучал.

 

И этого достаточно, чтобы хорошее настроение вернулось к Джареду.

 

 

 

***

 

Первая встреча, на которую Джаред везет Дженсена после перерыва в их работе, с Дэном Уильямсом. Джаред немного нервничает, потому что, да, может быть, Дэн и посылал Саманте чудесный букет розовых тюльпанов, но это не Сэм говорила Дэну, что он пьян и не может остаться наедине с Дженсеном. Тот сидит рядом в машине, тихий и спокойный, и Джареду остается только верить в то, что Сэм не позволила бы Дэну снова заказать встречу с Дженсеном, если бы был повод для волнений.

 

Несмотря на свои опасения, Джаред все же провожает Дженсена к дому Дэна, а тот, кажется, уже ждет. Дэн выглядит трезвым и смотрит Джареду прямо в глаза, протягивая руку для приветствия.

 

- Боже, приятель, мне действительно стыдно за прошлый раз, - говорит он, смущенно потирая затылок, - просто был дерьмовый день и я выпил, стараясь успокоиться. Не стоило пить так много. Ты был абсолютно прав, отменив встречу. Можешь мне поверить – такого больше не повторится.

 

Все это говорится Джареду, а Дженсен в это время просто стоит в дверях, и от этого неловко, и становится еще хуже, когда Дэн поворачивается к Дженсену. Он берет его лицо в свои ладони и наклоняет голову, прижимаясь лбом ко лбу Дженсена. Дженсен подается навстречу, но ничего не говорит.

 

- Детка, ты ведь знаешь, что я бы никогда не причинил тебе боль, верно? – голос Дэна ласковый и уговаривающий. Он проводит большими пальцами по линии подбородка Дженсена, будто пытаясь оставить следы. – Я намереваюсь кое-что сделать для тебя. Позаботиться о тебе.

 

- Что ж, я оставлю тебя… То есть оставлю вас двоих, - говорит Джаред и поспешно уходит.

 

Он ждет в машине и внимательно изучает дверь дома, ожидая, когда вновь появится Дженсен. Несмотря на неуклюжие попытки Дэна подлизаться к Дженсену, выглядел он вполне раскаявшимся, и Джаред думает, что можно немного расслабиться и заняться судоку. Но мысли разбегаются, и он не может сосредоточиться, написав всего несколько цифр, когда Дженсен возвращается к машине.

Он ныряет внутрь и нервно улыбается Джареду.

 

- Это было просто… Черт возьми, лучше бы он был пьяным, - Дженсен замолкает, а потом начинает смеяться, и Джаред ловит этот смех, чувствуя, как уходит напряжение, и облегчение разливается по телу от того, что Дженсен шутит.

 

- Правда?

 

- Абсолютно, - говорит Дженсен, - эдакий извиняющийся секс… это из разряда того, что я бы не хотел повторить. Это было чертовски странно.

 

- Отлично, значит, отныне я позволю тебе заниматься сексом с пьяницами, только до тех пор, пока они не начнут извиняться.

 

Дженсен смотрит на Джареда абсолютно серьезно и отводит глаза:

 

- Ущипни меня, - говорит он, и в его голосе слышится веселье.

 

- Не могу, отвечает Джаред и заводит мотор, - у тебя встреча с Бобом, и ты должен быть без помарок и отметин.

 

Он улыбается Дженсену и выезжает на шоссе.

 

К концу неделю Джаред глубоко убежден, что решение взять отпуск и съездить домой было одним из самых правильных в его жизни. Да, случаются еще немного странные моменты – даже можно сказать, почти вся ситуация состоит из одних странностей – но Джаред думает, что может, наконец, смириться с этим. И хотя он понимает, что все равно время от времени ему будет неловко, его это уже не пугает, как раньше. Отношения между ним и Дженсеном делаются лучше. Даже, можно сказать, становятся просто отличными. Они смеются, болтают, и дразнят друг друга, и это так…комфортно. Джаред становится одним из тех счастливчиков, которые, просыпаясь утром, с удовольствием идут на работу.

 

С Сэнди он обыкновенно встречается субботними вечерами, и каждый раз собирается рассказать ей про свою работу и про Дженсена, но понимает, что не знает, что именно сказать и замолкает. Сэнди бросает на него пару заинтересованных взглядов и говорит, что он похож на золотую рыбку, когда вот так открывает и закрывает рот. Но видно, что она счастлива беседовать с Джаредом, а он сам просто наслаждается тем, насколько она удивительная, и насколько удивительна жизнь в целом.

 

Чад говорит ему, что его тошнит от того, что Джаред сияет, словно солнце. Тогда Джаред хватает голову Чада, зажимая ее локтем, и стучит костяшками пальцев ему по голове. Есть польза в том, чтобы быть выше своего лучшего друга на несколько сантиметров.

 

***

 

 

Утро среды, 10:45, и они опаздывают. Дженсен все еще застегивает пуговицы на рубашке, и его пальцы двигаются слишком медленно. От дождя, который моросит за окном, в доме разлит бледно-серый свет. Джаред уже съел свои тосты и старается не торопить Дженсена, но они оба понимают, что должны были выехать еще 10 минут назад.

 

- Твою мать!

 

Дженсен произносит это тихо, почти на выдохе, но Джаред слышит. Он стоит, чуть сгорбившись у двери, а потом выпрямляется и идет к Дженсену. Дженсен напротив зеркала, и его бледно-голубой галстук уродливой веревкой болтается на шее. Джаред колеблется, смотрит, как руки Дженсена борются с непослушной лентой материи, а потом шагает к нему.

 

- Эй, давай я, - говорит Джаред, поворачивая Дженсена к себе.

 

Дженсен мнется некоторое время, а потом позволяет помочь себе. Он стоит рядом, послушный, но все равно немного сердитый, и Джаред завязывает ему аккуратный узел. Дженсен стоит так близко, что Джаред видит фиолетово-серые тени под глазами, видит, как опускаются его ресницы, когда он смотрит куда-то в пространство.

 

Джаред хочет спросить Дженсена, все ли в порядке, но понимает - намекать ему перед самой встречей, что он хреново выглядит, как-то не очень тактично. Кроме того, видно, что Дженсен вот-вот взорвется, поэтому Джаред думает, что лучше его сейчас не дергать.

 

- Ну вот, - говорит Джаред, закончив с галстуком, и игриво дернув за его кончик, что вызывает у Дженсена легкую, какую-то бесцветную улыбку. – Все готово.

 

- Спасибо, - благодарит Дженсен и оглядывается, ища пиджак, и нахмурившись немного, когда видит, что Джаред уже берет пиджак, чтобы помочь Дженсену надеть его.

 

Клиент Дженсена на сегодня некий Картер Резерфорд III. Когда Джаред слышит это имя в первый раз, оно кажется неуловимо знакомым. А встретившись с этим мужчиной, он думает, что где-то видел его. Понадобилось еще три встречи, чтобы Джаред понял – этот человек не кто иной, как сенатор Резерфорд. Сейчас он, правда, уже не сенатор, но всякий раз, когда Дженсен и Джаред появлялись, он странно суетился, будто ожидая, что сейчас в отель ворвутся репортеры с камерами.

 

Он был из тех парней, что не выдерживают долгого взгляда Джареда – его глаза всегда бегают, он смотрит то в пол, то в какую-то точку на стене, то еще куда-нибудь. Это не нравится Джареду, он не может доверять тому, кто не смотрит в глаза. Когда он упоминает об этом Дженсену, тот просто смеется и говорит, что не всегда те, кто смотрят в глаза, обязательно говорят правду, так же как не обязательно лгут те, кто отводит глаза.

 

И все-таки, если не обращать внимания на отсутствие зрительного контакта, Джаред не считает Резерфорда за угрозу. Резерфорд все время краснеет, суетится и никогда не прикасается к Дженсену, если Джаред в комнате. Джаред делает вывод, что парень живет в постоянном страхе быть застуканным за аморальным поступком – пользование услугами в сфере элитной проституции. Это, конечно, неприятно, но по крайне мере, здесь Дженсену ничего не угрожает. И поэтому Джаред не беспокоится, когда, спустя полчаса после ухода Карла, Дженсен все еще не появляется из комнаты.

 

Но проходит сорок минут, и Джаред откладывает судоку и начинает смотреть только на двери лифта и на лестницу. Наклоняется вперед на стуле и ждет Дженсена. Постепенно он начинает вспоминать – показалось ли ему, что, когда Резерфорд уходил, он выглядел более нервным, чем обычно? Не посмотрел ли он как-то более пристально на Джареда, когда выходил?

 

Когда после ухода Резерфорда проходит пятьдесят минут, Джаред понимает, что Дженсен не может все еще быть в душе.

 

Можно воспользоваться лифтом, но он не может ждать, сердце глухо и тяжело бухает в груди. Он бежит по лестнице, перепрыгивая сразу через три ступеньки. Какое-то мгновение мозг мечется в панике, и Джаред не может вспомнить, в какой комнате находится сейчас Дженсен. В голове крутится только одна мысль – прошел час после ухода Карла, а Дженсен так и не появился.

 

Джаред мечется от двери к двери, пока рука случайно не ныряет в карман брюк и не нащупывает магнитную карту от номера. 273. Он несется в конец коридора, всматриваясь в номера на дверях, толкая портье, который чуть не падает. Возле нужной двери Джаред застывает, чтобы хоть немного успокоиться, руки дрожат, и он не сразу может открыть дверь, всовывая карту в прорезь. Он влетает в номер, и ему становится еще хуже, потому что он видит - Дженсен лежит на кровати, не двигаясь, накрытый простыней, и видно, что под ней он совершенно обнаженный. Дженсен кажется бледнее белой простыни, глаза закрыты, розовые губы слегка приоткрыты. Одна рука свободно свисает с края кровати, пальцы чуть согнуты.

 

Джаред падает на колени возле кровати и прижимает свои пальцы к шее Дженсена, проверяя пульс. Он не уследил за ним. Он не уследил за Дженсеном. Его наняли, чтобы защищать Дженсена, и теперь Дженсен лежит здесь, совершенно неподвижный. Нежная кожа горла влажная и липкая, под ней бьется ровный пульс.

 

- Джен? – зовет Джаред, и в тишине комнаты его голос кажется слабым и дрожащим.

 

Джаред вспоминает, как дышать, только тогда, когда видит, как чуть шевелится Дженсен, и как дрожат его веки. Выглядит он ужасно, но, по крайней мере, он жив. Джаред, наконец, понимает, в чем именно липком измазаны его пальцы, лицо и грудь, и даже волосы Дженсена. Похоже, так Дженсен выглядит, когда встреча закончилась, а душ он еще не принимал. Это именно тот развратный, свежеоттраханый Дженсен, которого Джаред когда-то очень хотел увидеть, хотя даже самому себе ему стыдно было в этом признаться.

 

Да, оттраханный Дженсен, возможно, и был бы невероятно прекрасным зрелищем, если бы не выглядел в то же время таким безжизненным – краше в гроб кладут.

 

- Устал что-то после Картера… Просто на минуту закрыл глаза, - после сна голос Дженсена звучит невнятно. Он облизывает губы и старается приподняться на локтях, чтобы сесть. Но он еще очень слаб для того, чтобы это у него получилось, и Джаред обнимает его за плечи, чтобы помочь. Пальцы скользят по мокрым от пота лопаткам, они теплые и гладкие, и Джаред не может остановиться и перестать трогать Дженсена. Сердце колотится где-то возле горла, когда Джаред помогает ему подняться.

 

- Ты выглядишь неважно, приятель, - говорит Джаред. Он убирает влажные волосы со лба Дженсена, наклоняя голову ближе, чтобы рассмотреть его лицо, отмечая про себя и затуманенный взгляд, и рваные красные пятна на щеках, резко контрастирующие с нездоровой белизной лица.

 

- Думаю, мне просто нездоровится. Твою мать, бедняга Картер! Надеюсь, ему понравилось, на что он потратил свои деньги.

 

Джаред сжимает губы, но не упоминает, что синяки и засосы, и другие бесчисленные свидетельства на теле Дженсена явно говорят о том, что Картер ушел довольный. Вместо этого он аккуратно помогает Дженсену свесить ноги с кровати, и отводит взгляд, когда простыня сползает, обнажая бедра Дженсена, угловатые, четко очерченные линии тазовых костей, и его член, вялый и мягкий между ног.

 

- Ты дрожишь, - говорит Джаред. Он старается удержать Дженсена, одной рукой обнимая его за трясущиеся плечи, а другой тянется за его одеждой.

 

- Нет, постой, - протестует Дженсен. – Сначала душ.

 

Он встает на ноги, чуть покачиваясь. Джаред тянется, чтобы подхватить его, но Дженсен, кажется, может устоять и сам, немного придя в себя. Дженсен, спотыкаясь, идет в душ, неуклюже двигаясь от кровати до угла шкафа, а затем к двери ванной.

 

Идея принимать душ в одиночку, хотя Дженсен явно болен, кажется Джареду довольно опасной. К несчастью, идея попытаться помочь Дженсену в душе кажется еще рисковее. Поэтому он ходит туда-сюда, слушая шум воды о кафель, и старается постоянно что-то спрашивать у Дженсена, чтобы убедиться, что с ним все в порядке.

 

- Даже не думай так пугать меня снова, - говорит Джаред. – Я с ума сходил от беспокойства, уже был готов поймать Картера и надрать ему задницу.

 

- Почему? - спрашивает Дженсен, и его голос звучит приглушенно и словно издалека.

 

- Я подумал… - Джаред замолкает и трет шею рукой. Он чувствует себя глупо - Картер выглядит слабаком и явно не представляет угрозы. – Ты не спустился. Я подумал, что может быть…

 

- Что со мной что-то случилось? – подсказывает Дженсен, - о, это мило, Падалеки, но не стоило беспокоиться. Я прекрасно могу позаботиться о себе сам.

 

Шум воды прекращается, и Джаред слышит, как Дженсен ходит по ванной. Затем он слышит шуршание полотенца, потом, по-видимому, полотенце брошено на пол. Раздается шелест ткани, словно Дженсен надевает что-то на себя.

 

- Конечно, ты можешь позаботиться о себе, - соглашается Джаред, когда Дженсен появляется из ванной.– Только ты почему-то потерял сознание, лежа на кровати.

 

Даже душ не смог вернуть Дженсену здоровый цвет лица. Глаза его по-прежнему тусклые, и он не может твердо стоять на ногах. Джаред понимает, что можно было бы схватить Дженсена и, перекинув через плечо, донести на себе. Но вместо этого подвигается ближе, чтобы в любой момент поддержать его, когда тот идет, чуть покачиваясь.

 

Уже в машине Джаред даже не спрашивает, куда ехать – он выруливает на дорогу и везет Дженсена домой.

 

Когда они подъезжают к дому, Дженсен поворачивается на сиденье и смотрит Джареду прямо в глаза:

- Клянусь Богом, если ты сейчас попытаешься донести меня до кровати, ты узнаешь, что я не настолько слаб, каким кажусь.

Джаред сжимает руль, подчиняясь, но не уезжает, наблюдая, как Дженсен, спотыкаясь всю дорогу, идет к дому и исчезает внутри.



Глава 4

По закону подлости Джаред просыпается до того, как прозвенит будильник. Солнечный свет едва пробивается сквозь шторы, когда звонит телефон. Джаред с трудом разлепляет припухшие со сна веки, он и в самом деле мог бы поспать еще часок. По правде говоря, не отказался бы проспать еще сутки.

 

Он опрокидывает стоящий у кровати стакан с водой, слепо шаря на тумбочке в поисках телефона.

 

Джаред откидывается на спину, прижимает телефон к уху и говорит:

 

- Что?

 

- Привет, детка, - отвечает Мелани. - Хорошие новости. Дженсен заболел, так что у тебя сегодня выходной. Не забудь сказать ему спасибо, когда он выздоровеет. Так что ты думаешь, что лучше будет для свадьбы? Воздушные шарики или одноразовые фотоаппараты на столиках гостей? Бену кажется, что фотоаппараты - хорошая идея. Семьдесят пять человек будут фотографировать меня в тот момент, когда я меньше всего этого ожидаю. Как моя самооценка переживет это и не пошатнется?

 

- Да. Воздушные шарики. Это будет замечательно.

 

Джаред кладет трубку и пытается снова заснуть.

 

Двадцать минут спустя он звонит маме и спрашивает у нее рецепт ее фирменного куриного супа.

 

 

***

- Нет-нет-нет, - говорит Дженсен, отрицательно мотая головой, как будто вид Джареда, стоящего на пороге его дома, причиняет ему физическую боль. - Я болен. Никуда не поеду. Никаких свиданий сегодня. Никто не захочет трахать парня, который насквозь потный и воняет, как блевотина.

 

- Ну, не знаю, - говорит Джаред, отодвигая Дженсена плечом и протискиваясь мимо него в дом. - В Интернете можно найти множество самых странных фетишей. Например, есть парни, которые прутся от женщин на высоких каблуках, выталкивающих застрявшую в грязи машину. Не сиськи, не секс или что-то такое. Просто…машина. Машина, застрявшая в грязи, и женщина на высоких каблуках, пытающаяся вытолкнуть ее.

 

Дженсен молча смотрит на него, дверь все еще открыта, а Джаред направляется на кухню. Он оглядывается на него и хмурится.

 

- Да ладно тебе. Я принес суп.

 

Дженсен издает какой-то жалобный звук и закрывает дверь. Он шлепает босиком по коридору вслед за Джаредом и наблюдает, как тот хозяйничает в его кухонных шкафчиках.

Он выглядит восхитительно взъерошенным со сна, несмотря на то, что он него пахнет далеко не розами. На щеке красный след от подушки. Светло-зеленые пижамные штаны сидят низко на бедрах, и Джареду нестерпимо хочется схватить его, прижать к себе и целовать и кусать эти тазовые косточки до тех пор, пока они не покроются засосами и не станут скользкими от слюны. С чем, возможно, стоит повременить, пока он не убедится, что Дженсен не заразен.

 

- Тебе не нужно делать это, чувак, - говорит Дженсен. Он придвигается ближе и нюхает суп, который Джаред разогревает для него. - Тебе действительно не обязательно было покупать мне суп.

 

Джаред поднимает на него взгляд и ухмыляется:

- Я и не покупал. Я приготовил его. Своими собственными руками по рецепту моей мамы.

 

Дженсен смотрит на него так долго, что Джареду начинает казаться, что он мыслями не здесь. Как будто спит наяву. Но его взгляд слишком сосредоточен на Джареде, а выражение лица совершенно непонятное.

- Ты приготовил мне суп, - говорит он, наконец.

 

Выражение его лица по-прежнему странное, и к оживленной веселости Джареда начинает примешиваться тревога. Он нервно раздумывает о том, что, возможно, совершил какую-то огромную бестактность. Может быть, Сэм забыла ему сказать, что это дурной тон - приносить суп заболевшим проституткам. Наверняка существуют сотни неписанных правил такого рода, о которых не упоминала Сэм.

 

- Ты не любишь суп? Чувак, клянусь, он съедобен. Я имею в виду, мне так кажется. Я раньше никогда не готовил суп, но пахнет вроде хорошо, и я очень тщательно записывал рецепт.

 

Дженсен моргает, как будто опомнившись, и улыбается беспомощной улыбкой. Он запускает пятерню в волосы, и на щеках его выступает смущенный румянец. Он испускает короткий вздох, в котором звучит что-то вроде растерянного смешка.

 

- Тебе нужно присесть? - спрашивает Джаред, не зная, куда деть руки, потому что, хотя Дженсен и не любит, когда его трогают, но выглядит он сейчас так, как будто нуждается в помощи. Джаред пытается скрыть свое беспокойство за шутливым тоном, но получается не очень. - Все в порядке. Я тоже был в шоке, когда узнал, что могу готовить. Это пройдет.

 

У Дженсена подгибаются колени, и он начинает падать, но Джаред подхватывает его, прижимая к своей груди, а Дженсен пошатывается и дрожит. Воцаряется неловкая тишина, все вокруг движется, будто в замедленной съемке, и Дженсен поднимает лицо, его губы приоткрыты, а в глазах плещется что-то похожее не ужас. И Джаред знает, что остается ровно пять секунд между этим моментом и моментом, когда он поцелует Дженсена.

 

И ему на самом деле хочется сгрести Дженсена в охапку и зацеловать до полусмерти. Но Джаред медлит, и момент безнадежно упущен, а Дженсен раздраженно шлепает его по груди.

 

- Отстань от меня. Меня сейчас вырвет. И тошнит от твоего проклятого супа.

 

Джаред старается заставить себя оскорбиться комментариями по поводу супа, потому что это помогает ему не задумываться о том, что Эклз только что был в его объятиях, а он по непонятной причине не поцеловал его. И что не сделал этого не только потому, что тот болен. Откровенно говоря, он и сам не уверен, почему не поцеловал его, потому что на самом деле очень, очень сильно хотел.

 

А потом ему становится трудно обижаться на Дженсена, потому что тот возвращается и требует налить ему полную миску. Джаред сосредоточено крутится вокруг, усаживая Дженсена на диван, включая ему телевизор, и ищет одеяло, чтобы укутать его. Дженсен принимает всю эту заботу с грубоватой благодарностью, ворчливо сообщая, что Джаред может доесть остатки супа. И когда Джаред видит, что в тарелке почти ничего не осталось, он втайне гордится собой.

 

Когда Дженсен засыпает где-то в полдень – под работающий в беззвучном режиме телевизор, по которому крутят повтор шоу Квинси - Джаред идет на кухню, ставит грязную миску в посудомоечную машину и готовит себе кофе. Очень странно находиться на кухне у Дженсена, когда в доме настолько тихо. Помешивая кофе, он осматривается в комнате, размышляя, откуда взялся у Дженсена на холодильнике магнитик из Лас-Вегаса. Он замечает в кухонном шкафчике несколько чистых, но явно бывших в пользовании кастрюль, и задумывается о том, купил ли их Дженсен сам или ему дала мама, когда он уехал из дома.

 

Стоять на кухне у Дженсена, пока тот спит на диване, ощущается до странности интимно. Прилив благодарности и восхищения от того, что Дженсен так доверяет ему, теплой волной омывает Джареда изнутри.

 

Вернувшись в гостиную, он садится на пол, прислоняется спиной к дивану и слушает размеренное дыхание Дженсена, тиканье часов на стене и далекий гул проносящихся автомобилей.

 

Есть какая-то умиротворенность в том, чтобы сидеть вот так и смотреть телевизор, совершенно не вникая, что там показывают. Джаред наслаждается безмолвным спокойствием бледно-персикового полудня и улыбается сам себе, склоняя голову на диванную подушку и позволяя сну забрать его в свои объятия.

 

 

***

Кто-то настойчиво звонит в дверной звонок. Все еще не до конца проснувшийся, Дженсен реагирует на это недовольным, раздраженным мычанием, а Джаред чувствует себя так, как будто его голова набита ватой. Он неохотно поднимается на ноги, замечает, что шоу Квинси уже закончилось, и вместо этого по телевизору идет какая-то передача с плюшевыми куклами, у которых ужасающе огромные рты.

 

Звонок разливается пронзительными трелями, когда Джаред широко распахивает дверь, готовясь от души вломить тому, кто нарушил его сон.

 

Стоящий на пороге парень смотрит на него, а потом забрасывает свою сумку в дом, прямо под ноги Джареду

 

- И кто ты, черт возьми, такой? - требовательно спрашивает парень, как будто это Джаред упорно звонил в дверь в то время, когда приличные люди спят.

Вопрос, по всей видимости, не нуждается в ответе, потому что парень, не дожидаясь приглашения, пытается пройти в дом мимо Джареда. Нельзя сказать, что ему это удается. Джаред вовсе не агрессивный тип, но очень упрямый, и если он сам не сдвинется с места, то ни у кого не получится подвинуть его. Парень пытается протиснуться внутрь, но очень скоро прекращает свои бесполезные попытки, а ситуация становится неловкой. Он в упор смотрит на Джареда и вопросительно выгибает бровь.

 

- Где Дженсен?

 

- Я здесь, - отвечает Дженсен, выходя в коридор. Его все еще шатает, но он идет без посторонней помощи, только слегка опираясь на стену.

 

- Дженни! - радостно восклицает парень. Затем он останавливается и внимательно рассматривает его изумленным взглядом. - Господи, ты выглядишь так, что краше в гроб кладут! Что с тобой случилось?

 

- Можешь сразу отваливать отсюда, если собираешься отпускать мне такие комплименты, Крис.

Мягкий тон, которым он говорит это, дает понять, что на самом деле он вовсе не оскорблен, и по тому, как Крис ухмыляется ему в ответ, понятно, что он тоже не обиделся. Джаред неохотно отступает и пропускает Криса в дом.

 

- А ты завел себе симпатичного сторожевого пса, Джен. У него есть имя? Я не вижу на нем ошейника. - Он протягивает руку Джареду, ухмыляясь, и Джаред думает, что Дженсен так непринужденно воспринял то, что его собственный лучший друг - мудак, потому, что ситуация для него самого очень привычна и знакома.

 

- Я Джаред, - представляется он, протягивая руку Крису, совершенно не готовый к многозначительному взгляду, который Крис бросает на Дженсена, ухмыляясь еще шире.

 

- Я болею, - отрезает Дженсен. - Он приготовил мне суп. И убери уже с лица эту идиотскую ухмылку, Крис. - Он неуклюже отворачивается, все еще опираясь плечом на стену, и направляется обратно к дивану. - По телевизору передача с куклами, - бормочет он, и Джаред не уверен, хорошо это или плохо

 

Крис все еще разглядывает Джареда. И все еще ухмыляется.

 

- Ты приготовил ему суп? - спрашивает Крис, растягивая гласные так, что это сразу выдает в нем уроженца Оклахомы, и в его устах этот вопрос звучит как намек на что-то совершенно непристойное.

 

- А сейчас я готовлю кофе, - отвечает Джаред, торопясь вернуться на кухню прежде, чем Крис успеет заметить, как он покраснел.

 

Но Крис идет за ним и преспокойно усаживается на один из кухонных стульев, продолжая беззастенчиво разглядывать его. Джаред пытается отвлечься, наливая две чашки кофе, даже не потрудившись спросить, будет ли Крис его пить, потому что не желает рисковать, начиная хоть какую-то беседу с ним.

 

В конце концов, Крис, кажется, сжалился над Джаредом, и ухмылка постепенно сходит с его лица. Но он продолжает пристально наблюдать, что еще больше нервирует.

 

- Дженс совершенно не разбирается в людях, - серьезно говорит Крис, и Джаред бросает на него негодующий взгляд, готовый спорить с ним, если это то, чего хочет добиться Крис. Но выражение лица у того совершенно спокойное, и он добавляет. - Я полагаю, ты и сам это знаешь. И я думаю, что ты был так же удивлен, увидев меня на пороге, как и я, обнаружив здесь тебя.

 

Джаред согласно кивает, медленно помешивая свой кофе, готовясь пересмотреть свое мнение насчет того, что такой же Крис мудак, как и Чад. Возможно, он ведет себя как законченный мудак, когда ему кажется, что ситуация этого требует, переключаясь в более щадящий режим мудачества все остальное время. И да, Джаред думает, что зная, как Дженсену везет на всяких придурков, он бы тоже расстроился, если обнаружил у него дома какого-то левого чувака.

 

- Так ты его нянька? - спрашивает Крис. - Ну и как оно?

 

- А что, интересно? - отвечает Джаред, улыбаясь Крису в ответ. - Да все в порядке, в основном.

 

- Это что, кофе? - кричит Дженсен из другой комнаты. - Да, это он! Я чувствую запах!

 

- Не для тебя! - кричит в ответ Джаред. - Ты болеешь, и тебе не захочется, чтобы твоя рвота была с привкусом кофе! Поверь мне на слово!

 

Он замечает, что Крис смотрит на него, и чувствует себя неловко, командуя Дженсеном перед одним из его друзей. Может быть, это забота Криса - предостерегать Дженсена от глупых поступков. Но ведь нельзя сказать, что Дженсен внимательно прислушивается к чьим-либо советам, когда его пытаются спасти от него самого. Джаред растерянно почесывает голову и протягивает Крису чашку кофе.

 

- В самом деле, рвота с привкусом кофе – это мерзко, не так ли? - говорит Джаред.

 

- Очень мило с твоей стороны, что ты так беспокоишься о том, с каким привкусом он будет блевать, - торжественно говорит Крис, и Джаред улыбается. - Большинство людей не проявляют такой заботы.

 

- Я хочу кофе! - кричит Дженсен, несомненно, размышлявший эти минуты над тем, что Джаред ему отказал.

 

- Я думаю, ему лучше, - говорит Джаред. - Судя по тому, как громко он орет.

 

 

***

Когда Джаред уходит, Дженсен договаривается с ним о том, в какое время тот заедет за ним завтра, потому что он уверен, что будет уже достаточно здоров, чтобы начать видеться с клиентами. Джаред просит его взять перерыв, черт возьми, хотя бы на несколько дней. Дженсен отстаивает свою точку зрения с таким яростным упрямством, что Джаред задумывается, может ли Дженсен вообще быть здоров. Тем не менее, перепалка заканчивается тем, что Дженсена выворачивает куриным супом прямо на ноги Крису, и Джаред прерывает дальнейшие попытки спорить, угрожая позвонить Сэм.

 

Морщась от отвращения, Крис снимает свои ботинки и выставляет Джареда за дверь.

 

- Едкая, дрянь, - говорит он. - Не переживай, я проконтролирую, чтобы твой малыш соблюдал постельный режим.

 

***

 

По всей видимости, Крис остается у Дженсена на какое-то время, потому что следующие несколько дней, когда Дженсену становится лучше, и Джаред приезжает, чтобы отвезти его на свидания с клиентами, ему приходится делить с чуваком свой завтрак. Пока Джаред с волчьим аппетитом уплетает все, что есть в его тарелке, Крис – обычно расхаживая в одних трусах – таскает еду у Джареда и с набитым ртом дразнит Дженсена, что тот прихорашивается для платежеспособных клиентов, а Дженсен краснеет, хмурится и отмахивается от Криса.

 

Крис машет им на прощание рукой у двери, щурясь от солнца, а затем возвращается в дом. Не раз, когда Дженсен и Джаред возвращаются вечером домой, Крис по-прежнему в одних трусах.

 

- Что он делает целыми днями? - спрашивает Джаред.

 

- Уж точно не моет посуду и не пылесосит, - ворчит Дженсен. Он вздыхает и почесывает подбородок, его кожа свежая и сияющая после утреннего бритья. - А, такой уж он есть. Он проторчит здесь с неделю или около того, а потом свалит, и следующий раз я увижу его только через несколько месяцев. Возможно, получу открытку из Каира или Риги, или еще откуда-нибудь. Или услышу его новую песню по радио. - Он с улыбкой подмигивает Джареду и говорит. - Если ему нужно временное проживание на моем диване, то это меньшее, что я могу для него сделать, правда?

 

- Вы давно дружите?

 

- Довольно давно, с тех пор, как я переехал сюда. Крис и Стив помогли мне найти квартиру, и все такое, - говорит Дженсен. Он улыбается своим воспоминаниям, но улыбка увядает, сменяясь горькой усмешкой. - Крис пытался подыскать мне несколько вариантов с работой, когда не сложилось с актерской игрой.

 

Джаред на секунду отвлекается от дороги, когда Дженсен замолкает. Ему кажется, что Дженсен намеренно смотрит в другую сторону. Этим утром стоит туман, а солнечные лучи, пробивающиеся сквозь него, окрашивают кожу Дженсена золотом. Это делает его совершенным просто до невозможности, и добавляет оттенок нереальности происходящему.

 

- И что, ни один из этих вариантов не сработал? – помолчав, спрашивает Джаред.

 

- Заниматься этим….Я не знаю. Начал чувствовать, что это то, что мне на роду написано, что это было как будто предрешено.

 

Это вызывает у Джареда взрыв смеха, который перерастает в громкий хохот. Он пытается взять себя в руки, потому что Дженсен бросает на него раздраженный взгляд, надменно изогнув бровь. Вытирая рот тыльной стороной ладони, Джаред сглатывает и старается успокоиться, у него почти получается.

 

- Предрешено потому, что ты настолько сексуальный? - спрашивает он с горящими от восторга глазами.

Румянец заливает щеки Дженсена, и он улыбается, смущенно и удивленно одновременно. Он качает головой и издает невнятные звуки, которые могут означать как протест, так и оправдание. Затем он сдается и поворачивается к Джареду.

 

 

- Просто слишком красив для постоянной работы, - продолжает Джаред, потому что он не в состоянии перестать поддразнивать Дженсена, когда тот такой раскрасневшийся, смущенный и растерянный. - Тогда, конечно, понятно.

 

***

 

В пятницу они заканчивают в четыре, и Дженсен направляется прямиком домой, потому что это последний день, когда Крис гостит у него, и у Джареда создалось впечатление, что у них есть какой-то план. Атмосфера между ним и Крисом значительно потеплела, и Джареду жаль, что тот уезжает, хоть он и ждал с нетерпением, когда Крис перестанет, наконец, таскать еду из его тарелки каждое утро. Тем не менее, если не учитывать регулярные похищения завтрака и конфет, хорошо, когда Крис с Дженсеном, потому что он не дает ему становиться тихим и замкнутым.

 

После того, как он отвозит Дженсена домой, Джаред понимает, что у него самого никаких планов нет, учитывая то, что это выходные в Лос-Анджелесе и ему всего двадцать четыре. Он подумывает о том, чтобы позвонить Сэнди, но вместо этого звонит Чаду, и они вместе разрабатывают отличный план, включающий в себя чертовски большое количество алкоголя в стольких барах, сколько они смогут посетить до того, как это самое количество алкоголя не свалит их с ног.

 

Вечер не задался с самого начала. В первом баре, куда они приходят, играет музыка – мозгодробильный танцевальный трэш – на оглушительной громкости, но Чад все равно намерен рассказать Джареду о результатах своего недавнего прослушивания, так что разговор звучит примерно следующим образом.

 

- Это намек! - говорит Чад, наклоняясь к Джареду через весь столик.

 

- На что? - спрашивает Джаред, согнувшись, чтобы услышать его.

 

- Что? - переспрашивает Чад.

 

- Что за намек? - мужественно пытается перекричать музыку Джаред.

 

Чад качает головой и пожимает плечами, и на его лице появляется удивленное выражение.

 

- Что за фигня, чувак? Я не знаю! Какой еще намек?

 

- Ты сказал: это намек, - поясняет Джаред, пытаясь сохранить остатки разума. - Вот я и спрашиваю: что за намек?

 

Чад секунду разглядывает его, а потом зло стискивает зубы. Он хватает Джареда за шею и тащит его голову к себе, пока его губы не прижимаются к уху. Его дыхание щекочет ухо, и Джаред смеется и пытается освободиться.

 

- Я сказал, - кричит Чад ему на ухо. - Они сказали, что я косоглазый.

 

 

Джаред просто захлебывается от смеха. Чад вытаскивает его из бара, и они идут вниз по улице в поисках более тихого места. Когда они приходят в другой бар, Чад толкает Джареда по направлению к пустому столику в углу, а сам идет за выпивкой. Кресла мягкие и удобные, и Джаред усаживается с комфортом. Он не был в этом баре раньше и, обнаружив, как высоко он начинает ценить тишину и спокойствие, начинает переживать, не является ли это признаком надвигающейся старости.

 

Он с удовлетворением отмечает, что уже слегка опьянел, и решает, что вполне готов выпить еще. Джаред бросает взгляд в сторону бара, намереваясь сказать Чаду, чтобы тот заказал ему двойную порцию, и потрясенно замирает.

 

Рядом с Чадом стоит Крис. Даже сквозь легкую дымку опьянения он понимает, что если Крис находится в этом баре, то существует большая вероятность того, что Дженсен тоже где-то здесь.

 

Джаред не может решить, то ли это лучшая новость за весь вечер, то ли очень-очень плохая. Вполне возможно, что и то, и другое, потому что Чад и Дженсен в одном баре – это больше, чем Джаред способен вынести. Он осторожно наклоняется вперед, чтобы разглядеть, как обстоит ситуация, и почти сразу замечает Дженсена. Тот сидит с каким-то незнакомым парнем, на их столике громоздится уже довольно много пустых стаканов, и совершенно очевидно, что Дженсен хорошо проводит время. Он сидит свободно и раскованно, оживленный, с сияющий улыбкой, и его вечная сдержанность словно испарилась без следа.

 

Джаред думает, что это едва ли не самое удивительное, что он когда-либо видел в своей жизни, и, несмотря на краткий миг раздражения от того, что кто-то, кроме него самого, заставил Дженсена веселиться и вести себя настолько свободно, все равно не может перестать любоваться Дженсеном, этим его совершенно счастливым видом.

 

Ему нелегко оторвать взгляд от этого потрясающего зрелища, но он совершенно не хочет, чтобы Дженсен заметил, что он пялится на него, как какой-то чокнутый сталкер. Поэтому он откидывается на спинку кресла и ждет Чада. Он не уверен, стоит ли рассказывать об этом Чаду. Потому что с того станется сделать что-нибудь в крайней степени унизительное – как он обычно и делает – например, пойти туда и объявить Дженсену, что Джаред втрескался в него по уши. Или, не удосужившись даже подойти, просто прокричать об этом на весь бар.

 

- Чего лыбишься? - спрашивает Чад, возвращаясь к столику. Он рассматривает Джареда, подозрительно прищурившись. - Ты выглядишь так, как будто принял что-то, чувак. Ты что-то принял, да? Потому что если это так, поделись с другом.

 

- Да ничего я не принимал. Ты прекрасно знаешь, что я не по этим делам.

 

- Ты курил травку с Майком, - возражает Чад. - Несколько раз.

 

- Да, было дело, но…, - Джаред обводит руками пространство. - Ты видишь здесь кальян, чувак? - Чад открывает рот, готовясь поспорить об этом еще немного, и Джаред решается. - Хорошо, только заткнись уже…видишь того парня за соседним столиком, в черной рубашке?

 

Джаред вздрагивает, замечая, что Чад не таясь, бесцеремонно пялится прямо в направлении Дженсена.

- Чувак, какого именно? Здесь как минимум пятеро парней в черных рубашках. Можно конкретнее?

 

- По-настоящему сексуальный парень в черной рубашке, - шипит Джаред. Чад бросает на него скептический взгляд, и Джаред, осмелев, указывает пальцем на Дженсена. - Этот парень.

 

- И что с ним? - разочарованно спрашивает Чад, совершенно утративший первоначальный интерес.

 

- Это Дженсен, - отвечает Джаред.

И тогда ему приходится ухватить Чада за шею и развернуть к себе лицом, потому что тот уже совершенно беззастенчиво пялится на Дженсена. В конце концов, Джареду приходится отпустить его, потому что люди за соседними столиками начинают бросать на них заинтересованные взгляды. Медленно и более осторожно Чад поворачивается обратно, чтобы еще раз посмотреть на Дженсена.

 

- Ладно, - говорит Чад, спустя некоторое время наблюдения.

 

- Ну и? - спрашивает Джаред.

 

Чад оглядывается на него и пожимает плечами.

 

- Серьезно? Я ожидал увидеть кого-то более сексуального.

 

У Джареда просто отвисает челюсть. Существование кого-то, кто сексуальнее Дженсена, противоречит законам физики. Если бы такой человек существовал, то его улыбка, наверное, вызывала бы ядерный взрыв. Ну ладно, может Джаред и преувеличивает – хотя и не намного – но Дженсен настолько сексуален, насколько любой человек может обоснованно – или даже слегка необоснованно – ожидать. Особенно, когда он счастлив, и из сексуального становится чертовски великолепным. Видя, как неверяще смотрит Джаред, Чад снова пожимает плечами и делает глоток пива.

 

- Я бы ему не вдул, - говорит он.

 

- Конечно, ты бы ему не вдул! - запальчиво отвечает Джаред, слегка брызгая слюной. - Ты ведь натурал!

 

Чад до сих пор, кажется, не понял всю глубину своего заблуждения, не найдя Дженсена достаточно сексуальным. Что само по себе недалеко от ереси, по мнению Джареда, но Чад просто еще раз смотрит на Дженсена и вновь пожимает плечами.

 

- Ну не знаю. Ты так его расписывал, я уж думал, что стану геем от одного только взгляда не него. Но…нет. Может быть, если бы у него была киска под этими джинсами…, - Чад умолкает, обдумывая такую возможность. Затем снова отрицательно мотает головой. - Нет, нужны еще и сиськи. И бритье. И кстати, мои дамы обязательно должны регулярно выбривать одно местечко. Хотя подмышки и ноги тоже, не очень-то люблю волосатых женщин. Нет, чувак, совершенно не заинтересован.

 

Джареду требуется какое-то время, чтобы снова обрести дар речи. Он все еще чувствует себя немного ошеломленным и пытается восстановить внутреннее равновесие, осушая одним глотком полбутылки пива.

 

- Вот и замечательно, - тянет он, наконец. - А то я уж начал было переживать, что ты начнешь клеиться к нему. А так, думаю, я могу сам попытать счастья.

 

- Эй, послушай, если бы я был заинтересован в его заднице, то будь уверен - не стал бы разводить вокруг этого такие слюни и сопли, как ты.

 

Джареду кажется, что совершенно несправедливо со стороны Чада говорить, что он «разводит слюни и сопли». Он убежден, что еще сохранил остатки разума, а также не до конца уверен, что секс - это именно то, что ему нужно от Дженсена. Кроме того, Дженсен нравится ему как друг, и никакое желание невозможно грязного секса с ним или, что еще более верно, возможности расцеловать каждую его чертову веснушку, не стоит того, чтобы разрушить их отношения. В жизни Дженсена и без того достаточно людей, которые хотят трахнуть его; Джаред хочет быть для него чем-то большим, быть его другом. Ничто, даже возможность втрахать Дженсена в матрас, не стоит того, чтобы подвергать риску то, что есть между ними сейчас.

 

Он не рассказал Чаду об упущенной возможности, когда Дженсен болел, а Джаред держал его в своих объятиях, и они почти поцеловались. Чад не поймет отсутствие секса с проникновением сразу после этого и уж точно не поймет, почему Джаред сдержался.

 

Джаред много размышлял на эту тему с тех пор. Неприлично огромное количество времени он провел, пытаясь выяснить, почему же не поцеловал Дженсена. И пришел к выводу, что это потому, что Дженсен бы просто позволил ему поцеловать себя, вот и все. Эта вроде бы незначительная мысль оказывается достаточно провокационной для того, чтобы привлечь внимание члена Джареда.

 

Чад оглядывается на Дженсена.

- Итак, хочешь подойти и сказать «привет»?

 

Джаред обдумывает это, все еще уязвленный комментарием Чада, а потом отрицательно качает головой. Чад закатывает глаза и снова смотрит на него:

- Так, может, хочешь пойти в другое место?

Джаред снова качает головой, отвергая этот вариант как слишком подростковый.

Чад удрученно вздыхает и делает еще один большой глоток пива.

- Думаю, ты должен что-то решить. Потому что он идет сюда.

 

Джаред подпрыгивает на месте, переворачивая пиво на стол, пузырьки шипят и лопаются на металлической поверхности. Внезапно он начинает паниковать о том, что одет совершенно неподходящим образом для того, чтобы произвести впечатление - душный жар Лос-Анджелеса перемешивается в нем с алкоголем, и он, должно быть, выглядит красным и потным. Он понимает, что спросить у Чада что-то вроде «как я выгляжу» нельзя, потому что это даст тому тему для подколок на полгода вперед.

И судя по выражению его лица и напряженной позе, Чад, похоже, не настроен проявлять ни малейшего интереса к самому факту существования Дженсена.

 

- Не будь козлом, пожалуйста, только не будь козлом, - шипит Джаред, глядя на него умоляющим взглядом. Затем он выпрямляется и улыбается, когда Дженсен оказывается в поле зрения.

 

- Привет! - говорит Дженсен. - Крис сказал мне, что ты здесь. Я бы подошел раньше, но был занят, пытаясь угомонить Криса с его идиотскими шуточками, ну ты же его знаешь, он сказал, что ты здесь только для того, чтобы приготовить мне … - Дженсен прерывается и кашляет, смущенно улыбаясь. - И ты…. Здесь, я имею в виду. Так что…просто подошел сказать «привет».

 

Необычно видеть в Дженсене этот переход от веселья и расслабленности к странному косноязычию, когда он не может связать несколько фраз, и Джаред думает, что, возможно, это Чад на него так влияет, потому что тот имеет обыкновение вести себя прохладно и пренебрежительно при знакомстве с новыми людьми. Джаред уже готовится пнуть его ногой под столом, но Чад вдруг приветливо улыбается.

 

- Привет! - говорит Джаред с сияющей улыбкой, пытаясь заполнить неловкое молчание. - Так…ты часто здесь бываешь?

 

Чад бросает на Джареда неверящий взгляд, и Джаред изо всех сил пытается сохранять улыбку.

 

- Да, довольно часто. Стараюсь выбирать места, где наименьшая возможность столкнуться с теми, с кем я работаю.

 

- Тогда тебе не повезло, ведь ты встретил здесь Джареда, да? - Чад широко улыбается, но улыбка больше напоминает оскал. Это так типично для Чада - пытаться защитить Джареда в тот момент, когда он меньше всего нуждается в этом.

 

До Дженсена не сразу доходит намек. Он смотрит на Чада в замешательстве, а потом понимание отражается на его лице, и взгляд перемещается обратно на Джареда.

 

- Я не имел в виду тебя. Я бы не подошел, если бы не хотел тебя видеть …

 

- Я понял, что ты имел в виду, - уверяет его Джаред. Он строго смотрит на Чада и тот хмыкает в ответ, но протягивает Дженсену руку для приветствия.

 

- Меня зовут Чад Майкл Мюррей, - представляется он. - Я специализируюсь на ролях плохих, но добрых в глубине души парней. И, по всей видимости, у меня косоглазие.

 

В устах Чада это можно считать извинением, и Джаред отчаянно надеется, что Дженсен воспримет все именно так. После секундного колебания, Дженсен пожимает протянутую ему руку и немного натянуто, но искренне, улыбается.

 

- Плохой парень обязательно должен быть добрым в глубине души, иначе - какой тогда из него плохой парень, да? - говорит Дженсен.

 

Крис подходит и становится рядом с Дженсеном:

- Между плохим парнем и долбанным эмо чертовски тонкая грань, - говорит он, улыбаясь Чаду. Когда он встречается глазами с Джаредом, выражение его лица теплеет. Крис смотрит на Дженсена и говорит. - Стив уже уезжает. Сказал, что позвонит тебе завтра, хорошо?

 

Дженсен согласно кивает, секунду колеблется и отвечает:

- Уже поздно. У тебя самолет рано утром. Нам надо идти….

 

Пропустив его слова мимо ушей, Крис жестом просит Чада подвинуться – что тот делает с большой неохотой – и плюхается на диван напротив Джареда. Дженсену ничего не остается, как втиснуться за столом рядом с Джаредом. Это великолепно, потому что их бедра тесно прижаты друг к другу, и когда Джаред тянется за бутылкой пива, он задевает Дженсена рукой. И тут до Джареда доходит - это все подстроено. И это настолько очевидно, что даже до Чада доходит. Дженсен бросает на Криса полный негодования взгляд, но тот притворяется, что ничего не замечает, а Чад делает вид, что он слепой от рождения.

 

Дженсен улыбается Джареду извиняющейся улыбкой, и тот делает то же самое в ответ.

 

- Клянусь, чувак, - вполголоса говорит Джаред Дженсену, и тому приходится наклониться к нему, чтобы услышать. - Мы, должно быть, просто святые, если до сих пор не поубивали их.

 

- Или они - расплата за наши грехи в прошлых жизнях, - отвечает Дженсен, наблюдая, как Крис неуклонно напивается вместе с Чадом. - Я думаю, что отрабатываю серьезную карму, просто зная его.

 

- Как бы ты не нагрешил в прошлой жизни, я думаю, что переплюнул тебя, потому дружу с ним, - отвечает Джаред, кивая головой в сторону Чада. - К тому же, - добавляет он, поднося к губам бутылку и глядя Дженсену в глаза, - кое в чем мне все-таки повезло.

 

***

Когда они, пошатываясь, выходят из бара, Чад хватает Дженсена за рубашку, заплетающимся языком сообщая, что тот не такой пустоголовый, сопливый красавчик, как он представлял. И пока Джаред размышляет о том, что Чад одобрил Дженсена, несмотря на то, что использовал при этом слово «пустоголовый», он видит, что Дженсен искренне благодарит его в лучших техасских традициях, сообщая в ответ, что Чад не такой засранец, как он себе представлял. Джаред чувствует, что Крис берет его за руку и смотрит прямо в глаза. Джаред уже ожидает своей порции пьяных объятий, как вдруг его настораживает неожиданно трезвый голос Криса.

 

- У Дженни отвратительный вкус на парней. Вечно ему попадаются одни извращенцы и психи. Но ты не такой. Ты нормальный, Джаред. - Крис улыбается ему, сверкая белоснежными зубами. - Не испорть все.

 

 

***

Сегодня пятница, и вечером Джаред поведет Сэнди на свидание, поэтому на уме у него не только работа. Его работа в данный момент заключается в том, чтобы сидеть в машине рядом с роскошным домом Сила Готтриха в Беверли-Хиллс и ждать.

 

Сил нормальный. У Джареда не возникало с ним никаких проблем. Это пожилой седовласый мужчина с каменным лицом, но он, кажется, обращается с Дженсеном нормально, а это главное для Джареда.

 

Джаред проводит последний час, бездумно разгадывая судоку и размышляя о том, как развлечь Сэнди. С одной стороны, ему хочется приготовить что-нибудь для нее, но с другой стороны, он думает, что это может стать кратчайшим путем к завершению их отношений. Ему хочется сделать для Сэнди что-нибудь особенное, потому что она удивительная, несмотря на то, что при общении с ней он сталкивается с огромной проблемой, когда хочет поговорить о Дженсене, но не может.

 

Когда он уже на полпути к тому, чтобы отказаться от идеи поразить Сэнди своими кулинарными достижениями, позади него, визжа тормозами, останавливается вишневая спортивная машина. Из нее выскакивает молодой парень, и бежит, спотыкаясь и торопясь быстрее попасть в дом.

Отложив книгу с судоку, Джаред на мгновение замирает в тревожной нерешительности. Собравшись с мыслями, он выкарабкивается из машины и тоже идет в дом. Почти сразу же он понимает, что принял верное решение, потому что до него доносятся сердитые крики.

 

- Чертов ублюдок! Как ты мог! С мерзкой шлюхой!

 

- Трой, успокойся, просто послушай…

 

Раздается звук чего-то разбивающегося, и Джаред взмывает вверх по ступенькам. Он быстро идет на звуки ссоры и широко распахивает неплотно прикрытую дверь. В комнате царит хаос. Первая мысль Джареда о Дженсене, и он замечает, что тот стоит в углу комнаты, пытаясь прикрыться рубашкой. На его лице отражаются настороженность и неуверенность. Пол усеян осколками разбитой фарфоровой вазы, и посреди всего этого великолепия стоит Сил, прижимая к паху подушку. И еще там тот самый молодой парень, который выглядит заплаканным и взбешенным одновременно.

 

Все они поворачиваются и смотрят на Джареда, и он автоматически вежливо и дружелюбно улыбается.

 

- А ты кто такой, черт возьми? - спрашивает Трой дрожащим от слез голосом. - Ты со шлюхой? Немедленно забирай своего урода, и убирайтесь вон из этого дома, сию же секунду! Слышишь меня? Сию же долбанную секунду!

 

Желая усилить эффект от сказанного, он хватает Джареда за футболку. Джаред пытается оттолкнуть его, что, несомненно, является большой ошибкой, потому что взвинченный до предела Трой расценивает это как нападение и с размаху впечатывает кулак ему в скулу. Джаред издает хрипящий звук и отшатывается в сторону. От удара на секунду темнеет в глазах, но даже затуманенным зрением он замечает, что Дженсен резко бросается к нему.

 

- Эй! Отвали от него на хрен! - рявкает на Троя Дженсен.

 

Трой уже заносит кулак, чтобы ударить Дженсена, и Джаред пытается закрыть его собой, а Сил орет на них всех, требуя, чтобы они немедленно прекратили. И прежде чем кулак Троя достигает своей цели, Джаред резко толкает его в грудь, достаточно сильно, чтобы тот потерял равновесие. Трой заваливается назад, запутывается в свисающих с кровати простынях, и с шумом падает на пол.

 

Он впивается в Джареда злобным взглядом, лицо его все еще пылает от гнева.

 

- Я вызову чертовых копов. Тебя и твоего дружка-шлюху арестуют за проституцию. Думаешь, я шучу?

 

Джаред делает осторожный шаг в его сторону, чувствуя, как Дженсен легонько пожимает его плечо в молчаливом призыве не делать глупостей, и ощущает горячую пульсацию в ушибленной скуле. Он замечает, как глаза Троя расширяются, когда Дженсен наклоняется над ним, не обращая внимания на угрозы.

 

- А я дам показания, что это было изнасилование, - говорит он настолько тихо и спокойно, как может. - Мы уезжаем. Хочешь поговорить об этом? Так поговори с Силом.

 

Джаред ждет, пока Дженсен собирает свои вещи и одевается, и Джаред притворяется, что не спускает глаз с Троя, хотя на самом деле он просто не хочет присоединяться к зрителям, которые уже есть у Дженсена. Тот заканчивает быстро, и не проходит и пяти минут, как они покидают дом. Они спускаются по ступенькам и идут в машину в полном молчании.

 

Когда они отъезжают от дома Сила на приличное расстояние, Джаред, наконец, решается взглянуть на Дженсена. Пуговицы на его рубашке застегнуты как попало, а на лице замешательство.

 

- Ты в порядке? - спрашивает Джаред.

 

Дженсен улыбается ему в ответ какой-то расстроенной полуулыбкой.

- Забыл там свои солнечные очки.

 

- Хочешь, чтобы я вернулся и забрал их?

 

Повисает пауза, и Джаред не может понять, что означает выражение лица Дженсена, с которым тот смотрит на него. Как будто он не уверен, пошутил Джаред или нет. Потом Дженсен отрицательно качает головой и отводит глаза.

 

- Нет уж. Спасибо. У меня дома есть другие. Просто…мне они нравились. - Он вздыхает и издает короткий смешок. - Ну и как, тебя впечатлило?

 

- Это было круто, да, - соглашается Джаред. Он все еще чувствует пульсацию в том месте, куда Трой ударил его. - Так это был сын Сила?

 

- Ответ неверный. Это его бойфренд, - с мрачным весельем в голосе отвечает Дженсен.

 

- О! - удивляется Джаред. - Ни фига себе! Да уж, неловко получилось.

 

- Ну да. Хорошо еще, что мне не приходится беспокоиться о его жене, они в браке так давно, что она полностью утратила интерес к сексуальной жизни Сила, как я слышал.

 

Джаред чувствует, как что-то горячее течет по его щеке, он вытирается и хмурится, замечая на пальцах кровь. Он тихо матерится сквозь зубы, но Дженсен слышит это, бросает на него обеспокоенный взгляд и тоже видит кровь на его пальцах.

 

- Черт, да у тебя идет кровь, - восклицает Дженсен. - Останови машину, дай я посмотрю.

 

- Я в порядке, - отвечает Джаред. - Честно.

 

Он считает, что глупо придавать этому большое значение. Кровь медленной струйкой стекает по его щеке, но боль от удара уже притупилась.

 

- Джаред, у тебя идет кровь …, - начинает было Дженсен, но Джаред прерывает его, отрицательно мотая головой.

 

- Перестань, чувак. Ничего серьезного. - Он искоса смотрит на Дженсена и улыбается. - Не беспокойся. Я вполне могу вести машину.

 

Не похоже, что Дженсен согласен с ним, но он замолкает и не возвращается к этой теме, по крайней мере, до тех пор, как они приезжают к нему домой.

 

- Зайди, - просит он. - Я обработаю твою рану.

 

Джаред сначала хочет повторить, что все в порядке, и он вполне сможет справиться с обработкой раны самостоятельно. Но есть что-то такое в выражении лица и тоне Дженсена, что заставляет его вместо этого сказать:

- Спасибо, чувак.

 

Он позволяет Дженсену усадить себя на диван, и, пока тот роется в аптечке в поисках ваты и антисептического крема, ему кажется, он может видеть мыслительные процессы, происходящие голове Дженсена. Он читает их по напряженной линии его бровей, по тому, как тот машинально поджимает губы.

 

Поэтому Джаред совершенно не удивлен, когда Дженсен произносит:

- Черт, чувак. Прости меня.

 

Дженсен наклоняется к нему, чтобы обработать поврежденную кожу. Слегка щиплет, когда он прикасается к ране, но Джаред полностью поглощен тем, что впервые видит так близко - и так интимно – веснушки Дженсена, его глаза поразительно зеленого оттенка, ресницы – у парней просто не может быть таких длинных, темных ресниц.

 

Какое-то время спустя до него доходит, что ему следовало бы уже что-то ответить.

 

- Это совсем не твоя вина, - говорит он

 

Они все еще настолько близко друг к другу, что когда Дженсен поднимает глаза, чтобы встретится с ним взглядом, момент кажется очень интимным. Джаред думает о том, что они почти целуются. Он размышляет, думает ли Дженсен о том же, о чем и он. И если Джаред подвинется хоть на дюйм ближе, его губы соприкоснуться с губами Дженсена.

 

Он испускает короткий вздох и отводит глаза.

 

- Прости, но, похоже, что будет огромный синяк, - говорит Дженсен ровным тоном.

 

- Но ведь это производит впечатление на девушек, не так ли? - Джаред улыбается, но улыбка быстро слетает с его лица. - Вот блин! У меня же сегодня свидание с Сэнди. Что, черт побери, я скажу ей?

 

Дженсен отворачивается, делая вид, что страшно занят, убирая в шкафчик вату и антисептик. Он пожимает плечами и когда поворачивается обратно к Джареду, выражение его лица обеспокоенное.

 

- Скажи, что это сделал какой-то левый козел, - предлагает он.

 

Джаред задумчиво мычит и соглашается.

- Ммм…возможно.

 

- Прости, - еще раз повторяет Дженсен.

 

- Перестань, - успокаивает его Джаред. - Ты совершенно не виноват.

 

***

 

Когда Джаред встречается с Сэнди, ее первая реакция:

- О Боже! Что с тобой произошло?

 

Джаред не думал, что все выглядит настолько ужасно. Он осторожно прижимает пальцы к синяку и застенчиво пожимает плечами.

 

- Трудно сохранять нормальную координацию в пространстве с такими длинными конечностями, как у меня, - говорит он, размахивая руками. - Я немного неуклюжий.

 

Сэнди берет его за руку, заводит к себе в дом и усаживает на диван. На ее лице появляется озабоченное выражение, что странным образом смотрится неожиданно мило, и очень ей идет, а взгляд полностью сосредоточен на щеке Джареда. Она садится рядом с ним и после долгого исследования синяка прикусывает губу.

 

- Выглядит так, как будто кто-то тебя ударил, - наконец, выносит заключение Сэнди.

 

Она поджимает губы и вопросительно выгибает бровь. Чувствуя, что его разоблачили, Джаред вновь пожимает плечами.

 

- Ну, я к тому же немного слеповат. Не всегда замечаю летящие мне в лицо кулаки.

 

Сэнди тяжело вздыхает. Она бросает короткий вопросительный взгляд на Джареда, как будто спрашивая его разрешения, а затем проводит кончиком пальца по воспаленной, поврежденной коже. Он сидит неподвижно до тех пор, пока она не отодвигается, складывая руки на коленях.

 

- Неприятная ситуация на работе, - говорит Джаред прежде, чем Сэнди удается задать вопрос. - Попал под горячую руку одному парню в плохом настроении и…но уже все в порядке.

 

Не похоже, чтобы ее это убедило, но Джаред не знает, что он может еще сказать. Он нервно смотрит на нее, ожидая реакции. Наконец, Сэнди снова поворачивается к нему. Она проницательно смотрит на него, что заставляет Джареда чувствовать себя чертовски неловко. Иногда она бывает чересчур умной.

 

- А что тот парень, которого ты возишь? Он вмешался?

 

Джаред смеется и качает головой.

 

- Вообще-то, это часть моей работы - защищать его в такого рода ситуациях.

 

- И что, он просто позволил, чтобы тебя ударили? Спрятался за твоей спиной? - нахмурившись, спрашивает Сэнди.

 

- Нет, нет, нет! - возражает Джаред. - Он хотел вмешаться, но я ему не позволил. Сэнди, это не его вина.

 

Выражение ее лица остается подозрительным, и Джареда ранит то, что она плохо думает о Дженсене, даже не смотря на то, что Дженсен остается для нее просто безликим, безымянным парнем, на которого он работает. Он не знает, что сказать, чтобы убедить ее, что Дженсен совсем не такой, как она о нем думает. Джаред не знает, как сделать это так, чтобы не показать, насколько он им увлечен.

 

В конце концов, Сэнди немного смягчается, но в глазах ее все еще отражается недовольство, когда она смотрит на его синяк.

 

- Принести тебе льда, чтобы приложить к ушибу? - спрашивает она.

 

- Я в порядке, - вежливо отказывается Джаред. - Но все равно спасибо. - Он замолкает, а потом пытается рассмешить ее. - Разве это не придает мне крутой вид?

 

На губах Сэнди невольно появляется улыбка, которую она пытается скрыть, хмыкая и закатывая глаза. А потом она наклоняется к нему, и улыбка Джареда становится еще шире, когда она нежно целует его в больную щеку.

 

- Это очень мужественно, - говорит Сэнди, изо всех сил пытаясь сохранять серьезный вид

 

***

Синяк сходит очень быстро. Следующие три дня, перед тем, как побриться, Джаред рассматривает изменения цвета синяка в зеркале в ванной. Он чувствует какую-то странную гордость от его вида на своей коже.

 

Вполне возможно, что Дженсен бы справился с ситуацией лучше без вмешательства Джареда, но существует также большая вероятность, что этот синяк сейчас украшал бы щеку Дженсена.

 

Джаред даже слегка расстроен, когда на четвертый день от синяка остается только бледная, желто-зеленая тень.

 

 

Уже полдень, Дженсен с минуты на минуту должен вернуться со свидания с Квентином, и желудок Джареда громко урчит в предвкушении обеда. Когда Дженсен появляется, Джаред откладывает в сторону книгу с судоку и поднимается на ноги. Дженсен выглядит подозрительно довольным собой, и Джаред пытается не показывать, насколько ему интересна причина этого самодовольства. Вдруг Дженсен протягивает ему стопку листов бумаги.

 

- Держи, - говорит Дженсен. - Принес тебе кое-что.

 

Джаред с секунду тупо пялится на стопку листов, а потом до него постепенно доходит, что это на самом деле такое. Это сценарий. Он переводит взгляд на Дженсена, который все еще лучится довольной улыбкой. Джаред снова смотрит на сценарий, открывает его и пробегает глазами по строчкам с диалогами.

 

- Где ты его …, - начинает было он.

 

- Ну, я знаю, что может тебя заинтересовать, - прерывает его Дженсен. - И вот я услышал об этом, и мне показалось, что он написан просто под тебя, поэтому я попросил Квентина дать мне экземпляр, - он смотрит на Джареда серьезно и искренне. - Не беспокойся, он не участвует в проекте. Но…, - хитрая улыбка расплывается на лице Дженсена. - Прослушивание на следующей неделе, а как ты знаешь, путь на экран лежит через постель, поэтому я позаботился о том, чтобы все прошло гладко.

 

Джаред бросает на него полный ужаса взгляд, и Дженсен краснеет и пожимает плечами, улыбка сползает с его лица.

- Вообще-то я пошутил, - смутившись, говорит он.

 

- Не смешно. - Джаред проводит рукой по заглавному листу, по черным строчкам, застывшим на белой бумаге. - Но серьезно, чувак, это…я тебе очень благодарен.

 

- Ну, еще бы, - утвердительно хмыкает Дженсен. - Но если ты угостишь меня обедом, я сочту это вполне достойным выражением твоей признательности.

 

 

Сценарий, который Дженсен дал ему – пилотная серия нового шоу о падшем ангеле, который пытается искупить свои грехи, помогая людям, в то же время отражая нападки демонов, которые пытаются затащить его в ад. Есть все предпосылки к тому, что шоу станет успешным, несмотря на то, что сценарий не отличается особой оригинальностью. Диалоги сыроваты, но сюжет интересный, и Джареду нравятся персонажи. Он думал, что Дженсен видит его в роли храброго полицейского, и только спустя некоторое время до него доходит, что тот предполагал, что Джаред попытается пройти пробы на главную роль. Он все еще не уверен в этом. Ему кажется, что он не сможет сыграть ту молчаливую лаконичность и мрачное обаяние, присущее персонажу.

 

- Серьезно? - удивляется Дженсен, когда Джаред говорит ему о своих сомнениях. - Джаред, ты вполне можешь произвести впечатление мрачного, опасного парня. Просто…попробуй не смотреть этим своим щенячьим взглядом.

 

- Может, мне все-таки стоит попробоваться на роль копа. Думаю, лучше справлюсь с …

 

- Нет. Пробуйся на роль падшего ангела, - Дженсен зловеще улыбается ему и добавляет - И не заставляй меня сопровождать тебя на прослушивание, Джей.

 

Две последующие ночи Джаред проводит, разучивая реплики. Он склоняется к роли Азраэля, но все равно учит и роль офицера Гейба Риверса, хоть и не рассказывает об этом Дженсену. В конце концов, он будет чертовски рад получить любую из них. Он дает сценарий Дженсену, и они репетируют диалоги в перерывах между свиданиями.

 

- Они не считают, что ты представляешь для них какую-либо угрозу, - произносит Джаред, не спуская глаз с дороги, пока он пытается представить, что он там, в душной ночи на крыше небоскреба, окруженный сверхъестественными силами. - Они не находят тебя заслуживающим малейшего внимания.

 

- Ну и как тогда мне привлечь их внимание? - сердито и раздраженно спрашивает Дженсен.

 

- Достаточно уже того, что ты видишься со мной.

 

- Вот и отлично. Значит, я постараюсь стать твоим ближайшим другом.

Джаред замолкает, переводя дыхание. Он понимает, что чувствует человек, пытаясь выразить свои чувства тому, кто их не разделяет.

- В таком случае, не пройдет и недели, как ты погибнешь, - отвечает он усталым тоном.

 

- Я служу в полиции пять лет, думаю, что смогу постоять за себя.

 

- Нет. Ты не сможешь противостоять им. Ты даже не представляешь, насколько ты уязвим. Не представляешь, как легко тебя сломать. Разорвать тебя в клочья так же просто, как лопнуть мыльный пузырь. Это смешно, легко и очень заманчиво. Я знаю, что это неправильно. Но я так же знаю, какое удовольствие это доставляет. Мне бы хотелось посмотреть, как они расправятся с тобой. Поэтому убирайся отсюда, пока я не решил, насколько сильно мне этого хочется.

 

- Нет, - отвечает Дженсен мягко, но в то же время упрямо. - Нет. Ты спас меня. Спас ту девушку. И не говори мне, что ты такой же, как они, потому что я …

 

- Ты что, хочешь, чтобы я показал тебе, насколько я такой же, как они? - слова звучат резко и ядовито, и Дженсен пораженно смотрит на него широко раскрытыми глазами. Джаред краснеет и запинается, крепче сжимает руль и чувствует, как от волнения у него вспотели ладони. - В чем дело? Я переигрываю?

 

Дженсен продолжает смотреть на него широко распахнутыми глазами. Наконец, он мотает головой и опускает взгляд на сценарий, который лежит у него на коленях.

 

- Это было круто, - потрясенно говорит он.

 

- Ты мог хотя бы попытаться скрыть удивление? - смеется Джаред, краснея еще больше.

 

- Нет. Я имею в виду… я знал, что у тебя получится, - говорит Дженсен, внимательно изучая Джареда взглядом чуть прищуренных глаз. - Но даже не предполагал, что ты будешь настолько хорош. Серьезно, что ты вообще делаешь на этой работе?

 

- Могу то же самое спросить и у тебя. Ведь и в самом деле…у тебя тоже великолепно получается. Может тебе тоже стоит пойти на прослушивание? - Дженсен смеется и отрицательно мотает головой, и Джаред бросает на него быстрый взгляд. - Да ладно тебе, почему нет?

 

- Нет, я точно не пойду.

 

Джаред продолжает пристально смотреть на него, ожидая дальнейших объяснений, и Дженсен снова мотает головой, и когда он начинает говорить, его голос звучит так, как будто он совершенно уверен в собственных словах.

- Слишком много людей знают…чем я занимаюсь. Помнишь ту шутку, про путь на экран? Так вот. На каждом прослушивании меня будет ожидать тот самый диван. Я не собираюсь делать этого.

 

- Ничего подобного. Ты и в самом деле талантлив, и у тебя получится, потому что ты этого заслуживаешь. Потому что у тебя есть талант.

 

На Дженсена его пламенная речь не производит особого впечатления, и Джаред это понимает, даже прежде чем тот начинает говорить.

 

- Ладно, позвонишь мне, когда сам начнешь проводить кастинги. А до того момента я, пожалуй, воздержусь.

 

 

***

- Он что, проталкивает тебя на роль? - спрашивает Чад.

 

- Даже лучше, чем мой собственный агент, - отвечает Джаред с чувством легкого самодовольства.

 

У него неожиданно легко получается обыграть Чада в Мэдден. И Джаред понимает почему, когда смотрит на него и видит, что тот убрал руку с джойстика. Чад смотрит на него с выражением полного недоумения.

 

- Ну и почему именно ты так радуешься этому? - спрашивает Чад.

 

Джаред хмурится. Это звучит, как каверзный вопрос, потому что даже Чаду должно быть понятно, почему.

- Потому что это проявление заботы с его стороны, и у меня на самом деле есть шанс успешно пройти пробы.

 

Чад потирает лоб, и Джаред чувствует смутную тревогу, судорожно размышляя, что он упустил. Чад откладывает джойстик в сторону и садится на диване лицом к Джареду. Он начинает разговор таким тоном, как будто Джаред полный идиот, которому приходится объяснять совершенно очевидные вещи.

 

- Хорошо, начнем по порядку. Ты успешно пройдешь прослушивание, получишь роль …И что дальше?

 

- Ммм…деньги? Слава? - предполагает Джаред. Судя по выражению лица Чада, ответ неверный, поэтому Джаред предпринимает еще одну попытку. - Я получу Эмми?

 

- А что будет задолго, задолго до того, как все это произойдет? - пытается навести его на правильную мысль Чад. Джаред непонимающе смотрит на него, и Чад сжаливается и отвечает. - Ты получишь роль и…больше не будешь работать с Дженсеном. План Дженсена состоит в том, чтобы ты был подальше от него. Так что давай, гений, расскажи мне еще раз, чему ты так радуешься.

 

 

Иногда слова Чада попадают точно в цель. Это случается не так часто, но когда все же происходит, то это просто грызет Джареда изнутри. И чем дольше он об этом думает, тем труднее ему становится игнорировать вероятность того, что Дженсен пытается от него избавиться.

Ему становится тяжело концентрироваться на разучивании реплик, когда все, о чем он способен думать это то, что как бы сильно ему не казалось, будто он нравится Дженсену, тот, по всей видимости, по-прежнему хочет от него отделаться.

 

К тому моменту, когда наступает день прослушивания, Джаред отказывается от мысли не ходить туда просто для того, чтобы досадить Дженсену. Если тот хочет, чтобы он ушел, то Джаред не намерен цепляться за него и за свое место в его жизни. У него достаточно самоуважения, чтобы не опускаться до этого. Но, очевидно, недостаточно для того, чтобы перестать дергаться по этому поводу.

 

- Послушай, я понимаю, что ты не можешь не волноваться, - говорит Дженсен, - но тебе совершенно не стоит переживать по этому поводу. Ты на самом деле крут, и эта роль как будто написана под тебя. Но даже если ничего не выйдет…что ж, это будет огромной потерей для них, а не для тебя. Это же не конец света, правда?

 

- Ну конечно. Ты ведь не успокоишься, пока не «вытащишь меня из этой работы в мир кино, - ответ Джареда звучит резче, чем он намерен был показать. Он краснеет и опускает взгляд на тарелку, ковыряя вилкой в еде, в то время как Дженсен прожигает его глазами. Пара за соседним столиком прерывает свой разговор и смотрит в их направлении, замечая повисшее между ними напряжение.

 

- И что это значит? - спрашивает Дженсен пока еще спокойным тоном, но голос звучит слегка натянуто. - Господи, да можешь ты посмотреть на меня?

 

Джаред поднимает глаза на Дженсена и тут же начинает жалеть о том, что вообще что-то сказал. Дженсен выглядит сбитым с толку и растерянным, Джаред замечает красные отметины на его шее, засосы, оставшиеся после утреннего свидания с клиентом. Дженсен снимает солнечные очки и смотрит на Джареда, освещенный ярким светом полуденного солнца.

 

- Ты злишься на меня, - говорит он после секундной паузы. - Что я сделал?

 

- Нет, - пытается разубедить его Джаред. - Ничего. Ты ни чего не сделал. Дело во мне…

 

- Дело не в тебе, дело во мне, - необидно передразнивает его Дженсен. - Я слышал это много раз. Ну, так расскажи мне, в чем дело.

 

Джаред чувствует, как съеденный за завтраком бекон с сыром скользким комком встает в желудке и ерзает на стуле, замечая, что Дженсен внимательно следит за каждым его движением. Он делает глубокий вдох и начинает говорить.

 

- Я понимаю, что тебе это может показаться бредом малолетней истерички, но я все время размышляю, почему ты так стараешься протолкнуть меня в кино, и мне кажется, что ты делаешь это потому, что пытаешься избавиться от меня.

 

Несмотря на то, что звучит это довольно жалко, Джаред рад, что сказал это, потому первая реакция Дженсена на его слова доказывает, насколько неправ был Чад, да и он сам тоже. И Джаред был полным придурком, что поверил ему, потому что Чад неправ почти всегда.

 

- Ты думаешь, что я пытаюсь от тебя избавиться? Хорошо, Джаред, это действительно похоже на бред истерички. Конечно же, я не пытаюсь отделаться от тебя! Я пытаюсь тебе помочь! Помочь найти работу лучше, чем эта!

 

- Хорошо. Но если ты и в самом деле захочешь от меня избавиться, то просто скажи мне об этом, - серьезно говорит Джаред. - Будет нормально, если ты скажешь что-то вроде «Эй, чувак, все было круто, но я думаю, что наши отношения изжили себя…»

 

- Ты что, король прощальных речей? - перебивает его Дженсен.

Джаред игнорирует его реплику и продолжает: « …и все будет нормально, просто договоримся, как объяснить Сэм, что …».

 

- Постой, - говорит Дженсен. Он выглядит сейчас более обиженным, чем был в начале разговора. - Ты говоришь, что для тебя будет все нормально, если я попрошу тебя уйти? Ты даже не попытаешься со мной поспорить или переубедить? Ты не очень-то и расстроишься если…Ты просто…уйдешь? Это ты пытаешься мне сказать?

 

- Ну, да, - говорит Джаред и поражается, насколько напряженным и обиженным становится выражение лица Дженсена после этих слов. - Перестань, сам подумай, мало радости проводить столько времени с человеком, который не хочет видеть тебя рядом. А чего ты ожидал? Что я буду пытаться переубедить тебя и показать, насколько я на самом деле хороший? Нет, если ты не видишь этого сам, то…, - он замолкает и примирительно улыбается Дженсену.

 

- Я передумал. Попытаться от тебя избавиться – не такая уж плохая идея, Падалеки.



Глава 5

Дженсен не идет на прослушивание с Джаредом. Он просто желает удачи, говоря о том, что завтрак, который он приготовил Джареду, был необычный, поэтому у Джареда должно все получиться. И даже если не получится сейчас, есть миллион других возможностей. Дженсен просит Джареда позвонить сразу после прослушивания, чтобы рассказать, как все прошло, и машет на прощание рукой.

Джаред сидит в комнате ожидания вместе с другими парнями, которых здесь около двадцати. Все парни рассеянно смотрят вокруг. Джаред здесь самый высокий, и он надеется, что это - его преимущество в получении роли Азраэля, ведь продюсеры ищут на эту роль именно высокого парня. Он листает журнал, нервно постукивая ногой, а парней, которые стоят в очереди перед ним, одного за другим вызывают на прослушивание.

Когда, наконец, подходит его черед, происходит нечто неожиданное: он играет просто потрясающе. Джаред почти сразу налаживает контакт с одним из продюсеров, женщиной по имени Лиз, и кажется, другому продюсеру он тоже очень нравится, если учесть, что тот откровенно пялится на Джареда. Джаред не ошибается, не совершает промахов, даже не нервничает, как обычно, и чем дольше длится прослушивание, тем уверенней он становится.

 

- Это было очень впечатляюще, Джаред, - говорит мужчина-продюсер, по-прежнему не сводя с него глаз. Он откидывается на спинку стула, и даже не сверяется с записями, когда называет Джареда по имени.

 

- Да, ты действительно принес что-то необычное в роль, - говорит Лиз. – Не думаю, что кто-то до тебя играл так же. И это просто здорово!

 

Джаред покидает прослушивание в странном настроении – смесь недоумения и сладостного чувства, что он произвел впечатление. Он выходит из здания и опирается на стену, греясь на солнце и наблюдая, как сверкает, словно битое стекло, вода в фонтане.

Сотовый звонит, и Джаред тут же снимает трубку, видя, что звонок от Дженсена.

 

- Впечатлил всех, не так ли? – спрашивает Дженсен.

 

- Чувак, я был… твою мать, я просто зажег! И мне плевать, если меня не возьмут, потому что я знаю – я был великолепен. И если они не захотят меня взять после того, каким охренительным я был, что ж – пускай. Вряд ли я могу выступить лучше, чем сегодня! Я знаю, каким классным я могу быть!

 

- А комплимент твоей скромности они не сделали? – говорит Дженсен, и Джаред слышит смех в его голосе. – Отлично, это надо отметить пивом, произнести тост за твое великолепие!

 

- Черт возьми, да! – отвечает Джаред. Он отталкивается от стены и начинает бродить по площади перед зданием. – Серьезно, Джен, спасибо тебе. Я никогда этого не забуду.

 

Джаред замолкает, когда видит, кто идет к зданию. Это Квентин, с какими-то людьми в костюмах. Они на мгновение встречаются глазами, и Джаред думает – интересно, а как в таких случаях реагирует Дженсен, когда сталкивается на улице со своими клиентами? Джаред провожает глазами Квентина, который исчезает в здании, и только сейчас понимает, что на другом конце трубки Дженсен все еще зовет его:

 

- Эй, ты там? Джей, ты все еще там?

 

Чувство удовлетворения, которое теплилось в груди после прослушивания, сейчас почему-то сдулось, словно лопнувший воздушный шарик. Он колеблется некоторое мгновение, а потом подносит телефон к уху.

 

- Эй, прости, да… просто… Но да, отметить это дело – отличная идея! В семь, в баре, где были в прошлый раз, нормально?

 

- Звучит отлично!

 

- Джаред? – Квентин возвращается. Он ждет, пока Джаред поговорит по телефону, а тот старается не называть в разговоре Дженсена по имени. Квентин улыбается ему, словно старому знакомому, и смотрит вокруг. Джаред удивляется про себя – неужели он думает, что Дженсен тоже здесь?

Потом Квентин спрашивает:

 

- Ты здесь по делу?

 

Джаред колеблется секунду, но потом решает, что если Квентину интересно, что Джаред здесь делает, то он выяснит это, так или иначе. Поэтому Джаред пожимает плечами и говорит:

 

- Прослушивание. Для «Серафима».

 

Квентин молчит некоторое время, а затем улыбается, будто через силу:

- Сценарий был для тебя.

 

Джаред моментально понимает, что надо было соврать. Какого черта все твердят, что честность – лучшая политика? Он закрывает телефон и перебрасывает его с одной руки в другую, дерзко глядя на Квентина.

- Полагаю, теперь это не важно, не так ли?

 

Лицо Квентина застывает, брови сдвигаются:

 

- Я не связан с проектом «Серафим». И не могу повлиять, чтобы тебя взяли на роль. Надеюсь, что прослушивание прошло хорошо, потому что только это важно.

 

- Нет, - говорит Джаред. – Я…хм… - он хмурится смущенно. – Я думал, что ты скажешь им не брать меня. Я знаю, какими нервными становятся некоторые, когда кто-то может узнать, что...

 

Он молчит, глядя, как Квентин теребит свой галстук. Холодность уходит с лица Квентина, и он качает головой.

- Как я уже сказал, с этим проектом я не связан, и никаких решений не принимаю. И я бы никогда не стал мешать тебе только из-за того… с кем ты работаешь, – Квентин старается улыбнуться. – Я всегда играю честно.

 

- Вот как, - говорит Джаред. – Ну… отлично.

 

- Удачи тебе! – произносит Квентин, и уходит обратно в здание, оставляя Джареда в недоумении, хотя кривая его настроения резко поползла вверх.

***

Когда Джаред в деталях рассказывает Дженсену о прослушивании, он не упоминает о том, что видел Квентина. Джаред так и не определил для себя – правильно ли он делает, умалчивая о встрече, ведь на очередном свидании Квентин может сам рассказать обо всем Дженсену. Но ему по-прежнему неловко говорить с Дженсеном о его клиентах, и вообще о его работе. Тем более что вечер так хорош, и совершенно не хочется портить его неприятными воспоминаниями.

Это не свидание, это просто два парня идут вместе выпить пива, хотя подобное происходит впервые. Джареду нравится, что сейчас не нужно ни с кем делить Дженсена, нравится ощущать, что Дженсен никуда не денется, что у него не назначена очередная встреча через час или два, и его не ждут, чтобы переспать с ним. Атмосфера между ними устанавливается совсем не рабочая, они будто становятся ближе друг к другу.

Уже довольно поздно, в прошлый раз они были здесь в раннее время, но, несмотря на это, им удается занять столик в углу. Дженсен пьет вторую бутылку, выглядит довольным и смущенным, а Джаред, допивая четвертую, пытается доказать Дженсену всю опасность глобального потепления, разъяснить важность данной проблемы. Дженсен внимательно смотрит на него, и Джаред теряет нить разговора, пытаясь сосчитать веснушки Дженсена и заглядевшись на его ключицы, которые чуть блестят от выступившей испарины. Взгляд Дженсена кажется волнующим и откровенным в неясном свете ламп.

И вот где-то в середине этого важного разговора Джаред хлопает ладонью по столу, промахивается, теряет равновесие и почти падает Дженсену на колени. Тот возвращает его обратно в вертикальное положение, и какое-то мгновение пальцы Дженсена скользят по плечу Джареда, чуть сжимая напрягшиеся мускулы.

 

- Я не пьян, - немедленно заявляет Джаред. – И да, я знаю, что так говорят те, кто очень пьян, но я, правда, нормально.

 

Дженсен кивает и открывает рот, чтобы что-то сказать, но замолкает, наблюдая, как к ним приближается какой-то парень. Ему примерно около тридцати, он одет в стильные рваные джинсы в обтяжку и бледно-голубую футболку. Он дружелюбно улыбается, и эта белоснежная улыбка - словно из рекламного ролика зубной пасты. Тонкий серебряный браслет на его запястье сверкает, когда он машет им рукой.

- Прошу прощения, если покажусь грубым или лезу не в свое дело, но удача любит смелых, не так ли? - парень вздыхает и улыбается. – Вы двое вместе, да? Если это так, то вау! Вы прелестная пара! А если нет, - он поднимает брови, глядя на Дженсена, улыбается еще шире и спрашивает: – Могу я пригласить тебя как-нибудь выпить?

 

- Ты можешь катиться к чертовой матери прямо сейчас, - говорит Джаред. И Дженсен, и парень в шоке смотрят на Джареда, но он, чувствуя какую-то отчаянную храбрость, понимает, что его несет. Ему хочется сделать что-то нелепое, вроде того, чтобы зарычать, как пещерный человек, и утащить Дженсена за волосы. – Ты решил предложить ему выпить только потому, что он чертовски горяч и привлекателен. И если ты думаешь, что я хоть на мгновение позволю тебе остаться рядом с ним, то ты гребаный идиот, – Джаред молчит, изучая парня, а затем добавляет: – Кажется, у тебя футболка чем-то заляпана. Похоже на кетчуп. Ха!

 

Наступает оглушающая тишина, Дженсен и парень молчат, словно обдумывая слова Джареда. Джаред тяжело дышит, хватая свое пиво и стараясь сдержать ругательства, которые так и рвутся наружу.

 

Наконец Дженсен произносит:

 

- Нет, мы не вместе. Но от выпивки, пожалуй, откажусь. Спасибо тебе.

 

Когда парень уходит, Дженсен какое-то мгновение молчит. Джаред наблюдает за пузырьками в своем стакане и радуется про себя, что он пьян, иначе он сгорел бы со стыда.

 

- Знаешь, - говорит Дженсен, - когда мне не надо ехать туда, где за меня заплатили, я предпочитаю сам выбирать, с кем мне проводить время. Ты можешь запугивать моих клиентов, но не надо этого делать с людьми, с которыми я не прочь переспать из удовольствия.

 

Джаред поднимает голову и смотрит Дженсену в глаза:

- Так давай, вали к нему. Объясни ему, что твой спутник - гребаный мудак, и говорит что-то прежде, чем подумает. Уверен, он будет великодушен и простит тебя.

 

- Ты гребаный мудак, - спокойно говорит Дженсен. - Я не собираюсь никуда ходить. Я здесь с тобой, не так ли?

 

***

Дженсен ведет себя беспокойно и нервно с того момента, как Джаред заезжает за ним во второй половине дня. Он теребит свой галстук, поправляет запонки со шляпками цвета старого золота, которые вспыхивают острыми искрами на белых манжетах рубашки. Затем он теребит пряди волос, тщательно уложенных гелем, приглаживает какие-то незаметные волоски. Когда Дженсен начинает рассматривать свои зубы, Джаред не выдерживает:

 

- Да что с тобой сегодня?

 

Он улыбается, когда спрашивает, а Дженсен смотрит виновато. Он оставляет в покое зеркало и устраивается на сиденье, обнимая себя за плечи. Потом тут же убирает руки и поправляет складки на рукавах, трогая тонкий белый материал, который словно светится изнутри, освещенный лучами солнца, льющимися в окно.

- Боже! Серьезно, что такое?

 

Дженсен раздраженно хмурится и пожимает плечами.

- Эта встреча. Этот мужчина.

 

Джаред смотрит на него озадаченно.

 

- Он тебе не нравится?

 

- Я никогда не встречался с ним, - говорит Дженсен. – Это будет первый раз.

 

Видно, именно в этом проблема. Об этом говорит и тон, и поведение Дженсена, но Джаред не понимает, о чем Дженсену беспокоиться.

- Ну и что?

 

Дженсен снова хмурится и нервно ерзает на сиденье, такое ощущение, что ему как-то неловко. Он мнется, словно подбирая слова, а затем осторожно говорит:

- Мне немного неудобно с новыми людьми… Я… немного… я…

 

- Стесняешься? – подсказывает Джаред, широко улыбаясь. – Ты, правда, стесняешься? Как ты можешь? Нет, ты меня разыгрываешь! Ты – и стесняешься?

 

Дженсен злится, а Джаред хохочет так, что начинают болеть ребра. Он смеется, чувствуя, что уже не хватает дыхания, и думает о том, чтобы остановить автомобиль, пока в них кто-нибудь не врезался.

 

- А ты представь его голым – говорят, помогает, - предлагает Джаред, голос его дрожит от смеха, он тыльной стороной ладони вытирает слезы, выступившие на глазах. Потом Джаред чувствует, что готов расхохотаться снова.

- О да, это смешно, - язвительно говорит Дженсен. – Отлично. Так и знал, что день обязательно станет еще хуже. И то, что ты считаешь все это одной большой шуткой... Это просто великолепно. Спасибо тебе, приятель.

 

Внезапно Джаред чувствует себя виноватым, и смех исчезает, и становится неловко за то, что он хохотал несколько мгновений назад, словно умалишенный. Он вздыхает и ерзает на сиденье, чувствуя себя последним мудаком.

- Я просто… просто не понимаю, как ты можешь стесняться. Ты регулярно занимаешься сексом с людьми, которых совсем не знаешь.

- Я знаю, что им нужно! – перебивает Дженсен. – Просто я не уверен, окажусь ли я тем, кого этот парень представляет себе. Буду ли соответствовать его ожиданиям. Вдруг я не понравлюсь? Не хотелось бы чувствовать себя идиотом.

Джаред поворачивается и изумленно смотрит на Дженсена. Потому что просто невозможно поверить, что Дженсен может ощущать себя так. Странно, но Джареда это почему-то задевает.

 

- Понятно, - отвечает Джаред, стараясь найти слова, именно те слова, которыми можно поддержать Дженсена. Джаред безумно хочет разразиться страстной речью, рассказать, насколько Дженсен удивительный, и что он делает Джареду больно, говоря о том, что боится кому-то не понравиться. И он утешает, как может:

 

- Слушай, ты великолепен. И он платит за возможность быть с тобой. Тебе совершенно не надо стесняться. Он не может получить тебя, не предъявив толстую пачку банкнот. Он покупает тебя, потому что ты настолько красив, что иначе никогда не обратишь на него внимания.

 

Потом они молчат до тех пор, пока не прибывают в отель. Джаред отдает ключи служащему на парковке.

 

- Это довольно причудливый взгляд на мою работу, - задумчиво говорит Дженсен.

 

Джаред пожимает плечами, будто ничего особенного он не сказал, но предательская краска заливает его лицо.

Они поднимаются в номер на лифте. Дженсен все еще немного нервничает. Тогда Джаред кладет руку ему между лопаток, чуть сжимая серо-голубую ткань пиджака. Дженсен оборачивается, и его ресницы удивленно трепещут. Он ничего не говорит, но Джаред чувствует, что от этого легкого прикосновения Дженсен немного расслабляется.

Клиент уже ждет их в комнате, покручивая за горлышко бутылку шампанского в ведерке со льдом, отчего в комнате стоит хруст, будто кто-то топчется по битому стеклу. Он поднимает глаза, когда Джаред и Дженсен входят, и Джаред не уверен, нравится ему этот тип или нет.

Ему сорок, может, больше, в молодости он наверняка состоял из одних мускулов. И, возможно, был горячим пареньком. Но сейчас возраст уже наложил на него отпечаток, хотя мужчина держит себя так, будто он все еще сногсшибательно красивый. Мужчина пристально рассматривает их, переводя взгляд с Дженсена на Джареда, и в его глазах с набухшими веками вспыхивает желание.

Дженсен делает небольшой шаг по направлению к нему, и клиент дергается, впиваясь в Дженсена глазами.

 

- Мистер Делакруа, - произносит Дженсен. Он колеблется, стараясь понять, протянет ли Делакруа руку для пожатия или нет. Потом понимает, что, скорее всего, нет, потому что Делакруа занят тем, что пристально разглядывает Дженсена с головы до ног.

 

- О да, - бормочет Делакруа.

 

Джаред чувствует, что его просто тошнит от того, как оценивающе Делакруа разглядывает Дженсена. Он негромко кашляет, улыбаясь вежливо, но немного нетерпеливо, когда внимание Делакруа, наконец, переключается на него.

 

- Я буду ждать Дженсена в вестибюле, - говорит Джаред, надеясь, что смысл фразы дошел до Делакруа. Джаред смотрит на него, и тот первым отводит взгляд.

 

Джаред едет вниз на лифте, понимая, что сейчас надо просто потерпеть и не думать о плохом. Он открывает книгу с судоку и листает ее, но не может сосредоточиться и начинает наблюдать за проходящими мимо людьми, рассматривает залитый солнечными лучами мраморный пол, переводит взгляд на яркую зелень высоких пальм. Кончик его карандаша нетерпеливо постукивает по незаполненной странице с судоку.

Он немного беспокоится о Дженсене, недоумевая, зачем тот так старается понравиться этому Делакруа. Да, цель проституток – нравиться, предполагает Джаред, но Дженсену даже не нужно прилагать никаких усилий, потому что он очень опытен в том, как свести людей с ума, заставить их потерять голову.

 

Его телефон вибрирует в кармане, и Джаред достает его, видя, что на экране высвечивается имя Дженсена. Он вскакивает на ноги и идет к лестнице, даже еще не ответив на звонок.

 

- Ты в порядке? – спрашивает Джаред.

 

- Я чувствую себя странно, - Дженсен отвечает неожиданно низким и заплетающимся голосом. – Думаю, что-то было в шампанском.

 

- Я иду, - говорит Джаред твердо и спокойно и в несколько прыжков преодолевает лестницу.

 

В прошлый раз, когда Джаред бежал в номер за Дженсеном, он был в панике. Но это в прошлый раз. Теперь он точно знает – что-то случилось. Дженсен позвал его. Что-то пошло не так, и Дженсен зовет его. И все, что Джареду нужно сделать – просто прийти и забрать его. Никакой паники. Он не будет метаться между дверями, сбивая с ног людей. Он просто идет, чтобы забрать Дженсена. Вот и все. Одна единственная цель – забрать Дженсена.

 

Когда он заходит в гостиничный номер, Дженсена не видно. На полу лежит упавший бокал, и небольшая лужица пролитого алкоголя растекается вокруг него, а Делакруа колотит в дверь ванной, дергая дверную ручку. Он поворачивается и смотрит на Джареда широко распахнутыми глазами, а по лицу идут красные пятна. Джаред не знает, какое у него сейчас выражение лица, но, по-видимому, впечатляющее, потому что Делакруа, глядя на него, начинает волноваться. Он поднимает руку, будто пытаясь защититься, и отходит назад.

 

Джаред хватает его за руку, пальцами сжимая запястье до красноты, и оттаскивает от двери.

 

- Нет, нет, вы не понимаете, - Делакруа запинается от волнения, - я не давал ему ничего опасного! Это просто успокоительное, поможет ему расслабиться! Оно перестанет действовать уже через пару часов… Просто я... Мне нравится, когда они сонные и тихие, как они двигаются и реагируют, это мне очень нравится…

 

Рука Джареда все еще стискивает запястье Делакруа, и Джаред чувствует непреодолимое желание ударить этого мудака. Он сжимает руку сильнее, и Делакруа вскрикивает от боли. С трудом сдерживая себя, Джаред толкает мужчину к стене, и тот чуть не падает, с трудом удержавшись на ногах.

 

Джаред хватает пиджак Делакруа и швыряет ему в лицо.

 

- Как ты смотришь на то, если я набью тебе морду? Убирайся к чертовой матери!

 

Делакруа ошеломленно смотрит на Джареда, а тот делает шаг к нему и орет: «Сейчас же!».

 

Джаред не сводит с Делакруа глаз, пока за ним не захлопывается дверь. Наступает внезапная тишина, и вместо злости и ярости, клокочущих в груди, подкрадывается паника. Джаред не знает, что с Дженсеном, нужна ли ему помощь. Он смотрит на дверь ванной, но не трогает ручку, чтобы не напугать Дженсена.

 

- Джен? Джен, это я. Он ушел. Здесь только я.

 

Тишина, и Джаред почти перестает дышать, до боли напрягая слух, чтобы услышать хоть что-нибудь, чтобы убедиться, что он не опоздал. Он кладет руку на ручку, чувствуя гладкость и прохладу металла. Но прежде, чем он поворачивает ее, что-то щелкает, дверь приоткрывается, и на Джареда буквально вываливается Дженсен, оседая на пол. Джаред молниеносно падает на колени, обнимая его и сжимая его лицо в своих ладонях.

 

- Господи, Джен, скажи мне, что ты в порядке… Дерьмо, дерьмо-дерьмо-дерьмо… приятель, я с тобой! Все будет хорошо!

 

- Привет… Йети…

 

Глаза Дженсена чуть приоткрыты, и он старается посмотреть на Джареда. Его рубашка расстегнута, и видна голая грудь, медленно вздымающаяся и опадающая. Джаред вздыхает, чуть ли не шепча благодарную молитву, видя, что Дженсен в сознании и понимает, где находится. Он наклоняется, чтобы просунуть руку Дженсену под колени и поднять его, не причинив вреда. Дженсен трогает его за запястье, чуть царапая ногтями с идеальным маникюром.

 

- Я сам могу встать, - бормочет Дженсен. – Сам смогу.

 

Он силится оттолкнуть Джареда, и тот немного ослабляет хватку, но Дженсен опять почти падает. Джаред понимает, что придется нести Дженсена, даже если тот будет сопротивляться.

 

- Давай, - говорит Джаред. – Пошли отсюда. Я позабочусь о тебе. Все хорошо.

 

- Рубашка, - бормочет Дженсен. – Пуговицы.

 

Джаред успокаивает его и старается довести до двери, но Дженсен сопротивляется и снова раздраженно повторяет: «Рубашка. Пуговицы». И так несколько раз. Джаред смотрит на него, пытаясь понять, а Дженсен неловко нащупывает полы рубашки, пытаясь застегнуть ее непослушными пальцами.

 

- Перестань, приятель, - говорит Джаред удивленно. – Тебя накачали неизвестно чем. Сейчас не время беспокоиться о своем внешнем виде.

 

Но все же Джаред застегивает пуговицы на рубашке, стараясь удержать Дженсена одной рукой, обняв за плечи. Он совершенно уверен, что, когда его пальцы застегивают рубашку, едва заметно скользя по ребрам Дженсена, тот нюхает волосы Джареда. Джаред едва удерживается, чтобы не дернуться, понимая, что уронит Дженсена. Он наклоняется и смотрит Дженсену в лицо, и тот улыбается безмятежной, затуманенной улыбкой.

 

- У тебя самые охренительные руки на всей планете, - говорит он, и в его речи сейчас гораздо сильнее слышится техасский акцент. – Можешь трогать меня, когда захочешь.

Джаред краснеет и кивает.

 

- Обязательно. А теперь тебе надо в больницу.

 

- Ни за что, - протестует Дженсен, чуть сопротивляясь, когда Джаред почти несет его на себе к двери. – Я в порядке. Просто отвези меня домой. Никаких больниц.

 

- Ну конечно, - говорит Джаред, и прежде чем Дженсену удается произнести еще хоть что-нибудь, продолжает: – Ты позвал меня, чтобы я помог тебе. И я помогу. Этот ублюдок подсыпал тебе хрен знает что, и тебе нужно в больницу. И ты пойдешь туда, даже если мне придется тащить тебя на руках.

 

Дженсен сопротивляется всю дорогу, и Джаред даже рад, что сейчас он слаб, потому что на них смотрят удивленно и заинтересованно: один парень несет другого - босого и растрепанного. Джаред торопится выйти из отеля.

Злоба кипит в груди при мысли о том, что ублюдок Делакруа хотел секса именно с беспомощным и ослабленным Дженсеном, но все же Джаред думает – а, может, Делакруа сказал правду про успокоительное? Может, оно действительно безвредно? Но почему же оно тогда так сильно повлияло на Дженсена? Нет, рисковать нельзя, нужно обязательно отвезти его в больницу. Джаред усаживает, наконец, Дженсена в машину, которую работник гостиницы услужливо подогнал к самому входу.

Они едут в больницу. Дженсен распластался на сиденье, прижавшись щекой к окну и раскинув колени в стороны. Закрытые веки чуть подрагивают, он глубоко, но редко дышит. Сосредоточившись на дороге, Джаред постоянно что-то спрашивает у Дженсена, не давая ему провалиться в беспамятство, и чувствуя, как его постепенно охватывает паника.

Джаред набирает номер Сэм, нетерпеливо ожидая ответа.

 

- Привет, Джаред, что такое? – отвечает она.

 

- Я везу Дженсена в больницу Седар-Синай, - отрывисто говорит Джаред. Ему удается сказать это ровным голосом, но сил на этот разговор просто нет. – Клиент подсыпал ему наркотик. Он в сознании, но явно не в себе.

 

Джаред вздыхает от облегчения, когда слышит слова Сэм:

- Встретимся там.

 

Он нажимает отбой и бросает взгляд на Дженсена, проверяя его состояние. Но беспокоиться пока не о чем – тот смотрит на Джареда чуть затуманенным взглядом, и его волосы смешно взъерошены.

 

- Знаешь, если тебе кажется, что это улучшит наши рабочие отношения, - говорит Дженсен (вернее, Джаред думает, что он говорит «рабочие отношения», потому что речь Дженсена невнятная), – я совершенно не против того, чтобы ты меня трахнул.

 

Джаред резко стискивает руками руль, но смеется и качает головой:

 

- Я не могу себе позволить тебя, приятель.

 

- Это было бы за счет заведения,- говорит Дженсен, лениво растягивая слова.

 

Стараясь не замечать того, как заинтересованно дергается член, Джаред каким-то непостижимым образом удерживает автомобиль на дороге и отвечает:

 

- Отличная идея, вот только родилась она в твоих затуманенных наркотиками мозгах.

 

Джаред сам впечатлен, насколько ровно звучит его голос.

 

Дженсен бормочет что-то еще, но понять уже ничего нельзя, слова будто смазываются. Джаред смотрит на Дженсена, чтобы попросить его повторить, но у того уже закрыты глаза. Он кажется спящим, а Джаред чувствует во рту вкус страха, горький и холодный. Он до предела выжимает педаль газа.

 

 

***

Джареду не удается разбудить Дженсена. И он несет его через многолюдный холл больницы, зовя на помощь.

 

- Ему что-то подмешали в питье, - объясняет Джаред подошедшему врачу. - Я не знаю, что именно, это случилось примерно полчаса назад или час. Он сначала был просто сонный, а сейчас без сознания.

 

Джаред должен бы расслабиться теперь, когда Дженсен здесь, под присмотром врачей. Но он напряженно вслушивается в их разговор, в эту странную смесь из коротких приказов и непонятных отчетов, и чувство собственной бесполезности поселяется внутри. Он смотрит беспомощно, как над обмякшим на каталке телом Дженсена суетятся медсестры, и намеревается идти за ними по коридору. Одна из медсестер, средних лет женщина с пепельными волосами, останавливает его.

 

- Вы родственник? - спрашивает она.

 

- Нет, - отвечает Джаред, глядя ей за спину, следя глазами, как каталка исчезает в лабиринтах коридоров больницы. - Нет, просто друг.

 

- Подождите здесь, - говорит она. - Я покажу вам, где вы можете сесть. Не волнуйтесь, мы позаботимся о вашем друге.

 

Всплеск адреналина прошел, и теперь Джаред чувствует себя больным и каким-то опустошенным. Он позволяет медсестре подвести себя к стулу и садится, опираясь подбородком на руки, безучастно рассматривая зеленые стены и теряясь в непрерывном гуле многолюдной больницы. Каждый раз, когда медсестра или врач проходят мимо, Джаред оживляется, ожидая, что к нему подойдут и сообщат о Дженсене. Но почти через час приезжает Саманта, а новостей все еще нет.

Джаред отстраненно замечает, что у нее ярко-синий костюм. Сэм видит его и идет прямо к нему. Даже под ее загаром видно, как она побледнела. Видя, что Сэм запыхалась, Джаред понимает, что она очень спешила сюда. Крепко обняв Джареда, Сэм садится рядом с ним. Она ничего не спрашивает, но видно, что она нервничает, сжатые руки чуть подрагивают на коленях.

 

- Делакруа подсыпал ему наркотики, - наконец говорит Джаред. – Какие, не знаю. Дженсен заперся в ванной и позвонил мне. Я выгнал Делакруа и сразу привез Дженсена сюда.

 

- А что Делакруа? - темные глаза Сэм пристально смотрят на Джареда. – Ты ведь не ударил его?

 

- Волнуешься, что я отпугнул платежеспособного клиента? - губы Джареда дергаются в горькой усмешке.

 

- Оставь свою иронию, детка, - Сэм смотрит ему в глаза. – Что будет, если Делакруа пойдет в полицию? Думаешь, Дженсен будет благодарен тебе, если ему предъявят обвинение в проституции?

 

Чудовищность ситуации не укладывается у Джареда в голове: Сэм явно обеспокоена самочувствием человека, который хотел трахать Дженсена чуть ли не в коматозном состоянии. Джаред пытается оправдать ее, но все это слишком сложно и мерзко. Делакруа подсыпал Дженсену какую-то гадость просто ради собственного удовольствия. Джаред делает глубокий вдох и старается оставаться спокойным.

 

- Я не бил его, - говорит он так равнодушно, как только может. - Я сделал то, для чего ты наняла меня: я защищал Дженсена. Да, я выгнал Делакруа из комнаты, потому что Дженсен не выходил из ванной из-за него, я хватал его за руку и я кричал на него. Но я не бил его, хотя мудак заслужил хороший удар в челюсть.

 

Сэм вздыхает и сжимает пальцами переносицу. Наконец, она кивает и встает, одергивая юбку.

- Я пойду, поищу кого-нибудь, чтобы расспросить о Дженсене. Ты сиди здесь, может, кто-то подойдет, - она закрывает глаза на секунду и выглядит усталой и опустошенной. – Надеюсь, Джаред, врачи не позовут полицию.

Джаред наблюдает, как она уходит, а затем снова отстраненно рассматривает краску на стене.

 

 

***

Оказывается, Делакруа не лгал. Он использовал довольно сильное седативное, но оно не принесло вреда. Врач, которая приходит поговорить с Сэм и Джаредом, даже кажется немного недовольной, что Дженсен отнял ее время.

 

- Вы, конечно, не могли знать, - говорит она, – но это лекарство недолго действует и быстро выходит из организма, – на ее лице появляется профессиональная улыбка. - Просто скажите своему другу, чтобы в будущем более внимательно следил за своими напитками.

 

Обеспокоенность и тревога, не отпускавшие Джареда до этого момента, исчезают, и становится легко и спокойно на душе. С Дженсеном все будет хорошо. Опасность миновала, и Джаред надеется больше никогда не увидеть Делакруа еще раз, иначе он не выдержит и будет гнать его пинками до самого Нью-Йорка.

 

Они идут за Дженсеном, и потом Сэм берет его лицо в ладони, словно пытаясь лучше рассмотреть. Дженсен нетвердо стоит на ногах, покачиваясь, будто пьяный, но уже гораздо лучше выглядит. Джаред прикидывает, что конкретно из их предыдущего разговора Дженсен помнит, и искренне надеется, что Дженсен спишет все на наркотический бред. Джаред, безусловно, намерен все отрицать, если тот спросит. Он боится, что оскорбит Дженсена, если напомнит ему про странные слова, сказанные почти в бессознательном состоянии.

 

- О, детка, - воркует с Дженсеном Сэм, - Зачем ты так пугаешь? Хочешь добавить мне седых волос?

 

- Да, хочу, чтобы ты отошла от дел, - чуть улыбаясь, отвечает Дженсен.

 

- Не хотелось бы напоминать, - говорит Сэм, - но теперь-то ты признаешь, что нанять Джареда было отличной идеей?

 

Дженсен секунду смотрит на Джареда, а затем пожимает плечами:

 

- Я бы и сам справился. Просто лег бы в ванной и поспал, – когда Дженсен говорит это, он так смотрит на Джареда, что у того начинает быстрее биться сердце.

 

- Не думаю, что тебе стоит сегодня оставаться одному, - заявляет Сэм, обнимая Дженсена рукой, чтобы проводить к автомобилю. Джаред замирает, облизывая губы, и, чувствуя, как внутри все сжимается от волнения. Он уже хочет сказать что-то вроде «эй, я бы мог поспать на диване у Дженсена, ну, или на его кровати, как ему будет удобнее», но прежде, чем ему удается это произнести, Сэм говорит: «Останешься сегодня у меня».

 

- Я знал, что рано или поздно ты поддашься моему суровому обаянию, Феррис, - фыркает Дженсен.

 

- Дорогой, - говорит она ему в спину, нарочито кокетливо глядя на Дженсена, - если после той дозы успокоительного, которой тебя накачали, ты будешь хоть на что-то способен сегодня ночью, я запишусь к тебе на встречи, отодвинув всех твоих клиентов на месяц вперед.

 

- Не буду спорить, но только потому, что мои клиенты меня не простят, - отвечает Дженсен с пафосом, после секундной заминки.

 

Джаред распахивает заднюю дверь автомобиля для Дженсена, и тут его мобильный телефон звонит.

 

- Ответь, милый, - говорит Сэм. - Я помогу Дженсену.

 

Джаред отходит, чтобы ответить на вызов, Сэм помогает Дженсену сесть назад, а сама садится на переднее сиденье.

 

Звонит Лиз, продюсер проекта «Серафим». Сердце Джареда подпрыгивает от неожиданности. Слишком много событий для этого дня. Пожалуй, после этого надо будет отсыпаться неделю.

 

- Мы подумали, Джаред, - говорит Лиз, - и решили, что именно ты должен играть Азраэля. Нужно еще заключить контракт, и все обсудить, но... мы хотим, чтобы ты стал нашим падшим ангелом, детка!

 

- О, - говорит Джаред. - Ничего себе.

 

Дженсен сворачивается калачиком на заднем сиденье Порше, а Сэм тянется назад и пытается пригладить его растрепанные волосы, поправляя пряди руками. Если бы не Джаред, то с Дженсеном не было бы никого, чтобы помочь ему. Делакруа в конечном итоге вытащил бы его из ванной, слабого и обездвиженного. И Дженсен пришел бы в себя, почти изнасилованный, беспомощный и совершенно одинокий.

 

И даже если Сэм наймет кого-то на место Джареда, этот человек явно не будет заботиться о Дженсене так, как это делает Джаред. Он не станет смешить Дженсена, не будет стараться его отвлечь, когда Дженсен начнет стесняться, не станет заботиться о том, чтобы заставить Дженсена хоть что-нибудь съесть в конце дня.

Джаред хмурится и облизывает губы, едва отдавая себе отчет в том, что намерен сейчас сделать. Где-то в голове отчаянный голос просит его остановиться и не делать глупостей, но Джаред уже произносит:

 

- Оу, спасибо, но... вам лучше что-то придумать... Мне очень жаль. Я не могу принять участие. Но спасибо вам, что предложили мне роль.

 

Наступает ошеломленное молчание, а затем Лиз говорит: «Ты уверен, что я не могу заставить тебя пересмотреть свое решение? Такие предложения не часто делаются. Ты действительно выделялся из остальных».

 

- Мне очень жаль, но нет, - отвечает Джаред. – Мне не нужна эта роль.

 

- Ну, - говорит Лиз, – не могу не сказать, что считаю твой поступок безумным, но, похоже, ты абсолютно уверен в своем решении.

 

- Да, уверен, - произносит Джаред. – Спасибо еще раз.

 

После того, как Лиз кладет трубку, Джаред стоит на секунду, опираясь на капот машины. Солнце садится, и розовые пятна нежнеют в желто-оранжевом небе. Теплый ветерок шевелит волосы и омывает, будто волной. Джаред устраивается за рулем и сообщает: «Я не получил роль. Они мне отказали».

 

- Боже, Джей, - говорит Дженсен. - Мне очень жаль. Но это их потеря, не так ли? Если они не смогли понять, насколько потрясающ ты был бы на их шоу, то тебе это и самому не надо, верно?

 

- Да, - произносит Джаред и поворачивает ключ в замке зажигания.

 

 

***

Что-то очень значительное изменилось. Сначала Джаред думает, что все дело только в том, что он отказался от роли. Хотя на самом деле это совсем не мало. На горизонте появилась потрясающая возможность, надежда на то будущее, которого он желал в течение многих лет, а он отказывается от блестящей перспективы, только чтобы находиться рядом с Дженсеном. И он остается с Дженсеном, и между ними нет ничего, кроме дружбы. Может быть, Дженсен захочет большего в один прекрасный день, может быть, и нет – в любом случае Джаред уже выбрал свой путь. И дело совсем не в какой-то жалкой безответной любви. Его вполне устраивает быть с Дженсеном и просто так.

Но есть еще кое-что, и это грызет Джареда до тех пор, пока он не набирается смелости, чтобы поступить правильно.

 

Поэтому Джаред звонит Сэнди и приглашает ее на обед. Когда тушеная говядина в красном вине наполовину съедена, Джаред вдруг замирает и смотрит на Сэнди, сидящую напротив. Она красивая и яркая и просто самая удивительная девушка, которую он когда-либо встречал. Ее темные волосы волнами струятся по плечам, а бледно-розовое платье подчеркивает карамель ее загара.

 

Она поднимает глаза, и вилка, наполненная салатом «цезарь», замирает на полпути ко рту. Любопытная улыбка появляется на ее лице.

- Что такое? - спрашивает она.

- Ничего, - говорит Джаред, краснея и отводя взгляд в окно, где громадные темные тени пальм устремляются в усеянное звездами небо.

- Нет, - настаивает Сэнди, - твой взгляд очень многозначительный. Кроме того, на твоей тарелке еще осталась еда, и, зная твой аппетит, я думаю, что с тобой что-то не так.

 

Джаред не хочет начинать серьезный разговор в ресторане. Он считает, что наиболее тактичным будет поговорить где-то в другом месте. Может быть, когда он повезет Сэнди домой. Разговор предстоит нелегкий, и как бы он ни старался, это все равно причинит ей боль.

Но он не может поступить иначе. Обманывать Сэнди больше нельзя. Джаред глубоко вздыхает и мнет в руках белый лен салфетки.

 

- Сэнди, я считаю, что ты великолепна и я очень, очень не хочу тебя обидеть. Но… Я не влюблен тебя. И ты должна знать об этом. Конечно, мне стоило понять это раньше, чтобы ты не тратила на меня время… и…

- О, детка, - Сэнди смотрит на него с сочувствием и участием. - Конечно, ты не влюблен в меня. Неужели ты думаешь, что я не поняла это? Я знаю, это так. И я не влюблена в тебя. Но... Я думаю, что ты фантастический друг. На которого приятно тратить свое время.

Джаред удивленно мигает.

- Ты не удивилась, - говорит он, наконец. - Как давно ты знаешь?

- Э-э... - она демонстративно загибает пальцы и ослепительно улыбается ему. - Около четырех месяцев.

- И почему ты мне не сказала? – возмущается Джаред. – Об этом мне стоило бы знать!

- Ты и так был достаточно растерян. Зато теперь, когда ты знаешь… - она трет подбородок и спрашивает снова, только почти шепотом: – Как ее зовут?

- Его, - поправляет Джаред. – Хотя у меня никого нет.

 

Она удивленно вскидывает брови, а потом смеется и тянется через стол, чтобы поцеловать Джареда в щеку.

- О, милый, все еще сбит с толку?

 

 

***

«Смолвилль» уходит на хиатус, Том и Майк возвращаются из Ванкувера. Чад даже не дает им придти в себя, сразу же тащит напиваться. Он, совершенно не стесняясь, выспрашивает их о знакомых в шоу-бизнесе, и требует, чтобы его познакомили с кем-нибудь, кто может найти ему роль.

 

- Итак, я слышал, ты теперь сутенер, - говорит Майк, когда они встречаются с Джаредом. Он пинает стул для него из-под стола и толкает Джареду бутылку пива. – И как работка?

 

Том предупреждающе пихает Майка локтем в бок.

 

- Чувак, ты должен вразумить его, - говорит Чад. – Он влюбился, как дурак, в свою шлюшку. И ничего не делает для того, чтобы засунуть в него свой член. Только таскается за ним повсюду и жалуется на его клиентов.

 

Джаред тянется к Чаду и хватает за шею, стол сдвигается, и Чад изо всех сил пытается вырваться, а Джаред виснет на нем. Том хватает его и оттягивает в сторону. Когда Джаред, наконец, отпускает Чада, тот поправляется, покрасневший и растрепанный. Он сердито смотрит на Джареда и разводит руками, как бы показывая жестом «а что я сделал?».

 

- Разве я обманываю? Или правда глаза колет, Джей?

 

- Нет, я что-то не понимаю, - заявляет Майк. - Он проститутка. Он занимается сексом за деньги, не так ли? У тебя, что, нет денег?

 

- Наверное, не хватает, - говорит Том и смотрит на Джареда, криво ухмыляясь. – Я прав?

 

- О, Дженни товар класса люкс, - влезает в разговор Чад, противно растягивая слова.

 

Майк ошеломленно смотрит на Джареда, ожидая разъяснений, одновременно наслаждаясь тем, как от смущения Джаред не знает, куда себя деть.

- Дженни? Вот это да! Ты сутенер транссексуала? Это потрясающе!

 

- Дженсен, - твердо говорит Джаред. - Его зовут Дженсен.

 

- Дженсен? - переспрашивает Том. Он ставит свою бутылку и вскидывает голову, глядя на Джареда. Мгновенно что-то его тоне привлекает внимание всех, Том чуть смущается, но продолжает смотреть на Джареда. - Дженсен Эклз? Тот, с кем ты работаешь?

 

- Ты его знаешь? – спрашивает Майк. Он просто наслаждается ситуацией: мало того, что Джаред краснеет и теряется, а Чад получил по шее, так еще и Том, оказывается, замешан. Что ж, это будет веселый вечер!

 

Том пожимает плечами и начинает отрывать этикетку со своей бутылки пива, стряхивая клочки бумаги на стол.

 

- Смутно, - он оглядывается на Джареда и качает головой. – Однако я точно знаю, что он не из тех парней, на которых подействует твой «щенячий» взгляд.

 

- Я не собираюсь смотреть на него таким взглядом, - протестует Джаред. Затем он дает Чаду подзатыльник и обращается к Тому и Майклу, намереваясь сменить тему разговора. - Хватит уже об этом. И серьезно, Чад, я задушу тебя, если не перестанешь нести всякую чушь.

 

Майк откидывается в кресле, положив руки на бедра, и смотрит на Тома, прищурившись и криво улыбаясь:

- Так откуда ты знаешь этого парня?

 

Джаред бросает на Тома быстрый взгляд, боясь, что кто-нибудь за столом начнет расспрашивать подробнее, и выяснится, что Джаред попал в агентство по наводке Тома. Но Том только пожимает плечами и, кажется, не беспокоится.

 

- В Лос-Анджелесе все друг друга знают, не так ли?

 

Разговор переходит на другие темы. Но позже, когда Джаред сталкивается в туалете с Томом, Том смотрит на него и говорит: «Я действительно надеюсь, что ты знаешь, на что идешь. С Дженсеном, я имею в виду. Потому что не совсем легко быть в отношениях с тем, кто регулярно спит, по крайней мере, еще с пятью парнями в неделю. Ты думаешь, что все так просто… любить и быть любимым… но…»

 

- «Мулен Руж» в списке фильмов, которые я намереваюсь посмотреть немедленно, - перебивает Джаред. – Кстати, и «Красотка» тоже.

 

Том какое-то мгновение смотрит на него, одновременно и разочарованно, и заинтересованно.

 

- Джаред, ты хороший парень, и я не хочу видеть…

 

- Дженсен тоже хороший парень, - прерывает его Джаред.

 

- Да, хороший, - продолжает Том. – Не пойми меня неправильно, мне нравится Дженсен. Очень нравится. Но я о нем не беспокоюсь. Он может сам позаботиться о себе.

 

- А я не могу? - Джаред смеется. - А вот Сэм, кажется, думает, что я могу позаботиться и о себе, и о Дженсене, - он видит, что Том хочет сказать что-то еще, и качает головой, все еще ухмыляясь. - Том, я большой мальчик, я могу справиться с этим. И ты знаешь, пока ничего страшного не происходит.

 

Почему-то Джареду кажется, что Том не верит ему.

 

 

***

Дженсен не хочет говорить о Делакруа вообще. Джаред не винит его, понимая, что говорить особо не о чем, но он отчаянно хочет, чтобы Дженсен хоть что-нибудь сказал по этому поводу, именно так Джаред сможет больше не беспокоиться о том, какие мысли сейчас бродят у Дженсена в голове. Джаред по-прежнему злится на Делакруа, и он хочет излить гнев, поговорить с кем-то, кто поймет.

 

Честно говоря, Джареду не нравится, как Дженсен воспринял случившееся – словно незначительный инцидент. А Дженсен не понимает, почему Джаред ждет от него какого-то эмоционального срыва.

 

По дороге в гостиницу – снова в эту же гребаную гостиницу - Джаред говорит: «Если ты чего-то опасаешься, или я тебе буду нужен, в общем, по любой другой причине – просто позвони, и я сразу приду».

 

Дженсен кивает, но смотрит удивленно: «Я понял».

 

- По любой причине, - повторяет Джаред. – И может, тебе взять перерыв на какое-то время?

- Я в порядке, - отвечает Дженсен, но видя сомнение в глазах Джареда, улыбается ему ободряюще. - Серьезно, чувак. Я в порядке.

Удивительно, но Дженсен, похоже, на самом деле говорит правду, независимо от того, что Джаред думает по этому поводу. К сожалению, у Джареда нет времени обдумать этот странный момент, потому что они входят в комнату.

А в ней Квентин. Джаред спотыкается, остановившись, глядя на него, и глаза его удивленно распахиваются. Джаред понимает, что сейчас может случиться непоправимое.

 

Квентин сидит на краю кровати, возится со своим телефоном BlackBerry, но встает, чтобы поприветствовать их, когда они входят. Он ослепительно улыбается Джареду, а Джаред отчаянно пытается сказать ему глазами «пожалуйста-не-говорите-ничего». Но Квентин, к сожалению, не умеет читать по глазам.

 

- Я слышал много хорошего о тебе и «Серафиме», малыш! – Квентин берет Джареда за руку и энергично трясет ее.

Джаред пытается освободить руку, стараясь разглядеть выражение лица Дженсена. Дженсен не выглядит счастливым.

 

- Э-э, нет, - говорит Джаред. - Нет, они думали меня взять, но решили, что я все же не подхожу для этой роли.

Квентин хмурится, и Джаред отчаянно пытается придумать, чем заполнить тишину, прежде чем Квентин скажет что-нибудь еще и сделает ситуацию просто катастрофической.

 

- Ты уверен? - недоумевает Квентин. - Потому что я говорил с Лиз и Джедом сразу после прослушивания, и они были в восторге от тебя.

 

- Должно быть, они изменили свое мнение, - говорит Джаред, чувствуя на себе пристальный взгляд Дженсена.

 

- Ха, – произносит тот. – Должно быть, – Дженсен сжимает губы и, чуть приподняв брови, смотрит на Джареда, явно ожидая, когда он уйдет.

 

Квентин недоуменно переводит взгляд с Дженсена на Джареда, но теперь Джареду уже все равно: непоправимое случилось.

 

 

 

***

Все надежды на то, что Дженсен, возможно, немного успокоится к тому времени, как они с Квентином закончат, испаряются в ту же секунду, когда он видит Дженсена, идущего к нему через вестибюль отеля.

 

Фраза пылать от гнева всегда казалось глупой Джареду, вплоть до этого момента. Чертовски обозленный - вот это выражение было понятно. И да, чертовски обозленный действительно относится к Дженсену сейчас, но Джаред думает, что пылающий от гнева тоже подходит. Джаред уверен – если присмотреться, то можно увидеть, как волны ярости расходятся от Дженсена кругами.

 

Вероятно, вид виноватого Джареда еще сильнее действует на Дженсена, во взгляде которого просто горят смертоносные лучи.

 

- Ты получил роль, да? - шипит на него Дженсен. Он хватает Джареда за плечо и поворачивает к себе, тыча пальцем ему прямо в грудь. - Ты получил чертову роль?

 

- Собираешься тыкать в меня снова, если я скажу да? – Джаред пытается сдержаться и не морщиться от боли.

- Убил бы тебя, - рычит Дженсен. Он качает головой, глядя на вход в отель, на ослепительное отражение солнечных лучей в стекле. Джаред видит, как его плечи поднимаются и опускаются, он взволнованно дышит. – Какого хрена ты делаешь, Джаред? Что у тебя за проблема?

 

- У меня нет проблемы, - кротко говорит Джаред. - Да, они предложили мне роль. Я решил отказаться. Я не захотел. И я не буду чувствовать себя виноватым только потому, что ты думаешь, что я должен был согласиться. Это моя жизнь.

 

Дженсен смотрит на него, все еще - да - пылающе.

– Твоя. И ты ее испоганил.

 

Джаред пожимает плечами и невинно моргает, поворачиваясь, чтобы уйти. Но пальцы Дженсена хватают его за запястье, останавливая. Когда Джаред оглядывается на Дженсена, выражение ярости у того на лице сменяется другим – Джаред не может определить, что это за выражение. Вокруг словно наступает тишина. Мимо них

непрерывным потоком проходят люди, но Джаред не чувствует ничего, кроме горячих пальцев Дженсена на своем запястье.

 

Понимая, что Джаред не вырывается, Дженсен отпускает его руку. И пульс Джареда бьется чаще, хотя Дженсен не так уж и долго прикасался к нему.

 

- Джен? - говорит Джаред тихо. - Я знаю, ты пытался помочь мне, но…

 

Джаред замирает, видя, как Дженсен своим розовым языком облизывает губы:

 

- Хочешь избавиться от сомнений? Хочешь понять, за что они платят? Потому что если ты остался именно из-за этого, тогда пошли, сделаем это прямо сейчас. А потом ты сможешь уйти и жить дальше.

 

Джаред открывает рот, чтобы хоть что-то сказать, но только гневно выдыхает. Тут Дженсен хлопает его по груди и говорит:

 

- Идем, ковбой, я позволю тебе меня трахнуть, и это не будет стоить тебе ни копейки.

 

Джаред делает едва заметный шаг, широко улыбаясь.

- Ты маленький самодовольный ублюдок. Имел я и тебя, и твое щедрое предложение.

Прямо сейчас пылает сам Джаред.

 

 

***

В автомобиле они едут молча. Джаред еще в ярости от слов Дженсена, а тот сидит, напряженно застыв на сиденье, с отстраненным лицом, и не ясно – злится он все еще или обижен. Постепенно эта тишина начинает действовать Джареду на нервы. Джаред вздыхает и думает, что сказать, чтобы хоть как-то расшевелить Дженсена.

 

Наконец, бросившись в омут с головой, Джаред выпаливает: "Я не хочу быть похожим на них. Я не хочу, чтобы ты думал, что я буду, как они. И с твоей стороны немного нечестно вести себя так, будто я остаюсь с тобой только из-за того, что хочу тебя трахнуть».

 

Дженсен молчит какое-то мгновение, а потом отвечает, по-прежнему глядя в окно:

 

- Ты даже не знаешь, как это - быть похожим на них, Джаред. Это просто... ты еще совсем молодой. И у тебя была возможность, за получение которой я бы, наверное, кого-нибудь убил. Правда, приятель. А ты так вот запросто отказался от нее.

 

Дженсен хочет еще что-то сказать – хотя Джареда уже не переубедить - но вдруг играет мелодия его мобильного. Джаред слышит голос Сэм, и из короткого разговора Дженсена понятно: Сэм хочет, чтобы они приехали в офис. Сейчас же. Это странно, и Джаред мысленно составляет список того, что он мог натворить в последнее время. Делакруа в этом списке на первом месте.

 

- Есть идеи, что она хочет? – Джаред бросает взгляд на Дженсена, который теребит сотовый в руках.

Дженсен качает головой и улыбается печально:

 

- Давай не будем думать о плохом, хорошо?

 

***

В офисе Мел делает им две чашки крепкого кофе. Дженсен с благодарностью берет чашку из ее рук и кивает на дверь Сэм: «Ну и что? Что мы здесь делаем?».

 

Украдкой бросив взгляд на дверь босса, как будто ожидая, что Сэм может выйти в любую минуту, Мел пожимает плечами и задумчиво морщит нос.

 

- Карл Лоус пришел около двух часов назад. Он и Сэм заперлись в кабинете и не выходили до сих пор, - она поднимает брови и нарочито сурово смотрит на Дженсена. - Ты хорошо себя вел с Карлом?

 

- Если он злится, - отвечает Дженсен, - то я буду очень удивлен.

 

- Он постоянно злится, когда я его вижу, - говорит Джаред. Его не покидает ощущение, что они здесь не столько из-за Дженсена, сколько из-за самого Джареда. Он не знает, почему, но Карл так и не привык к нему, по-прежнему воспринимая Джареда как досадное, но необходимое неудобство, препятствие на его пути к тому, чтобы быстрее остаться наедине с Дженсеном.

 

- О, на меня он, похоже, тоже всегда зол, - говорит Мел, и Джаред слегка расслабляется, потому что, если уж Карл не любит милую Мэл, то у Джареда тогда вообще нет никаких шансов ему понравиться.

 

Дженсен отхлебывает кофе и ухмыляется: «Не знаю, что вы имеете в виду. Он просто прелестный плюшевый мишка».

 

- Думаю, ты всегда видишь его совсем не с той стороны, с которой вижу я, - произносит Джаред, похлопывая снисходительно его руку. – У него, наверное, много разных сторон.

 

Дверь открывается, и появляется Сэм с напряженной улыбкой на лице. За ее спиной Джаред видит Карла, сидящего напротив стола Сэм. Он выглядит недовольным, что и не удивительно. Атмосфера мгновенно накаляется.

 

- Дженсен, Джаред, не могли бы вы зайти, - говорит Сэм.

 

Дженсен идет мимо нее в кабинет, их с Сэм взгляды встречаются на мгновение. Джаред не знает, что случилось, ясно одно - неприятности. Карл вскакивает, когда видит Дженсена, и, кажется, что он весь улыбается, с головы до ног - одна сплошная улыбка. Джаред хмурится, наблюдая, как Карл берет руку Дженсена обеими руками, сжимает ее, поглаживая запястье.

 

Дженсен изящно пожимает его руки, а затем берет стул. Наконец, оторвавшись от Дженсена, Карл видит Джареда.

- Что он здесь делает? – возмущенно спрашивает Карл, глядя на Сэм. - Это не имеет к нему никакого отношения. Я хочу, чтобы он ушел.

- Джаред останется, Карл, - говорит Сэм, спокойно и ровно.

 

Она жестом показывает Джареду, чтобы он сел, и Джаред выбирает тот стул, который стоит между Карлом и Дженсеном. Карл демонстративно не смотрит на него и садится, кипя от злости, раздраженно постукивая по полу ногой в дорогом кожаном ботинке.

 

Сэм усаживается за свой стол, вытянув руки на столешнице, и улыбается всем сразу.

 

- Хорошо. Начнем, - она облизывает губы, а затем продолжает: – У Карла возникли некоторые трудности, он до сих пор не может привыкнуть к твоему присутствию, Джаред. Он понимает, какую роль ты играешь, и он принимает это. Тем не менее, он считает, что заслужил гораздо больше доверия, чем другие клиенты, и хочет изменить условия общения с Дженсеном.

 

Джаред выпрямляется в кресле. Нога Карла перестает постукивать, а затем начинает выбивать еще более сумасшедший ритм.

- Я обдумывала это, но мне казалось, что исключений не должно быть, - говорит Сэм, и Джаред почти вздыхает облегченно, но следующие слова Сэм повергают его в ступор. - И тогда Карл, видя, что ситуация с Дженсеном складывается именно так, предложил следующее – чтобы Дженсен встречался только с ним.

 

Карл наклоняется вперед в своем кресле и пытается привлечь внимание Дженсена. Но Дженсен смотрит прямо на Сэм, и его обычное ледяное спокойствие теперь превращается в арктический лед.

 

- И что это за новая работа? – спрашивает он у Сэм.

 

- Ты в этом агентстве будешь обслуживать только Карла. Будет такая договоренность.

 

- Я позабочусь обо всем, - произносит Карл искренне и страстно. - Я оплачу твое жилье, одежду, все, что захочешь. Ни один мужчина не прикоснется к тебе снова. Все, что я жду, чтобы мы... - он интимно улыбается и добавляет уже тише, только для Дженсена: - Все, что я хочу – это чтобы ты любил меня…

Наступает неловкое молчание. Дженсен в ужасе смотрит на Карла, но Карл, по-видимому, не замечает этого,

продолжая с обожанием улыбаться Дженсену. Выглядит это жутковато. Теперь время для реплики Сэм – и желательно ей послать Карла – но она только рассматривает поверхность стола, предпочитая не вмешиваться.

 

Тогда Джаред откашливается, смотрит прямо на Карла и говорит: «Вы же не ждете от него ответа прямо сейчас? Тут явно надо все обдумать!» Он смотрит на Дженсена, видит в его взгляде все тот же ужас, а потом оглядывается на Карла.

 

- Он услышал вас. Вы же понимаете, какое это важное решение для Дженсена?

 

- Я не… - начинает Дженсен, но запинается, и тишина снова обрушивается на всех присутствующих.

 

- Не понимаю, почему вы вмешиваетесь в то, что вас не касается, молодой человек, - Карл обращается к Джареду. И в его глазах теперь не просто обычная злость и раздражение. Джаред готов поклясться, что в его взгляде плещется самая настоящая ненависть. - Ты проблема. Ты постоянно крутишься вокруг него. Тебя всегда много. Ты как назойливая муха.

 

Дженсен резко встает и глубоко вздыхает. Он улыбается Карлу, и Джаред видит, что это искусственная улыбка, глаза у Дженсена холодные. Но Карлу достаточно и этого – он сияет.

 

- Джаред прав, - говорит Дженсен, продолжая улыбаться. - Мне действительно нужно некоторое время, чтобы все обдумать. И я определенно буду об этом думать. А прямо сейчас мне нужно вернуться домой и... да, подумать, – последние слова он произносит, подходя к двери и поворачивая ручку. Он бросает на Джареда быстрый, умоляющий взгляд. – Пора.

 

Улыбка Карла исчезает, будто ее стирают ластиком. Дженсен открывает дверь, выходя, а Джаред идет за ним с ощущением, что они только что подыграли сумасшедшему, чтобы он не превратился в опасного сумасшедшего.

 

 

Им удается сбежать в гараж и быстро пробраться к Порше. Они оба молчат, и Джаред не уверен, хочет ли он выругаться или рассмеяться. Может быть, и то, и другое. Дженсену явно сейчас не помешает пара бутылок пива. Джаред чувствует, как внутри разливается непрошеная радость из-за понимания того, что Дженсен, по-видимому, не настроен принять предложение Карла.

 

- Что ж… мальчик на содержании... уже немного лучше, чем проститутка, - говорит Джаред. – Изысканнее, я считаю.

- Ты в своем уме? - отвечает Дженсен. Он смотрит на Джареда и начинает трястись от смеха. - Ну, по крайней мере, у меня есть варианты, а? Интересные варианты.

 

- Только не торопись с решением, - говорит Джаред. Он, дурачась, легонько треплет Дженсена по щеке, а тот отбивается со смехом. – Надо было тебе еще поломаться, чтобы набить себе цену, глядишь – попал бы богачу в постель.

 

- Дженсен? - они оба оборачиваются и видят, что Карл идет к ним. Его губы кривятся в усмешке, когда он видит руку Джареда возле лица Дженсена. - Я знал, что ты попытаешься отнять его у меня. Я знал это. Все говорили, что ты просто водитель, но я знал, что у тебя на уме.

 

- Садись в машину, - говорит Джаред, не сводя глаз с Карла. Но Дженсен не двигается, и Джаред бросает на него раздраженный взгляд. - Дженсен, сядь в машину, я позабочусь об этом.

 

- Замолчи, - огрызается на него Дженсен и встает рядом. - Не нужно защищать меня, Падалеки, - он выпрямляет плечи, а потом смотрит на Карла, который все еще с ненавистью в глазах разглядывает Джареда. - Слушай, Карл, я очень польщен твоим предложением. Но я доволен тем, как обстоят дела у меня сейчас. Так что я говорю тебе «нет». Мне жаль.

 

Медленно Карл переводит взгляд на Дженсена, и Джаред отчаянно хочет задвинуть его себе за спину. Карл смотрит на Дженсена, потом качает головой и улыбается. Джаред ненавидит эту улыбку. Она заставляет его нахмуриться и внутренне напрячься.

 

- Может быть, я неправильно объяснил тебе, - говорит Карл. - Тебе не придется беспокоиться о деньгах. И больше не нужно будет с кем-то встречаться или заниматься сексом за деньги. Ты будешь в безопасности, я буду защищать и любить тебя.

 

Дженсен, не колеблясь ни секунды, отвечает: «По-прежнему нет».

 

Карл делает к ним шаг, и Джаред инстинктивно заслоняет собой Дженсена. Он поднимает руки как бы в успокаивающем жесте, но на самом деле внутренне подбирается, чтобы защитить Дженсена, если Карл вздумает нападать.

 

- Это все из-за тебя, да? – говорит Карл Джареду. - Ты пытаешься увести его у меня. Я знал, что от тебя будут проблемы, понял это в тот момент, когда впервые увидел тебя.

 

- Джаред ни при чем. Он ничего не делал, - перебивает Дженсен. - Брось, Карл, все отлично, разве не так? Нам ведь весело было вместе! - он проходит мимо Джареда и подходит к Карлу, трогая его галстук. – Давай не будем портить все хорошее.

 

Карл кладет руки Дженсену на плечи и наклоняется, чтобы поцеловать его. Дженсен позволяет ему, губами чуть касаясь его лица, а затем отодвигается.

 

Пальцы Карла беспокойно дергаются, когда он отпускает Дженсена.

 

- Давай откажемся от этой идеи? – говорит Дженсен. - Просто... оставим все как есть. Тон его голоса тихий и уговаривающий, но Джаред удивляется, почему Карл не слышит в нем фальши. И самодовольно думает, что Карл не знает Дженсена так близко, как знает его Джаред.

 

Вздохнув, Карл кивает, напряжение, повисшее в воздухе, немного спадает.

Затем Карл смотрит на Джареда вновь, сжимая губы.

 

- Но я хочу, чтобы ты не имел ничего общего с ним - заявляет он Дженсену, все еще хмурясь на Джареда. - Я не доверяю ему. И он должен помнить, что я не хочу его больше видеть.

 

- Он будет помнить, - успокаивающе говорит Дженсен. Он смотрит на Джареда, и Джаред серьезно кивает, соглашаясь. - Он только собирался отвезти меня домой, а потом…

 

- Я могу отвезти тебя домой, - перебивает его Карл.

 

- Нет, спасибо, - говорит Дженсен и подходит к Порше. Джаред стоит на месте. Дженсен открывает дверь и ослепительно улыбается Карлу.

 

Джаред слышит, как хлопает дверь со стороны Дженсена, а потом подходит, открывает переднюю дверь и ныряет за руль. Они молчат, все еще не отойдя от случившегося, наблюдая за Карлом, который стоит неподалеку от машины, несчастный и расстроенный, в тусклом, бледно-зеленом свете гаража.

 

Джаред заводит автомобиль и быстро трогается с места, наблюдая за удаляющейся фигурой Карла в зеркало заднего вида. Дженсен достает мобильный телефон и звонит Сэм.

 

- Эй, планы изменились, - говорит Дженсен. – Вычеркни Карла из списка моих клиентов. Никаких больше встреч с ним. Сделай это как можно любезнее, если сможешь. Не хочу больше заморачиваться со всем этим дерьмом.

 

Такой поворот событий очень устраивает Джареда, и он энергично кивает, но молчит. Встреч с Карлом больше не должно быть, иначе давление у Джареда будет подскакивать до небес всякий раз, когда Дженсен будет оставаться наедине с Карлом. Лучше совсем избавиться от Карла. Даже если Карлу это не понравится. От этой мысли Джаред снова начинает волноваться.

 

- Ты не думаешь, что он еще больше свихнется без еженедельных встреч? - спрашивает Джаред, когда Дженсен заканчивает звонок.

 

- Возможно, - беспечно отвечает Дженсен и жмет плечами в ответ на озабоченный взгляд Джареда. - А какие у меня еще есть варианты? Продолжать видеться с ним, хотя у него и так уже крыша съехала? Нет, гораздо лучше порвать сейчас. Спорим, что через полгода он будет думать обо мне, что я привередливая шлюха, и считать себя счастливчиком, потому что я не согласился на его предложение.

 

- Как ты это делаешь? - говорит Джаред. – Как тебе удается свести человека с ума? - он делает паузу и хмурится. – И почему это не работает на мне?

 

Дженсен смеется, коротко и печально, и качает головой.

 

- Джей, ты отказался от ведущей роли в ТВ-шоу, чтобы возить меня по городу. И ты говоришь, что это не работает?



Глава 6

Следующие несколько дней Джаред находится в состоянии полной боевой готовности, чтобы в любой момент предотвратить дальнейшие попытки Карла переубедить Дженсена. И когда он понимает, что дошел до того, что начал всерьез задумываться, не следует ли ему спать на диване в прихожей Дженсена, чтобы убедится, что Карл не попытается вломиться в дом, то решает немного притормозить и успокоиться. Тем не менее, Джаред очень рад, что им нужно уехать из города на несколько дней, даже если причина отъезда – трехдневное свидание с Фрэнком.

 

Как и в прошлый раз, он привозит Дженсена на место, где будет проходить свидание, задолго до прибытия клиента. И пока Дженсен осматривается вокруг, убеждаясь, что обстановка соответствует его стандартным требованиям, Джаред проводит ленивые два часа, развалившись у бассейна, слушая плеск воды и наблюдая причудливый танец теней от листьев на тротуарной плитке.

 

Фрэнк совсем не похож на Джеффа, Джаред терпеть не может Фрэнка и ощущает дискомфорт в его присутствии, но все же он не так плох, как некоторые клиенты Дженсена. Например, Ник Бакси, после свидания с которым Дженсен всегда берет выходной на следующий день, потому что у него все болит, а синяки не сходят еще долго. Фрэнк груб, да, но не до такой степени. Тем не менее, Джаред не питает заблуждений насчет того, что эти выходные будут…. ну хорошо, не настолько же совершенно невыносимыми, как тогда, с Джеффом.

 

Может быть, ему понадобится провести в Сан-Антонио целый месяц, чтобы восстановиться на этот раз.

 

Поздно вечером машина Фрэнка – черный Ягуар, который по мнению Джареда тысячу раз проигрывает по сравнению с прикольным грузовиком Джеффа – подъезжает к дому.

Дженсен стоит в дверном проеме, скрестив ноги, а Джаред не знает, куда себя деть. Он догадывается, что должен как-то обозначить свое присутствие, скажем, коротко поздороваться, а потом убраться куда подальше.

 

Фрэнк идет с парковки к дому, улыбается, когда замечает, что Дженсен ждет его, а потом его взгляд скользит дальше и фокусируется на Джареде. И тот чувствует, что атмосфера накаляется.

 

 

Следуя внутреннему чутью, Джаред старается держаться как можно дальше. Но, к сожалению, он все равно невольно подслушивает, потому что Фрэнку, кажется, нравится, когда Дженсен в постели громко стонет. Несколько раз Джаред выключал свой IPod и прислушивался, надеясь услышать только спокойную тишину, и как только ему казалось, что горизонт чист, внезапно раздавались хлопающие звуки, а потом высокий стон, в котором он узнавал голос Дженсена. Джаред проводит в своей комнате последние шесть часов и не имеет ни малейшего намерения выходить.

 

Но это не означает, что все остальные согласны с его планом прятаться в своем убежище.

 

Когда раздается стук в дверь, Джаред предполагает, что это, должно быть, Дженсен. Поэтому он чертовски встревожен, когда вместо этого сталкивается лицом к лицу с Фрэнком. У того на лице играет похабная ухмылка, но он, по крайней мере, одет. Джаред вопросительно поднимает бровь.

- Эй, - говорит Фрэнк. – Пойдем выпьем с нами пива.

 

Внутренний голос упрямо подсказывает Джареду настоять на том, чтобы просто попросить принести ему бутылку пива и оставить в покое. Но если Фрэнк решил вытащить его из комнаты, то Джаред полагает, что ему лучше прояснить ситуацию и покончить с этим.

 

Поэтому он идет за Фрэнком в просторную гостиную. В комнате стоят низкие кожаные диваны коричневого цвета, полированный пол устлан ковром из овечей шкуры. Дженсен стоит у окна, одетый в джинсы и тонкую черную футболку, и по напряженной линии его плеч Джаред догадывается, что перед тем, как он пришел, они с Фрэнком, должно быть, спорили о чем-то. Но Фрэнк продолжает улыбаться, и когда Дженсен поворачивается к ним, то выглядит достаточно спокойным.

 

Фрэнк передает Джареду открытую бутылку и усаживается на диван с самодовольным, царственным видом. Он протягивает руку к Дженсену, и, когда тот подходит, чтобы сесть рядом с ним, обнимает его за плечи и притягивает к себе. Джаред видит, как щеки Дженсена заливает смущенный румянец и замечает, что Дженсен старается не встречаться с ним глазами.

 

Джаред расценивает это как нежелание, чтобы он находился здесь, и поэтому не садится. Вместо этого он прислоняется к дверному косяку и зарывается пальцами ног в мягкий ворс ковра.

 

- Я тебе не нравлюсь, да, Джаред? - широко улыбаясь, спрашивает Фрэнк.

 

- Я не тот, кому ты платишь за то, чтобы нравиться. – Отвечает ему Джаред с такой же широкой улыбкой. Он видит, как Дженсен нервно сглатывает, и мышцы его горла судорожно сокращаются, но улыбка Фрэнка не меркнет.

 

Все еще улыбаясь, он мокро целует Дженсена в шею, не сводя глаз с Джареда, отводя взгляд лишь в самый последний момент. Дженсен не реагирует, хоть и отклоняет голову назад, чтобы открыть больше доступа для рта Фрэнка. Его взгляд сфокусирован на какой-то точке на дальней стене. Фрэнк скользит рукой по бедру Дженсена, удерживая, за секунду до того, как усаживает его себе на колени, подаваясь бедрами вверх, чтобы Дженсен почувствовал, как ему в задницу упирается член.

 

Это представление для Джареда, и он не может игнорировать разлившийся в животе жар. Внезапно он понимает, что хочет быть единственным, кто может трогать Дженсена так. Но он не собирается подыгрывать. Тем более что, судя по нарочито непроницаемому выражению лица Дженсена, понятно, что тот совершенно не в восторге от происходящего.

 

- Может быть, нам стоит переместиться в более уединенное место, – бормочет Дженсен, и его слова становятся неразборчивыми, когда он поворачивается, чтобы поймать поцелуй, который Фрэнк впечатывает ему в шею.

 

- Нет, малыш, - отвечает Фрэнк. Он кладет свою огромную ручищу Дженсену на живот, прижимая его к своей груди и фиксируя в этом положении. – Видишь ли, я думал об этом. О Джареде. О том, как вы двое смотрите друг на друга. И знаешь, что я решил? - Он хватает Дженсена за запястье и тянет его руку между их раздвинутых бедер, а Дженсен машинально обхватывает его выступающий под джинсами член.

 

С губ Дженсена слетает хриплый вздох, и он по-прежнему не смотрит на Джареда. А тот понимает, что должен просто встать и уйти, но не может, потому что Дженсен сейчас так чертовски красив, когда разложен и выставлен напоказ специально для Джареда.

 

Взгляд Фрэнка прикован к Джареду даже тогда, когда он прижимает губы к уху Дженсена и шепчет ему низким, рычащим голосом.

– Я хочу, чтобы он увидел, как тебя трахают, малыш. Хочу показать ему, какая ты на самом деле грязная шлюха. Хочу видеть его лицо, когда он будет смотреть, как твою развратную похотливую дырку растягивает член. Чтобы он увидел, насколько ты любишь, когда тебе присовывают в задницу, как ты умоляешь меня о том, чтобы я тебя хорошенько оттрахал.

 

Комната плывет перед глазами, и Джаред моргает, чтобы придти в себя. Его щеки полыхают огнем, во рту пересохло. И становится только хуже, когда Дженсен в упор смотрит на него. Они не говорят ни слова. Джаред просто смотрит на него, и Дженсен принимает решение.

 

- Тебе придется заплатить, - говорит Дженсен, совершенно нейтральным тоном, позволяя Фрэнку двигать себя вверх и вниз на его бедрах. – Тысячу долларов. Он только смотрит, не больше.

 

Фрэнк фыркает, и еще шире раздвигает ноги Дженсена, выставляя его напоказ.

– Пятьсот, – отвечает он, и Джаред отмечает, что ни один из них не потрудился даже взглянуть в его сторону. Очевидно, он не является частью торгов. Но он догадывается, что лучше предоставить решать все профессионалам. Он хотел бы чувствовать горечь от того, что его используют, но не может, потому что это Дженсен распят на коленях Фрэнка, как куклу, и тот лениво ласкает его, как будто играя.

 

- Тебе этого хочется, значит плати. – Говорит Дженсен. – Девять сотен. Мое последнее предложение.

 

- Договорились, - отвечает Фрэнк. А потом, когда вопрос с оплатой решен, он смотрит на Джареда, обнажая белоснежные зубы в широкой улыбке. – Я покажу тебе, что с ним надо делать. Покажу, как сильно он нуждается в том, чтобы его использовали.

 

Он расстегивает пуговицу и резко тянет молнию вниз, стягивая джинсы с узких бедер Дженсена. Тот издает голодный, развратный стон, снимая их полностью, и взгляд Джареда как магнитом притягивает к его члену, длинному и уже наполовину возбужденному. Фрэнк довольно смеется, и Джаред чувствует себя виноватым за то, что так легко поддался на его провокации. За то, что его желание настолько очевидно.

 

- Все нормально, - говорит Фрэнк. – Я и хотел, чтобы ты смотрел.

 

Он берет Дженсена за бедра и разводит их в стороны, открывая Джареду обзор. Это круче, чем в любом порно, которое тот когда-либо видел. Дженсен просто откидывается назад, глаза полуприкрыты, но он продолжает смотреть от Джареда. Фрэнк подхватывает его под ягодицы, приподнимая, и звук расстегиваемой молнии неожиданно резко нарушает тишину, которая повисла в комнате. Следом раздается шорох обертки презерватива.

 

А потом мышцы на плечах Фрэнка сокращаются, когда он дергает Дженсена на себя, и тот издает сорванный, беспомощный звук, извиваясь под его рукой, которой Фрэнк прижимает его к себе, удерживая.

 

 

И Джареду даже не нужно смотреть, чтобы понять - Фрэнк вошел в него.

 

Дженсену, кажется, нужно какое-то время, чтобы расслабиться и привыкнуть к ощущению такой внезапной и абсолютной заполненности. Он сопротивляется как-то отчаянно, бесполезно, как будто инстинктивно пытаясь освободится, но Фрэнк только усиливает хватку на его бедрах, беспощадно натягивая на себя еще сильнее. Дженсен снова стонет болезненно, жалобно, и замирает. Фрэнк чертит языком влажные линии на его горле, как будто пытается успокоить боль, в то время как сам заставляет принять весь свой член целиком.

 

 

Джареда не может удержаться на ногах. Ему нужно сесть, и он падает в кресло, едва в состоянии сидеть прямо, не говоря уже о том, чтобы оставаться в вертикальном положении.

 

- Видишь? – спрашивает Фрэнк, в упор глядя на Джареда. Хриплые нотки в его голосе выдают, что он перестает владеть собой. – Он просто знает, насколько мне это нравится. Знает, как мне нравится, когда он сопротивляется, когда он зажимается. Потому что потом я натяну его сильнее и трахну еще жестче. Он прекрасно знает, что делает.

 

Медленно, но безжалостно Фрэнк приподнимает Дженсена, и Джаред видит, как его толстый и твердый член растягивает задницу Дженсена, видит, как покраснела и припухла нежная кожа на кольце мышц. Это самое непристойное зрелище, которое когда-либо Джаред видел в своей жизни, и его собственный член уже настолько твердый, что это просто сводит его с ума.

 

- Он знает, чего я хочу, но я знаю, чего хочется ему, - продолжает Фрэнк. Он целует мочку уха Дженсена и ухмыляется. – Давай, Дженни, расскажи мне, как сильно тебе хочется отсосать этому парню. Расскажи, что ты хочешь, чтобы он сделал с тобой.

 

Когда Дженсен не отвечает, упрямо поджимая губы, Фрэнк прижимает его к своей груди и резко подкидывает бедра вверх, сильнее вбивая в него член. Дженсен издает короткий, резкий вскрик, ногтями впиваясь в предплечья Фрэнка, за которые он держится, чтобы не потерять равновесие.

 

- Расскажи мне. – Повторяет Фрэнк. – Расскажи мне, как это будет.

 

Джаред не может удержаться от того, чтобы наклониться вперед. Потому что он тоже хочет это услышать, даже больше, чем Фрэнк. И пусть это все, что он может когда-либо получить от Дженсена, ему будет достаточно, и сейчас он не может упустить ничего, ни единого слова. Воздух словно липнет к коже, и даже собственное дыхание ощущается влажным и горячим.

 

- Он попытается быть нежным, будет обращаться со мной, как с чем-то хрупким, как с драгоценностью, – отвечает, наконец, Дженсен, и его голос звучит приглушенно. Он облизывает губы, проводя языком по распухшим от поцелуев губам. – Но я хочу не так.

 

- Не так? – переспрашивает Фрэнк. Он двигает бедрами в размеренном ритме, и Дженсен двигается вверх и вниз на его члене. – Расскажи, что ты хочешь, чтобы он с тобой сделал?

 

- Хочу, чтобы он поставил меня на колени и … и я хочу, чтобы он засунул мне в рот свой член, о да, свой оренительный великолепный член, сантиметр за сантиметром, чтобы он заставил меня принять его. Хочу, чтобы он держал мое лицо в своих здоровенных ладонях и засовывал член мне в рот и толкался, толкался … пока не уткнется мне в глотку, и я не смогу принять его, потому что он такой чертовски большой и твердый, а потом, потом, я хочу, чтобы он продолжал толкаться, и мне будет больно, но он все равно заставит меня принять его до конца….

 

- Потому что ты шлюха, и он знает об этом. – Говорит Фрэнк. Он отрывисто дышит и грудь его тяжело вздымается. – Потому что он знает, что твой рот создан для отсосов, да? И он знает, что ты ни на что не годишься, кроме траха.

 

Фрэнк может говорить все, что хочет – Дженсен не обращает на него никакого внимания. Он с горящими глазами смотрит на Джареда, фиксируя все свое внимание исключительно на нем одном, пока Фрэнк продолжает вбиваться в него своим членом. Судя по взгляду, которым Дженсен смотрит на него и по вещам, которые он говорит, Джаред понимает, что тот уже не думает о Фрэнке, как будто его вообще здесь нет.

 

- Хочу отсосать ему. Хочу, чтобы он просто сломал мне челюсть, трахая мой рот. Чтобы он вжал мое лицо себе между ног и использовал меня. - С губ Дженсена срывается короткий всхлип, когда Фрэнк особенно сильно двигает бедрами, грубо врываясь в него. – Хочу ощутить вкус его спермы на своем языке, и чтобы он слизал вкус своего члена с моих губ.

 

Джаред еще никогда в жизни не был настолько возбужден. Он только привыкает к своему странному состоянию, как Дженсен говорит что-нибудь еще, и его член начинает пульсировать еще сильнее. Но что-то не позволяет Джареду прикоснуться к себе. Господи, он хочет кончить. Он бы кончил в ту же секунду, как только дотронулся до члена. Но он не хочет пересечь черту между тем, чтобы просто смотреть и тем, чтобы принимать участие. Если Дженсен неохотно согласился даже на то, чтобы он смотрел, то Джаред не хочет сделать все еще хуже.

 

Даже несмотря на то, что ему просто до смерти хочется кончить. И когда он видит, как Фрэнк обвивает пальцами член Дженсена, чтобы подрочить ему, единственное, что Джаред может сделать – это просто встать и уйти.

 

Он возвращается по коридору в свою комнату и закрывает дверь так тихо и осторожно, как только может. Затем он упирается в нее плечом, засовывает руку в штаны и судорожно кончает, три раза резко проведя рукой по члену.

 

***

 

В течение нескольких часов его никто не беспокоит. Он слышит, как они ходят по дому, слышит тихий шум их голосов, но никто не приходит к его двери. Уже вечереет, и бледно-лиловое небо усеяно рваными клочьями пепельных облаков. Джаред принимает душ, расчесывается, ложиться в постель и какое-то время бездумно пялится в потолок, а потом засыпает.

 

Он не знает, сколько времени проспал. Ему кажется, что очень долго, но когда он открывает глаза, в комнате темно, а за окном ночь. Джаред трет кулаком заспанные глаза и усаживается на кровати. Все ощущается немного нереальным, как будто он все еще спит.

 

Желудок урчит, и Джаред ощущает голодные спазмы. С тех пор, как он последний раз ел, прошло много времени, а во рту ощущается кислое послевкусие от выпитого в гостиной пива. Джаред смотрит на часы: 11:18. Он понятия не имеет, пошли ли Фрэнк и Дженсен спать или нет, но в доме, кажется, тихо, и он решает рискнуть и выбраться на кухню, чтобы найти себе что-нибудь поесть.

 

Когда он прокрадывается на кухню, ему удается найти немного холодной жареной курицы, которую он съедает в один присест. Джаред засовывает голову в холодильник, тщательно инспектируя его содержимое в поисках еще чего-нибудь съестного, когда слышит шорох за спиной.

 

Это Дженсен. Он выглядит бледным, несмотря на свой загар, но вроде бы спокоен. Он на секунду встречается с Джаредом взглядом, а потом отводит глаза в сторону – и Джаред почему-то чувствует от этого непонятное облегчение. Дженсен неловко засовывает руки в карманы и озирается.

 

- Ты прости меня…ну, за сегодняшнее. Просто он говорил об этом постоянно, и я думал, что хоть это его заткнет. Я не ожидал, что он согласится заплатить так много. - Дженсен бросает короткий, быстрый взгляд на Джареда и продолжает. – Я прослежу, чтобы Сэм перечислила эти деньги тебе.

 

Джаред кивает в ответ, хотя он совершенно не думал ни о каких о деньгах. – А где сейчас Фрэнк? – спрашивает он.

 

Дженсен кивком головы указывает на дверь.

– В постели. Спит. Он вырубается от пива на раз. Тем не менее…. - Он отступает на шаг. – Я должен вернуться к нему. - Он замолкает, а потом в упор смотрит на Джареда и спрашивает. - У нас же все нормально, да?

 

- Да, - машинально отвечает Джаред, и только потом начинает размышлять, действительно ли он так думает. Он находит в себе силы улыбнуться. – У нас все нормально.

 

Дженсен рассеянно кивает и уже поворачивается, чтобы уйти, а потом, прежде чем Джаред осознает, что происходит, опускается на колени, обвивает руками его бедра и вжимается лицом Джареду между ног. И тот чувствует, как теплые, приоткрытые губы Дженсена прижимаются к выпуклости его члена. Джареда шатает, и его рука скользит вниз, пытаясь ухватиться за стриженные бархатистые волосы на затылке Дженсена, чтобы сохранить равновесие.

 

Они замирают, и Джаред слышит, ощущает тяжелое, глубокое дыхание Дженсена на своих бедрах. Член Джареда неуклонно твердеет, Дженсен начинает скользить по нему губами, и жар его рта ощущается даже сквозь жесткую джинсовую ткань. Он чувствует, что там, где головка его члена прижимается к шву, начинает расползаться влажное пятно, и Дженсен находит ее губами, целует и посасывает, еще сильнее сжимая бедра Джареда.

 

Джаред пропускает его волосы сквозь пальцы, останавливая ладонь на затылке Дженсена.

 

- Джен, - бормочет он. – Что ты делаешь?

 

Что бы Дженсен ни ответил, это моментально вылетает у Джареда из головы, потому что в тот момент, когда Дженсен расстегивает ему ширинку и начинает скользить губами по животу, Джаред окончательно теряет способность связно мыслить. Пальцы Джареда сжимаются на затылке Дженсена, и тот неожиданно смотрит на него снизу вверх - зеленые глаза потемнели от желания, а губы влажно блестят в темноте.

 

- Ты хочешь, чтобы я остановился? – серьезно спрашивает он. – Ты должен сказать мне, если хочешь, чтобы я прекратил. - Дженсен издает нервный смешок и в его голосе звучит возбуждение. – Потому что у меня сейчас проблемы с тем, чтобы мыслить трезво.

 

- Нет, - шепчет ему Джаред. – Я не хочу, чтобы ты останавливался.

 

По телу Дженсена проходит дрожь, и он на мгновение замирает, прежде чем вернуться к своему занятию, а не просто смотреть в глаза Джареду, стоя перед ним на коленях. Затем он скользит рукой в расстегнутую ширинку Джареда и достает его член.

 

- О Господи! – стонет Дженсен, его голос хриплый и низкий, он хватает воздух открытым ртом. Какое-то время он просто рассматривает член Джареда, невесомо скользя большим пальцем по перевитому венами толстому стволу. И лишь когда Джаред находит в себе силы произнести слабое «пожалуйста», он начинает, наконец, двигаться.

 

Он обхватывает член Джареда губами, и тот скользит, тяжелый и твердый, по его языку, глубже и глубже в рот, и Дженсен сосет и лижет его. Джаред хочет напомнить ему, что тот говорил, что именно сам Джаред будет чересчур нежным. Но мозг отказывается выдавать хоть какое-то подобие связной речи, и поэтому он просто изгибается, склоняется над Дженсеном, и только его рука на плече Дженсена помогает не потерять равновесие.

 

- О Господи, - бормочет Джаред, и губы просто не слушаются его. – Джен, это просто идеально…

 

И это все, что нужно Дженсену - взять член Джареда в рот еще глубже, скользя плотно сжатыми губами по всей длине, трахая свой рот его членом так, как будто это нужно ему больше, чем воздух. Влажные, чмокающие звуки наполняют кухню, и Джаред, не в силах сдержаться, дергает бедрами, подаваясь вперед. Не переставая двигать головой между бедер Джареда, Дженсен находит его руку и крепко прижимает к своему затылку, и Джаред понимает, что ему говорят, что нужно делать. Понимает, что именно ему предлагают.

 

Джаред продолжает неглубоко трахать этот потрясающий рот, ему достаточно чувствовать, как его член скользит между горячих, влажных губ Дженсена, с каждым толчком проникая все глубже в горло. Дженсен старается взять больше, отчаянно стонет, раскрывает рот настолько широко, что рискует вывихнуть челюсть, но все равно не может принять член полностью. Он обвивает пальцами основание члена, как будто желая убедиться, что весь он находится в его распоряжении, что он не упустил ни сантиметра. Как будто заявляет свои права.

 

Джаред не собирается с этим спорить. Он просто стоит, согнувшись почти пополам, рассеянно лаская нежную кожу шеи Дженсена, поглаживая влажные от пота ключицы. Он может делать все, что только пожелает, может трахать рот Дженсена до тех пор, пока не вобьет член глубоко ему в глотку, может обкончать его чересчур красивое лицо… или может просто развернуть Дженсена, перегнуть через спинку дивана и без смазки, по одной слюне вогнать свой член глубоко в его похотливую, всегда готовую задницу.

 

Дженсен позволит ему сделать с собой все, что угодно. Все, что ему захочется.

 

От этой мысли Джареда уносит в оргазм, он чувствует, как разлетается на части, кончая, кажется, бесконечно. Из члена толчками выплескивается сперма, и Дженсен глотает, не упуская ни капли, и облизывает обмякающий член прежде чем позволяет ему выскользнуть изо рта с влажным, чмокающим звуком. И прежде, чем Джаред успевает придти в себя и перевести дыхание, Дженсен уже на ногах. Его рот выглядит припухшим – и совершненно очевидно оттраханным – и Джаред хватает его за руку, тащит за собой и зажимает в углу, прижимаясь всем телом. Он руками упирается в стену, по обе стороны от головы Дженсена, и нависает над ним.

 

В глазах Дженсена плещется что-то такое, чего Джаред никогда раньше не видел. Это не страх, больше похоже на изумление. И это выглядит настолько чертовски возвышенно, что Джаред не может оторвать глаз, не перестает смотреть, когда его губы встречаются с губами Дженсена. Это слаще, чем он себе представлял, сладко чувствовать, как губы Дженсена раскрываются, впуская его язык, сладко даже сцеловывать вкус собственной спермы с губ Дженсена.

 

Поцелуй не страстный или отчаянный. Он нежный, почти благоговейный. Что пугает еще больше. Джаред готов поспорить, что у него в глазах сейчас то же самое изумленное выражение, что и у Дженсена.

 

А потом рука Джареда скользит вниз и накрывает член Дженсена сквозь джинсы. Дженсен зарывается лицом ему в шею, и Джаред чувствует на своей коже его горячее, влажное дыхание. И Джаред обнимает его и ласкает сквозь плотную ткань, пока тот не начинает дрожать в его руках, хватая ртом воздух.

 

Отдышавшись, Дженсен кладет руки Джареду на плечи и выпрямляется. Его лицо покраснело, ресницы слиплись от слез. Джаред совершенно не имеет понятия, что ему следует сейчас сказать. Он трахал рот Дженсена, дрочил ему и поцеловал его.

 

- Я не жалею, – говорит он первое, что приходит на ум. Это звучит резко и вызывающе, но он качает головой и снова повторяет: - Не жалею.

 

Это вызывает у Дженсена хриплый смешок.

– Хорошо. Он уже поворачивается, чтобы уйти, но вдруг останавливается, и, не оглядываясь на Джареда, говорит. - Я тоже.

 

***

На следующий день Джаред все так же продолжает избегать встречи с Дженсеном и с Фрэнком. И вовсе не потому, что он не хочет видеть Дженсена, как раз наоборот, ему очень-очень сильно хочется его увидеть. Но он не осмеливается. Потому что абсолютно уверен, что просто физически не сможет скрыть своего сияющего от счастья лица при встрече с ним, выдав себя с головой.

 

Поэтому он старается позавтракать пораньше и скрыться в своей комнате. Может быть, потому что Дженсен поговорил с ним, а может и просто потому, что не хочет потратить еще девять сотен долларов, но Фрэнк не приходит искать его. Дженсен не приходит тоже, и Джаред уже начинает беспокоиться, пока не понимает, что тот не может прийти к нему без того, чтобы Фрэнк не приперся следом.

 

В полдень, пока эти двое плещутся в бассейне, Джаред совершает марш-бросок на кухню в поисках чего-нибудь съестного на обед. Он находит кусок стейка, делает себе импровизированный бутерброд, уложив его между двух кусков хлеба, и уплетает его с волчьим аппетитом, стараясь управиться побыстрее и вернуться к себе в комнату. Он понимает, что ведет себя странно, но не собирается ничего менять. Когда Фрэнк уедет, все будет по-другому. Тогда он сможет, наконец, выяснить, как обстоят дела у них с Дженсеном.

 

Джаред проводит остаток дня, считая часы до наступления завтрашнего дня.

 

 

Перед тем, как уехать, Фрэнк хватает Дженсена, притискивает к стене и жадно целует, засовывая свой язык чуть ли не в глотку. Дженсен вцепляется в него и раздвигает ноги, позволяя Фрэнку просунуть колено между своих бедер. Джаред чешет нос, раздраженно фыркает и ждет, когда же Фрэнк уедет.

 

Когда он, наконец, отпускает Дженсена, то поворачивается к Джареду и, ухмыляясь самым возмутительным образом, говорит:

- Может, в следующий раз Дженни разрешит и тебе поучаствовать, как думаешь?

 

- Ммм…возможно. – Отвечает Джаред, настолько вежливо и спокойно, как только может.

 

Они с Дженсеном стоят в дверном проеме и ждут. И вот машина Фрэнка отъезжает от дома, постепенно превращаясь в черную точку на лазурно-голубом горизонте. Они не разговаривают, даже не смотрят друг на друга, пока машина окончательно не скрывается из виду. А потом Дженсен кладет ему руку на грудь, и пальцы его задерживаются слишком долго, чтобы это можно было принять за простое поглаживание, но все же не нестолько долго, как хочется Джареду.

 

- Отвези меня домой, Джей. – Просто говорит ему Дженсен.

 

Джаред все еще чувствует отзвук этого прикосновения, когда уходит к себе в комнату и начинает собирать вещи.

 

***

 

Они возвращаются домой в уютной тишине, и Джаред чувствует удовольствие от присутствия Дженсена здесь, рядом с ним. Когда он искоса смотрит на него, то видит, что Дженсен сидит, задумчиво глядя в окно, а на губах его играет мечтательная улыбка.

 

Ничего не решено между ними. Джаред не знает, чего хочет от него Дженсен – если вообще хочет чего-либо. Он не уверен, было ли произошедшее просто единоразовым сексом, или это может повториться снова, но вполне может случиться и так, что это будет концом их отношений. Ни один из этих вариантов не является идеальным для Джареда, но он чувствует какое-то странное умиротворение, потому что никогда раньше не видел на лице Дженсена улыбки, подобной этой.

 

Когда они подъезжают к дому Дженсена, тот выходит из машины и забирает свою сумку с заднего сиденья. Он наклоняется к дверце водительского сиденья, глядя на Джареда в открытое окно. И прежде чем он успевает что-то сказать, Джаред улыбается ему, потому что просто не может сдержать улыбку, и Дженсен улыбается в ответ.

 

- До завтра, Джаред. – Говорит он.

 

Всю дорогу домой улыбка не сходит с лица Джареда. Он распаковывает свои вещи и падает на диван, прихватив с собой бутылку пива, берет телефон и звонит Чаду.

 

Когда Чад поднимает трубку, первое, что он спрашивает, это:

– Ну что, все было настолько плохо, что ты опять сбежишь к мамочке?

 

- Ну, нет, - отвечает Джаред. – Нет, совсем, совсем не плохо.

 

- О Боже, вы что, переспали? Ну, скажи, переспали? Хотя можешь не отвечать, и так понятно.

 

- Ну, не совсем, - признается Джаред.

 

Возникает пауза, и Джареду кажется, что он просто слышит как вращаются шестеренки в голове Чада.

– Что значит - не совсем? Ты что, присунул ему только наполовину? О Господи, только не говори, что кончил слишком рано! Чувак, ты же должен уметь держать себя в руках. Тебе ведь уже двадцать четыре года! Не может быть, чтобы ты перевозбудился, как подросток.

 

- Я поцеловал его. – Говорит Джаред, не желая вступать с ним в дискуссии о преждевременной эякуляции. – Ну да, он отсосал мне, я ему подрочил, и …я поцеловал его.

 

- Вот черт, - говорит Чад. – Какая же ты на самом деле девчонка. Высоченная и некрасивая, но девчонка. Потому что только для девченки поцелуй более волнующая вещь, чем минет и дрочка. Господи, я думаю, что больше не смогу с тобой дружить.

 

- О, так мы, оказывается, друзья? – Притворно удивляется Джаред. - Ты собирешься быть моим лучшим другом навсегда? Может, обменяемся браслетиками «друзья навеки» и прочее?

 

- Заткнись. – Ворчливо обрывает его Чад, и после долгого, недовольного молчания спрашивает. – Ну и как, он стоит тех денег, которые ему платят?

 

Джаред вспоминает рот Дженсена, непристойно-пухлые губы, туго обхватывавшие его член, и блаженно выдыхает.

– И даже больше. - Его телефон звонит, и Джаред проверяет и видит, что вызов от Дженсена ожидает на второй линии. – Черт, извини Чад, мне пора. - Он переключается на звонок Дженсена и говорит. – Привет. Я думал, ты будешь отсыпаться.

 

- Да что-то не спится, - отвечает Дженсен. Возникает секундная пауза, Джаред уверен, что тот в этот момент облизывает губы, и от этой мысли тепло растекается внизу живота. – Можно я приеду?

 

- Конечно! Хочешь, чтобы я заехал за тобой?

 

Дженсен смеется.

– Э-э-э, нет, спасибо, я еще не окончательно потерял навыки вождения, могу и сам. К тому же…ну, в общем, я уже прямо у тебя за дверью.

 

Джареду требуется какое-то время, чтобы осознать услышанное. Затем он поднимается с дивана, открывает дверь и смотрит на Дженсена, вопросительно подняв бровь. Тот закрывает телефон и пожимает плечами. На щеках играет смущенный румянец, под мышкой зажата упаковка пива.

 

- А что бы ты делал, если бы меня не оказалось дома? – с улыбкой спрашивает Джаред и широко открывает дверь, приглашая войти.

 

- Пил пиво и ждал, пока ты приедешь? – предлагает ответ Дженсен. Он смеется и проходит в дом, рассматривая обстановку в гостиной, и Джаред в этот момент чувствует, что безмерно благодарен своей маме за то, что учила его убирать за собой и поддерживать порядок. Ему нечего стыдится, потому что из мусора в комнате - только пустая бутылка из-под пива, да еще неровно свернутые на полу провода от приставки нарушают общий порядок, но, в целом, все вполне прилично.

 

- Я думал, может, сыграем в покер? – предлагает Дженсен. Он выуживает из кармана пиджака потрепанную колоду карт и кладет ее на стол.

 

Чувствуя себя странно, как будто упустил, Джаред согласно кивает и убирает со стола кипу журналов, освобождая пространство для игры. Он берет бутылку пива, которую Дженсен протягивает ему, и начинает перетасовывать карты, чувствуя, что Дженсен не сводит взгляд с его рук.

 

От присутствия Дженсена воздух в комнате, кажется, становится горячим, Джаред просто кожей ощущает это. Он чувствует какое-то сумасшедшее напряжение между ними, потому что знает, каково это - держать Дженсена в своих объятиях, целовать его. Но ничего из этого пока что не происходит. Они все еще находятся на нейтральной территории, не перешагнув границу между дружбой и сексом.

 

Они даже не успели закончить партию, как Дженсен неожиданно снимает футболку. Он выглядит великолепно, как и всегда, но это не мешает Джареду удивляться каждый раз, когда видит его тело. Дженсен смотрит на него, линия челюсти напряженно сжата, а пальцы замерли над пряжкой ремня.

 

- Я думал, мы играем в покер на раздевание, – говорит он в ответ на недоуменный взгляд Джареда. Слова звучат отрывисто и резко, и желудок Джареда делает сальто, когда он понимает, что Дженсен нервничает.

 

- Да, конечно, - согласно кивает Джаред, торопясь его успокоить. – Безусловно, на раздевание. Я забыл. Поэтому ты обязательно должен…раздеться. - Дженсен справляется с пряжкой ремня и расстегивает молнию на ширинке. Его джинсы скользят вниз по бедрам, и Джаред спрашивает. - Так я выиграл, да?

 

Дженсен смеется и чешет нос, забавно смутившись:

– Это ты сам мне скажи.

 

Он совершенно голый. И какое-то время Джаред просто заворожено рассматривает его, смотрит, как выделяются мускулы под загорелой, золотистой кожей. Дженсен позволяет ему разглядывать себя, беспокойно покусывая пухлую нижнюю губу, и смотрит на Джареда, как будто пытается прочесть ответ на его лице.

 

Есть что-то изысканно-возбуждающее в той откровенной честности, с которой Дженсен предлагает себя. Да, он предлагает. И только от Джареда зависит, захочет ли он взять.

 

Джаред испускает короткий вздох и протягивает к нему руку. И Дженсен подходит, садится к нему на колени и льнет, податливый и неожиданно бесстыдный. Джаред ощущает теплую тяжесть гибкого тела, и его неожиданно сильно заводит тот факт, что Дженсен у него на коленях, совершенно обнаженный, в то время как он сам полностью одет.

 

Дженсен опускает ладони на лицо Джареда, склоняется к нему и глубоко целует, дразня легкими касаниями языка, раскрывает губы, позволяя тому делать со своим ртом все, что захочется. Джаред ловит Дженсена за плечи, ощущая под пальцами теплую, обнаженную кожу, и удерживает неподвижно, пока целует, трахая его рот своим языком.

 

Когда они, наконец, прерывают поцелуй, Дженсен прикусывает припухшую нижнюю губу и склоняет голову к Джареду.

– Возможно, мне стоит заранее извиниться за то, что не смогу удержаться и буду запрыгивать на тебя в общественных местах.

 

- Я думаю, что смогу смириться с этим, - смеясь, отвечает Джаред и проводит по его пухлым губам подушечкой большого пальца. Другой рукой он гладит изгиб позвоночника Дженсена, пробегая вверх-вниз пальцами по коже, пока его рука не замирает на пояснице. – Я хочу тебя трахнуть, – говорит он, – Можно…Ты позволишь мне? Пожалуйста.

 

Он с тревогой смотрит, как Дженсен удивленно хлопает глазами, с выражением полнейшего недоумения на лице. Затем он делает глубокий вдох, смотрит на Джареда и криво улыбается.

– Чувак, я сижу на тебе с голой задницей. Похоже, что я буду против? Ну конечно, ты можешь трахнуть меня.

 

- Тогда в спальню! – говорит Джаред. – Не собираюсь трахать тебя на своем диване. Он совершенно не подходит для этого, ты не сможешь в полной мере прочувствовать, насколько я хорош.

 

Дженсен в ответ на это фыркает, но поднимается с его колен и тянет Джареда за собой. И как только тот встает, то немедленно обнимает его, потому что просто не может находится рядом с Дженсеном и не прикасаться к нему, особенно когда узнал, насколько это приятно - ощущать его в своих объятиях. К счастью, Дженсен, кажется, думает точно так же, потому что обвивает шею Джареда руками и притягивает к себе для еще одного поцелуя.

 

Они неуклюже вваливаются в спальню, сплетясь в комок тел, и пока Дженсен увлеченно вылизывает и покусывает челюсть Джареда, тот пытается найти выключатель, другой рукой оглаживая изгиб ягодиц Дженсена, позволяя пальцам скользнуть глубже, к горячей, сладкой точке.

 

Он валит Дженсена на кровать и стонет, когда тот обхватывает его бедрами, скрещивая ноги на пояснице. Его накрывает нестерпимым желанием поскорее снять одежду, это ощущается, как зуд под кожей. Он чувствует, как в живот ему упирается член Дженсена, а потом Дженсен запускает руки ему под футболку и скользит ладонями под тканью, слегка царапая ногтями кожу.

 

- Ты же знаешь, как я сходил по тебе с ума все это время? – срывающимся шепотом бормочет Дженсен, прикусывая кожу на его ключице. – Как отчаянно мне хотелось, чтобы ты трахнул меня. Просто…знаешь, все время, когда я был с клиентами, я закрывал глаза и представлял на их месте тебя. - Он ловит губы Джареда и целует его, удерживая рукой за подбородок. – Ничего общего с тем, что я представлял. Намного лучше. Намного….

 

- Могу сказать тебе то же самое,- отвечает Джаред. – Господи, дай я наконец-то сниму с себя эту проклятую одежду.

 

Он слегка отодвигается и стягивает через голову промокшую от пота футболку и уже приподнимает бедра, чтобы снять джинсы, но отвлекается на ощущение губ Дженсена на своей груди. Он настолько погружен в ощущение горячих, влажных поцелуев, которыми Дженсен чертит дорожку от солнечного сплетения вниз к животу, что совершенно не способен думать ни о чем в этот момент.

 

А потом Дженсен стонет и подкидывает свои бедра ему навстречу, и Джаред замечает, что его живот поблескивает от смазки, стекающей с каменно-твердого члена. В воздухе отчетливо ощущается запах секса, пьянящий и темный, и Джаред помнит, насколько далеко ему позволено зайти.

 

Ему хочется узнать, будет ли Дженсен стонать, когда он засунет в него свой член. Он помнит те раздраженные, разочарованные, скулящие звуки, которые Дженсен издавал, когда пытался взять его член глубоко в горло, а у него не получалось, и Джаред хочет услышать, как Дженсен будет звучать на этот раз, когда он будет его трахать.

 

Он хочет, чтобы Дженсен почувствовал, как его будет трахать, глубоко и сильно, тот, кого он сам выбрал.

 

Это неожиданный момент ясности. Помимо того, что он сам отчаянно хочет оттрахать Дженсена, такого теплого и податливого, ему хочется, чтобы Дженсен почувствовал это. Чтобы ему было хорошо.

 

- Джен, малыш, отпусти меня, - просит он и нежно целует, проводя кончиком языка по губам, и Дженсен расценивает это как обещание большего, и разжимает бедра, позволяя Джареду встать.

 

Дженсен тихо и спокойно лежит на кровати – в постели Джареда – наблюдая, как тот снимает джинсы и достает смазку и презервативы из тумбочки. Его глаза сейчас какого-то совершенно немыслимого зеленого оттенка, а губы припухшие от поцелуев и влажные. Бедра широко раздвинуты для Джареда, и тот опускается на колени между ними.

 

Джаред обхватывает его ступню ладонями, подносит к губам и целует, нежно и благоговейно. Он видит, как по телу Дженсена пробегает заметная дрожь, как сокращаются мышцы на его животе.

 

- Именно так и нужно заниматься с тобой любовью, - уверенно говорит Джаред. – Тебе нужно поклоняться, как божеству, Джен.

 

- Джаред, - беспомощно шепчет Дженсен, как будто не в силах сказать ничего больше. Это просто тихий шепот, но Джареду достаточно. Слышать, как Дженсен шепчет его имя, сходя с ума от страсти. Даже больше, чем достаточно.

 

- Позволь мне, – просит Джаред. Он накрывает его своим телом, удерживая вес на одной руке, которой упирается в кровать возле лица Дженсена, а другой рукой скользит между его ягодиц. – Позволь мне…Господи, я так долго тебя хотел. - Он трет сжатое кольцо мышц, обводя по кругу кончиком пальца, прежде чем скользит внуть и ощущает, как его палец сжимает со всех сторон горячий, тесный жар.

 

Дженсен раскидывает ноги еще шире. Одна его рука комкает простыни, а другой он хватает Джареда за затылок и тянет к себе, впиваясь в его губы безумным поцелуем. По тому, как он выгибается и извивается во время поцелуя, Джаред видит, что Дженсен уже потерял голову от одного только ощущения пальцев, которыми он раскрывает его, подготавливая для своего члена.

 

- Трахни меня, Джей, - умоляет Дженсен срывающимся от возбуждения голосом. – Я так давно хотел твой член в себя, так долго сдерживался, давай, трахни меня, ну пожалуйста.

 

- Сейчас, сейчас.

 

Ему тяжело оторваться от Дженсена, но нужно натянуть уже этот проклятый презерватив, и тогда он сможет, наконец, трахнуть его, и это…это будет идеально. Он раскатывает резинку по члену, а потом склоняется к Дженсену и накрывает его тело своим, удивляясь тому, каким маленьким кажется Дженсен, когда он под ним, раскрытый и умоляющий, так отчаянно жаждущий его члена.

 

- Я собираюсь хорошенько оттрахать твою задницу, - обещающе шепчет Джаред. – Я тебя так натяну, что ты этого никогда не забудешь.

 

С губ Дженсена скороговоркой слетает бессвязное «Пожалуйстапожалуйстапожалуйста», и Джаред страстно сминает его рот, кусает губы, а потом зализывает место укуса. Поцелуй просто сумасшедший, и Джаред чувствует просто непреодолимую потребность в том, чтобы Дженсен позволил ему взять себя.

 

- Впусти меня, - шепчет он и с силой всасывает нижнюю губу Дженсена себе в рот. – Позволь мне сделать тебе хорошо, просто позволь мне любить себя.

 

Они оба замирают. То самое слово на букуву «л» произнесено. Джаред в замешательстве, потому что он не хотел этого говорить. То есть, пока не хотел. Он чувствует, что любит Дженсена, но надеялся сказать ему об этом, когда будет уверен, что тот после признания не вычеркнет его из своей жизни, как вычеркнул Карла.

 

Но Дженсен просто хватает его плечо, выгибается ему навстречу, и целует. Он целует его ненасытно, так, как будто рот Джареда – его полноправная собственность. И останавливается, только когда Джаред отрывает его от себя, смеясь и слегка задыхаясь.

 

- Не могу больше целовать тебя. Хочу уже тебя трахнуть, - говорит он. Джаред укладывает Дженсена в удобную для себя позу, прижимая его ноги к плечам и сгибая почти пополам, так, чтобы он мог лечь сверху. Головка его члена скользит по расселине между ягодиц Дженсена. – Я просто схожу с ума от твоего рта… Боже мой, Джен, твой охренительный рот…

 

А потом он вжимается в его тело, толкается, преодолевая сопротивление мышц, пока его член не начинает скользить внутрь Дженсена, постепенно погружаясь в тугой, влажный жар. Дженсен издает высокий, потрясенный стон, и Джаред целует нежную кожу на внутренней стороне его бедра, дрожа и стараясь сдерживаться и двигаться медленнее. Но чем ближе он к тому, чтобы войти в задницу Дженсена по самые яйца, тем сложнее ему становится думать о чем-то, кроме того, чтобы сорваться и оттрахать его до умопомрачения. А потом держать, прижав собой к кровати, пока член опять не станет твердым, чтобы делать это снова и снова.

 

- Я смогу принять его, - говорит Дженсен. – Трахни меня, пожалуйста, это то, что мне нужно… Я хочу, чтобы ты трахнул меня, Джаред, пожалуйста.

 

Джаред просто не может отказать, когда его так просят. Ни в коем, черт возьми, случае. Влажными от пота руками он раздвигает ягодицы Дженсена, так, чтобы видеть, как его член погружается в податливое тело, как натягивается и блестит кожа вокруг него. Он подается бедрами назад, глядя, как его блестящий от смазки, обтянутый презервативом член сантиметр за сантиметром выскальзывает из задницы Дженсена. Затем он крепче ухватывает его за бедра и делает резкий рывок вперед, вновь погружаясь на всю глубину.

 

Дженсен просто вибрирует под ним. Все его тело напряжено, а задница рефлекторно сжимается, плотно обхватывая член. Руки лихорадочно сминают простыни, как будто он пытается хоть за что-то удержаться.

 

Что совершенно бесполезно, потому что Джаред начинает трахать его с такой силой, что тот скользит по постели с каждым толчком. И Дженсен просто принимает это. Он сложен почти пополам, задница поднята так, чтобы Джареду удобно было его трахать, а вгзляд полностью сосредоточен на лице Джареда. Зрачки Дженсена расширены, и глаза больше не зеленые, а черные, и он смотрит, как Джаред движется на нем, в нем.

 

Джаред не знает, сколько он сможет продержаться, когда Дженсен смотрит на него таким взглядом, как будто готов на все, что он ему предложит, как будто Джаред лучше него самого знает, что ему нужно, и просто не может ошибаться.

 

 

Его толчки становятся резкими и короткими, с каждым движением бедер яйца шлепаются о ягодицы Дженсена с влажным звуком, который смешивается с прерывистыми звуками их дыхания. Мозг Джареда полностью отключается. Единственное, что имеет сейчас значение, это то, что он трахает Дженсена. Они тесно прижаты друг к другу, их кожа соприкасается, влажно и горячо. Джаред на секунду сбивается с ритма, останавливаясь, чтобы снова закинуть себе на плечи колени Дженсена, которые начинают соскальзывать.

 

- О боже, Джен, как охренительно…ты просто идеальный, мне чертовски хорошо с тобой…

 

- А ты очень много материшься, - говорит Дженсен, слегка задыхаясь.

Дженсен замирает и удерживает Дженсена за бедра, совершенно завороженный тем, как Дженсен извивается, пытаясь глубже насадится на его член. Он ловит выражение лица Дженсена и смеется.

 

- Хочешь, чтобы я прекратил?, спрашивает он, обхватывая пальцами его напряженный член, видя, что в глазах у Дженсена нет ничего, кроме ослепляющей, незамутненной страсти.

- Нет, я хочу, чтобы ты засунул свой язык мне в рот.

 

Джаред тут же с готовностью сминает его губы своими, двигая кулаком по члену Дженсена в том же жестком ритме, с которым трахает его в задницу. Когда Джаред кончает, всего на секунду опережая Дженсена, оргазм накрывает его с головой, воздух сгущается вокруг горячими потоками, а мир рассыпается перед глазами на осколки. Не помня себя от наслаждения, он продолжает дрочить Дженсену, не сбиваясь с ритма, сильно скользя рукой по его члену. Джаред чувствует, что Дженсен уже просто задыхается, но все равно не может перестать целовать его, поцелуи получаются небрежными и мокрыми.

 

Дженсен кончает, заливая спермой руку Джареда и свой живот, и Джаред не сразу перестает двигать рукой, как будто не понимая, что пора остановиться. До него не сразу доходит и то, что он лежит на сложенном пополам Дженсене, навалившись на него всем своим весом. И Джаред расценивает это как комплимент своим способностям, потому что он, видимо, так хорошо оттрахал Дженсена, что тот в посторгазменной неге не замечает, что его сейчас просто раздавят. Но в планы Джареда вовсе не входит задавить Дженсена насмерть, поэтому он находит в себе силы скатиться с него.

 

Он снимает презерватив, пока Дженсен выпрямляется и потягивается с коротким вздохом, в которым явственно звучит облегчение. Теперь перед Джаредом встает вопрос - останется ли Дженсен у него на ночь или просто встанет, оденется и уйдет. Эта проблема не дает ему покоя, и Джаред не знает, что делать. Ему хочется, чтобы Дженсен остался. И Джаред не уверен в том, что попросить Дженсена об этом – хорошая идея.

 

Поэтому он решает справиться с проблемой без лишних слов и просто притягивает Дженсена к себе, закидывает ногу ему на бедро и обнимает поперек груди, окружая своим телом.

 

- Да ты любитель обнимашек, - бормочет Дженсен. – Мне следовало догадаться.

 

- Заткнись, тебе самому это нравится, - беззлобно парирует Джаред.

 

Дженсен в ответ на это только смеется, но не спорит. Он слегка ворочается, удобнее устраиваясь в его объятиях.

 

Джаред засыпает, прижимаясь губами к макушке Дженсена.

 

 

***

Когда он просыпается, первая его мысль – вчера ничего на самом деле не было, это был просто чрезвычайно яркий и реалистичный мокрый сон. Мозг Джареда настойчиво доказывает ему, что у него точно не могло быть совершенно крышесносного секса с Дженсеном. Что этого просто не могло произойти.

 

Но реальность превосходит все его ожидания, потому что Дженсен лежит здесь, в его постели, восхитительно голый, и тесно прижимается к нему. Солнечные лучи проникают сквозь неплотно прикрытые шторы, и солнечные зайчики танцуют на лице Дженсена. Он сейчас просто невозможно, невыносимо красив, и пальцы Джареда на секунду замирают в нерешительности, прежде чем погладить по щеке, наслаждаясь ощущением того, что он может прикасаться к Дженсену так, как захочется.

 

Дженсен пытается отвернуться, сонно хмурясь, но Джаред просто не может перестать его трогать, и улыбается, когда будит его, пробегая пальцами по лицу. Дженсен открывает глаза и выглядит слегка растерянным, прежде чем его взгляд не останавливается на Джареде, после чего на лице его расплывается широкая, счастливая улыбка. И если до этого у Джареда еще оставались какие-то сомнения и тревоги, то теперь они просто исчезают, растворяясь в сиянии этой улыбки.

 

- Хочешь принять душ, пока я приготовлю нам кофе? Там, в шкафу, есть чистые полотенца. – Предлагает Джаред и целует Дженсена., просто потому что ему хочется и ему можно. Поцелуй получается долгим, несмотря на кисловатый привкус утреннего дыхания. Дженсен ловит Джареда за плечо, чтобы удержать на месте, пока сам тянется к нему ближе.

 

- Ммм, - Произносит, наконец он – Кофе. Хорошая идея.

 

Джаред неохотно встает с постели и натягивает шорты. И прежде, чем выйти из комнаты, он оборачивается, всего на мгновение, просто чтобы еще раз посмотреть на Дженсена, сонного и взъерошенного, раскинувшегося на его, Джареда, постели.

 

 

После того, как они пьют кофе, не прекращая при этом обжиматься, как озабоченные подростки, Дженсен уезжает к себе, чтобы привести себя в порядок и подготовиться к сегодняшним встречам с клиентами, оставляя Джареда бесцельно слоняться долгих два с половиной часа, прежде чем они увидятся снова.

 

Джаред пытается чем-то занять себя: собирает с постели испачканные простыни и застилает свежие, убирает кофейные кружки в посудомоечную машину. Он подумывает о том, чтобы позвонить Чаду, потому что его просто распирает от счастья и хочется хоть с кем-то поделиться радостью. Но быстро отказывается от этой мысли. Звонить сейчас Чаду – плохая идея, Джаред прекрасно понимает, что из разговора ничего не получится, потому что он сейчас безнадежно одурманен любовью. И если для него самого это прекрасно, то Чад по этому поводу может расстроиться.

 

В конце концов, он просто растягивается на животе, лежа диване, и валяется там, не думая ни о чем и наслаждаясь ощущением полного удовлетворения.

 

Он приезжает Дженсену на десять минут раньше условленного времени и видит, что тот одет в строгий черный костюм. Джаред незамедлительно ощущает непреодолимое желание ухватить его за галстук и притянуть к себе для поцелуя, но вместо этого засовывает руки в карманы и улыбается ему.

 

- Так, э-э-э…Вчерашняя ночь.

 

Дженсен удивленно выгибает бровь, как будто выражая недоумение, но Джаред не принимает это всерьез, потому что видит, как тот с трудом сдерживает улыбку.

– Я, должно быть, пропустил что-то, - говорит Дженсен, старясь говорить небрежным тоном. Он бросает последний взгляд в зеркало и направляется к двери. – Потому что слишком отвлекался на твой член. Который был в моей заднице.

 

- А, так ты заметил это?

 

Дженсен с притворной застенчивостью опускает глаза, и Джареда, как кипятком, окатывает возбуждением.

– Это было довольно сложно не заметить, - отвечает Дженсен, поднимая на него взгляд. Он покусывает нижнюю губу и выглядит так, как будто хочет что-то сказать, но не может подобрать слова.

 

- Ну, так я подумал, в общем, как ты думаешь, будет нормально, если …, - начинает говорить Джаред, стараясь говорить непринужденно, но не выдерживает и выпаливает. - Если мы будем вести себя как раньше в то время, пока работаем. Я не буду, ну, знаешь, пытаться поцеловать тебя или сделать что-нибудь еще в том же духе. А когда мы будем не на работе, мы можем…

 

Он резко замолкает, не зная, что сказать дальше, но Дженсен согласно кивает, как будто его успокоили слова Джареда.

 

- Да. Отличный план, чувак. Когда мы не будет на работе, мы можем…Да.

 

Пока Джаред идет за Дженсеном к машине, он размышляет, с каких это пор он не может связать двух слов, как подросток на своем первом в жизни свидании. Все должно быть проще: они оба взрослые люди, оба знают, что делают. Дженсен, к тому же, очень дорогая проститутка, с богатым опытом, и по идее должен знать, как вести себя в подобных ситуациях.

 

За исключением того, озаряет вдруг Джареда, что дело здесь не только в сексе.

 

- Ха, - говорит он, и его пальцы на секунду замирают, прежде чем повернуть ключ в замке зажигания.

 

Он привозит Дженсена на его единственное на сегодняшний день свидание. На памяти Джареда это первый тройничок. Клиенты Дженсена, два бизнесмена, ожидают его в номере, потягивая шампанское и тихо пересмеиваясь между собой о чем-то своем. Судя по тому, что Дженсен здоровается с ними по-разному, Джаред понимает, что один из мужчин его постоянный клиент, а другой новый. Они ведут себя вежливо, цивилизованно, и Дженсен, кажется, ощущает себя комфортно в их присутствии.

 

Когда Джаред возвращается в холл, он не открывает свою книгу с судоку, как обычно это делает. Вместо этого он садится, и пытается анализировать, изменилось ли его отношение к тому, что Дженсен трахается за деньги, после того, как у них был секс, и если да, то как именно. Они теперь больше, чем просто друзья. У Джареда в голове крутится назойливая мысль, что сам-то он любит Дженсена, но предпочитает не признавать этого. А Дженсен сейчас там, трахается с двумя пожилыми мужиками, о которых он не знает ничего, кроме того, что они достаточно богаты, чтобы позволить себе купить его.

 

Ну, хорошо, Джаред готов признать, что он нервничает по этому поводу намного сильнее, чем до того, как они с Дженсеном переспали. Но это нормально, убеждает он сам себя. Ничего удивительного. Конечно же, ему не нравится, когда другие люди покупают Дженсена. Конечно же, у него проснулись собственнические чувства, конечно же, он теперь еще сильнее переживает по поводу того, как с Дженсеном обращаются. Ну, ладно, он ведь и раньше не был равнодушен ко всему этому. Поэтому, все в порядке. Он полностью отдает себе отчет в своих чувствах, а это уже немало, так ведь?

 

И Джаред не собирается все испортить.

Поэтому он находит в себе силы дружелюбно улыбнуться, как ни в чем ни бывало, когда два часа спустя Дженсен возвращается. И он не начинает ворчать, когда замечает походку Дженсена - тот слегка прихрамывает.

 

- Все прошло нормально? – спрашивает он.

 

Дженсен в ответ кивает, он выглядит слегка сбитым с толку, и Джаред склоняет голову набок, пытаясь поймать его взгляд. Когда Дженсену ничего не остается, кроме как встретится с Джаредом глазами, он натянуто улыбается.

 

- Да, все прошло отлично, - говорит он, - А теперь отвези меня домой.

 

Дженсен всю дорогу домой ведет себя непривычно тихо. Джаред весь извелся, пытаясь догадаться, о чем тот думает. Возможно, что сегодня днем, пока он был с клиентами, выступая в роли дружеского угощения, Дженсен размышлял о том, насколько странными и неудобными могут быть их отношения с Джаредом.

 

Они приезжают к Дженсену как раз в то время, когда жители пригорода возвращаются домой с работы. Час пик. Когда они выходят из машины, то видят, что сосед Дженсена тоже как раз подъехал к своему дому. Он очень похож на тех двух мужчин, которые сегодня трахали Дженсена, как будто скроен по одному с ними шаблону - респектабельный и степенный. Сосед дружелюбно машет Дженену рукой, прежде чем входит в дом под заливистый лай своей собаки, приветствующей его.

 

Возможно Дженсен думает, что его жизнь и так уже достаточно запутана. Джаред смотрит на ухоженные дома с ухоженными газонами. День уже практически перешел в вечер, тонкий и золотисто-оранжевый. Джаред ждет, что Дженсен сейчас начнет мягко и осторожно объяснять, что все между ними было ошибкой. И Джаред справится с этим, как только переживет первый горький миг отчаяния.

 

Но Дженсен склоняется к нему и шепчет: «Мы не будем трахаться в машине, Джей» прямо ему на ухо. Что все равно как-то неправильно, но это хотя бы не отказ. К тому же тон его голоса такой, что просто невозможно сопротивляться.

 

Поэтому он следует за Дженсеном в дом, он едва успевает закрыть за собой дверь, как Дженсен резко толкает его к стене, засовывая руку ему в ширинку. Джаред хватает его за запястье, задыхаясь от ощущений, которые дарят пальцы Дженсена, скользящие вверх-вниз по его члену.

 

И когда Дженсен приподнимается на цыпочках и тянется к нему за поцелуем, Джаред чувствует - что-то не так. С Дженсеном что-то не так. И Джаред мог бы просто не обратить на это внимания – потому что Дженсен способен довести его до точки кипения одной только своей ладонью – но все равно, что-то не так.

 

Сквозь короткие, рваные стоны Джаред заставляет себя сказать «нетнетнет» и отодвигает руку Дженсена за запястье. Его рука замирает, и к Джареду возвращается способность хоть как-то мыслить, а Дженсен все еще сжимает его член, а его лицо, раскрасневшееся, с совершенно безумными глазами само по себе является очень отвлекающим фактором.

 

- Что? – недовольно спрашивает Дженсен. Он все еще так близко, Джаред чувствует теплые, твердые линии его тела, так идеально совпадающие с его собственным.

 

- С тобой что-то…ты не в порядке. Ты не в порядке с тех пор, как вернулся от тех двоих. Они – они что, сделали с тобой что-то? Как-то повредили тебе? - Джаред готов убить их, если Дженсен подтвердит его опасения хоть малейшим кивком. Да, он их просто убьет.

 

Но Дженсен лишь смотрит на него, чуть нахмурившись, а потом его лицо разглаживается в улыбке. Он издает короткий смешок.

 

- Да нет, Джей, они не сделали мне ничего такого. Я просто…На самом деле, я просто чертовски устал, понимаешь? Последние пару дней были очень насыщенными, но …ну, в общем, я хотел побыть с тобой сегодня вечером. - Он краснеет и бросает на Джареда резкий взгляд, как будто ожидая, что тот начнет его подкалывать и дразнить за сказанное.

 

Джаред смотрит на него, неверяще моргая. А потом спрашивает:

- А ты что, думал, что для этого тебе обязательно заниматься со мной сексом, даже если ты с ног валишься от усталости? А тебе не приходило в голову, что я могу проводить с тобой время и держать при этом свой член при себе? - Он легко целует Дженсена в переносицу. – А тебе никто не говорил, что ты помешан на сексе?

 

- А тебе никто не говорил, что ты просто заноза в заднице? Потому что кто-то должен это сказать.

 

***

В итоге все заканчивается тем, что они лежат вдвоем в ванной. Она достаточно большая для того, чтобы вместить их обоих, и Джаред держит Дженсена в объятиях, усадив того между своих раздвинутых бедер и прижав спиной к своей груди. Он ожидает, что Дженен начнет язвить по этому поводу, смеяться над ним за то, что он настолько безнадежный романтик и все такое. Может, Дженсен и будет, но позже. Не сейчас.

 

Прямо сейчас он расслабляется в руках Джареда, и они вместе смотрят, как струйки горячего пара поднимаются над водой. В воздухе повисла безмятежная тишина, и плеск воды, когда кто-то из них шевелится, скорее подчеркивает ее, чем нарушает.

 

Джаред лениво скользит кончиками пальцев по гладкой, мокрой коже Дженсена. Он замечает, как тот следит за движением его руки из-под полуприкрытых век, и каждый раз, когда с его губ срывается вздох или удовлетворенный стон, если ему особенно сильно нравится ласка, Джаред обнаруживает, что не может сдержать улыбку.

 

Время тянется, и свет в ванной сменяется с дымчато-золотистого вечернего на ясный и холодный ночной. Вода начинает постепенно остывать, и вместо того, чтобы отпустить Дженсена, Джаред ставит ногу на кран и пальцами включает горячую воду.

 

Джаред языком скользит Дженсену в ухо, повторяя изгибы, и улыбается, когда тот пытается отвернуть голову.

 

- Перестань, - сонно бормочет Дженсен.

 

- Ты что, собрался здесь заснуть? – спрашивает Джаред. – Перестань, чувак, ты не можешь заснуть прямо в ванне.

 

Недовольно ворча и брызгаясь, Дженсен позволяет ему вытащить себя из ванны. Он становится на коврик, и вода капает с него на пол, пока Джаред бессовестно лапает его, притворяясь, будто помогает вытереться. Хорошее настроение Джареда испаряется за секунду, когда он замечает на теле Дженсена красновато-фиолетовые мазки свежих синяков, но решает не заострять сейчас на этом внимание.

 

После того, как он укладывает Дженсена в постель, Джаред ложится рядом и начинает рассматривать комнату. Он впервые в спальне Дженсена и с удивлением отмечает, что здесь, в отличие от гостиной, царит беспорядок. Одежда разбросана по всей комнате, на полу громоздятся чашки с недопитым кофе, нераспечатанные письма грудой навалены на тумбочке. Не то чтобы Джаред никогда раньше не видел такого бардака, у Чада и покруче бывает, но он и не предполагал, что Дженсен может успешно с ним конкурировать по части превращения комнаты в свинарник.

 

Ему хочется спросить, всегда ли здесь такой беспорядок или Дженсен был просто слишком уставшим, чтобы прибраться, и уже поворачивается, чтобы задать вопрос, но замечает, что Дженсен уже уснул, прижавшись к нему теплым боком. Джаред еще раз окидывает комнату, оценивая объем работ.

 

Осторожно, чтобы не разбудить Дженсена, он выбирается из постели и принимается за уборку.



Глава 7

Джаред без разрешения убрался в комнате, и Дженсен прощает его за это только через три дня. Все искренние извинения Джареда и все его обещания никогда впредь не трогать кофейные чашки и не вытирать следы, оставленные ими, Дженсен игнорирует. Он недоволен и сердит, и когда они одни, называет Джареда мамашей. Джаред прощен только после того, как Дженсен как-то без предупреждения нагнул его и оттрахал на диване. К несчастью для Дженсена, такой вид наказания так понравился Джареду, что он решает снова провиниться в чем-нибудь, чтобы его снова наказали подобным образом.

Позже, как только мозг Джареда смог нормально соображать, он развалился на кушетке рядом с Дженсеном. Дженсен не позаботился надеть трусы, и Джаред видит его обмякший член. Дженсен хмуро смотрит на пятно, которое Джаред оставил на диванной подушке после их жаркого общения, и оттирает его пальцем.

- Итак, - говорит Дженсен, вздыхая и переворачивая подушку пятном вниз, - свадьба Мел скоро, - он бросает взгляд на Джареда. – У тебя есть, с кем пойти?

 

Сдерживая улыбку, Джаред встречается с ним глазами.

– Да. Есть, с кем.

 

- Ха, - Дженсен кивает и смотрит в сторону. Мгновение он молчит, а затем снова переводит взгляд на Джареда, приподнимая бровь. - Это я, не так ли?

 

Джаред кивает, торжественно и медленно, а затем разражается смехом, уворачиваясь, когда Дженсен раздраженно пытается дать ему подзатыльник. Джаред обхватывает рукой Дженсена за шею и тянет его к себе. Дженсен подчиняется и кладет голову ему на плечо.

 

И они молчат, и становится уютно и тепло.

 

- Мне нравится, как мы разрешили наш первый спор, - через некоторое время говорит Джаред.

 

- Разозли меня еще раз, и узнаешь, каким страшным и злым я могу быть, - заявляет Дженсен.

Наступает тишина, и Джаред думает, уже не в первый раз, что он действительно должен позвонить Чаду и сказать ему, что сейчас все по-другому. Так оно и есть. Они с Дженсеном вместе, и все просто замечательно. Дженсен делает его счастливым, а он заставляет Дженсена улыбаться и не нервничать из-за всяких пустяков.

Джаред думает, что, возможно, это похоже на любовь.

- Просто... может быть… - говорит Дженсен, и Джаред начинает волноваться о том, что Дженсен опять слишком много думает. - Может быть, не будем показывать всем, что мы вместе? Потому что, ну… Сэм, она любит все усложнять.

 

Первоначальная реакция - Дженсен пытается скрыть все, потому что он стесняется Джареда или что-то подобное – исчезает при упоминании имени Сэм. Джаред даже не предполагает, как она отреагирует. Хотя все же это не касается ее гребаного бизнеса, но Джаред не хочет нарываться на неприятности.

Джаред медленно кивает:

- Да. Думаю, это хорошая мысль, – нахмурившись, он смотрит на Дженсена. – Значит ли это, что я не могу заставить тебя отсосать мне в приемной?

Дженсен нарочито серьезно обдумывает этот важный вопрос:

- Нет, но это значит, что ты не можешь злиться, если я буду делать это с другими у тебя на глазах.

- Держу пари, ты разозлишь Мэл, если сделаешь это. Особенно, если попытаешься отсосать у ее жениха. Думаю, ей это очень не понравится.

- Ты очень странно понимаешь женскую натуру, Джей.

 

***

Во вторник утром, пока Дженсен на встрече с Дэном Уильямсом, а Джаред ждет его в машине возле дома, он решает, что они с Дженсеном должны пойти на свидание.

 

- Ну, это будет что-то вроде ужина, - говорит он позже. Дженсен бросает на него быстрый взгляд и отводит глаза, рассматривая лобовое стекло.

 

- На публике?

- Мы можем взять еду на вынос и поесть в машине, если тебе стыдно появляться со мной, - предлагает Джаред.

 

- Ну да, потому что свидание с тобой подпортит мою репутацию похуже, чем секс за деньги, - Дженсен хмурится и качает головой. – Я тебя не стыжусь. Я просто хочу пойти туда, где не нужно будет беспокоиться о том, что можно встретить кого-то из моих клиентов.

- Я не собираюсь беспокоиться об этом. Если со мной будешь ты, а на столе будет еда, мне больше ничего не нужно.

- А Карл? – спрашивает Дженсен. – Ты ведь не хочешь, чтобы он увидел, как мы ужинаем вместе? Потому что он может все испортить, – он вздыхает и качает головой. - Карл был прав, знаешь. Правильно он сказал, чтобы ты не общался со мной. И хотя он сказал это по другим причинам – в его словах есть доля истины. Если кто-то увидит тебя со мной, это может повлиять на твою репутацию.

Джаред ухмыляется и заводит машину:

- Есть одна причина, по которой я думаю о Карле – это потому, что он сможет помешать мне нормально поужинать с тобой. И мне совершенно наплевать на каких-то там людей, которые увидят нас вместе, - Дженсен пытается спорить, но Джаред продолжает. - Хорошо, давай пойдем туда, куда этот мерзкий Карл даже не сунется. Брось, Джен, давай просто поужинаем. И позволь мне самому побеспокоиться обо всем.

- Не заметно, чтобы ты особо беспокоился, - говорит Дженсен, но по его голосу понятно, что он сдается.

- Вот видишь? Все будет хорошо, - радостно улыбается Джаред. – Заеду за тобой часов в восемь, ладно? – и не может удержаться, чтобы не добавить. – Оденься сексуально.

Ситуация выглядит забавной, когда они встречаются вечером. Джаред одет так, как ему кажется, надо одеться на эту встречу - джинсы, футболка и неряшливые шлепки. А Дженсен предпочел стильную черную рубашку и черные брюки, все это выглядит очень дорого и просто совершенно неприлично подчеркивает все изгибы его потрясающего тела. Кроме того, он надел очки, и Джаред находит, что они очень идут Дженсену.

 

- «У Венди», - говорит Дженсен, напряженным, ровным голосом. - Наше первое свидание... будет «У Венди», - он смотрит на Джареда, который не в состоянии остановиться и глупо ухмыляется последние десять минут. - Приятель, а почему ты решил, что это не станет нашим последним свиданием?

- Разве Карл тайный поклонник «У Венди»? Кстати, надо было позвонить и узнать у него.

 

Ухмыляясь, Джаред обнимает Дженсена за плечи, и они входят внутрь, а потом заказывают все самое жирное в меню. Несмотря на то, что Дженсен язвит и подкалывает, он выглядит довольным, и ворует картошку фри с тарелки Джареда, когда съедает все со своей. В ресторане довольно оживленно, но это не мешает им спокойно общаться, не привлекая лишнего внимания.

 

- Знаешь, если бы мне было стыдно идти с тобой на свидание, - Дженсен замолкает, откусывая большой кусок гамбургера. Джаред удивляется, как это вечно собранный и аккуратный Дженсен позволяет говорить себе с набитым ртом. Это наводит на мысль, что сейчас он расслаблен, и ему комфортно. – Так вот… если бы я тебя стеснялся, я бы дал тебе понять, что ты мне нужен только для секса. Люблю называть все своими именами и предпочитаю говорить обо всем сразу, не дожидаясь неловкостей. Если нет отношений, надо сразу сказать об этом.

 

- А у нас есть отношения?

 

Дженсен пожимает плечами и макает картошку в кетчуп. На щеках у него появляется румянец, но голос спокойный и беспечный.

- Не знаю. Ты мне скажи.

- Подожди, получается, как я скажу, так и будет, да? - Джаред оживляется, наклоняясь ближе к Дженсену. – Это касается всего? Мое слово неопровержимо? Тогда я приказываю! - он стучит соломинкой по дну его стакана. - Я заявляю - это отношения. Все, решение принято.

 

Уголки губ Дженсена изгибаются в улыбке:

- Полагаю, спорить уже бессмысленно, да?

 

После ужина, они медленно идут внизу по улице, прочь от оживленных улиц центра, и прощаться совсем не хочется. Дженсен покупает мороженое в шоколаде, а Джаред отказывается, предпочитая слизывать это самое мороженое с самого Дженсена.

И неожиданно Дженсен начинает объяснять Джареду, почем Сэм решила нанять его. По тону Дженсена ясно, что ничего особенного не случилось. И он продолжает говорить и рассказывает все Джареду о том таинственном неприятном инциденте, о котором тот слышал только мельком.

 

- Это был один парень, у меня была назначена с ним встреча, - говорит Дженсен, одновременно доедая свое мороженное. – С ним оказался еще один парень, я стал отказываться - на такую «вечеринку» я не подписывался. Но он подсыпал что-то в мой напиток, так же, как Делакруа. Забрал мой телефон. Мне удалось выйти и добраться до своего автомобиля. Но, учитывая мое состояние, вести я, конечно, не мог. Завершилось все тем, что я съехал с дороги. Провел неделю в больнице, а затем Сэм начал искать кого-то для моей охраны.

 

Дженсен взволнованно дышит, и Джаред ничего не говорит, просто кивает и обнимает его за плечи, чувствуя, как напрягаются под рукой мышцы Дженсена, но тот не закатывает глаза и не сбрасывает руку, как обычно.

Потом он отвозит Дженсена домой. Выйдя из машины, Дженсен наклоняется, глядя в окно автомобиля, блестя своими невозможными зелеными глазами, и говорит:

– Я могу пригласить тебя, но знай – на первом свидании тебе ничего не светит, - он улыбается и продолжает: - Может быть, на втором повезет.

***

Когда Джаред начинает подумывать о звонке Чаду, с Дженсеном они видятся уже почти месяц. Джаред чувствует себя немного виноватым из-за того, что совсем забыл про приятеля, но ведь и тот, случалось, забывал про Джареда, когда влюблялся в какую-нибудь девушку.

И вот Дженсен уходит на встречу с друзьями, а Джаред зовет Чада в бар и признается ему во всем.

Чад смотрит, прищурившись, недоверчиво и сердито.

 

- Месяц?

 

- Ну, что-то вроде того, - кивает Джаред.

 

- И ты говоришь мне только сейчас?

 

- Лучше поздно, чем никогда.

 

- А как насчет того, что о таких вещах, как «мой лучший друг начал тусоваться с мужиком-проституткой» надо бы рассказывать сразу? Или это не заслуживает внимания?

 

Джаред ошарашено смотрит на него и медленно делает большой глоток пива:

 

- Это не настолько заслуживает твоего внимания. И почему ты так зациклен на том, как он зарабатывает деньги?

- Из-за того, как ты зарабатываешь деньги, – Чад отвечает так быстро, будто уже думал об этом и готовил ответ заранее. Он хмурится, теребит ногтем этикетку на своей бутылке и продолжает: – Слушай, я даже не думал, что ты начнешь мутить с ним. Просто ожидалось, что ты трахнешь его и свалишь с этой гребаной работы.

 

- Почему ты такой мудак? Я думал, Дженсен тебе понравился.

 

Чад, угрюмо уставившись в одну точку, отрывает этикетку с бутылки и рвет бумагу в мелкие клочки. Джаред начинает нервничать, чувствуя, как внутри все скручивается от злости и волнения.

 

- Он нормальный. Меня не волнует он или тот факт, что он торгует своей задницей. Я просто подумал и… ты хороший парень, Джаред. Ты заслуживаешь лучшего, гораздо лучшего, чем эти отношения.

 

- А что плохого в этих отношениях?

 

Чад смотрит на него и смеется, едко и злобно.

 

- Ты зарабатываешь деньги, развозя своего парня по другим мужикам. Это как-то не совсем нормально, тебе не кажется?

 

- О, ты должен быть шутишь! Хочешь поговорить о здоровых отношениях? Чад, да для тебя здоровые отношения те, что не заканчиваются венерическими заболеваниями.

 

Чад вскакивает из-за стола, его лицо кривится от злости и покрывается красными пятнами, а руки сжимаются в кулаки.

- Думаю, если он бесплатно позволяет тебе засовывать свой член туда, где побывала половина Лос-Анджелеса, то у вас, похоже, любовь.

 

Джаред не хотел бить его. Он даже не понимает, как так выходит, что его кулак уже возле челюсти Чада, и мощный удар валит того с ног. Злость уходит, и Джаред в шоке смотрит на друга. Чад поднимает глаза, и в его взгляде ужас и что-то еще. Джаред протягивает руку, помогая Чаду встать.

 

Вышибала выставляет их за дверь, и они молчат, а Чад трогает рукой опухшую скулу и говорит:

- Я знаю тебя, Джаред. Очень хорошо знаю. Если бы это был просто секс, я бы не возражал. Но ты влюбляешься в парня, и мне кажется, все катится к чертям собачьим.

 

Джаред не сводит глаз с Чада, а тот рассматривает свой синяк в стекле витрины. Джаред думает о том, что Чад и раньше нес всякий бред, но ведь тогда Джаред никогда не бил его за это.

 

- Почему ты думаешь, что все кончится плохо? – наконец, произносит Джаред. – Я имею в виду – он хочет, и я хочу, и почему у нас не получится? Почему бы и нет…

 

Чад смотрит на него в течение долгого времени, и Джаред начинает чувствовать себя неловко под этим пристальным взглядом. Чад никогда не выглядел таким серьезным.

 

- Боже, ты такая девчонка, - Чад вздыхает. Он идет вверх по улице, и Джаред догоняет его. Это явно конец разговора, и единственное, что еще Чад говорит про Дженсена этим вечером, это «не верится просто, что ты ударил меня из-за этого засранца».

 

***

Дженсен не особенно в восторге от плана Джареда. Конечно, этот план возникает у него в тот день, когда у Дженсена две встречи днем и одна вечером, и эта идея сейчас просто не к месту. Но Джаред уверен, что если думать об этом достаточно долго, то все получится. Потому что это просто фантастический план.

 

- Футбол, - говорит он. - Мы все можем посмотреть футбол. Я приглашу Чада, а ты можешь пригласить этого музыканта, Стива, или еще кого-то. Мы будем пить пиво и ругаться и... Это будет здорово.

 

Дженсен по-прежнему не выглядит заинтересованным.

 

- Это нужно, чтобы продемонстрировать, что мы счастливая пара, не так ли? - Дженсен вздыхает и потирает лоб. - О, Боже. Именно для этого, да? Разве мы не можем завести щенка или еще что-то сделать, чтобы показать, что у нас все хорошо? Это, наверное, доставит меньше хлопот, чем наблюдать за игрой вместе с парнями.

 

- Щенка? – эхом повторяет Джаред, широко раскрыв глаза. – Правда?

 

Дженсен смотрит на него в ужасе:

 

- Ты действительно хочешь щенка?

 

Он хмурится, когда Джаред разражается смехом.

 

- Ааа, видел бы ты свое лицо! Это нечто, чувак!

 

- Еще не поздно дать тебе пинка под зад, - угрюмо замечает Дженсен. Он пожимает плечами и поднимает руки вверх, сдаваясь. - Хорошо, мы пригласим их, изобразим идеальную семейку. Только в твою сумасшедшую голову могла придти такая идея.

 

Чад воспринял идею Джареда примерно с таким же энтузиазмом, как Дженсен. А вот Стив приезжает в столь добродушном настроении, что даже странно – таким он бывает нечасто. Он приносит пиво, беседует с Джаредом, смешит Дженсена, и все расслабляются немного. А потом Чад снова становится настороженным и хмурым, и атмосфера опять накаляется.

 

- Вот, - говорит он, вручая Дженсену две бутылки текилы, - думаю, это нам поможет узнать друг друга получше. Хотя, думаю, мне понадобиться еще пара пива.

 

След от синяка до сих пор виден на его челюсти, из фиолетового став бледно-зеленым. Джаред видит, что Дженсен заметил синяк. Он задается вопросом, что будет, если Дженсен узнает, что этот синяк Чад получил из-за него. Но Дженсен ничего не спрашивает, просто кивает и берет бутылку.

 

- Это как раз то, что нужно, приятель, - говорит он, чокается своей бутылкой с Чадом, и они оба делают глоток. Дженсен смотрит на Джареда, и в его глазах неуверенность и какая-то отчаянная храбрость.

Начинается игра, и они смотрят футбол, отвлекаясь от этого неловкого разговора, и все проходит довольно гладко. В какой-то момент Чад с Дженсеном даже объединяются, чтобы порадоваться унизительному поражению Spurs в прошлом сезоне. И хотя спелись они только из-за того, что Дженсен не одобряет предпочтения Джареда в баскетболе, а Чад постоянно ведет себя как мудак, но сейчас они вместе, и Джаред рад и не ворчит на них.

Когда Джаред выходит на кухню, чтобы взять еще соленых печений, Стив идет следом и, оперевшись на дверной косяк, наблюдает за ним. Стив молчит, и Джаред не выдерживает и ухмыляется:

 

- Я так понимаю, сейчас ты скажешь мне, что если я обижу Дженсена, ты меня прикончишь, так?

 

Стив смеется и машет в ответ бутылкой.

 

- Черт, нет. Я не хочу идти по стопам Криса. Это он клянется разорвать любого, кто хотя бы косо посмотрит в сторону Дженсена, - Стив улыбается, и его улыбка такая теплая и дружеская, что Джаред даже немного удивлен. – Дженсен выглядит счастливым, и надеюсь, этот разговор ничего не испортит.

 

- О, - говорит Джаред. Он смотрит на комнату, где Чад радостно рассказывает Дженсену эпическую историю о том, как Джареду удалось порвать штаны в общественном месте. И видно, что Чад нашел благодарного слушателя. – Хорошо, - добавляет Джаред, обращаясь к Стиву.

 

Джаред берет тарелку с печеньями и возвращается обратно, Стив идет за ним, неся в руках бутылки с пивом. Когда Джаред садится, он кладет руку на спинку дивана, прямо позади Дженсена, как бы не касаясь его, но одновременно очень близко, почти дотрагиваясь. Дженсен тут же откидывается назад, но с таким видом, как будто он даже не знает, что там лежит рука Джареда. Может быть, он и не знает. А может, сделал это специально. И Джаред не может выбрать, какой вариант более чудесный.

 

 

***

Дженсен не успевает спрятать фотоаппарат, прежде чем Джаред просыпается. Он все еще возится с крышкой объектива, когда Джаред открывает глаза и застает его за этим занятием. Утренний солнечный свет льется в комнату, и мятые простыни, на которых развалился Джаред, кажутся ослепительно-белыми в этом сиянии. Он облизывает губы, чувствуя чуть кисловатый привкус своего дыхания, и приподнимается на локте. Дженсен стоит в одних трусах, и фотоаппарат нелепо смотрится в его руках.

 

- Что ты делаешь? – интересуется Джаред, когда Дженсен просто смотрит на него с выражением «да, ты меня поймал» на лице.

 

Слова, кажется, выдергивают Дженсена из задумчивости, и он прячет камеру в чехол.

- Ты ведь знаешь, для чего нужны фотоаппараты, правда? – спрашивает он.

 

Джаред переворачивается на живот, прижимаясь щекой к подушке. Солнце греет спину, и приятная нега растекается по всему телу, согревая ноющие мышцы.

 

- Эй, эй, Эклз! Не уходи от ответа? Что ты фотографировал?

 

- Тебя.

Дженсен смотрит на него с вызовом, а Джаред удивленно смеется. Он вскакивает на ноги, тянется за камерой, но не слишком уж и старается ее ухватить. Он позволяет Дженсену убрать камеру подальше в шкаф, а сам прижимает его к стене и медленно скользит руками по его плечам, по бедрам.

 

- Зачем ты снимал меня? – бормочет Джаред.

 

Прежде чем Дженсен ответит - или не ответит, потому что иногда он бывает упрямым, скрытным засранцем – Джаред проводит языком влажную линию от его рта к носу, и вместо слов у Дженсен вырывается дрожащий вздох.

 

– Признавайся.

 

- Потому что ты – потрясающее зрелище.

 

Джаред самодовольно ухмыляется, а затем проталкивает колено между бедер Дженсена, чтобы тот развел ноги шире. Джаред опускает голову, чтобы прижаться к шее Дженсена, а сам скользит рукой ему в шорты. Кожа Дженсена теплая и гладкая.

 

- О… Боже, Джей… нет… у нас нет времени, - бормочет Дженсен, даже не стараясь помешать Джареду снять с него шорты. – Надо ехать.

 

- Ты сделал мою фотографию, - говорит Джаред. Его руки гладят бедра Дженсена, подушечки пальцев ощупывают тазовые косточки, будто лепят их из глины.

 

- Я делаю много разных фотографий, - отвечает Дженсен возмущенно, а сам старается прижаться еще ближе. А когда Джаред смотрит ему в глаза, Дженсен улыбается виновато.

 

- Ты никогда не говорил мне.

 

- Я и сейчас не говорю, - бормочет Дженсен и стонет, когда пальцы Джареда гладят его член. Дженсен изгибается и хрипло дышит. – Может, скажу позже.

 

- Сейчас, - требует Джаред и сжимает руку сильнее, а Дженсен начинает толкаться членом ему в кулак.

 

- Это… просто… хобби… Мне нравится фотографировать то… ох, черт… на что я люблю смотреть...

 

Джаред смеется и глядит обожающе на Дженсена, кусает ему губы, а потом Дженсен кончает, откидывая голову назад. Он хватается за плечи Джареда, и тот не понимает – хотят ли его оттолкнуть или прижать еще ближе.

 

- Хочешь трахнуть мой рот, малыш? Любишь, когда я сосу твой охренительный член, обещаю, отсосу тебе так сладко и хорошо, как тебе нравится, - шепчет Дженсен. – Обещаю.

 

- Могу я… Джен, я хочу кончить тебе на лицо… Хочу, чтобы ты был в моей сперме, развратный и только мой. Скажи, что можно… пожалуйста…

 

Дженсен только еще шире улыбается, падает на колени и прижимается лицом к бедрам Джареда. Джаред сжимает свой член, его рука еще влажная от спермы Дженсена. Это так потрясающе, он скользит по своему члену, размазывая по нему сперму, и воздух наполняется непристойными звуками. И он кончает, так быстро, как никогда раньше, и смотрит на эти покрасневшие щеки, ловит взглядом взмах темных ресниц, не может отвести глаз от этих красных, ярким пятном выделяющихся на лице, губ. Все еще тяжело дыша, Джаред размазывает свою сперму по лицу Дженсена, гладит рукой по щеке, по губам, а Дженсен вдруг берет его палец в рот и облизывает. Джаред вдруг чувствует, что в легких закончился воздух.

- Это самое охренительное зрелище, что я когда-либо видел, - шепчет Джаред, тяжело дыша.

 

***

На свадьбу Мелани они идут отдельно. Это глупо, но пока их отношения – секрет, и они смеются, как подростки. Утром Джаред и Дженсен проспали, но это не помешало им принять душ вместе. Джаред уезжает домой, чтобы переодеться, а затем, когда он готов и выезжает, он забывает дорогу и звонит Дженсену, чтобы тот объяснил, как проехать. Джаред прибывает только через полчаса после Дженсена и когда он входит в церковь, Дженсен уже сидит где-то впереди с Сэм.

 

Служба проходит идеально, и Мелани выглядит совершенно потрясающе. Жених, кажется, хороший парень, вот только мучается жутким похмельем. Его друзья выглядят примерно так же плохо.

 

Джареду не удается подойти к Дженсену, потому что какой-то пожилой родственник Мелани ловит Джареда и просит проводить его к гостям. Старик дружелюбен и забавен, но, похоже, он ошибочно принял Джареда за одного из друзей жениха и начинает подробно расспрашивать его о Бене. Джареду с пятой попытки удается объяснить, что жениха он никогда не видел, а тем временем они со стариком уже приходят туда, где проходит свадебный прием.

Он ведет старика на лужайку и с облегчением оставляет его с какой-то дамой в платье с безумными узорами. Джареду кажется, что эта дама – мать Мелани. Затем он рассматривает яркую и нарядную толпу и видит, наконец, Дженсена, который сидит рядом с Сэм. Джаред идет к ним и плюхается на стул, стоящий за их столом. Сэм ослепительно улыбается, двигает к нему тарелку с клубникой.

 

- Привет, дорогой! Я только что говорила Дженсену, что ты куда-то пропал! - она смотрит на Джареда и хмурится. – Только не говори мне, что ты тоже пришел один. Да что с вами не так, мальчики?

 

Джаред берет клубнику в рот и ест ее, неряшливо, облизываясь и шумно причмокивая.

 

- О, все не так, - говорит он, и снова тянется за клубникой. Потом смотрит на Дженсена и ухмыляется. – А как ты? У тебя что не так?

 

- Я не могу говорить об этом в присутствии дамы, - мрачно произносит Дженсен, наклоняя голову к Сэм.

 

Сэм пристально смотрит на них, а Дженсен пожимает плечами:

- Если бы я знал, что тебя это беспокоит, я бы нанял кого-нибудь сопровождать меня. Уверен, что без проблем бы нашел эскорт-сервис. В Лос-Анжелесе такие услуги в порядке вещей, не так ли?

- А мне это кажется несколько аморальным, - вмешивается Джаред. Он пытается взять еще клубники, но Сэм бьет его по пальцам ложкой.

 

- Вы хотите сказать, что ни один из вас не смог найти себе пару? – спрашивает она. - И ни один из вас не пригласил меня? Значит так: если кто спросит - вы оба пришли со мной.

Она делает глоток шампанского из бокала на длинной ножке и машет Мелани, которая с трудом передвигается в своем пышном, атласном платье цвета слоновой кости, а ее мать суетится с фатой, поправляя ее на невесте.

- Это просто какое-то гребаное безе, а не платье, - замечает Джаред.

 

Дженсен давится от смеха, а Сэм хлопает Джареда по затылку. Она хмурится, когда Джаред пытается протестовать, и говорит:

- Каждая девушка имеет право одеться как принцесса хотя бы раз в своей жизни. Мел выглядит красиво.

 

- Я не говорю, что не имеет! И чего ты ко мне придираешься? Придирайся к Дженсену, он тоже один пришел.

- И вот только поэтому, - говорит Дженсен, вставая, – я пойду к Мел и расскажу ей, что ты сейчас сказал про ее платье.

Джаред хватает его за рукав, но Дженсен вырывается, игнорируя его возмущенные вопли. Джаред откидывается на спинку стула и прожигает спину уходящего Дженсена гневным взглядом. Дженсен идет к Мел через лужайку, а Джаред чувствует на себе пристальный взгляд Сэм и смотрит на нее с усмешкой.

 

- Думаешь, Мел простит меня? - спрашивает он.

Сэм продолжает смотреть на него, и вдруг Джаред начинает подозревать, что она знает о них. Он чувствует, как предательская краска заливает его лицо, но Сэм смеется и качает головой.

 

- Джен не скажет ей, милый. Он знает, что получит пощечину только за то, что повторит чужие слова про ее платье, - она оглядывается, ища глазами Дженсена, и ухмыляется. – Только вот мне кажется, что Дженсен немного отвлекся.

Парень - высокий, спортивного телосложения, с темными до плеч волосами, весь просто гребаное совершенство – разговаривает с Дженсеном. Он взял одной рукой Дженсена под локоть, и Джаред не может остановиться и смотрит, как он трогательно нежен с Дженсеном. Они смеются и улыбаются друг другу, и Джаред не в силах отвести взгляд от этого зрелища.

 

- Это Тайлер, - говорит Сэм с теплотой в голосе. – Он немного... легкомысленный и любит покрасоваться. Но он хороший парень, - ее тон становится чуть более серьезным, когда она добавляет: - Он предложил взять Карла себе, чтобы тот прекратил домогаться Дженсена. Конечно, ему бы Карл столько не заплатил, но... Я думаю, что это благородный жест.

 

Джаред удивленно смотрит на Сэм.

 

– Тайлер? - он замолкает, облизывая губы, и продолжает: - Тайлер работает у тебя в агентстве?

 

- Конечно, - Сэм окидывает взглядом свадебную толпу и кивает удовлетворенно. - Я думаю, что большинство из агентства здесь. Это великий день для Мел, никто бы не хотел пропустить его. Мы дружная семья и заботимся друг о друге.

 

Джареду вдруг снова кажется, что она знает. И хотя они не сделали ничего плохого, и никто из клиентов не знает об их отношениях, Джаред не может понять, почему он не хочет, чтобы она знала. Но Дженсен прав: если Сэм догадается, что они встречаются, это каким-то образом все усложнит. Они скажут ей, когда будут готовы.

 

А пока пусть все останется, как есть. Он бросает взгляд на нее и точно знает, что ей что-то известно. И пока Дженсен позволяет Тайлеру флиртовать с ним, Джаред решает рискнуть и выведать, что именно.

 

Он многозначительно поигрывает бровями и говорит:

 

- У меня такое странное чувство, как будто ты что-то хочешь мне сказать.

 

Сэм молчит некоторое время. Она внимательно смотрит в вазу, выбирая клубнику. Джаред напрягается и пытается собраться, чтобы, как говорится, сохранить лицо, если сейчас Сэм скажет что-то про них.

 

- Джен рассказал мне, что случилось с Фрэнком Мерфи.

 

- О, вот как, - говорит Джаред. Сэм обеспокоенно смотрит на него. Он взволнованно дышит и трет челюсть, улыбаясь неловко. – Ах, про это.

 

- Фрэнк не имел права просить об этом, - продолжает она. - И Джен... ну, Джен тоже не должен был, - она замолкает, и ее губы неодобрительно сжимаются. Она кивает, будто ставит точку в этом разговоре. - Я сожалею, что ты оказался в такой ситуации, Джаред. В следующий раз я разрешаю тебе решительно отказать в подобных предложениях кому бы то ни было.

 

- Спасибо, - кивает Джаред. Он поворачивается, оглядываясь и ища глазами Дженсена, но его уже нет. Тайлер стоит рядом с Мелани, обнимает ее, а затем пожимает руку жениху, но Дженсена нигде не видно.

 

- Я имею в виду, - говорит Сэм, пока Джаред рассеяно слушает ее и крутит головой по сторонам в поисках Дженсена, - ты тоже часть этой семьи. И я не хочу, чтобы неприятные ситуации вроде той повлияли на ваши отношения с Дженсеном. Хотя он утверждает, что у вас все в порядке.

 

Она выделяет голосом последнюю фразу, и Джаред вдруг понимает, что она ожидает его ответа.

 

- Да, у нас все хорошо, - он спешит успокоить ее. - Я имею в виду, это было странно, но... это было и… от этого никуда не деться, так ведь?

 

Сэм с сомнением смотрит на него и кладет руку Джареду на плечо.

 

- Дорогой, если у тебя есть какие-то проблемы, ты просто приди и расскажи мне. Мы их решим, пока все не стало слишком серьезным.

 

Пока Джаред раздумывает, сочла бы Сэм серьезной проблемой то, что они с Дженсеном встречаются, Мелани подходит к столу со своим новым мужем. Она просто светится от счастья, а Бен так крепко держит ее под руку, как будто он не хочет отпускать ее даже на мгновение.

 

- Привет! Венчание прошло просто великолепно, да? - говорит она, наклоняясь, чтобы поцеловать Сэм в щеку.

 

- Поздравляю! - Джаред смотрит на Бена и пожимает ему руку.

 

- Спасибо, все так чудесно... просто восхитительно! - хрипло благодарит Бена, краснея от удовольствия. Он не может отвести глаз от Мелани, а она болтает с Сэм. Потом Бен нерешительно спрашивает у Джареда. - Ты работаешь с Мел? В агентстве?

 

Джаред, поставленный в тупик этим вопросом, украдкой смотрит на Мелани и Сэм, лихорадочно обдумывая ответ – не хотелось бы быть тем, кто расскажет новому мужу Мел о ее специфической работе. Но девушки увлечены разговором друг с другом, и Джаред понимает, что должен выпутываться сам.

 

- Я… хм… - говорит Джаред. - Э-э... Я водитель, вообще-то. В офисе не работаю.

 

- Все в порядке, - успокаивает Бен, но его щеки заливаются румянцем. - Мел сказала мне, чем занимается. У нас нет секретов.

Джаред просто кивает головой, думая о том, как много подробностей о своей работе рассказала мужу Мел.

 

- Кроме того, она познакомила меня с несколькими... э-э, ее коллегами. Я знаю Люси и… хм, Тайлера, и Дженсена, и еще Кирстен. А несколько месяцев назад познакомился с Самантой.

 

Услышав свое имя, Сэм, наконец, обращает внимание на парней. Она притягивает к себе Бена и целует его в щеку.

- Ну, я ведь должна была убедиться, что ты достаточно хорош для моей малышки, не так ли? - говорит она.

 

Телефон Джареда звонит, и он отворачивается, чтобы ответить.

 

- Ты ревнуешь, да? - спрашивает Дженсен. - Я видел, как ты смотрел на меня. Давай, чувак, признайся в этом. Ты ревнуешь.

 

Джареда накрывает горячей волной, сердце начинает колотиться сильнее. Он пытается говорить небрежно, будто позвонил кто-то посторонний по какому-то пустяку.

 

- Ты что, будешь разочарован, если я скажу, что нет?

 

- Не разбивай мне сердце! – смеется в ответ Дженсен. Он молчит, а затем продолжает: - Я видел, как ты смотрел. Все в порядке, - добавляет он успокаивающе, - Тайлер красивый парень, естественно, что ты ревнуешь.

 

- Ты свихнулся на ревности, - говорит Джаред, садясь поудобнее в своем кресле. Он смотрит на собравшихся гостей, стоящих под бледно-голубым шатром, но Дженсена нигде не видно.

 

- Похоже на то, - соглашается Дженсен самодовольно, и Джаред ухмыляется.

- И я вот думаю, зачем же ты мне звонишь?

 

- Сказать, чтобы ты не ревновал, - Дженсен говорит таким тоном, будто Джаред не понимает очевидных вещей. - И еще, для того, чтобы сообщить тебе, что я сижу на капоте твоего автомобиля и жду, чтобы мы поехали домой и трахались бы до умопомрачения.

 

Джаред бросает испуганный взгляд в сторону Сэм, будто она сможет услышать громкий стук его сердца. Но она все еще смеется и разговаривает с Мелани и Беном, и Джаред один на один с голосом Дженсена.

 

- Отличный план, - произносит Джаред равнодушно, насколько это возможно.

 

- Именно. Поехали отсюда, Джей! Я уже попрощался с Мелани за нас двоих. Мы можем уйти. Вся эта долбаная толпа сводит меня с ума. Приходи и найди меня. Кстати, мы можем спрятаться на заднем сиденье автомобиля, и я бы мог кое-что сделать для тебя.

 

- Я бы пришел, - говорит Джаред сдавленным голосом, - но... я в данный момент занят. На самом деле, он понимает, что, пока сидит, стол хотя бы скрывает впечатляющую выпуклость на его штанах.

 

- Слишком занят для минета? Чувак, ты меня обижаешь! Будешь торчать там и есть клубнику вместо того, чтобы я делал тебе минет? Если ты сейчас же не придешь, твой член может забыть про мой рот, детка!

 

Хотя по тону Дженсена понятно, что он шутит, Джаред на всякий случай возмущается. Потому что... ну, потому что вдруг Дженсен серьезно?

 

- Эй, эй! Давайте не будем сходить с ума! - говорит Джаред. – Я просто говорю…

 

- Все в порядке, дорогой? - спрашивает Сэм. Она, Мел и Бен смотрят на него, и Джаред понимает, что, наверное, слишком громко сказал последние слова. Дженсен смеется прямо в ухо.

 

- Это Сэм? О, Джей, она сидит рядом с тобой, в то время как я говорю про то, что хочу пососать твой член? Как неловко!

Джаред улыбается им извиняющейся улыбкой и осмеливается встать на ноги. Он пытается незаметно пробраться в укрытие, под тень старого дуба. Прижавшись к стволу, Джаред снова подносит телефон к уху.

 

- Знаешь, это самое странное свидание, которое когда-либо было в моей жизни, - говорит он. Даже с этого места он не видит Дженсена. Он может быть где угодно – где-то в толпе, даже в другом штате. - Как правило, на свидании люди на самом деле... разговаривают друг с другом лицом к лицу.

 

- Так гораздо интимнее, - отвечает Дженсен. Он молчит, а потом продолжает: - Это девушка, с которой ты встречался, что случилось с ней?

 

- Э-э... - этот вопрос застает Джареда врасплох. Он чешет нос и смотрит, как дети гоняются друг за другом, падают на траву, пачкая одежду зеленым, и смеются. - Э-э, мы просто хорошие друзья. Я понял, что не могу видеться с ней, когда… - Джаред пожимает плечами и решает сказать те самые слова, словно бросаясь в омут с головой. - Когда я влюблен в кого-то другого.

 

Дженсен, конечно, как-то должен отреагировать на подобные слова, но он молчит, а Джаред чувствует, что сейчас так и нужно. В этом молчании нет ничего плохого. Слова порой могут разрушить все. Поэтому молчание – это самое верное сейчас.

 

- Да, - отвечает Дженсен, наконец. - Я понял, - он молчит какое-то мгновение, прежде чем выпаливает: – Знаешь, она мне не нравилась, - он смеется, коротко и задумчиво. - Не знал ни черта о ней, единственное, что мне было известно – она встречается с тобой. И она мне очень не нравилась.

 

Джаред кивает, потом говорит: «Сейчас, думаю, она должна тебе понравиться».

 

- Думаю, что да, - соглашается Дженсен и снова смеется.

 

Дети уже давно убежали, и Джаред стоит один, под деревом, на теплом солнце, а слабый шелест листьев над головой убаюкивает и успокаивает. Неподалеку слышится смех и звон бокалов, но все звуки приглушенные и расплывчатые, и Джаред слушает, как дышит в трубку Дженсен.

 

- Ты все еще на капоте машины? – спрашивает Джаред. – Думаю, пора уезжать отсюда, заняться умопомрачительным сексом.

Дженсен кашляет.

 

- Чувак, я со всех сторон окружен маленькими детьми. Не время для такого разговора.

 

- Почувствуй себя на моем месте, когда я сидел с Сэм, - Джаред злорадно ухмыляется. Он прижимает телефон к другому уху и опускается на корточки. – Значит, сейчас не подходящее время, чтобы рассказать тебе о том, что я собираюсь сначала трахать тебя пальцами, потом языком... затем, возможно, опять пальцами, и ты будешь весь потный, растянутый, голодный. Тогда я так глубоко засуну в тебя свой член и так долго буду тебя трахать, что ты даже кричать не сможешь. Как насчет такого плана?

 

- Я тебя ненавижу. И если не появишься через пять секунд, я начинаю без тебя.

 

- Не забудь, что вокруг дети, - говорит Джаред и идет к машине.

 

***

В пятницу на следующей неделе, после последней встречи Дженсена на этот день, Джаред везет его домой и заходит вместе с ним. Дженсен принимает душ еще раз, потому что не любит, когда Джаред прикасается к нему сразу после свиданий. Джаред заказывает пиццу, поскольку ни один из них не хочет сегодня готовить.

 

Они едят пиццу, свернувшись калачиком на диване перед телевизором. Джаред злится и насмехается над сериалом для подростков, в который когда-то его не взяли, и Дженсен в утешение похлопывает Джареда по плечу и отдает оставшийся кусок пиццы.

 

- Это не твое, - говорит Дженсен. – Ты обязательно что-нибудь найдешь для себя.

 

- Хм, - задумчиво произносит Джаред, соглашаясь, что это возможно, и не отрывая глаз от экрана.

 

- Найдешь, я уверен, - говорит Дженсен более твердо. - Знаешь, может быть, тебе было бы лучше не видеть, как... ну… как я зарабатываю деньги. Это, наверное, неприятно – видеть такое каждый день.

 

- Не надо. Я останусь и буду заботиться о тебе.

 

Дженсен смеется и поворачивается к нему, подняв бровь.

 

- Джаред, со мной ничего не случится. Я не говорю, что мне не нравится, когда ты рядом, но ... - он умолкает, его улыбка исчезает, и Джаред прикасается рукой к его лицу, просто чтобы почувствовать тепло его кожи. - Иногда мне жаль, что ты видишь меня таким.

 

- Джен.

 

Дженсен убирает его руку, и Джаред чувствует себя чуть-чуть несчастным, потому что, когда Дженсен смотрит на него, то в его глазах пустота. Джаред не хочет, чтобы Дженсен так смотрел на него.

 

- Ненавижу говорить такое, но… Твой бойфренд - профессиональная шлюха, Джей.

 

- Джен?

 

Отчаянность и злость появляются в глазах Дженсена, он пожимает плечами, не слушая протестов Джареда.

- Я просто говорю, потому что думаю, что, возможно, нашим отношениям не помешало бы, если бы каждый гребаный день я не напоминал тебе об этом своими свиданиями.

 

- Дженсен!

 

Услышав этот отчаянный крик, Дженсен удивленно смотрит на Джареда. А Джареду кажется, что сейчас ничего, кроме поцелуя, не поможет. И он берет лицо Дженсена в свои ладони, гладит большим пальцем подбородок.

 

- Замолчи, - с этими словами Джаред его целует.

 

Какое-то мгновение Джареду кажется, что Дженсен оттолкнет его, и он притягивает его к себе еще ближе, обхватывая рукой за затылок. И тогда Дженсен прижимается сильнее, и в его отчаянном поцелуе столько же боли, сколько и удовольствия. И непонятно, что это - поцелуй или попытка спастись от отчаяния.

А потом Дженсен расстегивает пуговицы на рубашке Джареда, и тот думает, что сейчас это самое правильное, что они могут сделать.

 

***

Воскресное утро, и даже не 8 утра, а еще раньше, а телефон начинает трезвонить. Джаред даже не уверен, в каком месте находится телефон, потому что единственное, что его интересует в доме Дженсена – это сам Дженсен, а не его аксессуары. Дженсен – предмет первой необходимости.

 

Дженсен бормочет что-то бессвязное и пытается поудобнее устроиться на плече Джареда.

 

Джаред, наконец, находит телефон и его «Алло», сказанное в трубку, выходит невнятно и больше похоже на какое-то хрюканье.

- Дженсен, дорогой? Это ты? - это женский голос, Джаред не узнает его, и неприятный холодок разливается в груди. Он внезапно просыпается совсем, садится в кровати и хлопает Дженсена по спине, заставляя проснуться.

- Э-э, нет, извините... Не могли бы вы подождать секунду?

 

Джаред вкладывает телефон Дженсену в руку, приподнимая его голову. И съеживается, когда слышит дженсеновское:

- Мама?

 

Джаред вылезает из кровати и идет в ванную. Прежде чем дверь закрывается за ним, он слышит, как Дженсен говорит: «О, э-э... это был Джаред. Да».

 

Стоя под душем, Джаред ничего не слышит, и очень рад этому. Он тщательно моет голову, трет мочалкой тело и пытается не думать о том, что сейчас, возможно, приревновал Дженсена к его маме. Скоро завтрак, а такие мысли могут испортить аппетит.

 

Когда он возвращается в спальню, Дженсен уже поговорил. Он сидит в постели, прижав ноги к груди, разглаживая мятую простынь рукой. Джаред садится рядом с ним, и Дженсен улыбается ему бледной улыбкой.

 

- Мне очень жаль, - говорит Джаред. Он кусает губы и качает головой. - Я даже не подумал, просто взял и ответил.

 

Дженсен смотрит на него и тихо смеется:

- Приятель, ты приглашен на обед в следующий уикенд. Надеюсь, ты придешь.

 

Джаред пристально смотрит на него и понимает, что Дженсен не шутит. Он хмурится, потому что уверен - он что-то упустил, но Дженсен просто смотрит на него, улыбаясь уголками губ. Он двигается на край кровати, неуверенно потирая подбородок.

- Подожди, как много знают твои родители? - спрашивает, наконец, Джаред

 

- Ну, теперь они знают, что у меня есть парень по имени Джаред, - отвечает Дженсен, невесело улыбаясь. - И еще они знают, что я безработный актер, подрабатывающий моделью, - он поднимает голову, глядя на Джареда. – А твои родители не знают?

 

Джаред чувствует себя глупо, потому что своим родителям он пока ничего не рассказывал, но Дженсен смотрит и улыбается, и не выглядит обиженным.

- Я найду подходящий момент, чтобы рассказать им в один прекрасный день.

 

Взгляд Дженсена не отрывается от его лица, и Джаред отводит глаза. Затем Дженсен садится на кровати позади Джареда, обнимая руками его за плечи, и кладет подбородок ему на плечо, а его утренняя щетина колет Джареду кожу.

 

- Так... ты собираешься приехать? Очевидно, что не на следующей неделе, но мы могли бы взять пару выходных дней, может быть, в следующем месяце, слетать в Даллас, чтобы ты мог встретиться с моей семьей и... Понимаешь, они смирились с тем, что не дождутся от меня внуков, потому что есть еще мой брат и сестра, но я подумал, что если приглашу тебя к ним домой, то… - Джаред чувствует, как губы Дженсена прикасаются к его плечу, слышит улыбку в его голосе, – может быть, они совсем простят меня.

 

Джаред отклоняется назад и бормочет:

 

- Потому что от меня они внуков дождутся? - и прежде чем прикоснуться губами к губам Дженсена, он соглашается: - Да, я поеду знакомиться с твоими родителями.

 

***

Они занимаются организацией поездки в перерывах между встречами на следующий день. Джаред ест картофель фри и пьет молочный коктейль, а Дженсен заказывает билеты по телефону, и они обсуждают, как лучше объяснить Сэм, что они встречаются уже четыре месяца.

 

- Она чертовски разозлится, что мы не сказали ей, знаешь ли, - говорит Дженсен, утаскивая картошку фри с тарелки Джареда

 

- Да, но... - Джаред замолкает, отпивая глоток коктейля, - мы на самом деле не сделали ничего плохого. В моем контракте нет пункта о том, что я должен сообщать ей, с кем сплю.

 

Ни один из них не выглядит особенно убежденным, понимая, что Сэм будет в ярости, что они скрыли это от нее. Но они оба согласны, что пришло время сказать ей, и отступать сейчас уже поздно, потому что жизнь будет намного проще, когда не скрываешь больше свои отношения.

 

Дженсен звонит ей, чтобы сказать, что они хотят встретиться и поговорить, и Джаред даже не слушает разговор, пока не замечает, что Дженсен строчит какой-то адрес на салфетке. По его лицу видно, что слова Сэм не вызывают у него особого восторга.

 

- В чем дело? – спрашивает Джаред, как только звонок завершен.

 

Бросив мобильный телефон обратно на стол, Дженсен вздыхает и объясняет:

- Ник Бакси позвонил в офис. Хочет встретиться днем. Сэм поставила его вместо одного клиента, - он опять вздыхает, более раздраженно. - Боже, я думал, все уже закончилось на сегодня.

 

- Так откажись!

 

- Ты что, шутишь? Знаешь, сколько денег он готов заплатить? Черт, нет, - он смотрит на салфетку, а затем передает ее Джареду. - Я не знаю этот адрес. Но это не его дом. Думаю, найдем.

 

Как оказалось, по этому адресу находится шикарный дом. Даже если это не собственность Ника, именно он приветствует их, когда они въезжают в ворота.

 

Ник почему-то кажется Джареду худым и задумчивым. Хотя вроде бы и одежда на нем не висит, и сам он довольно разговорчивый парень. Может быть, что-то такое есть в его лице – эти впалые глаза, худой подбородок…

 

- Дженсен, - говорит Ник. – Прошу.

 

Другая вещь, которая выделяет Ника среди безликой толпы людей, которые регулярно платят за секс с Дженсеном - он никогда не сокращает имя Дженсена. Никогда не Джен, или Дженни, всегда Дженсен. Джаред пока еще не знает, нравится ему это или нет.

 

- Хочешь подождать где-нибудь в тени? - спрашивает Ник, глядя на Джареда. - Ты можешь посидеть в машине, если там тебе более комфортно, но так же ты можешь подождать в гостиной, если хочешь.

 

Бросив быстрый взгляд на Дженсена, Джаред вежливо улыбается и кивает головой.

- Это было бы здорово, спасибо.

 

В темной прохладе вестибюля Дженсен выглядит спокойным. Но Джаред знает его настолько хорошо, что замечает, как напряжена линия его плеч, как старательно он пытается сохранить невозмутимое выражение лица. Джареда уверен - стоит посмотреть в его глаза, скрытые сейчас за солнцезащитными очками, то можно увидеть настороженный и холодный взгляд.

 

Есть много слов, которыми Джаред может описать, что он чувствует сейчас, видя, как его Дженсена уводит чужой мужчина. Уводит, чтобы переспать с ним. В основном это тревога и ревность. Первое Джареду понятно, а за второе - отчаянно стыдно.

 

И вот Ник обнимает Дженсена за талию и уводит в другую комнату. Джаред чувствует, как эти чувства разрывают грудь. Он с трудом сдерживает себя, чтобы не броситься и не оттолкнуть Ника, не схватить Дженсена за руку, вытаскивая из комнаты.

Дверь захлопывается за ними, а Джаред по-прежнему стоит и весь пылает от гнева и ревности, и при мысли о том, в каком состоянии выйдет Дженсен после Ника, что-то скручивается в его животе тугим, болезненным узлом.

Из окна комнаты, в которую проводил его Ник, открывается потрясающий вид на ухоженный сад. Джаред пытается успокоиться и просто ждать, но у него не получается. В доме тихо, словно в нем никого нет. Джаред прислушивается. Есть в этом что-то мазохистское – слушать, как твоего парня трахает другой мужчина, но Джаред просто хочет знать, что с Дженсеном все в порядке, просто хочет быть уверенным.

 

Он ходит по всей комнате, и шаги звучат как-то приглушенно. Постепенно он привыкает к тишине дома и начинает различать отдаленные звуки голосов. Прислушиваясь, Джаред выходит в коридор. Он неслышно шагает по кафельному полу, стараясь идти на звук.

 

Это неправильно, он знает об этом. Если бы Дженсен узнал, что он подслушивал, он был бы разъярен. Джаред знает, как неправильно это, и понимает, что это одна из самых худших идей, когда-либо приходивших ему в голову, но он слишком занят в данный момент, и не в состоянии думать ни о чем. Он просто слушает, что происходит.

 

Металл дверной ручки холодит пальцы, Джаред осторожно прижимается ухом к двери, и, наконец, он может разобрать, что там происходит. Слышны слова Ника, и дыхание Дженсена, хриплое и неровное.

 

- Ты знаешь, почему шлюхи завораживают меня? - Ник говорит обычным, ровным голосом. - Это парадокс. Такие красивые... и совершенно бесполезные. И ты, Дженсен... ты идеальная шлюха.

 

Раздается какой-то шорох, и звук дыхания Дженсена резко сбивается.

 

- Я мог бы сделать так, чтобы ты исчез. И никто никогда не нашел бы даже частичку от тебя, я мог сделать это… Ты знаешь, я мог бы, не так ли? - голос Ника дрожит, и в нем вдруг проскальзывают интимные нотки. - Сколько заплатить мистеру Падалеки, чтобы он уехал без тебя? Один миллион? Два? Ты знаешь, я могу себе это позволить. А кто побежит в полицию, когда ты однажды не придешь домой? Кто из твоих клиентов признается, что был знаком со шлюхой вроде тебя? Никто из них, Дженсен. И ты это знаешь. Они будут счастливы сделать вид, что тебя никогда не существовало, потому что ты совершенно бесполезен.

 

Раздается тихий, веселый смех, прежде чем Ник говорит:

 

- Под повязкой мокро. Ты плачешь, Дженсен? Ты не хочешь умирать, не так ли? – Раздается другой шорох, громче, чем прежде, и голос Ника превращается в хриплый скрежет. – Останови меня. Ты хочешь жить? Борись! - шелест продолжается, сильнее, с рваным ритмом. - Давай, ну же! Давай, Дженсен, покажи мне, что ты заслуживаешь, чтобы жить.

 

Внезапно Джаред вспоминает, как двигаться, и он движется. В голове пусто, он просто видит дверь, распахивает ее, и перед ним мелькают обрывочные картинки - тело Дженсена скрючилось под болезненным углом, руки Ника сжимают его шею, Джаред видит черную повязку на глазах Дженсена, и взгляд почему-то цепляется за то, как сильно впивается обручальное кольцо на пальце Ника в нежную кожу горла Дженсена. Джаред подлетает к кровати, сдергивает Ника, швыряя его на пол, и начинает бить. Джаред бьет его везде, во все места, куда попадает кулаком.

Вокруг появляется много разных звуков, но Джаред думает лишь о том, чтобы еще сильнее ударить Ника. Он избивает его, вкладывая в каждый новый удар еще больше ярости. Как сквозь вату, он слышит, как кто-то (наверное, Дженсен) повторяет его имя снова и снова, он слышит, как Ник стонет и тяжело дышит. И еще он слышит какое-то звериное рычание, и с удивлением понимает, что этот звук издает он сам.

 

Когда он останавливается, костяшки его пальцев разбиты и все в крови. Ник неподвижен, а Дженсен умоляюще повторяет его имя, как замкнутый круг, как бесконечный цикл - Джаред, Боже, пожалуйста, Джаред, Джаред, будто не может вспомнить других слов.

 

Джаред падает на колени, рассеянно рассматривая тело Ника, и неловко поворачивается к постели. Дженсен отчаянно бьется на простынях, и только сейчас до Джареда доходит, насколько беспомощен был Дженсен: с повязкой на глазах, с завязанными руками. Ужасные бардово-красные отметины, оставленные пальцами Ника, пылают на горле Дженсена, и Джаред не может остановиться, неотрывно глядя на них.

 

- Эй, Джен, - говорит он. - Я здесь, детка, с тобой. Я заберу тебя.

 

Джаред снимает повязку и видит глаза Дженсена – зрачки расширены так, что зелени радужки почти не видно. Он прижимает Дженсена к груди и пытается развязать веревку на его запястьях. Его пальцы онемели и болят, но в итоге он освобождает руки Дженсена. Тихий стон срывается с губ Дженсена, когда Джаред осторожно обнимает его, и Джаред хочет прикоснуться к уродливым синякам на запястьях, погладить их, но он просто пожимает пальцы Дженсена.

 

Взгляд Дженсена падает на руки Джареда, на окровавленные костяшки пальцев. Как будто очнувшись, он широко открывает глаза, и на его лице разливается ужас.

 

- Господи, Джаред... что ты наделал?

 

На дрожащих ногах Дженсен встает и идет к Нику, со стуком падая на колени, и ощупывает его. Джаред понимает, что Дженсен в панике, его плечи тяжело вздымаются и опадают. С трудом поднявшись, Дженсен тянется за своей одеждой, а потом смотрит на Джареда.

 

- Тебе надо уходить отсюда. Иди к Сэм. Расскажи ей все, - его голос удивительно спокойный, и только тяжелое дыхание выдает волнение.

 

Когда Джаред не двигается, лицо Дженсена вспыхивает от ярости.

 

- Быстрее! Уходи отсюда!

 

- А ты?

 

- Черт побери, Джаред, я могу позаботиться о себе! - зловещее ожерелье из синяков, оставленных Ником, чуть не задушившим его до смерти, говорит об обратном, но Джаред решает промолчать. - Я постараюсь привести его в чувство. Мне нужно здесь остаться, чтобы подождать скорую помощь. Но я не могу звонить в 911, пока ты еще здесь!

 

Дженсен надевает брюки и снова падает на колени возле тела Ника. Джаред оборачивается уже возле двери, но Дженсен не смотрит на него, склонившись над лежащим человеком.



Глава 8

Джаред судорожно сжимает руки на руле, разбитые в кровь костяшки пальцев прошивает болью. Он ведет машину на автомате, даже не понимая, куда едет, и пытается хоть как-то сосредоточиться на дороге, но взгляд снова и снова возвращается к окровавленным рукам. Он смотрит, и не может понять, чьей крови на них больше – Ника или его собственной.

 

То, что он сделал, для него внове. Он никогда раньше не делал ничего подобного, у него и в мыслях такого не было. Да, он бывал зол, ему случалось драться, но это не имеет ничего общего с той удушающей яростью, с которой он впечатывал кулак в лицо Ника, с той непреодолимой потребностью бить еще и еще, пока тот не превратится в кровавое месиво. Это ужасает, но стоит ему только подумать о голосе Ника, когда тот шептал – «такой красивый и такой бесполезный» - как он снова начинает задыхаться от гнева.

 

Воспоминания о том, что он видел, мелькают перед глазами разрозненными кусками, картинки сменяют одна другую. Два обнаженных тела на постели. Дженсен, безнадежно пытающийся вырваться. Пальцы Ника, смертельной хваткой сжимающиеся на его шее. Синяки на коже. Он вспоминает звуки: задушенные хрипы, вырывавшиеся из горла Дженсена, когда тот боролся в попытках сделать хотя бы глоток воздуха.

 

Внезапно Джаред начинает жалеть, что уехал. Он облизывает губы и смотрит на поток машин за окном, жалея, что нельзя так же беззаботно просто ехать и ни о чем не думать. Он мог бы настоять на том, чтобы остаться, и будь сейчас Дженсен рядом, возможно, все не казалось бы настолько ужасно. Вместе им было бы легче.

 

Когда он приезжает в офис, то с секунду непонимающе смотрит на девушку на ресепшн. Он вспоминает, что Мэл уехала в свадебное путешествие, но никак не может вспомнить имя ее заместительницы, хотя уверен, что их представляли друг другу. У девушки голубые глаза с пушистыми, как у куклы, ресницами. Взгляд прикован к его разбитым рукам, и он неловко прячет их в карманы.

 

- Мне нужно увидеть Сэм, - говорит он.

 

Какое-то время она удивленно разглядывает его широко раскрытыми глазами, а потом набирает номер по внутренней связи. Она говорит только:

- Джаред Падалеки хочет увидеться с Вами…нет, он стоит прямо передо мной.

А потом дверь открывается, и Сэм жестом предлагает ему войти.

 

Джаред, наконец, немного расслабляется. Сэм усаживает его в кресло и просит Роз (Роз, ее зовут Роз) сварить ему кофе.

 

Она облокачивается на стол, лицом к Джареду и очень тихо спрашивает:

- Милый, а где Дженсен?

 

Джаред кивает, когда Роз протягивает ему чашку кофе и замечает, что Сэм пристально смотрит на его окровавленные кулаки.

 

- Он с Ником Бакскеем. Я…э-э-э…Я ударил его. Ника, я имею в ввиду, не Дженсена.

 

- И судя по тому, как выглядят твои руки, ты сделал это не один раз.

 

Сэм говорит мягким, теплым тоном, но Джареда это ничуть не успокаивает. Он крепче сжимает чашку с кофе, позволяя жару согреть свои разбитые руки.

 

- Ну, я ударил его пару раз. Много раз, если честно. Он причинял боль Дженсену. Держал руки на его горле и говорил о том…о том, что он может сделать так, что тот просто исчезнет.

 

- А что Дженсен? Он просил тебя о помощи? – спрашивает Сэм.

 

Джаред отрицательно качает головой.

– Он не мог. Не мог даже дышать.

 

Сэм судорожно выдыхает, выпрямляется за столом и какое-то время не смотрит на Джареда.

 

- И насколько сильно ты избил Ника, Джаред?

 

Звуки, с которыми его кулаки вминались в тело Ника, гулом отдаются в ушах Джареда. И, может, он сожалел бы о случившемся, если бы не помнил те безумные, задушенные хрипы, которые издавал Дженсен.

 

- Я не знаю, - отвечает он. – Я не думаю, что до смерти.

 

- Ты не думаешь, - глухо вторит ему Сэм. Она коротко вздыхает, затем берет телефон и набирает номер. Когда на том конце снимают трубку, она говорит. - Дженсен, это я.

 

Разговор быстрый, она не отвечает, только задает короткие вопросы, и оглушенный последними событиями мозг Джареда не в силах уловить смысл. Поэтому он просто баюкает в руках чашку кофе и ждет, пока Сэм снова переключит свое внимание на него. Разговор не занимает много времени, а потом Сэм кладет трубку, и ее взгляд вновь возвращается к Джареду.

 

- Ты его хорошенько отделал, - говорит она. – Но, судя по тому, что я услышала, он будет в порядке. По крайней мере, все еще не обратился в полицию. Нам повезло. Наверное.

 

Сэм смотрит на Джареда с абсолютно нечитаемым выражением в глазах. Она не выглядит рассерженной, обеспокоенной или еще что-то в этом роде. Какое-то время они сидят в полной тишине, и Джаред не делает попыток прервать затянувшееся молчание. Он просто хочет уйти отсюда и поехать к Дженсену.

 

- Джаред, милый, я должна спросить тебя кое о чем, - говорит Сэм, наконец. – Ты спишь с Дженсеном?

 

Джареда возмущает этот вопрос. Возмущает очень сильно, но он не отвечает. Просто смотрит на нее в ответ, сжав губы в тонкую линию. Что-то похожее на понимание мелькает на лице Сэм, и Джаред думает, что она, возможно, получила ответ на свой вопрос. Но Сэм все равно склоняется над столом к нему.

 

- Так ты его трахаешь, я права?

 

- Я люблю его! – рявкает Джаред, и лицо Сэм как-то неожиданно сминается. Она вдруг выглядит гораздо старше своих лет. Ее взгляд упирается в какую-то точку на стене, как будто ей больно смотреть на Джареда.

- И вы встречаетесь. – Это уже не вопрос, просто констатация факта. – И как давно?

 

- Четыре месяца.

 

Глаза Сэм удивленно расширяются, и она приоткрывает рот, как будто собирается что-то сказать. Но в итоге просто кивает и откидывается на спинку стула. Бледно-желтые лучи полуденного солнца проникают сквозь оконное стекло, очерчивая ее фигуру.

 

- Иди домой, Джаред. Я тебе позвоню.

 

Джаред не сдвигается с места, пока не осознает, что она сказала все, что хотела. Он не имеет ни малейшего понятия о том, где сейчас Дженсен, и понимает, что только Сэм об этом знает, но спрашивать ее – не лучшая идея. Поэтому, не имея никакого плана действий, он решает внять ее совету и поехать домой.

 

Его квартира ощущается холодной и нежилой. Слишком много его вещей прочно обосновалось в доме Дженсена, и пустые места на полках и в шкафах лишний раз напоминают, что он больше не воспринимает это место как свой дом. Джаред слоняется по квартире, как неприкаянный. Он без аппетита жует первое, что находит в холодильнике, и не может заставить себя позвонить Чаду, потому что все слишком запутанно и сложно, чтобы можно было кому-то рассказать.

 

Он просто ждет. И когда Дженсен, наконец, приходит к нему, на часах уже почти полночь. На нем джинсы и футболка, которая не скрывает свежие, багровые синяки на шее. Походка тяжелая, как будто он с трудом держится на ногах. Джаред молча позволяет ему войти, и они стоят напротив друг друга в разных концах комнаты. Похоже, все не так просто, как ожидал Джаред.

 

- Возможно, он не заявит на тебя в полицию. Сказал, что еще подумает об этом, - говорит Дженсен. Когда он смотрит на Джареда, в его глазах читается разочарование и еще что-то, чему Джаред не может подобрать точного определения. – Это были просто грязные разговорчики, Джаред. Ничего не значащий треп, но его это возбуждает. Он говорил об этом не всерьез.

 

- Ничего себе не всерьез! Да он просто…он по-настоящему угрожал тебе!

 

Дженсен еще более упрямо и дерзко качает головой.

– Ничего такого, чего он не делал раньше.

 

- Правда? Он что, и раньше пытался задушить тебя? Потому что я никогда еще не видел на тебе таких синяков, Джен.

 

Дженсен открывает рот, как будто с губ его уже готов сорваться протест, но и в итоге лишь издает короткий, гневный вздох. Джаред смотрит, как он сползает по стене и садится на пол. Он запускает пятерню в волосы, и Джаред разрывается между желанием подойти к нему и обнять, и пониманием, что ему лучше просто ждать, что же будет дальше.

 

- Ты даже не смог бы позвать на помощь, - говорит он спокойным голосом, гораздо спокойнее, чем чувствует себя на самом деле. – Он сжимал руки на твоей шее и говорил, что хочет тебя убить. Мне пришлось принять решение.

 

- И ты решил избить его до полусмерти? Мне не нужна такая помощь. Мне не нужна твоя …., - он рассержено шипит, не договаривая предложение до конца. Холодная недосказанность повисает между ними.

 

- Тебе нужно отдохнуть, - произносит Джаред, когда молчание затягивается. – Возьми хотя бы завтра выходной. Ты не можешь встречаться с клиентами, когда у тебя на шее такие синяки.

 

Дженсен вскакивает на ноги в считанные секунды, и Джаред слишком удивлен этой внезапной вспышкой ярости, чтобы как-то среагировать, когда тот встает с ним лицом к лицу.

 

- Ты что думаешь, я сам не знаю? Господи, да кручусь в этом долбанном бизнесе еще с тех пор, когда был моложе, чем ты сейчас. И не смей мне указывать, могу я встречаться с клиентами или нет.

 

Дженсена просто трясет от злости. Его щеки пылают, глаза горят зеленым огнем. Джаред просто стоит и смотрит на него. Он понимает, что безнадежно влюблен в Дженсена, а тот сейчас разбивает его сердце.

 

***

Их отношения дают трещину, и проходит совсем немного времени, как она перерастает в пропасть. Все сказано и сделано, и уже к концу следующего дня между ними все кончено.

 

Дженсен не остается на ночь, и когда Джаред утром пытается до него дозвониться, телефон отключен. Он оставляет Дженсену несколько голосовых сообщений. И когда понимает, что тот удаляет их, даже не слушая, он звонит в офис. Роз говорит ему, что Дженсен уехал на свидание с Карлом, и эта новость просто оглушает Джареда.

 

- Он позвонил рано утром, - щебечет Роз, - Сказал, что если Карл все еще хочет встретиться с ним, то он готов сегодня.

 

Может быть, это и не изощренный способ сказать ему «пошел к черту», но Джаред воспринимает все именно так. Могло быть и хуже, успокаивает он сам себя. Дженсен мог сказать ему отвезти его туда и ждать, пока сам он будет трахаться с Карлом. По крайней мере, он предпочел просто вычеркнуть Джареда из ситуации, а не унизить, заставив принимать в этом участие.

 

Он спрашивает, не говорила ли Сэм что-нибудь насчет него, и когда получает отрицательный ответ, это его не утешает, но все равно лучше, чем плохие новости. Все выглядит так, как будто Джареда решили на время отстранить, и он понимает, что должно быть, так и есть на самом деле. Он просит Роз записать его на встречу с Сэм сегодня днем.

 

- Я думаю, что мы замяли ситуацию, - говорит Сэм. – Ник Бакси не хочет устраивать разбирательства и поднимать шум. Так что, мы все уладили.

 

Не похоже, чтобы она была рада или спокойна по этому поводу. Сэм все еще недовольно хмурится всякий раз, когда ее взгляд падает на Джареда, но именно он поднимает вопрос о своем уходе.

 

- Я хочу уволиться, - говорит Джаред. – Я понимаю, что должен был предупредить заранее, но… Я не могу, вернее, я не хочу больше заниматься этим. Мне очень жаль.

 

Она смотрит на него, долго и пристально, пока не понимает, что Джаред не намерен говорит ничего больше.

 

- Ты уже говорил об этом с Дженсеном?

 

- Еще нет, - отвечает он, как будто это совершенно незначительная деталь.

 

В ответ на это она просто кивает и все.

 

***

Когда он начинает думать о том, что собирается сделать, то не может решить, поступает ли он как взрослый, рассудительный человек или пытается просто сбежать, как глупый подросток.

 

Когда Дженсен открывает ему дверь, Джаред видит, что тот готовился к выяснению отношений. Он напряженный и нервный. Синяки на шее лишь слегка поблекли, и, хотя Джаред старается не смотреть, они, как магнит, притягивают его взгляд. И когда он поднимает глаза и смотрит в лицо Дженсену, тот кривит губы, как будто одно только то, что Джаред смотрит на его синяки, уже ужасно раздражает его.

 

- Я пришел, чтобы забрать свои вещи, - говорит Джаред, стараясь не смотреть ему в глаза, потому что так легче. – Я говорил сегодня с Сэм. Она найдет кого-нибудь на мое место.

 

Лицо Дженсена выражает такое искреннее удивление, губы слегка подрагивают, и Джаред испытывает непреодолимое желание поцеловать его. Затащить в постель и трахать до тех пор, пока тот не потеряет всякую охоту спорить и ссорится. Глупое, наивное желание исправить этим сложившуюся ситуацию.

 

Но Джаред понимает, что ничего нельзя изменить.

 

- То есть, ты бросаешь меня? – уточняет Дженсен, как будто он не уверен, что правильно понял. – Джаред, я был шлюхой, когда мы встретились. Я такой, какой есть. Ты ведь не рассчитывал, что я изменюсь для тебя?

 

- Нет. Я не рассчитывал, что ты изменишься. Я просто… я не думаю, что смогу смириться с этим. Ты ведь не ожидаешь, что я буду просто стоять и смотреть, как с тобой обращаются подобным образом и притворяться, что все в порядке?

 

Он поднимается по ступенькам на второй этаж, в спальню Дженсена, и начинает доставать из шкафа свою одежду, бросая ее в сумку. Дженсен идет за ним, становится в дверях и наблюдает за сборами. На его лице отражается отчаяние пополам с неверием в происходящее.

 

- Ну, и что все это значит? – настойчиво спрашивает он. - Что-то вроде «Или ты меняешься или я ухожу»?

 

- Нет. Нет, это просто…я просто ухожу.

Когда Джаред решается бросить на него короткий взгляд через плечо, лицо Дженсена не выражает больше ничего. Там только пустота и безразличие.

 

- Хорошо, - говорит Дженсен каким-то чересчур спокойным голосом. – Убирайся. Забирай свои вещи, проваливай и никогда не возвращайся.

 

Он поворачивается и выходит из комнаты, и когда Джаред уходит, Дженсена нигде не видно.

 

***

Два месяца спустя Джаред зализывает раны в Ванкувере. Он играет Дэмиана Картрайта, загадочного и обуреваемого душевными метаниями младшего сына из богатой семьи в новом, но уже успевшем стать популярном сериале «Обряды». Джаред согласился на роль лишь потому, что это была первая подвернувшаяся возможность уехать из Лос-Анджелеса, но со временем решил, что сериал на самом деле классный. И вполне возможно станет культовым. Сценарий постоянно в работе, но основной сюжет строится вокруг сделки, которую несколько столетий назад семья заключила с каким-то загадочным богом, и последствия которой проявляются в каждом поколении. В общем, сюжет довольно интересный и, к тому же, все снято на высшем уровне.

 

График просто зверский, съемки начинаются в 5 утра и заканчиваются поздней ночью, но Джареда это вполне устраивает, потому что так у него почти не остается времени на мысли о Дженсене. Его партнеры по съемкам, в общем-то, довольно сносные, хотя молодые и пытающиеся всеми возможными путями попасть на страницы желтой прессы, а старшие предпочитают общаться между собой. В основном, он дружит с ребятами из съемочной группы, потому что те не стремятся попасть в модные ночные клубы, где вероятно, будут журналисты и камеры, а предпочитают в свободное время пропустить по бутылочке пива.

 

Том и Майк регулярно вытягивают его куда-нибудь. Даже у Майка хватает такта, чтобы не позволять разговору свернуть на тему того, что случилось у них с Дженсеном, а когда Том один раз все-таки не удержался и спросил, Джаред вежливо, но твердо отказался обсуждать это.

 

Но то, что Джаред не хочет говорить на эту тему, вовсе не означает, что он не думает об этом каждую минуту. Он знает, что должно стать легче, потому что у него уже был опыт неудавшихся отношений, так что он имеет представление о том, как это обычно происходит. Сначала чертовски больно, но со временем становится легче. За исключением того, что Джаред все еще находится на стадии «чертовски больно» и, по всей видимости, застрял там очень надолго. Каждое утро, просыпаясь, он проводит рукой по пустой постели, не понимая, почему Дженсена нет рядом, а потом вспоминает, и воспоминания отдаются тупой, ноющей болью в груди. Как будто у него вынули сердце, а на его месте осталась холодная пустота.

 

Иногда Джареду кажется, что промозглый холод Ванкувера въелся в его кости, потому что он никак не может согреться, и постоянно ловит себя на мысли, что тоскует по Лос-Анджелесу и по Дженсену. И от этого становится еще больнее.

 

 

***

Когда он встречает Чада и Сэнди в аэропорту, идет дождь. Сэнди укутана в теплый пуховик и несколько шарфов, она бросается ему на шею, и Джаред кружит ее на руках, как ребенка. Чад бросает угрюмый взгляд на тяжелое серое небо с низко висящими тучами, но расплывается в улыбке, когда Джаред подходит к нему и заключает в свои медвежьи объятия. Джаред испытывает какое-то глупое облегчение от того, что видит их обоих здесь, и всю дорогу до машины безостановочно болтает о погоде, о сегодняшних утренних съемках и о той мерзкой хрени, которой стилисты укладывают его волосы.

 

Чад заваливается на заднее сиденье, и Джаред открывает перед Сэнди дверь с пассажирской стороны, но она останавливается и кладет руку ему на плечо.

- Ты в порядке, милый? – спрашивает Сэнди, и во взгляде ее темных глаз читается беспокойство.

 

- У меня все хорошо, - отвечает он. – Честно. Просто…я еще не до конца вышел из роли Дэмиана, со всем его эмо-ангстом..

 

Сэнди смеется, смотрит на него и говорит:

- Отставить Дэмиана с его страданиями. Я приехала сюда, чтобы увидеться с тобой, а не с ним.

 

Они идут в бар, заказывают напитки и весело болтают, обмениваясь новостями, и Джаред давно уже не чувствовал себя так уютно. Он позволяет себе выпить больше, чем обычно, ведь завтра выходной и ему не нужно быть на съемках, так что все в порядке. Многое из того, о чем они рассказывают, Джаред уже слышал по телефону, но все равно интересно обсудить это еще раз – новую подружку Чада, фильм ужасов, в котором снялась Сэнди – с подробностями. Он снова смеется над шутками, которые уже слышал раньше, и просто расслабляется, наслаждаясь ощущением тепла от присутствия друзей.

 

Вечер проходит замечательно, и только когда он уже чересчур пьян, чтобы продолжать непринужденный разговор, Чад склоняется над столом к Джареду, в одной руке держа стакан с виски, а другой притягивает его к себе за воротник рубашки.

 

- Знаешь, мое предложение все еще в силе. Ты только скажи, и я надеру его проклятую задницу. - Джаред кивает и делает вид, что не заметил обеспокоенный взгляд Сэнди. Он пытается отцепить пальцы Чада от своей рубашки, но у того довольно неплохая для пьяного человека реакция, так что он не отпускает. – Серьезно, это с самого начала были ненормальные отношения. Ты не заслужил всей этой хрени.

 

- Чувак, заткнись, а?- доброжелательно советует Джаред. Он встает и поднимает Чада за собой. – Давай я отвезу тебя домой, тебе уже хватит пить, ладно?

 

Вдвоем с Сэнди им удается дотащить Чада до такси, и водитель везет их домой на предельной скорости, потому что, видимо, опасается, что тот заблюет ему весь салон. В конце концов, они заводят Чада в дом и укладывают на диване в гостиной. Он вырубается, едва касается головой подушки, а Джаред с Сэнди усаживаются на полу перед телевизором.

 

Показывают новую серию «Серафима», Джаред смотрит, стараясь не сравнивать себя с актером, который играет роль, от которой он так опрометчиво отказался. У него получается, и какое-то время он так увлечен просмотром, что не делает попыток заговорить с Сэнди. Темноту в комнате освещает только бледно-фиолетовый свет от экрана телевизора, Джаред чувствует себя очень уютно, закинув руку Сэнди на плечо, и только богатырский храп Чада нарушает идиллию.

 

А потом Сэнди поворачивается, заглядывает ему в лицо и говорит:

- Можно тебя кое о чем спросить?

 

Джаред вздыхает и снова смотрит на экран. Парень играет роль падшего ангела хорошо, но он мог бы справиться с ней лучше. Если бы согласился тогда. Сэнди высвобождается из-под его руки, и снова смотрит на него.

 

- Я понимаю, что мы вроде как должны пытаться тебя развеселить. Поэтому мы с Чадом и приехали сюда. Но милый, ты выглядишь совершенно несчастным.

 

- Нет. На самом деле, я в норме. Я просто, ну, знаешь, я играю Дэ….

 

- Не надо. Джаред, не надо мне рассказывать, что это все из-за роли Дэмиана. Если ты не хочешь говорить , это твое право, просто…просто не ври мне.

 

Джаред тяжело вздыхает и запускает пятерню в волосы. А потом пожимает плечами и решает рассказать, потому что все уже в прошлом и он не видит ни каких причин скрывать от нее.

 

- Тот парень, у которого я работал водителем там, в Лос-Анджелесе – это было очень тяжелое расставание. Он…э-э-э, он был проституткой. Очень дорогой, но…да, проституткой, и я думал, что смогу смириться с этим, - Джаред запинается на полуслове, выдавливает из себя жалкую улыбку и продолжает. – Оказалось, что не смог.

 

Вот и все, что он говорит. Это не может дать ей представления о том, насколько запутанно и сложно все было между ними с Дженсеном. Это вообще ни о чем не говорит. Недостаточно, чтобы она поняла, как сильно Джаред любил его и до сих пор любит, и насколько больно осознавать, что это все равно ничего не изменит, и о том, что ему просто невыносимо думать о Дженсене, потому что он понимает, что бросил его там одного, без защиты, и начинает просто сходить с ума от беспокойства, представляя сколько всего ужасного может с ним случиться.

 

Сэнди все еще смотрит на него, когда он решается украдкой бросить на нее взгляд. Джаред ожидает, что она будет шокирована услышанным, или попытается выяснить подробности… А может быть, просто обнимет его.

 

Но Сэнди только говорит:

- Мне жаль, что у вас ничего не вышло.

 

***

- Чувак, мы потеряли Брук. – говорит Натан. – Лед и десятисантиметровые шпильки – вещи несовместимые, так что пока мы тут с тобой разговариваем, ее как раз везут в больницу.

 

Натан - один из трех экранных братьев Джареда в «Обрядах». Он, кажется, не имеет ни малейшего представления о личном пространстве и приватности и никогда не утруждает себя хотя бы постучать, прежде чем вломиться в трейлер Джареда. Несмотря на это, Натан один из немногих, с кем Джаред отлично ладит.

 

Брук - младшая из их двух экранных сестер, блондинка, непонятно как затесавшаяся в ряды темноволосых Картрайтов, уже успевшая приобрести дурную славу своими постоянными скандалами с костюмерами и гримерами.

 

Джаред отправляет в рот остатки леденца и изумленно моргает, уставившись на Натана.

 

- С ней все в порядке?

 

- Ну, вроде да. Не плакала, по крайней мере. Материлась, как сапожник, но обошлось без слез. - Натан пожимает плечами, очевидно, совсем не обеспокоенный приключившимся с Брук несчастьем. – В любом случает, съемки на сегодня отменяются, так что мы с Маком и Джастином собираемся пойти выпить пива. И мне кажется, тебе самое время наконец-то присоединиться к нам.

 

И прежде чем Натан заканчивает говорить, Джаред уже отрицательно качает головой. Ни в коем случае. У него нет проблем с Джастином, но Мак? Мак это чересчур. Он занял третье место в списке «Самых Сексуальных Из…» в каком-то журнале около года назад, и с тех пор никак не может успокоиться, что не занял первое место. К удовлетворению Джареда, Том обошел его в этом списке. Нельзя сказать, что Мак плохой, просто он из тех парней, по сравнению с которыми Чад кажется просто образцом такта и порядочности.

 

- Да престань! – возражает Натан. – Ты рискуешь серьезно навредить своему имиджу милого, задорного щеночка, если откажешься пойти с нами. Я уже просто вижу это на первых страницах таблоидов. Все фаны будут говорить о том, что в актерском составе «Обрядов» назревает конфликт.

 

Это задумано как шутка, но в голосе Натана ощущается намек на беспокойство. Джаред знает, что Иен, их главный продюсер, уже делал несколько замечаний по поводу того, что он держится отдельно от коллектива. И меньше всего ему хочется, чтобы это стало проблемой.

 

- Хорошо, но только не надолго. – решается Джаред и тянется за пальто.

 

- У каждого свое понятие о «долго» - отвечает Натан.

 

Это была плохая идея – пойти с ними. Джаред понимает это еще до того, как Мак приканчивает первую бутылку пива. Натан и Джастин кажутся вполне довольными, позволяя Маку обсуждать все и всех, и Джареду, в общем-то, все равно, пока внимание Мака не обращается исключительно на него, и вот тут-то он полной мере осознает, насколько это была плохая идея.

 

- Ты знаешь, что Брук на тебя запала? – спрашивает Мак. Выражение его лица не то чтобы презрительное, скорее хитрое, как будто он ждет, когда же Джаред спросит, почему он так думает.

 

Джаред смеется и качает головой. –

Нет, чувак, я так не думаю

 

- О да, это совершенно точно, она на тебя запала, – подтверждает Джастин.

 

- Да, – говорит Мак. – И я слегка удивлен, что ты еще не заметил этого. Итак, в чем же тогда проблема? У тебя что, уже есть девушка? Он делает паузу, склоняя голову набок, и ухмыляется самым возмутительным образом. – Чувак, а может ты гей?

 

- Я не гей. Бисексуал. – спокойно отвечает Джаред. Он вежливо улыбается, поднимая бутылку с пивом. – Не думаю, что это будет проблемой для тебя. Он делает упор на последнем слове, достаточный для того, чтобы прочитать в этом завуалированную насмешку.

 

Мак, кажется, меньше всех удивлен. У Натана слегка отвисает челюсть, и он смеется, как будто эта новость его позабавила и озадачила одновременно. По лицу Джастина сложно прочитать, что он думает по этому поводу, но он не выглядит настроенным враждебно. А Мак просто ухмыляется.

 

- Я в твоей команде. – Он вопросительно поднимает бровь, когда Натан смеется, еще более неуверенно. – Да ладно, если моему члену нравится, ты думаешь, мне есть разница, парень это или девушка? Мне все равно. Я не собираюсь отказываться от женщин совсем, но когда тебе дрочит тот, кто, так сказать, знаком с оборудованием, в этом есть свои плюсы.

 

Джастин и Натан громко хохочут над его словами, а Мак ловит взгляд Джареда и улыбается.

 

***

- Если ты переспишь с ним, клянусь, я не поленюсь прилететь обратно в Ванкувер, чтобы надрать тебе задницу, – говорит Чад. – Совершенно очевидно, что этот чувак - козел, каких еще поискать.

 

- Да не собираюсь я спать с Маком, – возражает Джаред, зажимая телефон между ухом и плечом и переворачивает страницу сценария завтрашней серии, который держит на коленях.

 

- Не то чтобы я говорил, что ты должен соблюдать целибат, нет. Хороший секс явно пойдет тебе на пользу. – Чад фыркает и продолжает. – Мне кажется, что на Дженсене свет клином не сошелся, жизнь продолжается, и тебе пора уже задуматься о том, чтобы двигаться дальше. Я думаю, у тебя появилось много фанаток, так осчастливь какую-нибудь из них, позволив себе отсосать. Ну, для начала, начни с малого, так сказать.

 

Губы Джареда сжимаются в почти бескровную линию, и он качает головой. Это инстинктивная реакция, почти детское упрямство. Он считает про себя до десяти, пережидая, пока утихнет вспышка иррационального гнева, который он чувствует по отношению к Чаду.

 

- Хм, возможно, - это все, что он способен сказать в ответ. Джаред концентрирует все свое внимание на чтении завтрашней сцены с Брук. По сценарию, там будет много крика, и он не может решить, использует ли это как возможность выпустить пар, или все-таки постарается сдержать себя.

 

Чад вздыхает на том конце провода, понимая, что ответ Джареда означает неявный отказ. Он слишком давно знаком с Джаредом, чтобы тому удалось его обмануть, и прекрасно понимает, что на самом деле значит его «возможно». Но это работает в обе стороны, Джаред тоже слишком хорошо его знает, поэтому он отвлекается от чтения сценария, заинтригованный странным молчанием Чада.

 

- В чем дело? Да ладно, чувак, я же сказал, что не буду спать с ним. Так что еще тогда?

 

Чад ничего не говорит в ответ, и Джаред выпрямляется в кресле, роняя с колен сценарий. Листки бумаги падают и разлетаются по полу, но он не обращает внимания.

 

- Ничего.

 

- Чад!

 

- Ну ладно, я видел его! Мы случайно столкнулись.

 

Чаду не нужно уточнять, чтобы Джаред догадался, о ком именно он говорит. По его тону понятно, что он явно сожалеет, что вообще упомянул об этом. В груди у Джареда что-то сжимается, он чувствует странную дрожь внизу живота, взволнованный и обеспокоенный одновременно. И его очень нервирует тот факт, что даже косвенное упоминание о Дженсене оказывает на него такой эффект.

 

- И? Как он выглядел? С ним все в порядке?

 

- Судя по внешнему виду, у него все нормально. Он был с каким-то парнем. Я думаю, тебе нашли замену, приятель. – Чад издает короткий смешок, а потом резко обрывается. – Нет, я совсем не то имел в виду. Черт, чувак, прости.

 

- Ты имел в виду, как водителю, – говорит Джаред, удивляясь, как спокойно звучит его собственный голос.

 

- Да, – облегченно подтверждает Чад. – Здоровенный парень, реально уродливый ублюдок. - Он опять смеется, неуверенно и неловко. – Знаешь, у него был такой вид, как будто он предпочтет надрать Дженсену задницу, а не трахать его.

 

Эта неуклюжая попытка пошутить предназначалась, очевидно, для того, чтобы сгладить « тебе нашли замену», которое Чад ляпнул, не подумав. Но для Джареда это означает другое - Сэм сделала то, что давно грозилась - нашла Дженсену для сопровождения кого-то грубого и жесткого. И он не может сдержать легкую улыбку, представляя, как невыносимо, должно быть, Дженсен ведет себя с этим парнем. Улыбка быстро сползает с его лица, потому что это он виноват в том, что Дженсену приходится мириться с присутствием кого-то, кого он, вероятно, терпеть не может.

 

Дженсен, должно быть, очень одинок. И Джареду невыносимо тяжело думать об этом.

 

- А он тебя видел? – спрашивает он, наконец.

 

- Да, но…он просто отморозился. Сделал вид, что не замечает меня.

 

По голосу Чада понятно, что он явно оскорблен таким поведением, но Джаред не понимает, чего тот мог еще ожидать. У них с Дженсеном вряд ли найдутся темы для дружеской беседы.

 

- Скажи, а он выглядел…я не знаю, ну, счастливым?

 

Повисает длинное, суровое молчание, а потом Чад вздыхает и говорит:

- Чувак, он выглядел так, как должен выглядеть парень, продающий свою задницу по самой высокой цене. По нему не было заметно, расстроен он расставанием с тобой или нет, он имел вполне товарный вид, ну, ты же сам знаешь, бизнес прежде всего.

 

- Чад….

 

- Ты должен прекратить распускать нюни по этому поводу, – обрывает его Чад. – Все кончено. Ты телезвезда в Ванкувере, он проститутка в Лос-Анджелесе, и пора бы тебе уже позабыть о нем и жить своей жизнью. - Он замолкает, а потом добавляет, более твердо. – Но если ты замутишь с Маком, клянусь, я выбью из тебя всю дурь.

 

***

 

Несмотря на то, что он постоянно продувает в видеоиграх, Мак продолжает приходить в трейлер к Джареду в перерывах между сценами. Напрашивается мысль, что за месяц постоянной практики Мак мог бы показать хоть какие-то улучшения в навыках игры или прекратить притворяться и напрямую сказать, что хочет переспать с Джаредом, но это не так.

 

И хотя Чад не может поверить, что это не так и продолжает настойчиво повторять, что стоит только Маку попытаться залезть Джареду в штаны, как он тут же сядет на первый самолет до Ванкувера и примчится, чтобы положить конец его домогательствам, Джаред думает, что тот не прав.

 

Мак не распускает руки, конечно, он откалывает непристойные шуточки, но когда Джаред просто смеется над ними и не продолжает тему, он не делает попыток превратить их в личные или еще каким-то образом подкатить. Джаред думает, что Мак, вполне возможно, просто хочет хорошо провести время, что ему просто нравится с ним общаться. И Джареда это устраивает.

 

Хотя, конечно, возможно Джаред просто неправильно все понимает. Ему часто случалось неправильно истолковывать чье-то поведение.

 

- Кстати, ты можешь уже прекратить избегать Брук, – говорит Мак, глядя как Джаред набивает рот жевательными конфетами. – Она трахается с Джастином.

 

- Нет, не может быть! Кто сказал? - Джаред дожевывает конфеты и неубедительно добавляет. - И я, вообще-то, не избегал ее.

 

- Ну конечно, ты просто по странному стечению обстоятельств находишь повод, чтобы смыться, всякий раз, как только она появляется в поле твоего зрения. И в Интернете то же самое говорят.

 

Джаред выпускает из рук джойстик и поворачивается, чтобы посмотреть на Мака. Тот ухмыляется и искоса на него поглядывает.

 

- Ты что, веришь тому, что говорят в Интернете о личной жизни твоих коллег по съемкам? Чувак, ты веришь Интернету?

 

- Эй, но там есть фотографии! - Джаред поднимает бровь, всем своим видом выражая недоверие, и Мак поспешно уточняет. - Ну, не то чтобы там они были с голыми задницами, или, ну…сам процесс. Но на этих фотографиях видно, как они смотрят друг на друга, и потом, тот случай на пресс-конференции в ноябре, и…я думаю, таблоиды в скором времени запестреют подробностями их романа.

 

- Ну да, - говорит Джаред и кивает, не в силах скрыть своей улыбки.

 

Мак хлопает его по плечу и склоняется над ним, чтобы взять себе жевательных конфет. Посередине этого движения он бросает на Джареда многозначительный взгляд, от которого тому становится как-то не по себе.

 

- И видимо, я здоровенный парень, который в тебя влюблен, - сообщает ему Мак. – Если верить Интернету.

 

- О! – говорит Джаред и прочищает горло. – Ну что ты думаешь по этому поводу?

 

Тот факт, что Мак практически распростерт на нем, заставляет Джареда нервничать. Это ощущается как зуд под кожей, мурашки по телу и настойчивое желание, чтобы тот немедленно встал с него. Но Мак не двигается.

 

- Я думаю, это очень мило.

 

Джаред кладет руки Маку на плечи и пытается поднять и вернуть в сидячее положение. Он старается быть осторожным, но это, кажется, не срабатывает, и все заканчивается тем, что Джаред практически сталкивает Мака с дивана.

 

Зная о репутации Мака и судя по злобному выражению на его скульптурно-красивом лице, Джаред ожидает, что ситуация грозит обернуться чертовски некрасивой. Он уже подумывает о том, чтобы выйти из трейлера и найти кого-нибудь, чтобы как-то нейтрализовать ситуацию – ведь не станет же Мак устраивать разборки из-за отказа при людях – или все-таки попытаться замять все наедине.

 

Мак откидывает с лица свои темные волосы и встает на ноги.

 

- Скажи мне, что это не Том долбанный Веллинг, – говорит он коротко и сердито.

 

Джаред ошарашено смотрит на него.

 

- Что?!

 

Ярость Мака постепенно перерастает в неуверенность. Его напряженная поза постепенно расслабляется, и Джаред думает, что опасность получить кулаком в лицо миновала.

 

- Ты и Том Вэллинг. Вы не…? - На лице Джареда появляется выражение полнейшего недоумения, и губы Мака растягиваются в смущенной, удивленной улыбке. – Ну, тот парень, по которому ты убиваешься, все говорят, что это Том Вэллинг.

 

После этого Джаред окончательно теряет способность связно мыслить, и, с трудом подбирая слова, выдает что-то вроде:

 

- Что? Серьезно, чувак…что? Просто…что?

 

Неуверенная улыбка Мака перерастает в полноценную ухмылку. Он выглядит до смешного успокоенным.

 

- Чувак, да у тебя просто на лице написано, что ты переживаешь тяжелый разрыв. Живешь, как долбанный монах. А кто-то сказал…что ты и Вэллинг…

 

- Так ты приставал ко мне, потому что…ты что, хотел подобрать объедки Тома? - спрашивает Джаред. Эта догадка не оскорбляет его так сильно, как должна бы. Возможно, ему просто наплевать на то, насколько очевидно то, что он тоскует по Дженсену. К тому же, таким образом гордость Мака не пострадает, и ситуацию удастся утрясти без особых потерь.

 

- Вообще-то, я собирался сделать так, чтобы ты забыл даже имя этого проклятого Вэллинга. Показать, как я планировал сделать это? - Мак непристойно играет бровями, что вызывает у Джареда приступ хохота, несмотря на то, что он еще не до конца пришел в себя. – Но это не Вэллинг. Ну, давай тогда, расскажи, кто же это?

 

- Давай не будем, чувак. Я приехал сюда, чтобы забыть обо всем, понятно?

 

- Что, в самом деле? Потому что знаешь, большинство из нас … мы приехали сюда, чтобы стать знаменитыми, и получать бесплатно вещи и лучшие столики в ресторанах.

 

Он толкает Джареда в бок локтем, что на языке Мака, судя по всему, означает «никаких обид».

 

***

Когда съемки приостанавливаются на праздничные дни, первый инстинктивный порыв Джареда – сесть на ближайший рейс до Сан-Антонио и не выезжать из Техаса, пока не придет время возвращаться обратно в Ванкувер. Но все заканчивается тем, что, поддавшись на уговоры Чада, он решает сначала слетать в Лос-Анджелес, чтобы повидаться с ним. Возвращение в ЛА становится для него тяжелым испытанием. Едва Джаред выходит из аэропорта, как тут же начинает сканировать взглядом толпу в надежде увидеть Дженсена. Это большой город, напоминает он себе. Он может провести здесь все эти три дня, так и не наткнувшись на него. Джаред понимает, что это странно – одновременно отчаянно надеяться увидеть Дженсена и в то же время бояться встретится с ним лицом лицу.

 

И все равно не прекращает искать взглядом знакомое лицо, очертания профиля, пока Чад не накачивает его под завязку виски. Джаред рад получить передышку в своей навязчивой тяге к Дженсену. Но он не так радуется тому факту, что виски делает его чересчур сговорчивым. Когда Джаред просыпается на следующее утро, то не настолько пьян, чтобы не вспомнить, что Мак звонил ему и приглашал придти к себе в отель сегодня днем, но все-таки слишком пьян, чтобы вести себя как разумный, взрослый человек. Он стонет и пытается унять пульсирующую боль в голове.

 

- Не ходи туда, – говори Чад. – Этот смазливый засранец попытается воспользоваться твоим состоянием и залезть тебе в штаны. Не делай этого.

 

Джаред идет.

 

Он приезжает в Беверли Хилтон в четыре часа пополудни, и это первый раз, как он приехал сюда после того, как перестал работать с Дженсеном. Какое-то время он мнется снаружи, прежде чем войти в холл. Это странное, мазохистское желание бывать в тех местах, где есть возможность столкнуться с Дженсеном. То, что Мак остановился в отеле, где Дженсен часто встречается с клиентами, послужило основной причиной, по которой Джаред согласился приехать к нему. Не то чтобы он собирается рассказывать об этом Маку, нет. Он совершенно не хочет задеть его самолюбие.

 

Если он и встретит Дженсена, то, скорее всего, это случится именно здесь. Джаред знает об этом, и он весь на взводе, его потряхивает нервная дрожь, ладони потеют, но он все равно шокирован, когда и в самом деле видит Дженсена прямо перед собой.

И Джаред также знает, как сильно скучал по нему, что не прошло и дня, чтобы он не мечтал о том, чтобы у них все сложилось по-другому, но не ожидал, что встреча с Дженсеном так сильно ранит его.

 

Джаред просто стоит на месте, позволяя толпе постояльцев и гостиничного персонала обтекать себя, и смотрит на Дженсена.

 

В Ванкувере Джаред дошел до того, что начал думать, что слишком идеализировал образ Дженсена и что человек просто не может быть настолько красив. На даже тот Дженсен, которого он хранил в своей памяти, не может соперничать с оригиналом. Джаред забыл, насколько красивы губы Дженсена. Забыл совершенные линии его тела, сильные плечи, узкие бедра и очаровательную кривизну ног, забыл, как золото солнечных лучей Лос-Анджелеса вычерчивает светлые блики на его русых волосах. И хотя он не забыл, как сильно любит Дженсена, все равно совершенно не готов к тому, как больно будет увидеть его снова.

 

Парень, который идет рядом с Дженсеном, здоровенный, реально уродливый ублюдок, как и говорил Чад. Он одет в костюм, который только подчеркивает 100 килограммов мышечной массы. На вид ему где-то около сорока, возможно, чуть меньше, и он держит руку на плече Дженсена так, как будто он его просто тащит за собой. Ни он, ни Дженсен не улыбаются.

 

- Можно Вас на минутку, сэр? – спрашивает его какая-то незнакомая девушка. Джаред был настолько поглощен разглядыванием Дженсена, что просто не заметил, как она скользнула ему под локоть. – Вы ведь Дэмиан, из «Обрядов»? Можете подписать это для моей сестры? Мы с ней обе ваши большие поклонницы.

 

Она вежливая и дружелюбная, и хотя не обмирает от восхищения при взгляде на него, все равно - смотрит с явным интересом, как на звезду телешоу. Джаред польщен таким вниманием и быстро царапает автограф на листе бумаги, который протягивает ему девушка. А потом оглядывается на Дженсена и понимает, что пока он отвлекся, тот его заметил.

Они встречаются глазами на секунду – лишь на одно короткое мгновение – а затем Дженсен просто отводит взгляд и, как ни в чем ни бывало, идет дальше. Джаред не уверен, но ему кажется, что когда он начинает двигаться по направлению к нему, чтобы успеть перехватить прежде, чем тот дойдет до двери, Дженсен слегка ускоряет шаг, как будто не хочет, чтобы его догнали.

 

- Дженсен, – произносит он, останавливаясь прямо напротив Дженсена. Взгляд Джареда на мгновение отрывается от его лица, когда он замечает, что новый водитель делает движение навстречу, пытаясь помешать ему подойти ближе, но Дженсен подает знак, что все в порядке, и парень отходит.

 

Дженсен слегка натянуто улыбается ему, уголки его губ напряженно подрагивают, а выражение лица растерянное. И Джареда это ранит больше, чем равнодушие, которое он ожидал увидеть.

 

- Нельзя, чтобы тебя заметили разговаривающим с кем-то вроде меня, Джей, – говорит Дженсен с легким упреком. – Желтая пресса раздует из этого настоящий скандал. Не хочу навредить твоей карьере, когда она на самом взлете, понимаешь?

 

- К черту! – отвечает Джаред. – Мне плевать.

 

Он понимает, что ему совершенно нечего сказать Дженсену сейчас, когда тот прямо здесь, перед ним. Или…нет, не так. Все дело в том, что он хочет сказать ему слишком много всего, но не может. Поэтому он просто стоит и пожирает Дженсена глазами, пытаясь запомнить как можно больше, впитать в себя каждую черточку. Он выглядит еще более совершенным, чем Джаред помнил. Дженсен позволяет ему разглядывать себя, но не снимает солнечные очки, а Джаред не решается попросить об этом, хотя безумно хочет еще раз окунуться в колдовскую зелень его глаз, освежить в памяти их необычный оттенок.

 

А затем новый водитель стискивает пальцы на плече Дженсена и говорит:

- Пойдем, ты заставляешь клиентов ждать.

 

Нежно-розовый румянец заливает щеки Дженсена, как будто от стыда или смущения, и Джаред не понимает, почему. Дженсен кивает на парня, а потом улыбается слегка виноватой, неуверенной улыбкой, и Джаред понимает, что это первая искренняя реакция на его присутствие. Как будто до этого Дженсен держал себя в руках, но сейчас не смог скрыть свои чувства.

 

- Рад был увидеть тебя, Джей, - это все, что говорит Дженсен, прежде чем позволяет парню вывести себя из отеля.

 

Какое-то время Джаред просто не может заставить себя сдвинуться с места. Вместо того, чтобы подняться в номер Мака на лифте, он предпочитает пойти по ступеньками, в надежде за это время хоть немного придти в себя, чтобы Мак не заметил, насколько он дезориентирован и удручен встречей в холле.

 

Когда Мак открывает дверь, Джаред слегка удивлен от того, что тот совершенно голый. Он радостно ухмыляется и заключает Джареда в медвежьи объятия, как будто они не виделись вечность, хотя с момента их последней встречи прошло всего четыре дня. Джаред похлопывает его по плечу, потому что думает, что это самое безопасное место, до которого он может дотронуться без риска быть неправильно понятым. Когда Мак, наконец, отпускает его, Джаред неловко усаживается на край смятой постели. В комнате витает отчетливый запах секса, и Джаред надеется, что они не будут сидеть в номере, а пойдут куда-нибудь в другое место.

 

- Чувак, ты не представляешь, чем я только что занимался, - говорит Мак, натягивая футболку, в которой Джаред узнает пропавшую из костюмерной футболку Натана. Он вспоминает, что пропал так же один из пиджаков, в которых он играет Дэмиана, и подумывает, что его, возможно, следует поискать в чемодане Мака. – Ты просто не представляешь, как это было круто, мне реально повезло.

 

- Да? – спрашивает Джаред. Он оглядывается вокруг, отмечая подозрительные пятна на смятых простынях, и начинает жалеть о том, что сел на кровать. – Ты уверен, что тебе стоит мне об этом рассказывать? Если что, я могу обойтись и без лишних подробностей.

 

Мак все еще слишком голый для того, чтобы Джаред мог без стеснения смотреть в его сторону. Он закуривает и протягивает Джареду пачку, предлагая ему сигарету. Джаред отказывается, коротко мотнув головой, и размышляет о том, когда же Мак наконец-то додумается надеть штаны.

 

- Здесь только что был этот нереально горячий парень, - говорит Мак. – Это мое третье свидание с ним, его номер мне дал мой агент, представляешь? Но, чувак, что я тебе скажу… Он. Стоит. Каждого. Долбанного. Цента.

 

Все в комнате приобретает совершенно другой, неприятный оттенок. Дженсен. Он был здесь. Когда он встретил Дженсена в холле, тот возвращался именно отсюда. Мак и Дженсен только что трахались здесь, на той самой кровати, где сейчас сидит Джаред. Он не может оторвать глаз от Мака, как будто пытается найти какой-то знак Дженсена на его коже. Его накрывает волной ревности – чувством обиды и горечи о того, что Мак так легко может позволить себе провести с Дженсеном час или два, в то время, как самому Джареду досталось лишь несколько коротких, болезненных минут.

 

Джаред не знает, что отражается сейчас на его лице, но это заставляет Мака на время замолчать. Он выпускает струйку сигаретного дыма в сторону Джареда и стряхивает пепел прямо на ковер.

 

- Только не говори мне, что ты потрясен до глубины души тем, что я трахался с проституткой. Никогда бы не подумал, что ты так щепетильно к этому относишься. Не то чтобы у меня была необходимость платить за это, но иногда мне просто хочется комфортного, ни к чему не обязывающего секса с кем-то, кто в этом деле профессионал, понимаешь?

 

- Да. – Отвечает Джаред. Выходит как-то слабо и задушено, поэтому он повторяет снова, более уверенно.- Да. - Он замечает ухмылку на лице Мака, и прежде чем тот успевает что-то сказать, говорит. - И да, прости конечно, но если ты подумал, что я приревновал, то ты ошибаешься. Если бы ты захотел переспать со мной, то тебе бы тоже пришлось заплатить мне.

 

- Да, кстати об этом, - говори Мак, наконец-то натягивая джинсы. Он делает вид, что полностью сосредоточен на одевании, стараясь не смотреть в лицо Джареду, когда продолжает. - Слушай, я тут подумал. Последний сериал, в котором я снимался, там были два парня. Так вот, фанаты решили, что они вместе. Ну, я имею в виду, спят друг с другом. Хотя на самом деле, ничего подобного не было. Один из них даже встречался с партнершей по съемкам. Но фаны были просто в восторге от идеи, что они вместе…ну, и я подумал, мы ведь с тобой самые горячие парни в «Обрядах», так ведь?

 

Джаред неуверенно кивает, не до конца понимая, к чему тот клонит.

 

- Как насчет того, чтобы нам разыграть перед фанатами взаимное влечение? Ты не подумай, ничего такого, никаких объятий на людях и поцелуев, дружище, просто несколько двусмысленных комментариев в интервью, которые при отсутствии достоверной информации можно истолковать как проявление более чем дружеской симпатии…что-нибудь в таком роде. Так что ты думаешь по этому поводу?

 

Джаред уже собирается сказать что-то вроде «я не намерен играть на моей сексуальности подобным образом, это как-то непорядочно», но в этот момент Мак наклоняет голову к нему, и свет падает таким образом, что Джаред замечает на его ключице бледно-розовый след от укуса, и перед глазами вихрем проносятся непрошеные воспоминания. Дженсен. Как он впивался в его кожу голодными, сосущими поцелуями, как дрожали бедра Дженсена, когда он широко раздвигал ноги, пока Джаред трахал его в бешеном темпе, снова и снова.

 

И Джаред отвечает:

- Конечно. Я согласен.

 

***

Чад, не стесняясь в выражениях, заявляет ему, что это ловушка.

 

- Ну конечно, это только для игры на публику он собирается залезть тебе в трусы. И будь уверен, он будет делать это, даже когда не будет ни одного журналиста поблизости. Ну, просто, чтобы попрактиковаться и выглядеть правдоподобно. Ты и оглянуться не успеешь, как он предложит тебе отсосать ему, опять же, просто для практики.

 

Но Джаред считает, что Чад раздувает из мухи слона, и отказывается дальше обсуждать с ним эту тему.

 

Идет вторая неделя с начала возобновления съемок после каникул, когда к ним приходят брать интервью журналисты. Мак бросает на стол экземпляр журнала, в котором выйдет интервью и хитро ухмыляется Джареду. Они договорились между собой, что дадут журналистам фотографии, на которых они отдыхают вместе на съемочной площадке и будут во время интервью говорить друг о друге достаточно много, для того, чтобы это заметили и непременно упомянули в статье.

 

Несколько дней спустя, когда выходит номер журнала с их интервью, они вместе с Маком читают его в трейлере Джареда во время перерыва. Когда Джаред уходит на обед, Мак остается просматривать сайты в Интернете, потому что ему не терпится узнать, решили фаны, что они классная пара, или нет.

 

Когда Джаред возвращается обратно в трейлер, он просматривает статью еще раз. Там поместили фотографию, на которой они вместе, Мак забросил руку ему на плечи и склонил голову, а Джаред, дурачась, целует его в макушку, смешно надув губы. Их план, кажется, сработал на все сто. Глядя на фотографию, создается впечатление, что они не просто два парня, которые дурачатся вместе - все выглядит так, как будто им нравится прикасаться друг к другу.

Джаред снова смотрит на обложку и размышляет о том, прочитает ли этот журнал Дженсен. О том, больно ли Дженсену после их разрыва настолько, что он старается избегать любого упоминания о Джареде в прессе, или может наоборот, жадно выискивает всю доступную информацию о нем. Или, возможно, Дженсен увидит этот выпуск и подумает что-то вроде: «Хм, да это же тот парень, с которым я трахался, причем не за деньги». И он прочитает статью и увидит, что Джаред счастлив, и в его жизни, возможно, появился кто-то, в то время как сам Дженсен по-прежнему чертовски несчастен, одинок и служит просто сексуальной игрушкой для богатых мужчин.

 

Джаред проводит остаток ночи, размышляя обо всем этом и закрашивая черным маркером фотографию, на которой изображены они с Маком. А потом, злясь на самого себя, идет в ванную и дрочит на воспоминания о Дженсене.

 

***

- Итак, – говорит Том. – Ты и Мак Кеннеди вместе?

 

Он изо всех сил старается скрыть гримасу отвращения. Майк далеко не так дипломатичен, как Том, поэтому просто отвешивает Джареду подзатыльник. Джаред задевает стакан, который стоял перед ним, и виски растекается по столу и заливает джинсы. Выражение лица Майка говорит о том, что он совершенно не намерен извиняться, и Джаред вздыхает, пытаясь вытереть джинсы бумажной салфеткой.

 

- Ты что, окончательно поменял свои приоритеты? – настойчиво спрашивает Майк. – И каких еще сюрпризов от тебя ожидать? Помимо того, что ты трахаешься с козлом, мечта всей жизни которого – переплюнуть Вэллинга.

 

- Это просто…мы притворялись, на камеру, – пытается возразить Джаред, понимая, насколько жалко звучит его оправдание.

 

- Как-то слишком уж правдоподобно вы притворяетесь, – говорит Майк и швыряет на стол последний выпуск «TV Guige». Журнал загнут на той странице, где напечатана фотография, на которой Джаред на руках переносит Мака через лужу, они оба смеются и прижимаются друг к другу. Джаред смотрит на фотографию и краснеет.

 

- Послушай, я, в принципе, не имею ничего против Мака, – говорит Том. Он вертит в руках рюмку текилы. – Но пойми, он просто стремится стать популярным и использует для этого любую возможность. И ты сейчас как раз помогаешь ему в этом. Но как только он поймет, что ты становишься круче него – а так и будет, потому что Мак, конечно, красавчик, но что касается актерской игры – он далеко не Роберт Де Ниро – то сразу же бросит тебя.

 

- Он делал все возможное, чтобы навредить карьере Тома, после того, как тот обошел его дурацком рейтинге «Самых Сексуальных Из…», – говорит Майк. Он бросает на Тома обеспокоенный взгляд. И когда он направляет свое внимание на Джареда, в глазах его все еще читается беспокойство. Джаред никогда раньше не видел, чтобы Майк смотрел на него так, что заставляет его всерьез задуматься над тем, что он, возможно, и впрямь облажался, согласившись на предложение Мака. – У тебя ведь есть в прошлом что-то такое, что ты не хотел бы предавать огласке?

 

- Я не стыжусь того, что было у меня с Дженсеном, – начинает возражать Джаред, резко выпрямляясь.

- Да, но тебе не кажется, что Дженсен вряд ли обрадуется, если его имя появится на страницах желтой прессы? – спрашивает Том. – Просто…будь осторожен, Джаред.

 

***

 

- Я разговаривал со сценаристами, и следующие пару недель у нас будет много совместных сцен с Дэмианом и Анаис, – говорит Рич, режиссер этой серии. Это невысокий, пожилой мужчина, добродушный, но только не на съемочной площадке – там он становится кровожадным, как акула. – Поэтому я хочу, чтобы вы поработали над этим. Вы оба – младшие в семье, ты младший из братьев, она младшая из сестер, вот и покажите мне, что это значит. Дайте мне понять, почему Анаис единственная, кого Дэмиан подпускает близко к себе, в то время как от других отгораживается непреодолимым барьером, что такого она дает ему, чего не могут дать остальные.

 

Брук удивленно поднимает брови, а Джаред просто недоуменно пялится на Рича. Тот в ответ только закатывает глаза и улыбается.

 

- Нет, я не имел в виду ничего такого. Мы же говорим о Дэмиане и Анаис, а не о Дэмиане и Рейде. - Стоит только ему упомянуть его экранного брата, которого играет Мак, как Джаред немедленно заливается румянцем, и улыбка Рича расплывается еще шире. – Да брось, Джаред, я ведь тоже читаю статьи. Открой любой журнал, и ты тут же натолкнешься на фотографию, где вы с Маком воркуете, как голубки. Самая сладкая парочка Итернета, да? - По его тону ясно, что он просто дразнит, но есть в его голосе какое-то нездоровое любопытство, как будто он ждет, что Джаред подтвердит все те сплетни, возникновению которых они с Маком сами поспособствовали.

 

Поддержка пришла оттуда, откуда Джаред меньше всего ожидал. Брук откидывает с лица свои светлые локоны, ее ногти покрыты зеленым лаком, который смотрится нелепо на ее маленьких, милых ручках и говорит:

- О, это все неправда. Они не встречаются. Просто дружат, ничего больше. - Она дрожит и зябко потирает свои голые плечи. – Мы уже закончили? Потому что я рискую отморозить себе задницу этом дурацком платье, которое напялили на меня чертовы костюмеры.

 

- Хочешь, я дам тебе свое пальто? – спрашивает Джаред, и, не дожидаясь ответа, снимает его и накидывает на плечи Брук. Моросит мелкий, противный дождь, а ветер просто обжигающе холодный. На экране это не будет заметно, поэтому съемки продолжаются. Джаред чувствует себя вполне комфортно, потому что на нем несколько слоев одежды, в том числе и теплое черное пальто. А на Брук только короткое платьице с глубоким декольте. И то, что она не дрожит от холода во время съемки, является свидетельством ее профессионализма. Но как только камера выключается, она просто трясется и прыгает с ноги на ногу в попытках хоть как-то согреться.

 

Она с благодарностью кутается в предложенное пальто, которое на ее хрупком теле кажется просто огромным, и выжидающе смотрит на Рича, пока тот не соглашается сделать перерыв. Они с Джаредом идут к столикам с едой, чтобы взять что-нибудь перекусить. Джаред сокращает шаг, чтобы не обгонять ее и идти рядом.

 

- Итак, почему же Дэмиан и Анаис настолько близки? – спустя какое-то время задумчиво спрашивает Брук. – Только потому, что они младшие в семье? Но ведь между Кларой и Рейдом нет никакой особенной связи из-за того, что они старшие, не так ли?

 

- Не думаю, - отвечает Джаред. Он потирает челюсть и начинает рассуждать. - Дэмиан звонил Анаис в той серии, где он уехал от семьи, так ведь?

 

- Да. И Дэмиан был единственным, кому Анаис рассказала, что подозревает о том, что тот парень из города использовал Клару для того, чтобы проникнуть в дом, правда? Брук пожимает плечами. – Совершенно очевидно, что они одна команда. Ну, и как нам это показать?

 

 

- Ну, Дэмиан всячески избегает каких-либо прикосновений, ты заметила? За исключением Беки, конечно…но там все дело в сексуальном притяжении. Ну, и как же нам показать братско-сестринскую приязнь? Я не знаю, может быть, объятия?

 

 

Брук отрицательно качает головой.

– Мне кажется, это будет чересчур интимно. Может, просто слегка приобнять за плечи, и все?

 

Джареду больше ничего не приходит в голову, и он смотрит на Брук, ожидая, что та придумает что-нибудь еще, но ее темно-синие глаза смотрят на него с надеждой, как будто она ждет, что именно Джаред придумает что-нибудь подходящее. Он протягивает руку и поправляет выбившийся из ее прически локон. Это быстрое, едва заметное касание, которое все же говорит об определенной интимности, легкости между ними.

 

- Да. Отличная идея. Это то, что нужно. Просто идеально. – Брук склоняет голову набок, улыбаясь. – Так я была права? Вы ведь с Маком не вместе? – по ее тону понятно, что она ожидает честного ответа.

 

- Нет, – признается Джаред. Он засовывает руки в карманы, передергивая плечами. – Просто игра на публику, понимаешь? Это непорядочно?

 

- Ну да, есть немного, – отвечает она, но ее голос спокойный и дружелюбный. – Все так делают. Но да, это немного непорядочно. - Она закатывает рукава пальто и лукаво улыбается ему. - И я говорю это только потому, что понимаю – это была не твоя идея. Непорядочность - не твой стиль.

 

Джареда это не на шутку задевает. Не только потому, что она права, но так же из-за того, что он согласился на эту авантюру только чтобы заставить Дженсена ревновать. Глупо притворяться, что у тебя роман с партнером по съемкам только ради того, что Дженсен, возможно, прочитает об этом где-нибудь или увидит фотографию, и ему станет больно. Поэтому, после обеда вместе с Брук и Джастином (у которых и в самом деле роман, как подозревает Джаред), он направляется в трейлер к Маку. У того уже закончились съемки на сегодня, и он принимает душ, готовясь ехать домой.

 

- Я тут подумал, – говорит Джаред вместо приветствия. Он садится на маленький диванчик и наклоняется вперед, опираясь локтями на колени. – Мне кажется, нам пора уже завязать с этим. Мы предоставили фанатам достаточно пищи для пересудов, так ведь? И сейчас это уже начинает напрягать.

 

- Да ну? - возражает Мак. Он делает шаг по направлению к Джареду, разводя руками. – Что-нибудь случилось?

 

- Нет. Ничего такого. Я просто…я не вижу смысла дальше продолжать это. Все и так уже уверены, что у нас тайный гомосексуальный роман. - Джаред проводит рукой по влажным от дождя волосам. – Все это было классно, пока это было, ну знаешь, шуткой и приколом. Но теперь…теперь это уже больше похоже на вранье. А я не хочу врать людям, Мак. Ни коллегам, ни поклонникам. Ладно?

 

Мак смотрит на него, и в его взгляде на какую-то долю секунды мелькает раздражение. Но потом он пожимает плечами, и Джаред почти удается убедить себя, что ему только почудился злобный блеск в глазах Мака, потому что тот всем своим видом выражает только спокойное, дружелюбное согласие. Он хлопает Джареда по плечу и смеется.

 

- Да какие проблемы чувак, если тебя это напрягает, мы прекратим. Черт, мы сделали свое дело. И, как ты сказал, все и так уже уверены. - Он берет лицо Джареда в ладони и шутливо целует его в лоб. – Чувак, все было круто. И я чертовски тебе благодарен. Скажи, что я могу сделать для тебя? Ну там, устроить тебе вечеринку или что-то такое?

 

- Нет, все нормально, - говорит Джаред, чувствуя облегчение о того, что все прошло спокойно. – Мы были на высоте. И нам обоим пошло это на пользу. Черт, да половина журналистов приезжают сюда только для того, чтобы поговорить со мной и с тобой. Так что ты мне ничем не обязан.

 

- Ну уж нет, – возражает Мак. Он выпрямляется и поднимает свою куртку. – И я собираюсь сделать тебе чертовски классный подарок в ближайшее время.



Глава 9

Канал, даже не дождавшись результатов сборов, утверждает сериал на второй сезон. Джаред не удивлен. «Обряды» активно рекламируют, у сериала чуть ли не со второй серии появляется множество фанатов. «Обряды» становятся из разряда тех сериалов, про которые кричат реклама и журналы – «Это должен видеть каждый». Так что да, Джаред даже не удивлен. Но от самодовольной улыбки сдержаться он все же не может.

Праздновать начинают в пятницу днем, чтобы пораньше уехать на уикенд, набраться сил перед съемками пары последних эпизодов и финала. В выходные Джаред планирует питаться едой на вынос и играть в видеоигры, и возможно, позабыть про душ и не вылезать из пижамных штанов. Вполне возможно, что все это поможет забыться на какое-то время. Но вскоре становится ясно, что эти планы развалились – артисты должны лететь в Лос-Анджелес на какую-то глупую вечеринку, организованную каналом. И это даже не столько празднование успеха, сколько гламурная тусовка с прессой, фотографами и тому подобным антуражем. И к тому же перед стартом второго сезона должны уже были быть готовы промо-фото.

Джаред не хочет ехать. Он отчаянно пытается придумать какой-нибудь предлог, чтобы отказаться, но ничего, как назло, не приходит в голову. Он - одна из звезд шоу и совершенно очевидно, что его отсутствие будет слишком заметно.

- Слушай, - говорит Мак, – ты обязан появиться. Но совсем не должен проводить там весь вечер. Мы пойдем туда, скажем всем «привет», а затем незаметно улизнем, - он толкает Джареда плечом и ухмыляется. – Организуем свою собственную маленькую вечеринку, да?

Звучит это не очень заманчиво, но спустя сорок минут, в течение которых ему приходится выслушать множество неудачных шуток про его рост, Джареду уже все равно, и он готов пойти куда угодно.

А потом Джаред сидит в машине рядом с Маком, с наслаждением снимая с себя эту глупую галстук-бабочку, отдыхая от ослепительных вспышек фотокамер, и жалея о том, что на вечеринке не удалось перехватить чего-нибудь из еды. Все время приходилось кому-то улыбаться и отвечать на глупые вопросы. И тут он понимает, что Мак везет его в Беверли Хилтон, а не туда, где остановился Джаред.

- Приятель, уже довольно поздно. Я собирался домой, - говорит он.

 

- Нет. Извини. Ночь только начинается.

 

Когда Мак выходит и отдает ключи от машины камердинеру, Джареду не остается ничего иного, как пойти вслед за Маком. И в груди разливается неприятный холодок, когда он понимает, что у Мака уже есть ключ от номера. Джаред догоняет парня в считанные секунды и чувствует себя еще более неуверенно, видя странный, злой блеск в глазах Мака. Они оказываются в лифте вдвоем, и Джаред ждет, пока закроются двери, прежде чем что-то сказать.

- Мак, я не уверен, что знаю, зачем ты привез меня сюда, но мне все это не очень нравится, - Джаред пытается говорить дружественным тоном, но странные маневры Мака злят его, и он уже с трудом сдерживает себя.

Мак не отвечает, только ухмыляется и выходит из остановившегося лифта. Джаред делает глубокий, успокаивающий вдох и серьезно подумывает о том, чтобы бросить все и уйти, и пусть Мак потом закатывает какие угодно истерики. Затем он вспоминает, что ему еще работать с этим парнем и что Мак, возможно, лишь пытается быть дружелюбным. Джаред старается выглядеть беззаботным и беспечным, и Мак вроде не собирается делать ничего плохого.

Таким образом, он позволяет Маку втащить себя в гостиничный номер и всунуть себе в руки хрустальный бокал на тонкой ножке, наполненный шампанским. Он садится на диван и смотрит на Мака, который весь просто дрожит от нетерпения. Джаред искренне надеется, что ситуация не станет неловкой

- Это твой план? – спрашивает Джаред. – Пить шампанское в твоем номере? Чувак, я не настолько люблю шампанское.

 

- Это не мой номер, - отвечает Мак. Он смотрит на наручные часы, и что-то темное и холодное начинает закручиваться в животе Джареда. – Это просто номер. Знаешь, я таким образом хотел бы тебя отблагодарить.

Раздается легкий стук в дверь, а Джаред качает головой и говорит: «Нет, Мак, нет, Мак, не надо», но тот пересекает комнату и идет, чтобы открыть дверь. И у жизни действительно чертовски странное чувство юмора, потому за дверью оказывается Дженсен, конечно. Дженсен, с этим громилой, который занял место Джареда, и Джаред думает, что, может быть, он выпил слишком много этого дерьмового шампанского, потому что голова почему-то начинает кружиться.

Мак приглашающе машет им обоим, и Дженсен колеблется, растерянно оглядываясь. Затем телохранитель толкает его в спину, заставляя войти в комнату, и Дженсен неловко спотыкается, едва устояв на ногах. Пальцы Джареда судорожно впиваются в подлокотники дивана, так сильно, что он чувствует гвоздики сквозь мягкую ткань, и он застывает в неловкой позе – уже не сидит, но и пока не встал.

- Вечеринка для одного, не так ли? – маленькие глазки нового охранника осматривают Мака и Джареда. – Хочешь, чтобы друг тоже был в игре, придется заплатить.

 

Дженсен так охренительно выглядит, а Джаред чувствует внезапный прилив стыда - как будто именно он позвал сюда Дженсена - и, как ни странно, унижение за Дженсена. Ни разу за то время, что Джаред работал с ним, он не позволял себе так относиться к Дженсену – толкать его, говорить о нем как о неодушевленной вещи да еще пытаться заработать, продавая его, будто свою собственность. И странно, что Дженсен позволяет этому ублюдку так вести себя, а сам смотрит в сторону, будто ему все равно, кто и когда будет трахать его. Джаред не может оторвать глаз от Дженсена, хотя он понимает, что не нужно сейчас так пялиться.

Мак вытаскивает бумажник из кармана брюк и поднимает бровь на Джареда.

- Как насчет развлечения? Хочешь вдвоем? Или, может, сыграешь соло? Я угощаю.

 

Телохранитель и Мак смотрят на него, и только Дженсен молча рассматривает стены, справившись с собой и снова натянув на себя маску безразличия. Джаред чувствует, как тело начинает вопить от желания, но он встает и качает головой. Во рту становится сухо, и он едва выдавливает из себя слова:

- Я не хочу этого. Мак, ты не должен был этого делать.

 

- Будет просто потрясающе, ты же ведь не серьезно сейчас отказываешься? - говорит Мак и выглядит очень довольным собой. Он толкает в грудь Джареда и опрокидывает его обратно на диван.

- Что бы ты ни думал про секс со шлюхами, я не позволю твоим «пунктикам» помешать тебе хорошенько потрахаться. Как я уже сказал, это мой презент для тебя в знак благодарности, и я обижусь, если ты откажешься, - он смотрит на Дженсена и говорит. – Ты ведь постараешься, чтобы он хорошо провел время, не так ли?

У Дженсена нет выбора, он включается в разговор, и на его лице Джаред видит так хорошо знакомое ему выражение – томное и ленивое. Дженсен ослепительно улыбается Маку, игриво двинув бедром.

- Конечно, я постараюсь.

 

- Что ж, отлично, - Мак машет рукой охраннику. – Так, друг, уходим, уходим. Давай позволим Дженни показать, насколько хорошо он знает свою работу.

Мак похабно подмигивает Джареду, прежде чем уйти, а потом не остается ничего вокруг. Только Джаред и Дженсен. Молчание хрупкое и неловкое. Дженсен рассматривает комнату, будто никогда не видел подобных роскошных номеров, хотя не так давно Джаред встретил его в холле этого отеля. Джаред неудобно застыл на диване, и сердце стучит так, будто готово выпрыгнуть из груди.

 

- Неловко вышло, да? – тепло и как-то ласково произносит Дженсен. Он наливает себе бокал шампанского и поднимает бровь, глядя на Джареда. - Ты не против?

Мозг, наконец, включается, но Джаред медлит с ответом, понимая, что Дженсен не спрашивает, а ставит перед фактом. Затем он качает головой и смотрит, как дергается горло Дженсена, когда он отпивает большой глоток шампанского. Как только бокал пустеет, Дженсен ставит его обратно на стол и оглядывается на Джареда.

 

- Я думал, встреча будет с ним. Я бы не сделал это нарочно.

 

Джаред кивает один раз и отвечает:

- Я знаю.

 

В номере ложатся мягкие тени от света за окном, а Джаред поднимает глаза и смотрит на Дженсена. Он стоит напротив, склонив голову, и теребит пуговицу на своей черной рубашке. Он улыбается, но Джаред не может понять, что значит эта улыбка. Ты знаешь, что хочешь меня, говорит она, но это не все, в ней есть что-то еще. Сквозь эту профессиональную улыбку будто что-то рвется изнутри, но Дженсен не дает этому чему-то выйти наружу.

- Итак, я куплен для тебя. Хочешь..? - он пожимает плечами и начинает расстегивать пуговицы на рубашке, обнажая гладкую, слегка веснушчатую кожу, и Джаред вспоминает, как слизывал эти веснушки языком. – Как прежде, по старой памяти?

 

От этого небрежного тона Джаред чувствует себя так, будто его ударили в живот. Он ненавидит и одновременно до одури хочет сейчас Дженсена, но яростно мотает головой, стискивая зубы.

 

- Нет, я не хочу.

 

Дженсен пожимает плечами, явно нисколько не задетый отказом, и вновь наполняет свой бокал.

- Как угодно. Это доллары твоего парня. Или, вернее, тысячи долларов.

 

- Он не мой парень, - скрипит зубами Джаред.

 

Дженсен наблюдает, как кружатся в бокале золотистые пузырьки, и ухмыляется, глядя на Джареда.

- Да, я знаю, - когда глаза Джареда удивленно расширяются, Дженсен снова пожимает плечами и садится на кровать, скрестив ноги. - Я позвонил Тому Вэллингу. Просто подумал тогда, что ты должен знать о том, что твой парень спит со шлюхами. Назовем это профессиональной вежливостью.

Обернувшись, Дженсен взбивает пару подушек и откидывается на них, устраиваясь поудобнее.

- Я был рад это слышать, потому что у Мака репутация человека, который может воткнуть нож в спину. Я уж не говорю о том, что в постели он тоже не звезда. Кто-то должен ему сказать, чтобы он прекратил изображать из себя насос, потому что наблюдать, как он тяжело дышит, когда трахается, просто смешно.

Когда Джаред не отвечает, Дженсен морщится и щелкает пультом. Он кладет ногу на ногу, ставит бокал себе на грудь и начинает щелкать кнопками на пульте, переключая каналы. Джаред по-прежнему не сводит с него глаз, и Дженсен снова смотрит на него.

- Все в порядке, не так ли? Потому что если мы не собираемся трахаться, я не знаю, чем еще можно заняться, – он оживляется и садится, прижимая бокал к груди. – Слушай, я придумал! Ты можешь поразгадывать судоку! Ты мог бы найти время…

- Зачем ты себя так ведешь? – Джаред старается говорить спокойно, но чувствует, как внутри все кипит от отчаяния и злости.

- Как так? – Дженсен недоуменно пожимает плечами. – Если ты передумал, Джей, прекрасно. Просто скажи мне, чего ты хочешь.

Дженсен щелкает пультом, выключая телевизор, и Джаред ненавидит тишину, которая наваливается и пугает до безумия. Он ничего не слышит, кроме своего тяжелого дыхания и оглушительного стука собственного сердца, когда Дженсен вдруг встает и идет к нему, изящно огибая мебель. И это просто жалко – и ужасно – как он реагирует на Дженсена.

Прежде чем Джаред понимает, что происходит, становится слишком поздно: Дженсен опускается на колени, раздвинув напряженные бедра Джареда, и Джаред не может сопротивляться.

- Скучал по моему рту, малыш? Хотел трахнуть меня? Я так скучал по твоему охренительному большому члену, хотел, чтобы он вошел в меня, заполнил так глубоко и потрясающе. Давай, Джей, как раньше, да? Сделай мне приятно, оттрахай меня жестко. Давай, детка, я так хочу тебя. Никто больше не трахал меня, как ты….

Его голос негромкий и такой сладкий, и Джаред чувствует, что забыл все слова. Он тяжело дышит, понимая, что знает Дженсена слишком хорошо, чтобы попасться на эти сладкие речи. Он хотел бы поверить в то, что Дженсен говорит правду, но он слышал этот тон раньше, слышал, как Дженсен говорил подобное Фрэнку и Квентину, и Карлу, и Нику мать его Бакси, и всем остальным. Джаред просто его клиент.

 

- Нет, - задыхаясь, говорит он и толкает Дженсена в плечо, чтобы встать, а Дженсен вдруг падает на спину и призывно раздвигает ноги. Возбуждение, горькое и ненужное, но просто огромное, словно током прошивает Джареда насквозь. - Нет, я не такой, как они. Я не такой!

 

Дженсен не делает попыток встать, просто лежит. И напускное очарование слой за слоем скатывается с него, будто тает, и сквозь него вдруг проглядывает что-то настоящее, горькое и печальное.

- О, не обманывай себя, Джей. Ты такой же, как все, – он криво ухмыляется. - Ты трахал меня, а потом ушел, так же, как они. Хотя в твоем случае мне даже не заплатили.

 

- Ты… ты все не так понимаешь! Я ушел, потому что понял, что ты собираешься продолжать свои смертельные игры, а мне даже нельзя будет тебя защищать! Тебя могут убить, а я ни черта не должен делать!

- А что ты хочешь делать? - возмущенно кричит Дженсен, наконец, встав на ноги, сердито глядя на него и пылая гневным румянцем. – Ты намеревался и дальше избивать моих клиентов до полусмерти, как Ника Бакси? Я признаю, что ожидал от тебя чего угодно, но только не подобной физической расправы.

- Он пытался убить тебя! – огрызается Джаред. - Что я должен был делать? Подождать и посмотреть, действительно ли ему это удастся или я успею еще остановить ублюдка? Ты мог умереть, и я не жалею, что вмешался, ни тогда не жалел, ни сейчас. Даже если ты думаешь, что я гребаный идиот, по крайней мере, ты жив.

Дженсен поднимает руки вверх, сдаваясь, и отворачивается, качая головой, раздраженно и негодующе.

- Да, да, ты спас мне жизнь, если тебе так угодно. Это все просто пустой разговор, Джаред. У каждого своя правда. И проблема вовсе не в этом, - он решительно застегивает пуговицы на рубашке. – Убедись, что Мак не выкинет еще какой-нибудь фокус типа этого, хорошо? Он слишком мало платит мне за то, чтобы я переубеждал тебя, упрямый осел.

Дженсен направляется к двери, замирает перед ней на мгновение и говорит:

- Отличное шоу, кстати. Не пропустил ни одной серии, - это сказано таким тоном, что Джаред не может понять – издевается Дженсен или нет.

 

Джаред смотрит ему вслед и чувствует, как его затопляет какая-то болезненная усталость. Член все еще стоит, но Джаред уже не обращает на это внимания. Злой и расстроенный, он хватает бутылку шампанского и залпом выпивает все, что осталось в ней. Потом он ругается и плюется, потому что действительно не любит шампанское, но сейчас ему просто необходимо выпить.

***

Вплоть до полета обратно в Ванкувер Джаред избегает Мака. Это в интересах и самого Мака – держаться подальше, потому что Джаред уверен - если он увидит Мака, велика вероятность того, что он разорвет поганца на миллион кровавых ошметков. А Джаред миролюбивый парень, он не любит физической расправы, и он думает, что убийство Мака таковой считаться не будет, ведь тот сам напросился на это своим поведением.

 

Он проводит остальную часть времени в Лос-Анджелесе, скрываясь у Чада. Чад называет его слабаком, говорит, что он не может понять, почему Джаред не трахнул Дженсена, ведь Мак заплатил за все. Он спаивает Джареда, а затем стоит с ним рядом в ванной комнате, пока Джаред, чувствуя, как из него вот-вот извергнутся все внутренности, блюет над унитазом. Пользуясь моментом, пока Джареду не до разговоров, Чад продолжает свои нотации, время от времени подавая ему воду для питья.

 

Но дальше игнорировать Мака не получается – они сталкиваются в самолете, и Джаред старается выглядеть невозмутимо.

- Чувак, где ты был? – возмущается Мак. - Я жажду подробностей! Давай, признай, что я был прав, не так ли? Он полностью взорвал твой мозг, да?

 

- Я не хочу говорить об этом. И я прошу тебя – больше никогда не делай ничего подобного, - когда Мак смеется и хлопает его по плечу, Джаред долго и пристально смотрит на него, и Мак давится словами, которые хотел произнести. – Я серьезно. Никогда больше так не делай.

Мак ошеломленно смотрит на него, широко раскрыв голубые глаза и смешно приоткрыв рот. Такое ощущение, что он не понял ничего из того, что сказал Джаред. Джаред ерзает в кресле, пытаясь удобнее устроиться, но для его длинных ног тут слишком мало места.

 

В конце концов, Мак приходит в себя и смотрит прямо перед собой, а на лице все еще застыло изумленное выражение.

- Это был подарок, Джаред. Ты просто скажи – понравилось тебе или нет? В противном случае я потребую назад свои деньги у этого засранца.

Тон Мака раздражительный, даже немного обиженный, и это единственное, что удерживает Джареда от того, чтобы не расколотить его глупую голову. Вместо этого Джаред делает глубокий вдох и пытается успокоиться. Он должен все решить. Ради себя. И ради Дженсена.

 

Настолько равнодушно и спокойно, насколько он может, Джаред произносит:

- Он сделал свою работу. И хорошо сделал. Я просто не хочу вдаваться в подробности, хорошо?

- Что ж, прекрасно, - отвечает Мак, и голос его до сих пор слегка раздраженный. Он колеблется, покусывая нижнюю губу, потом бросает на Джареда косой взгляд.

- Ты трахал его сзади? Или сверху? Или он тебя? А он отсосал у тебя? Потому что его рот создан для того, чтобы сосать член.

Мак дергается от смеха и поднимает руки вверх, как бы сдаваясь и прося Джареда не сердиться, а Джаред думает только о том, чтобы сдержаться и не вбить эти слова вместе с зубами обратно в глотку этому поганцу.

 

 

Предстоит много сделать, прежде чем они уйдут на летний хиатус, и Джаред с радостью бросается в работу. Он не избегает Мака, но старается все же реже с ним встречаться. Джастин и Брук открыто объявили себя парой, и это отвлекло внимание от самого Джареда, чему он очень рад.

Он большую часть времени проводит со съемочной группой или с Майком, Томом и остальными ребятами из «Смоллвилля». При первом же удобном случае он тянет Тома в сторону, чтобы поговорить наедине, и смотрит на него хмурым взглядом. Том, может, и высокий, но Джаред выше, плюс он много времени проводит в тренажерном зале, так что теперь он накачался так же, как и Том, а может даже и сильнее. Угрюмый вид и пристальный взгляд Джареда говорят Тому гораздо больше, чем сказали бы слова, и он неохотно рассказывает:

- Он просто хотел знать, правдивы ли слухи о тебе и о Маке. И тогда я уже знал, что вы не встречаетесь, – Том аккуратно пытается отцепить кулак Джареда от воротника своей рубашки. - Я не видел ничего плохого, рассказывая ему об этом.

 

- Ты мог бы сказать мне, что он звонил!

 

Том качает головой, и на его щеках проступает румянец.

- Профессиональная вежливость, Джаред. Он оказал тебе услугу, и я не хотел, чтобы он смущался.

 

- Он проверял меня!

 

Джаред немедленно сожалеет, что сказал это, потому что на лице Тома вдруг появляется сочувствующее выражение, и Джаред чувствует себя полным идиотом. Он не знает, что сказать, чтобы уладить все. Все это дерьмо с Маком произошло только из-за Дженсена. Джаред повел себя так из-за Дженсена, и теперь чувствует себя будто нашкодивший подросток, который не знает, как исправить ситуацию.

- Может быть, немного, - говорит Том. Его тон отвратительно сочувствующий. - Но... Ты ушел от него, Джаред. И Дженсен... ну, у него есть гордость. Он не хотел усложнять тебе жизнь, Джаред. Я это понимаю. И если я хоть немного его знаю, думаю, он подвел черту под вашими отношениями.

 

Джаред впивается взглядом в Тома, и тот отшатывается и отводит глаза. Том украдкой смотрит туда, где Майк, Элиссон и Эрика пьют и болтают, а затем оглядывается на Джареда.

 

- Это к лучшему. Ты знаешь, это так. Есть достаточно способов разрушить твою карьеру, еще не хватало тебе быть замеченным в связях с проститутками. Кто-то вроде Мака может разузнать такую информацию, и уж точно воспользуется ситуацией.

Бросив на Джареда многозначительный взгляд, Том уходит, чтобы присоединиться к друзьям. Джаред стоит у входа в бар, растерянный и печальный, и чувствует, что абсолютно трезв, несмотря на то, что выпил много пива.

Он ощущает себя так, будто услышал раскаты грома вдали, и теперь не ясно – будет ли дождь или гроза обойдет его стороной.

 

***

 

Мрачный и таинственный, Дэмиан, младший из братьев Картрайт, и вы выбрали его своим фаворитом в номинации фантастика-ужасы! Преданность его сомнительна, и ходят слухи, что он причастен к какой-то важной тайне семейства Картрайт! Теперь, когда второй сезон «Обрядов» официально подтвержден, этот высокий, темноволосый красавчик, безусловно, именно то, на что стоит посмотреть!

 

(Человек-загадка, Джаред Падалеки, набрал феноменальное количество голосов - 63% и вышел на первое место, победив в номинации Самый сексуальный мужчина! Откройте стр. 8, чтобы узнать больше об этой восходящей звезде ...)

 

Джаред сминает журнал в кулаке и несколько раз хлопает себя им по лбу. Может быть, позже, он почувствует прилив гордости и даже абсолютный восторг… Потому что это прорыв. Это не какой-нибудь жалкий опрос в убогой газетенке. После этого его точно заметят.

Вот только Мак тоже заметит. И точно не обрадуется. Джареду стоило выиграть в номинации Лучший дебют, потому что остальное – территория Мака.

Поэтому Джаред решает прятаться в своем трейлере, пока кто-нибудь не придет и не вытащит его оттуда силком.

Он сидит там в течение двух с половиной часов, успешно игнорируя тот момент, когда Брук стучит в дверь и кричит поздравления. Потом он не отвечает на крики Натана с Джастином. Они пытаются сломать дверную ручку и молотят в дверь, но Джаред закрыл ее на замок.

 

Джаред выпил четыре чашки кофе и съел пачку жевательного мармелада. Это явно нездоровое питание, но он надеется, что оно прикончит его прежде, чем за ним явится Мак.

 

Все дело в том, что если Мак собирается угрожать ему напрямую, Джаред с этим справится. Прямые угрозы обычно приводят к простому мордобою. Но Джаред понимает, что Мак никогда не скажет в лицо, предпочитая интриги, и особенно любит подкрасться незаметно и ударить ножом в спину. И Джаред не знает, что в этот раз придумает Мак, не знает, как бороться с этим засранцем.

Он сидит и размышляет, как быть, когда спустя пятьдесят минут слышит шаги на улице, стук в дверь и голос Мака: «Эй, Джаред. Мы должны поговорить, тебе не кажется?».

 

Джаред думает, что еще есть шанс проигнорировать Мака и не открывать. Но поговорить все равно когда-нибудь придется, поэтому он преодолевает внезапный прилив упрямства и открывает дверь. Мак стоит с журналом в руке, и улыбка у него какая-то странная, Джаред никогда не видел, чтобы Мак так улыбался.

 

Мак проходит внутрь, нарочито задев Джареда плечом, и Джаред даже не сопротивляется, понимая неизбежность неприятного разговора. Он уныло опускает плечи, вздыхает, готовясь к обвинениям или истерике. Затем он закрывает за собой дверь и тоже заходит внутрь.

Мак садится на диван, и видно, как он зол. Он молчит и ждет, а Джаред прислоняется к стене, скрестив руки на груди. Мак кладет журнал на пол у ног Джареда.

 

- Думаю, я должен поздравить тебя, - говорит, наконец, Мак. Даже его голос звучит по-другому. Более взросло, более сдержано. Джаред почти скучает по другому Маку – раздраженному, избалованному мальчишке, каким он бывает обычно. И Джаред догадывается, что видит сейчас истинную сущность этого человека, и ничего приятного в этом открытии нет. Одно разочарование.

 

- Спасибо.

 

Мак подталкивает журнала носком ботинка и кивает.

- Только видишь ли, вот в чем дело... - он больше не улыбается, когда смотрит на Джареда. - Я слышу, насколько ты чудесный, с самого начала съемок. Каждый говорит, что ты открытие и все такое. И это отстой, чувак. Для меня, я имею в виду. Я упорно трудился, чтобы оказаться сейчас там, где я есть, а ты выпрыгнул из ниоткуда и решил задвинуть меня в тень? Это не очень хорошо.

Он смотрит на Джареда выжидающе, и Джаред надеется, что он не ждет извинений, потому что тогда Маку придется ждать чертовски долго. В конце концов, он пожимает плечами и смотрит, как Мак рассеянно гладит руками свои бедра.

 

- Речь идет не только о том, хороший ли ты актер или красивый. Чтобы чего-то добиться в этом бизнесе, приходится иногда делать некрасивые вещи, - Мак бросает взгляд на Джареда, который хранит молчание, а затем продолжает: – И вот... Я позвонил тому хастлеру, с которым ты встречался.

Джаред резко выпрямляется. Он бросается к Маку, и прежде чем осознает, что делает, он резко прижимает Мака к дивану. Джаред пытается взять себя в руки и остановиться. Его просто колотит от злости. Он никак не может отпустить Мака.

- Подожди, выслушай меня, - говорит Мак, подняв руки, пытаясь защититься. – Раньше у меня это срабатывало. И я искал что-то... что заставило бы тебя задуматься, хочешь ли ты подписывать контракт на второй сезон.

Джаред все еще не может сказать ни слова. Он понимает, что если сейчас начнет пререкаться с Маком, то просто ударит его. Обескураженный молчанием Джареда, Мак нервно ерошит свои волосы и взволнованно дышит.

- Не то, чтобы сексуальные скандалы всегда вели к тому, что карьера актера разваливается, но ты только начинаешь, и, кроме того, ты явно не хотел бы, чтобы твои мама и папа узнали, что ты платишь деньги, чтобы засунуть свой член в задницу какому-нибудь парню, правильно? - он коротко смеется. - Так что я позвонил и предложил ему деньги, вероятно, больше, чем он зарабатывает за месяц, чтобы он рассказал все, что у него на тебя есть. Я сказал, что никто не узнает, что именно он дал мне информацию. Просто попросил его дать мне что-то, что я мог бы использовать потом против тебя.

 

Джаред чувствует, что сердце готово выпрыгнуть из груди. Мак вскидывает голову и ослепительно улыбается.

- И знаешь, что он мне сказал? - Мак смеется и откидывается на спинку дивана, убирая руки за голову. - Он сказал мне, что если услышит хотя бы один слушок, будто ты трахаешь проституток, то сразу поймет, что это я виноват, и тогда расскажет моим родителям о том, что я спал с ним. Он сказал, что сообщит родителям, Джаред! И моему агенту и вообще всем, кто будет готов слушать! И теперь, похоже, я должен оберегать твою сексуальную жизнь от сплетен, иначе замараюсь сам, вот такие дела, чувак.

 

Джаред ошарашено смотрит на него, и Мак снова смеется, слегка истерично.

 

- Да, я тоже охренел! Мерзкая проститутка угрожает мне, что расскажет родителям… - он замолкает и краснеет, видимо, представив себе картину в деталях. – Ты, должно быть, охренительно трахаешься, приятель! Я не могу поверить, что я заплатил за то, чтобы у тебя появился фанат-шлюха.

Джаред, конечно, никогда бы не подумал, что Дженсен сможет предать его, но не ожидал такого поведения. И удовольствие теплом растекается внутри, когда он представляет, как Дженсен защищал его. И пусть Том говорит, что со стороны Дженсена это всего лишь профессиональная вежливость, это не отменяет того факта, что Дженсен не думает о деньгах, когда дело касается Джареда.

Мак по-прежнему улыбается, наблюдая за Джаредом. Он поднимает журнал и гладит страницы.

- Что ж, я раскрыл тебе все карты, - продолжает он. - И... знаешь что? Я на самом деле рад, что вот так все вышло. Ты хороший парень, Джаред. Просто ты должен уйти с моей территории и дать мне мой кусочек славы, но... ты хороший парень.

 

- Значит… ты не собираешься гадить мне всеми возможными способами? - Джаред говорит медленно, все еще обдумывая тот факт, что Дженсен защищал его.

Мак похлопывает его по груди.

– Не собираюсь делать того, что может разозлить Дженсена. Хотя могу поливать тебя грязью в разговорах с продюсерами и всеми остальными на студии. Но… я ведь всегда так поступаю, - он улыбается и замолкает, и становится непонятно, шутит он или говорит всерьез.

- Это... это приятно слышать, - отвечает Джаред. Он смеется, чувствуя непонятную радость от того, что Дженсен заботится о нем, даже пусть и таким странным образом. – Спасибо.

 

- Всегда пожалуйста, - говорит Мак услужливо. - Может быть, когда-нибудь отблагодаришь меня, продемонстрировав свои чудесные навыки общения с проститутками? Ты просто сделал из него какого-то ангела мщения! - он делает паузу, и все еще улыбаясь, добавляет: - О, давай, скажи мне. Что ты сделал такого, что перетянул этого парня на свою сторону? Я виделся с ним уже раз пять или шесть, и все равно ты ему нравишься больше, чем мои деньги.

 

- Если я скажу, он уже не будет на моей стороне, так ведь?

 

Съемки заканчиваются, и съемочная группа на время разъезжается по домам.

Джаред не собирается даже заезжать в Лос-Анджелес. Конечно, у него там Чад и Сэнди, но Джаред тоскует по Сан-Антонио, такому безопасному и комфортному. Кроме того, Лос-Анджелес навсегда будет неразрывно связан с Дженсеном, и боль от расставания не исчезла, свернувшись где-то внутри. Джаред все еще скучает по нему, но сейчас все так запутано. И глубоко в душе Джаред продолжает надеяться на что-то.

Он понимает, что самое лучшее сейчас – просто не думать об этом.

 

Брук обнимает его и просит позаботиться о себе. Натан хлопает по спине и пытается уговорить выпить пива перед полетом. Джаред благодарит и отказывается, говоря, что нужно вернуться к себе в гостиницу, чтобы упаковать вещи. Он был счастлив сниматься в «Обрядах» и с нетерпением ждет второго сезона. Джаред упаковывает почти все вещи, но затем вынимает все обратно, оставив лишь немного одежды и несколько предметов первой необходимости.

 

По дороге в аэропорт он звонит маме, чтобы сказать, что едет домой, и ее радостный голос словно придает ему сил. Джаред рад, что увидит родных, тех людей, которые будут заботиться о нем. А может быть, удастся позвать к себе Чада и Сэнди, и в разговорах с ними у него получится не думать о том, как сейчас живет Дженсен.

Он приезжает в аэропорт, несет одну сумку на плече, вторую в руке, и вдруг его телефон звонит. Он думает, что это мама, звонит, чтобы сказать ему, что вместо нее его встретит Меган или что к обеду будет пирог. Но это Сэнди.

 

- Джаред? Слушай, я не хочу тебя беспокоить, но...

 

Ее голос дрожит, и этого достаточно, чтобы Джаред остановился, как вкопанный. Он хмурится, прижимая телефон к уху.

- Сэнди? Что случилось? Ты в порядке?

 

- Это, наверное, ничего, но... кое-что произошло сегодня утром, и большинство из этого вроде как слухи и все такое, но, на всякий случай, я хотела позвонить и сообщить тебе, прежде чем ты увидишь эти новости в газетах…

 

- Сэнди, расскажи мне. Что случилось?

 

Люди торопятся по своим делам, проходя мимо и иногда задевая его, и Джаред отходит к стене, чтобы сосредоточиться на разговоре.

- Это было в новостях, - говорит Сэнди, более четко и медленно. – У одного парня, вроде он психотерапевт у звезд или что-то такое, так вот, в багажнике его автомобиля нашли тело. Джаред, говорят, что этот убитый парень, он мужчина-проститутка. И полиция уже ведет расследование, выяснилось, что была фирма, которая специализировалась на подобных услугах, и что этот убитый парень один из многих, кто работал там…

 

Все останавливается. Замирает, а в груди пусто и холодно. Джаред сильнее сжимает сотовый телефон, потому что тот почти выскальзывает из внезапно вспотевшей ладони. Это не может быть на самом деле, потому что такое случается только в самых страшных ночных кошмарах. Этого не может быть, потому Дженсен… Дженсен не может быть мертв. Он не может быть мертв.

- Известны какие-то имена? - спрашивает он, и его голос больше похож на карканье.

 

- Только имя арестованного. Николас Бакси. Я никогда не слышала о…

 

- Ох... О, Боже, Сэнди... я, я должен идти. О Боже...

 

Он вешает трубку, уже не слушая, как Сэнди еще что-то говорит ему.

 

Перед глазами вдруг неожиданно ярко и четко встает образ Дженсена, связанного, с повязкой на глазах, дергающегося под Ником, который сидит на нем и сжимает руки на горле Дженсена. Джаред отчетливо вспоминает каждый гребаный отпечаток пальцев Ника, которые тот оставил на коже Дженсена. Он вспоминает, как Ник издевался над плачущим Дженсеном, и говорил какой Дженсен бесполезный, и как легко его можно убить.

 

И Джаред не жалеет, что избил Ника, единственное, о чем он сожалеет - что не закончил тогда свою проклятую работу и не убил ублюдка.

 

***

Когда он звонит Дженсену, телефон сообщает, что голосовой ящик заполнен. Разочарованный и отчаявшийся, Джаред пытается еще несколько раз, действуя на автомате, но механический голос равнодушно говорит, что ящик заполнен.

Сэм не отвечает на звонки, но, по крайней мере, Джареду удается оставить ей сообщение с отчаянной просьбой позвонить ему.

 

В середине полета в Лос-Анджелес - потому что Джареду необходимо увидеть Дженсена живым и здоровым, а находясь в Сан-Антонио он этого сделать не сможет - он вспоминает, что не позвонил маме, чтобы сказать ей об изменении планов. И он даже благодарен, что во время полета нельзя пользоваться телефонами, потому что внятно объяснить, почему он не прилетит, Джаред сейчас не в состоянии. И не хотелось, чтобы мама слышала его дрожащий голос.

Он сидит в кресле, замерев в одном положении, и молится.

 

***

Когда, приземлившись, Джаред включает телефон, на голосовой почте сообщения от Сэнди и Чада. Но ничего от Сэм, а голосовая почта у Дженсена по-прежнему переполнена. Сэнди и Чад просто интересуются, в порядке ли он, и не сообщают ничего нового.

Джаред звонит Сэнди, которая сейчас с Чадом, и они говорят ему ждать в аэропорту, пока они не приедут. Джаред отсылает сообщение маме. Сидеть и просто ждать – это убивает его, и он снова и снова набирает номер Дженсена, слушая безразличный и равнодушный голос оператора.

 

Когда Сэнди и Чад приезжают, Чад кажется слишком веселым, а Сэнди постоянно смотрит на Джареда, не отводя глаз. Джаред пытается держать себя в руках и не сорваться, но может думать лишь о том, жив ли Дженсен или нет. Потому что… если нет… все окончательно и ужасно закончено. Нельзя ничего вернуть, нельзя ничего исправить, бесполезно надеяться на счастливый финал.

- Пока никаких известий, - говорит Сэнди. - Это во всех новостях, скандал завернулся нешуточный, услугами этого агентства, как оказалось, пользовались известные люди, от кинопродюсеров до сенаторов

- Никаких имен? – снова спрашивает Джаред.

 

Чад качает головой.

- Это все пока слухи. Этот парень, Бакси, единственный, чье имя подтвердили, и они сделали это только потому, что какой-то гребаный папарацци узнал и рассказал всем, - Чад выглядит не очень уверенно и пожимает плечами, неловко почесывая затылок. - Да ладно, чувак, это не Дженсен. Ведь он прекратил видеться с тем парнем, правда?

 

Джаред качает головой, но больше ничего не говорит. И не потому, что не согласен с Чадом. Просто Джаред знает, что Дженсен иногда плюет на инстинкт самосохранения, ввязываясь в опасные авантюры.

 

Сначала они едут к Дженсену домой, и окрестности вокруг по-прежнему спокойные, красивые, респектабельные, как и всегда, деревья в ухоженных садах неторопливо шелестят на ветру. Сэнди выходит из машины вслед за Джаредом, а Чад немного отстает, нервно поглядывая в сторону соседних домов. Джареда не волнует, если люди подумают, что он ведет себя немного странно. Ему все равно. Он просто хочет увидеть Дженсена.

 

- Дженсен!

 

Джаред молотит в дверь, а затем давит на кнопку дверного звонка. Дом молчит, никакого движения, ни звука.

- Разве он не должен сейчас работать? - шепчет Чад. - Да ладно, Джаред, если бы он был там, он бы явно тебя услышал, ты так шумишь! Его здесь нет. Где еще он может быть? –

 

Джаред не двигается. Ему кажется, что нужно подождать еще немного, еще мгновение – и Дженсен откроет дверь. Он будет ворчать на Джареда за то, что тот опять ведет себя как беспокойная мамаша, может, ему станет неудобно перед Чадом и Сэнди, или он посмеется над Джаредом. Пусть делает, что хочет, только позволит Джареду убедиться – в машине Ника Бакси нашли не его тело.

 

Никто не открывает.

 

Джаред медленно идет к машине, все еще оглядываясь на дверь. Наконец, он смотрит на Чада, потом на Сэнди, которая уже стоит возле автомобиля и нетерпеливо поглядывает на Джареда.

- Офис, - говорит Джаред. Он облизывает губы и убирает мокрые волосы со лба. - Мы поедем в офис.

 

Там пусто. Вокруг все разбросано, валяются обрывки бумаг. Тот, кто уходил последним, даже не потрудился запереть дверь за собой.

 

Джаред стоит там, где когда-то был офис Сэм, и пытается вспомнить. Пытается вернуться в прошлое, вспомнить самого себя, сидящего перед ее столом, нервного и красного, а Сэм в одном из своих идеальных костюмов рассказывает ему о его обязанностях, и солнце отражается на поверхности полированного стола. Все это было до Дженсена.

Джаред хочет вспомнить, но не может. Будто до Дженсена в его жизни было лишь какое-то белое пятно. Вся его жизнь перевернулась, когда он встретил Дженсена.

Из комнат почти все вынесено. Шкаф в углу пуст, несколько отдельных бумажек валяется рядом, но это какие-то старые счета. Все плюшевая мебель куда-то делась. Такое ощущение, что осталась одна оболочка, шелуха, а все главное, значительное исчезло. Это поражает Джареда, бьет прямо в сердце, и он хватается за дверной косяк, чтобы удержаться на ногах.

 

- Им пришлось исчезнуть, - голос Сэнди чуть дрожит. – У полиции есть вопросы, им нельзя здесь оставаться… неважно, замешаны они в этом или нет. Они не могут рисковать. То, что их здесь нет, еще ничего не значит.

 

Джареду почему-то кажется, что они стоят у свежевырытой могилы. Невыносимая тишина разбивается внезапным звонком мобильного телефона Джареда, и Джаред хватает его так быстро, что чуть не роняет.

Это не Дженсен, и не Сэм. Это Мел.

 

 

- О, с ним все отлично, - говорит Мел. Голос ее звучит устало, и жизнерадостный тон неубедителен. – С ним все хорошо. Извини, что я не позвонила раньше, но ты не поверишь, сколько было дел, с тех пор как… с тех пор как все случилось. Конечно, не очень приятные новости, не правда ли? Когда вокруг бродят копы и вынюхивают…

 

Джаред чувствует, как начинает отпускать это страшное напряжение, но он не может не спросить еще раз, чтобы убедиться.

- Но с Дженсеном все в порядке, да?

- Да, Джаред, он действительно в порядке, - Мел колеблется, а потом добавляет. - Но он уезжает из Лос-Анджелеса. Сэм уже уехала. Мы с Беном перебираемся в Южную Каролину, с его компанией. Я просто звоню всем, чтобы убедиться, что все знают, и подчистить концы, так сказать. Работа окончена, да?

 

Джаред чувствует, что она пытается закончить разговор, но он не хочет вешать трубку - не то, чтобы Джаред не верил ей, но, проведя почти день, думая о Дженсене, думая, жив ли он, ему сейчас действительно нужно просто услышать его голос.

 

- Я не могу пробиться к Джену. Его голосовая почта заполнена и…

 

- Он выбросил свой телефон. Чтобы оборвать все связи, так сказать, не беспокойся об этом. Сэм сделала то же самое, и я тоже отключу этот номер, когда обзвоню всех…

- Но мне нужно поговорить с ним. У тебя есть его номер?

 

- Нет, но у Сэм есть. Я могу позвонить ей, чтобы сказать, что ты звонил, и ты тогда спросишь у нее, ладно? – На заднем фоне слышны какие-то голоса, а затем Мел говорит. - Слушай, Джаред, мне очень жаль, но я должна идти. Нужно переделать сотню дел, прежде чем мы уедем отсюда. Береги себя, детка!

 

Звонок обрывается, и Джаред стоит в пустой комнате, где когда-то оставил значительную часть своей жизни, и понимает, что ничего нельзя вернуть.

 

Проходит около месяца, прежде чем Сэм звонит.

Джаред проводит две недели в Лос-Анджелесе с Чадом и Сэнди. Они не часто встречаются, потому что Сэнди занята на съемках фильма, а Чаду после одного из прослушиваний предложили роль. Он будет играть эдакого плохого мальчика смазливого типа в какой-то романтической драме, которая вышла уже на третий сезон.

Он следит за новостями о скандале с Ником Бакси. В газетах публикуют фото убитого парня, и Джаред чувствует себя виноватым, просто глядя на это лицо. Это слишком красивое лицо с бесстрастным выражением. Таким же, как у Дженсена, и в то же время совсем не похожим. А ведь на этом месте могла быть фотография Дженсена. Джаред понимает, что не должен смотреть на фото этого парня и радоваться, что это не Дженсен, но не может ничего с собой поделать. Мысль о том, что могло бы произойти, если бы он не вмешался тогда, постоянно заставляет его холодеть от ужаса.

Печатают различные статьи о проституции, об элитном агентстве, которое было разогнано полицией после убийства, и о списке клиентов, но имени Сэм не упоминается, и Джаред уверен, что для нее все закончилось хорошо.

Он ждет и ждет ее звонка, продолжает думать, вот сегодня, сейчас она возьмет и позвонит. Джаред пытается снова дозвониться до Мел, но, как она и сказала, ее номер отключен.

 

В конце концов, он пакует чемоданы и, наконец, летит обратно в Сан-Антонио, чтобы провести оставшуюся часть лета дома.

 

В семье, кажется, существует негласный сговор вести себя с Джаредом как можно осторожнее. Мама тянет его к себе, чтобы поцеловать в щеку, будто он по-прежнему маленький мальчик, и он благодарен за это. Меган ерничает, но явно рада видеть его, а отец хлопает по спине и предлагает пиво. Джаред делает над собой усилие, чтобы говорить и выглядеть непринужденно, но он рад, что в жизни есть родные люди, которые дарят эти радостные мгновения.

Джаред сидит на крыльце в золотом солнечном свете, а в теплом воздухе разлит сладкий запах лилий, и он надеется, что завтра позвонит Сэм, надеется, что желание услышать голос Дженсена хотя бы когда-нибудь немного поутихнет.

Стараясь не думать об этом слишком много, Джаред пытается представить, как в будущем он будет появляться на вечеринках один. Просить Сэнди изобразить его девушку слишком низко. Мак преподнес ему хороший урок, и Джаред ни за что не ввяжется больше в фиктивные отношения для прессы, но нужно что-то придумать, объяснить всем, почему он один.

Он еще молод, он это знает. И да, есть все шансы, что он найдет кого-то. Но Джаред не уверен, что когда-то придет тот день, когда его перестанет терзать непреодолимое желание увидеть Дженсена. Все это отстой, что он молод и встретит кого-то. Дженсена ему никогда не забыть.

 

- Папа сказал, что ее звали Сэнди, - говорит Меган. Она собирает юбку между бедер и садится верхом на перила крыльца. Солнце светит ей в затылок, и Мэг отбрасывает черную тень.

- Сэнди просто друг, - отвечает Джаред, и его голос звучит глухо, будто издалека.

 

- Так... как ее звали?

 

Джаред не видит смысла лгать. Пусть все кончено, но это было, и никуда не деться от того факта, что он встречался с парнем.

- Дженсен. Его звали Дженсен.

 

Меган ошарашено смотрит на него. Потом она быстро отворачивается, но Джаред замечает, как румянец окрасил ее щеки.

С того кошмарного дня, когда он был почти убежден, что Дженсен мертв, Джареду иногда кажется, что тот кошмар был правдой. Джаред говорит о Дженсене в прошедшем времени, и у него нет ничего, кроме воспоминаний. Иногда он думает - а существовал ли Дженсен на самом деле? Неужели было такое время, когда сам Джаред был безгранично счастлив?

 

Молчание затягивается. День жаркий и влажный, и Джаред думает пойти в дом и выпить холодного чая.

- Неужели все то дерьмо о тебе и Маке Кеннеди правда? - вдруг спрашивает Меган. Ее голос звучит высоко и отчаянно.

 

Джаред смеется и качает головой.

- Ни одного слова правды.

 

- Из-за Мака все пошло не так с Дженсеном? Он не знал, что ты не встречаешься с ним?

 

«Это было просто идеально», - думает Джаред. Это то, с чем он бы разобрался очень легко. Это было бы намного проще, чем любить человека, продающего свое тело за деньги. Сказать «Нет, я не состою ни в каких отношениях с моим коллегой по съемкам» было бы куда легче, чем «пожалуйста, перестань позволять им так с собой обращаться».

 

- Нет, нет, он знал.

 

- Так где же он? – спрашивает Меган, и по ее тону понятно, что ей не ясно, почему у Джареда все так сложно.

 

Джаред поворачивается к ней, любуясь, как солнечный свет играет на ее лице, и улыбается.

 

- Я не знаю. Он ушел.

 

Она не спрашивает больше ничего, и Джаред чувствует облегчение, потому что он не знает, что еще сказать ей. Они сидят вместе некоторое время и смотрят, как оранжево-золотое пятно солнца медленно движется к горизонту. Когда опускаются розовато-лиловые сумерки, Меган заходит в дом.

 

Час спустя звонит Сэм. Ее тон дружелюбный, но какой-то резкий.

 

- Мел говорит, что тебе нужен номер Дженсена, сладенький мой. Это правда?

 

- Да, - подтверждает Джаред. И хотя он просто в ярости от того, что она заставила его ждать так долго, когда он практически нашел Дженсена, Джаред чувствует, как его затопляет волна благодарности.

- Не могу тебе помочь, прости, - говорит она. - Джен занимается своими делами, и дозвониться до него в эти дни довольно сложно. Я не могу дать его номер без его согласия, особенно учитывая, каково ему было, когда ты ушел. Я знаю, вы, ребята, были близки… - она замолкает, и Джаред слышит ее взволнованное дыхание. – Лично я считаю, что тебе нужно оставить его в покое.

- Сэм. Пожалуйста, – отчаянно выдыхает Джаред.

 

- Но решать не мне. Я скажу ему, что ты хочешь поговорить с ним, и пусть он решит сам – звонить тебе или нет.

Сэм обрывает вызов.

 

Это было в июле.



Глава 10

В декабре они заканчивают съемки серии «Обрядов», посвященной Рождеству. Джареду это кажется слегка неуместным для сериала в жанре хоррор-драма, но, тем не менее, он рад возможности показать своего Дамиана с другой стороны, без его вечного беспросветного ангста. Атмосфера на площадке веселая и расслабленная, но Джаред все равно с нетерпением ждет, когда же, наконец, закончатся съемки и он сможет уехать домой.

 

Он как раз собирает вещи у себя в трейлере, когда Мак возникает в дверном проеме и выпаливает на одном дыхании:

 

- Они женятся, представляешь? - Джаред поднимает на него полный недоумения взгляд и Мак поясняет: - Брук и Джастин.

 

- Они сами тебе об этом сказали или ты опять почерпнул сведения из Интернета? Потому что, знаешь, фаны до сих пор уверены, что мы с тобой – самая счастливая пара на свете.

 

Мак отрицательно мотает головой и растягивается на диване, полностью игнорируя тот факт, что Джаред, вообще-то, как раз собирался уходить.

 

- Черт, нет! Ты что, вообще не интересуешься, что о нас говорят? Все думают, что мы крупно поссорились. Поэтому ты выглядишь таким несчастным все время. Они думают, что я бросил тебя из-за того, что ты пошел на церемонию награждения с той миленькой цыпочкой, а не со мной.

 

- О, ну тогда конечно, – соглашается Джаред. Он видит, что Мак ухмыляется. - Я поступил с тобой, как настоящий козел, и ты имел полное право послать меня. Ну, так что фанаты придумали насчет Брук и Джастина?

 

- Это не домыслы фанатов, Джаред. Черт возьми, ты что, даже не заметил этот булыжник у нее на пальце? Да бриллиант в ее кольце размером с небольшой штат, как…как Род-Айленд.

 

- Я…да я вообще как-то не обращал внимания на ее пальцы, – растеряно отвечает Джаред. Он пожимает плечами в ответ на удивленную гримасу Мака: - Серьезно, она что, правда носит кольцо? И как давно?

 

- Чувак, да она носит его так давно, что заметили все, кроме тебя! - Мак вздыхает и картинным, хорошо отрепетированным движением откидывает со лба прядь волос. – Вопрос в том, что мы будем делать со свадьбой?

 

 

Джаред застегивает змейку на дорожной сумке и тянется за пальто. Он открывает дверь и бросает на Мака многозначительный взгляд, , намекая, чтобы тот, наконец, встал с его дивана и шел на выход.

 

- Ну, ты знаешь, вообще-то планирование свадьбы традиционно было делом жениха и невесты. При чем тут вообще мы с тобой?

 

Мак удрученно вздыхает, удивляясь тому, какой Джаред непонятливый, но встает с дивана и идет к двери.

– Я имею в виду, там будут фотографы и журналисты, и нам надо договориться, как себя вести.

 

- Мак, дружище, я тебя, конечно, очень люблю, но я не собираюсь использовать свадьбу Брук и Джастина для того, чтобы лишний раз пропиарить наш с тобой придуманный роман. Это если они вообще помолвлены, в чем я не уверен, потому что не видел на Брук кольцо. - Джаред мягко подталкивает Мака в спину по направлению к выходу из трейлера. – А сейчас езжай домой и проведи выходные с пользой, потом увидимся и поговорим, ладно?

 

Мак какое-то время просто смотрит на него, а потом говорит:

- Не могу поверить, что наконец-то отделаюсь от тебя.

 

Джаред смеется и машет ему рукой на прощание. Он едет в отель, чтобы воспользоваться перерывом и отдохнуть, потому что они работают сейчас просто в сумасшедшем ритме. С тех пор, как пошли разговоры о том, что «Обряды» продлят на третий сезон, Джаред начал подумывать о том, чтобы продать квартиру в Лос-Анджелесе и подыскать себе постоянное жилье в Ванкувере. Потому что в Лос-Анджелессе его больше ничто не держит.

 

Почти все вещи уже собраны и упакованы, с этим он справился еще вчера вечером. Джаред осматривает комнату, проверяя, не забыл ли чего, и как раз тянется за своими солнечными очками, которые ему совершенно без надобности в дождливом Ванкувере, но определенно понадобятся в Техасе, когда вдруг раздается звонок телефона.

 

Номер ему не знаком, и Джаред с секунду колеблется, прежде чем ответить, потому что лишняя осторожность никогда не повредит. Но потом решает, что вряд ли по телефону ему смогут нанести серьезный вред, тем более, он уже достаточно большой мальчик, чтобы не боятся загадочных телефонных звонков, даже если это может оказаться какой-нибудь чокнутый сталкер.

 

Он отвечает на звонок, и в трубке раздается голос Дженсена:

- Привет.

 

Джаред просто теряет дар речи. Он настолько ошеломлен тем, что Дженсен ему позвонил, что у него перехватывает дыхание, и он не может найти слов в ответ.

 

- Джаред? Ты в порядке? Это Дженсен. Э-э-э…Я не вовремя?

 

- Джен, – судорожно выдыхает Джаред и кусает себя за щеку изнутри, чтобы убедится, что это не сон и он действительно разговаривает с Дженсеном. – Господи. Я думал, ты уже никогда не позвонишь.

 

Дженсен ничего не говорит, и Джаред вдруг ясно понимает, что тот раньше не звонил ему просто потому, что не хотел.

 

- Но ты все-таки позвонил, – говорит Джаред. – Как твои дела?

 

- Послушай, я сейчас в Ванкувере. И я подумал, что…

 

- Что? Ты здесь? Но…когда ты…что ты здесь делаешь? Где именно ты находишься?

 

Дженсен как-то натянуто смеется:

- Знаешь маленький бар на Денманн Стрит? Здесь в это время малолюдно, и ты можешь не волноваться, что нас кто-нибудь увидит вместе. Можешь подъехать сюда?

 

У Джареда рейс до Сан-Антонио через час. И он знает, что его на этом самолете не будет.

 

 

***

По идее, Джаред должен злиться на Дженсена за то, что тот так долго не давал о себе знать. Джареду следовало бы воспринять это как знак, насколько мало он значит для Дженсена, и пойти на встречу только для того, чтобы послать его куда подальше.

 

Но это не так. Он совсем не злится, ни капли. Джаред просто счастлив, что снова увидит Дженсена, будет с ним в одной комнате. Может быть, он жалок, но Джаред ничего не может с собой поделать. Да и не хочет, потому что не испытывал такого душевного подъема с тех пор, как они с Дженсеном расстались.

 

Дорога до бара занимает неожиданно много времени. Потому что, пока Джаред едет, он все время думает о них с Дженсеном. Он не может злиться на Дженсена, Джаред просто счастлив увидеть его снова. Но между ними ничего не изменилось. Он все еще любит Дженсена, всегда любил, но это не отменяет того факта, что он сам его бросил. Да, Дженсен первый позвонил ему и предложил встретиться, но в этом разговоре ничто не указывало на то, что эта встреча – что-то большее, чем просто знак вежливости со стороны Дженсена.

 

Мысль об этом отдается болью в его сердце, он паркуется возле бара, выходит из машины и стоит на холодном ветру, пытаясь собраться с мыслями, не замечая, как от мороза покалывает щеки.

 

Может быть, это будет прощание. Может, Дженсен просто скажет ему что-то вроде: «Не звони мне и не жди, что я позвоню сам» .

 

Джаред серьезно подумывает о том, чтобы развернуться и уехать, потому что возможно, будет не так больно, если он сможет и дальше тешить себя надеждами, что он все еще не безразличен Дженсену, чем если будет знать наверняка, что это не так. Тем не менее, раз уж у Дженсена хватило духа, чтобы выяснить между ними все раз и навсегда, то меньшее, что Джаред может сделать – это пойти туда и принять это как мужчина.

 

Как только он входит в бар, то сразу же находит глазами Дженсена. Тот сидит за угловым столиком, с бутылкой пива в руке. Его плечи слегка ссутулены, и он, кажется, полностью увлечен чтением газеты. Дженсен в очках, и эта маленькая деталь заставляет Джареда улыбнуться.

 

Он не видел Дженсена уже несколько месяцев, с их последней встречи в отеле – когда Джаред хотел ссориться, а не трахаться – и тот по-прежнему невероятно красив.

 

Дженсен не замечает его, пока он не усаживается в кресло напротив.

 

- Джаред, – говорит он, натянуто улыбаясь. – Спасибо, что пришел.

 

- Никаких проблем. Я хотел увидеть тебя. - Какое-то время он просто смотрит на Дженсена, стараясь впитать в себя его образ, потому что они не виделись так давно, что его черты постепенно начали стираться из памяти. – Как ты поживаешь?

 

Дженсен кивает.

– Все хорошо. А ты? Сериал, в котором ты снимаешься, просто сверх популярный, да? Твое лицо на обложках всех журналов.

 

- Да, это… - Джаред запинается, смутившись, и продолжает: - Мне нравится. - Он вздыхает и хмурится, глядя на Дженсена. – А ты где пропал?

Дженсен какое-то время не отвечает, как будто размышляя, воспринимать ли слова Джареда как упрек. Но потом, видимо, решает, что не стоит, и начинает рассказывать:

 

- Да. После всего что случилось, я захотел начать свою жизнь с чистого листа. Воспринял это как возможность все изменить. Просто взял деньги и уехал. И у меня все хорошо. Даже лучше, чем я ожидал. Может, это прозвучит невероятно, но…в общем, я сейчас работаю фотографом. – Он смущенно смеется, слегка краснея. – Черно-белая фотография, макросъемка, портреты. У меня получается. Сейчас работаю, продвигаю самого себя, так сказать, ты ведь понимаешь, как это важно?

 

Джаред разрывается между восторгом и удивлением.

 

- Серьезно?! Черт, Джен…Да это же круто!

 

Реакция Джареда не оставляет Дженсена равнодушным, его лицо просто сияет от удовольствия.

 

- Я и сам не ожидал, что у меня все получится так быстро. Или…что вообще что-нибудь получится, – признается он. – Но я все равно хотел попробовать. А потом парень, с которым я работал, когда был моделью, увидел несколько моих фотографий. Ему они понравились, и…ну, в общем, у него были нужные связи, чтобы меня заметили, и…в общем, с этого все и началось. Мне повезло больше, чем я того заслуживаю.

 

Он достает откуда-то с кресла рядом с собой большой коричневый конверт и кладет его на стол между ними. Дженсен держит руку на конверте, как будто собирается в любой момент убрать его назад.

 

-У меня будет выставка в следующем месяце. В Нью-Йорке. Это может стать для меня пропуском в мир известных фотографов, если меня, конечно, не закидают помидорами.

- Он нервно улыбается и вздыхает, протягивая Джареду конверт. – Мне нужно твое разрешение, чтобы выставить эту фотографию, Джаред. Я считаю, что это одна из моих лучших работ, хочу показать ее. Но…мне нужно убедится, что ты не будешь против. Поэтому я и приехал сюда, чтобы спросить тебя.

 

Джаред медленно раскрывает конверт и достает фотографии.

 

На фото он сам, Дженсен снимал его, когда Джаред спал, раскинувшись на их постели. Он забыл об этом случае, вплоть до сегодняшнего дня.

 

У него перехватывает дыхание от контраста между белоснежными простынями, на которых он лежит, и абсолютной чернотой его волос, темными линиями тела. Но, несмотря на монохромную резкость изображения, есть в этом что-то успокаивающее. Мирное.

 

Он смотрит на свое лицо на этой фотографии и размышляет - неужели именно таким всегда видел его Дженсен?

 

- Тебе не обязательно отвечать прямо сейчас, – нарушает затянувшееся молчание Дженсен. Возможно, тебе следует переговорить со своим агентом или адвокатом, я не знаю. И, конечно же, я скажу, что это постановочное фото. Я не хочу, чтобы люди подумали…

 

- Я даю свое разрешение. – Джаред отрывает взгляд от фото, встречаясь глазами с Дженсеном. – Я подпишу все, что нужно. У тебя есть мое разрешение.

 

Дженсен колеблется и о чем-то напряженно думает, прищурив глаза. А потом улыбается, вежливо и отстраненно, и говорит:

- Тебе и в самом деле стоит сначала переговорить со своим агентом, Джаред. Не то чтобы все знали, что я раньше занимался проституцией, но пойми, нет никаких гарантий, что эта информация не выплывет наружу. Просто…для моего спокойствия. Поговори с агентом.

 

Он пишет что-то на салфетке и протягивает ее Джареду:

– Это мой номер телефона. После того, как поговоришь с агентом, – он замолкает, строго глядя на Джареда, – позвони мне и дай знать, что вы решили.

 

А потом Дженсен встает, и Джаред понимает, что он уходит. И он не готов дать ему уйти. Совершенно не готов. Сердце сжимается при мысли, что он, возможно, не увидит Дженсена еще несколько долгих, болезненных месяцев, а то и больше. Он даже не думает, что делает, когда хватает Дженсена за рукав и удерживает.

 

Когда пальцы Джареда смыкаются вокруг его запястья, Дженсен замирает на месте. Видно, что он старательно держит лицо, не позволяя отражаться на нем своим настоящим чувствам. Люди начинают бросать в их сторону заинтересованные взгляды, и Джаред ослабляет свою хватку, но руку не убирает, и она остается протянутой между ними. Дженсен с секунду смотрит на него, все еще с тем самым нечитаемым выражением, а потом опускается обратно в кресло.

 

- Ник Бакси, – хриплым шепотом произносит Джаред. И этих слов достаточно, чтобы вызвать у Дженсена вспышку раздражения.

 

- Только вот не надо говорить, что ты меня предупреждал.

 

Джаред качает головой.

– Нет. Нет….Я просто…Знаешь, когда я услышал…услышал о том, что он сделал, – при воспоминании о том случае у Джареда в горле встает ком, но он продолжает дальше: - Я думал, что это был ты. Что это тебя он…Я так испугался, Джен. Примчался в Лос-Анджелес, искал тебя везде, но так и не смог найти. Я провел целый день, думая, что ты и есть тот парень, которого он…Я был так напуган.

 

Дженсен, кажется, до глубины души потрясен его словами. Он отводит взгляд в сторону, как будто не решаясь смотреть Джареду в глаза, тени от длинных ресниц трепещут на его щеках. Он качает головой.

 

- Это не мог быть я. Мы больше не виделись с ним после…

 

Он откидывается назад в кресле, улыбаясь Джареду странной улыбкой. Красивой, но какой-то грустной.

 

- А хочешь знать правду? О том случае с Ником? Когда он, – Дженсен машинально проводит кончиками пальцев по горлу, как будто вспоминая, что с ним делал Ник, – я просто молился тогда, чтобы ты пришел и спас меня. - Он издает резкий, короткий смешок. – Каждый раз, когда я говорил, что не нуждаюсь в тебе и в твоей помощи…я врал, и в первую очередь самому себе. Но именно после того случая с Ником у меня открылись глаза на то, насколько сильно я нуждаюсь в тебе. И на самом деле…я вовсе не хотел этого.

 

Он бросает на Джареда полный затаенной тревоги взгляд, ожидая его реакции на сказанное, и добавляет:

 

- Конечно, тебе не следовало избивать клиента до полусмерти, но я не поэтому тогда повел себя так. Прости, Джаред. Ты ни в чем не виноват.

 

Извинение и признание повисают в воздухе. Джаред смотрит на него так, как будто только сейчас в полной мере осознал, насколько страшной ошибкой было бросить Дженсена, хотя и без того не было и дня, чтобы он не жалел о своем поступке.

 

- А что плохого было в том, чтобы нуждаться во мне? - тихо спрашивает он. Потому что все могло быть по-другому. Он мог быть с Дженсеном все это время. Мог быть счастливым, а не одиноким и разбитым.

 

Лицо Дженсена как-то неуловимо меняется, он поднимает бровь и смотрит на Джареда, как будто тот сам должен знать ответ на этот вопрос.

 

- Потому что я не знал, смогу ли пережить, если ты однажды решишь оставить меня. И не хотел узнавать.

 

Когда он уходит в этот раз, Джаред не пытается его остановить.

 

 

***

Чад все еще занят на съемочной площадке, когда Джаред приезжает, чтобы повидаться с ним. Он приезжает сюда настолько часто, что многие члены съемочной группы уже знают его в лицо, поэтому, как только он входит в павильон, кто-то тут же подсказывает ему, где найти Чада. Джаред останавливается у края съемочной площадки и смотрит на игру актеров, пытаясь понять, в чем же заключается сюжет. Там только Чад с каким-то парнем и девушка, по всей видимости, экранная подружка Чада, но Джаред не уверен, потому что так до конца и не разобрался в хитросплетениях этой мыльной оперы.

 

- Эй, а ты разве не должен сейчас быть в Сан-Антонио? – спрашивает Чад.

 

- Да, но… - Джаред озирается вокруг, отмечая, что рядом с ними слишком многолюдно, и тянет Чада в его трейлер. – Чувак, я только что виделся с Дженсеном.

 

- Что? В Ванкувере? Что он, черт возьми, здесь делает?

 

Джаред дожидается, пока Чад запрет за собой дверь трейлера и валится на диван. Он совершенно выбит из колеи: радость, удивление и шок смешались в нем в одно непередаваемое чувство. Чад оценивает его состояние, и видимо, делает для себя какие-то выводы, потому что без слов протягивает Джареду стакан и наполняет его водкой из мини-бара.

 

- Ему нужно было увидеться со мной. Видишь ли, он…Это трудно объяснить.

 

Джаред понимает, что его слова звучат бессмысленно, поэтому молча протягивает Чаду конверт. Он смотрит, как Чад достает фотографию и внимательно изучает ее. Его лицо приобретает напряженное выражение, и Джаред хмурится, понимая, что Чад все неправильно понял.

 

- Чертов ублюдок! Он что, пытается шантажировать тебя? Да я так надеру его растраханную задницу, что она надолго потеряет товарный вид!

 

- Нет-нет, ты все неправильно понял! - расстроенным голосом говорит Джаред, делая большой глоток водки. – Он не пытается шантажировать меня. Дженсен никогда бы так не поступил. Он…э-э-э…ну, он сейчас стал фотографом. И у него будет выставка в Нью-Йорке. Так что он приезжал, чтобы получить мое разрешение на размещение этой фотографии.

 

Чад снова берет в руки фотографию и рассматривает ее, в этот раз уже спокойнее. А потом смотрит на Джареда и хмурится.

 

- И ты собираешься сказать ему «да»?

 

- Я уже сказал. Но Дженсен настоял, чтобы я сначала посоветовался с моим агентом. Он ненадолго замолкает. – А ты, похоже, считаешь, что мне не следует давать разрешение?

 

Чад не сразу отвечает. Он делает вид, что страшно занят, наполняя стакан Джареда, и наливает себе тоже. А потом облокачивается на стену, пристально смотрит на Джареда и пожимает плечами.

 

- Если это сделает тебя хоть капельку счастливее, то соглашайся. Потому что давай смотреть правде в глаза – ты ведь сделал все возможное, чтобы забыть Дженсена, так? Но, все равно, до сих пор по уши влюблен в него, как и раньше.

 

- Мы сейчас говорим не только о фото, да?

 

Чад смеется и салютует Джареду стаканом.

– Молодец, сам догадался! - Он дразнящее улыбается. – А если серьезно, то я считаю хорошей идеей все, что заставит тебя выйти из твоего вечно несчастного состояния. В конце концов, это лучше, чем если бы ты решил трахнуться с этим козлом Маком. Так что можешь считать это моим благословением.

 

Джаред торжественно кивает и поднимает стакан.

 

- Ты настоящий друг, Мюррей.

 

***

Салфетка, на которой Дженсен написал свой номер, надежно покоится в левом кармане Джареда. Ему нравится прикасаться к ней, проводить пальцами по шероховатой бумаге, чтобы лишний раз убедится, что она на месте. Но даже если бы Джаред по какой-то невероятной случайности потерял ее, он все равно уже успел выучить номер Дженсена наизусть. Но ему просто нравится смотреть на цифры, нацарапанные неровным почерком Дженсена.

 

Ему хочется набрать заветный номер прямо сейчас, чтобы просто поговорить с Дженсеном, услышать его голос. Он подумывает о том, что можно позвонить дважды: сначала чтобы сказать, что отправил копию фото своему агенту, а потом чтобы сообщить о решении.

 

Но ему не суждено претворить эти планы в жизнь, потому что его агент реагирует незамедлительно.

 

- Я не думаю, что это может нам как-то повредить, – говорит Джерри. После вашего прошлогоднего трюка с Маком, проблема твоей сексуальной ориентации стала не проблемой, если можно так сказать. Так что с этим все в порядке. Я тут кое-что разузнала о твоем друге…

 

Джаред уже объяснял ей, откуда знает Дженсена, правда, не вдаваясь в детали. По тем нескольким вопросам, которые она себе позволила, Джаред понял, что Джерри догадалась, что Дженсен и есть тот самый парень, который разбил ему сердце. Но, даже зная это, Джареда настораживает ее последняя фраза, и он внутренне готовится защищаться.

 

- Я сильно сомневаюсь, что тебе удалось раскопать о нем что-то более подозрительное, чем я тебе уже рассказывал.

 

- Успокойся, милый! Бывшая проститутка, я знаю. Но я не волнуюсь по этому поводу. Даже если эта информация выплывет наружу, мы найдем способ повернуть все в нашу пользу, к тому же, я думаю, что есть немало влиятельных людей, которые заинтересованы в том, чтобы этого не произошло. И не удивительно, я видела его фотографии - до чего же он красивый! Нет-нет, ты не подумай, я не имею в виду ничего такого, твой парень весьма неплох в работе. Делал фотосессию для модного журнала, о нем положительно отзываются в прессе. Не то чтобы он посягал на лавры Анни Лейбовиц, но…смотри: он перспективный фотограф, ты телезвезда, вы могли бы стать эффектной парой, любимчиками журналистов и папарацци.

 

Жар приливает к щекам Джареда и стекает вниз по шее. Он прочищает горло.

 

- Мы говорим о том, чтобы разрешить ему выставить мое фото. Не слишком увлекайся.

 

- А я говорю о том, что не против, если ты решишь зайти дальше, – прямо говорит Джерри.

 

Джаред мгновенно ощущает вспышку раздражения при мысли, что его карьера может зависеть от отношений – или отсутствия таковых – с Дженсеном. Сама мысль о том, чтобы использовать Дженсена для пиара возмущает его до глубины души, и он прилагает все усилия, чтобы его голос звучал вежливо и спокойно, когда говорит:

 

- Джерри, я, конечно, ценю, что ты так заботишься о моей карьере, но…Мне не нужно твое одобрение.

 

- Жестко. Но оно у тебя в любом случае есть. – Она делает паузу, а потом добавляет: - А он сделал на самом деле хорошую фотографию. Как насчет того, чтобы использовать ее в твоем портфолио? Подумай об этом, ладно?

 

Она кладет трубку, и Джаред тупо пялится на телефон. На какой-то миг он жалеет, что Джерри так легко согласилась дать разрешение на размещение фото, потому что сейчас ему бы хотелось ослушаться и сделать это ей назло.

 

***

Когда Дженсен снимает трубку, у Джареда просто перехватывает дыхание, и это глупо с одной стороны, потому что он ждал, что Дженсен ответит, и был бы очень расстроен, если бы попал на голосовую почту. Но он все равно не может выдавить из себя слова приветствия и просто тяжело дышит в трубку.

 

- Джаред? – обеспокоено спрашивает Дженсен. – Ты в порядке?

 

- Да, все нормально, просто запыхался, извини. Слушай, я поговорил с моим агентом, и она не против. Мне нужно подписать какие-то документы?

 

- Да. Я вышлю тебе все необходимые бумаги почтой. Ты еще в Ванкувере?

 

- Нет, я в Сан-Антонио. У тебя есть ручка, чтобы записать мой адрес?

 

Возникает пауза и Дженсен говорит:

- Не надо, у меня он есть. Ты давал его Сэм, когда уезжал в прошлый раз, помнишь? Я…в общем, у меня он есть. - Слышится мягкое покашливание, а потом он добавляет: - Я пришлю тебе все бумаги. И спасибо, что дал разрешение.

 

- Да не проблема. А ты скажешь мне, где и когда будет твоя выставка? Если…ну, если ты не против, чтобы я пришел.

 

Повисает долгое молчание, Джаред чувствует неприятную дрожь в животе, готовясь услышать неизбежный отказ, и уже придумывает для себя какую-нибудь вразумительную причину, чтобы унять горечь. Но прежде чем ему это удается, Дженсен говорит:

 

- Я пришлю тебе приглашение вместе с документами. Но ты, наверное, будешь занят на съемках в Ванкувере, а выставка в Нью-Йорке. К тому же, тебе это может показаться скучным, и я не обижусь, если ты…

 

- Джен. Я хочу приехать. И я там буду.

 

Он замолкает. Потому что вдруг понимает, что именно он хочет сказать Дженсену. И как только он начинает говорить, слова льются непрерывным потоком, как будто он заранее планировал свою речь.

 

- Ты ведь знаешь, что я все еще люблю тебя, да? Нет, нет, тебе вовсе не обязательно ничего отвечать. Просто…позволь мне сказать. Я все еще люблю тебя, и это уже не изменить. Я думал, что со временем это пройдет, но…не прошло. Но я говорю тебе все это не потому, что ожидаю от тебя чего-то в ответ. Я знаю, что причинил тебе боль. Я знаю это и отдал бы все, чтобы повернуть время вспять и сделать все по-другому, потому что лучше бы я был сейчас с тобой, чем за сотни километров сходить с ума от беспокойства.

 

Дженсен ничего не говорит в ответ, но это нормально. Джаред доволен уже тем, что просто сказал Дженсену, наконец, то, что давно хотел. Что все еще любит его.

 

- Я не буду говорить тебе это снова, не буду искать встречи с тобой, – продолжает Джаред. - Ты полностью поменял свою жизнь, и я не хочу мешать тебе. Я знаю, что прошлого не вернешь, и не прошу об этом. И пойму, если ты не захочешь больше слышать обо мне. Но…я просто хочу, чтобы ты знал, что я люблю тебя, и всегда буду любить. Просто…хочу, чтобы ты знал об этом.

 

Дженсен все еще молчит, и Джаред кивает.

 

- Ну ладно тогда, - говорит он. – Пока.

 

Он кладет трубку и просто сидит в тишине, ощущая странное спокойствие.

 

***

Два дня спустя приходит конверт с документами. Джаред просматривает их, сидя за кухонным столом и уплетая яблочный пирог, который приготовила его мама. Он доверяет Дженсену, поэтому решает не углубляться в изучение бумаг. К тому же, Дженсен, похоже, волнуется о защите его интересов намного больше, чем он сам. Джаред считает, что показывать документы своему адвокату будет только лишней тратой времени, поэтому просто ставит свою подпись в нужном месте.

 

Он чувствует какое-то странное облегчение, как будто вычистили инфекцию из старой раны. Все еще болит, и всегда будет, но боль уже не острая. Джаред разобрался в своих чувствах по отношению к Дженсену, и даже если прошлого уже не вернешь, у него всегда есть будущее.

 

В конверте с документами он нашел маленькую черную карточку. Это приглашение на выставку фотографий Дженсена Эклза, с указанием места и времени мероприятия. Ничего личного, просто печатные строчки на глянцевой бумаге, но Джаред пробегает их глазами снова и снова.

 

***

Несколько недель до выставки Дженсен никак не дает о себе знать. Но Джаред другого и не ждал. Есть очень большая вероятность того, что Дженсен абсолютно растерян, не зная, как реагировать на его признание. Возможно, он считает, что Джареду не следовало всего этого говорить, а может, он думает, что Джаред жалок, цепляясь за отношения, которые давно уже в прошлом. Джаред готов принять любой из вариантов, он доволен уже тем, что наконец-то нашел в себе силы сказать Дженсену все, что хотел. И хотя ничто не может ему помешать продолжать любить, он не собирается доставлять этим Дженсену неудобства.

 

Джаред едет на выставку один. Чад и Сэнди предлагали составить ему компанию, но он предпочел отправиться туда в одиночестве. Он прилетает в Нью-Йорк за несколько часов до открытия и решает провести это время с пользой. Джаред снимает номер в гостинице, принимает душ и переодевается. Он тщательно подходит к выбору одежды, потому что хочет выглядеть уверенным в себе, а не отчаявшимся и растерянным. Джаред чувствует, как по телу пробегает дрожь волнения, когда думает о том, что совсем скоро снова увидит Дженсена. Ему хочется также увидеть и саму выставку, материальное подтверждение того таланта, которым, как он всегда знал, Дженсен обладает. Но это контролируемое волнение. Приятное, даже.

 

Когда он выходит из гостиницы, на улице идет дождь. Джаред смотрит на сияние огней большого города сквозь запотевшее стекло такси.

 

И даже когда он входит в помещение, в котором проходит выставка, ему удается сохранять внутреннее равновесие. В комнате много людей, но Джаред здесь не для того, чтобы разглядывать посетителей. Его взгляд тут же притягивают фотографии, развешанные на стенах. Сюжеты меняются: портреты людей, пустынные пейзажи, снимки улиц. Большинство из них Джаред видит впервые, но есть и такие, которые ему знакомы.

 

Вот несколько снимков, которые он помнит по Лос-Анджелесу, и он ощущает легкую боль узнавания. А вот портрет Джеффа: он улыбается, стоя вполоборота к камере, в глазах мягкое тепло. Ничто не намекает на особенные отношения между ним и фотографом, но все равно фотография просто светится какой-то близостью.

 

А потом Джаред видит свой портрет. Он просто огромный и в таком масштабе выглядит более впечатляюще. Джаред смотрит на него, как завороженный, не замечая снующих мимо людей, пока кто-то не кладет руку ему на плечо. Он поворачивается и оказывается лицом к лицу с Джеффом.

 

- А тебе выделили больше места на стене, чем мне, – говорит Джефф, с улыбкой кивая в сторону портрета Джареда.

 

- Ты на фото одет, а я совершенно очевидно голый, – отвечает Джаред и пожимает плечами. – Я думаю, решение было принять не трудно. - Он оглядывается вокруг. - А Дженсен где-то неподалеку?

 

Улыбка Джеффа становится еще шире, он склоняется к Джареду, понижая голос до шепота.

– Я думаю, он прячется где-нибудь в укромном месте, дожидаясь, пока все разойдутся по домам. Наш парень не очень-то любит толпу, ты же знаешь? Крису Кейну пришлось взять с него клятвенное обещание, что он не сбежит.

 

- Похоже на Дженсена.

 

Они стоят вместе в уютной тишине. Джаред замечает, что люди бросают в их сторону заинтересованные взгляды, особенно на него. Возможно, это из-за сочетания его известности с тем, что он стоит прямо напротив своей фотографии, на которой он голый лежит на постели. Джефф не обращает на взгляды никакого внимания, и Джаред решает последовать его примеру.

 

- А у него классно получается, правда? – не выдерживает Джаред, желая услышать подтверждение своему мнению от кого-то еще.

 

Джефф не отвечает, не сводя глаз с фотографии Джареда. А потом смотрит на него и улыбается: - Я так горжусь им! Он смог полностью поменять свою жизнь. Выдержал все и не сломался. Правда, какое-то время был сам не свой, но…он справился.

 

- Сам не свой? Ты имеешь в виду тот случай с… - Джаред озирается вокруг, и продолжает уже тише: - …с Ником Бакси?

 

- Я имею в виду твой уход, – взгляд Джеффа снова возвращается к фотографии. Его тон по-прежнему дружелюбный, когда он добавляет: – И лучше бы тебе не планировать выкинуть подобный номер еще раз. - Прежде, чем Джаред пытается придумать, что же на это ответить, Джефф спрашивает: - Ты слышал, что Ника Бакси признали виновным?

 

Джаред бросает на него резкий взгляд, и Джефф кивает головой в подтверждение своих слов. Джаред переводит дыхание и кивает в ответ. Они не возвращаются больше к этой теме, потому что тут просто нечего обсуждать.

 

Взгляд Джареда скользит по толпе посетителей, и он замечает, что в зал входит Крис. Дженсена рядом с ним нет, и как только Крис встречается глазами с Джаредом, он сразу же недовольно хмурится. Он резко меняет направление и шагает прямиком к Джареду.

 

- Э-э…похоже, Крис все еще собирается надрать мне задницу? – спрашивает Джаред.

 

- Не волнуйся, – успокаивает его Джефф. – Я не позволю ему затевать скандал на людях. К тому же, эта выставка важна для Дженсена, и он не будет портить ее, устраивая публичные разборки.

 

- О, так он подкараулит меня где-нибудь в укромном месте? Круто.

 

Джефф смеется, но не отрицает предположения Джареда. И когда Крис подходит к ним, он смотрит на него, вопросительно изогнув бровь.

 

- Тебе удалось уговорить его выйти к людям? Публика желает видеть художника.

 

- Он уже идет, - отвечает Крис, не спуская глаз с Джареда. – Сделай мне одолжение, парень. Держись от него подальше сегодня вечером. Он и так нервничает, не подливай масла в огонь.

 

- Я не собираюсь делать ничего такого, – говорит Джаред. - Просто хочу быть здесь, ладно?

 

Крис бросает на него полный недоверия взгляд. Джефф только смотрит с сочувствием, но не вмешивается. Но Джаред понимает, что сам заслужил такое отношение. И он рад, что у Дженсена есть люди, которые заботятся о нем, даже если сейчас они защищают его от самого Джареда.

 

На другом конце зала чувствуется оживление, Джаред смотрит туда и видит Дженсена, смущенного и раскрасневшегося, со всех сторон окруженного людьми. Все хотят выразить ему свое восхищение: они склоняются к нему, пожимают руку, целуют в щеку. Кто-то начинает хлопать, и аплодисменты волной прокатываются по всему залу. И хотя Джаред знает, что Дженсен, должно быть, чувствует себя чертовски неловко от этого, все равно присоединяется к общим овациям.

 

Посетители устремляются к Дженсену, и Джаред просто позволяет людскому потоку подхватить и нести себя.

 

***

Ему не сразу удается подойти к Дженсену ближе. Он отходит в сторону и ждет, пока толпа желающих лично поздравить Дженсена с успехом немного рассеется.

 

- Привет, – говорит он, и Дженсен отвлекается от женщины, с которой он разговаривал и, наконец-то замечает Джареда. Дженсен на миг замирает, а потом неуверенно улыбается.

 

- Джей. Ты пришел. – Его взгляд скользит по галерее, а потом снова возвращается к Джареду. – Сумасшедший дом какой-то, да?

 

- На самом деле, впечатляет. Это круто, Джен.

 

Дженсен, кажется, не знает что ответить, поэтому просто снова улыбается. Джареду кажется, что тот неуютно ощущает себя в его присутствии, поэтому уже собирается попрощаться и уйти, как вдруг к ним неожиданно подходит Крис. Он закидывает руку Дженсену на плечо и недружелюбно улыбается Джареду.

 

- Сколько занимает перелет из Нью-Йорка в Ванкувер? - спрашивает он. – Ты же вроде должен быть завтра на съемках, Падалеки?

 

В его словах звучит такой неприкрытый намек, что Джаред просто не может сдержать улыбку.

 

- Ты прав. У меня самолет завтра рано утром. Мне, и, правда, пора.

 

- Джаред Падалеки? – обращается к нему незнакомая, нарядно одетая женщина с фотоаппаратом в руках. – Привет. Я Люси Крессвел, корреспондент журнала Art Express. Можно вас сфотографировать вместе с Дженсеном?

 

Джаред улыбается и кивает, поворачиваясь к Дженсену, чтобы узнать, согласен ли тот. Дженсен с секунду колеблется, а потом решается, и согласно кивает, глядя Джареду в глаза.

– Да, конечно.

 

А потом он неуверенно придвигается ближе к Джареду, и тот притягивает его к себе, забрасывая руку ему на плечи. Джаред чувствует себя безмерно счастливым, хотя и чувствует легкий укол вины, потому что согласился на фото только для того, чтобы получить возможность обнять Дженсена, и старается держать себя в руках, чтобы не воспользоваться ситуацией и не прижать его к себе сильнее. Дженсен сначала какой-то зажатый, но потом Джаред чувствует, как он расслабляется, ощущает тепло его тела.

 

Джаред довольно вздыхает и поворачивается к камере, сияя стоваттной улыбкой. Люси говорит им: - Снято!

Но Джаред не спешит отодвинуться. Он позволяет себе едва заметно погладить Дженсена по спине, скользнуть пальцами вдоль изгиба позвоночника под тонкой тканью черной рубашки, и лишь потом убирает руку.

 

- Спасибо вам, ребята, – благодарит их Люси. Она все еще широко улыбается, как будто не верит своей удаче. – Я понятия не имела, что вы двое знакомы. Для меня было приятной неожиданностью, придти сюда и увидеть на стене потрет одного из самых горячих парней на ТВ. Как это вообще вышло?

 

- Оказался в нужном месте в нужное время, – уклончиво отвечает Джаред, не глядя на Дженсена. – Люси, извини, я бы с удовольствием остался и поболтал с тобой, но мне, правда, нужно уходить. У меня самолет рано утром, хочу успеть выспаться. Он улыбается Дженсену. – Отличные работы. Серьезно.

 

Он уходит, а Дженсен что-то говорит ему вслед, но Джаред не может разобрать, что именно.

 

***

Когда Джаред выходит из галереи, на улице все еще идет дождь, он поднимает повыше воротник пальто и идет к обочине, чтобы поймать такси. Мимо проносятся машины, из-под колес брызгами разлетается вода из луж. Ночь уже опустилась на город, и темноту рассеивают лишь огни большого города: уличные фонари, неоновые вывески, светящиеся окна домов.

 

Такси подъезжает к остановке, и Джаред быстро направляется к нему. Он уже открывает дверцу машины и собирается забраться на заднее сиденье, когда слышит, что кто-то зовет его по имени.

 

Это Дженсен. Он выбежал, даже не накинув пальто, и его волосы уже потемнели от дождевой влаги.

 

- А что если я хочу, чтобы ты сказал это еще раз? То, что ты говорил мне по телефону, – выпаливает он на одном дыхании. На его лице написано такое отчаяние, что Джаред инстинктивно делает шаг навстречу. – То, что ты сказал, это…? Что, если я чувствую то же самое? Что, если у меня тоже не прошло? Потому что, если у меня не прошло, и у тебя тоже, было бы глупо не …

 

Он неожиданно замолкает и просто стоит, тяжело дыша, и не замечает, что уже насквозь промок.

 

- Дружище, так мы едем куда-нибудь или нет? – спрашивает таксист, которому, кажется, совершенно нет дела до того, что сердце Джареда вот-вот выпрыгнет из груди.

 

Джаред встряхивается, сбрасывая с себя наваждение, и с надеждой улыбается Дженсену, открывая перед ним дверь такси.

 

- Поехали отсюда, а?

 

***

Они не прикасаются друг к другу. Не смотрят друг на друга. Даже не разговаривают. Дженсен смотрит в окно, и в свете ночных огней его лицо кажется черно-белым, как негатив фотографии, капли дождевой воды блестят в волосах, застывают, как слезы, на кончиках ресниц. Джаред смотрит на него, лишь иногда отвлекаясь на водителя, который бросает на них любопытные взгляды в зеркало заднего вида. Впрочем, тот, кажется, смотрит скорее из любопытства, чем из-за враждебности, и Джаред расслабляется, позволяя себе наслаждаться присутствием Дженсена.

 

Они подъезжают к гостинице Джареда, и Дженсен идет за ним в холл. На полпути к лестнице Джаред вдруг осознает, насколько это странно знакомо – вот так подниматься с Дженсеном в номер, но только теперь все по-другому, потому что он ведет его не к клиенту, а к себе.

 

Он уже поворачивается, чтобы сказать об этом Дженсену, и видит, что тот понимающе улыбается.

 

- Я знаю, – мягко говорит Дженсен.

 

Они оба смеются, Джаред ловит его за руку и тянет за собой. Дженсен льнет к нему, и Джаред чувствует острую необходимость оказаться с ним в своем номере как можно скорее. Но возможность побыть вдвоем подворачивается тут же. Как только дверь лифта закрывается за ними, он вспоминает, что не был с Дженсеном наедине, без посторонних, уже целую вечность.

 

Его первый инстинктивный порыв – прижать Дженсена к стене и зацеловать до полусмерти. Боже, да ему почти каждую ночь снилось, как он целует его! Они не целовались уже так давно, что это будет снова как в первый раз, только уже со знанием того, какие губы Дженсена на вкус и как это приятно – целовать его. Джаред понимает, что раз Дженсен пошел с ним, значит, хочет его – и от этой мысли тепло растекается внизу живота - но все еще чувствует себя так, будто должен спросить разрешения.

 

И только он открывает рот, чтобы спросить, как лифт останавливается на его этаже. Он испускает нервный вздох и шагает к двери номера.

 

- А вот и я, – шутливо говорит Джаред, пытаясь вставить в замок ключ-карту.

 

У него не получается открыть дверь с первого раза, и он бормочет себе под нос что-то о новомодных замках и идиотских ключах, предпринимая еще одну попытку, и тут Дженсен мягко накрывает его руки своими.

 

- Давай я, – тихо говорит он и легко вставляет карту в замок.

 

Дверь открывается, и они входят в номер. Обстановка в комнате выдержана в строгом стиле – просто и дорого. Джаред на ходу сбрасывает пальто, первым делом направляясь в ванную, и выходит оттуда с пушистым кремовым полотенцем в руках, которое тут же протягивает Дженсену. Тот принимает его с благодарной улыбкой и накидывает его на голову, вытирая волосы.

 

Джаред не знает, что сказать. Они как никогда близко к тому, чтобы начать все сначала, осталось сделать лишь последний, самый трудный шаг, и он не знает, с чего начать, как перейти эту невидимую границу, разделяющую их. Он хочет, чтобы последних двух лет просто не было в их жизни.

 

Он хочет, чтобы Дженсен снова был с ним. И решает, что именно это и стоит сказать.

 

- Можем мы попробовать еще раз? – спрашивает его Дженсен, прежде чем Джаред успевает что-то сказать. – Я думаю, сейчас ведь все намного проще, да? Я пообещаю, что не буду спать ни с кем за деньги, а ты – что не будешь никого избивать до полусмерти из-за меня, – он пытается придать своим словам шутливый тон, но в его голосе ясно звучит отчаянная надежда.

 

- Мне все равно, просто это или сложно, – говорит Джаред. – Если ты будешь со мной, мне плевать на любые сложности, я справлюсь со всем.

 

- Но все еще будут люди, которые знают, чем я занимался, – говорит Дженсен. – Мак Кеннеди, например. И правда обо мне может выплыть наружу. Ты ведь понимаешь, что нам придется скрывать свои отношения?

 

- Мы что-нибудь придумаем, – отвечает Джаред.

 

Он обхватывает лицо Дженсена ладонями и притягивает ближе к себе. Дженсен легко подается ему навстречу, прислоняясь лбом ко лбу Джареда.

 

Джареда накрывает волной чистого, незамутненного счастья, и эта волна сметает на совеем пути все преграды, которые он выстроил в своем сердце, когда страдал от одиночества, и вся нерастраченная любовь, которую он хранил для Дженсена, обрушивается на него потоком, яростным и сильным, и Джареду кажется, что эта любовь просто убьет его сейчас.

 

- Мне так жаль, Джен, – шепчет он прямо в губы Дженсена, целуя его нежно и благоговейно. Дженсен отвечает на поцелуй и хватает за рубашку, притягивая к себе.

 

- Мне так жаль, что я ушел тогда, – повторяет Джаред. Они все еще так близко друг к другу, что их губы соприкасаются, когда он говорит. – Я не должен был оставлять тебя одного. Эта самая глупая вещь, которую я сделал в своей жизни. Прости меня, прости.

 

- Я уже простил. Только…только не делай так больше никогда. Пожалуйста.

 

Джаред качает головой и смеется и повторяет «никогда-никогда-никогда», покрывая невесомыми поцелуями лицо Дженсена, прочерчивая губами линию от скулы к шее.

 

- Скажи мне, что у тебя с собой есть все, что нужно, – мурлычет Дженсен. Его глаза прикрыты, голова откинута назад, открывая шею для Джареда, который впивается в нее жадными, сосущими поцелуями.

 

Джаред замирает.

 

- У меня ничего нет, – растерянно говорит он. – Черт, совсем ничего. - Он слегка отодвигается, чтобы заглянуть Дженсену в глаза, и лучше бы он этого не делал, потому что в глазах у того плещется такое явное возбуждение, что Джареда просто в дрожь бросает, и ему нужно, просто необходимо заняться с Дженсеном сексом прямо сейчас, сию же секунду. – Я, вообще-то, не планировал ничего такого…А у тебя есть что-нибудь?

 

- Когда я ушел из бизнеса, то понял, что обманывал сам себя, думая, что занимаюсь этим не только из-за денег, а еще потому, что мне самому этого хочется. Потому что, как оказалось, я не хотел никого, кроме тебя, – говорит он, и Джаред чувствует, что после этих слов влюбляется в него еще сильнее, если это вообще возможно.

 

- Хорошо, – выдыхает он. – Ладно, мы…э-э-э…Как думаешь, в ванной ведь должны быть презервативы? В таком роскошном отеле? Обязательно должны быть. Потому что если нет, я напишу тонну гневных жалоб в администрацию о том, что они не обеспечивают клиентов всем необходимым. Презервативы ведь предмет первой необходимости, не так ли?

 

Он неохотно выпускает Дженсена из объятий, и его собственный, зажатый джинсами член настойчиво требует, чтобы Джаред пошел, наконец, в ванную и нашел эти чертовы презервативы, Джаред не может удержаться от того, чтобы просто смотреть на Дженсена, наслаждаясь тем, что он снова с ним, рядом.

 

- Никуда не уходи, ладно? Я пока поищу в ванной, пообещай, что никуда не денешься. Я быстро.

 

 

Дженсен садится на постель. Он начинает расстегивать пуговицы рубашки, улыбаясь тонко и соблазнительно.

 

- И куда я, по-твоему, могу деться?

 

Джаред трясущимися руками проверяет шкафчики в ванной, прислушиваясь к звукам в номере. Не то чтобы он на самом деле думал, что Дженсен может сбежать, но он предпочитает не допускать ни малейшего риска и держать ухо востро. Он разоряет пару корзинок с туалетными принадлежностями, прежде чем наконец-то находит презервативы.

 

- Да! – радостно кричит он – У нас есть презервативы, малыш!

 

И тут до него запоздало доходит, что вообще-то, уже глубокая ночь и своими воплями он мог потревожить сон постояльцев из соседних номеров. Остается только надеяться, что высокая стоимость номера предполагает наличие хорошей звукоизоляции.

 

Он возвращается в комнату, торжествующе потрясая в воздухе найденными презервативами, и замирает на пороге, потому что Дженсен лежит на постели голый и смотрит на него. Он не раскинулся призывно, в его позе нет ничего от той отрепетированной чувственности, которую он обычно демонстрировал клиентам и которую Джаред терпеть не может. Дженсен такой, каким он был в их первый раз - предельно откровенный и уязвимый одновременно.

 

- Господи! – глухо шепчет Джаред. – Ты что, стал еще красивее, пока меня не было?

 

- Ты имеешь в виду, пока ты был в ванной или в Ванкувере? - спрашивает Дженсен.

 

Он встает на колени, и Джаред не может думать больше ни о чем, кроме того, как красиво двигаются мышцы Дженсена под гладкой кожей. А потом Дженсен подходит к нему, прижимается всем телом и целует, быстро и жестко.

 

- А как насчет тебя? Сбежал и позволил всем влюбляться в тебя? Самый сексуальный парень на ТВ, по официальным рейтингам.

 

Джаред тихо смеется и толкает Дженсена обратно на кровать. Он нависает над ним, упираясь руками по обе стороны от лица Дженсена. Ему нравится накрывать его своим телом, нравится, когда тот лежит под ним, прижатый к постели, не может и не хочет освободиться.

 

- Ты что, видел эти рейтинги? – спрашивает он срывающимся от возбуждения голосом.

 

Футболка Джареда немного задралась вверх, открывая живот, и когда Дженсен двигает бедрами, притираясь ближе, влажная головка его члена скользит по обнаженной коже.

 

- Видел? Джей, да я в них голосовал!

 

Он смеется и прикусывает губу, пытаясь стащить с Джареда футболку. Тот сопротивляется, но вовсе не потому, что не хочет раздеваться, еще как хочет, а потому, что его заводит, когда Дженсен борется с ним.

 

- Но знаешь, что мне не нравится в твоем сериале? - Дженсен прекращает свои попытки раздеть Джареда и старается выглядеть серьезным, но у него не очень-то получается. – У тебя слишком мало сцен без рубашки, Джаред. Это просто преступление. Ты такой, – Дженсен замолкает, потому что ему, наконец-то, удается задрать футболку Джареда достаточно высоко, и теперь он разминает пальцами жесткие мышцы груди. – Такой потрясающе красивый. Сложен, как бог, ты ведь сам это знаешь, да? Им следовало вписать сцены с обнаженным верхом в каждую серию.

 

Джаред приподнимается, чтобы стянуть футболку, и Дженсен проводит пальцем по линии его ключиц. Прикосновение легкое, как касание крыльев бабочки.

 

- Я обещал себе, что не буду смотреть твой сериал, потому что какой в этом смысл? - говорит он с легкой горечью в голосе. – Но я видел каждую серию, Джаред. И даже не понял, в чем заключается сюжет, потому что смотрел только на тебя.

 

Джаред ловит его руку, прижимает к своим губам и целует каждый палец, пытаясь вновь заставить Дженсена улыбнуться. Но этого не происходит. Дженсен пристально смотрит на него, и глаза его сейчас какие-то неестественно яркие, горящие. Джаред понимает, что он снова вспоминает прошлое, и ему кажется, что он может следить за ходом мыслей Дженсена.

 

- Не надо, – просит он. – Это уже в прошлом.

 

Он нежно обхватывает лицо Дженсена ладонями и целует, облизывая и покусывая губы, стараясь отвлечь от плохих мыслей. Потому что иначе он сам тоже начнет думать о том, как несчастен был без Дженсена, обо всех тех мужчинах, которые трахали Дженсена, использовали его, возможно, даже причиняли боль, а Джареда не было рядом, чтобы защитить и позаботится.

 

- Нет, – шепчет он в уголок рта Дженсена. – Этого больше не повторится. Никогда. Ты мой, и я позабочусь о тебе, малыш. Потому что я люблю тебя, и это главное.

 

Губы Дженсена просто непристойно припухшие от поцелуев. Он смотрит на Джареда, как будто не может поверить, что тот на самом деле сейчас здесь, с ним и никуда не исчезнет, сжимает пальцами плечи Джареда с каким-то отчаянием. Но потом смотрит в его глаза и видит там только любовь и преданность, сейчас и навсегда, и Дженсен снова улыбается.

 

Внезапно Дженсен переворачивает и обоих, оказываясь сверху. Намеренно медленно, притираясь всем телом, он скользит ниже, к бедрам Джареда. Он грациозно склоняется ниже и прижимает ладонью зажатый джинсами член. У Джареда просто каменная эрекция, голова кружится, как будто вся кровь отлила от мозга к члену. В приглушенном свете лампы Дженсен настолько потрясающе, нечеловечески красив, что у Джареда перехватывает дыхание, и он просто откидывается на спину, позволяя тому делать с собой все, что захочется.

 

Как оказалось, желания Дженсена полностью совпадают с его, Джареда, желаниями.

 

.

Дженсен расстегивает его джинсы и тянет их вниз по бедрам, и Джаред чувствует, что его кожа просто горит под прикосновениями Дженсена. Все внимание Дженсена сконцентрировано исключительно на нем. Он настолько поглощен созерцанием члена Джареда, большого и твердого, что, кажется, не замечает больше ничего вокруг.

 

По телу Джареда волной пробегает дрожь, он нетерпеливо ждет, когда же Дженсен наклонится, наконец, ниже и накроет губами его член, позволяя скользнуть глубже. Он сходит с ума от предвкушения, потому что помнит, насколько приятно ощущать рот Дженсена на своем члене. Он дрочил на воспоминания об этом, когда они были не вместе, а теперь, наконец-то, снова сможет почувствовать это.

 

И когда это происходит, когда Дженсен открывается для него, Джаред оказывается совсем не готов. Он резко дергает бедрами, вбиваясь членом глубоко в горло Дженсена, вырывая у того задушенный стон. Джаред хватает Дженсена за волосы, чтобы отодвинуть, пока еще окончательно не потерял над собой контроль и не начал просто бездумно трахать его рот, как вдруг отвлекается на пальцы Дженсена, которые тот прижимает к его губам. Он отрывает рот, впуская их глубже, и жадно сосет, сходя с ума от знакомого вкуса Дженсена, глядя, как тот надевается ртом на его член, сантиметр за сантиметром.

 

Дженсен сосет член шумно, он так откровенно наслаждается процессом, и Джаред готов поклясться, что никогда в жизни не видел ничего более эротичного. Мокро, грязно, так чертовски идеально. Его губы скользят по члену вверх-вниз, и Джаред прикрывает глаза от наслаждения, когда Дженсен достает свои пальцы у него изо рта и тянется ими себе между ног.

 

- О Господи! – хрипло стонет Джаред, когда понимает, что Дженсен собирается делать.

 

Дженсен прогибает спину, выше поднимая бедра, и начинает растягивать себя пальцами, не выпуская изо рта член Джареда. В этой позе Джаред не может видеть, как именно все происходит. Ему очень, очень сильно хочется посмотреть, как Дженсен раскрывает себя, подготавливаясь для члена Джареда. Но все, что он может увидеть - лишь гибкие движения запястья Дженсена, когда тот поворачивает руку, растягивая себя. Нельзя сказать, что Джаред расстроен, потому что ощущения, которые дарит ему жаркий рот Дженсена, с лихвой компенсируют невозможность наблюдать процесс.

 

- Да, малыш, именно так, возьми его глубже….Джен, Боже мой, я так сильно хочу трахнуть тебя, оказаться внутри. Так долго мечтал об этом. Я заполню тебя целиком, ведь это то, что тебе нужно, да?

 

Дженсен с влажным, хлюпающим звуком выпускает член изо рта и поднимает глаза на Джареда. Он улыбается ему, и Джареда просто захлестывает вихрем эмоций, которые вызывает в нем вид Дженсена, счастливый и влюбленный.

 

- Да, ты прав…это именно то, что мне нужно, – говорит Дженсен дрожащим от возбуждения голосом.

 

Он тянется за лежащим на подушке презервативом, распечатывает его и не сводит глаз с Джареда, пока раскатывает тонкий латекс по его члену.

 

А потом он приподнимается на коленях, обвивает член Джареда пальцами и направляет его в себя. Он удерживает Джареда неподвижно, пока сам медленно опускается на него. Лицо Дженсена едва заметно искажается от боли, когда он преодолевает первое сопротивление мышц, бедра дрожат от напряжения, а потом он делает резкий рывок, и член Джареда оказывается внутри него.

 

- Малыш, – шепчет Джаред с бесконечной нежностью. – Ты такой красивый сейчас.

 

Дженсен встречается с ним глазами, и его лицо разглаживается, боль уступает место чистому восторгу, он с силой подается вниз, насаживаясь на член до упора, и у Джареда перехватывает дыхание от ощущения тесного жара, сжимающего его со всех сторон. Он скользит руками по бедрам Дженсена, шире раздвигая его ягодицы, поглаживая и лаская. Дженсен приподнимается, позволяя члену выскользнуть почти до конца, оставляя себя раскрытым на одной головке. Он прерывисто дышит, и Джаред склоняется вперед и целует его, не давая сделать вдох.

 

Поцелуй прерывается, когда он снова опускается вниз, на этот раз уже медленнее, давая Джареду возможность почувствовать, как его член погружается в задницу Дженсена сантиметр за сантиметром. Джареду хочется видеть это, хочется потрогать натянутую, нежную кожу там, где они соединяются друг с другом, но в этой позе не получается, к тому же его руки слишком заняты, касаясь Дженсена везде, куда он может дотянуться. Он гладит его спину, шею, плечи, и сходит с ума от ощущения гладкой кожи под своими ладонями. Джаред позволяет Дженсену самому задавать ритм, двигаться, как ему хочется.

 

Тело Дженсена натянуто, как струна, пока он трахает себя членом Джареда, поднимаясь и опускаясь вверх-вниз. Он качается на коленях Джареда, выгнув спину, впиваясь ногтями в грудь Джареда, чтобы удержать равновесие. Это больно, и прекрасно, и просто идеально.

 

Когда Дженсен начинает сбиваться с ритма, а глаза его затуманиваются, как будто он вот-вот потеряет сознание, Джаред решает, что настало его время руководить процессом. Он широко расставляет ноги, упирается пятками в матрац, крепко ухватывает Дженсена за бедра, подаваясь вверх, и вбивается в него одним длинным, плавным движением. Замерев так, он видит, как Дженсен закатывает глаза, обмякая в его руках. Он пытается что-то сказать, но слова сливаются в один долгий, протяжный стон. Джаред улыбается, усиливает хватку на бедрах Дженсена и повторяет свое движение.

 

Стиснув зубы, Дженсен слабо царапает его грудь и подается назад, пытаясь насадиться глубже. Он сжимается вокруг члена, вырывая у Джареда громкий стон.

 

- Да, Джей, именно так…Господи, как хорошо, сделай так еще раз.

 

Дженсен сейчас полностью податливый, позволяя Джареду делать со своим телом все, что тот захочет. Он наклоняется вперед и зарывается лицом Джареду в плечо, полностью отдаваясь в его власть. Джаред крепко держит его и трахает резкими, короткими движениями, на всю глубину.

 

Когда Джаред кончает, он натягивает Дженсена на себя до упора и крепко сжимает в объятиях. Он безотчетно двигает бедрами, ощущая, как его член пульсирует глубоко в заднице Дженсена. Оргазм настолько сильный, что он почти отключается, и ловит ртом воздух, пытаясь отдышаться и придти в себя.

 

Джаред сейчас полностью погружен в свои ощущения и не замечает, что сжимает Дженсена настолько сильно, что тот с трудом может пошевелиться. Но потом туман перед глазами немного проясняется, и он видит, как Дженсен обхватывает рукой свой член и дрочит себе, издавая короткие, низкие стоны. Он отталкивает руку Дженсена в сторону и тут же заменяет ее своей, быстро двигая кулаком по члену, и Дженсен моментально кончает, как будто все, что ему было нужно – чтобы Джаред прикоснулся к нему.

 

Какое то время они лежат молча, переводя дыхание, а потом Дженсен соскальзывает с его члена и откатывается в сторону. Джаред вытягивается во весь рост на горячих, влажных простынях и смотрит на Дженсена, который уже начинает засыпать. Он притягивает его ближе к себе и целует, медленно и лениво.

 

***

Всего лишь несколько часов спустя Джаред просыпается от того, что Дженсен покрывает его лицо нежными поцелуями. Он все еще вымотан, все мышцы в теле гудят, но Джаред чувствует себя абсолютно счастливым, лежа с закрытыми глазами, пока Дженсен целует его и шепчет глупые признания ему на ухо.

 

- Джа-ред, – игриво тянет Дженсен. – Джаред, просыпайся, а то опоздаешь на самолет. Тебе надо возвращаться в Ванкувер.

 

Джаред хмурится и качает головой.

– Нет. Не хочу никуда. - Он открывает глаза и блаженно улыбается при виде Дженсена, склонившегося над ним. Джаред протягивает руку и проводит по лицу Дженсена, задерживаясь пальцами на пухлой нижней губе. - Поедешь со мной?

 

Дженсен колеблется, на его лице отражается целая гамма эмоций, но он качает головой:

- Не могу, Джей. Я ведь даже не предупредил никого, когда уехал вчера вечером. Сбежал с собственной выставки. И у меня запланированы важные встречи, на которые я просто не могу не пойти. Но, – он прерывается, затыкая Джареду рот поцелуем, потому что замечает, что тот уже приготовился спорить. – Но это не займет много времени. Ты подождешь меня? Или собираешься подцепить себе какого-нибудь горячего канадского красавчика?

 

Джаред всем своим видом показывает, насколько его обижают такие предположения. Но он смягчается, когда Дженсен наклоняется ниже и скользит губами вдоль линии его ключиц. Он гладит Дженсена по волосам и растворяется в ощущении абсолютного счастья.

 

- Который час? – спрашивает он.

 

- Начало шестого, – бормочет Дженсен куда-то ему в шею.

 

Джаред ухмыляется. Он резко переворачивается и вжимает Дженсена в матрац, устраиваясь между его раздвинутых бедер.

 

- Значит, у меня хватит времени, чтобы попрощаться, как следует.

 

***

Это довольно неожиданная просьба с его стороны, но ассистенты – неплохие ребята, к тому же, у Джареда и без того сложилась репутация бисексуала, поэтому они просто находят ему выпуск Art Express и даже почти не подкалывают его по этому поводу.

 

Джаред отмахивается от Мака, который пытается увязаться за ним, и идет прямиком в свой трейлер. Он запирает дверь и лишь после этого растягивается на диване. Джаред долго листает журнал, пока не находит, наконец, то, что искал. Работам Дженсена посвящена целая страница, и в дополнение к статье прилагается фотография, на которой они вдвоем стоят на фоне портрета Джареда. Прежде, чем начать читать статью, Джаред долго разглядывает фотографию. Они оба улыбаются, и фотографу удалось поймать тот момент, когда они смотрят друг на друга, как будто не замечают ничего вокруг.

 

Когда Джаред, наконец-то, читает статью, он приходит в полный восторг, потому что единственное, за что Дженсена в ней критикуют – это его нежелание пообщаться с прессой. Но даже это расценили как милую эксцентричность. В статье приведены комментарии известных художников, и все они очень положительно отзываются о работах Дженсена.

 

Джаред просто сияет от гордости за Дженсена. Он продолжает любоваться на их фото, когда вдруг звонит телефон.

 

Он снимает трубку, не глядя, потому что думает, что это звонит Дженсен. Хотя тот уже два раза звонил ему сегодня утром, а сам Джаред звонил Дженсену трижды, он все равно будет рад снова услышать его голос.

 

Поэтому, когда он слышит в трубке вместо голоса Дженсена голос Джерри, уже поздно что-то делать.

 

- Милый, твой парень – просто чудо, слышишь меня? – говорит Джерри. Я как раз читаю «Голос Нью-Йорка» и хочу тебе сказать, что он произвел фурор! Я его уже почти люблю. Господи, я так и вижу заголовки: «Горячая телезвезда и его эксцентричный бойфренд-фотограф». Мне это нравится! Это так хорошо для твоей карьеры.

 

- Да, кстати, об этом…Я не буду сниматься во время летнего хиатуса.

 

Джерри не отвечает, и Джаред ждет, что сейчас она разозлится и начнет его переубеждать, но он уже заранее продумал свой отказ.

 

- Но ведь мы говорили об этом, – жалобно тянет Джерри. У нас есть несколько интересных предложений, и ты можешь выбрать любое. Почему ты не хочешь сниматься?

 

- Я еду в дорожное путешествие. С Дженсеном, – он пожимает плечами, как будто Джерри может сейчас его видеть. – Так что, я не буду сниматься, извини.

 

Джерри долго молчит, а потом спрашивает: - Мы можем пойти на компромисс?

Эпилог

6 месяцев спустя

 

 

На восходе солнца небо над Аризонской пустыней становится бледно-голубым. Низкие облака застыли на горизонте, а одно облако, похожее на кактус, отбрасывает длинную тень на сухую, потрескавшуюся землю. Джаред вылезает из машины и с наслаждением потягивается, не выпуская из рук книгу с судоку. Дженсен стоит неподалеку, поигрывая камерой в руках. Джаред смотрит на него какое-то мгновение, а потом поправляет влажную футболку, прилипшую к телу, и отряхивает грязь со своих джинсов.

 

- Ты так красиво смотришься, детка, что тебя нужно срочно сфотографировать, - говорит Джаред.

 

Дженсен поворачивается, весь в лучах утреннего солнца, и кажется, что он соткан из света.

 

- Не сомневаюсь, - отвечает Дженсен.

 

У него явно плохое настроение, но Джареда это не смущает, потому что он знает способ борьбы с раздраженным Дженсеном. Его нужно уложить на капот машины и трахать, жестко и долго.

 

- Наконец-то, хотя бы будет что-то другое, кроме меня, - добавляет Джаред. – Думаю, твои спонсоры скоро заставят тебя придумать что-нибудь еще, потому что пятьдесят миллионов фотографий в стиле «Джаред Падалеки на шоссе» явно не нужны никому.

 

Дженсен идет обратно к грузовику, и Джаред закрывает книгу с головоломками и бросает назад в сумку, всем своим видом показывая, что он готов внимательно слушать Дженсена.

 

- Замолчи. У меня все продумано… - Дженсен приближается, направив камеру на Джареда. Постоянное пребывание на солнце сделало веснушки на его щеках и переносице еще ярче, и Джаред влюблен в каждую из них до сих пор. - Ха. У меня есть сорок семь фотографий, на которых ты разгадываешь судоку, две, где ты писаешь, стоя на обочине, три, где ты чешешь укус на заднице, одна, где ты втираешь лосьон и ... Да, и одна из мотеля, где мы остановились первый раз.

 

Джаред недоверчиво поднимает брови.

 

- Я не помню, чтобы в мотеле получились достойные фотографии, - говорит он.

 

- Это потому что ты не художник, детка, - подмигивает Дженсен с улыбкой. - Ты мыслишь, как дилетант. Позволь профессионалу судить – красиво или нет, ладно?

 

Джаред ловит его за край футболки и тянет к себе. Когда он целует Дженсена, то чувствует сладость фруктового сока, который недавно пил Дженсен, прежде чем они остановились на обочине дороги, чувствует запах цитрусового мыла, оставшийся после того, как Дженсен принимал душ. Его кожа теплая от солнца, и щетина на лице чуть-чуть колется, потому что Дженсен не утруждает себя бритьем.

 

- Сделаешь несколько моих симпатичных фоток, когда мы вернемся домой? - шепчет Джаред, облизывая и кусая губы Дженсена. - Ты знаешь, Джерри не против фотосессии в стиле ню. Только так я мог уговорить ее позволить мне не сниматься этим летом.

 

- К сожалению, не думаю, что смогу. Ты и обнаженные фотографии как-то не укладываются у меня в голове, Джей. Не люблю гребаную порнушку. Я с этим не работаю.

 

- Да, - многозначительно говорит Джаред и улыбается, а от счастья сердце колотится, как ненормальное. - Ты знаешь ведь, что Джерри хочет, чтобы эта фотосессия была опубликована, не так ли? Опубликована…и много народа увидит меня. Может, все дело в этом?

 

Дженсен нетерпеливо машет рукой, дела равнодушное лицо.

 

- Мне совершенно все равно, если люди увидят, что ты отгадываешь судоку или мочишься на шоссе. Теперь давай придумаем, что будем есть на завтрак. Прежде чем ты начнешь шататься от голода.

 

- Вот почему я люблю тебя. Совсем не потому, что ты удивительный, сексуальный и все такое. А именно за то, что ты уважаешь мое отношение к еде.

 

Джаред запрыгивает обратно в грузовик и поворачивает ключ в замке зажигания. Но Дженсен все еще стоит, прислонившись к грузовику, многозначительно приподняв бровь. Когда Джаред непонимающе смотрит на него, Дженсен качает головой.

 

- Вылезай, Джей. Моя очередь рулить.

 

Джаред колеблется лишь мгновение, а затем, улыбаясь, перелезает на пассажирское сиденье, уступаю Дженсену место за рулем. Джаред смотрит на дорогу, слушая, как заводится двигатель.

 

Когда они скрываются за поворотом, солнце только поднимается в небо.

 

fin



Сказали спасибо: 494

Чтобы оставить отзыв, зарегистрируйтесь, пожалуйста!

05.10.2014 Автор: Tana121314

Это потрясающе! Редко когда фики заставляют меня на столько эмоционально реагировать... Сказать что это отличная работа, значит ничего не сказать. Я преклоняюсь перед Вами дорогой автор за такую тонкую чувственность и обноженные эмоции... это буд то даже не знаю как сказать... фик настолько честен в нем обсолютно все прописанно ченым по белому какой может быть мир пустои и безжалостный, развратный, мелочный и меркантильный... и в то же время сокрушающе прекрасный.. сумашедшая любовь, нежная и благоговейная не смотря не на что, принятие человека таким каков он есть, забота и перступание через себя сквозь боль, ревность и постоянное больное беспокойство... В такие моменты думаешь что в мире дейсвительно есть за что бороться и чувствуешь себя счастливее просто потому что все же что написанно в этом фике взятся не откудо не может, раз люди могут об этом писать, мыслить мечтать, рассуждать значит все же существует всет в конце тонеля... Огромное спасибо за доставленное удовольствие. Автор я Вами восхищаюсь и желаю всеческих успехов!!!

05.01.2013 Автор: Mekishi

Вот ради этого стоило зарегестрироваться.

Безумно понравилось! Все так, как надо. Спасибо отдельное за счастливый конец. Спасибо за всю историю. Она, на мой взгляд, от и до закончена. Она графична, эмоциональна, реалистична...безупречна!

Спасибо, дорогой автор.

Логин:

Пароль:

 запомнить
Регистрация
Забыли пароль?

Поиск
 по автору
 по названию




Авторы: . ~ = 1 8 A b c d E F g h I J k L m n o P R s T v w а Б В Г Д Е Ж И К м Н О п С Т Ф Х Ч Ш Ю

Фанфики: & ( . « 1 2 3 4 5 6 A B C D F G H I J L M N O P R S T U W Y А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я

наши друзья
Зарегистрировано авторов 1463