ГлавнаяНовостиЛичная страницаВопрос-ответ Поиск
ТЕКСТЫ
524

Сосед

Дата публикации: 01.04.2013
Дата последнего изменения: 01.04.2013
Автор оригинального текста: ValkiriyaV
Автор (переводчик): ValkiriyaV;
Пейринг: Дженсен / Джаред;
Жанры: АУ; флафф; юмор;
Статус: завершен
Рейтинг: --
Размер: мини
Примечания: фик написан для Alushka*, я помню, ты хотела командующего боттома) это примерно оно и есть)
Саммари: Дженсен переезжает в новый дом, и вскоре знакомится с соседом

Сперва раздался всплеск, словно в бассейн, возле которого на шезлонге задремал Дженсен, рухнул бегемот. Потом совсем небегемотский визг и сноп показавшихся ледяными брызг разбудили его окончательно, а в следующую минуту Дженсен уже вылавливал из воды отчаянно орущего мальчишку. Вытащить незваного гостя удалось не сразу, тот умудрился утянуть его за собой в воду, скользкий, тощий, крикливый, не ухватить никак, и не заткнуть, но как только Дженсен оказался в бассейне, мальчишка сразу сориентировался, и вцепился в него, как клещ. 

Руками чуть не задушил, отчаянно хватаясь за горло, Дженсену даже пришлось прикрикнуть – легче, задушишь! – а ногами крепко, как в клешни зажал талию, и висел так на нем, пока Дженсен с трудом выползал из воды. Чем больше выходил, тем тяжелее парнишка становился, Дженсен, держась за поручни, предложил заплечнику:

– Парень, может, ты слезешь уже с меня? 

– Неееа, – простучал зубами нахальный гость, и еще крепче прижался к нему тощим своим телом. 

Дженсен мысленно ругнулся, и потащил ношу дальше, еле переставляя ноги. Наконец, они оказались в безопасности, возле шезлонга, и Дженсен дернул плечами:

– Слезай уже, приехали.

Наглый – или напуганный? – парнишка с явной неохотой сполз с него и Дженсен получил возможность рассмотреть его как следует.

Гость оказался совсем юным, на вид лет пятнадцать-шестнадцать, не больше.
Несмотря на рост – почти с Дженсена – явно ребенок, такой худой, большеротый, смешной, как лягушонок. Вот разве что глаза были необычные, острые, цепкие, как у хищника – отливали золотом, и недетским каким-то интересом. Дженсен аж плечами повел, под этим взглядом, и вспомнил сразу, что стоит перед мальчишкой в одних мокрых шортах, и шорты эти, свободные, тонкие, легкие, не предназначенные для плаванья, слегка сползли с ягодиц и прилипли к телу, а наглый мальчишка впился сверкающими глазенками в эти несчастные шорты, или что пытался разглядеть под ними? 

Дженсен кашлянул, подтянул шорты, потом для приличия обмотался полотенцем. Проигнорировал полный недетского разочарования вздох, и спросил, изо всех сил стараясь не рассмеяться:

– Ты кто такой? Откуда вывалился? 

– Я… Я Джаред. Я твой сосед, вон оттуда, – Джаред махнул рукой куда-то в сторону, и Дженсен тут же прикинул – там находился дом судьи Тревиса, чуть правее жил адвокат Падалеки со своей семьей, а еще дальше…

– Падалеки, – скучным голосом сказал Джаред, прерывая его размышления.

– А, понятно, сын адвоката, – оживился Дженсен и спросил, – и все-таки, что ты тут делал? Следил за мной?

– Ну вот еще, – выпятил челюсть мальчишка, но вдруг растянул губы в улыбке: – А если даже и так? Мне хотелось рассмотреть тебя поближе. 

Дженсен непроизвольно втянул живот, тут же посмеялся над собой, хмыкнул, спросил добродушно прищурившись:

– С чего такой интерес ко мне? Я не звезда.

– Ты красивый, – выпалил Джаред.

Дженсен вытаращил глаза на невозможного мальчишку, а тот вдруг смутился, залился краской до ушей, но прямо встретил его взгляд, не отворачивался, смотрел с какой-то отчаянной смелостью.

Дженсен прокашлялся, немного растерянный, сбитый с толку, сказал, деланно улыбаясь:

– Да ты шутишь, приятель. У бизнесмена средней руки свой личный сталкер. И давно ты за мной следишь? 

Джаред ответил быстро, оттарабанил:

– Семь месяцев, девять дней. С того дня, как ты переехал сюда. 

– Ого, – только и вымолвил Дженсен. Ему расхотелось улыбаться, он внимательно разглядывал Джареда, и видел, что на совсем чокнутого – он не тянет. Ну не похож, никак, и если бы не его дикие слова, и признания, сроду не подумаешь, что такой вот – голенастый, похожий на птенца переростка мальчик будет зачем-то выслеживать его, и как-то даже думать не хотелось, зачем. 
Дженсен спросил:

– Тебе сколько лет?

Джаред поскучнел, отвел глаза, и сказал неуверенно:

– Семнадцать.

– Врешь.

– Ну… – Джаред замялся и снова вскинулся воинственно, – вру, да! А какая разница? Ну, шестнадцать. 

– Опять врешь, – Дженсен с удовольствием снова уличил гостя во лжи, и, не торопясь, лег в шезлонг, следя за тем, чтобы полотенце не упало. Отчего-то ему казалось это важным. А общаться с мальчишкой становилось… интересно. Забавно. Весело. 

– Пятнадцать исполнилось три дня назад, – хмуро сказал Джаред, и Дженсен понял, что вот сейчас – не врет, и, господи, ребенок еще совсем! И туда же – «красииивый». Вот черт! 

– Господи, – сказал вслух Дженсен, – у меня сталкер-ребенок. Папарацци, ты случаем, не фотографировал меня в бассейне? Никогда не буду больше купаться голым. 

– А ты купался голым? Когда? – столько разочарования было в его голосе, что Дженсен фыркнул, а потом и расхохотался, и никак не мог остановиться, его до такой степени веселила нелепая ситуация, в какой он оказался, и ведь не расскажешь никому, и не сделаешь ничего. 

Отсмеялся, утер выступившие слезы, заговорил:

– Джаред, я должен сейчас пойти и пожаловаться твоему отцу. Ты ведь понимаешь, что нарушил границы частного владения, и влезаешь в мою личную жизнь, но, Джаред. Я не хочу, чтобы у тебя были неприятности. Так же не хочу, чтобы возникли эти неприятности у меня, возможно, ты не понимаешь, в силу возраста, какие у меня могут быть из-за тебя проблемы. Джаред, я надеюсь, ты просто найдешь себе другой объект для… ну, положим, не преследования, а вдруг ты просто любишь, эхмм. Изучать, следить за чем-то, или за кем-то, ну просто найди себе другое занятие. И будем считать инцидент…

– Нет, – хладнокровно перебил его мальчишка. И плюхнулся в соседний шезлонг.

Дженсен поперхнулся словами и смотрел, как Джаред возится на шезлонге, как укладывает на нем свои длинные загорелые ноги, как хватает со столика стакан сока и шумно сосет его через соломинку, и все так демонстративно, и немного зло, и вызывающе. Как будто… обиделся? Дженсен вздохнул, и начал снова.

– Джаред? – кротко позвал наглеца, но Джаред проигнорировал его призыв, закрыл глаза, закинул руки за голову, и упорно делал вид, как будто был тут всегда. 

Дженсен мысленно сосчитал до десяти. Потом до ста. И что теперь? Звать подмогу, чтобы выставили навязчивого ребенка? Дженсен подавил раздражение, и принялся размышлять. Мальчик не доставлял ему особых хлопот, целых, если верить сталкеру, семь месяцев, и сколько-то там дней, он и не подозревал о его существовании. Так что его вдруг подвигло открыться? 

Дженсен решил спросить прямо, ему вдруг стало на самом деле любопытно.

– Джаред, – позвал он снова, – что-то случилось?

Джаред кинул на него подозрительный взгляд. Не ответил, но Дженсен решил порассуждать вслух, заодно украдкой наблюдая за выразительным лицом своего гостя.

– Ты не похож на психа. Ты симпатичный. 

Джаред вспыхнул от удовольствия, и благодарно взглянул на него, и Дженсен удивился – своей реакции – ему захотелось улыбнуться в ответ, и как будто мягким перышком изнутри погладили. Но не стоило отвлекаться. Дженсен продолжал неторопливо:

– У тебя наверняка куча друзей, и ты нравишься девчонкам.

Джаред опять непроизвольно выпятил вперед подбородок, Дженсен ухмыльнулся:

– А ты подсматриваешь за старым мужиком, и называешь его красивым. 

Джаред подскочил на шезлонге, развернулся к нему всем корпусом, возмущенно выкрикнул:

– Ты не старый! Ты…

Увидел, что Дженсен смеется, вспыхнул от обиды, вскочил на ноги, закричал:

–Ты смеешься! Не смейся надо мной! 

Дженсен увидел, что перегнул палку, попросил:

– Прости, не удержался, – и вдруг поймал себя на мысли, что свободно болтает с мальчишкой, ему спокойно, и черт, лестно, чего уж там, приятно, что и такой – распустившийся на отдыхе, слегка располневший, с небритой, обгорелой на солнце рожей, он может нравиться этому юному парню. 
Джаред снова сел, и видно было, хочет, порывается сказать что-то, Дженсен ему решил не помогать, но Джаред уже и так набрался смелости. Он заговорил, стараясь казаться спокойным, но голос его от волнения прерывался. 

– Шезлонг этот… – Джаред пнул его недовольно пяткой, – для блондинки? 

Дженсен все сразу понял, и помедлив, кивнул. 

– Так и знал, – в сердцах воскликнул Джаред. Помолчал тоже, но так и не смог успокоиться. Вскочил опять, спросил, нависнув над Дженсеном:

– Жениться собрался на этой… да?

Дженсен сидел и думал – какого черта ему хочется оправдываться перед парнем, практически, ребенком еще, он ведь даже не знал о его существовании каких-то полчаса назад? Что вообще происходит? И почему так взволнован это ребенок, и ему самому неспокойно. 

–Джаред, – Дженсен тщательно подбирал слова, – что бы я не задумал, это ведь мое дело, правда? Даже если так, что в этом плохого? 

– О, нет, – Джаред рухнул на шезлонг, жалобно скрипнувший под его весом, и отчаяние в его голосе вызвало у Дженсена искренне сочувствие.

– Джаред, – начал было он, но Джаред перебил его:

– Она же не подходит тебе! Ну как ты не понимаешь?! 

– Джаред.

– Что Джаред?! Думаешь, я не видел, как ты тут целовался с рыжим каким-то, противный такой! Я знаю, кто тебе нравится, ой, только не говори, что ты би. 

– Джаред! – Дженсен почувствовал, что краснеет, и надеялся, что выглядит достаточно шокированным, но мелкого засранца было не унять, он неистовствовал:

– Вы, взрослые, всегда врете, врете! Себе, другим, я, мол, и так и так могу, я не совсем ущербный, и конечно, лучше для бизнеса иметь традиционно жену, обязательно блондинку, вон как эта твоя! И чтобы нарожала тебе, а сам втихаря будешь дрочить по ночам, на журнальчики с парнями, это вы называете – нормальной жизнью! Ну да, мать тоже мне – не выпендривайся, не лезь, скрывай, живи нормально, а я хочу – по-настоящему, а не так, чтобы шито-крыто! Лицемеры!

Дженсен встал тоже, рассерженный, растерянный, схватил Джареда за плечи:

– Эй, парень, успокойся. 

Джаред замолчал, еле переводя дух, его трясло, Дженсен убрал руки с его плеч – кожа обжигала ладони – и сказал негромко:

– И тем не менее. Это моя жизнь. Позволь мне самому решать, как поступать. 

Джаред отступил назад, еще на шаг, еще. Дженсену очень хотелось остановить его, обнять, усадить рядом – объяснить – ты ничего еще не понимаешь, малыш! Ты еще слишком юн, и тебя не били крепко и мать твоя права, и ты тоже, ты тоже, но не бывает белого и черного, и надо учиться жить – с тем, что есть, с переплетением, бесконечными переходами оттенков и цветов, жить дальше, находить в этой жизни – радость, и любовь. 

Джаред давно ушел, а Дженсен все никак не мог выкинуть его из головы. Как Джаред смотрел на него – с восхищением, и одновременно дерзко, отчаянно – пан или пропал! – как ловил каждое его слово, как обижался, вспыхивал, как обвинял его в конце – сумбурно, пылко, с такой взрослой горечью. И как уходил – пятясь, так и не решаясь расцепить взгляды. 


***


Дейзи, как всегда, была мила и приветлива, и Дженсен с удовольствием слушал ее щебет, но теперь, при взгляде на нее он нет-нет вспоминал Джареда. 
Дженсен знал, конечно, все про себя, и знал, что не любит Дейзи, но она казалась такой милой. Не подходит? Почему нет? Дженсен пытался взглянуть на нее глазами пятнадцатилетнего подростка, и не мог увидеть ничего отталкивающего. Вот разве что не екало, не билось быстрее сердце, ну, приятная картинка, и все, но кому это когда-либо мешало жениться, и заводить детей? 

Дейзи очень хотела эту вечеринку. Непременно в доме Дженсена – вероятно, ей мечталось показать себя хорошей хозяйкой, покрасоваться перед подругами и женихом – какая она расторопная, и красивая, и как хорошо смотрится здесь. Дженсен не возражал, ему самому хотелось примерить роль мужа, и посмотреть, как они будут выглядеть, вдвоем, принимая гостей, рассаживая их под деревьями, за красивыми белыми резными столиками, и все было прекрасно, и красиво. Ровно до того момента – когда сверху, с кроны дерева, под которым она чинно расселась на стульчике, прямо на голову и белоснежное платье Дейзи не вылилось ведро чего-то черного, липкого, и ужасно вонючего. 

Дальше начался бедлам и ужас. Подружки невесты носились, как угорелые курицы вокруг пострадавшей, Дейзи верещала, переходя временами в ультразвук, и Дженсен не знал даже таких слов, которые произносила его нежная, милая невеста. Он неожиданно выяснил много нового и лестного о себе, о своих весьма средних способностях, и даже хм-хм, оказывается, Дейзи всегда знала, что он «пидорас», впрочем, это были уже мелочи, на фоне остальных обвинений.

Дейзи не скоро выдохлась, а потом его друзья, бывшие на той злосчастной вечеринке, взяли на вооружение некоторые обороты из речи несостоявшейся супруги, и, честно, Дженсен даже благодарен был мелкому гаденышу за провокацию. Ну, не то, чтобы он сразу готов был целовать Джареда и говорить «спасибо», первые несколько дней он едва удерживался от визита к адвокату, но потом как-то отошел, а через месяц и вовсе посмеивался, вспоминая неудавшуюся вечеринку.

Еще через месяц Джаред отважился выйти к нему из засады. Дженсен сидел в беседке, отдыхая после тяжелого дня, лениво пролистывал закладки в планшете, и почти засыпал, как вдруг услышал покашливание за спиной. Дремота слетела с Дженсена, он живо обернулся и различил в сумерках высокую худую фигуру. 

– Ага, явился, вредитель, – довольно проговорил он.

Джаред запыхтел, но потом приблизился, заглянул ему через плечо и фыркнул: «старье», сел рядом, и во все глаза уставился на него. Дженсен вздохнул. Джаред тоже.

– Как поживаешь, диверсант? – мирно поинтересовался Дженсен.

Ему снова было тепло и уютно. 

– Хорошо, что ты не женился, – невпопад ответил Джаред, все так же пожирая его взглядом. 

– Что ж хорошего.

Дженсен возразил исключительно из упрямства. 

– Она тебе не подходит, – снова заявил Джаред. Ему тоже упрямства было не занимать. 

– А кто подходит?

Джаред не замедлил с ответом, даже на секундочку, ответил сразу:

– Я.

– Меня посадят, – так же быстро ответил Дженсен и поперхнулся, и понял, что не то, не то сказал, но было уже поздно – Джаред засиял, как лампочка, заулыбался:

– Ты, значит, думал обо мне? 

– Джаред!

– Ну, я же вырасту. 

– Джаред…

– Ты ведь дождешься, пока я вырасту? 

– Джаред. 

– Ты не думай, это серьезно. Это… ну. Очень, очень серьезно. Я же… Я спать не мог, когда ты эту… привел. Я думал, умру. А потом решил – какого черта? Дженсен, ты не смейся, пожалуйста, вот сейчас – не смейся. Очень легко сделать какую-нибудь хрень, а потом разгребать, всю жизнь, и знаешь что? Я тебе не дам сделать ошибку. Ты мой, и все. И все. 

Дженсен не знал, плакать ему, или смеяться, сидел, смотрел на Джареда, и его накрывало – нежностью, и грустью. Он раздваивался, его словно выкидывало в будущее, и каким-то внутренним зрением – он видел, каким Джаред станет, когда вырастет. Сильным, уверенным, красивым – и верным, любящим, преданным, так же будет смотреть на него – восхищенно – всегда. Пронесет это чувство через года, через всю жизнь. И странно, и непонятно – за что? За что ему – такое, почему он? И тут же приходил ответ – ни за что, разве любят за что-то? 

Джаред наклонился вперед, выжидательно, горячо, требовательно глядя на Дженсена, сказал взволнованно:

– Я понимаю, это смешно, да? Но я… все равно хочу, пообещай, что дождешься. Обещаешь?

– Да, Джаред. Обещаю. 

Дженсен почти уверен был, что не солгал.

Джаред, как пружиной подброшенный, вскочил, и заорал:

– Да! 

Крутнулся на месте, выскочил вон из беседки, вернулся, пообещал пылко:

– Ты не пожалеешь. Правда! 

И убежал совсем, а Дженсен долго смотрел ему вслед и думал – все еще только начинается. 

 

 

январь 2013



Сказали спасибо: 169

Чтобы оставить отзыв, зарегистрируйтесь, пожалуйста!

08.01.2016 Автор: Pardalis

Очень хорошо.

Логин:

Пароль:

 запомнить
Регистрация
Забыли пароль?

Поиск
 по автору
 по названию




Авторы: ~ = 1 8 A b c d E F g h I J k L m n o P R S T v W y а Б В Г Д Е Ж И К м Н О п С Т Ф Х Ч Ш Ю

Фанфики: & ( . « 1 2 3 4 5 A B C D F G H I J L M N O P R S T U W Y А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я

наши друзья
Зарегистрировано авторов 1410