ГлавнаяНовостиЛичная страницаВопрос-ответ Поиск
ТЕКСТЫ
311

Призрак оперы

Дата публикации: 17.10.2012
Дата последнего изменения: 19.10.2012
Автор (переводчик): ~Solinary~;
Бета: d-umka
Пейринг: Дженсен / Джаред;
Жанры: АУ; детектив; фэнтези; юмор;
Статус: завершен
Рейтинг: R
Размер: макси
Предупреждения: Публикуется с разрешения автора, размещение на других сайтах запрещено
Примечания: <p>В этом тексте все творится исключительно властью, данной мне шизофренией! Благодарности: Сон. - ты меня просто спасла, спасибо тебе огромное :heart: Ruata - моей благодарности нет границ, спасибо за баннер и за офигительного Дженсена в маске! Спасибо моей альфа-группе и бэте за помощь и поддержку! Фик написан на день рождения чудесной Ванечке, но я поганка почти на полгода задержалась с его дописыванием!((( Надеюсь, что вам понравится!</p>
Саммари: <p>Таинственный голос взывает к молодой оперной певице Кристине из мрачных недр величественной Парижской оперы. Лишь один человек в труппе знает, что невидимый покровитель и наставник Кристины, наводящий ужас на артистов, — обезображенный гений музыки, влюбленный в юную красавицу.</p>

Миша заехал ему по заднице с такой силой, что Джаред взвыл и едва не начал приплясывать, как ужаленный особенно злобной пчелой.
- Прости, розочка, я не ожидал, что ты такой нежный!
- Иди ты в жопу, Коллинз!
- С ума, что ли, сошел? Сейчас мистер Бреннан придет. Подожди до вечера, любовь моя… - и Миша жестом профессионального соблазнителя облизал губы.
Ни девчонки, обсуждающие новый блеск для губ, ни парни, пытающиеся посильно помочь Майку с прохождением особенно сложной миссии в GTA, даже не повернули головы.
Их театр двух актеров, видимо, поднадоел бесконечно повторяемой пьесой «Мы не геи, просто очень любим друг друга».
- Думаешь, какую именно постановку оплатил спонсор? – Миша почесал в затылке и, порывшись в сумке, вытащил пачку крекеров. – Будешь?
- Из твоих рук, все что угодно… - на автомате отозвался Джаред, взяв один. – Хорошо бы что-нибудь современное, а то Дэннил опять мне все уши прожужжит правами женщин. Я, конечно, за равноправие, но иногда мне начинает казаться, что женщины не боролись за независимость – а просто наши права забрали себе.
- Какой ты отвратительный шовинист, Падалеки.
Джаред фыркнул и развалился на сцене, вытянув гудящие ноги. Вот вроде бы просто объяснял соседке по комнате основы психологии общения, а ощущение такое, будто пошел пообщаться в неблагополучный район и еле унес ноги. Джаред ненавидел объяснять и рассказывать – сразу начинал раздражаться, махать руками и клясть разнообразнейших небожителей за куриный разум собеседника. Вот и сегодня он уселся на вертящийся стул и во время разговора так увлекся, что уперся ногой в диван, с силой, достойной лучшего применения.
В школе искусств Поля Эжена Джаред оказался случайно. Он играл Ромео в школьной постановке, пытаясь с одной стороны не слишком нетрадиционно выглядеть в чертовых лосинах, а с другой все-таки передать накал страстей, потому что в зале сидели родители. После спектакля выяснилось, что руководитель кружка пригласил на спектакль главу попечительского совета школы искусств. Джареда попросили прийти на вступительные, и уже там сообщили о его зачислении.
С неугомонным Мишей, почти единственным своим другом, он познакомился на лекциях по античной литературе, которые Миша включил в учебный план только потому, что преподаватель давал один и тот же тест на протяжении десяти лет, и все ответы передавались от курса к курсу.
- Я бы не отказался от Стоппарда, - Миша попинал Джареда в бок. – Вставай, Джей.
Мистер Бреннан, худой нервный ирландец, занимался постановками спектаклей, деньги на которые давали спонсоры. Постепенно от труппы остались рожки да ножки – не всем понравилось, что главные роли тоже распределял спонсор, но Джареду везло. Хоть в главной роли, хоть со словами «Кушать подано», он все равно появлялся на сцене. А большего Джаред и не просил.
- Вот новый заказ, - Бреннан кинул потрепанную книжку на рояль, стоящий у первого ряда и выполняющий функции стола.
- Призрак оперы? – страшным голосом переспросил Миша, как обычно оказавшись впереди планеты всей.
- Восхитительная история, потрясающие персонажи, - затрепыхался в экстазе Бреннан. – А главная героиня – хрупкий цветок, своей верностью…
Джаред зажмурился, представляя, что сейчас будет. Почти все девушки школы состояли в братстве Тау, исключительно женском обществе, пропагандирующим феминистские идеалы.
- Цветок? – Дэннил подняла книгу двумя пальцами и буквально ткнула в лицо Бреннану. – Вы предлагаете нам играть жертву мужского шовинизма? Создание, не способное без мужской поддержки даже получить роль?
Бреннан замер, как попавшаяся в луч света мышь и мелко-мелко заморгал от неожиданности. На суровых и непреклонных лицах женской части группы без труда читалось: «Играть я не буду, клянусь Симоной де Бовуар и Кларой Цеткин». Руководителя следовало спасать и немедленно.
- Да вы что! Это же отличная роль! И наконец-то мюзикл! Все мечтают о такой роли! – начал Джаред, запнувшись, когда Миша закашлялся, а в глазах Бреннана появилась идея. Какая - знать не хотелось.
- Стойте все здесь, - Бреннан рванул вверх, вытаскивая сотовый из кармана. – Не расходиться!
Миша откашлялся и безумными глазами посмотрел на Джареда:
- Ну ты псих, Падалеки. Все мечтают… о-ох… - он расхохотался, согнувшись пополам и едва не свалившись под рояль.
- Иди… - привычно завелся Джаред, тут же осекшись и ткнув Мишу в бок.
По лестнице между амфитеатром сидений спускался Дженсен Эклз, один из трех стипендиатов школы. С Эклзом почти никто не общался, но не из-за банальной зависти, как сочувственно шептались первокурсницы, а по его собственной просьбе «отвалить и не действовать на нервы». Во всяком случае, Джаред получил именно такой ответ на попытку завести разговор о погоде, птичках, рыбках и ценах на бензин.
- Какие люди и без охраны, - Миша хмыкнул. – Куда уж нам до божественного стипендиата? – он сделал пару шагов к лестнице, но быстро сник под уверенным взглядом Эклза. Девчонки тащились от его глаз, сравнивая их то с листвой, то с травой, то еще с какой-нибудь растительной фигней.
Джаред же мог поклясться, что видел такой оттенок у воды в озере рядом с домом. В детстве он чуть не утонул, обманувшись изумрудным блеском, и теперь относился с подозрением не только к водоемам, но и к зеленоглазым студентам, считающим себя лучше остальных.
- Джаред! - Бреннан уже несся вниз, едва не столкнув Эклза с лестницы. – Прости, Дженсен. Итак, мы впервые поставим на сцене «Призрака оперы» Гастона Леру, а заодно поднимем тему сексуальных меньшинств. Это будет артхаус! Феерверк! О нас напишут в газете!
- Ага, «Пидарасы в опере», - шепнул Миша офигевшему Джареду.
- Джаред – ты станешь Кристиной Даэ, в мужском обличье! Миша – Рауль твой. И наш спонсор особенно просил за Дженсена. Он станет ужасающим Призраком! О, я чуть изменю текст и сюжет! Авторская трактовка! Бреннан-Вебер-Леру!
- Еще чуть-чуть и старик свалится в припадке. Есть карандаш, чтобы он не откусил себе язык? – никак не мог угомониться Миша.
В творящемся безумии только он находил смешные моменты, остальные же застыли, как куклы – кто с открытым ртом, кто со странным выражением на лице. Один Эклз не издал ни звука, находясь, по-видимому, в своем собственном Эклзолэнде, в котором дела шли на удивление неплохо.
- В конце недели пришлю вам сценарий, - продолжал бесноваться Бреннан. – А пока найдите и прочитайте роман! Почувствуйте своего персонажа!
- Пиздец, - наконец обрел дар речи Джаред.

Молния на сумке давно заедала, но решила сломаться именно перед самым началом пары, когда преподаватель шумно откашлялся, привлекая к себе внимание. Джаред выдавил из себя кривую улыбку и изо всех сил дернул на себя за язычок. Раздался жуткий треск, и все вещи вывалились на стол.
Большего фурора ожидать и не стоило. Кажется, у Джареда начались проблемы со сдачей экзамена по античной литературе. Миша сочувственно прищелкнул языком, и подал Джареду улетевшее на пол карманное издание Леру. Джаред поскорее кинул его обратно в сумку, в который раз ужаснувшись жуткой фигуре на обложке. Он не совсем понимал, какое отношение к призраку оперы имеет данное чучело в красном одеянии и черепом вместо головы, но надеялся, что по мере чтения разберется.
- Ну как… Входишь в роль? – Миша закусил кончик ручки и заулыбался.
- Мистер Браун меня ненавидит, - все еще улыбаясь, процедил Джаред и, желая создать о себе более приятное впечатление, открыл тетрадь. Карандаш вырвался из его руки, описал красивую дугу надо головами студентов и упал прямо под ноги преподавателю.
- Черт, - пискнул Джаред и постарался залезть под стол.
- Смотрю, сегодня ты в ударе, - Миша зажал рот ладонью, начиная похрюкивать.
- Заткнись. Заткнись-заткнись-заткнись, - прошипел Джаред, пытаясь не удариться коленями о столешницу и не произвести еще один громкий звук.
- Да ладно тебе, старик Браун еще никого не заваливал. Напишешь тест и свободен.
Через пару минут, удостоверившись, что преподаватель обрел ритм и начал не просто рассказывать, а монотонно бубнить, Джаред выбрался на свет божий и отдышался.
- Так как вхождение в роль, Джей?
- Хреново. Чем больше читаю, тем лучше понимаю, почему здоровякам, вроде меня, не стоит играть золушек, вроде Кристины. Как я буду играть? Я похож на трепетный цветок?
Миша заржал, чем вызвал очередной укоризненный взгляд преподавателя, и снова заставил Джареда занырнуть.
- Ничего, любовь моя, - прошептал он, успокоившись. – Я защищу тебя от невзгод и тревог!
- Я уже давно не верю ветреным юношам, вроде тебя, Коллинз, - кокетливо отозвался Джаред, манерно махнув рукой. И тут же поймал заинтересованный взгляд двух первокурсников, учащихся на танцоров.
- Так, завязываем, - просигналил он Мише. – Мною заинтересовался первый голубой ряд.
- Рехнулся? – Миша приобнял его и состроил зверскую рожу, тут же погасив огонь страсти среди публики. – Мне так весело!
- Поздравляю тебя. Я не представляю, как играть, а ты стебешься, сволочь!
- Ну… Ты губки сложи бантиком, глазки сделай пожалостливее, и блей тихим голоском…
Джаред пихнул его в бок и уронил голову на сложенные руки. Даже когда он играл роли слуг или швейцаров, то понимал, что именно нужно делать, но здесь… Конечно, Бреннан переделывал текст, но вряд ли стал бы трогать основные реплики и повороты сюжета. То есть Джаред фактически оставался перед тем же непонятным, женским характером персонажа.
Дэннил ткнула Джареду в спину ручкой и, навалившись грудью на свой стол, прошептала:
- Что, Падалеки, сдрейфил? Теперь понимаешь, насколько трудно играть подобные типажи?
- Пошла нафиг, - сообщил ей Джаред. – Я сыграю так… так…
- Да, - оживился Миша. – Он так сыграет, что каждый в зале захочет себе Кристину домой.
- Задолбали, - рявкнул Джаред и, подхватив сумку, рванул к выходу, игнорируя совершенно охреневший взгляд преподавателя.
В коридоре царила тишина, и Джаред слышал только бешено колотящееся в горле сердце. Он и сам не понимал, что его так сильно задело: вроде бы роль одна из многих, да еще и полученная совершенно случайно. Но так хотелось доказать всем, что его репертуар не ограничивался принцами, положительными героями и второплановыми персонажами, выполняющими функцию «подай-принеси-пошел вон».
Чувствуя, что сумка сползает с плеча, Джаред дернулся, совершенно забыв о молнии. «Призрак оперы» снова, уже привычно вылетел из сумки, на этот раз шмякнувшись прямо под ноги Эклзу.
- Ты уронил, - как обычно чуть заторможенно заметил тот, и, подняв книгу, протянул ее Джареду.
- Спасибо.
Нервов на общение с Эклзом точно не хватило бы, поэтому Джаред сунул уже изрядно помятую книжку в задний карман джинсов и попытался пройти к лестнице на второй этаж.
- Падалеки, ты уже получил текст? – спросил Эклз, будто не замечая желания Джареда свалить подальше, накрыться пледом и медленно помереть.
- Нет еще.
- Приходи в зал после семи, порепетируем, - и, не дожидаясь ответа, словно и так его зная, Эклз пошел дальше.
Джаред чертыхнулся, от переизбытка эмоций пнув стоящий рядом автомат со снэками. Чей-то честно оплаченный, но застрявший батончик Марс, рухнувший в лоток, решено было считать за хороший знак.

В небольшом театре при школе всегда почему-то пахло цирком: сладким попкорном, немного опилками и сладковато-гнилостно звериным дерьмом. Джаред не любил приходить сюда один, потому что память постоянно подкидывала ему сцены из кинговского «Оно», в котором запахи свидетельствовали о появлении жуткого клоуна. Наверное, все дети Америки боялись клоунов после романа и экранизации, за исключением, правда, тех, кто и до не питал особой любви к раскрашенным идиотам. Но запах остался от прежних владельцев здания – то ли здесь располагался небольшой развлекательный центр, то ли владельцы содержали дома мини-цирк… Никто не знал.
Говорили, что особенно влюбленные в сцену студенты приходили по вечерам репетировать и даже составили график, чтобы не пересекаться и не мешать друг другу. Несомненно, в этом графике Дженсен Эклз забил лучшие часы.
Джаред потянулся так, что в спине отчетливо хрустнуло, и улегся на сцене. Большая стрелка на часах ползла медленно, как в сиропе, неохотно приближая маленькую к заветным семи часам. Джаред не мог объяснить и половины собственных поступков: например, на кой черт он начал помогать Бреннану? Пусть бы старик бодался с девушками, пока не уломал одну играть главную роль. Почему Джаред в первый раз в жизни действительно взбесился из-за слов Миши? Ему наплевать на спектакль и чертову переделанную роль – его потолок молодежные сериалы и слэшеры. Зачем согласился прийти, тем более, судя по тишине – Эклз просто его наколол.
И ровно в тот момент, когда Джаред пообещал себе плюнуть на все и пойти в ближайший Макдональдс заедать неудачный день бигмаками, дверь скрипнула, и появился Эклз. Прямо будто стоял и ждал, когда Джаред окончательно озвереет.
Часы предательски показывали ровно семь, так что ни малейшего повода для возмущения у Джареда не нашлось.
- Ты рано, - Эклз вообще не старался хоть чуть-чуть эмоционально окрашивать собственную речь. Интересно, знал ли спонсор, насколько невыразителен избранный им актер? Нет, Джаред ни разу не видел его на сцене, только слышал отзывы первокурсниц, не пропускавших ни одного выступления Эклза на благотворительных вечерах. По правде, будущий «гениальный актер» ни разу не появлялся у Бреннана, хоть по школе и судачили о сногсшибательной игре.
- Я не люблю опаздывать, - мрачно отозвался Джаред, наблюдая за Эклзом. Тот мерял сцену шагами, скользя совершенно отсутствующим взглядом по креслам, занавесу и даже Джареду. И вдруг за миг его лицо изменилось – в первый раз в жизни Джаред чувствовал дикий, всепоглощающий ужас.
Лицо Эклза стало совсем чужим, казалось, даже тени стали резче выделяться на коже. Взгляд превратился в тяжелый и отстраненный, как у уверенного в собственных силах тигра: «захочу раздавлю, а не захочу – пойдешь домой», рот искривился в полугорькой-полупрезрительной гримасе.
- Джен…сен, - ненавидя себя за блеющие нотки в голосе, позвал Джаред, чувствуя, что еще немного и в помещении начнет пахнуть дерьмом не только животных.
- Что? – Эклз опять стал прежним, даже никак не отреагировав на обращение по имени.
Требовалось срочно придумать что-нибудь достоверное и не пустить проклятого гения обратно в роль. Иначе Джаред не ручался за собственное психическое здоровье.
- Я не могу играть, - горло перехватило. Джаред от ужаса начал говорить чистую правду, и тут же явно выставил себя идиотом перед Эклзом. – Не понимаю героя.
Эклз не удивился и не начал смеяться, как поступил бы Миша. Он задумчиво закусил губу, а потом спросил:
- Книга все еще у тебя?
Джаред порылся в сумке, на время одолженной Майком, и вытащил окончательно убитого Леру – одно радовало: книжку он купил, а не взял в библиотеке, потому что за подобное отношение к наследию человечества с него вполне могли снять кожу.
- Вставай, - Эклз потянул его за руку, без особого труда ставя на ноги. – Смотри в зал.
Кажется, нежданно-негаданно Джаред обзавелся личным преподавателем. С большим трудом удерживаясь от скептического фырканья, Джаред уставился куда-то между двух кресел в первом ряду. Обычно там сидел Бреннан и его пассия – полная, рыжеволосая отставная оперная дива.
Эклз сунул книжку в руки Джареду, отчеркнув ногтем нужную сцену.
- Вы, должно быть, утомлены? – вдруг вкрадчиво, на тон ниже спросил Эклз из-за спины Джареда, заставив его вздрогнуть от неожиданности.
- Сегодня я отдал вам всю душу и теперь почти мертв, - стараясь убедительно притворяться уставшим и вымотанным, отозвался Джаред.
- Нет.
Эклз заглянул Джареду в лицо, сметая все личные границы, гипнотизируя взглядом и заставляя верить каждому слову:
- Я твой ангел музыки. Без меня ты никто, я же хочу, чтобы от каждого твоего выступления плакали ангелы. А ты не можешь, ведь ты раньше был тенью, вторым в четвертом ряду, сиротой при театре. А я требую твоей души, - Эклз положил ладонь на грудь Джареду. – Всей без остатка. Смотри в зал.
Если бы Джаред мог, он бы сел прямо на сцене, ошалело мотая головой и пытаясь прийти в себя после неожиданно страстной речи Эклза, больше напоминавшей аутогенную тренировку.
Но вдоль позвоночника словно пропустили ток. Теперь Джареду казалось, что в зале сидят сотни людей, пришедших послушать его выступление, и над всем этим безумием царит Призрак Оперы, талантливый и ненормальный.
- Вы, должно быть, утомлены?
- Сегодня я отдал вам всю душу и теперь почти мертв, - Джаред все-таки опустился на колени, чувствуя, что действительно измотан.
- Твоя душа прекрасна, дитя мое, и я благодарю тебя. Ни один король не получал такого подарка. Этим вечером ангелы плакали... – покровительственно закончил Дженсен, кладя руку на плечо Джареду. И тот поверил его словам.

Шесть утра придумали в аду, а чертов Дженсен разрабатывал макет для внедрения… Огромная чашка с кофе только окончательно добила издающий жуткие звуки желудок, в глаза хотелось вставить по спичке, и вдобавок все тело сотрясала крупная дрожь. Последний раз Джаред вставал так рано, когда нелегкая одарила родителей идеей записать его в клуб бойскаутов. Помнится, тогда все и ограничилось первой побудкой…
Редкие, попадавшиеся навстречу Джареду студенты выглядели не лучше него – бледные, сонные, обводящие окружающих мутным взглядом только что ожившего мертвеца. Просто идеальный момент, чтобы постигать сущность Кристины.
В голове почему-то постоянно крутились мысли, связанные с разнообразными травмами: то Джареду хотелось сломать себе ногу и отказаться от роли под благовидным предлогом, то двинуть Бреннана по голове бейсбольной битой и сорвать вообще всю постановку, а особенно часто возникало пугающее желание стукнуть Дженсена о стену, схватить за грудки и трясти, трясти, трясти, пока…
Телефон в заднем кармане джинсов игриво завибрировал, заставив Джареда со странным горловым звуком взвиться в воздух прямо посреди коридора, распугав парочку зомби, посещающих дополнительные занятия.
- Слушаю, - хриплые нотки добавили голосу пикантности – Джаред даже задумался, не лишить ли себя сна перед премьерой: тогда Кристина поразит зрителей не только габаритами, но и восхитительным рыком.
- Я уже в зале, - Дженсен звучал до отвращения бодро и весело. – Ты проспал?
- Нет, - Джаред ускорил шаг, тут же едва не впилившись в угол. – Проклятье! Скоро буду, если мой вестибулярный аппарат придет в себя!
Полночи Джареду снился новый Дженсен, увиденный на сцене. Правда, в отличие от реального тот гонялся за ним по коридорам мрачного особняка в стиле какой-нибудь игры с бензопилой и адски хохотал.
- Аккуратнее, - посоветовала едва не сбитая с ног девушка, на которую Джаред натолкнулся в двух шагах от зала.
- Стараюсь, - честно ответил Джаред.
Запах зала ударил в нос с новой силой – видимо, утром все ощущения обострились до предела. И зрение тоже – Дженсен повернулся на шум – вестибулярный аппарат все еще бастовал – и его глаза вдруг показались Джареду бирюзовыми.
- Как с Кристиной?
Джаред замялся. Он даже не стал репетировать вечером, полностью измотавшись всего несколькими строчками из романа, произнесенными на сцене. И, естественно, что Кристина не стала понятнее.
- Все равно не мое это, - неожиданно сам для себя признался Джаред. – Думаю, что попрошу у Бреннана самоотвод. Героев и принцев играть – это одно, а парней, наскоро переделанных из девушек - не ко мне, пожалуйста.
- Думаешь, что не справишься? – с нездоровым интересом спросил Дженсен, чуть наклоняя голову и становясь похожим на сумасшедшего ученого.
- Думаю, что от хохота рухнет потолок, - огрызнулся Джаред и повернулся, чтобы уйти.
- Стоять! – рык почти ощутимо прокатился под сводами зала, заполнив собой все пространство, и пригвоздил к месту ничуть не хуже цемента.
Дженсен спрыгнул со сцены, крадучись, подошел ближе и медовым голосом уточнил:
- Значит, наш большой мальчик боится чужого смеха? Может, у него детская травма? Психоаналитики дерутся под дверью за такого денежного клиента?
- Какого…
- Я тебе слова не давал! Впрочем… Ты наверняка хочешь сказать, что я не имею права так говорить? И кем я себя возомнил?
Смутное ощущение, возникнувшее еще при первой встрече: с Дженсеном не все в порядке – оформилось в абсолютную уверенность, шарики за ролики в голове у чертового гения заскочили так далеко, что ни один психиатр даже иглами для лоботомии не поставил бы их на место.
- Я скажу тебе… - все еще чужим голосом ответил Дженсен. – Я твой Ангел музыки, а ты моя Кристина. И я тебя никуда не отпущу.
Джаред обернулся, ожидая увидеть все что угодно – маньяка с ножом, безумца с мутным взглядом, даже дергающего головой идиота – но Дженсен оставался таким же как прежде: спокойным, уверенным, а уж ясности его взгляда мог бы позавидовать и ребенок.
- Сплелись два голоса в один дуэт. И власти чар моих предела нет… - начал Дженсен, пробуя голос. Самая известная ария оперы и без музыки прозвучала так же величественно, как и всегда. – Твой взор стремится вспять ко свету дня. Но Призрак оперы в душе, он часть тебя… Идем, Джаред.

- В твои подземные владения? – поинтересовался Джаред, чувствуя, что уже не может сказать какова доля шутки в произнесенном.
- Попробуй почувствовать Кристину… вернее Кристофера. Бреннан прислал сегодня переделанный сценарий. Идем.
Пальцы у Дженсена оказались ледяные, вызвав неприятные ассоциации с безумными медиками. И дело вовсе не в том, что Джаред встречал таких на жизненном пути – просто у их семейного стоматолога руки тоже постоянно мерзли из-за плохого кровотока, вот и наложилось.
Пока Дженсен целеустремленно тащил его за кулисы, а потом и под сцену, Джаред пытался разобраться в резво и артхаусно сменившем пол главном герое. Наверное, тот также столбенел перед Призраком, обладавшим невероятным талантом и харизмой, только при этом считал, что тот ангел. Дженсен прошел под тусклой лампочкой, и свет, скользнув по лицу, придал чертам потусторонность, которой не хватало для завершения образа.
- Пой, - повелительно произнес Дженсен, сворачивая в едва заметный ход.
- С ума сошел? Я не распевшись, да и потом нас попрут отсюда, если мы начнем…
- Мы уже не в театре. Ход ведет в заброшенное крыло. Здесь такая звукоизоляция, что хоть в голос кричи – никто не почешется. Я сказал - пой.
- Ты сам напросился, - начал Джаред, сдаваясь. – Твой лик внушает страх толпе людской. Я маска для тебя…
- Я голос твой.
- Мой лик и голос твой разнить нельзя: ведь Призрак Оперы в душе – он часть меня, - хоровое пение Джареду раньше плохо удавалось, но сейчас он без проблем подстроился, как после долгих репетиций.
Дженсен хмыкнул. Они стояли посреди прохода, который раньше, видимо, использовали для служебных нужд. Или для естественных нужд животных – дышать стало не столько трудно, сколько неприятно.
- Неплохо. Как с персонажем?
- Вроде дела пошли на лад, - признался Джаред. – Спасибо.
- За что? – рассеянно отозвался Дженсен, будто на миг выпав из реальности: может в Эклзолэнде цены на бензин упали?
- Возишься со мной. Мог бы просто другого партнера пригласить – тебя же спонсор продвинул, Бреннан не сильно злился бы.
- Я хочу играть с тобой, Джаред. Нужен совет?
- Нет, но валяй, - Джаред подошел к завалу, превратившему бывший коридор в пугающий тупик.
- Ограничишься ролями принцев, героев и малообразованных стражников и закончишь жизнь аниматором в торговом центре. Станешь играть персонажей, с которыми не ассоциируешься вовсе – может, когда-нибудь будешь рыдать и благодарить маму и папу за то, что дали миру тебя с Оскаром в руке.
- А как же талант, умник?
- Он у тебя есть, иначе ты учился бы сейчас в колледже и получал приличную профессию.
- Даже не знаю лестно ли мне, - пробурчал Джаред, заметив, что от одной из стен около завала сильно тянет сквозняком.
- Приходи сегодня ко мне, отрепетируем уже с текстом, - по тону не походило, что Дженсен просил, скорее уж приказывал, но пришлось списать все на дурное воспитание и удовольствоваться таким приглашением. В конце концов, Джаред понимал, что вряд ли представится другая возможность понять, как живут в колледже не совсем вменяемые студенты.

Вернувшись в комнату за сумкой с книгами, Джаред преисполнился праведного возмущения. Дженсен, похоже, вообще не утруждал себя посещением лекций, так почему бы и ему – покорно посещавшему все занятия – не пропустить пару-тройку совершенно бесполезных предметов. Вроде психологии.
Чтобы не дать себе отступить, Джаред скинул с себя пропахшую запахом зала и темного прохода футболку, зашвырнул джинсы в сторону кровати и, напевая себе под нос чертового Призрака оперы, залез под душ.
Знаете эту странную особенность мобильных телефонов? Стоит владельцу впасть в депрессию и уверится в том, что он никчемный идиот, как телефон будет хранить скорбное молчание, словно сочувствуя горю. Но один короткий поход в душ или прочие равноудаленные от сотового места немедленно заставят его ожить и сначала прочирикать краткую трель парой десяткой смс-сообщений, а потом разразиться мелодией звонка.
Джаред чертыхнулся, услышав, как в кармане джинсов надрывается телефон – кто знает, может, Дженсен ощутил себя ничтожным перед вечностью и решил поговорить по душам.
Перспектива подобного разговора пугала Джареда ничуть не меньше, чем предстоящий поход в комнату к самому загадочному студенту колледжа.
На мгновение заткнувшись, телефон задумчиво прогудел о новом сообщении, а потом снова вернулся к старому репертуару.
- Меня нет, - категорично сообщил Джаред, яростно намыливая плечи губкой, подаренной неугомонным Мишей на Рождество. Проклятый паяц только спустя пару недель сообщил, что, оказывается, когда-то губка вполне мирно росла себе в море, или еще каком губочном раю – а Джаред все удивлялся, откуда в ней семечки, отдаленно напоминающие арбузные. Картина поедающего арбуз и сплевывающего косточки прямо в пакет с подарком Миши долго преследовала его на парах.
Телефон не замолкал и даже – Джаред не поручился бы – стал звонить более угрожающе.
- Нет меня! – рявкнул Джаред, понимая, что совсем выходит за рамки. Не хватало еще ругаться с бытовой техникой и бить морду мебели. – Проклятый Эклз! Не иначе безумие передается воздушно-капельным… Ангел музыки, мать его!
Наверное, свободное время у звонившего мерялось месяцами, потому что он никак не мог успокоиться и перестать доставать Джареда. Пришлось домываться в спешном порядке, недоумевая, кто придумал такие раздражающие звуки по умолчанию ставить на звонки в мобильном.
Едва не навернувшись на коврике, Джаред вернулся к джинсам, чувствуя внезапный сквознячок и обнаружив, что вышел из душа без полотенца.
- Слушаю, - рыкнул он, мечтая, чтобы звонивший немедленно повесил трубку или повесился сам.
- Солнце моей жизни, алмаз души моей, что же ты так долго трубку не берешь? – Миша картинно вздохнул, а потом поинтересовался: - Что делаешь?
- Стою весь разгоряченный, голый и мечтаю о том, чтобы сделать с тобой пару запрещенных законом вещей!
- ООО! – Миша впервые не нашел, что сказать, не подозревая насколько Джаред оказался недалек от истины. Закон точно запрещал убийство и тяжкие телесные. – Как насчет встретиться после пар?
- Я не могу… - Джаред попытался натянуть боксеры, но не удержал равновесие и со страшным воплем рухнул на кровать.
- Тебя убивают? – деловитости Миши позавидовала бы целая стая печатающих гениальный роман мартышек.
- Нет, Эклз хочет порепетировать вместе…
- Так вот почему ты орал! Крепись, Джей. Возьми с собой фен и все свое обаяние – может, растопишь ледяное сердце…
- Слушай, мне и так не по себе. Но он охренительно играет, ты просто не представляешь…
- Куда уж нам.
Джаред с трудом удержался от желания немного потрясти трубку, чтобы вытряхнуть из нее пару кубиков льда. Кто бы мог подумать, что Миша начнет… комплексовать? Завидовать? Ревновать?
- Нет, я серьезно. Он совершенно меняется, когда поднимается на сцену. Не знай я, что Кристина остается жива после встречи с Призраком, я бы уже покупал парочку билетов в Гонолулу.
Джаред надеялся, что старая шутка сработает.
- Почему парочку, милый? – после минутной заминки привычно отозвался Миша.
- Хочу устроить нам второй медовый месяц, - с придыханием отозвался Джаред. – Я не знаю, во сколько пойду к Эклзу, но потом мы можем пересечься в кафе. Что скажешь?
- Главное, не попади под проклятье, - Миша заржал, а потом, подвывая, принялся рассказывать: – Розочка, ты что, не знаешь про проклятую пьесу? Каждого, кто возьмет себе проклятую роль будет до конца дней, который не за горами, ну ты понимаешь, преследовать неупокоенный дух погибшего актера! Какая-нибудь размалеванная баба стучалась в твою форточку, мой милый друг?
- Ты хотел предложить мне ролевые игры, но я слишком крепко сплю? – Джаред поежился и натянул джинсы. Хоть Миша явно придуривался, живая фантазия Джареда самостоятельно дорисовала жуткую картинку, как их с Дженсеном тащат по коридору под сценой полуразложившиеся мертвецы.
- Ладно, препод уже на месте. Перезвоню после психологии, пупсик. Ты ведь будешь думать обо мне?
- Конечно, - опрометчиво пообещал Джаред, услышав сигнал смски, пришедшей во время разговора. – До связи.
На экране мобильного сиротливо мигал конвертик: Дженсен прислал ему номер комнаты и вопросительный знак, видимо, укоризненно намекавший на то, что Джаред уже опоздал, а в Эклзолэнде такое не поощрялось.
Натянув другую футболку и кинув в сумку текст и затрепанную книжку, Джаред вылетел в коридор, только потом озадачившись совершенно логичным вопросом: а откуда Дженсен вообще взял его номер? Мозг, мирно проспавший все утро, не смог сразу отыскать ответ на такой сложный, почти философский вопрос. Чертов Призрак позвонил ему с самого утра. Просто пугающий парень.


Хорошо, что в общежитии жили исключительно ответственные и стремящиеся к знаниям студенты, потому что Джаред уже минут десять стоял перед дверью комнаты и не решался ни постучать, ни войти. Картинка со стороны выходила идиотическая – прямо первое свидание, не хватает только пучка задохлых роз в трясущейся руке. Интересно, Дженсен оценил бы розы? Или предпочитает лилии, стащенные с чьей-нибудь могилы – для антуража?
Джаред сделал глубокий вдох и постучал. Дженсен что-то неразборчиво крикнул из глубин комнаты, и Джаред предпочел решить, что ему предлагают войти, а не убраться ко всем чертям. Что там еще кричат девушки? «Милый, я не одета»? Еще более жуткое развитие ситуации.
Пока Джаред шел к цели, он по старой привычке, которую его мать называла мнительностью, прикинул варианты развития событий: от простой репетиции до кровавого убийства в духе первой Техасской резни бензопилой. Хотя Дженсен не подходил ни под один современный ужастик – ему бы играть в классическом «Музее восковых фигур», в котором зритель не может определиться с симпатиями до самого конца.
Но подобного он не ожидал… Джаред предпочитал прибираться от случая к случаю, когда горы книг, бумажек и одежды начинали раздражать и мешали учиться. Представший перед его глазами хаос напоминал последствия пожара, переезда и ограбления. А самое удивительное, что Дженсен вовсе не производил впечатление раздолбая, скорее Джаред готовился к идеально вылизанным поверхностям и разложенным по форматам книгам. Если бы.
На тумбочке у входа валялась куча рекламных проспектов – парня, их раздающего, Джаред знал с самого первого дня и частенько одалживал ему денег на стакан кофе для приведения организма в норму после стояния на холоде – ключи, шарфы одинакового цвета и вязки, словно Дженсен покупал их на распродаже «купи десять одинаковых и получи еще десять одинаковых», прочий мусор. Не успел Джаред осторожно повесить куртку на угрожающе накренившуюся вешалку, заваленную верхней одеждой, как увидел главную деталь композиции: на письменном столе лежали атласы по человеческой анатомии, в раскрытую сердцевину верхнего кто-то с силой воткнул скальпель.
С трудом отведя глаза от пугающей пирамиды, Джаред увидел вышедшего из ванной Дженсена – судя по влажным волосам, тот все-таки кричал «Милый, я не одета». Или «Присоединяйся, солнышко»… Долгое общение с Мишей не прошло даром для искренне считающего себя гетеросексуалом мозга Джареда, и навязчивые картинки с трудом удалось вытеснить более реальными видами собственного порезанного скальпелем и истекающего кровью тела.
- А зачем тебе скальпель? – Джаред мысленно чертыхнулся, поняв, что вопрос идеально подходил для десятки последних фраз жертв маньяков.
- Друг подкинул сценарий фильма ужасов, - Дженсен выудил откуда-то из очередной кучи полотенце и принялся вытирать голову. – Если повезет, получу роль студента, свихнувшегося после смерти девушки и устраивающего в кампусе резню.
Да уж действительно повезет… Джаред осторожно подвинул стопку книг на кровати и присел - чтобы освободить стул, пришлось бы устроить генеральную уборку. В такой атмосфере Джаред не смог бы не то что играть, а просто жить – ему до покалываний в кончиках пальцев хотелось немного привести все в порядок. Но Дженсену окружающий ужас не мешал.
- Начнем с первой совместной сцены? Или ты выбрал какую-нибудь еще? Я нашел маску…
Дженсен выудил из сумки плотную белую маску на все лицо с прорезями для глаз.
- Разве нужно не на пол-лица? – насколько Джаред помнил афишу последнего фильма – маска выглядела несколько иначе.
- Вы видели черепа, которые высохли от времени, видели, если не были жертвой ужасного кошмара, голову мертвеца в ту ночь в Перросе, видели Красную смерть на маскараде. Но все те черепа были неподвижны, и их безмолвный ужас не был живым. Представьте, если можете, маску смерти, неожиданно оживающую, с ее четырьмя темными дырами – для глаз, носа и рта, – выражающую гнев, доведенный до последней степени, высшую ярость демона, и никаких глаз в глазницах, потому что, как я узнала позже, его горящие глаза можно видеть только в темноте… - не заглядывая в книгу, процитировал Дженсен. – Ты не понимаешь – маска не украшение, а необходимость для него. Он обладал невероятным голосом, невероятной силой духа, но лицо…
- Хорошо, хорошо, я же не спорю, - Джаред замахал руками, чувствуя истовую убежденность, почти фанатизм в голосе Дженсена. – Только я…
- Что-то еще?
- Репетиции и потом будут, но я все равно не понимаю. Ни кого играть, ни тебя.
- Ты слишком много думаешь, - раздраженно заметил Дженсен, и Джаред почувствовал спрятанное за показным гневом удивление. – Раньше никто так долго не раздумывал, мы просто репетировали.
- Звучит так, будто ты меня в постель тянешь, а я ломаюсь, - от обиды перехватило горло, так что Джаред с трудом закончил фразу, пытаясь превратить все в шутку. Ему еще в самом начале казалось, что он учится не там, где должен. Ведь актерское перевоплощение всегда представлялось ему волшебным, мгновенным действием – Дженсен сразу же стал другим на сцене – а не результатом обдумывания и изучения персонажа.
Дженсен скинул с кровати вещи и сел рядом. Он выглядел, словно ребенок, которому сказали, что он не центр мира.
- Ты другой. Ты не как они – никто раньше не спрашивал про персонажей. Все были рады играть со мной.
- У тебя мания величия, - заметил Джаред, все еще пытаясь отдышаться и не прибить проклятого нарцисса. Надо же – нашел великую честь, играть с ним!
- Великие люди ей не страдают, - Дженсен улыбнулся, растеряв всю надменность и отстраненность. – А ты действительно продумываешь?
- А ты действительно чувствуешь себя другим?
Дженсен затих, словно обратясь взглядом к себе самому, а потом забрался на кровать с ногами и уселся по-турецки. Через пару минут, когда Джаред почти приготовился почувствовать себя лишним на празднике жизни, он вздрогнул, возвращаясь в реальность и неуверенно начал объяснять:
- Вроде как. Это словно дышать – раз, и я думаю, как он, чувствую, как он, и все получается само собой. А ты… Я видел тебя в постановке «Трамвая Желания» - разве ты не становишься другим?
- Я думаю, - признался Джаред, чувствуя себя почти на исповеди и почти признавшимся в самом страшном грехе. – До репетиций я обдумываю, что и как сделаю, а потом воплощаю на сцене.
- Когда ты анализируешь, ты захвачен этим?
- Наверное, - Джаред пожал плечами. И куда он, дурак, приперся? Тут люди творят высокое искусство, а он со своими ужимками лезет на сцену впереди всех.
- Тогда ты ничем не отличаешься от меня, - легко сделал вывод Дженсен и снова потянулся к тексту. – Знаешь, я начинаю чувствовать себя Призраком не только на сцене, но и в жизни… Именно он помог Кристине стать известной.
- Я просто офигеваю от твоего великодушия и самомнения.
Джаред никогда раньше не задумывался, что мгновенное перевоплощение может быть доступным только для отдельных актеров, вроде Дженсена, точно крепко стукнутого головой в периоде младенчества, а остальные просто трудились. Как и он…

***



Но желания репетировать с Дженсеном прямо сейчас, в его комнате, снова почувствовать, как тот превращается в некую мистическую, жуткую сущность, не возникало от слова совсем. Джаред никак не мог отделаться от мысли, что в таком состоянии Дженсен способен на любой ужас. Вдруг его Призраку вздумается все-таки убить несчастного Даэ?
Пугающие картинки стали навязчивыми, как прыгающие через забор овцы, но Джаред уже научился с ними справляться. Он принимался думать о бигмаках, прекрасных, сочных, вкусных бигмаках, прыгающих через… Стоп!
- Репетиция?
- Почему тебя так тянет играть? Скоро ведь начнутся прогоны на сцене, под присмотром Бреннана.
- Старик все торопится. Спонсор хочет быстрее увидеть готовую постановку, боюсь, как бы нам не сказали, что премьера на следующей неделе.
- Это невозможно, - Джаред от ужаса едва не разучился говорить. – Я даже книжку не прочитал. Так почему тебя так тянет играть?
Джаред чувствовал, что Дженсен пытается сбить его с толку и буквально за ноги затянуть во вселенную Леру. Точнее, пардон, Бреннана-Леру-Вебера.
- Не люблю находиться… - Дженсен передернул плечами. – Здесь. Там больше жизни, там…
- Здесь тоже есть жизнь, - Джареду стало неожиданно обидно за тот мир, в котором он жил с детства, в котором умел наслаждаться каждой секундой. Он поднялся с кровати и принялся мерить шагами незаставленный вещами пятачок. – И, блин, ты же не с Марса… Я надеюсь.
- В моей жизни не было ничего яркого, - тихо отозвался Дженсен, почти растворяясь в атмосфере собственной комнаты. – И только роли давали мне хотя бы что-то…
Поняв, что затрагивает слишком личные темы, Джаред рассеянно взял с письменного стола свежую, ярко-алую розу, видимо, притащенную Дженсеном для наибольшего вхождения в образ, и попытался найти другую тему для разговора.
- В жизни много яркого, но ты же сам не хочешь. Ни с кем не общаешься, не ходишь на вечеринки, не бываешь на мероприятиях братств. Ты же… Ты же не захотел разговаривать со мной, когда я пытался завязать беседу!
- Ты спросил, не знаю ли я, что будет с птичкой, погруженной в бензин, если его стоимость возросла за последнюю неделю, - огрызнулся Дженсен, вцепляясь в маску, как в спасательный круг.
- Я не знал, о чем говорить, - Джаред повернулся, все еще крутя в пальцах розу, и заметил, как Дженсен нервно сглотнул. – Ладно, признаюсь, у меня нет чувства юмора. Но я же слежу за тобой и вижу, как к тебе относятся люди.
Дженсен прикрыл глаза, заметно расслабившись, а потом хрустнул пальцами.
- Что испытывал Даэ к Призраку? – хрипло спросил он, и Джаред едва не сел на пол от чужих, пугающих интонаций в его голосе.
- Восхищение, благодарность…
- И все? – Дженсен тоже встал с кровати, и на миг Джаред увидел на его плечах плащ Призрака.
- Не знаю. Он любил Рауля… - Джаред, не глядя, положил розу на место, и постарался отойти поближе к двери. Воздух в комнате наэлектризовался от странного перевоплощения Дженсена, в животе заныло, будто ему предстояло совершить что-то невероятно опасное, вроде прыжка с парашютом.
- А как же Эрик, бедный, всеми оставленный Эрик и его силы, вложенные в Даэ? Он возвысил неблагодарного?
Агрессия в голосе Дженсена отдавалась где-то в затылке, а в горле пересохло от ужаса и захлестывающего возбуждения. Только рядом с таким Дженсеном, Призраком, Ангелом вдруг появлялось осознание – он знал, что нужно говорить, как играть женский образ, переписанный в мужской. Как коснуться души Даэ.
- Ни один талант, ни один божественный голос не могут купить любовь. Я готов встать на колени перед Вашим талантом, но вы не сможете заставить меня смотреть на Вас, как на милорда де Шаньи.
- Браво, Джаред, ты начал писать историю сам, - Дженсен улыбнулся, все еще не своей, а надменной улыбкой Призрака. Он окинул его долгим взглядом и принялся кружить вокруг, как голодная акула.
Джареду осталось только закрыть глаза и снова попытаться вернуться к Кристоферу, его упрямая уверенность в собственной правоте противостояла чарам Призрака, а заодно и возбуждению Джареда, которое стало бы видно, если бы не очень тесные джинсы.
- Ночь пронзает, будит ощущенья. Тайной мгла живит воображенье, - голос Дженсена стал ниже, почти превратился в едва слышный шепот: - Тени обступают, в чувства жизнь вдыхают. Тихо, кротко ночь раскроет полог.

Джаред вздрогнул, чувствуя, как сознание начинает плыть – наверное, будь на месте Кристофера он сам, то Рауль отправился бы в долгое пешее путешествие. Ничем, кроме наваждения, магии, он не мог объяснить внезапно нахлынувшее возбуждение. Раньше только странные, полубредовые эротические кошмары повергали его в такую амбивалентную смесь чувств.
- Слушай, чувствуй – этот миг столь дорог. Будоражит зря отблеск суетного дня…
Не дав Дженсену закончить, руководствуясь только внутренним, безумным порывом, Джаред развернулся и поцеловал его. Удача оказалась на его стороне – Дженсен оторопел, на миг замерев, словно статуя, а потом ответил с таким жаром, что едва не прокусил Джареду губу.
«А что же скажет Миша?» – пронеслось в голове у Джареда, перед тем, как управлением телом взял на себя покоренный силой искусства член. Как они сняли друг с друга футболки Джаред так и не смог вспомнить, зато этап избавления от джинсов прошел под знаком пары рухнувших стопок с мусором.
От сильного толчка в грудь Джаред рухнул на кровать, едва не врезавшись затылком в стену. Глаза Дженсена потемнели и превратились в бездонные омуты. На миг вернулось ощущение беспомощности и нехватки кислорода, как в тот несчастливый день, когда идея искупаться в озере показалась просто отличной.
Дженсен воспользовался его замешательством, чтобы найти презервативы и подозрительно напомнивший крем для рук тюбик. Слабо трепыхнувшийся мозг напомнил, что, вообще-то, Джаред в ближайшие сто лет не планировал трахаться с парнями. Но Призрак… Дженсен… Ангел…
Сил на возражения не осталось, и Джаред просто позволил делать с собой все. От знаний об однополом сексе осталась только мрачная уверенность – будет больно, к счастью, подтвердившаяся не в тех масштабах, что ожидалось. От смазки холодило кожу, а прикосновения пальцев Дженсена, наоборот, казались раскаленными.
Дженсен умудрялся двигаться в нем и одновременно отслеживать малейшие изменения на лице. Сомнений, что он наконец-то здесь целиком и полностью даже не появлялось, и Джареду от этого рвало крышу окончательно. Казалось, что Дженсену мало проникновения, мало самого факта секса, он словно хотел запустить руку ему в грудь, взять в кулак сердце и вырвать вместе со слабо трепыхающейся душой.
Наверное, запиши кто-то их «репетицию», он наслушался бы странных бессвязных признаний, к счастью, канувших в лету, вместе с последним толчком Дженсена, после которого он рухнул на подрагивающего от только что накатившего оргазма Джареда.
Почему-то показалось, что где-то за стеной тихо играет та самая «Музыка ночи», но Джаред списал все на пост-оргазменные галлюцинации и мгновенно вырубился, понадеявшись, что душа все-таки осталась при нем.

***



Снилось, что он, неловко раздвинув ноги, сидит на гинекологическом кресле, а врач проводит осмотр, почему-то через прямую кишку. На радостном возгласе: «Поздравляю, вы беременный», Джаред с воплем проснулся.
При погашенном свете развал в комнате Дженсена напоминал руины старого города, а то и мистические города на Марсе. Задница немного саднила, но, к счастью, в реальном мире Джаред избавил себя от перспективы стать мамой. Или первым забеременевшим папой.
Дженсен уже успел куда-то исчезнуть, и, судя по плеску воды в ванной, отправился принять душ. Джаред потянулся за джинсами, прикидывая, останется ли у него время принять душ после…
Странная дымка, затуманившая разум, постепенно рассеялась. И готовность, которая появлялась с первыми словами Дженсена как Призрака, уступала место панике. Джаред никогда не считал себя внушаемым, но только что произошедшее превратило его в какую-то марионетку, полуживого, полупридуманного персонажа.
Сотовый телефон нехотя ожил, показав два пропущенных звонка от Миши и время. Если галлюцинации не продолжались, оказывалось, что они проспали три часа подряд, пропустив все пары, общее собрание и…
- Твою мать! Зачет!
Джаред оделся, поспешно, словно вор, с трудом удержавшись от того, чтобы не протереть все поверхности, которых касался. Роза со стопки книг исчезла, наверное, Дженсен убрал ее вместе с пугающей маской. Интересно, кому маска пригодилась бы больше: Призраку или Дженсену, прячущемуся от всего окружающего мира в ролях.
- Я опаздываю на зачет, - Джаред понадеялся, что Дженсен его услышал сквозь шум воды, и, подхватив сумку, рванул к выходу.
Говорил ему дядя: парень, актерская профессия для чудиков и идиотов. И оказался прав: пошли галлюцинации, аморальный образ жизни. И…
В аудитории через пять минут его ждал преподаватель по сценической речи, но сил не хватало ни на что. Джаред тяжело опустился на скамейку: накатила жуткая, животная паника, будто что-то внутри осознало чужое влияние, которому не смогло противостоять. Руки тряслись, а сердце колотилось где-то за горлом, пытаясь проломить грудину и выскочить на вымытый пол.
Чертов Эклз! Чертов Бреннан! Да что вообще происходит! Какого хрена вообще!
- Падалеки, тебя что маньяк потрепал? – Дэннил присела рядом и протянула ему бутылочку с колой. – Ты на зачет?
- Ага, - вяло отозвался Джаред. – Я не уверен, что смогу сдать, но хотя бы приду.
- Говорят, что Эклз приглашал тебя на частные репетиции, - ненавязчиво уточнила Дэннил. – Выпей пару глотков, а то на тебя смотреть страшно.
От ледяной колы действительно полегчало, по крайней мере, сердце вернулось на место и перестало разрушать внутренности.
- Говорят? – Джаред мысленно уже открутил Мише голову и отправил в ближайшую мусорную корзину.
- Миша жаловался, - Дэннил фыркнула и материнским жестом одернула на Джареде футболку. Ей доверяли все секреты в феминистском обществе и, несмотря на жесткую позицию в отношении женских классических ролей, она умела поддержать. Вот только рассказать ей о сексе с Эклзом приравнивалось к публичной казни. Не хватало еще, чтобы Дэннил считала его внушаемым идиотом.
- Прибью его потом, - пришлось собрать себя в кучу и поднять на дрожащие ноги находящееся в шоке тело. – Я бросаю сраную постановку. Сейчас только позвоню…
Номер Эклза в списке с первого раза не нашелся, что неудивительно, потому что Джаред так и не внес данные в телефонную книгу. Только со второй попытки он нашел нужный контакт в списке принятых звонков и нажал на кнопку.
Он не знал, что хотел сказать. Пафосное «я ухожу»? Истеричное «не звони мне больше, и на постановке меня не будет»? Что?
Но Дженсен даже не дал ему использовать ни один из вариантов: сначала в динамике загрохотало, будто снова обрушилась одна из гор с вещами, а потом раздался неестественно холодный и спокойный голос:
- Я не знаю, что тебе еще нужно. Оставь меня в покое и не смей приближаться. Тебе ясно?
Если бы это помогло, то Джаред потряс бы телефон, чтобы стереть и странный тон, и неожиданное предложение, а заодно и самомнение Дженсена.
Пока Джаред пытался осознать, что вообще произошло – от офигения усталость как рукой сняло – Дэннил волокла его по коридору, видимо, поняв, что иначе до зачета они доберутся только ко второй пересдаче.
- Дэннил, - Джаред позволил усадить себя за стол под взглядом окончательно офигевшего Миши. Мистер Питерс, преподаватель, к счастью, полностью погрузился в критику выступления парня из параллельной группы, поэтому ничего не замечал. – Что бы ты сказала, если бы девушка переспала с парнем, а потом тот сказал ей не звонить больше?
- Что дура, - веско резюмировала Дэннил, отнимая у Джареда зачетку. – Нечего ноги раздвигать, как будто она не знает, что нужно от нас мужчинам. Я отнесу твою зачетку на стол? Вроде бы у нас автомат? Пошел вон, Коллинз!
Отодвинув в сторону почти улегшегося на парту Мишу, Дэннил отправилась штурмовать и так не слишком незыблемые бастионы мистера Питерса, закончившего экзекуцию и ищущего новую жертву.
- Спасибо, именно это я и хотел услышать, - буркнул Джаред. – Что?!
- Милый, у тебя появились от меня тайны? – проворковал Миша, и впервые Джареду захотелось его по-настоящему ударить. Неужели нельзя хотя бы пару минут не придуриваться?
- Все окей. Я просто…
- Падалеки, - Дэннил опять подвинула Мишу и дернула Джареда за запястье. – Идем со мной. Быстро.
- А зачет? – единственная пришедшая в голову Джареду отмазка выглядела очень неубедительной, потому что Дэннил ткнула ему зачеткой в лицо и мгновенно пресекла любое возражение.
- Дэннил, ты увела у меня парня? – в полном шоке поинтересовался Миша. Судя по его лицу, стройная и логичная система мироустройства только что взорвалась и превратилась в дымящиеся обломки.
- По крайней мере, он умеет обращаться с партнером, как с равным.
Так. Раньше Миша жаловался, что Джаред проводит время с Эклзом, а теперь, видимо, начнет плакаться всем о коварстве женщин. Отлично. Безумие начало переливаться через край полной чаши джаредовой жизни.
- Давай начистоту, - Дэннил пихнула его в ближайший туалет, конечно же, оказавшийся женским. – Что за странные вопросы? Кого из девушек ты бросил?
- Я? Никого!
- Ты, может, не понял? Лапшу вешай на уши первокурсницам!
А еще говорили, что Дэннил побила какого-то особенно рьяного старшекурсника, который пытался залезть ей под юбку. Теперь Джаред ему сочувствовал.
- Я говорю тебе – нет никакой девушки! Я переспал с Эклзом! Еще вопросы? Подробностей накидать?
Дэннил от неожиданности села на ближайший унитаз, по невероятному везению закрытый крышкой стульчака. Джаред порадовался бы, если бы не пытался удавить в себе неожиданно возникшую истерику.
- Гонишь!
- Тебе что предъявить – мою задницу или…
- Стоп, истерика! – Дэннил сделала глубокий вдох, а потом сочувственно уточнила: - Что же ты не сказал, что ты из этих? Я бы предупредила насчет нашего героя-любовника на одну роль.
- Я не из этих, - почувствовав себя героиней писем в журнал «Космополитен», открестился Джаред. – А что не так с Эклзом?
- Он… Занято, блин!
Испуганную первокурсницу от командного рыка Дэннил буквально сдуло из дверного проема.
- Если я познакомлю тебя с предыдущей жертвой, ты обещаешь не разглашать ее имени?
Предыдущей жертвой? Отлично. Молодец, Джаред Падалеки, ты осел. Только что вступивший в однополую связь осел. Продолжаем обучение.
- Поклянусь разбитым сердцем Миши, - пообещал Джаред. – А во сколько завтра первая репетиция?
- В пять, сразу же после пары, - Дэннил поправила юбку и указала ему на дверь. – А теперь дай мне попудрить нос и заставить Мишу поревновать еще сильнее. Вон, вон, вон!
Джаред проигнорировал удивленные взгляды нормальных людей, которые не предполагали, что парень его комплекции может посещать женский туалет, и решил, что имеет право на отдых после такого насыщенного дня. Но все равно что-то не ладилось в происходящем, знать бы еще что.

 

Наверное, директор школы случайно обнаружил клад у себя в кабинете, потому что ранее выглядевший изрядно потрепанным зал преобразился: потолок расписали пасторальными ангелочками и виноградными листьями – прямо недобитый Микеланджело – а над амфитеатром непонятно каким способом водрузили ложу. Выглядело все настолько китчево, что хотелось выколоть себе глаза и никогда не вспоминать поделку безумного дизайнера. Помещение напоминало Франкенштейна: одна его половина уже окончательно разваливалась и догнивала, а другая держалась молодцом, но испускала предательский душок.
Будь на все воля Джареда, он немедленно свалил бы из ложи, откуда обозревал ремонт, а заодно и из школы. Но свою волю у Джареда, кажется, недавно отняли. А на сцене в черном пафосном плаще Призрака стоял Дженсен. Никто бы не смог отвести взгляд от напряженной, издалека похожей на готовую к представлению марионетку фигуры. Справа зашипело: один из динамиков заискрил, заходясь предсмертным хрипом, а затем первые языки пламени поползли вверх по тяжелом, красному занавесу.
Джаред бросился вперед, не зная, что ему делать – закричать, найти чертову кнопку пожарной сигнализации или прыгнуть вниз? Расстояние до кресел показалось огромным – одними сломанными ногами дело точно не закончилось бы.
- Дженсен!
Пылали декорации – теперь до Джареда доносился только запах паленой пластмассы и удушливый дым от горящих тканей. Дженсен улыбнулся и медленно снял маску – на пол-лица, как и настаивал Бреннан.
За доли секунды Джаред понял, что тот собирается сделать. Проклятый урод! Аутист хренов!
Не отводя от него взгляда, Дженсен сделал шаг назад, туда, где заходилось жуткое, похожее на адский огонь пламя. Со страшным скрежетом обрушилась сверху люлька для технического персонала, а затем огонь нетерпеливо лизнул полы плаща, перекрашивая его в кроваво-красный.
Больше всего на свете Джаред хотел посмотреть в другую сторону, например, на кажущихся уже не такими идиотскими купидонов, но только не на сцену, не на это жуткое аутодафе, срежиссированное специально для него.
Пламя перекинулось на тонкое кружево рубашки, задумчиво коснулось лица, а потом Джаред все-таки закричал.
Он проснулся от собственного крика и долго пытался понять, где находится. Сначала ему показалось, что он опять в комнате Дженсена, словно в тупом романтическом фильме про «День сурка», но через минуту он понял, что сидит на собственной кровати, а паленым пахнет из чуть приоткрытого окна – наверное, соседи снизу снова взялись за старое и повторяли опыты с расширением сознания.
События развивались все интереснее и интереснее – вчера Джаред так и не снял одежду, просто рухнул на застеленную кровать и выключился, будто перегревшийся компьютер. Далее, видимо, ему следовало обрасти бородой, приобрести модное пальто и клянчить у остановки мелочь на кофе. Хотя нет… Там уже пасся длинный бомж с пропитым лицом, который вряд ли потерпел бы конкурента на такой удачной территории.
Настенные часы показывали двадцать минут пятого. До мысли, что сейчас вовсе не утро, а вечер следующего дня и через сорок минут нужно или репетировать, или послать Бреннана на все четыре стороны, Джаред дошел не сразу. Первым в голову пришло, что техника заразилась от Миши чувством юмора и перепутала день календаря.
Будущий бомж в Джареде возрадовался перспективе пропустить еще много, очень много дней учебы, но его радость продолжалась не слишком долго. Стараясь не слишком активно двигаться, чтобы не раздражать саднящую задницу, Джаред прошел в ванную и за десять минут свел всю будущую карьеру бездомного под корень. А после душа жизнь и вовсе засияла всеми красками. Черной так вовсю.
Самое обидное, что теперь Джаред уже не так сильно хотел покинуть постановку. Дженсен повернул внутри него какой-то тумблер – Джаред вздохнул и понадеялся, что не тем способом, который напрашивался первым – и роль стала его второй кожей. Да и потом Джаред боялся, что обозленный Бреннан, лишившись исполнителя одной из главных ролей, окончательно задвинет его на реплики «Кушать подано».
Скоростное одевание и спринт по коридорам с каждым новым разом удавались Джареду все лучше и лучше – главное, чтобы идущие навстречу студенты продолжали также ловко уворачиваться.
С размаху плюхнувшись на стул в общей гримерной, Джаред вытащил текст, выглядящий хуже, чем он сам раз в сто, и попытался запомнить нужные сцены. На память Джаред никогда не жаловался, ему ничего не стоило запомнить роль после первого же прочтения, просто сохранив образ нужной страницы. Интересно, почему способностей хватало только на такие фокусы?
- Губы блеском мазать? – кокетливо уточнила гримерша, тут же закашлявшись от мрачного взгляда Джареда. Только накрашенных губ ему не хватало для полного счастья.
- Джей… - Миша, уже полностью готовый к выходу на сцену и действительно напоминавший молодого романтичного графа, впервые на памяти Джареда выглядел таким серьезным. – Нам бы поговорить…
Где-то в зале истошно завопил Бреннан – слов никто не разобрал, но интонации звучали явно угрожающие.
- Черт. Старик опять в припадке заходится. Ладно, после репетиции. И Джей… Ты не бери в голову про проклятье, а? Это старая утка.
От удивления Джаред едва не выдал совершенно неуместный смешок: Миша решил, что он выглядит как недавно освежеванное тело из-за дурацких суеверий? Но такие своеобразные извинения не стоило сразу же отвергать: раньше Джаред не думал, дружат ли они или просто держатся рядом, готовясь разбежаться сразу же после выпуска. Вот так и узнал.
Естественно, Дженсен уже мерил шагами сцену, но, видимо, пока не входя в роль – во всяком случае, отсутствующее выражение лица принадлежало ему самому, а не Призраку. Для вселенского зла Дженсен выглядел уставшим и немного испуганным, словно подсмотрел джаредов сон и всерьез решил именно так закончить премьеру.

 

Пол немного качнулся под ногами, но Джаред стиснул зубы и тоже поднялся на сцену. Ему хотелось поскорее пережить репетицию, а по окончанию все-таки отказаться от роли. В ушах зазвучала увертюра «Призрака оперы», к счастью, на этот раз вполне реальная, а потом все исчезло. Мир существовал только на сцене – Призрак и Рауль всерьез схлестнулись за него. И Джаред не хотел потерять ни одного, ни второго.
И все-таки скорпион или кузнечик?
- Падалеки! – никогда еще голос Бреннана не казался таким раздражающим. Джаред чувствовал себя так, будто его выдернули из самой середины сна, самой сладкой его части. – Падалеки! Что вы играете?
Наверное, с голосом Джаред смирился бы, но когда сценарий едва не хлестнул его по лицу, пришлось отступить назад и окончательно прийти в себя. Когда Бреннан злился, он принимался размахивать сценарием перед лицом незадачливого актера, ни разу, впрочем, никого не задев. Но мельтешение листов вызывало ассоциацию с написавшей на ковер собакой, которую отчитывает строгий хозяин. Джаред приготовился подождать, пока Бреннан успокоится и перейдет к конструктивной части замечания, но экзекуция внезапно прекратилась.
- Вы больше не тронете его, поняли? – наполовину Призрак, наполовину Дженсен перехватил руку Бреннана, не давая закончить взмах. – Иначе я найду способ успокоить вас.
- Падалеки, что вы играете? – нормальным голосом спросил Бреннан, благоразумно не пытаясь освободить руку. – Кристина же нежный цветок, а вы… Эклз, к вам, как обычно, никаких претензий.
Дженсен медленно кивнул, окончательно выпадая из Призрака, и, выпустив Бреннана, вернулся к прогулке по сцене.
- Но я-то мужчина, а не девушка, - заметил Джаред, стараясь не думать о том, почему обычно эмоциональный Бреннан предпочел замять бунт на сцене, а не устроить всем Варфоломеевскую ночь. – Я не могу играть девушку, выйдет смешно и нелепо. Я смогу сыграть нужный типаж, но вам придется смириться с тем, что он будет мужским. Или освободите меня от роли.
Какая-то часть Джареда надеялась на то, что Бреннан сейчас выйдет из себя и найдет замену. Но тот, бросив взгляд на мгновенно напрягшегося Дженсена, покачал головой:
- Вы меня устраиваете, Падалеки. Но придется доказать, что ваша трактовка лучше моей. А чего мы встали? А? – прежние истерические нотки мгновенно вернулись к Бреннану, стоило ему вернуться на свое место в зрительном зале.
Насчет постановки Призрака Джаред ничего не мог сказать, но артхаус получался однозначно.

***



После окончания репетиции Джареду показалось, что Дженсен хотел подойти и заговорить с ним, но Миша очень ловко оттеснил его в сторону. Вне роли не стоило и думать, чтобы сражаться за жизненное пространство с гиперактивным Мишей, да еще и сгорающим от любопытства.
- Не думай, что я забыл, - Миша ухватил его за локоть и, не давая вырваться, потащил к неиспользуемым сейчас гримеркам. Обычно они были заняты во время спектакля, да и то не часто, потому что электрики никак не могли наладить там освещение.
Толкнув ближайшую дверь и щелкнув выключателем, Миша пихнул Джареда внутрь и для пущей надежности припер собой дверь.
- Рассказывай, - повелительно махнул рукой он, расстегивая воротничок вычурной рубашки.
- Со мной все нормально, - попытался не вдаваться в подробности Джаред, но понял, что в таком случае просидит здесь пару лет под укоризненным взглядом Миши. – Ладно… Просто Эклз приглашал меня на репетиции, - часть произошедшего пришлось пропустить, чтобы не травмировать ревнивую натуру Миши. – И мне до сих пор не по себе от мыслей, что постановка проклята.
- И все? – недоверчиво переспросил Миша. – Эклз и городская легенда превратили тебя в другого человека? Он тебя бил током на репетициях?
- Просто он… - Джаред махнул рукой, едва не уронив что-то со столика, но так и не смог сформулировать, чем игра Дженсена отличалась от остальных. – Он другой на сцене.
- Аутист, как есть, - Миша почесал в затылке, а потом еще раз переспросил: - Ты ведь врешь мне Падалеки, да? Но ты знаешь, что можешь рассказать мне, случись что?
На мгновение Джаред почувствовал невероятный соблазн все-таки рассказать про последние несколько дней, но оглушительный стук в дверь спас его от немедленной исповеди. Джаред никогда не знал – серьезно ли Миша воспримет сказанное или опять начнет смеяться.
- Коллинз, а ну верни мне Джареда! – рыкнула Дэннил, пиная дверь. – Только я показала ему все радости женских ласк, как ты его обратно волочешь, развратник?
- Почему же волоку, - промурлыкал Миша, впуская разозленную Дэннил внутрь. – Он шел своими ногами.
- Падалеки, иди переодеваться, пока мы с Мишей ведем дискуссию о преимуществах разных форм любви.
Спорить с Дэннил не стоило в любом случае, так что Джаред поспешил выместись из гримерки и найти сумку со своими вещами. Снимая костюм, Джаред впервые ощутил себя так, будто только что стянул с себя кожу. Единственное, что осталось ему после избавления от Кристофера – желание разобраться в загадочной душе Дженсена. Изучение Призрака следовало оставить на откуп литературоведам, а Джаред хотел только понять, что творится в голове у Дженсена. Вернув костюм в чехол, Джаред вернулся к гримерке, понадеявшись на отходчивость и милосердие Дэннил: собирать остатки Миши по комнате не слишком хотелось.
- Идем, - Дэннил ловко подцепила Джареда под локоть и помахала подозрительно довольному Мише ручкой. – Ты ведь не против поговорить в ближайшем Маке? Или диета не позволяет?
Одно упоминание разнообразнейших диет повергало Дэннил в еще большую ярость, чем предложение сыграть Кристину Даэ топлесс. Старшекурсницы уже наловчились обсуждать сброшенные килограммы так, чтобы не попасться Дэннил на глаза, а вот первокурсницы иногда допускали роковую в своей жизни ошибку и принимались щебетать о достижениях Дюкана, Монтиньяка и прочих прямо в коридорах. Бедняжки.
- Не откажусь от бигмака и колы в качестве моральной компенсации за произошедшее, - Джаред буквально почувствовал, как вырос его рейтинг в глазах Дэннил.
В Макдональдс они зашли с видом друзей детства, встретившихся после долгой разлуки.
- Познакомься, Джаред. Это Женевьев. Предыдущая… жертва. Я за едой, - оставив офигевшего Джареда перед столиком с одной из первокурсниц, Дэннил упорхнула к свободной кассе.
- Привет.
Так по-идиотски Джаред не чувствовал себя давно. Наверное, только в начальной школе, когда из памяти выпал слишком хорошо заученный стишок, а преподаватель не успел помочь. На самом деле ему хотелось сначала протереть глаза – если бы ему сказали, что Дженсен – натурал, он бы долго хохотал, а потом потрясти выглядящую такой же офигевшей Женевьев и спросить, спала ли она с Дженсеном.
- Вообще-то я не думал, что ты окажешься девушкой, - наплевав на приличия, Джаред с размаху сел на соседний стул. Похоже, его бестактность помогла, и Женевьев расслабилась.
- Я тоже не ожидала, что ты парень, - отозвалась она, накручивая прядь волос на палец. – Ты тоже попался на роль?
- Вроде того, - происходящее не нравилось Джареду все больше и больше. Наверное, все-таки стоило говорить только с ним, а не искать бывших и экс. – А ты?
- Он таким милым казался, - Женевьев сняла с подноса мороженое и принялась нервно мешать его ложечкой. – Говорил, что я свет его жизни, что краше меня никого нет.
- Как в тексте? – уточнил Джаред, прикидывая, успеет он съесть бигмак до того, как со скандалом уйдет или нет.
- Как в тексте, - вздохнула Женевьев. – И он выглядел оживленным, а не таким, как обычно. Не отмороженным.
- Он не отмороженный, - огрызнулся Джаред. – Вы с ним спали?
Дэннил подавилась колой, а Женевьев так резко дернула рукой, что едва не катапультировала часть мороженого на стол. Время утекало – Джаред пытался прикинуть, как долго Дженсен переодевался, учитывая его погруженность в Призрака.
- Нет. Я же не дура, - обиженно заметила Женевьев. – А вы с ним что… да?
- Да. Мне понравилось, - оставив на столе деньги и так и не начатый бигмак с колой, Джаред встал, едва не опрокинув стул. – Спасибо за помощь. Я пойду…
Похоже, он вверг обеих девушек в состоянии шока, но никаких угрызений совести не возникло. Идея изначально выглядела не слишком хорошей, а сейчас так вообще превратилась в идиотскую. Что он хотел узнать от Женевьев? Коварный план соблазнения Дженсена Эклза?
Он трахается с партнерами по роли, а потом угрожает им по телефону. Зачем? С Дженсеном с удовольствием переспала бы большая половина студентов обоих полов. И даже пара преподавателей.
- Падалеки, у тебя в голове ничего не сместилось? – осторожно уточнила Дэннил.
- Скорее уж, встало на место. - Бигмак почти взывал к нему, так что Джаред попросил у кассиров бумажный пакет и сложил туда еду. – Мне нужно обратно в зал.
- Точно ненормальный. Ладно, лети к своему Призраку, камикадзе, - Дэннил погладила Женевьев по плечу и тоном заправской искусительницы завела старую песню: - Скажи, милая, а ты знаешь про наш клуб?
Продолжения Джаред не услышал, едва не сбив на входе влюбленную парочку и рванув искать Дженсена.

***


Видимо, желающих репетировать вечером не нашлось, к тому же в общежитии праздновали сдачу экзамена дизайнеры – тишина заставляла вспоминать всякие фильмы ужасов, а особенно рассказанную Мишей легенду. Что интересно случилось с актерами? У самого потолка натужно заскрипела люстра, повешенная специально для постановки «Призрака Оперы», и Джаред замер. Рабочие могли отвлечься на вопли Бреннана, неправильно закрепить цепь, а зрители пострадали бы от проклятья пьесы сильнее, чем актеры.
Джаред закашлялся, едва не присев от неожиданно громкого и потустороннего эха, больше похожего на шепот заточенных в стенах театра заблудившихся душ. Но никто не торопился медленно и печально выплывать из-за рядов кресел, с целью довести Джареда до инфаркта, так что он спустился к сцене, пытаясь рассмотреть, точно ли у декораций лежит сумка Дженсена, или же обстановка начала навевать галлюцинации. Но сумка действительно сиротливо валялась у решетки, изображающей подземелья Призрака. Может, Дженсен заигрался, и его засосало в другой мир?
Джаред протянул руку к нарисованной темноте, но тут же подался назад: чересчур живое воображение немедленно подкинуло ему картинку собственной погружающейся во тьму ладони.
Прихватив сумку и пытаясь вернуться в реальность, Джаред пошел к гримеркам. Скорее всего, Дженсен просто закопался, задумался из-за роли и забыл про время. Главное, чтобы он побыстрее нашелся, а не то Джаред точно мог вернуться к себе с интересной сединой и совсем неинтересным расстройством мочевого пузыря. И с ошпаренными ногами.
Или Дженсен оставил сумку и давно сидел дома, посреди своих графских развалин… Джаред оглядел пустой и темный коридор с одинаковыми дверьми, напоминающими иллюстрацию к компьютерной игре про маньяков, монстров или маленьких мертвых девочек.
Последних вспоминать точно не стоило – одна из дверей содрогнулась, внутри что-то вспыхнуло, и Джаред едва не сел рядом со стеной. В нос снова ударил запах зала, затхлости и дерьма, а потом наваждение прошло так же быстро, как и накатилось.
В части гримерок лампы, по словам Миши, общались с внеземным разумом и постоянно транслировали сигналы, расшифровав которые студенты могли законтачить с зелеными человечками. Джаред не сомневался, что Миша уже давно напрямую общался не только с инопланетянами, но и с агентами Малдером и Скалли. Вот и сейчас кто-то переодевался в гримерке, с риском получить эпилептический припадок. Например, Дженсен, а вовсе не жуткий дух.
- Эй, здесь есть кто-нибудь? – испугавшись собственного голоса, позвал Джаред, едва не добавив: «Если ты мертвая маленькая девочка, то не отзывайся».
Дверь затряслась с удвоенной силой, и Джаред увидел, что кто-то умудрился закрыть дверь снаружи, повернув железную щеколду, непонятно для чего приделанную к стене.
- Нужна помощь? – предпринял еще одну попытку контакта Джаред, но не добился ничего, кроме еще одних дверных судорог. – Сейчас я попробую отогнуть щеколду.
Пальцы то и дело соскальзывали, но через несколько минут Джареду удалось повернуть изрядно заржавевшую полосу, едва не распоров себе большой палец. Распахнувшейся дверью Джареду едва не разбило лоб, но жертва того стоила. Из инфернально выглядящей гримерки попытался выбраться Дженсен, но замер, едва увидев Джареда.
- Что случилось?
- Случилось? – Дженсен стиснул голову, словно боялся, что его гениальный мозг полезет во все стороны, точно каша из пакета. – Ты оставишь меня в покое? У тебя вообще все в порядке с головой? Выпусти меня!
- Ничего, что я спас тебя? – огрызнулся Джаред, не давая Дженсену выскочить в коридор. Не хватало еще упустить Дженсена после таких пугающих поисков.
- Зачем ты меня здесь запер вообще? – судя по виду, Дженсен балансировал на грани между убийством в состоянии аффекта и истерикой. Джаред надеялся на первое, потому что не знал, что делать с чужими истериками.
- Я запер?
- А кто?!
Джаред потряс головой и пихнул Дженсена в грудь, по методу Миши запирая собой дверь. Похоже, происходило что-то странное: или Дженсен сошел с ума, или Джаред внезапно перестал контролировать собственное поведение.
- Дженсен, я не знаю, что тут произошло, но при чем тут я, блин! – не слишком спокойно и разумно начал Джаред. – Может, объяснишь, что здесь творится?
- Мне плевать, что ты ходишь за мной, мне плевать, что ты завалил всю мою комнату чертовыми розами, которые воняют словно разрытая могила, но я едва с ума не сошел в этом мигающем свете. Ты понимаешь это, придурок?!
- Не знаю я ни о каких розах и гримерках! И с чего ты взял, что я хожу за тобой?
Дженсен снова схватился за голову, а потом тихо попросил:
- Идем на сцену. Я ничего не понимаю.
У Джареда тоже начали болеть глаза и голова от мигающего света, но на миг он заколебался, испугавшись, что Дженсен просто заберет свою сумку и исчезнет. Картина по-заячьи петляющего между кресел Дженсена немного подняла ему настроение и развеяла все страхи.
Осторожно взяв Дженсена за ладонь, показавшуюся просто ледяной, Джаред толкнул дверь – к счастью, кто бы ни запер Дженсена, он не вернулся – и пошел в зал.
- Сумку отдашь? – спросил Дженсен, устроившись на краю сцены.
- Конечно, - Джаред протянул ставшую почти родной вещь и, замявшись, спросил: - А ты есть хочешь? У меня бигмак есть. Не отравленный, честно.
Дженсен облизал губы и кивнул – Джареду показалось, что тот с трудом сдержал улыбку, а, значит, абсурд происходящего дошел и до него.
- Послушай, я действительно не очень начал разговор, - признался Джаред. – Не стоило шутить про лягушек, в дождь утонувших в бензине, потому что его невозможно взбить в масло, но это же основные темы: лягушечки, бензин, погода.
Дженсен едва не подавился и смерил его удивленным взглядом.
- Ладно-ладно. И мое дурное чувство юмора. Но никаких роз я не приносил.
- Говорят, что постановка «Призрака оперы» проклята, - Дженсен выглядел растерянным и испуганным, но не как человек, столкнувшийся со сверхъестественным, а словно испуганный открывшимся перед ним миром ребенок. – Я не верю в такие вещи. Но с самого начала кто-то принялся подбрасывать мне в комнату розы. Сначала по одной – я выкидывал их и не обращал внимания, а потом… После того, как ты ушел, я не смог сразу выбраться из ванной – дверь приперли моим же стулом. А когда все-таки очутился на свободе, едва не сошел с ума - все поверхности в комнате покрывали розы: я убирал их несколько часов, вся моя одежда пропахла умирающими цветами, я… Я не знаю, что делать.
- И я единственный кандидат на роль безумного поклонника? – Джаред фыркнул. – С моей фантазией я бы закидал твою комнату гамбургерами. Если бы нашел миллион, конечно. Ты не думал обратиться в полицию?
- Я выкинул все розы, а гримерку можно списать на подковерную борьбу за главную роль. Полиция не будет заниматься таким случаем.
В детстве мама обычно покупала Джареду не комиксы про супергероев, а детские детективы и, видимо, окончательно испортила ему психику. При мысли о собственном расследовании Джаред почувствовал прилив энтузиазма. Чем он хуже всяких там детей, утирающих нос преступникам? Тем более что в их школе вряд ли поселился маньяк – больше походило на зарвавшегося шутника.
- Тогда мы найдем твоего сталкера сами! – Джаред щелкнул пальцами, заставив Дженсена вздрогнуть. – Извини. А переночевать можешь у меня… Если хочешь.
- Нет… Я… - Дженсен поднялся на ноги и зябко повел плечами. – Я куплю себе освежитель воздуха и все проветрю. Не хватало еще, чтобы какой-то урод почувствовал себя победителем.
- Тоже верно, - Джаред пожал плечами и уточнил: - Завтра будешь на репетиции? Составим список подозреваемых?
Дженсен выдавил слабое подобие улыбки:
- Договорились, Шерлок.
- Не стоит благодарности, Призрак.

Про закулисные интриги Джаред знал мало – к своему стыду он никогда не становился жертвой чьей-то зависти. К стыду, потому что из-за ролей, достававшихся ему, никто не дрался.
Миша вещал, что старшекурсники рассказывали о том, как исполнителей главных ролей пугали, подсыпали им в еду и лимонад разнообразнейшие препараты от слабительного до снотворного, случайно роняли их с лестниц. Только до убийства дело ни разу не доходило.
Чего же хотел неизвестный с розами? Запугать? Или выразить свою любовь? Запертая гримерка не слишком походила на страстную привязанность – что стало бы с Дженсеном, просиди он при мигающем свете пару часов?
Джаред бросил сумку на кровать и принялся мерить шагами комнату. Он вовсе не чувствовал себя Шерлоком, скорее уж Ватсоном, которому очень хочется, чтобы кто-нибудь невероятно умный нашел готовое решение.
Он сел за уютно гудящий компьютер и открыл Гугл. В фильмах герой умудрялся найти через этот чудесный поисковик все - от адреса вчерашнего парня в баре до тайн Пентагона. И что предполагалось вводить, интересно? «Сталкер, который преследует Дженсена Эклза»? Может, сначала отработать версию с привидением?
«Проклятые пьесы».
Результаты пугали – от списка роковых ролей и проклятых пьес, которых оказалось никак не меньше десятка до экзальтированного обсуждения Макбета на женском форуме. Ничего похожего на проклятье господина Леру.
«Проклятые пьесы. Призрак оперы».
Снова неудача – десятки сайтов с информацией по «Призраку оперы» и ни одной о проклятье. И почему в кино все так просто? Хотел бы Джаред чувствовать себя хотя бы наполовину мастером гуглинга, а не идиотом, тупо пялящимся на мигающий в строке поиска курсор.
А если так…
«История школы искусств Поля Эжена».
В истории на сайте, естественно, никто ни о каких неудачных постановках не знал. Школа расцветала, процветала, список выпускников висел на самом видном месте, а каждая публикация тщательно отслеживалась, даже заметка из трех строк в каком-то пафосном журнале. Девяностые, восьмидесятые… Статьи восемьдесят четвертого города, видимо, кому-то стало лень сканировать, поэтому образовался некоторый провал. Или не стали сканировать специально?
Гугл поискал события для восемьдесят четвертого года и школы, и, внезапно, разразился целым ворохом статей, увидев которые любой герой кино удавился бы от зависти. В конце учебного года в школе, в том самом зале, где проходили репетиции и постановки, произошел пожар. Но не просто случайный эпизод, вроде брошенного окурка или закоротившей проводки: во время репетиции сгорели двое студентов.
Судя по весьма эмоциональному тексту, журналистка намеренно давила коленом на чувства читателей, но суть передавала весьма сжато: во время выпускной постановки мюзикла «Призрак оперы» двое студентов оказались отсечены на сцене из-за загоревшихся декораций.
Джаред крутанулся на стуле и открыл следующую статью: среди фамилий студентов значилось – Бреннан. Причем, ситуация оказалась даже сложнее, чем представлялось: Бреннан с еще одним студентом претендовали на роль Призрака, но художественный руководитель дал Бреннану только роль Рауля.
Хоть Джаред и не чувствовал себя детективом, но сложить два и два смог: Бреннан не получил роль, вполне возможно, убил конкурента, а теперь снова вспомнил про старую рану и начал охоту за новым исполнителем роли Призрака.
В качестве инсайта мысль казалась простой и гениальной, но стоило чуть-чуть задуматься… Психованный урод пытался убить Дженсена. Почему-то отчетливо вспомнился сон, в котором Дженсен медленно уходил в огонь, а Джаред только стоял и смотрел на пожирающее его пламя.
Из жутких мыслей Джареда выдернул телефонный звонок – судя по настойчивости, по его душу опять пришел Миша.
- Джей, мы не договорили.
- Слушай, помнишь, ты говорил про проклятье? – раз уж отделаться от Миши не получалось, то стоило узнать побольше.
- Джей, ты все-таки из-за него с ума сходишь? Я действительно не хотел… Это старая история, старшекурсники ее часто рассказывают, но она выдуманная. Помнишь, как в фильме «Городские легенды»?
- Миша, я только что нашел статьи, в которых говорится о постановке Призрака в нашей школе. Двое актеров сгорели.
Миша замолчал, а потом тихо уточнил:
- Джей, хочешь я возьму пару бутылок пива или колы и приду, а? Посмотрим фильм, поговорим про проклятье?
Иногда Джареду казалось, что он вообще не разбирается в людях: ему казалось, что Дженсен заносчивый ублюдок, а Миша – раздолбай не от мира сего. Но теперь все словно нашли себе новые роли и активно в них вживались. Или просто раньше Джаред находился в собственной постановке.
- Нет, я в норме. Я потом тебе все расскажу, честно. Только разберусь с проблемами.
- Ладно, Джей. Если что – звони.
Джаред отложил телефон и почувствовал, как за грудиной от дурных предчувствий и подозрений заныло. Что они могли сделать? Спросить обо всем Бреннана? А вдруг тот оказался бы совсем психом и попытался бы убить слишком информированных студентов?
Использовать Дженсена, как приманку?
Не лучшая идея, учитывая, что Джаред вовсе не чувствовал себя супергероем. И даже Кристиной Даэ уже не ощущал.
Пытаясь придумать хотя бы один гениальный план, Джаред прошел в ванную, включил воду и встал под душ прямо в одежде. Через пару минут пришло осознание…
- Блин! Да что ж за день сегодня такой?
Джинсы облепили ноги, а в кроссовках противно захлюпало – прямо хоть сейчас сдавайся в отделение неврозов и пей разноцветные таблеточки в свое удовольствие. Да еще и телефон радостно завибрировал и спрыгнул со стола, видимо, желая быстрее добраться до хозяина.
Дженсен, будто почувствовав его настроение, прислал смс. Лаконичное «спокойных снов, Шерлок» подняло настроение. Ну уж нет – неужели они не смогут посадить психа и разобраться с заглюками гениального актерского эго?
«И тебе того же, мой Ангел музыки».
Джаред фыркнул и снова отправился в ванную комнату. Кажется, он скатился до сопливо-романтичных девчачьих смс. И от этого хотелось улыбаться.

Гениальные планы всегда приходили людям во сне – Джаред и не сомневался, что пополнил своим копилку известных случаев. Как там говорил Бреннан? Падалеки-Менделеев? Или все-таки Менделеев-Падалеки?
Джаред мог по праву гордиться собственным кругом знакомств при почти полнейшем отсутствии друзей – он умудрялся поддерживать хорошие отношения и с феминистками, вроде Дэннил, и с обслуживающим персоналом – между прочим, это каждый день оборачивалось лишней котлетой во время обеда, так что полностью себя окупало, и с журналистами, вроде Чада.
Периодически Джареду казалось, что какой-то из ужасающе серьезных коммунистов перевоплотился в парне из Буффало. Сначала он подбил персонал кафетерия на стачку, потом вывел первокурсников на митинг – в общем, всячески раздражал администрацию школы, но неизменно выходил сухим из воды. Что уж тут говорить – парню пророчили Пулитцеровскую премию.
Джареду вообще казалось, что вокруг него все талантливые – он один, как дурак, воплощает среднего из средних. Зато его роль слуги никто не отнимет. «Сколько раз вы произносили «Кушать подано», мистер Падалеки? О, более десяти тысяч раз, сэр. Мы вас берем!»
В шесть утра Джаред буквально пронесся по коридорам и забарабанил в дверь Чада. От недосыпа мир вокруг то становился четким, то расплывался.
- Будь ты проклят, - забубнили за дверью, и на пороге возник помятый и встрепанный Чад. – Падалеки? Ты что здесь делаешь? Спать иди, маньяк! Иди! – после столь пламенной речи Чад попытался вернуться досыпать, но Джаред буквально втиснулся в комнату.
- Чад, я только на пару минут. Мне нужны твои волшебные помощницы. Это дело жизни и смерти…
Как-то на вечеринке Чад под влиянием джаредова обаяния и нескольких порций текилы поделился секретом – журналисту не так-то просто найти материал, зато, если у тебя есть волшебные помощницы – набор отмычек – ты всегда на коне. На следующий день Джаред понял, что лучше прикинуться страдающим амнезией, чем клясться сохранить тайну.
- Вот черт, - видимо, Чад все-таки стал жертвой актерского мастерства. – Я все-таки… Решил банк ограбить?
- Моему другу нужна помощь.
- Вскрыть полицейский участок?
- Нет же!
Проснувшийся Чад оживился и принялся нащупывать сенсацию, но Джаред пока не собирался ничего говорить. Не хватало, чтобы Чад принялся преследовать Дженсена, у которого и так отношения с миром складывались через любимое место.
- Я дам тебе девочек, но ты потом расскажешь мне историю целиком. Первому, слышишь? – Чад порылся в ящике и кинул Джареду огромную связку. Похоже, взлом становился более сложной задачей, чем казалось во сне.
- Чисто теоретически, - Джаред сделал странный жест рукой, будто выпутывался из собственных врак. – Если мне нужно вскрыть комнату преподавателя в нашем общежитии, то какую из твоих… девочек стоит пустить в дело?
Чад хмыкнул и снял с кольца две загогулины, неотличимые на вид от остальных, а связку убрал обратно. Кажется, у него появились сомнения относительно вменяемости Джареда. И, наверное, не зря. Сам себя Джаред бы немедленно отправил в ближайшую психушку, а Дженсен носил бы ему передачки из дома. Сумасшедшим вообще носят передачи?
- Я верну, - на прощание пообещал Джаред, снова набирая скорость. У дверей Дженсена он с шумом притормозил, едва не растянувшись на шпагате, и, отдышавшись, осторожно постучал.
Дженсен открыл почти мгновенно, будто ждал гостей. Он выглядел так, будто полночи бегал от маньяка по коридорам.
- Что-то случилось?
Вместо ответа Дженсен кивнул куда-то вглубь коридора и посторонился, пропуская Джареда. На атласе, рядом с воткнутым скальпелем лежала роза, вот только края лепестков выглядели так, будто кто-то баловался с зажигалкой и издевался над несчастным цветком. Намек? Или просто следующая стадия сталкеризма?
- Я вернулся домой, а она уже была, - Дженсен говорил слишком спокойно для преследуемого, Джаред даже обернулся, чтобы убедиться – в порядке ли тот. Но ни впадать в истерику, ни превращаться в маньяка Дженсен не собирался – просто, похоже, устал настолько, что не трудился эмоционально окрашивать речь.
- Думаешь, сталкер, угрожает? – озвучил Джаред пришедшую в голову мысль.
- Не знаю. Нам нужно собираться на репетицию, не забыл?
Понятно. Дженсен не устал, просто успел уйти в Призрака. Что ж, придется его вернуть…
- Мы не идем, - с таким же успехом Джаред мог бы взорвать петарду прямо посреди комнаты.
- Что?
- Сейчас все соберутся на репетицию, а мы навестим Бреннана, - гениальная мысль перестала казаться таковой. Больше напоминало сцену из третьесортного фильма про бандитов, грозящего превратиться в документалку «как я провел пять лет за решеткой».
- Мы что?
Джаред махнул рукой и набрал номер Дэннил. Главное, чтобы Бреннан не решил внезапно вернуться.
- Дэннил, мне нужна твоя помощь. Мы тут с Дженсеном… - Джаред выдержал нужную для додумывания паузу.
- Ах ты, похотливый бабуин, - яростно зашептала Дэннил. – Теперь я еще должна прикрывать твою задницу перед Бреннаном? Хочешь опять прогуляться по аллее из граблей?
- Кажется, все очень серьезно, - Джаред понадеялся, что не переигрывает. С его габаритами давить на жалость стоило осторожно: и даже не из соображений, что задавишь.
- Ладно, - Дэннил вздохнула. – Пойду поскандалю, что ли… Скажи, почему я тебе помогаю, Падалеки?
- Потому что ты святая, - честно отозвался Джаред и показал Дженсену большой палец. Тот покрутил пальцем у виска и выкинул розу в мусорное ведро.
Как много добрых людей жило в мире – Джареду даже стало стыдно за то, что он пока не мог рассказать Дэннил, Чаду и Мише о происходящем.
- Джаред, при чем тут Бреннан?
- Вчера я начал искать про проклятую пьесу… Ну, нельзя отрицать, что за тобой, может, охотиться злобный призрак, так?
Не дождавшись ответа, Джаред продолжил:
- В школе уже ставили Призрака оперы, когда сам Бреннан учился. Он не получил главную роль, а потом случился пожар и двое актеров – Призрак и Кристина – погибли. Так, может, после заказа спонсора крыша Бреннана и поехала?
- Звучит, немного безумно, но рациональное зерно в этом есть, - признал Дженсен. – Давай попробуем – я хочу, чтобы все закончилось.
В коридорах появились первые сонные зомби-студенты, так что Джаред начал волноваться – свидетели могли донести в полицию, и тогда судили бы их, а не сталкера. Но на преподавательском этаже самоубийц не ходило, а преподаватели давно находились на кафедрах. Джаред вытащил отмычки и вгляделся в замок на двери Бреннана. В кино герои вставляли ее в отверстие, и после некоторых манипуляций звучал желанный щелчок.
- Дай сюда, - Дженсен отнял у него отмычки и принялся ковыряться в замке. Спрашивать, откуда у студента школы искусств умения домушника, Джаред не стал – наверняка очередной фильм обогатил Дженсена такими знаниями.
Щелчок не заставил себя ждать, как и шаги за углом. В квартиру они ввалились так, что едва не снесли вешалку. Зато спугнувший их прошел мимо, даже не остановившись.
- Чуть не попались, - от нахлынувшего адреналина хотелось истерически смеяться и творить безумства. Они сделали это! Прямо как в детективах!
Дженсен тихо выдохнул и скомандовал:
- Осмотрим комнату и поищем что-нибудь свидетельствующее о виновности Бреннана. Только ничего не трогай, - Дженсен прошел к письменному столу и указал Джареду на прикроватную тумбочку.
На первый взгляд комната казалась обычной, даже какой-то скучной для эксцентричного Бреннана. Только жуткий беспорядок на тумбочке: стакан с водой, пакеты от чипсов, бумажки с номерами телефонов. Совсем не похоже на маньяков…
Джаред принюхался – в комнате пахло очень странно. На шкафу стоял освежитель воздуха, но сквозь навязчивый, химический аромат пробивался еще один, раздражающий и не идентифицируемый.
- Джаред, - Дженсен показал на прилепленную к зеркалу газетную вырезку. Заголовок гласил: «Выпускная постановка окончилась смертью. Призрак оперы забрал двоих». – Может, ты и прав.
Но Джаред уже шел по следу, как охотничий пес: аромат вел его к кладовке, выглядящей так, будто ее не открывали уже лет сто. Но внешность могла вводить в заблуждение.
Он повернул ручку, ожидая увидеть все, что угодно: расчлененный труп, восковую куклу Дженсена, истыканную иголками, алтарь с маской Призрака. Но ему под ноги высыпались красные розы: некоторые из них увяли, а некоторые выглядели совсем свежими. Аромат сбивал с ног, так что Джаред едва не задохнулся.
- Проклятье, - Дженсен оставил рабочий стол Бреннана и принялся запихивать цветы обратно. Лепестки осыпались в чудовищном количестве.
Выйдя из ступора, Джаред тоже начал убирать розы, понимая, что наследить еще больше они и не могли. Отлично. Шпионы из них вышли отвратительные – даже после того, как кладовка снова закрылась, на полу осталась пыльца и остатки засохших лепестков.
- Я иду в полицию, - Дженсен закрыл глаза и потер виски. – А ты возвращайся на репетицию.
- Да… - Джаред никак не мог собраться. Одно дело подозревать человека, как в детективе, а другое – найти доказательства, что он явно сошел с ума.
Выйти в коридор удалось без проблем, только Дженсен все тер руки, пытаясь избавиться от запах роз. Наверное, за несколько дней он приобрел аллергию и фобию из-за сталкера. Главное, чтобы все закончилось побыстрее.
Они расстались у самого зала, и Джаред едва не предложил сходить в участок вместе – Дженсен выглядел пугающим и одновременно уязвимым. Он не слишком-то хотел возвращаться в реальность.
- А вот и… - Джаред вошел в зал, пытаясь выглядеть, как довольный своей интимной жизнью человек – не стоило разочаровывать Дэннил. Но не успел он сделать и шагу, как люстра, подвешенная под потолок для постановки, издала странный звук – будто кто-то взорвал хлопушку – и со скрежетом рухнула вниз. К счастью, страховочный трос не дал ей упасть до конца, но она качнулась с такой силой, что не сорви Джаред репетицию, и стоящий на метке Призрака в зале Дженсен пострадал бы. Бреннан увернулся – Джареду показалось, что тот знал о люстре.
В ушах будто бы зазвучала увертюра мюзикла, и Джаред вздрогнул от ужаса. Он надеялся, что Дженсен успеет в участок.

***



Бреннан развернулся, видимо, выискивая жертву длительной нотации, и увидел застывшего Джареда. От возмущения он неуклюже подпрыгнул и замахал руками. Не успел Джаред испугаться, как Бреннан почти мгновенно успокоился.
- Эклз! Падалеки! У вас десять минут на переодевание.
Джаред обернулся и встретился взглядом с только что вошедшим Дженсеном. Неужели что-то пошло не так?
- Верните люстру на место! – Бреннан мгновенно переключился на парней, которые помогали устанавливать декорации, и Джаред пожалел несчастных, которым предстояло ощутить истерику.
- Что случилось? – тихо спросил он догнавшего его Дженсена.
- У выхода дежурит куратор. Схожу во время большого перерыва.
- Мог бы дождаться там, - Джаред почувствовал, что желудок начал намекать на необходимость плотного завтрака или хотя бы немедленного перекуса.
- Я не мог. Ты же здесь. Вдруг что случилось бы, - просто заметил Дженсен, и Джаред снова почувствовал исходящую от него силу Призрака. Или силу самого Дженсена?
Бреннан, отцепившийся от несчастных ребят, прошел мимо к гримеркам, бросив:
- Начинайте без меня. Куда податься гению в жестоком мире? – и на ходу доставая из кармана фляжку.
Джаред снял свой костюм с вешалки и протиснулся в гримерку к уже почти выпавшему из реальности Дженсену. Тот неопределенно хмыкнул и снова погрузился в Призрака. Для репетиции ему пришлось облачаться в костюм Красной Смерти: с полумаской-черепом, огромной шляпой и главное – тяжелым, длинным манто. Джаред искренне порадовался, что на нем только обычный костюм-домино, потому что с его везением он бы наступил на манто, запутался, полуудавился бы и с грохотом съехал с лестницы. Прямо готовая сцена для пародии.
- Дженсен, ты… - Слова никак не приходили на ум. Как бы так спросить и не скатиться в женский скандал? – Кто я?
Дженсен замер, на мгновение выпадая из Призрака и становясь просто испуганным парнем, которому посчастливилось попасть в школу искусств, но не повезло с художественным руководителем.
- Я не знаю, - Дженсен тихонько вздохнул и поправил перья на шляпе. – Я ничего не знаю, Джаред.
- Будь осторожен, хорошо? Если что – ори громче, я возьму какую-нибудь палку и прибегу тебя спасать, - Джаред издал нервный, звучащий жалко смешок и осознал, что не представляет, как сейчас будет играть в таком состоянии.
- Лучше вдохнови меня на Красную смерть, - прошептал Дженсен, подаваясь к нему. Их губы даже не соприкоснулись, но Джаред ощутил, как чужое дыхание опалило кожу, заставив мир исчезнуть.
- С ума можно сойти, - Джаред прислонился к стене и с трудом вспомнил, где вообще находится.
Довольный произведенным впечатлением Дженсен натянул перчатки и неожиданно озорно подмигнул, будто снимался в какой-нибудь фривольной рекламе, а не воплощал мрачного, талантливого и безумного Призрака.
- Эй, значит, там в Эклзолэнде и таких делают, - фыркнул Джаред.
- Между прочим, я знаю про ваши шуточки. И в моем мире пони создали идеальное демократическое правительство и полную систему социального обеспечения, - похоже, нервничал не один Джаред – смех Дженсена прозвучал немного напряженно.
- Конечно, конечно.
Если бы за возвращение в реальный мир давали очки, Джаред приписал бы себе сто баллов за оригинальность, настойчивость и обаяние. За обаяние просто так. Но Дженсен явно стал более… живым, и теперь главной задачей оставалось не дать Бреннану сделать его мертвым.
- Я тебя покину – мне нужно сгрузить все это добро на подъемник, чтобы появиться достаточно эффектно, - Дженсен снова посерьезнел, и Джаред не смог удержаться от подкола:
- Если ты с руганью будешь высвобождать застрявший плащ – публика поразится.
- Точно.
Дженсен пошел под сцену, а Джаред вышел к встревожено наблюдающему за ним Мише – в конце концов, Рауль из него вышел очень романтичный и характерный.
- Все окей?
- Ага, - Джаред дернулся, когда пустили музыку, а Бреннан так и не появился.
- Давай, Кристофер, веди меня.
Маски заполнили сцену, словно поместив Джареда в безумный, хаотичный мир, в шизофренический сон. Грудь сдавило от ужаса – в любой момент их могут убить, кто знает – вдруг Бреннан спрятался за одним из костюмов и ждет удачного момента для удара.
- Это вы, Кристофер? – Миша стал единственным якорем нормального мира. Он беззвучно еще раз спросил: «Окей?», и Джаред не то по роли, не то отвечая, прижал палец к губам.
Джаред довел Мишу до центра сцены, чувствуя, как меняется музыка: увертюра вебберовского мюзикла стала самым страшным саундтрэком из всех: он то и дело представлял, как под орган их всех режут, поджигают и душат.
Утробно заурчав, подъемник начал свой путь наверх, и Джаред принялся отсчитывать секунды: десять, девять, восемь, семь… ну же… пожалуйста.
Платформа поднялась полностью, но Дженсена на ней не оказалось. Только шляпа и манто, неряшливой грудой лежащие на полу.
- Какого…? – Миша махнул рукой, показывая, что музыку можно выключить. – Он…
- Где Бреннан? – с трудом проталкивая слова сквозь ставшее вдруг ужасно узким горло, спросил Джаред.
- Еще не пришел, - Дэннил подобрала юбки и подошла ближе. – А что случилось-то? Где Эклз?
- Дэнни, звони в полицию, - Джаред скинул жакет и перчатки, пытаясь сообразить, как удобнее будет бежать и, вполне возможно, лупить кое-кого по голове тупым предметом. – Скажи, что Бреннан сошел с ума и пытается убить Дженсена.
Остальные загудели, переспрашивая и пытаясь выяснить, что же все-таки произошло. Но Джаред их уже не слушал: он оказался за кулисами за доли секунды, едва не навернулся со ступенек: сколько времени осталось до того, как Бреннан прикончит Дженсена? Минута? Две? Пять?
Внизу царила полнейшая темнота – кто-то выключил рубильник, чтобы Дженсен не смог увидеть приближающегося убийцу. А если он уже… Джаред споткнулся о какую-то конструкцию, и в ярости врезал по ней кулаком – какого черта? Почему он его вообще отпустил? Почему они так расслабились – это же банальнейшая сцена из ужастика: спустись в темный подпол один.
- Дженсен! – попытался крикнуть Джаред, надеясь непонятно на что – или на везение, или на какое-нибудь дурацкое совпадение, помешавшее Дженсену выйти, но получился только сдавленный сип.
Его тронули за плечо, и, обернувшись, Джаред увидел Мишу.
- Джей, если бы кто-то на него напал, мы бы слышали. Даже сквозь музыку – грохот или крики…
Крики, точно. Хоть в голос кричи – никто не почешется. Господи, нахрена Дженсена понесло в заброшенный ход?
- Ты мне доверяешь? – спросил Джаред, понимая, что выглядит, как полоумный.
- Нет, но я должен присмотреть за тобой, - Миша почесал в затылке. – Может, полицию дождемся?
- К черту полицию. Они не успеют! Идем! – и точно на маскараде потащил Мишу за собой в ход.

***



Ход окончился у уже знакомого Джареду завала – ничто не намекало, что Бреннан мог протащить здесь Дженсена. Да и куда бы им деться из тупика?
Джареда на мгновение охватило отчаяние – неужели он ошибся? Может, Бреннан уже давно убил Дженсена, и шансов на хороший конец не осталось. Кто мешал ему удавить, зарезать или разбить голову жертве, а потом спрятать ее в одной из гримерок, под полом, в темном углу?
Но в Техасе так просто не сдавались – Джаред подошел к стене, ощутив уже знакомый сквозняк и принялся искать щель: откуда-то же шел воздух. Панель поддалась под его ладонями, открывая новый проход.
- Мне кажется, или мы заснули и попали в постановку? – к счастью, Мише пришло в голову понизить голос. – Какие-то чертовы переходы…
- Идем, быстрее!
Джаред понимал, что они идут прямо навстречу опасному сумасшедшему, что он даже не придумал мало-мальски приличного плана действия, кроме идеи выскочить и завопить: «А ну отпусти Дженсена, сволочь!». Да еще и Миша мог пострадать. Но совесть молчала, а странное, почти животное чувство «мое, мое, забрать, отнять, вернуть» гнало его вперед, как безумного.
Переход стал шире – заваливший его мусор кто-то отодвинул к стенам, образовав две дополнительные тропки за обломками досок, прислоненной к стене фанерой и обломками кирпичей. Запах обгорелых досок ударил в нос, и Джаред с трудом подавил желание чихнуть.
- Джей, я думаю, что нам стоит пойти с двух сторон за завалами, а не лезть в пасть к дракону.
Джаред остановился и кивнул. Конечно, ничего идиотичнее идеи «давай разделимся» никто еще не придумал, но в словах Миши имелось рациональное зерно – если бы они выскочили на Бреннана, тот мог бы навредить Дженсену.
- Я иду в левый, а ты в правый, - Джаред попытался ободряюще улыбнуться Мише, но, похоже, сам нуждался в поддержке.
- Вечно ты стремишься налево, - Миша подмигнул ему и, пригнувшись, нырнул за мусор.
- Такой я ветреный, любимый, - за фанерой запах усилился, но зато через несколько шагов Джаред услышал чей-то голос. Он продвигался очень медленно, слишком медленно для того, чтобы успеть вовремя, но под ноги то и дело попадались обломки кирпичей, которые могли выдать его местонахождение. Ладони почернели от пыли, но Джареду все-таки удалось спрятаться за очередным нагромождением досок и выглянуть наружу.
Первое, что бросилось ему в глаза – худая, будто изломанная фигура, нервно мечущаяся по расчищенному пятачку, а следом – лежащий у дальней стены Бреннан, по виску которого текла кровь.
Джареда будто ударили под дых – если Бреннан не злодей, то кто тогда… Мысли мгновенно сбились, потому что он увидел привязанного к одной из балок, поддерживающих потолок, Дженсена. Тот только начал приходит в себя, то и дело обводя помещение мутным взглядом.
- Нет. Нет, нет, нет, нет…
Фигура обернулась, словно узнав ей одной слышную музыку и принимаясь бормотать. Судя по росту и комплекции, неизвестный все же принадлежал к мужскому полу, но Джаред все никак не мог понять, кого же видит. В голову приходил только абсурдный вывод о том, что это на самом деле сумасшедший Миша, научившийся присутствовать в двух местах одновременно.
Мужчина снял капюшон, и Джаред едва не поверил в существование реального Призрака в его голливудском воплощении – череп неизвестного покрывали жуткие шрамы, а лицо напоминало неудачную, полурастаявшую восковую маску.
- Теперь, наконец, я могу…
Псих замер, буквально принюхиваясь к воздуху, и Джаред затаил дыхание: по комплекции он превосходил похитителя, но говорили, что психически больные люди обладают невероятной силой.
Быстрее атакующей змеи псих бросился в правый коридор, где прятался Миша, и через несколько секунд до Джареда донесся шум борьбы. Дженсен вскинулся, медленно осознавая, что происходит, а потом встретился глазами с Джаредом.
Как Джаред хотел бы обладать способностями телепата, но, к сожалению, пришлось использовать только всем известные жесты. Он пока не представлял, что делать.
Миша буквально вылетел на середину расчищенного пространства – похититель умудрился чем-то рассечь ему бровь, и, видимо, сильно заехать по голове, потому что тот сначала рухнул на одно колено, а потом окончательно упал и отключился.
- Никто не помешает мне восстановить справедливость, - рыкнул псих. Он сжимал в руках обломок доски, из тех, что в изобилии валялись вокруг. – Вы проиграли, Рауль!
Кажется, не только Дженсен полностью уходил в роль – желающих сыграть Призраков становилось все больше и больше. Псих сделал шаг к Мише, занося доску, и Джаред вдруг отчетливо представил, как та войдет в череп с чавкающим звуком. Он встретился взглядом с Дженсеном и увидел в его глазах тень собственной паники.
- Стой! – голос Дженсена прокатился под сводами, будто они находились в Опере. – Как смеешь ты, самозванец, прикрывать свои темные дела моим именем?
О нет, только не это – снова Призрак одержал верх над разумом. Лицо Дженсена опять стало надменным и отстраненным, вот только лицедейство перед ненормальным могло привести к летальному исходу.
Дженсен бросил короткий взгляд на Джареда, будто побуждая его действовать, а потом продолжил:
- Никто, кроме меня, не смеет поднимать руку на виконта. Он только мой соперник, и его жизнь, как и все в Опере, принадлежит мне!
Лицо похитителя исказилось, а потом он оставил Мишу в покое и пошел к Дженсену – теперь он находился спиной к Джареду. Доска легла в ладонь, и Джаред аккуратно принялся выбираться.
- Ты не… ты не можешь быть Призраком… Здесь только один Призрак…
От сомнения, или от ярости голос психа задрожал, а пальцы, охватившие доску, побелели от напряжения. От одной мысли, что сейчас он с размаху врежет Дженсену по лицу, становилось дурно.
- Посмотри на себя. Ты просто жалок!
Джаред размахнулся и обрушил собственное нехитрое оружие на голову похитителя. Ему показалось, что он проломил ему голову, но тот еще дышал после падения.
- Господи, я думал, что ты никогда не ударишь, - признался Дженсен, повисая на веревке.
- Сейчас. Я сейчас… - пальцы казались чужими и непослушными, а веревка слишком туго завязанной. Джаред пытался развязать узлы, молясь про себя, чтобы в лучших традициях фильма ужасов злодей не поднялся. – Что, черт побери, происходит?
- Не знаю, - Дженсен, освобожденный от пут, принялся растирать руки, а потом с тихим шипением коснулся затылка. – Я увидел свет в коридоре и пошел за ним. Мне показалось… показалось, что настоящий Призрак звал меня. А потом что-то обрушилось на затылок и все.
- Нашел время ходить по…
Джаред обернулся, желая убедиться, что похититель никуда не уполз, и услышал, как вдалеке перекрикивается полиция, идущая по их следам.
- Сумасшедший, - попытался продолжить нотацию Джаред, но едва не потерял равновесие – Дженсен подошел совсем близко и с отчаянием смертника поцеловал его, наплевав на возможное появление стражей правопорядка.
- И не переводи тему, - не позволил заткнуть себя Джаред, едва отдышавшись. – Что это за парень вообще?
- Я узнал его по голосу. Это Эриксон – спонсор. Он звонил мне, чтобы уточнить детали постановки.
Фамилия вызывала неприятные ассоциации, и Джаред стиснул ладонь Дженсена, все еще не веря, что кошмар закончился. А дальше стоило работать полиции и скорой.

Джаред почувствовал, как руки предательски задрожали.
- Давай, Джей! – Дженсен сдул со лба выбившуюся прядь. – Ну?
- Вы не туда вкручиваете, - Миша поправил повязку: пострадав от Эриксона, он стал похож на раненого в последней битве солдата.
- А ты держишь инструкцию вверх ногами, - Дэннил взяла верхнюю книжку с одной из стопок и лениво пролистала. Если бы не ее интуиция, полиция бы долго искала, куда именно отправился Джаред от платформы. – Огнестрельная рана? Эклз, может, ты все-таки маньяк?
- Это моя комната и мои книги, - Дженсен покачнулся: он помогал Джареду собирать книжные полки и пятнадцать минут изображал из себя подпорку. – Кто вас вообще сюда звал?
- Мы с ним, - Миша обвиняющее ткнул пальцем в Джареда и перевернул инструкцию. – Всего ничего осталось, Джей.
Пришлось признаться:
- Они со мной, - и дождаться раздраженного вздоха.
После долгих допросов в полиции, во время которых Джаред постоянно боялся сболтнуть про взлом комнаты, часы неизвестности, когда допрашивали Дженсена, сборка мебели показалась чудесным времяпрепровождением, тем более что Джаред для себя решил переехать. А книжные развалы не оставляли ему жизненного пространства.
- Я так и не поняла, что случилось. И что с постановкой непонятно, - Дэннил вздохнула. – Хорошо хоть псих не убил Бреннана, а только обеспечил ему сотрясение: где бы мы еще нашли такого креативного художественного руководителя?
- Дождемся Чада. Он обещал мне все объяснить после того, как я рассказал ему свою версию произошедшего. Отпускай.
Дженсен перестал подпирать полку и по-турецки уселся на пол рядом с убирающим инструменты Джаредом. Кажется, он начал что-то подозревать, когда Джаред по-хозяйски задвинул коробку под кровать, на которой расшифровывал инструкцию Миша.
Дверь распахнулась и торжествующий Чад, как обычно забывший про правила приличия, ввалился внутрь, потрясая газетой.
- Первая полоса! Да, я чертов гений!
- Садись и рассказывай, ньюсмейкер, - строго велела Дэннил, под бдительным взглядом Дженсена возвращая на место книжку.
- Итак, давным-давно…
Джаред не удержался и запустил в откровенно придуривающегося Чада кедом. Меткость никогда не значилась в числе его достоинств, поэтому в итоге в плечо досталось Мише.
- Что за внезапная сцена ревности, любовь моя?
- Эй! - Дженсен начал вставать, так что Мише пришлось срочно притворяться безобиднейшим из смертных.
- Спокойно, тигр! Это шутка!
- С Дэннил шути.
Джаред едва не подпрыгнул от знакомых призраковских интонаций: похоже, они все-таки в большей степени принадлежали Дженсену.
- О, шикарнейшая из женщин, подари мне один ужин!
- Я думала, ты никогда не предложишь…
От неожиданности Миша уронил инструкцию, а Дэннил, как ни в чем не бывало, продолжила:
- А теперь все заткнутся и послушают симпатичного журналиста!
- Я и не надеялся на минутку внимания. Так… История действительно началась давно: Бреннан, Эриксон и мисс Коулз учились вместе. Выпускная постановка – Призрак оперы, стала бы для исполнителя главной роли трамплином к славе. За роль Призрака буквально дрались: сразу четыре студента претендовали на роль, но в итоге Эриксон – возможно, из-за фамилии, а возможно, из-за пугающей способности перевоплощаться – обошел всех. Бреннан получил роль Рауля – чуть меньший трамплин, а Коулз – Кристину Даэ. Говорят, что за женскую роль вообще чуть ли не смертоубийство устроили, но нам это не слишком интересно. А дальше начинается самое интересное. Знаете, случается так, что актер уходит в роль полностью и перестает отличать реальность и вымысел.
Джаред услышал, как Дженсен нервно выдохнул, наощупь нашел его руку и легко пожал. Он точно знал, что никакие уходы больше тому не грозили – Джаред планировал лично удерживать в пусть и полном трудностей, но от этого не менее прекрасном мире.
- Эриксон так проникся страданиями своего персонажа, что окончательно съехал с катушек. Он захотел изменить сюжет Леру и привести Призрака к победе. На репетиции он напал на Рауля-Бреннана. Никто точно не знает, что произошло – Эриксон плохо соображает, а Бреннан после удара по голове немного не в себе. Но, как итог, загорелись декорации, и Коулз с Эриксоном оказались отрезаны от остальных. Девушка погибла, а Эриксон, видимо, сбежал в проход. Полиция не знает, чье тело оказалось на сцене вместо него, и в их интересах скоро это выяснить.
- Он что жил как Призрак? В темноте переходов? – уточнила Дэннил.
- Вроде того…
Чад пожал плечами, а потом раздраженно признался:
- Полиция не хочет делиться всей информацией. Но я думаю, что он периодически выходил и искал себе еду. И, естественно, он хотел отомстить. Надо сказать, что для психически больного Эриксон умел ждать – может, Призрак так на него повлиял. И та-дааам, в когти ненормального попался один из спонсоров, решивший осмотреть зал. Его тело нашли дальше по проходу.
- Он с телефона спонсора заказал постановку Бреннану? И тот ничего не понял?
Молчание стало ответом – тот, наверное, мог не заметить летающих слонов, когда оказывался увлечен постановкой.
- Голос Эриксона изменился за годы, номер остался от прежнего спонсора. Тот, кстати, жертва мечты: эксцентричный, часто уезжающий в командировки – никто не хватился его за то время, что его кости гнили в переходе. Бог, видимо, благоволит ненормальным.
- Но зачем ему я? – голос Дженсена звучал странно, будто только что сказанное упало ему на голову и немного оглушило.
- Ты Призрак. Эриксон испытывал к тебе двойственные чувства: он ненавидел тебя, как самозванца, и одновременно восхищался. Сложно объяснить: мы же все нормальные. В общем, Эриксон принялся воплощать свои неоднозначные желание, то пугая тебя, то закидывая розами.
- А… - Дэннил замолчала, скептически оглядывая распластавшегося на плече у Джареда Дженсена. – Знаешь, думаю, что нам пора.
- Но я же еще…
Миша ненавязчиво помог Чаду подняться и принялся подталкивать в спину. С его лица все еще не сходило удивленное выражение: кажется, он прикидывал, как заплатить за ужин и не получить туфлей в лоб от феминистически настроенной дамы сердца.
- Завтра встретимся в зале, решим, что делать с постановкой, - Дэннил просто не могла уйти без ценных указаний.
- Слишком много людей, - признался Дженсен, забираясь на кровать. Первый раз Джаред видел, чтобы кто-то засыпал просто от слишком большого количества присутствующих и информации.
- Ничего.
После всего случившегося Джареду хотелось пару месяцев просто лежать на кровати рядом и ничего не делать.
- Думаешь, мы все-таки поставим Призрака в бреннановской трактовке? – Джаред почувствовал, как его тоже охватывает дремота.
- Конечно, - Дженсен хмыкнул. – Это же будет артхаус!

~Fin~

Литературные переводы двух арий взяты с сайта:
http://thephantom.narod.ru

Там же можно послушать, как они звучат в переводе :)



Сказали спасибо: 98

Чтобы оставить отзыв, зарегистрируйтесь, пожалуйста!

Отзывов нет.
Логин:

Пароль:

 запомнить
Регистрация
Забыли пароль?

Поиск
 по автору
 по названию




Авторы: ~ = 1 8 A b c d E F g h I J k L m n o P R s T v W y z а Б В Г Д Е Ж З И К м Н О П С Т Ф Х Ч Ш Ю

Фанфики: & ( . « 1 2 3 4 5 A B C D F G H I J L M N O P R S T U W Y А б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я

наши друзья
Зарегистрировано авторов 1388