ГлавнаяНовостиЛичная страницаВопрос-ответ Поиск
ТЕКСТЫ
279

С запада на восток

Дата публикации: 09.10.2012
Дата последнего изменения: 12.04.2017
Автор (переводчик): libela;
Пейринг: J2;
Жанры: АУ; романс;
Статус: завершен
Рейтинг: R
Размер: мини
Предупреждения: мат
Примечания: По заявке 6.8. Кинк. Секс под приходом. Джаред/Дженсен, nc-17. Dirty talk, римминг, глюки, бладплей. Безумия хочется, стертых граней, подросткового бунтарства. От кинка ничего моя не оставила.) Поэтому мимо феста.
Саммари: Роад-блюз
Глава 1

Дженсен с хрустом крошит в пальцах кукурузные хлопья и тупо смотрит в свою тарелку. Молоко превращает желтую кашу в разбухшее блеклое месиво. Он криво подцепляет его на ложку и тут же стряхивает обратно.
Мерзость.
Есть расхотелось сразу. Ровно с того момента, как мать решила поговорить с ним серьезно.
Серьезно – это всегда ее монолог. Крик, переходящий в истерику. Она орет уже минут десять так, будто Дженсен давно и безнадежно оглох.
Каждый раз одно и то же. Можно рехнуться.
- Мне звонили из колледжа. Дженсен! Смотри на меня, когда я с тобой разговариваю! Ты прогуливаешь занятия, у тебя пять не сданных зачетов. Собираешься до конца жизни бренчать на гитаре в прокуренных барах? Знаешь, сколько стоит год твоего обучения? Чего стоит нам с отцом дать тебе достойное образование, обеспечивать нам всем нормальную жизнь?
Это у них нормальная жизнь. Ага.
Он знает, чего и сколько стоит, и оно уже заебало, честное слово.
Дженсен смотрит в пол, в стену, в потолок, куда угодно, лишь бы не видеть ее нервно изломанных рук и перекошенного лица.
- Ма, успокойся. Я не бренчу, я пытаюсь играть и хочу заниматься этим дальше. Мне нравится музыка.
Просто пусть знает. Ему ничего от них не надо. Он не просил. Объяснять бесполезно, его все равно никто не слушает, не хочет слышать. Поэтому он существует по собственным законам сопротивления. Он не собирается задрачиваться во всех этих пафосных финансовых академиях, оправдывая их ожидания.
Дженсен не виноват, что они с отцом живут так, словно стремятся заработать все деньги мира. Ничего не видя за своими котировками, ценными бумагами и гребаными индексами. Трахаются на стороне, ложатся в одну постель и разворачиваются друг к другу спинами. Создают видимость идеальной семьи и думают, что имеют прекрасную жизнь.
На самом деле это жизнь имеет их. По полной. Так, что мать сейчас стоит напротив него и орет, защищая свою нервную систему от перегруза. Что-то про огромное количество вложенных в Дженсена сил и средств. Как будто он на хрен очередной инвестиционный проект. И, похоже, не слишком удачный. Да какой там не слишком! Просто провальный, бля!
Она замолкает только тогда, когда тарелка бьется в осколки, и тошнотворный клейстер ошметками разлетается по идеально блестящему полу. Наглядным примером уготованного ему распрекрасного будущего.
Дженсена тихо трясет. Он срывается с места, отшвыривая попавшийся под ноги стул. Следующие несколько минут мечется по своей комнате и, стиснув зубы, запихивает вещи в рюкзак.
Пиздец. Поговорили.
Когда он пролетает мимо кухни на выход, то видит, как мать стоит на коленях и возит тряпкой по полу. В сердце колет булавкой. Хочется с ходу убиться. Или напиться в хлам. А еще обнять и попросить прощения. Но он знает, что тогда снова увязнет во всей этой долбаной хуете типа ожидаемых от него «дивидендов», в миллион сто двадцатый раз, и все повторится сначала.
Поэтому нужно валить, чем быстрее, чем дальше отсюда, тем лучше. Иначе не вырваться.

***
Напоследок он берет дурь у парня по прозвищу Джин. У него все берут, он тем и промышляет. Мелкий и вертлявый, в рубашке дикой расцветки, цепкими пальцами Джин быстро перехватывает туда-сюда товар-деньги, сверкает зубами и подкатывает глаза:
- Ищущий, да обрящет. Все мечты и страхи. Аминь. – И возвращаясь с небес на землю, прозаично добавляет: - Ты главное предварительно настроиться не забудь, чува. Забудешь – такой бред полезет, не отмашешься.
Расфасованная на граммы мечта в целлофане. Дженсен дергает губами и прячет ее понадежнее.
Уже на обочине шоссе, допивая второе пиво, решает, что сядет во вторую машину, просто прикола ради, потому что все равно куда ехать, и поднимает руку для автостопа.

Первому – водителю долговязой фуры, Дженсен, как и было задумано, отказал. Сослался на ограничение скорости для подобных «дур» на хайвее, а ему типа надо быстрее до места добраться, бла-бла…
И почти пожалел - долго после этого никто не останавливался.
А потом подкатил этот байк взрыкивающий и сверкающий, никель-хром-дизайн, как любил поговаривать его сокурсник Чад, бредящий мотогонками и двухколесным железом. Байк – не машина, можно было не включать его в счет, пусть бы и тормознул он вторым. Странно, что вообще тормознул, обычно такие не останавливаются. Какие такие Дженсен и сам не мог объяснить. Понтовые, что ли?
Но, во-первых, он устал уже ждать, а во-вторых…черт его знает… парень на байке снял шлем и тряхнул головой – лохматый, не посмотрел – покосился, а может так показалось, глазами с чудинкой, раскосыми, и развез губы в улыбке, медленно от уха до уха, ямочки у него на щеках проявились – ему шло, хочешь-не хочешь, а в ответ улыбнешься.
- Играешь? – и кивнул на чехол от гитары.
Дженсен кивнул ответно. Непонятный пацан, все обычно, куда ехать вначале спрашивают, а этот…
- Тебе куда ехать? – прогудело эхом от мыслей.
- Мне прямо, - честно ответил Дженсен.
- А я Джаред, - как-то невпопад заявил тот и исправился тут же, - в смысле - нам по пути. Давай, падай назад…?
- Дженсен.
- Дждж, - прожужжал, прислушиваясь к себе Джаред, - и еще раз: Дждж, - и засмеялся, выставляя горло. - Классно, звук похожий, когда газуешь на месте, послушай…
И газанул пару раз для примера.
Вот тогда и шибануло, наверное, первый раз во всю голову, не потому, что и, правда, похоже, а потому что вдруг возьмет и рванет сейчас с места без Дженсена.
Дженсен как-то заторопился, схватился за его плечо, заскочил на сидение позади и замер. Странно было вот так – телом к незнакомому телу. Запах его еще этот: солнцем нагретой кожи от куртки, бензином, ветром и пылью, терпкий, дразнящий… и словно бы, что-то обещающий.
Моментом вспотели ладони и забилось в висках, а Джаред вдруг взял и обернулся одним резким движением, чтобы посмотреть, как там Дженсен, чуть ли не носом в лоб ему втемяшился.
- Упал нормально?
Окатило горячим и забилось уже полным звуком, с картинкой, долго из головы не выходящей, с его лицом близко-близко, так, что дыханием теплым сталкивались, с его родинками на лице, тремя главными - одной на подбородке с краю, второй на щеке у носа и третьей, тоже на щеке, той, которая в улыбку сразу спряталась, которую захотелось почему-то оттуда губами вытащить.
В общем, упал Дженсен нормально. Даже слово какое-то дурацкое девчачье вспомнил – влюбился.
Хорошо ветер быстро полетел навстречу и выдул на какое-то время все мысли.

***
Дженсен никогда не думал о том, что было бы, если бы… Не парился.
Потому, что если в его жизни что-то происходило именно так, то ничего и не могло быть по-другому.
Именно так они и притормозили в каком-то задристаном городишке, когда солнце уже катило за горизонт. На бензоколонке пока Джаред лил в бак бензин, Дженсен мял сигарету в пальцах и размышлял: курить–не курить? - в принципе стремно, да и ехать вот так, в никуда - тоже, и вообще, - что теперь?
- Поехали похаваем, - откликнулся Джаред, будто мысли его прочитал, и Дженсен сразу переключаясь, вспомнил, что так с утра ничего и не ел. - И возьмем ключ, - продолжил мысль тот, закручивая крышку на бензобаке, - я его у бармена местного оставляю. У меня здесь «нора», держу, чтобы вещи с собой по дорогам не таскать. Ничего особенного, несколько метров в подвале на старом промышленном складе, ночь там перекантуемся, а завтра двинемся дальше.
- А ты откуда и куда, Джаред?
Джаред внимательно и испытующе посмотрел на него таким взглядом, от которого Дженсену захотелось прикинуться ветошью.
- Байкер гоняет и испытывает кайф от скорости и возможности что-то открыть. Что – неизвестно. Поэтому он устремлен всегда вперед. А вдруг он встретит то, ради чего катается?
- Ну, ты даешь, сформулировал. Типа дома скучно стало, что ли?
- Ясен перец. Дома все расписано до самой смерти. Никаких тебе компромиссов. Никакого доверия. А здесь… Вот ты сел мне на байк, выходит доверился?
Как-то его слова в Дженсене странно откликнулись – вроде и правильно сказано, и в то же время резануло по самолюбию так, что захотелось тоже сумничать.
- Не знаю пока. Нельзя доверять тому, с кем ты не ел и не спал, - ляпнул Дженсен и тут же понял, что пропалился, блин… блин, блин, бляяяя… придурок!
Вот к чему сказал? Вот просто – к чему?!
Прозвучало слишком двусмысленно. Захлестнуло жарко, до невозможности свободно дышать.
Джаред такой же придурок, нет, чтобы обломаться для виду - заржал, в плечо по-свойски кулаком ему ткнулся.
- Ага. Без вопросов. Значит, завтра утром ответишь. Садись, поехали.

А дальше мозги опять прочистились скоростью, и они уже сидели друг против друга в Subway на узком обшарпанном диване, обитом искусственной кожей, и Джаред исхитрялся делать все как-то одновременно: морщить лоб, шевелить бровями, пережевывать нехилый сандвич, разговаривать и оживленно размахивать руками в такт своим мыслям. Кстати с мыслями у него творилось, что-то неладное. Или он просто выговаривал вслух все, что люди обычно обдумывают про себя, или у него в голове дыра, - думал Дженсен. Человек, вот он, например, не будет попросту устраивать подобные откровения, нет? Значит второе. Вывод получался каким-то улыбчивым, легким, и от этой легкости слегка кружилась голова.
За полчаса разговора Джаред просветил Дженсена в устройстве скелета байка, похвастался кольцом с буйволовой мордой, выболтал свою заветную мечту – осесть в золотой Калифорнии и открыть там мотомастерскую, описал, какие любит закаты, оказалось, что вот именно такие как сегодня, со всполохами цвета, из светлого в темное, выяснил, что Дженсен любит рассветы, и предложил ему снять одну на двоих квартиру с окнами на запад и восток, когда они доберутся до Калифорнии. Напоследок он пообещал Дженсену классный шлемак (классный – это было его любимое словцо), без него в дороге нельзя никак. Вот так прямо в рифму.

Когда на часах обозначилась полночь, они выпили по последней. Потом по «совсем последней», Джаред, конечно же, знал место, где это было сделать лучше всего. Затащил его в какой-то тихушный бар, где балаболил без умолку, разглядывал одним глазом золотистое пиво в очередной бутылке и ловил губами вырвавшуюся из горлышка пену, а Дженсену щекотало язык и до спазмов в животе хотелось с ним целоваться.
А потом их вынесло в ночь с ключом от «норы» и без байка, который Джаред оставил в желтом тусклом пятне уличного фонаря, здесь же на стоянке у бара. По дороге у Дженсена развязался язык, и он выболтал все: и про ссору, и про вечные терки с родителями, и про то, что из дома сбежал, и про свое желание музыке учиться, - откровенность Джареда оказалась заразной, да оно и без разницы уже было, он то о себе тоже много всего порассказал.

Оказалось, что если не знать, можно было часами колесить вокруг, но так и не найти эту неприметную дверь в джаредову «нору» в слепом переулке, зажатую между двумя кирпичными стенами. Сразу за дверью - круто уходящие вниз ступени разной высоты, где Джаред и схватил Дженсена за руку.
- Стой. Не так быстро, - он склонил голову набок. - У тебя слух хороший, давай пой, песню Shout знаешь? Вот эту…
И безбожно фальшивя, стал напевать, так, что Дженсену пришлось зажать ладонями сначала свои уши, а потом его никак не замолкающий рот.
- Бля, Джаред, что это было? Тебе петь противопоказано, ты в курсе?
- Здесь ступени с секретом, если спускаться в такт музыке ни за что не сорвешься, а так можно легко. Я пару раз наворачивался, - Джаред, выразительно скосил глаза куда-то вниз.
Дженсен еле сдержался, чтобы не съязвить.
Они так и вышагивали, нормально пивом убранные, и звук голоса Дженсена гулко рассыпался в тишине по ступеням:
Shout
Shout
Let it all out
These are the things I can do without
Come on
I"m talking to you
Come on

Жилище оказалось ничего себе, сносным. Дженсен бросил рюкзак, прислонил гитару к стене и сам прислонился, огляделся вокруг: комната небольшая, шкаф, на полу пара высоких матрасов, между ними стол, стены грубо оштукатуренные, вместо отделки увешанные рисунками Джареда, - рисовал он классно (вот и словечко его любимое прицепилось). У него даже душ обнаружился, рядом с котельной. Дженсен по праву гостя залез туда первым – в голове просветлело, переоделся в чистую майку, в ожидании Джареда расчехлил гитару, сел на матрас осторожно, проверяя на прочность, и тронул струны.
Акустика в полупустой комнате была что надо, пальцы выбивали аккорды и те, звеня, плыли по воздуху.
Джаред вышел из душа быстро. Босиком, без майки, с расстегнутой верхней пуговицей на штанах. Полотенцем взъерошил волосы, кинул его на стол, завалился на соседний матрас и вытянулся в полный рост на боку. Лежал, улыбался втихую и смотрел на Дженсена.
Тогда Дженсен первый раз и сбился. Знал эту песню, играл ее сотни раз и все равно, все равно… Вот ведь.
Дженсен гадал, что за мысли сейчас крутятся в его голове, но от этого было только хуже, казалось, что лицо сейчас просто начнёт мигать светофором: я хочу к тебе, я с тобой хочу, тебя… Наваждение какое-то.
Дженсен не понимал, а когда он не понимал, то злился. Снова сбивался и снова злился, и все равно доиграл до конца.
Комнату заполнила плотная тишина.
Джаред вытер губы большим пальцем одним широким движением, и они одновременно отвели взгляды, словно обжегшись о свои мысли.
Нужно было хоть что-то делать. Дженсен хлопнул себя по коленке, поднялся, чтобы убрать гитару и сначала почувствовал, потом осознал, как ладони Джареда заползли в задние карманы его джинсов. Волоски на теле встали дыбом от короткого вопросительного: «Дальше проверим доверие?»
Все слова сжались в комок и застряли где-то в горле.
Пиздец тебе если дальше, Дженсен, - подумалось.
- Скажешь плохая идея? – тихо продолжил Джаред.
Дженсен опустил голову, облизал вдруг пересохшие губы, искоса бросил на него взгляд - вроде не издевается, можно нормально ответить - и мотнул головой.
- Тогда почему?
Ну, потому что не мог он. Просто не мог, вот так сразу. Ведь ни с кем другим такого не хотелось раньше.
Помолчал. Про дурь, что у Джина взял, не сразу вспомнил, а когда вспомнил, выжидающе затаил дыхание, а потом резко вытолкнул из легких воздух:
- Ты как к наркоте относишься?
Развернулся, посмотрел на Джареда, словно ему требовалось его одобрение, и заставил себя выдержать взгляд.
Тот подхватил сразу:
- Бери, и полезли на крышу. Там простор, и воздуха много. Там классно, Дженсен, увидишь.
И опять взял Дженсена за руку и потащил теперь уже по ступеням вверх, как был - босой; на шаткой пожарной лестнице снаружи дома подстраховал его снизу, пока на крышу не выбрались.
С тем, что лежало в кармане у Дженсена, для доказательства собственного сумасшествия большего и не требовалось.
Ветра снаружи не было.
Тишина разливалась в воздухе.
Сердце лупило изнутри по ребрам.
Колотило в барабанные перепонки. Бе-шен-но.
Давай, Дженсен, пока не передумалось. По полпакета дури на брата – не передознуться.
Думаешь? – Думаю.
Думать нечем, так быстро уносит. Быстро. Быстро.
Пятнадцать метров до земли. Раз, два, три, Джаред, я шагаю по краю – лови! Ну, где же ты?
Мне странно весело, а ведь я сейчас полечу. Я умею? Это твои руки подхватывают меня? Поймали.
Я тебе доверяю, Джаред, видишь?
У тебя в глазах хищник. Во-оо-он там. Сколько тебя не кормили? От тебя пахнет сексом – тя-же-ло. Ты тяжелый. О-д-у-р-я-ю-щ-и-й.
Мне надо моргнуть. Мне надо как-то… настроиться… сейчас…
Рваное небо. Я сам раздвину, не маленький. Ты мне рассадил кожу острым, чем? Кольцом?
Зачем?
Чтобы завтра вспомнил? Чтобы всегда помнил? Почему я тебя не слышу?!!
Мне больно, больно, Джаррред, у меня кррровь. Ты горррячий. У тебя рот горррячий.
Р-ррр. Хищник.
I"d really love to... Shout Shout
Не надо ртом. НЕ НАДО. Твой язык ТАМ? Да?! Дай дышать. Не могу больше. Не надо. Нет.
Больше. Надо! Джаред!! Да, блядь, да!!! Вылижи мне очко... Грязно, мокро… Да это… Вот там… Выеби меня языком… Давай, ввинчивайся… Ооох... Ну, еще чуть-чуть … Come on I"m talking to you Come on … Ох ты, еб… твоюма-ать...

По острым углам коленей и локтей прошивает «током», к онемевшим пальцам постепенно возвращается чувствительность. Значит, скоро начнет отпускать…

– Слушай, Джаред, я не то чтобы романтик, но ты сначала лизал мне задницу, а сейчас целуешься в губы, и у меня такое чувство… Нет, этот привкус во рту. Кажется, меня сейчас стошнит… О, черт…
Жизнь открывается с новой стороны.

***
Красавец Харлей утробно урчит четырехтактным двигателем, щерится хромированными вилками и кажется вскидывает рога стоит Джареду влепить на сидение свою затянутую в черную кожу задницу.
Дженсена прет от того, как Джаред неспешно «обувается» в раструбы перчаток, сжимает ладонями ребристые грани рукоятки руля и приглашающе кивает ему занять место сзади.
Это место Дженсена.
Он натягивает стильный шлемак с графитовым забралом, перекидывает ногу через сидение, опускается, широко разводя колени и притирается к телу Джареда.
Байк – это свобода от условностей.
Харлей оседает на заднюю шину, трижды вспарывая воздух ревом.
Три выдоха-вдоха: Я тебя держу.
До сердца вне ритма, до побелевших пальцев Дженсена на бедрах Джареда: Я тебе доверяю.
Байк – это одна жизнь на двоих.
Они мчатся с запада на восток. На скорости 130 миль в час небо – единственное, что можно увидеть четко.
Джаред любит закаты и мир вокруг, размазанный на спектральные полосы, зыбкие, как еще несбывшаяся мечта. Мечта, от которой сладко щемит грудь, и сердце похожее на огромный огненный шар, бьется, словно хочет выломать ребра.
Харлей ложится на поворот, завывания двигателя меняют свою тональность, тугой, плотный воздух липнет к изгибам тел. Касание «газа», очередной рывок ускорения, напряженный бас мотора перерастает в вой.
Темнота стремительно падает, и теперь все, что нужно - дожить до восхода.
Джаред знает, что Дженсен любит рассветы.



Сказали спасибо: 112

Чтобы оставить отзыв, зарегистрируйтесь, пожалуйста!

Отзывов нет.
Логин:

Пароль:

 запомнить
Регистрация
Забыли пароль?

Поиск
 по автору
 по названию




Авторы: ~ = 1 8 A b c d E F g h I J k L m n o P R s T v W X y z а Б В Г Д Е Ж З И К м Н О П С Т Ф Х Ч Ш Ю

Фанфики: & ( . « 1 2 3 4 5 A B C D F G H I J L M N O P R S T U W Y А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я

наши друзья
Зарегистрировано авторов 1350