ГлавнаяНовостиЛичная страницаВопрос-ответ Поиск
ТЕКСТЫ
236

Любимец

Дата публикации: 21.08.2012
Дата последнего изменения: 22.08.2012
Автор (переводчик): Сеш;
Пейринг: J2;
Жанры: ангст; романс; фантастика;
Статус: завершен
Рейтинг: --
Размер: драббл
Предупреждения: даб-кон, психологическое насилие
Саммари: Потенциальный мпрег в случае Дженсена, но без самого мпрега. Отношения хозяйка/любимец в мире, где мужчины это игрушки и домашние животные. ХЭ.
Глава 1

До десяти лет Дженсен жил в Исследовательском Центре. Наверно, это место можно было бы назвать интернатом, если бы особенности быта, живущих тут детей не было столь специфическими – центр делился на уровни в зависимости от классификации объектов. Верхние уровни для почти нормальных, нижние для мутантов, которые порой едва напоминали людей. Совсем нормальных не было вообще. Нормальными считались Женщины, а они жили с матерями. Мальчики же с рождения попадали в центр, где из них делали и воспитывали Любимцев. Назвать любимца нормальным было бы глупостью, ведь он был всего лишь любимцем.
Говоря о Центре, это место чем-то походила на школу, вот только среди предметов доминировали – сексуальное воспитание и уроки послушания. А классы делились главным образом по принципу всё тех же мутаций.
Так уж получилось, что за то столетие, что прошло под властью женщин, прекрасным дамам захотелось разнообразия. Мальчишка питомец это хорошо, но если есть возможность украсить любимца не только игрушками и тряпками, но и поиграть с самой природой… почему бы и нет?
Так стали появляться любимцы мутанты. Сначала они не пользовались большой популярностью и большей частью заканчивали свою короткую жизнь в нижних уровнях Центра, но вскоре экзотика стала модой и всем захотелось иметь любимца с разноцветной шерсткой, с птичьими перьями, хвостиком или способностью отращивать второй член. Фантазия женщин поистине бесконечна.

Дженсен тоже не был обделён своим генетическим нововведением. Правда его мутация выражалась не во внешности, которая была совершенно заурядной, а в возможностях его организма, поэтому, сколько он себя помнил, он всегда попадал в классы близкие к норме или с небольшими отклонениями. Среди совсем уж экзотических мутантов ему находится, не приходилось, поэтому каждая встреча с кем-то хвостатым или пернатым, в коридорах Центра была целым событием. Маленький Дженни даже немного завидовал этим экзотическим созданиям, их теперь забирали из Центра куда чаще, простых и непримечательных малышей. Тем более, таких неинтересных как он. Светлые, рыжеватые волосы, конопушки на лице, средний рост и далёкое от идеального поведение. Всё это делало его не самой подходящей кандидатурой на звания любимца.

Но судьба может улыбнуться каждому и в десять лет, когда персонал Центра уже планировал списать его как бракованного, у Дженсена, наконец, появилась Хозяйка.

Когда красивая госпожа забирала его к себе, мальчишке невыносимо хотелось расплакаться от счастья, но любимцы ведь не плачут. Поэтому он торопливо семенил за своей самой-самой лучшей хозяйкой, следя, чтоб не натянулся поводок, и жадно смотря по сторонам. Да, теперь у него был настоящий поводок, и даже ошейник! Ярко розовый с его именем и именем хозяйки. Не в силах преодолеть искушение, Дженсен изредка поглаживал гладкую полоску кончиками пальцев. Это был знак того, что он настоящий любимец, что он не сам по себе, а чей-то.
Хозяйка уводила его в новую жизнь, и он радостно улыбался, ещё не подозревая, что его ждёт впереди.

*

Прожив с хозяйкой пять лет, Дженсен уже не был уверен, что она самая лучшая, но и самой плохой её вряд ли можно было назвать.
Госпожа хорошо кормила, ухаживала, играла с ним и выгуливала, даже разрешала иногда спать на диване или в изножье кровати, а не на специальном коврике.

Вот только игры, к которым она приучала его с первых же дней…
Впрочем, к подобному их готовили уже в Центре, и одним из самых важных законов было то, что желания и чувства самих любимцев не должны играть никакой роли.

Дженсену не нравилось надевать платья и краситься, но госпожа называла его своей маленькой деткой и он терпел. А со временем даже привык, что как минимум раз в неделю его обряжают в розовый шелк и кружавчики, надевают на голову обруч с большим бантом, а губы красят ярко розовой помадой.
- Моя девочка самая красивая! Моя куколка…
Хозяйка была довольна, а Дженсен старался не краснеть, когда его выводили на прогулку и соседские любимцы провожали его короткие юбочки любопытным взглядом.

Но это было лишь частью их игр. Чем старше становился Дженсен, тем чаще госпожа играла с ним в своей постели и как воспитанный любимец, он делал всё, чтоб угодить ей. А если у него не получалось… что же госпожа всё равно была сильней его и всех питомцев принято хоть иногда наказывать.
Дженни везло, его наказывали редко. Он был хорошим мальчиком, сладкой девочкой и послушной деткой.

Когда госпожа хотела, чтоб он вылизывал ей руки, Дженсен тотчас высовывал язычок.
Когда в её руках был вибратор, он быстро переворачивался на живот и подставлял задницу.
Когда сама раздвигала ноги, Дженсен изо всех сил старался, чтоб ей было хорошо.
Он был замечательным любимцем, и хозяйка очень любила его.

В их доме не было таких строгих правил как в центре. Госпожа кормила его со стола, зная, что с детства надоевший корм для любимцев может и полезен, но совершенно не вкусный. Она разрешала ему смотреть телевизор, хотя это было не то что бы запрещено, но часто осуждалось. Госпожа даже намордник ему не одевала перед прогулкой, хотя остальные женщины и смотрели неодобрительно, но она всегда заверяла своих подруг, что её малыш, совершенно ручной!

За это Дженсен как мог, любил её. Пусть порой это и было странно, больно и неприятно, но она была его хозяйкой.

Живя в Центре, он совсем по-другому представлял себе, кто такие хозяева. Почему-то в голову приходили дурацкие сказки и давно вышедшие из обихода слова, такие как «мама». Реальность не была похожа на сказку, но многим жилось намного хуже, чем ему.

На улицах он видел любимцев, закованных в железные наручники, с тяжелыми ошейниками и цепью вместо поводка. Хозяйки нередко заставляли их передвигаться на четвереньках и запрещали разговаривать. Госпожа всегда косилась на них неодобрительно и переходила на другую сторону улицы, но порой оборачивалась, и когда её взгляд задерживался на покрасневших от порки ягодицах закованного любимца, Дженсен испуганно вздрагивал.
В их городе были любители игровых боёв и некоторые хозяйки, приводили своих любимцев на ринг, где они дрались друг с другом, а госпожа победителя получала приз. Такие любимцы были зачастую не только несчастны, но и злы на весь мир и проигравший в боях редко выживал. Госпожа говорила, что это варварство, и она никому не позволит обидеть её крошку.
Даже в своих играх госпожа была довольно нежна. Однажды она взяла Дженсена на вечеринку к подругам, и ему несколько часов пришлось смотреть на то, сколько разных способов, оказывается, есть, чтоб трахнуть своего или чужого любимца. Хозяйки заставляли своих питомцев насаживаться на здоровенные искусственные члены, подставляться настоящим живым зверям, которые считались невероятной редкостью и даже трахать друг друга. Скромные розовые вибраторы хозяйки казались детской игрой по сравнению с тем, что происходило на подобных встречах. Весь вечер тогда Дженсен просидел, испуганно прижавшись к ногам хозяйки, а на следующее утро вылизывал её почти с искренней благодарностью за то, что вчера она не позволила никому его тронуть. А госпожа гладила его по голове и хвалила.

Иногда она даже дарила ему подарки. Что-то вкусное или даже книжку с картинками, но чаще всего платья и разные игрушки.
Например, на третий день рождение в новом доме она подарила Дженсену кольцо для члена, и тот надолго запомнил кажущийся ему бесконечным праздник. А в прошлом году он получил приличных размеров анальную пробку с длинным пушистым хвостом. Хозяйка была в восторге от своего маленького щеночка, а Дженни старательно «вилял хвостом» и показывал как рад подарку. За что потом мог весь вечер лежать на диване и смотреть с ней телевизор и даже получил на ночь пару сладких шоколадных конфет.

*

Когда Дженсену исполнилось пятнадцать, он получил самый лучший в своей жизни подарок, но в этот раз не от хозяйки. В день своего пятнадцатилетия, он познакомился с Джаредом, который со своей хозяйкой переехал в домик напротив.

В первый раз, увидев Джареда по ту сторону зелёной ограды, Дженсен был удивлён – незнакомый любимец был едва ли старше его, но был почти таким же высоким как хозяйка. Дженсен даже засмотрелся на него, такого красивого и сильного, с растрёпанными волосами и тонким чёрным ошейником. Не заметив его, любимец подошел к бассейну и прыгнул в воду. Брызги долетели даже до Дженсена, который охнув, спрятался в кустах.
Его госпожа дружила с прошлыми хозяевами этого домика, и Дженни разрешалось играть с их маленькими любимцами – близняшками с одинаковой синей шерсткой на спинках. Но можно ли ему пойти поиграть с этим любимцем? Без разрешения хозяйки это могло быть плохой идеей… Вдруг хозяйка это любимца против? Или может быть он недружелюбный? А может быть ему просто нельзя, так тоже бывало.
Но незнакомый парень всё ещё не вынырнул на поверхность и Дженсен ничего не мог поделать с любопытством, гнавшим его вперёд – посмотреть и узнать, кто это и какая мутация даёт ему возможность дышать под водой? Фантазия уже дорисовывала незнакомцу перепончатые ладони и жабры, даже зеленоватую кожу, хотя Дженсен успел заметить, что кожа была самой обыкновенной, чуть темнее, чем у него самого.
Осторожно пробравшись сквозь колючие кусты, хозяйка расстроилась бы, если б он поцарапался, Дженни подошел к бассейну и присел у края, заглядывая в воду. Бассейн был глубоким, с выложенным тёмно синей плиткой дном и он ничего толком не мог рассмотреть.

- Привет! – парень вдруг вынырнул прямо перед ним и рассмеялся, когда Дженсен отпрянул, неловко упав на траву. – Эй, я тебя напугал? Извини.
- Нет, всё в порядке, – тотчас отозвался тот, не подавая виду и подбираясь ближе к незнакомцу, который на вид совсем не выглядел таким уж особенным. Ни перепонок между пальцев, ни жабр на шее.
- Как ты там дышал?
- Я задержал дыхание. У меня сильные лёгкие, - улыбнулся тот и протянул руку. - Меня зовут Джаред. Ты мой сосед?
- Да, - отвечая на крепкое рукопожатие, кивнул Дженни. - Я Дженсен.
Так они и познакомились.
А через день познакомились и их хозяйки, которые скоро стали лучшими подругами, что позволило парням быть рядом друг с другом почти всё свободное время.

Следующие три года Дженсен был счастлив как никогда.

*

Теперь почти каждый день их хозяйки начинали с совместного чаепития, а любимцы возились в траве у их ног, забавляясь шуточной борьбой. Джаред был выше и тяжелее Дженсена, но и тому порой удавалось побороть друга, опрокинув его на траву и прижимаясь сверху. В такие моменты Джаред хохотал и шепотом обещал, что в следующий раз обязательно отомстит и затащит его под воду.
- Дженни, детка, смотри не обгори на солнце, - просила хозяйка, и они послушно откатывались под тень куста, где снова продолжали свою возню.
Дженсен упрямо не хотел сдавать позиции, удерживая Джареда под собой, я тот щекотал его, поглаживая кончиками пальцев бока и спину.
- А твой щенок не промах, - донёсся до них насмешливый голос госпожи Джареда.
Тот настороженно покосился на хозяйку, словно спрашивая, не сделал ли что-то не так, но обе женщины смотрели на Дженсена.
- Дженни, фу! – нахмурилась уже его хозяйка. – Будь хорошей девочкой.
Парни растерянно отстранились друг от друга и уселись на траву, не поднимая глаз, и прислушиваясь к разговору хозяек.
- Твоя детка могла бы быть хорошей парой моему мальчику.
- Думаешь? Дженни действительно может иметь щенков, но я ещё не думала о случке, он слишком мал…
- Ну, для случки может быть ещё и рановато, но мы могли бы свести их вместе и посмотреть, что получится.
- Могли бы, - задумчиво покивала хозяйка Дженсена и любимцы ошарашено переглянулись.

С первого дня знакомства они стали друг для друга чем-то большим, нежели просто приятелями и соседями.
Не прошло и года, как они поняли, что ещё никогда им не было так хорошо, как друг с другом. Любимцы редко искренне привязываются к кому-то, что уж говорить о дружбе или о чём-то большем. Хозяйки в любой миг могут перевернуть их жизни с ног на голову и глупые личные привязанность не сыграют для них никакой роли. Хозяйка решает с кем встречается, дружит и трахается её питомец и очень редко её выбор совпадает с желаниями самого любимца.
Но Джареду и Дженсену невероятно повезло. Хозяйки не были против их дружбы и пока ещё не подозревали, что за прошедшие годы соседства эта дружба уже стала чем-то гораздо более сильным.
А сейчас…
Происходящее казалось странным сном. Неужели им разрешат быть вместе друг с другом? Или это всего лишь очередная игра?

- Джаред, сегодня Дженсен твой, поиграй с ним, как вас учили, - приказала хозяйка и Джаред ощутимо напрягся, но послушно потянулся к растерянному Дженсену, опрокидывая того на траву.

Когда хозяйки не видели, они позволяли себе и прикосновения и поцелуи, но сейчас, у них на глазах, Джаред только едва заметно коснулся губами его плеча, подгребая друга под себя. Дженсен машинально попытался вырваться, словно происходящее всё ещё было игрой, но его госпожа тотчас крикнула «Фу, Дженни!» и он послушно замер.
- Он ведь его не обидит? – насторожилась женщина.
- Нет, что ты! Джаред очень аккуратный мальчик, думаю, сегодня мы могли бы просто немного поиграть.
- Да, это было бы лучше.
- Джаред, языком, - снова отдала приказ его хозяйка и улыбнулась, обращаясь к подруге. – У него просто восхитительная мутация. Это нечто невероятное!

Дженсен замер, выжидая, готовясь испытать это «невероятное» на своей шкуре.
Джаред показывал свой длинный язык и раньше и даже использовал его, когда они дрочили друг другу, сидя среди густых кустов терпко пахнущей сирени. Дженсен чуть собственный не прикусил от удивления, когда однажды изо рта друга выскользнула упругая розовая «лента» и обернулась вокруг головки его члена. Мягкое прикосновение длилось всего миг, но это было самое приятное, что он когда-либо ощущал. Джаред тогда сначала долго извинялся, что не удержался от искушения попробовать го на вкус, а потом так же долго смеялся, когда Дженсен пытался поймать его язык руками, но не успевал за ним, а тот, шутя, вылизывал ему щёки и губы.
Вот только сейчас хозяек вряд ли интересовало что-то настолько невинное.

Джаред скользнул языком по его плечам, самым кончиком провёл по ложбинке позвоночника, заставляя Дженсена податливо прогнуться. Мягкая ласка была словно тихий шепот – всё будет хорошо, не бойся. Широкие ладони поглаживали бока и бёдра, неторопливо подталкивая и направляя. Когда Джаред начал вылизывать поясницу, Дженсен всё-таки дёрнулся, почти незаметно, но Джаред почувствовал и, притянув его к себе, поцеловал, на глазах у хозяек, которые вряд ли увидели за этим жестом что-то кроме страсти и желания. На самом же деле поцелуй был почти невинен. То, что со стороны казалось попыткой подчинить себе, на самом деле было единственным доступным им утешением и попыткой успокоить.
И после этого стало легче, словно происходящее было уже не для внимательно следящих за ними хозяек, словно рядом не было никого – только они.
- Тебе понравится, я обещаю, - шептал Джаред между поцелуями и Дженсен поверил, и происходящее перестало быть вынужденной игрой.
Он потянулся навстречу, обнимая и раскрываясь, позволяя целовать себя уже по настоящему, удивлённо охая, когда язык Джареда обвивал его собственный. Тихо стонал, когда тот вылизывал ему шею и грудь. Позволил снова опрокинуть себя на траву и уже не боясь, раздвинул колени, когда Джаред скользнул ниже, обвивая языком его член и яйца. Тугие, влажные кольца сводили с ума, и любимец стонал всё громче, совершенно забыв про страх и хозяек.
Даже когда язык скользнул ниже и стал оглаживать колечко мышц, он не попытался оттолкнуть, наоборот подался навстречу.
- Сейчас, - шепнул Джаред и толкнулся внутрь.
Дженсен почти всегда был хорошо растянут и язык проник в него легко, сразу одним длинным и мягким движением раскрывая его так глубоко, как ничто и никогда раньше. Никакие игрушки госпожи не были такими длинными. Джаред успел сделать лишь пару размеренных движений, как Дженсен выгнулся и с криком кончил, и обмяк под ним.
- Тсс, мой хороший, мой сладкий, - вылизывая его живот, улыбнулся Джаред и удовлетворённо выдохнув, свернулся вокруг него, обнимая.

Хозяйки продолжали о чём-то говорить, кажется, им понравился Джаред, и разочаровала поспешность Дженсена, но парни уже медленно засыпали и почти не слышали их слов.
Это был их первый раз друг с другом, и им было совершенно неважно, как это выглядело со стороны. Они просто были счастливы вместе.


Получив столь своеобразное одобрение, они стали чувствовать себя свободней, пусть их свобода и была лишь иллюзией. Зато теперь они могли, не боятся, что хозяйки захотят наказать их, застав за поцелуем или слишком откровенной лаской.
Госпожа, правда, иногда напоминала Дженсену, что ему стоит вести себя осторожно и не позволять Джареду лишнего, но дома не запирала и встречаться с другом не запрещала. Разве что всё чаще смотрела на него как-то задумчиво, а потом часами просиживала за компьтером, что-то разыскивая.
Но Дженсен был слишком занят мыслями о Джареде, чтоб обращать внимания на такие мелочи. Тем более, что в остальном ничего не изменилось. Хоть он и проводил с Джаредом каждую свободную минутку, госпожа всё так же почти каждый вечер звала его к себе поиграть.
Порой Дженсену казалось, что вся их жизнь это какая-то сумасшедшая игра без правил, вот только во что бы они ни играли – такие как он и Джаред всё равно оставались лишь игрушками.

- Дженни! – звала госпожа и Дженсен вымученно улыбаясь, подскакивал с травы, где они валялись с Джаредом.
- Эй, ты в порядке?
- Да, конечно.
- Дженс?
- Всё хорошо. До завтра.
- До завтра, - неуверенно кивал ему вслед Джаред.

С того дня, как хозяйка увидела его с Джаредом она стала ещё более ненасытна в своих играх. Всё чаще, она не принимала удовольствие от своего любимца, а сама долгой и порой болезненной игрой вынуждала его принимать ласку, пока совершенно измученный питомец не падал на мокрые от пота и спермы простыни.
- Мой хороший, - госпожа гладила его по влажным волосам и спине, а Дженсен старался не отстранятся. Усталое тело требовало отдыха и ему невыносимо хотелось побыть одному, оказаться как можно дальше от хозяйских рук, которые когда-то казались добрыми и заботливыми, но, оказывается, могли приносить и боль, и отвращение к самому себе.
Да, теперь всё чаще Дженсен ловил себя на мысли, что после времени проведённого с Джаредом ему не хочется, чувствовать чужих прикосновений, не хочется, чтоб его тело принадлежало кому-то ещё, кому-то кто имеет над ним такую всепоглощающую власть.
Это пугало.

- Она играет с тобой по вечерам? – спрашивал он у Джареда и тот кивал.
- Конечно, - и добавлял, когда замечал, что Дженсен хмурится. – Ну, не каждый вечер, но она ведь хозяйка. Дженс, ты что? Что-то случилось?
- Ничего. Просто… это странно.
- Что? - не понял Джаред.
- То, что мы и друг с другом и с ними…
- Но это же совсем разное! Они наши хозяйки, Дженс.
- И что? С ней ты потому, что тебе хорошо, а со мной, потому что она приказала?
- Дурак, - улыбнулся Джаред, обнимая порывающегося убежать Дженсена. – С ней я потому, что она хозяйка. Ты же сам знаешь…
- А со мной? – тихо спросил он.
- Потому что люблю.
Дженсен пораженно уставился на друга, не ожидая, что тот так просто скажет такое. Ведь любимцы не могут любить никого кроме хозяев, а Дженс на собственной шкуре знал, настолько относительна подобная «любовь».
- Любишь?
- Да, - уверенно повторил Джаред. – И не потому, что госпожа приказала, глупый.
- Я не глупый! – запальчиво ответил Дженсен и тихо добавил, делая шаг вперёд и утыкаясь лбом в плечо Джареда. – Просто я боюсь.
- Всё же хорошо.
- Сейчас. Сегодня. Завтра. А если они передумают, если твоя хозяйка опять захочет переехать, а мою выберет мне другую пару? Каждый день может быть последним! Даже если они просто решат запереть одного из нас в комнате или запретят общаться. Что мы сможем сделать?
- Дженни…
- Не надо, - отстраняясь, пробормотал тот. – Оставь это для неё, не хочу чувствовать себя игрушкой и с тобой.
- Прости, - снова обнимая его, шепнул Джаред. – Прости, маленький, я не подумал. Не бойся, всё будет хорошо, обязательно будет. У нас же добрые хозяйки, они не причинят нам зла, они любят нас, Дженс!
- Может быть. Но я хочу засыпать рядом с тобой, а не в её кровати. Я хочу, чтоб это ты будил меня по утрам. Я хочу, что бы только ты трахал меня. Ты, а не она!
- Тсс, Дженсен, успокойся. Пожалуйста, тише.
- Я устал тише, я устал играть в игры, я устал быть любимцем.
- Но это то, кто мы есть. По-другому не бывает.
- Я знаю, - опустив голову, Дженсен прижался к Джареду, словно желая спрятаться в его руках. – Знаю, но я так сильно хочу, что бы было и по-другому.
Джаред промолчал, только обнял его крепче.
Может быть, он тоже хотел бы, но по-другому не бывает.

*

Когда Дженсену исполнилось семнадцать, его подарком стала очередная игра. В тот день госпожа с самого утра нарядила его в женскую одежду, но на этот раз она натянула на него не только невероятно узкое атласное платье, в котором он чувствовал себя выставленным на витрину, но и кружевное нижнее бельё. Если раньше его одевали как маленькую девочку, то теперь он выглядел как что-то совершенно несуразное без пола, возраста и личности. Игрушка.

Прогулка была особенно мучительной – кружева натирали в паху, а платье всё время задиралась на бёдрах. Зато все встречные любимцы были в восторге. Пока Дженсен с хозяйкой стояли в очереди за хлебом, Дженсену раз пять приходилось отбивать лезущие под юбку руки и даже один настойчивый хвост.
Равнодушными не остались и знакомые хозяйки. И если от чрезмерного внимания любимцев почти всегда можно было отмахнуться или спрятаться за спину своей госпожи, то в случае с женщинами приходилось терпеть. Его гладили, тискали и обсуждали. Без внимания не остались ни привычно ноющие от грубых прикосновений соски, ни вставший от настойчивой ласки член. Тело реагировало в соответствии с вбитыми с детства рефлексами, но вместо удовольствия было только смущение и горечь.
- Детка, ты красавица! – утешала его госпожа, но сейчас Дженсен совсем не хотел быть «красавицей».
Туфли на высоком каблуке казались извращённой пыткой, а хозяйка как назло шла чертовски быстро, любимец едва успевал за ней. Ошейник больно впивался в шею, когда он спотыкался и тратил пару мгновений на попытки удержаться на ногах.
- Дженни, шевелись, нам ещё нужно купить что-то на десерт. Ты же хочешь сладенького?
- Да, госпожа, - хрипло отозвался он, хотя чего-чего, а сладенького сейчас совершенно не хотелось.
Хотелось сесть на асфальт и перевести дух, а потом сорвать с себя дурацкие тряпки и убежать куда-то далеко-далеко… Но Дженсен только облизывал приторно сладкие от помады губы и спешил следом за хозяйкой. Бежать было некуда, да и поводок не пустил бы.
Ещё пару часов и они будут дома, - твердил он себе, но помогало слабо. Дорога казалось бесконечной, хозяйка всё время то спешила вперёд, то отвлекалась на магазины и приятельниц.

Когда они дошли до родного крыльца, Дженсен был готов свалиться прямо там на ступеньках.
Вернувшись, госпожа отправилась на кухню, готовить праздничный обед в честь праздника, а он наконец-то получил возможность скинуть ненавистные туфли. Даже не раздеваясь, Дженсена доплёлся до своего коврика в хозяйской спальне, и устало свернулся на нём. Сил стянуть с себя платье или выбраться во двор у него не было. Джаред наверняка уже ждал его у бассейна, но Дженсен не хотел показываться ему на глаза в таком виде.
Да, другу довольно часто приходилось видеть его в подобной одежде и даже с различными пробками в заднице, которые Дженсен порой носил часами, если госпожа хотела, что бы он был готов в любой момент или особенно широко растянут.
Джаред обычно добродушно подшучивал и утешал, рассказывая, что раньше и его хозяйка любила одевать его как куклу, но он слишком быстро вытянулся и вырос. Теперь любое платье делало его скорее нелепым и смешным, нежели соблазнительным в её глазах.
- Такой красивой детки как ты из меня никогда не сделать, - смеялся Джаред, перебирая оборки на его платье, и Дженсен невольно улыбался в ответ, слыша за надоевшим словечком искреннее восхищение и нежность.

Но сегодня Дженсену было слишком плохо для смеха и шуток. Слишком плохо, чтоб поверить во что-то хорошее.
Он пролежал около часа, прислушиваясь к шуму телевизора на кухне, когда услышал тихий стук и, подняв голову, увидел стоявшего за окном Джареда.
Первым желанием было уткнуться носом в ковёр, но он не мог так обидеть друга, поэтому дотянувшись до рамы, отомкнул декоративный крючок, закрывающий окно.
- Дженсен? – Джаред не раздумывая, перемахнул через подоконник. – Ты в порядке?
- Нет, - снова сворачиваясь на коврике, бросил Дженсен.
- Что случилось?
- Ничего.
- Опять платье, да?
- Да, - глухо отозвался он, не поднимая головы. – Я устал. Я так устал от всего этого…
- Дай, помогу.
Медленно и осторожно, Джаред выпутывал и вытаскивал его из шелкового плена, поминутно поглаживая обнаженную кожу и легонько целуя.
- Ну, всё-всё, сейчас…
Он добрался до нижнего белья и Дженсен застонал от облегчения, откидывая в сторону чёртовы тряпки. Склонившись к нему, Джаред стал вылизывать красноватые следы от тугой ткани на рёбрах и плечах.
- Больно?
- Чуть-чуть.
- Сейчас пройдёт, - влажный язык и вправду приносил облегчение, стирая боль и жар с натёртой кожи. – Потерпи.
Когда Джаред стянул с него маленькие трусики, Дженсен на мгновенье замер, словно не зная, что делать с собственным телом – прятать или доверить другу.
- Я осторожно, - шепнул тот, устраиваясь между его раздвинутых коленей и нежно поглаживая внутреннюю сторону бёдер.
Благодарно улыбнувшись, Дженсен вытянулся на ковре, уже не пряча лица, только его пальцы крепко цеплялись за длинный ворс.
- Всё хорошо? – дождавшись кивка, Джаред накрыл его ладонь своей рукою, и скользнул языком вниз, слизывая пот и лёгкую дрожь с горячей кожи.

Тихо постанывая от удовольствия, Дженсен лежал и думал о том, что только рядом с Джаредом, который заботиться о нём и утешает, он чувствует себя в безопасности и на своём месте, чувствует то, что когда-то безуспешно пытался найти, ещё ребёнком прижимаясь к равнодушным рукам преподавательниц в Центре и позже раз за разом искал в объятьях хозяйки.
Он чувствует себя любимым.

*

Каждый раз, каким бы разбитым Дженсен себя не чувствовал, Джареду удавалось вернуть ему уверенность в себе и надежду на будущее. Невинной лаской или простой улыбкой. Страстным поцелуем или жадными руками. Одним взглядом.

Нескончаемое количество раз он помогал Дженсену прийти в себя, отряхнуться от налипшей грязи, вытаскивал из той темноты, в которую тот пытался спрятаться от окружающего мира. Просто обнимал, и тому казалось, что боль и отчаяние отпускают, разжимая свои цепкие лапы.

С каждым годом Дженсену становилось всё труднее играть свою привычную роль. С каждым днём Джаред был нужен ему всё сильнее.
Любовь и страх смешивались в его сердце и не давали и минуты покоя.

*

- Джаред? Что ты бегаешь как конь? – рассмеялся Дженсен, когда друг буквально перелетел через клумбу, чудом не сбив головки нежных тюльпанов.
- Я улизнул на минутку, что бы предупредить, - переводя дыхание, пояснил тот.
- Что случилось?
- Мы уезжаем.
- Нет, - побледнев, Дженсен подскочил с газона. – Ты не можешь!
- Всего на два дня! – подхватывая его, успокоил Джаред. - Хозяйка хочет эти выходные провести у озера, мы уезжаем до понедельника.
- Только на выходные?
- Да, чёрт, прости. Я не хотел тебя пугать.
- Я подумал… Ладно, всё в норме. Два дня это не долго.
- Ты не успеешь даже соскучиться, обещаю.
- Хорошо, - натянуто улыбнувшись, кивнул Дженсен и, выскользнув из его рук, сел на траву.
- Я вернусь, - серьёзно глядя ему в глаза, сказал Джаред.
- Я знаю.
- Но уже успел что-то себе напридумывать? – нежно улыбнулся он. – Не бойся, никто не собирается меня увозить или продавать.
- Знаю, - повторил Дженсен.
- Дженс…
- Джаред! – прервал любимца голос его хозяйки.
Чертыхнувшись, Джаред дёрнулся к дому, но обернувшись, ещё раз пообещал неподвижно сидящему у его ног Дженсену.
- Это всего на два дня.
- Я люблю тебя! – хрипло выдохнул тот ему вслед и напоролся на пораженный, счастливый и одновременно обиженный взгляд.
- Зараза, ты повторишь это, когда я вернусь и смогу зацеловать тебя до потери сознания, иначе клянусь, ты у меня будешь торчать в бассейне, пока не научишься дышать под водой!
- Люблю, - фыркнул Дженсен ему в спину и когда Джаред скрылся из виду, снова прошептал. – Я люблю тебя.

Все выходные Дженсена не оставляло дурное предчувствие, что Джаред не вернётся и чёртова судьба обязательно усмехнётся и отберёт у него то единственное, что он любил.
Любимец ходил по дому как тень, отворачивался от миски с самыми вкусными кусочками, часами сидел у окна и смотрел на соседний дом, словно надеясь, что в тёмных окнах вот-вот мелькнёт знакомый силуэт.
По ночам без сна ворочался на коврике, а когда госпожа звала его поиграть, ложился рядом как бревно и равнодушно разглядывал узор на покрывале.
Хозяйка уже стало беспокоиться о его здоровье, но на все попытки разузнать, что болит у её детки, Дженсен мотал головой. Наверно, продлись выходные ещё чуть дольше, она всё-таки отвела бы его к врачу, но воскресение закончилось быстрее, чем её терпение, а в понедельник утром, Дженсен проснулся от звука подъезжающей машины и знакомого шелеста гравия в соседнем дворе.
- Джаред! – метнулся он во двор.
- Привет, Дженни. Что же ты на ногах в такую рань? – усмехнулась соседка, выходя из машины и выпуская своего любимца.
Что-то невнятно пробормотав, Дженсен во все глаза уставился на Джареда, который смотрел на него с немного насмешливой, но понимающей улыбкой.
- Успели соскучиться? Ладно, Джаред, заскочи домой, переодень ошейник и можешь погулять во дворе с Дженсеном, всё равно вас сейчас растаскивать видимо бесполезно.
Кивнув, Джаред поспешил домой, а уже через пару минут они с Дженсеном укрылись в своём любимом уголке двора за высокими кустами.

- Как прошли выходные?
- Не помню, - честно признался Дженсен с абсолютно счастливой улыбкой.
Джаред вернулся.
- Эй, ты всё-таки соскучился?
- Конечно. Можно подумать, ты нет?!
- Безумно! – рассмеялся Джаред. – Я на это чёртово озеро смотреть не мог, всё о тебе думал, как ты тут без меня с ума сходишь.
- Ничего я не сходил!
- Так я и поверил!
- Я люблю тебя, - вдруг ляпнул Дженсен и замер.
В прошлый раз слова сорвались сами собой, но почему-то была уверенность, что так надо. Сейчас же он казался себе донельзя нелепым с этим поспешным признанием, словно щенок не вовремя лезущий лизать хозяйки руки. Но Джаред в отличие от хозяйки не оттолкнул его, а наоборот подался навстречу, сгребая в крепкие объятья.
- Люблю, - хрипло повторил Дженсен куда-то ему в грудь и охнул, когда Джаред повалил его на траву, стискивая и сжимая почти до боли и поцеловал так же крепко, что почти сразу закружилась голова, а перед глазами заплясали звёзды.
- Наконец-то, - выдохнул он, на миг отстраняясь, а потом поцеловал снова и ещё, а Дженсен цеплялся за его плечи и думал, что судьба это чушь, ведь у него есть Джаред, а остальное неважно.

Месяц спустя госпожа всё-таки отвела Дженсена к врачу.

Во время очередной игры, когда хозяйка забавлялась там, что проталкивала в его задницу очередные столь любимые ею кружевные трусики, у него не встал.
В тот раз хозяйка долго гладила его и до синяков тискала затянутые в кружево ягодицы. А потом, стянув с него трусики, медленно и размеренно трахала довольно большим искусственным членом, так, что когда он, наконец, кончил, то без сил растянулся на диване, едва дыша.
Оргазм казался механическим, словно вытянутым из тела и не принёс ни малейшего удовлетворения.
Но оказалось, что это только начало. Взяв в руки его трусики, госпожа стала проталкивать их в раскрытую покрасневшую дырку. Кружева покалывали и царапали нежную кожу, так что Дженсен тихо поскуливал, но не решался отстраниться.
- Потерпи, моё солнышко, тебе понравится, - уговаривала она. - Ты бы себя видел, такой красненький, сочный. Так бы и вылизала всего…
Дженсен зажимался и дрожал, но хозяйка упрямо продолжала. Пусть медленно, но ей всё же удалось запихнуть ткань почти целиком, так что наружу торчал только самый кончик. Полюбовавшись на этот кружевной «хвостик» и слегка подёргав его, госпожа шепнула:
- Сейчас, - и одним плавным, но безжалостным движением вытянула ткань.
Дженсену показалось, что его одновременно обжигает и обдирает изнутри. Вскрикнув, он дёрнулся прочь и свалился бы на пол, не удержи она его.
- Ты моя прелесть, я же говорила, что тебе понравится!
Вот только ему не понравилось. Уткнувшись лицом в подушку, чтоб хозяйка не заметила слёз, Дженсен сжался у неё под боком.
- Хороший мой…
Ещё долго госпожа гладила его по спине и плечам, пробиралась наманикюренными пальчиками в ноющую задницу, раздразнивая боль и не давая перевести дыхание. А потом накрыла второй ладонью член и принялась жестко и быстро дрочить, резко двигая пальцами внутри.
Но у него не вставало.
Усталость и боль, страх и отвращение едва позволяли дышать.
- Ну, что же ты? Тебе мало?
Дотянувшись до небольшого серебристого вибратора, госпожа пустила в дело и его, но это только добавило боли.
- Моя ненасытная детка…
Когда вибратор оказался, обёрнут во влажное кружево, Дженсен болезненно застонал, принимая пусть и небольшой, но чертовски неприятный для натёртой задницы член. Мягко покачивая, хозяйка стала двигать им в раздраженном проходе. Ткань снова наждаком скреблась внутри и вдобавок от каждого толчка собиралась внутри мелкими складками.
- Так хорошо?
- Больно, - проскулил Дженсен.
- Что, маленький?
- Хватит, пожалуйста, - не выдержал любимец, поджимая колени. – Больно.
Госпожа неуверенно отстранилась.
Никогда раньше Дженсен ещё не пытался её остановить, не просил и не жаловался.
Любимцы должны уметь терпеть.
Но она действительно любила своего мальчишку, поэтому молча убрала игрушки и, накрыв его краем пушистого пледа, ушла в свою спальню.

Утром Дженсен как всегда будил хозяйку, опускаясь на колени между её ног и всё было бы хорошо, если бы ей не захотелось приласкать его в ответ. Не получив ответной реакции на свои прикосновения, госпожа недовольно поджала губы и оттолкнула любимца. Завтрак прошел в тишине и Дженсен был лишен возможности выйти во двор. Весь день ему пришлось просидеть на коврике и смотреть на растерянно ждущего его по ту сторону зелёной ограды Джареда, через оконное стекло.
«Извини» мысленно шептал он другу.

Когда подобное поведение в постели повторилось ещё пару раз, хозяйка решила посоветоваться с врачом и они с Дженсеном отправились на приём.

В этот раз ему не удалось избежать намордника, который вдобавок оказался ему маловат, так как был куплен давно и почти всё время пылился на крючке в прихожей. Проходя через двор, Дженсен успел поймать испуганный взгляд Джареда, который увидев их, подбежал к ограде. Он бы улыбнулся ему, но чёртовы железки надёжно скрывали губы. Всё что он мог это мотнуть головой, когда Джаред подался вперёд, то ли собираясь перепрыгнуть через ограду, то ли спросить что-то у его хозяйки. Не хватало ещё и ему заработать наказание за неправильное поведение.
Друг замер, но пока машина не скрылась за поворотом, Дженсен затылком чувствовал его пристальный взгляд. Любимец очень надеялся на то, что приём у врача не займёт много времени. Пусть лучше его накажут, только бы не заставлять Джареда долго ждать и переживать за него. Страшно представить, что тот мог подумать, увидев, как его увозят в наморднике.

Врач осматривала его долго, взяла кровь на разные анализы, проверила рефлексы, даже какие-то психологические тесты с картинками сунула.
- Последнее время он какой-то странный, - пожаловалась хозяйка, поглаживая сидящего у её ног Дженсена по голове. – Настроение скачет, то нормальный и весёлый, то совершенно апатичный. В играх тоже кажется, словно всем пресытился, порой совсем не возбуждается, что бы я не делала. А мне же хочется, что бы ему тоже было хорошо!
- Восемнадцать лет? – сверяясь с карточкой, переспросила врач. – Вы его уже спаривали?
- Что вы… нет.
- А пора бы. Мальчик подрос, можно и даже нужно. У него же организм под это устроен, гормоны, инстинкты.
- Но он же может забеременеть!
- Может. И это даже хорошо, самое время для наиболее успешной и благоприятной беременности. Вы ведь не просто так эту мутацию выбирали? Значит, нужно подойти к этому вопросы обстоятельно и не тянуть. Сейчас он молодой, сильный, здоровый. Подумайте. Результаты анализов будут через неделю, но я почти на все сто уверена, что это возрастное и гормональное.
- Вы так считаете?
- Да. Подумайте о случке.
- Хорошо.
Задумчиво покивав и заполнив последние бланки, госпожа попрощалась с доктором и, нацепив Дженсену намордник, повела его к машине.
- Дженни детка, мы уже хотим щенков? – растерянно спросила она у него, на что любимец только не менее растерянно дёрнул плечом.
Намордник не позволил ему что-то ответить, да и что сказать по правде, он не знал.
Щенки? Дети? Хотел ли он детей?
Новость ошеломила. Нет, он, конечно, знал, что способен родить ребёнка, но это всегда было чем-то абстрактным и далёким.
Но вот прямо сейчас…
Глядя на мелькающие за стеклом машины дома, Дженсен никак не мог найти ответ.
Хочет ли он?
Вспомнив о Джареде, он попытался представить того с их ребёнком на руках и на удивление, картинка в тот же миг обрисовывалась перед глазами.
Нежно улыбающийся Джаред и их маленький детёныш. Он был бы рад, он обязательно влюбился бы в их малыша.
Улыбнувшись своим мыслям, Дженсен свернулся на заднем сидении. Может быть поездка к врачу зря так пугала его…
Уже через пару часов он увидит Джареда и расскажет ему эту потрясающую новость.
У них может быть ребёнок!


Джаред был рад уже тому, что Дженсен вернулся домой и был жив-здоров. Он никак не меньше часа, просидел с ним на траве, затащив любимого на свои колени и нежно обнимая. Кончиками пальцев он скользил по розоватым следам от намордника, которые остались на лице Дженсена.
- Больно?
- Нет, это всего лишь пара царапин, - отмахнулся тот и вдруг лукаво улыбнулся, подаваясь к нему. - Поцелуй и всё пройдёт!
И Джаред со смехом целовал и вылизывал его щёки и губы, а потом просто целовал и всё никак не мог остановиться и отпустить его.
- Я испугался, - хриплым шепотом признался он. – Теперь я понимаю то, что ты говорил тогда… это страшно.
- Всё хорошо, я же вернулся.
- Никогда больше не хочу тебя тереть, ни на час, ни на минуту… - пробормотал Джаред, снова прижимая его к себе и жадно целуя. – Мой, только мой.
- Твой, - улыбался Дженсен.

Когда же Джаред узнал про ребёнка, то и вовсе подхватил Дженсена на руки и закружил, чуть ли не пританцовывая. Правда уже спустя минуту запнулся об шланг для поливки и уронил, припечатав сверху всем своим немалым весом.
Дженсен охнул, но выворачиваться из-под смотрящего на него влюблённым взглядом друга не стал.
- Ребёнок?
- Да. У меня. Наш. Твой и мой, - смутившись, подтвердил он.
- Ты чудо, - восторженно прошептал Джаред, нежно целуя его. – Я так люблю тебя.
- Знаю, - фыркнул Дженсен, обнимая его.

Им было как никогда хорошо в тот день, но ни один из них не знал, что три счастливых и спокойных года, проведённых вместе на соседних улицах, уже подходили к концу.

Любимцам не стоит забывать, что их жизнь и судьба принадлежат лишь хозяйкам.

*

- Дженни, иди сюда, детка, посмотри, что у меня есть? – как-то вечером пододвигая к любимцу объёмную папку, сказала госпожа. – Это ещё не все варианты, но ты уже можешь кого-то присмотреть.
Ничего не понимая, он принялся листать страницы каталога, где на каждом листе была анкета чужого любимца: имя, фотография в полный рост, описание.
- А зачем? – наконец не выдержав, спросил он, поднимая глаза от незнакомых лиц.
- Ну, должны же мы подыскать тебе хорошего мальчика, - улыбнулась хозяйка. – Я решила, что мы могли бы выбрать его вместе. Конечно, нужно будет учесть разные детали, о которых ты вряд ли подумаешь, но обещаю, если кто-то тебе уж очень не понравится, я не буду настаивать. Хочу, что бы тебе было хорошо в твой первый раз.
- Но зачем мне мальчик? У меня же есть Джаред?! – растерялся Дженсен.
- Детка, Джаред конечно хороший, но тебе нужен кто-то посерьёзней, с правильными мутациями, хорошими генами. Джаред слишком простой любимец. Но не бойся, мы найдём тебе замечательного мальчика!
- Но…
- Не спорь, я знаю лучше, - миролюбиво, но строго отрезала госпожа и подтолкнула поближе к любимцу каталог. – Смотри-смотри, не отвлекайся.
Покорно опустив голову, Дженсен стал переворачивать оставшиеся страницы.

Ему даже в голову не приходило, что госпожа может иметь в виду кого-то другого. Ведь ей нравится Джаред! И с Дженсеном они хорошо ладят, и примерно себя ведут. Так почему же ей нужен кто-то ещё?!
Страницы мелькали перед глазами, но он ничего не замечал.
Нет, он не согласен рожать детей от кого-то незнакомого парня из каталога, которого он и увидит то всего раз-два во время случки, где его трахнут как какое-то бессловесное животное.
Нет.

Сжав зубы, Дженсен отодвинул в сторону ненавистную папку.
- Ну, кто-то понравился?
- Нет, - тихо выдавил он.
- О… жаль. Я там видела парочку милых мальчиков…
- Нет.
- Ну, хорошо. Завтра ещё посмотрим. Не расстраивайся, мы обязательно кого-то найдём, детка, - утешила его хозяйка.
- Да…
- А пока давай начнём пить таблеточки, что бы ты был готов к случке.
- Нет, - испуганно подскочил Дженсен, когда госпожа положила на стол упаковку таблеток и торопливо забормотал. – Может, надо подождать пока выберем?
- Нет, детка, их надо начать принимать за месяц до. Думаю, за такой срок мы уж точно определимся.

Ему бы согласится и потянуть время, выиграть хоть пару дней и поговорить с Джаредом, который мог бы что-то подсказать, но тот страх, что он испытал увидев чёртов каталог, толкнул Дженсена вперёд и прежде, чем тот понял, что сказал, с его губ уже сорвалось резкое «нет».
- Что?
- Я не хочу ни с кем кроме него.
- Кого?
- Джареда. Я хочу ребёнка только от него. Пожалуйста, он же хороший!
- Дженни…
- Он умный, красивый, здоровый!
- Дженни!
- Я люблю его! – выкрикнул он в хмурое лицо хозяйки и тотчас отшатнулся, когда тяжелая пощёчина обожгла лицо.
- Не смей. Ты не можешь любить никого кроме меня! Ты не смеешь спорить со мной, когда я и так делаю для тебя всё и даже больше.
- Но я не…
- Дженни детка, не говори со мной так! Тут я решаю, что ты хочешь и можешь. Я решаю, что ты будешь делать и с кем.
- Нет!
Терять было уже нечего и, сорвавшись с места, Дженсен метнулся в спальню, где забился в угол, прикрываясь ковриком и пряча лицо в коленях.
- Нет-нет-нет… - бормотал он.
- Вернись и выпей таблетки, - приказала появившаяся на пороге комнаты хозяйка.
- Нет
- Дженсен! – повысила она голос. – Сейчас же выпей таблетки или я заставлю тебя.
- Нет, - слабо простонал Дженсен в пушистую ткань, понимая, что проиграл.
Он может отказываться, но она ведь и в правду заставит. Вот только согласится невозможно и «нет» звучит снова и снова. Пока рассерженная госпожа сама не приносит таблетки и, ухватив любимца за волосы, рывком вздёргивает его на ноги и толкает к стене.
- Не надо, пожалуйста. Я не хочу…
Боль ударяет по лопаткам и Дженсен тихо вскрикивает и сразу мычит, когда таблетки оказываются во рту, а на губы ложится тяжелая ладонь. Горькие кругляшки жгут язык. Он пытается их вытолкнуть, но к губам прижимается стакан и вода льётся в горло. Он давится, кашляет, но хозяйка держит крепко.
- Глотай! Глотай, кому сказала!
Стакан в последний раз больно ударяет по зубам, и госпожа наконец-то отпускает его.
Свалившись на пол, Дженсен не может сдержать кашель и слёзы.
Таблетки в нём, глубоко внутри, уже не выплюнуть, не вытолкнуть.
И точно так же как эти таблетки в него засунут,. затолкают, вобьют чужую сперму, и чужой ребёнок будет внутри него. Не от Джареда. Не по любви. По приказу хозяйки.

Разрыдавшись, Дженсен даже не пытался сопротивляться, пока госпожа надевала на него строгий поводок, который включал не только ошейник, но и крепящиеся к нему ремни, удерживающие связанные за спиной рук. Теперь он был совершенно беспомощен.
Вытащив его во двор, хозяйка направилась к находящейся в дальнем конце двора будке. Та стояла тут всегда, но Дженсену никогда не приходилось в ней ночевать. С самого первого дня он был домашним любимцем и спал в доме. А сейчас хозяйка была так зла, что не колеблясь привязала его поводок к деревянным доскам, оставляя любимца на голой траве.
- Я почти никогда не наказывала тебя, но сегодня ты был очень плохим и пробудешь тут до утра, а завтра мы поговорим. И я очень надеюсь, что за ночь ты поумнеешь!
Сказав это, хозяйка ушла, а он безуспешно попытался свернуться, поджимая ноги и морщась, когда руки отзывались болью от впивающихся в кожу мелких камешков.
Будка оказалась слишком мала, что бы он мог забраться внутрь, поэтому Дженсену осталось только надеяться, что ночью не пойдёт дождь. Но он всё равно чувствовал себя непривычно голым и беззащитным, лёжа во дворе под вечерним небом и не имея возможности сдвинуться с места.

Сожаление о собственной поспешности грызло изнутри, но он понимал, что не мог поступить иначе. Пусть не сейчас, но через неделю, через месяц, наконец, ему бы пришлось сказать «нет». Сказать «да» было невозможно. Ни за что. Пусть он сам и принадлежит хозяйке, но ребёнок будет его и только ему решать, с кем он хочет разделить это чудо.
Уставившись на горящее тёплым светом окно хозяйской спальни, Дженсен мысленно пообещал себя, что чего бы это ему не стоило, он не позволит хозяйке отобрать у него этот выбор.

А утром его увидел вышедший во двор Джаред.
- Дженсен?! Почему ты тут? Зачем поводок? – затараторил он, помогая ему сесть.
- Меня наказали, - прижимаясь к родному и тёплому телу, выдавил Дженсен.
- За что? Что такого ты мог сделать, что бы она выгнала тебя с утра из дома?
- С вечера…
- Что? Ты просидел тут всю ночь?!
- Да.
- Что ты сделал, Дженсен? – обхватывая ладонями его лицо и вглядываясь в усталые глаза, спросил Джаред.
- Сказал «нет», - криво улыбнулся тот.
Побледнев, Джаред обнял его.
- Нельзя же, глупый ты мой. Нельзя…
- Знаю.
- Как же ты тут? Чёртов поводок, - дотянувшись до ремней, он попытался хоть немного ослабить их, но Дженсен увернулся и замотал головой.
- Нет, не трогай! Тебе самого за такое накажут.
Любимцам строго запрещалась самим снимать поводки и ошейники, только по приказу. Это был один из первых и главных законов.
- Переживу. У тебя руки холодные, затекли же… черт, да ты и весь замёрз. Дженсен, как же так?..
- А ты согрей меня, только не снимай поводок, не стоит, я в порядке.
- Что случилось, расскажи мне? – попросил Джаред, обнимая его покрепче и растирая замёрзшие плечи.
Дженсен уже собрался с духом что бы рассказать, но как на зло из дома вышла его хозяйка и смерив их недовольным взглядом, крикнула:
- А ну брысь от него! Дженсен наказан и из-за тебя тоже! Пошел к себе, что бы я вас вместе больше не видела, а то пожалуюсь твоей госпоже.
- Но… - попытался возразить Джаред, осторожно пересаживая Дженсена на траву и нерешительно шагая к госпоже. – Пожалуйста, он замёрз…
- Брысь, животное! Без тебя разберусь, - отрезала она, и ему пришлось отступить.
Бросив на Дженсена виноватый взгляд, Джаред перемахнул через кусты, возвращаясь на свой участок, а госпожа, дойдя до будки, отвязала поводок и быстрым шагом направилась к дому, не давая своему любимцу возможности встать на ноги. Дженсен так и прополз эти пару метров на коленях, скользя по траве и качаясь от каждого рывка поводка вперёд.

Джаред по ту сторону кустов до крови сжимал в кулаках колючие ветки и смотрел им вслед даже, когда дверь с громких хлопком захлопнулась.

*

Следующие две недели Дженсен провёл почти не выходя из дома. Госпожа ни на минуту не спускала с него глаз и была строга как никогда раньше. О прогулках во дворе и встречах с другом не могло быть и речи.
В те редкие минуты, когда он видел Джареда, тот почему-то тоже оказывался на коротком поводке. Наверно их хозяйки сговорились между собой, чтоб не подпускать их близко друг к другу.
Дженсен почти не ел, хотя госпожа и старалась впихнуть в него больше обычного, но от так же насильно принимаемых таблеток его почти всё время тошнило, и от еды не было никакого прока. Он осунулся, был бледен и слаб как котёнок, но по прежнему упрямо отворачивался каждый раз, когда хозяйка кивала ему на фотографии чужих любимцев.
- Выбирай! – раз за разом повторяла она.
- Нет, - не поднимая головы, отозвался он.
- Тогда я сама выберу, - решила госпожа, когда её терпение закончилось.
И выбрала.
Дженсен смотрел на фотографию незнакомого любимца и понимал, что сейчас снова позорно разревётся. Любимец, может быть, и был красив, здоров и по всем показателем замечательный отец, но это был не его Джаред. Незнакомый мужчина был почти на десять лет его старше, здоровенный, выше Джареда, с густой зелёной шерстью на плечах и спине, а его «улыбку» украшал ряд выступающих клыков.
- У него замечательный генофонд, гораздо лучше, чем у рядовых любимцев, - заметила хозяйка. - У вас будут чудесные щенки. Его сила и твоя хрупкость, детка, ты просто ничего не понимаешь.
Он действительно понимал только то, что этот незнакомый мужчина не Джаред, а всё остальное было уже не важно.
Ему был нужен только Джаред.
- Ещё недельки две попьёшь таблетки, потом я отвезу тебя в Центр на случку. Познакомишься. Если получится с первого раза, то больше ты его и не увидишь.
- Не надо, пожалуйста.
- Милый, всё будет хорошо, ты совершенно зря так боишься. Если ты будешь хорошим мальчиком, может быть, я даже разрешу тебе снова видеться с этим соседским щенком.
Дженсен горько усмехнулся.
Видеться? Захочет ли Джаред видеть его после всего этого? Хотя, глупости. Конечно же, он не оттолкнёт и не отвернётся от него! Джаред не такой.
Но вот сможет ли он сам быть рядом с тем, кого предал? Ведь столько раз шептал «твой», а теперь так легко позволит отдать себя другом. И ребёнок, который мог бы быть их обоих, родиться от кого-то третьего, кому он и не нужен.
Как он после этого сможет посмотреть в глаза Джареду?
- Не раньше, чем родишь, конечно, - не замечая ничего, продолжала болтать хозяйка. - Что-то мне не нравится, как он на тебя смотрит. Ещё приревнует и сделает что-то… мы же не можем рисковать малышом!
Джаред и причинить им какой-то вред? Смешно. Неужели она совсем ничего не понимает, не видит, что они тоже люди? Что чувствуют и любят?
- Уже предвкушаю, каким ты будешь красивым с животиком, детка! Я куплю тебе замечательное розовое платьице с оборочками…
Хозяйка ещё долго расписывала, какой прекрасной и чудесной будет их дальнейшая жизнь, а Дженсен всё чётче понимал, что если он хочет сохранить эту самую «жизнь», у него есть только один выход.

*

Едва вечером госпожа легла спать, он тихо прокрался к окну и выскользнул во двор.

Ошейник тихо звякнул, брелок блеснул в свете фонаря. Дженсен держал в руке тот самый знак, который в десять лет принял с гордостью и радостью. Многое изменилось за прошедшие годы. От гордости не осталось и следа, да и радость заметно поблекла, как выцвело со временем его имя на старом, самом первом ошейнике.
Любимец.
Сняв ошейник, он впервые почувствовал себя свободным.
Это был его выбор.
Оставив прошлое на траве позади себя, Дженсен перемахнул в соседний двор.

Хозяйка Джареда всегда работала допоздна, и тот частенько засиживался во дворе, глядя на звёзды.
Вот и сейчас, Дженсен заметил его на старом и любимом коврике.
- Джаред.
- Дженсен?! – друг тотчас оказался рядом, сгрёб в объятья, сжимая почти до боли. - Тебе так давно не выпускали. Я чуть с ума не сошел за это время! Что случилось? Я спрашивал свою хозяйку, но она сказала только, что твоя госпожа её обидела отказом. Что это значит? Дженсен?
- Она хочет, чтоб я родил щенков.
- Но это ведь хорошо? – неуверенно улыбнулся Джаред. – Ты так рад был недавно…
- Не от тебя, - опустил глаза Дженсен. - От кого-то другого. Она отвезёт меня в Центр и там какой-то совершенно незнакомый мне любимец, которого я видел только на чёртовой фотографии в анкете, трахнет меня и сделает мне щенков.
Его уже трясло от боли и страха. Слова сыпались без остановки, словно он боялся не успеть, прежде, чем всё закончится.
Джаред молчал, только обнимал всё крепче, вжимая в себя и не давая отстраниться.
- Я понимаю, что ты любишь свою хозяйку. Что тебе тут хорошо, - чёртовы слова причиняли невыносимую боль, но он должен был сказать. - Я не прошу тебя идти со мной. Я просто хотел попрощаться. Увидеть тебя… сказать… я… я люблю тебя.
- Ты дурак да? – хрипло рассмеялся Джаред и Дженсен замер, сжался в его руках, боясь услышать продолжение.
- Прости, - еле слышно выдохнул он.
- Ты и вправду думаешь, что я позволю тебе уйти одному? Туда? Ты хоть знаешь, что рассказывают о тех любимцах, которые сбегали из дома? Они дичают! Бродят по лесам, жрут всё подряд и нападают друг на друга!
- Мне всё равно. Я уйду! Я не могу остаться!
- Уйдёшь, - кивнул тот и шепнул ему в макушку. - Но только со мной.
- Джаред?!
- И не говори ничего, - приложил он палец к его губам. – Я люблю тебя, помнишь? Тут или там, не важно. Я всегда буду рядом.
- Ты правда пойдёшь со мной? Прямо сейчас? Вот просто так?
- Да, - кивнул Джаред. - Должен же кто-то присматривать за малышом Дженни!
Тихо смеясь, он расстегнул свой ошейник, взвесил на ладони согретый собственным телом ремень и отбросил в сторону.
- Ну что, пойдём?
- Пойдём, - улыбнулся Дженсен сначала несмело, а потом широко и счастливо.- Пойдём!

И они ушли. Вдвоём.



Сказали спасибо: 106

Чтобы оставить отзыв, зарегистрируйтесь, пожалуйста!

Отзывов нет.
Логин:

Пароль:

 запомнить
Регистрация
Забыли пароль?

Поиск
 по автору
 по названию




Авторы: ~ = 1 8 A b c d E F g h I J k L m n o P R s T v W y z а Б В Г Д Е Ж З И К м Н О П С Т Ф Х Ч Ш Ю

Фанфики: & ( . « 1 2 3 4 5 A B C D F G H I J L M N O P R S T U W Y А б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я

наши друзья
Зарегистрировано авторов 1388