ГлавнаяНовостиЛичная страницаВопрос-ответ Поиск
ТЕКСТЫ
199

Правила боя

Дата публикации: 07.08.2012
Дата последнего изменения: 07.08.2012
Название оригинала: Rules of Engagement
Автор оригинального текста: sinestrated
Автор (переводчик): Jenny in the sky;
Ссылка на оригинал: http://sinestrated.livejournal.com/47743.html#cutid1
Разрешение на перевод: получено
Бета: sea_star
Пейринг: J2;
Жанры: АУ; экшен;
Статус: завершен
Рейтинг: PG-13
Размер: мини
Примечания: что-то вроде продолжения к фику "Поцелуй навылет"
Саммари: Босс мафиозной группировки восточного побережья думал, что захватить территорию, принадлежащую Падалеки, будет легко. Он ошибался
Глава 1

Когда Питер Бессел был маленьким мальчиком, он хотел танцевать в балете.

Оглядываясь назад, он понимает, что это была невероятно глупая затея, особенно учитывая, каким бизнесом занималась его семья. Но тогда его девятилетнему разуму это казалось лучшей идеей на свете, вся эта грация и гибкость, красивые блестящие костюмы, не говоря уже о возможности путешествовать по всему миру и выступать на сцене под градом аплодисментов.
Когда он рассказал о своей мечте матери, она улыбнулась, погладила его по голове и сказала, что это великолепно и что он может стать, кем захочет, если только будет упорно работать и делать все, что в его силах. У нее была идеальная улыбка, идеальные светлые волосы, а ее духи пахли смесью жасмина и гниющих листьев. Питер любил ее до боли, и слышать, как она одобряет его мечту, было похоже на выигрыш в лотерею.

Поэтому, когда вечером он гордой походкой шел к отцу, и сердце его было переполнено детскими надеждами, он был абсолютно уверен, что Леонард Бессел поведет себя так же, как и его жена: улыбнется ободряюще и потреплет по волосам с такой любовью, будто готов положить весь мир к его ногам как новую игрушку.

Вместо этого, отец только посмотрел на него долгим тяжелым взглядом, потом потянулся за сигаретами.

- Ты что, педик? – рявкнул он с такой неприкрытой издевкой в голосе, что у Питера заледенело сердце. – А теперь убирайся из кабинета. Мне нужно работать.

Питер пошел к себе в комнату и закатил истерику. Он кричал в подушку, срывал плакаты со стен и разбил на куски новенькую приставку об угол шкафа. Отлично, думал он. Если его отец не поддерживает его мечту, тогда он тоже не будет поддерживать отца. Семье Бессел придется искать нового наследника.

Спустя десять лет быстрого карьерного роста, балет был оставлен в прошлом. Конкурирующая семья, желая завладеть азартными играми Бостона, пыталась убить Леонарда Бессела, но вместо этого в перестрелке случайно погибла его жена. В ответ девятнадцатилетний Питер и два его ближайших приятеля Эдди Кули и Чейз Броган, вошли в ресторан, где завтракали убийцы, и накачали их таким количеством свинца, что тела едва можно было опознать. Еще через десять лет его отец, наконец, загнулся от рака легких, а Питер покорно занял свое место во главе печально известной семьи Бессел, и за несколько лет обзавелся репутацией безжалостного и могущественного (пусть и невероятно высокомерного) босса, став одним из опаснейших людей на восточном побережье.

Затем, осенью 2013, до него дошел слушок, что Джеральд Падалеки, глава самой влиятельной семьи среднего запада, умер. Заменил его младший сын, ничего не знающий выскочка, который, небось, и с женщиной-то еще управляться не умел, не то что с такой сложной организацией, как семья Падалеки. Питер немедленно разглядел в этом благоприятные возможности. Он позвал Эдди и Чейза, которые к тому времени стали его главными помощниками, и втроем они быстро пришли к решению: настала пора расширять свою империю на запад.


Август 2014 года

Встреча с Джаредом Падалеки была назначена на час дня. В час пятнадцать Питер Бессел, не торопясь, вошел в дверь черного хода небольшого ресторанчика в Чикаго, приятно улыбнувшись двум аккуратно одетым мужчинам, уже ждущим его в комнате. Он, конечно, легко мог бы успеть и вовремя, но его быстрый перепихон с Конни после завтрака оказался в итоге не таким уж и быстрым. И уж точно минет от самой горячей красотки по эту сторону Скалистых гор перевешивал встречу с каким-то мелким панком, пытающимся изображать из себя босса мафии.

Он решил отчасти пересмотреть свое мнение, в первый раз хорошенько взглянув на Падалеки. Скорей всего тот практически ничего не знает о руководстве организацией, но, возможно, «мелкий панк» не очень подходящее описание. Он молод – намного моложе всех, кого Питер видел на таких высоких должностях – но это еще большее доказательство того, что старший Падалеки оступился, позволив такому молокососу руководить бизнесом. А вот размеры Падалеки Питера слегка поразили. Он видел фотографии и смотрел новости, но все равно в реальности Падалеки оказался намного выше, чем Питер ожидал, намного превосходя ростом всех остальных в комнате, а его широкие плечи, казалось, растягивают ткань костюма, хотя Питер был уверен, что это только видимость. Добавить к этому мальчишеское, удивительно невинное лицо Падалеки, и получается очень странная комбинация. Он выглядел так, будто ему самое место было в каком-нибудь пригородном гнездышке, со скучной кабинетной работой и хорошенькой женой, а не в мрачном преступном мире.

«А, в этом-то все и дело», - говорит себе Питер, едва скрывая усмешку. Падалеки здесь не место. Он обменивается быстрыми взглядами с Эдди и Чейзом, оба кивают ему с блестящими глазами. Это будет - как конфету у ребенка отобрать.

Как только они входят, Падалеки встает, выходит из-за стола и протягивает руку для приветствия.

- Мистер Бессел, добро пожаловать, - произносит он с улыбкой, которая почти пугает своей честностью. – Спасибо, что пришли. Пожалуйста, присаживайтесь. Могу я звать вас Питер?

Питер изо всех сил старается не фыркнуть презрительно. Это ведь территория Падалеки, его земля, и все равно он покорно вскочил на ноги, стоит и ждет, пока Питер пожмет ему руку, чуть ли не пресмыкается, будто Питер не опоздал преднамеренно на встречу, будто здесь все Питеру принадлежит. Если они его прямо сейчас пристрелят, он, возможно, так и упадет на землю с этой дурацкой ухмылкой на лице, идиот.

Питер жмет ему руку, замечая, что, по крайней мере, хватка у парня крепкая, и улыбается в ответ.

- Лучше мистер Бессел, если не возражаешь. А эти два джентльмена - Кули и Броган, мои помощники.

Падалеки приветливо кивает каждому.

- Приятно познакомиться, - говорит он, и кажется вполне искренним. – Не хотите что-нибудь выпить? Чай? Кофе? По-моему, у меня есть еще немного…

- Я бы предпочел сразу перейти к делу, спасибо, - перебивает его Питер, его улыбка становится немного натянутой. Господи, этот парень когда-нибудь затыкается?

Падалеки моргает, будто не привык, чтобы его так резко обрывали. Точно, еще один избалованный мальчишка, как Питер и думал. Он подавляет тяжелый вздох. По крайней мере, это не займет много времени. У него через час сеанс массажа, а Британи делает самый лучший массаж всего тела… 

- Ну хорошо, - говорит Падалеки, складывая руки на столе перед собой. – С чего хотите начать?

Прежде чем Питер успевает ответить, кто-то прочищает горло, и раздается еще один голос

- Серьезно, Джаред? Даже не представишь меня?

Питер вздрагивает. Конечно, он заметил еще одного человека в комнате сразу, как зашел, но тут же забыл о нем, отвлеченный слишком жизнерадостным приветствием Падалеки. На самом деле, если бы мужчина не заговорил, Питер, наверное, так и не обратил бы на него внимания до конца встречи, и этот факт немного приводит его в замешательство.

Хотя все эти мысли тут же уходят, когда Падалеки издает нервный смешок и быстро исправляется.

- Ох, простите, как невежливо с моей стороны. Это Дженсен Эклз, мой хороший друг.

Эклз делает шаг вперед, и первоначальная настороженность Питера исчезает. Он слышал немного про Эклза – как тот боролся за свою семью на юге, как якобы устроил перестрелку в центре Чикаго несколько лет назад – но увидев его во плоти, сразу становится понятно, что это всего лишь слухи. Эклз немного ниже Падалеки, немного плотнее, и да, может, у него и получится ударить хорошенько раз-другой, но парень больше похож на модель для рекламы нижнего белья, с этим прямым носом и девчачьими губами, а еще у него самые длинные ресницы, какие Питер видел у мужика. Питер никогда раньше не трахал парня, никогда даже не задумывался об этом, но теперь ему кажется, что ради Эклза он мог бы сделать исключение.

- Простите за это, - снова говорит Падалеки, и боже, как же часто он извиняется. – Наверное, я просто привык, что Дженсен всегда рядом, и предположил, что его больше не нужно представлять, понимаете? 

- Манеры, Джей, - упрекает Эклз еле слышно, но в его голосе нет раздражения, только теплая нежность и любовь, и Питер пытается подавить приступ тихой ярости. Значит слухи, что Падалеки и Эклз трахаются, правдивы. Просто позор, как низко пали Падалеки, позволив парочке педиков управлять бизнесом. 

- В любом случае, приятно познакомиться, - говорит Эклз. – Мы слышали много хорошего о семье Бессел.

Питер на него даже не смотрит.

- Ну так, - произносит он, поворачиваясь к Падалеки и не обращая внимания на чуть нахмурившегося Эклза, - перейдем к переговорам?
Падалеки какое-то время смотрит на него задумчиво. Но в итоге его лицо проясняется, и он жмет плечами.

- Ладно. Начнем с вашего предложения.

Питер изо всех сил старается не закатить глаза при этих словах: ведь даже последняя шавка в организации знает, что если начинаешь переговоры на условиях противника, это всегда плохо кончается. Должно быть, Падалеки и в самом деле идиот.

- Очень хорошо, - он поднимает руку, и Эдди послушно протягивает ему папку, которую Питер кладет на стол, - позволь мне начать с небольшого рассказа о себе. Ты, наверное, слышал о нашей войне с семьей Агура четыре года назад? 

- Слышал, - отвечает Падалеки спокойно, и Питер кивает.

- Значит, ты мог также слышать, что мои люди уничтожили всех, кто относился к семье, все руководство, всех мужчин, охотились на каждого, вплоть до последнего водителя грузовика и мелкого букмекера. Так?

- Да.

- Ладно, - Питер раскладывает на столе несколько фотографий, по-настоящему кровавые, те, что не печатали в газетах, те, что хранились в его личной коллекции. – Так вот, должен тебя заверить, то, что ты слышал – неправда. Точнее, не вся правда. Да, мы уничтожили всех Агура, как мы поступаем с каждым, кто встает у нас на пути, но чего ты, возможно, не знаешь, так это того, что мы охотились не только на мужчин. На женщин и детей тоже, мы убили всех. Гражданские, невинные, мирное население - у нас никакой дискриминации. Тебе понятно?

Он осторожно наблюдает за Падалеки. Тот не выглядит испуганным, и Питер должен отдать ему должное – либо он очень самоуверен, либо непроходимо глуп, потому что на лице у него только легкое отвращение. 

- Боюсь, я не совсем понимаю, зачем вы мне все это рассказываете, - произносит он наконец.

- Никаких причин, - мягко отвечает Питер, - просто хочу, чтобы ты немного получше узнал меня, прежде чем мы придем к некоему… соглашению, - он пролистывает еще фотографии, вырезки из газет, полицейские отчеты. – Ты знал, что первого человека я убил, когда мне было девятнадцать? Ублюдок застрелил мою маму. Но мы заставили их заплатить. Видишь ли, мне нравится казнить самому. Люди говорят, это плохая идея, что меня могут обвинить, но я, я люблю смотреть, как гаснут глаза тех, кого я убил. Это ни с чем не сравнимый кайф, - он поднимает взгляд и улыбается. – Кого ты любишь больше всего, Падалеки?

Падалеки только смотрит на него. Ха, а у парня есть яйца. Рядом с ним Эклз выпрямляется и складывает руки на груди.

- Я думаю, нам пора закругляться, Джаред, - тихо говорит он.

Питер не может сдержать улыбку. Похоже, главный помощник Падалеки готов сдаться без боя. Все это даже слишком просто.

- Да, Джаред, - говорит он, делая акцент на имени, - давай закругляться.

Взгляд Падалеки перескакивает с Эдди на Чейза, которые стоят рядом с Питером как хищники, готовые нанести удар, прежде чем остановиться на самом Питере.

- Хорошо, - говорит он, - чего ты хочешь?

Джекпот. Питеру едва удается не хихикнуть от радости. Смешно, правда, как могут помочь несколько слухов и обработанных фотографий. Небольшой наговор, намек на угрозу, и мелкие нытики вроде Падалеки пачкают подгузники, умоляя о пощаде. Максимум через два года имя Падалеки вообще все забудут. 

Наклонившись вперед и наплевав на вежливость, он, наконец, усмехается нагло, как хотел с самого начала встречи.

- Я хочу весь игорный бизнес от Чикаго до Сент-Луиса. А еще пятьдесят процентов прибыли от всех твоих клубов плюс всю наркоту. Всю. Добавь сюда проституцию в центре Чикаго, и все закончится мирно.

Падалеки, к его чести, даже не дергается.

- А если я откажусь?

Питер улыбается еще шире. Господи, как он любит играть в такие игры. 

- Тогда это война, - отвечает он, - и теперь, когда ты знаешь, на что я способен, ты действительно готов рискнуть? Твои связи, твоя репутация… не говоря уже о твоей семье, твоих друзьях, и конечно, о твоем маленьком симпатичном бойфренде.

В первый раз на лице Падалеки мелькает настоящая злость. Что делает его черты темными и на удивление опасными, и на мгновение Питера смущает это несоответствие, будто пушистый котенок внезапно выпустил острые когти. 

- Не вмешивай сюда Дженсена, - произносит Падалеки, и каждое слово звучит тяжело, смертоносно и угрожающе, Питер даже немного выпрямляется в кресле, но потом вспоминает, что Падалеки просто прыщавый молокосос, а он, черт возьми, не кто иной, как Питер Бессел, и что Эдди и Чейз стоят рядом с оружием за поясом. Так что бояться ему нечего.

Питер усмехается, подвигает через стол лист бумаги и протягивает ручку.

- Скажу тебе вот что, - отвечает он, - ты просто будь хорошим мальчиком и перепиши все на меня, и может быть, я не заберу к себе твою маленькую шлюшку, чтобы посмотреть, сколько раз я смогу спустить в его симпатичный ротик, прежде чем он подавится.

После этого все происходит очень быстро. Лицо Падалеки внезапно искажается в уродливую маску, и он исчезает. Питер успевает только моргнуть, прежде чем кто-то больно хватает его за волосы, с силой придавливает лицом к столу, одновременно прижимая рядом руку с раскрытой ладонью. Он слышит собственный удивленный вскрик, следом за ним два странных звука за спиной, а потом яркая обжигающая боль внезапно взрывается в его руке, как чертова бомба. 

Питер кричит. Боль такая сильная, вся рука будто плавится, и Господи Иисусе, какого черта Эдди и Чейз делают

Еще одна яркая, жгучая вспышка агонии, и Питер стонет, поворачивает голову достаточно, чтобы разглядеть, что шариковая ручка теперь торчит из его ладони, засаженная с такой силой, что даже воткнулась в стол, и темно-красные ручейки крови растекаются из раны. Он пытается пошевелить пальцами, но получает только новый всплеск боли, от которой перехватывает дыхание, и он не может двинуть и другими частями тела, так и лежит, прижатый лицом к поверхности стола, и кто-то с силой давит ему на голову. Он беспомощен, как распятый на картонке жук. 

Сила, удерживающая его, вдруг движется, прижимая его к столу еще сильнее, так, что он не может дышать. Его ухо обдает теплым дыханием и через мгновение раздается голос:

- Лучше бы ты держал свой гребаный рот закрытым.

И, несмотря на ослепительную боль в руке и попытки вздохнуть, Питер вздрагивает и замирает. Хотя тембр и интонации ему знакомы, голос совсем не похож на запинающуюся болтовню Падалеки. Это голос опасности, голос решимости, абсолютной и бесспорной власти. Голос его отца.

- Эдди, - умудряется выдавить Питер, но Падалеки только опять давит ему на голову с такой силой, что на мгновение у него вспыхивают звезды перед глазами. 

- Твои друзья тебе не помогут, - произносит Падалеки по-прежнему этим низким, опасным тоном, от которого у Питера по спине пробегает холодок. – Боюсь, они пытались тебя защитить, и Дженсен немного… пострелял.

Смешок на расстоянии. 

- Молодец, давай, делай из меня плохого парня, - говорит Эклз, спокойно и тихо, как и всегда. Чуть повернув голову, Питер удается разглядеть его краешком глаза – тот стоит чуть в стороне от стола и держит в руке пистолет с очень длинным стволом.

Нет, не стволом. С глушителем, понимает Питер и с трудом сглатывает, ощущая, как животный страх прокатывается по спине, а потом чувствует в воздухе запах крови и пороха. А Эдди и Чейз по-прежнему не издали ни звука.

Падалеки над ним хмыкает уклончиво, потом тянется и без предупреждения выдергивает ручку из ладони Питера. Последующей агонии достаточно, чтобы глаза Питера наполнились слезами, и он не может сдержать слабый стон. Но не успевает он что-нибудь сказать, даже пошевелиться, Падалеки движется, и к затылку Питера внезапно прижимается ствол пистолета, холодный и беспощадный. Щелчок взводимого курка раздается в тихой комнате как удар грома, и кровь в венах Питера леденеет, а ноги превращаются в желе. 

Господи, он сейчас умрет. Падалеки разнесет его мозги по всему столу, а потом они выкинут его труп в реку, и его никто никогда не найдет. Питер Бессел умрет. 

От ужаса он в полуобморочном состоянии и поэтому почти не слышит следующих слов Падалеки.

- Вот что я тебе предлагаю, Бессел, - говорит тот ровно и неторопливо, но по-прежнему с тем скрытым гневом, от которого у Питера слабеют колени. – Ты мне гарантируешь, что я больше никогда не увижу твою мерзкую рожу на моей земле, а в ответ я подарю тебе билет в один конец до Бостона вместе с твоей жалкой ничтожной жизнью. Как, по-твоему, честная сделка?

У Питера уходит несколько минут, чтобы осознать сказанное, а Эклз усмехается.

- На твоем месте я бы согласился, - тихо замечает он, и Питер снова сглатывает, чувствуя прижатый к голове ствол. 

- Да, - говорит он в итоге, едва узнавая свой голос, тонкий и полузадушенный, - хорошо.

Ствол у затылка моментально исчезает, и прежде чем Питер до конца понимает, что произошло, Падалеки отходит от стола, обменивает у Эклза пистолет на платок и вытирает им руки. 

- Хорошо, - произносит он после этого, отдает платок обратно и кивает в сторону стоящей в углу старой заплесневелой швабры. 

- Мои люди будут здесь через пару минут, чтобы забрать тела. А ты в это время прибери тут. Миссис Рамирез не нравятся кровавые пятна на полу. 

Питеру кое-как удается выпрямиться, прижимая к груди раненую руку, но он чуть не падает обратно, когда видит Эдди и Чейза, лежащих на полу позади него, у каждого в голове по идеальной дырке, а плитка вокруг забрызгана кровью и мозгами. Внезапно что-то горячее и влажное течет у него по ногам, впитываясь в штаны, и ему едва удается выдавить слабое: 

- Ладно.

Падалеки только кивает, поправляет костюм, потом обходит стол и направляется к дверям, Эклз за ним по пятам. Питер не отрывает взгляд от пола, но ясно слышит их разговор.

- Не могу поверить, что ради этого дерьма пропустил ланч с Мэган и ма, - ворчит Падалеки. – Но они ведь всего в нескольких кварталах, да? Может, если мы поторопимся, то смо…мфф

Питер не решается поднять глаза, только слышит последующие подозрительные звуки, полузадушенные вздохи и предательский шорох дорогой ткани. Когда Эклз, наконец, отвечает, голос у него значительно ниже, сиплый и задыхающийся.

- Нет, Джей, - говорит он еле слышным шепотом, - не сможем.

Падалеки отвечает, и в его тоне больше нет ярости, нет злости или обиды или угрозы, только настойчивое желание.

- Сможешь довезти нас до дома за пятнадцать минут?

- Уложусь в десять, - отвечает Эклз, и секунду спустя дверь за ними закрывается с тихим стуком.

Оставшись в комнате один, Питер медленно тащится к швабре в углу, хватается за ручку здоровой рукой, и, глотая слезы боли и унижения, начинает медленно вытирать кровь своих мертвых помощников.

Проклятье, - думает он, а влага стекает по его щекам, - надо было все-таки заниматься балетом.



Сказали спасибо: 181

Чтобы оставить отзыв, зарегистрируйтесь, пожалуйста!

Отзывов нет.
Логин:

Пароль:

 запомнить
Регистрация
Забыли пароль?

Поиск
 по автору
 по названию




Авторы: ~ = 1 8 A b c d E F g h I J k L m n o P R S T v W y а Б В Г Д Е Ж И К м Н О п С Т Ф Х Ч Ш Ю

Фанфики: & ( . « 1 2 3 4 5 A B C D F G H I J L M N O P R S T U W Y А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я

наши друзья
Зарегистрировано авторов 1407