ГлавнаяНовостиЛичная страницаВопрос-ответ Поиск
ТЕКСТЫ
1800

Одержимость

Дата публикации: 28.10.2017
Дата последнего изменения: 03.11.2017
Автор оригинального текста: ninaSPN
Автор (переводчик): ninaSPN;
Пейринг: J2; Дженсен / Джаред; Джаред / Дженсен; Дженсен / Миша;
Жанры: ангст; десфик; повседневность; семья, дети; стабильные отношения; херт/комфорт;
Статус: завершен
Рейтинг: NC-17
Размер: миди
Предупреждения: Смерть второстепенного персонажа
Примечания: В английском не сильна, поэтому имена и названия могут быть не совсем правильно написаны в их русскоязычной версии.
Саммари: Находясь рядом с человеком многие годы, понимая и принимая его таким, какой он есть, важно не упустить момент, когда одержимость кем-то превращается в любовь, которая может вернуть душу к жизни и дать человеку надежду на будущее.
Глава 1

Одержимость.

«Ты же смог меня приручить,

 Всегда буду за тобой ходить.

Ты же смог меня разбудить

и сразу же усыпить".

Эльвира Т «Одержима»

 

Глава первая.

 

Он с трудом разлепил глаза. Это уже вошло в привычку. Просто проснуться стало проблемой. Когда? Кажется уже давно. Сколько прошло времени? Час? Два? Неделя? А может годы? Гул в голове не прекращался ни на минуту. Вчера он смешал слишком много всего: виски, боль, отчаяние, нежелание жить. Смертельный коктейль. В подсознании все еще стоял запах мокрой земли и дождя, который струями затекал за ворот рубашки и смешивался со слезами на лице. Яма два на два метра, гроб, украшенный цветами и комья земли. Он так и не смог заставить себя уйти, даже когда Джаред сжал его плечо рукой и шепотом сказал: «Пошли, пора, Дженс». Но он не смог…Он все еще не верил, что ее больше нет…

Они познакомились, когда Дженсен был молод, а его карьера только набирала обороты. Тогда он снял свою дебютную работу как режиссер. Ничего выдающегося, так просто постебались с друзьями. Он никогда не воспринимал Даниил как девушку в плане секса. Изначально он замечал за собой, что ему нравятся как мужчины, так и женщины. И тех и других было много в его окружении. Кто-то оставался надолго, а кто-то на одну ночь. А Дани… Она была всегда больше друг. Она знала о нем абсолютно все. Часто он приходил к ней за советом или просто поплакаться на своих бывших или нынешних. Дани всегда принимала его, в каком бы состоянии он не был. Ролей было много и соответственно много было и разных связей на съемочной площадке и вне нее. Модельный бизнес, сериалы, кино – все это было прекрасно и утомительно одновременно. Дженсен не любил толпы, но внимание фанаток ему нравилось. Он весь был соткан из противоречий и часто замыкался в себе, т.к. боялся, что окружающие его могут не понять. И весь этот свой «внутренний мир» он периодически являл своим друзьям и близким. И больше всех доставалось Дани. В какой-то момент, где-то на съемках «Десятидюймового героя», он понял, что не прочь пойти и дальше, как там говориться: «секс по дружбе», кажется. Но это ничего не испортило в их отношениях, хотя он и боялся этого. С Дани было легко, весело и спокойно. А потом в его жизни случился Эрик Крипке…

Когда Дэвид Наттер предложил ему пройти пробы у своего друга Эрика Крипке, то Дженсен воспринял это как очередную работу. Сценарий ему понравился, да и персонаж «Сэм Винчестер» был чем-то схож характером с ним. Но и «Дин Винчестер» был интересен своей противоположностью самому Дженсену. Вообще «экранные братья» были как две половины одного человека, такого как Дженсен. На всякий случай Дженсен выучил роли и «Дина» и «Сэма». В первый раз он пробовался один, и  сначала он отыграл «Сэма», а потом ему предложили сыграть «Дина», что он тоже сделал блестяще. Как всегда. Дженсен подходил к работе ответственно, любую игру доводил до совершенства. Но внешность, которая хороша для модельного бизнеса не всегда играет на руку, когда тебе надо получить роль. Многие считали, что ему недостает мужественности, а после «Дней нашей жизни», кроме как ролей «мальчиков-зайчиков» и «героев-любовников», в которых часто влюблялись героини, ему ничего не предлагали. Единственным исключением стал «Темный Ангел» и то этот сериал не просуществовал долго. И вот более или менее отличное предложение. Как обычно ему сказали, что перезвонят и назначат пробы с партнером. Так Дженсен узнал о существовании Джареда Падалеки.

Дженсен не любил новых людей. Всегда долго сходился с ними и воспринимал настороженно. В круг его знакомых, а тем более друзей, попасть было сложно, если не сказать вообще невозможно. Поэтому перед пробами он постарался узнать все о Джараде «Пада-как-его -там-леки». Завис он сначала на  фото, и долго изучал парня. Глаза хищника, рост баскетболиста, большие руки и широкая, открытая миру улыбка и восхитительные ямочками на щеках. Это был удар под дых. А еще он узнал, что Джаред стопроцентный натурал и, если в его окружении появлялись девушки, то отношений либо не было вообще, либо они были продолжительными и прочными. Сейчас в его девушках была Сандра МакКой. Красивая, миниатюрная брюнетка. Видимо, такие  и нравились Джареду. Дженсен подумал немного и набрал номер Дани.

-Привет! Как сама?

-Нормально. А ты чего звонишь? – веселый голосок Дани сразу настроил Дженсена на позитивный лад.

-Я вот тут почитал про Джареда Падалеки…

-О! Это ты к чему ведешь? – удивление на том конце провода сказало Дженсену, что Дани точно что-то знает про Джареда.

-Ну, ты многих знаешь… По работе… Да и вообще… - он не успел закончить, как Дани перебила его возмущенным голосом:

-Эй, Эклз! Ты на что это там намекаешь? Я не такая!

-Да, да – засмеялся Дженсен – мы все «не такие». Ты лучше скажи, что ты о нем знаешь.

- Эх! «Не для тебя эта нежная фиялка расцвела» – засмеялась Дани.- Он натуральнее моего цвета волос. Бабы ему интересны, вот что я знаю. Его друг, Чад Майкл Мюррей, пришибленный на всю голову, но если что и в огонь за своего Джареда и в воду и морду, кому набить - это пожалуйста. Любит твой «цветочек» вот таких вот собирать вокруг себя. Ну, а если серьезно, Дженс, то с ним легко. Он открытый, веселый. Как говорят: «все на лице написано». И он не играет, если ты понимаешь, о чем я. По работе с ним не сталкивалась, но вот Мюррей говорил, что способный парень и очень досконально все прорабатывает и с партнерами всегда вежлив, одеяло на себя не тянет и «звезду на всю голову» не включает.

-Ясненько. Да ты, мать, ходячая энциклопедия, как я посмотрю – протянул с техасским акцентом Дженсен – Спасибо, дорогая.

-Будешь должен, Дженс  – это было сказано так серьезно, что Дженсен насторожился. Но тут Дани засмеялась и сказала:

-Эй! Ты чего затих? Не боись, сильно мучить не буду. До встречи, любимый – и положила трубку.

Вот в этом она была вся. Искрилась, смеялась, жила…. А теперь ее нет… Больше никогда он не услышит ее смех… Глупо и так больно…  Все… Ведь нужно было подождать пару дней. Он бы приехал после съемок, сам бы сел за руль, и отвез ее в, этот чертов, торговый центр. Но они сильно поругались в тот день, и Дани приняла решение ехать одна. Просто хотела сделать ему какой-то сюрприз к возвращению. И никакие доводы ее убедить не смогли. Они так редко виделись, и  порадовать друг друга, пусть даже и мелочью, было приятно. А потом телефон больше не ответил…

Все случилось по дороге в центр Остина. Пьяный водитель на грузовике врезался в водительскую сторону… сразу…насмерть,… и жизнь остановилась… Его жизнь, в которой было столько всего светлого, радостного. Воспоминания вновь хлынули потоком, а в руке грелся уже второй стакан виски…

Позвонил Дэвид Наттер и сказал, что Дженсена  утвердили на пробы в качестве «Дина Винчестера». Дженсен и сам не понимал, расстраивает это его или нет, но все равно был рад получить роль. Назначили дату, и Дженсен приехал, ожидая увидеть толпу таких же молодых людей, как он сам. Но на стульях в коридоре никого не было. У стены сидел только Джаред, который читал сценарий. И Дженсен завис на его расслабленной фигуре. Ноги у парня были длинные стройные, тело худое, но было видно, что Джаред посещает спортзал, так как мышцы на его руках хорошо выделялись. Узкие бедра, широченные плечи, огромные руки с длинными, красивыми пальцами. На голове у парня была копна волос, а челка закрывала глаза. Видно было только острый нос и скулы. Джаред в этот момент чему-то улыбался и ямочки на щеках завораживали и притягивали взгляд. От этой картины член Дженсена попытался встать по стойке «смирно», но джинсы немного мешали этому процессу. Дженсен мысленно дал себе пинка под зад, и попробовал думать о несчастных, выброшенных на берег, китах. Это немного отрезвило его и, прокашлявшись, он произнес:

- Привет! – голос немного подвел, но Дженсен взял себя в руки и продолжил – На кастинг?

Джаред медленно повернул голову и его глаза округлились, а губы сложились в идеальную «о». Потом Джаред понял, что пялиться так на незнакомого парня не стОит,  взял себя в руки и сказал:

- Ага…Привет.. На кастинг, точно – голос немного подрагивал, а буквы с трудом складывались в слова.

- А где все остальные? Я что, опоздал? – спросил Дженсен.

- Нет, что ты! Я сам удивился, когда пришел. Кстати, я Джаред – он улыбнулся так светло, что Дженсен подумал, что солнце решило заглянуть в полутемный коридор и поселиться там навсегда.

- А я Дженсен. Дженсен Эклз. Приятно познакомится – и протянул руку для приветствия.

Джаред встал и оказался на целую голову выше немаленького такого Дженсена. Дженсен же привык, здороваясь, смотреть людям в глаза. И для этого ему пришлось оторвать свой взгляд от длинной, и такой манящей провести по ней языком, шее, и посмотреть в глаза Джареду. Взгляд этих глаз окончательно добил Дженсена. В них была смесь восхищения, хитринки и радости. Они были непонятного цвета: серо-каре-зеленые, некоторые называют такой цвет ореховый, а по форме напоминали глаза хищного зверя. Впервые Дженсен смотрел на кого-то снизу вверх. Девушки всегда были ниже его ростом, даже если и занимались модельным бизнесом, а парни в основном либо такого же роста, как и он сам, либо чуть ниже. А сейчас Дженсен чувствовал себя как-то странно. Но внутри не было паники, а был интерес, замешанный на желании обвить эти длинные ноги вокруг свой талии и впечатать в стенку, целуя эти губы, и видя, как расширяются зрачки в этих невозможно-прекрасных глазах. Сам Джаред часто рассказывал на конвенциях, что в первый момент, когда увидел Дженсена, то задался вопросом: «А точно ли они снимают научно-фантастический сериал о двух братьях?». Ведь Дженсен обладал удивительно гармоничной внешностью и был довольно красив для мужчины. Многие женщины продали бы душу дьяволу за такие пушистые ресницы и четко очерченные губы, как у него. Что уж говорить об огромных зеленых глазах. Но Джаред обратил не только на это внимание, но и на россыпь веснушек и лучики морщинок возле глаз, на улыбку и взгляд, от которого бежали мурашки по позвоночнику. А потом он понял, что они стоят и разглядывают друг друга непозволительно долго. Скорее всего, именно в этом полутемном коридоре и возникла та самая «химия», о которой говорили все, кто когда-то работал на «Сверхъестественном».

А потом их позвали на пробы. После прохождения сцены, все, кто был в тот момент в комнате, молчали очень долго. Роберт Сингер, один из первых, выдохнул и сказал:

- Я как продюсер много чего повидал, но такого… Парни, вы просто гениальны.

Джаред и Дженсен переглянулись и синхронно пожали плечами. Это было самое начало. Потом были притирки друг к другу, подколки и провокации. Они привыкали быть рядом 24 часа. Дженсен периодически с ума сходил от близости рядом Джареда, для которого не существовало понятия  «личное пространство» и, который норовил  каждый раз коснуться Дженсена, вызывая тем самым неконтролируемую дрожь во всем теле последнего. У них нашлось много общего. Часто они вместе играли в приставку и смотрели футбольные матчи, пили пиво и кадрили приглашенных «звезд» и «звездочек». Дженсен периодически снимал напряжение с очередной красоткой или летал на выходные к Дани, чтобы, как ему тогда казалось, не возникла зависимость именуемая «Джаред Падалеки». Но сколько от себя не бегай – убежать не возможно. Ты только создаешь видимость контроля, а на самом деле уже давно подсел на этот наркотик.

Однажды Дженсен до такой степени находился в состоянии близкой к панике и  думал, что не выдержит и завалит Джареда на ближайшую горизонтальную поверхность, что убежал в свой трейлер. А Падалеки, не думая, что является причиной такого поведения Эклза пошел за ним. Дженсен, влетев в свой трейлер, не запер дверь, а тут же отправился в душ, так как напряжение превышало все видимые границы, и его срочно нужно было снимать. И именно в этот момент ввалился Джаред. Джаред услышал возню в душе, потом до его слуха долетело рваное дыхание и недвусмысленные влажные звуки. А потом стон и его имя. От всего этого его бросило в жар, и он выскочил как ошпаренный на улицу и долго восстанавливал свое сбившееся дыхание и мысли. С этого момента, а это было начало второго сезона, Джаред старался поменьше попадаться на глаза своему партнеру вне работы, хотя и продолжал вместе с ним смотреть матчи и играть в приставку. Только стал меньше касаться и проявлять сою неуемную энергию. Дженсена это поведение первое время радовало, а потом начало напрягать. Ему не хватало прежнего Джареда, и он решил откровенно с ним поговорить. Падалеки мялся, оправдывался, а потом все-таки рассказал, что явилось причиной такого поведения. И вот тут Дженсен впал в ступор. Он не знал,  как реагировать на все это, а еще и покраснел, как рак,  до кончиков ушей. А Джаред, ни с того ни с сего, вдруг встал и  начал ходить по комнате, размахивать руками и орать:

- Ну, что? Что мне нужно было делать? Кидаться тебе на помощь в тот момент? Или обнять и сказать, что ты все неправильно понял? Я хотел быть тебе другом. И если я своим поведением провоцирую тебя на подобные мысли, то я предпочту поменьше прикасаться к тебе, но быть рядом. Мне ведь с тобой комфортно, Эклз. А тебе надо докапываться, что и как. Ну! Получил свои ответы?! И что ты с ними теперь будешь делать?

Дженсен завис от такой бурной реакции и так и остался стоять столбом, не произнеся ни одного слова. Джаред выбежал из комнаты, хлопнув дверью с такой силой, что Дженсен аж подпрыгнул от неожиданности, а потом вдруг ноги его перестали держать и он сел на диван и зарылся пальцами в волосы, повторяя только одно: «Какой же я идиот».

Потом наступил перерыв, и они разъехались по своим делам. Джаред поехал с Сандрой в ЛА, а Дженсен к родителям. Приехал он к ним в полном раздрае. Никак не мог собрать себя, а свои мысли направить в позитивное русло. Ему вдруг до ломоты в суставах захотелось прикоснуться к Джареду, взбить его непослушные волосы, толкнуть в плечо. Он взвыл от невозможности сделать это, а потом в комнату вошла Дона, присела рядом и погладила его по голове, и Дженсен разрыдался, уткнувшись ей в колени. Мать сразу поняла, что ее сын, наконец-то влюбился, по-настоящему. Их разговор продолжался всю ночь, а на утро Дженсен забылся спокойным сном, словно напряжение всех съемок, проблем, тоски и боли испарились, как и не было.

Сейчас даже это бы ему не помогло. Бутылка опустела, и выпала из рук… Дженсен опять уснул в неудобной позе на диване. В замке повернулся ключ. В комнату тихо вошел Джаред. Он встал на колени возле дивана и, медленно, нежно погладил Дженсена по голове. Повторяя, глотая слезы: «Что же мне с тобой делать, любимый? Как тебе помочь?». Его боль тоже была слишком большой, а глупое сердце разбивалось на мелкие осколки.

Дженсен перевернул его такой правильный и идеальный мир одним взмахом своих пушистых ресниц. Своим спокойным, но твердым характером, улыбкой, отношением и одинаковыми мыслями. Они слишком становились братьями, и Джаред боялся разбить такую хрупкую дружбу. Но он очень хорошо понимал после того случая, что все изменилось. И знал, кем является для Дженсена. Но сам тогда еще не понимал, что уже безгранично влюблен в этого парня. Все чаще, обнимая хрупкую Сандру, он вспоминал, как в шутку прижимал к себе Дженсена, крепкого, тяжелого и не боялся ничего ему повредить. Целуя ее губы, вспоминал, как Дженсен касался своими обветренными губами виска Джареда или шуточно целовал того в нос. И все это стало приходить в голову Джареда чаще и чаще. Они писали друг другу смс и периодически созванивались в конце каждого дня, после чего Джаред спокойно засыпал с блаженной улыбкой, а Дженсен натирал мозоли на руках и члене в дУше.

Однажды все изменилось. Они как всегда после съемочного дня дурачились в трейлере, играли в приставку, пиная друг друга локтями, мешая и веселясь над промахами другого. Джаред выиграл и не думая о последствиях своих действий со всего маху прыгнул на Дженсена и завалил того на пол. Пытался защекотать, схватить за руки и творя прочие непотребства, от чего Дженсен смеялся не переставая и извивался под Джаредом словно уж. А потом оба резко остановились. Дженсен до боли вцепился в бицепсы Джареда, а тот, вдруг почему-то, резко наклонился и поцеловал Дженсена в губы. Это не был нежный поцелуй, а грубый сминающий, похожий на укус. Дженсен выгнулся под ним и схватил Джареда за волосы. Ответил на поцелуй также резко и нетерпеливо. Джаред застонал в поцелуй и еще сильнее вжался в Дженсена каменным стояком. Но даже не удивился этому, все мысли были сосредоточены на одном: «мое, взять, пометить, никому не отдать». Дженсен плавился в его прикосновениях. Еще где-то на задворках подсознания билась мысль, что все неправильно, а тело принимало ласки, того о ком он мог только мечтать.

Джаред больше не мог сдерживать себя. Он торопился, срывал с Дженсена одежду и выцеловывал каждую веснушку, которая попадалась на открытых участках тела. Он не пытался анализировать свои действия, просто делал то, чего он так боялся и хотел одновременно. В какой-то момент Дженсен резко отстранился и сдавлено прошептал:

-Ты уверен? – при этом своим взглядом готов был прожечь в Джареде дыру.

-А ты? – хрипло ответил ему Джаред – Ты понимаешь, что только ты делаешь меня таким. Только о твоей заднице, последнее время, мои мысли и это не просто, Дженс. Другие мужики для меня пустое место, но с тобой я забываю обо всех женщинах, которые были в моей жизни. И ты еще спрашиваешь, уверен ли я…

Он не успел договорить. Дженсен быстро перевернул его на спину и стал стаскивать одежду. Дальше разговоры закончились, и осталась только, выжигающая все на своем пути страсть. Дженсен и не подозревал, что так сильно будет хотеть этого парня. Джаред растворился в ласковых и умелых руках. Принимал все, что давал Дженсен и отдавал с еще большим энтузиазмом. От такого Падалеки Дженсен чуть не кончил в самый первый момент, но сейчас хотел его в себе так сильно, что подготовил себя сам на глазах изумленного Джареда и не задумываясь начал насаживаться на возбужденный член. Джаред зажмурил глаза. Ни с одной женщиной, он не чувствовал себя так тесно, жарко и…правильно? Мысль пришла и ушла с потоком нахлынувших новых ощущений. Потом они долго лежали, смотря в потолок, переплетя пальцы до белизны в суставах. Теперь это было правильно, так как давно хотелось.

Жизнь пошла своим чередом. Съемки, первые конвенции, путешествия и ночи, только их ночи. Дани поняла тогда все сразу: по улыбке, взгляду, по жестам и движениям. Но всегда была рядом. А потом наступил 4 сезон и Миша Колинз. Старше Дженсена, полностью раскрепощенный и не имеющий границ. Дженсен не влюбился, нет. Просто это было иное, что-то на границе сознания и подсознания. Этот мужчина плавился уже под его ласками и отдавался так, как никто и никогда. Мише было плевать, любит его Дженсен или нет, он понимал, что для Дженсена Джаред единственный и навсегда, а между ними лишь секс. Джаред никогда не подставлял свою задницу ни под чей член и даже гордился этим, но охотно и с неизменной страстью трахал Дженсена и был счастлив.

Рим, итальянский город, поменял расклад однажды и навсегда. Та конвенция памятна для всех них тем, что для Падалеки она стала трагедией, а для Дженсена и Миши новым шагом в их отношениях. Джаред тогда был уже благополучно женат на Женевьев, а Дженсен только что женился на Дани. Сестра Жен попала в больницу, и Джаред не смог поступить иначе, как полностью поддержать Жен в это непростое время и улетел с ней в Штаты. Миша и Дженсен сами вытягивали конвенцию. Делали все, чтобы фанаты не скучали, заигрывали друг с другом. Но на самом деле это была лишь видимость, да несколько хороших глотков виски. Дженсен был постоянно на телефоне, смс и нервах. Миша, как мог, поддерживал его и пытался скрасить эти дни без Джареда. Поклонники посылали слова молитв и поддержки, а Миша напивался и развлекал Дженсена по мере возможности. В один момент все перевернулось. Миша, в гостиничном номере,  встал на колени перед не очень трезвым Дженсеном и отсосал ему так, что тот кончал сладко, мучительно и долго, а потом Дженсен не думая оттрахал Мишу по самые гланды и уснул сном младенца, отпустив всего себя и свои страхи и боль. Утро отозвалось головной болью и отвратительным состоянием души, так как память никуда не делась и подкидывала ему картинки прошлой ночи. Дженсен понял, что Миши нет и, вздохнув с облегчением, поплелся в душ.  Но на завтраке они пересеклись, и Миша понял, что не стоит подходить к Дженсену в данный момент. Эклз умел убивать одним лишь взглядом. Тогда Миша и понял, что вся прошедшая ночь была не чем иным, как способом спустить пар. А еще понял, что ему ничего не светит, после того как услышал телефонный разговор. Понять, что Дженсен говорит с Джаредом, не составило труда. Эклз нервничал, потирал шею. Краснел и говорил приглушенно. Потом, когда на том конце положили трубку, Дженсен медленно сполз по стене, и зарылся руками в волосы. Миша, убедившись, что их никто не видит, сел рядом с Дженсеном и сказал:

- Прекрати себя винить. Я тоже хорош…Не смог удержаться от соблазна побыть под тобой. Сам знаешь, как я давно этого хочу. – Дженсен попытался возражать, но Миша остановил – Послушай… Давно… Очень... Но для тебя, кроме Джареда никого и нет с тех пор как вы стали спать вместе. Я подумал, что смогу его заменить. Знаешь, если, то, что было прошлой ночью, будет повторяться, хотя бы раз в год здесь, я буду счастлив. Я не прошу любить меня или давать обещания, просто подумай об этом. Джаред никогда не подставит свою задницу под твой член, а я буду делать это всегда, когда тебе это будет нужно. Просто подумай, Дженс – Миша хлопнул Дженсена по колену, встал и ушел. Дженсен остался сидеть с раскрытым ртом и удивленным взглядом, провожая им, уходящего Мишу.

Джаред был в бешенстве. Этот случай и измена Дженсена тогда больно задели его. Но он настолько любил это зеленоглазое чудо, что не смог разорвать все, что их связывало. Ведь дело даже не в сексе. Они были близки душой, сердцем. Они стали друг для друга опорой  и поддержкой. Больше чем друзья и даже братья. И Джаред простил. Дженсен не мог поверить, что это могло быть правдой, и был безумно счастлив, поклялся самому себе, что больше никогда не придаст «своего мальчика». Все наладилось. Они новь проводили дни и ночи на съемках вместе. Их жены настолько смирились с данной ситуацией, что даже перестали сучить по этому поводу. Особенно Женевьева.

Она сначала сильно ревновала Джареда ко всему, что движется. Приезжала на съемки и следила за всеми партнершами-актрисами, с которыми снимался Падалеки. Но однажды, когда они еще только встречались, просто случайно увидела как ее «супернатуральный» парень целует своего партнера Дженсена «в десны» и при этом вжимает того в стену трейлера. Она испытала шок. Потом долго плакала в трубку, разговаривая с Дани, и та успокаивала ее как могла. Говорила, что это лучше, чем, если бы у Джареда была очередная актрисулька и просила ее понять, что они слишком давно вместе, чтобы что-то разрушать.  Жен слушала и понимала, что нужно поговорить с Падалеки и выяснить все раз и навсегда. Она вечером встретила Джареда при полном параде, была мила и красива. Они прекрасно поужинали. Потом занимались любовью, и Джаред даже удивлялся, что такое случилось. Первым делом подумал о ребенке, наивный дурак. Но Жен завела разговор совсем о другом.

-Джей, последнее время, я заметила, что ты часто торчишь с Дженсеном. То с ним на рыбалку, то на покатушки, то срываешься и едешь к нему на съемки, когда у тебя есть еще минимум неделя до твоих сцен. Может объяснишь мне все это?

Джаред сглотнул и как-то покраснел даже. Он понимал, что от цепкого взгляда Жен не может ничего укрыться. Но он считал себя неплохим актером. Ведь им с Дженсеном как-то удавалось скрывать от нее, что они вместе, когда Жен играла «Руби». А это не много ни мало целый год.

-Э..- протянул он – ну.. мы же как бы друзья. Я его зову и он тоже приезжает. Просто скучаем иногда друг по другу. Да и вообще, могут же у мужиков быть свои интересы, – здесь уже сквозило возмущение.

Но Жен все вдруг отчетливо поняла и тот поцелуй ей точно не привиделся. Но терять такого парня, которого она по-настоящему полюбила, не хотела. Она мягко улыбнулась, прижалась к Джареду всем телом и тихо сказала:

- Я все видела, Джаред. Он и правда так хорош, что ты заделался в геи?

Джаред вспыхнул, покрылся пятнами. Его затрясло и он прошептал, срывающимся голосом:

-Как ты …Что ты… Ты не могла… - и откинулся на подушку, смотря в потолок невидящими глазами. Сразу куча мыслей пронеслась в его голове, что Жен его бросит, что Дженсен узнает, что она знает и прочее и прочее. Он повернул голову и посмотрел в ее карие глаза. Она улыбалась.

-Знаешь, - сказала Жен, - Я столько всего передумала, что ты завел роман с актрисой, что у тебя кто-то появился из поклонников, а все оказалось так просто. Я не гомофобка и никогда ей не была. Джаред, но скажи: как долго все это продолжается?

- Со второго сезона. Жен, послушай… Я понимаю, как это все выглядит, я должен был тебе все рассказать… особенно сейчас, когда мы стали парой. Но я не знаю, как это объяснить. Я его люблю. Но и тебя люблю также сильно. И не могу выбирать между вами. Нам с ним достаточно того, что у нас есть сейчас. А про нас с тобой я думаю, как о будущем. Мне хочется детей, семью именно с тобой. Понимаешь?

-Джаред, - Жен слегка удивилась,  а ее сердце подпрыгнуло от радости, - ты мне делаешь предложение? – глаза ее загорелись, и в них отразилось счастье.

Джаред понял, что назад уже не отмотает. И все мечты о том, что «долго и счастливо с Дженсеном»  разбились о блеск ее карих глаз. Он сказал:

-Да. Это правда. Я бы этого хотел.

Жен улыбнулась, поцеловала Джареда и сказала:

- Знаешь, Падалеки. Я согласна. И, лучше пусть это будет Дженсен. Других женщин в твоем окружении, кроме твоих мамы и сестры, я не потерплю, имей это ввиду, – она взяла паузу, а потом добавила. – Теперь понятно, почему иногда ты называешь меня Джен. Ведь и его ты зовешь точно также. Давай так: он на съемках, презентациях и конвенциях. Я  - в жизни.

Джареду ничего не оставалось, как сказать «да, конечно, дорогая». Он понимал, что ему еще предстоит сложный разговор с Дженсеном. Это был декабрь 2009 года.

Этот разговор Джаред не забудет никогда. Он уже понимал, как Дженсен воспримет фразу «Нам надо поговорить». Джаред рассказал о том, что Жен все видела и все знает, а самое главное, что он сделал ей предложение, правда пока без кольца и свидетелей, но назад он уже поворачивать не станет. Лицо Дженсена изменилось в одну секунду, став лицом «Дина Винчестера». В глазах появилась холодная сталь, черты лица заострились и стали похожи на восковую маску. Дженсен процедил сквозь зубы:

- Ты что сделал? – его голос и тон не предвещали Джареду ничего хорошего. – Ты вообще соображаешь, что ты натворил? Какая-то девка стала тебе ближе, чем я? И лишь только потому, что это правильно, что она может дать тебе детей и все твои родственники, наконец, вздохнут с облегчением? В этом причина? А мы? Джей.. Мы? – Дженсен сам того не понимая сжимал и разжимал кулаки, нависая как скала над, сидящим на диване, Джаредом. В его глазах стояли злые слезы.

Джаред смотрел на своего Дженсена и видел чужого человека. Сердце в этот момент сжималось от боли и неотвратимого чувства потери. Он с трудом произнес:

- Джен, это не так. Мы всегда были и будем. Жен сказала, что все понимает, и не будет заставлять меня выбирать. Только…

- Что? – выдавил Дженсен – Она поставила условие? Какое? Ну! Добей меня окончательно!

Джаред весь сжался, как от пощечины. Кажется, он даже забыл, как дышать. Но взял себя в руки и сказал:

- Она согласна, что ты будешь рядом на съемках, конвенциях…То есть по работе… И…

- Не продолжай – Дженсен выставил вперед руку, как бы говоря «заткнись уже» - Значит только на работе. Так… Что ж она умная. Только вот я не готов быть с тобой наполовину. Я выбрал тебя Джаред из всех. Мне никто не нужен, слышишь! – потом вдруг произнес очень тихо, опустив голову – Что же ты наделал…

Джаред вскочил со своего места и оказался нос к носу с Дженсеном. Дженсен опустил голову. Джаред  посмотрел на его макушку и прошептал:

-Нет, нет, нет… Джен, только не так… Я не смогу без тебя, слышишь. – Джаред попытался обнять Дженсена, но тот отдернул плечи от его рук и поднял голову.

В глазах Дженсена теперь застыла тоска. Они стали мутно-зеленого цвета и в них плескалась боль  вперемежку со слезами. Как всегда снизу вверх. Так привычно… И теперь так больно смотреть в них и не видеть ничего. Пустота.

- Не смей ко мне прикасаться – зло сказал Дженсен.

- Ударь меня, Джен. Я согласен на все, только не смотри так, как сейчас. – Джаред смотрел умоляющим и одновременно решительным взглядом.

Дженсен рыкнул и ударил Падалеки в скулу. Плевать, что потом будут говорить гримеры и, как на них будут орать продюсеры. Плевать на все. Сейчас надо объяснить этому идиоту, что он натворил. Слова бесполезны… Дженсен занес руку для второго удара и понял, что Джаред не будет сопротивляться, отвечать и обороняться. Он примет все, как и сказал. Дженсен опустил руку, а потом рывком схватил пепельницу со стола и зашвырнул ее в стену трейлера. Потом начал крушить все, что попалось. Самое главное молча, без единого звука. Только частое и тяжелое дыхание нарушало тишину. Джаред не двигался. Он все понимал и давал Дженсену громить трейлер до конца. Не единого слова, Дженсен так и не произнес. Перед ним оказалась дверь трейлер,  и он пнул ее со всего размаха, а потом вышел,  даже не оглянувшись.  Джаред тяжелым взглядом осмотрел бардак и опустился на диван. Силы покинули его как-то сразу. Ноги перестали держать. Джаред запустил руки в волосы и дал волю слезам. Никогда, до и после этого случая он так не плакал.

Дженсен в тот вечер напился и поехал к Дани. Та, кто его всегда принимала в соплях и в слезах, с разбитым сердцем, та, которая была с ним в горе и в радости, открыла дверь и, поняв, что с Дженсеном что-то не так, не стала задавать вопросы. Дани осторожно подвела Дженсена к дивану и уложила его. Голову Дженсена она положила себе на колени. Потом услышала всхлип и тихо сказала:

- Ну, что ты? Все образуется Дженс. Что только у тебя не было в жизни. У тебя как у кошки девять жизней. Все будет хорошо, – и начала тихонько перебирать светло-русые пряди.

Дженсен распахнул глаза и резко сел. Его немного мутило от выпитого. Но он четко осознавал, что произошло в его жизни и, что пришел сейчас к самому верному и надежному человеку.

- Нет у меня жизней, Дани. Без него нет больше ни одной. Эту бы протянуть и не загнуться, – сказал так, словно завтра уже не наступит. Дани испугалась не на шутку. Такого Дженсена еще она не видела.

- Что произошло? О ком ты? – обеспокоенно спросила она.

            - Джаред… - с трудом Дженсен смог выдавить из себя это имя. – Он сделал предложение Кортез.  – злые слезы душили, и он не смог больше ничего произнести.

            - О, Боже! – воскликнула Дани. – Ты откуда все это взял?

            -Он сам сказал. Мне в лицо. Так как будто это… - Дженсен запнулся. Слова не хотели складываться во фразы. Дани приобняла его и сказала:

            - Успокойся.  Не надо так реагировать, ты же понимал, что когда-нибудь это случиться. Он натурал, Дженс. Пойми, если не Жен, так была бы другая. – Дани посмотрела в глаза Дженсена  - Забудь. Пусть все идет, как идет. Джаред же от тебя не отказался. Он будет с тобой. Просто поменяется статус – теперь ты просто его любовник. Как бы горько это не звучало.

            -О, да. Любовник. Жесть. Я не хочу быть любовником, понимаешь! – Дженсен перешел на крик и вскочил с дивана. Ноги не держали, но он пытался устоять. Дани сочувственно смотрела на него. А потом в нем, как будто что-то переклинило. Он вдруг упал на колени перед подругой и сказал:

            - Выходи за меня. Мне все равно больше никого не найти. Да и не хочу я больше ничего.

Дани сначала опешила, от такого проявления чувств со стороны Дженсена, а потом взвесила все в своей хорошенькой головке и сказала:

            -Конечно, милый. Я выйду за тебя. Горе, ты мое. Знаешь, как давно я ждала этих слов, глупый.  – и она взяла в свои ладошки  голову Дженсена и поцеловала его в губы.

            Дженсена закрутило и завертело от ощущений. Он сам не понимал, что он делает, именно сейчас ему хотелось близости, как никогда. Он полностью отдался своим желаниям, и Дани отвечала с такой же страстью. Никогда после они не занимались любовь так, как было в эту ночь.

            Утром Дженсен с трудом разлепил глаза и понял, что его разбудило. Это был веселый голосок Дани, которая говорила по телефону. Дженсен слышал обрывки фраз: «Мама, это правда, он все-таки решился»; «конечно, приедем на Рождество»; «скажи папе, чтобы не волновался», и т.д.  Дженсен понял, что вчера совершил что-то, что кардинально поменяло его жизнь. А потом вспомнил весь вчерашний вечер и ночь, и застонал, уткнувшись в подушку. «Я сделал Дани предложение» - эта мысль теперь билась в его голове.  Ей, девочке из Луизианы, были даны красота и пробивной легкий характер. Родители дали ей все. Правда карьера гимнастки у нее не сложилась, дальше любительского спорта она не продвинулась. Затем она пробовала себя в модельном и рекламном бизнесе, благо для этого у нее были все данные. Но ее звали в основном для съемок в мужских журналах. Иногда случались эпизоды в сериалах. Но ей всегда не хватало заботы и любви. С Дженсеном они дружили с долго, прежде чем у них случился первый секс. И только на съемках «Десятидюймового героя» они вступили в фазу романтических отношений. Но и это не повлияло на «гулящий» характер Дженсена. Он позволял себе походы налево, да и Дани не отличалась стойкостью и постоянством. Они оба были «би» и поэтому, как никто понимали тягу друг друга, как к своему полу, так и к противоположному. Были случаи, когда Дженсен приходилось вставать на защиту Дани. Когда ей стали приходить письма с угрозами от поклонника, Дженсен был рядом и пообещал даже как-то родителям Дани, что будет с ней и будет охранять. И вот сейчас, слушая ее голос, который радостно оповещал очередную подругу о грядущем событии в ее жизни, Дженсен понял, что нужно подумать о кольце и на Рождество, в присутствии своих родителей и родителей Дани сделать все официально. А Джаред? Что ж? Дани права, когда-нибудь тот бы все равно женился и не на нем. Но, кроме него, рядом с собой Дженсен все равно никого не видел. А Дани… Можно сказать она заслужила это «счастье» по имени «Дженсен Эклз», о котором мечтаю пять миллионов поклонников по всему миру, тем, что принимает его таким, какой он есть.

 

Глава вторая.

"Прошу тепла, ты обещал его и что не нужно больше тебе никого.

На людях не покажешь своих чувств, я тоже от зависимости лечусь.

Ты изучил меня, знаешь наизусть, что всегда на красный свет к тебе несусь".

Эльвира Т «Одержима»

            Джаред писал ему смс и письма на электронную почту, звонил и пытался через друзей связаться с ним и поговорить. Но Дженсен в те дни игнорировал все его попытки. Хотя во сне всегда видел «своего мальчика», целовал, обнимал и трахал или наоборот отдавался, и каждый раз просыпался со стояком и шел в душ снимать напряжение. Это было невыносимо. Рождество, а с ним и зимние каникулы пролетели быстро. Дженсен, конечно же, поздравил Шенон и Джеральда с Новым годом, а те в свою очередь поздравили родителей Дженсена Донну и Алана. Джаред тоже звонил его родителям с поздравлениями и сообщил, что в феврале они с Жен поженятся. На что Донна сообщила, что Дженсен сделал Дани предложение, и они ждут, когда молодые назначат день. Вот с этого момента Джаред не прекращал попытки добиться разговора с Дженсеном. Но тот не шел на контакт. И только Донна, с ее материнским чутьем, чувствовала, что для сына этот брак вынужденная мера, а не большое и светлое чувство. Донна прекрасно понимала, что ее сын влюблен, но только в своего партнера по съемкам, в этого улыбчивого, шумного и очень доброго парня с большим сердцем по имени Джаред. Но что-то между ними пошло не так, раз Дженсен женится на Дани, а Джаред на Женевьеве. Но она еще раньше поняла, что на ее сына давить нельзя и знала, что он сам разберется со своей жизнью. Жаль ей, только, было, эту милую, красивую девочку, которая так нежно прижималась сейчас к Дженсену и смотрела на него сияющими и влюбленными глазами.

            Но все хорошее заканчивается когда-то. И вновь предстояли съемки. Они увиделись с Дженсеном в холодном снежном Ванкувере, и Джаред, не думая ни сколько, накинулся на Дженсена с претензиями, зажав того в углу еще в аэропорту. Дженсен пытался сопротивляться, но тело его выдало само. Вместо того, чтобы отстраниться, он поддался вперед и вжался в тело Джареда. Падалеки ойкнул на полуслове, а потом накрыл своими губами губы Эклза и стал целовать его так сильно, как только мог. Воздуха не хватало в легких, но Дженсен не мог отказаться от смерти в поцелуе со своим парнем. Осознание того, что они, хоть и скрыты стеллажами, но находятся в аэропорту, где каждый второй может их сфотографировать и выложить в социальной сети фото, а это реальный шанс попрощаться с сериалом и карьерой, абсолютно сейчас не напрягало. Хотелось продлить этот момент на всю жизнь. Не прятаться, не скрывать свои чувства и отношения, не жениться, только по тому, что «твой мальчик» предпочел быть, как все. «Жениться»… Эта мысль больно кольнула в ускользающее сознание. Весной он жениться на Дани, а Джаред уже в следующем месяце будет женат на Жен. Как холодным душем окатило Дженсена, и он отпрянул, больно ударившись о стену позади себя. Он распахнул глаза и увидел недоумение и обиду в глазах Падалеки.

            -Нет, Джей. Нет. Я не могу.- Слова с трудом довались ему – Ты сделал выбор, я тоже. Все теперь не так. Я должен быть с Дани, а ты с Жен. Для меня это не правильно, а для тебя верно.

            -Но Дженсен – Джаред умоляюще посмотрел на Экалза – Твое тело все за тебя сказало. Ты меня любишь, меня. Для меня это было так важно. Я думал, что потеряю тебя. Но я не могу без тебя, как ты не поймешь. Ты единственный мужик, на которого у меня стоит, ты тот с кем мне хорошо просто молчать, работать и проводить время. Но я хочу детей, и Жен, та, с кем я этого хочу, которую я, тоже, люблю по-своему. И она сказала, что согласится на твое присутствие в моей жизни, главное чтобы в ней не было других баб. Ты, понимаешь? Она согласилась на то, что ты будешь со мной.  – Джаред практически кричал, нависая над Дженсеном. Дженсен слегка поморщился, а потом сказал:

            - А твоя обожаемая Жен ничего не имеет против того, что мы не всегда будем только работать, молчать и проводить время как друзья? Она спокойно отнесется к тому, что ты меня будешь трахать? – слова были злыми  и вылетали не зависимо уже от мыслей. Хотелось больнее ужалить, обидеть.

            -Господи, - прошептал Джаред – Глупый. Как же я тебя люблю дурака. Конечно. Ей об этом и знать не нужно. Мы же 9 месяцев из 12  вместе будем, плюс конвенты и т.д. Ну, а когда она будет приезжать, что ж будем делать вид. Мы же актеры. Да, и на самом деле, неизвестно, кто из нас больше хочет другого удержать, я ее или она меня. Дженс…. Ни с одной женщиной мне не было так хорошо как с тобой. Просто секс с тобой и с ней это разное. Да и многие «мужские дела» женщинам не интересны. В приставку поиграть, на гитаре, попеть, в футбол и пиво. Это им не понять. А у нас все это есть. И я не хочу от этого отказываться. И если ты меня начнешь гнать в дверь, поверь, я влезу в окно. На коленях буду стоять всю ночь, напишу для тебя балладу и буду петь ее под твоими окнами. Соглашайся? – Джаред состроил свой фирменный щенячий взгляд и Эклз поплыл. Он подумал о том, что ничего не теряет. А наоборот теперь может и сам подумать о детях, так как есть Дани. Возможно, они обсудят с ней данную возможность, ведь она столько раз говорила, что хочет стать матерью. Дженсен улыбнулся и сказал:

            - Знаешь, Джей, есть между нами разница в том, что я женюсь по тому, что женишься ты, а вот ты ее любишь. Я не знаю, как можно все это совмещать, мне этого не понять. Но я знаю только одно, что ты для меня мир и вселенная и я не хочу тебя терять. И, заметь, я соглашаюсь на все это только потому, что ты собрался петь у меня под окнами серенаду, а уж этого я точно не вынесу, – и он уткнулся Джареду лбом в грудь. – Поехали уже домой, а? А то я тут обдрочился на каникулах думая о тебе и видя тебя в своих снах.

            -Боже, - прошептал Джаред, - ты невозможный зануда и заноза в заднице. Поехали уже. Будем тебя затрахивать до пустоты в голове, чтобы не одной самой темной мысли не осталось.

            Они начали уже целоваться в такси, которое везло их из аэропорта. В Ванкувере водители привыкли к однополым парам, их уже было невозможно ничем удивить. Потом Джаред и Дженсен, приняв благочестивый вид, прошествовали через холл к своему лифту. В лифте они опять дали волю своим неуемным чувствам. И Джаред уже даже умудрился расстегнуть молнию на джинсах Дженсена и запустить в боксеры свои длиннющие пальцы. Дженсен выгибался и тихо поскуливал от этих действий. Потом возле двери одной из их квартир, Дженсен с трудом пытался попасть в замок ключом. Джаред при этом нисколько не помогал, а терся о задницу Дженсена стояком и нашептывал самые грязные словечки, на которые только был способен. Эклз плавился от этих прикосновений и слов. Когда они, наконец, ввалились в квартиру, то Джаред только и успел, что захлопнуть дверь, как в нее его впечатало сильное тело Дженсена. Его руки уже вовсю расправлялись с одеждой Джареда и попутно оглаживали, каждый отрывающийся участок. Потом Дженсен лизнул Джареда в скулу, затем в шею, потом прошелся влажной дорожкой по груди, и опустился на колени возле ширинки. Одним движением Дженсен расстегнул джинсы Джареда и стянул их до щиколотки вместе с боксерами. Джаред, наблюдал за всем сверху и видел, как Дженсен посмотрел на возбужденный ствол и облизнул свои губы. А потом его накрыло ощущениями. Сначала Дженсен подул на влажную головку, потом обхватил ствол  рукой и сжал так правильно, как не могут сжать нежные женские пальчики, затем Дженсен насадился ртом практически до конца и Джаред перестал что-либо соображать. Все было так,  как нужно и Джаред чувствовал, что слишком быстро подходит к финишу, но остановить Дженсена даже не попытался. Когда оставался, какой-то миг до разрядки, он запустил пальцы в волосы Дженсена и сильно толкнулся в горячий рот. Дженсен почувствовал, как Джаред сжал волосы и толкнулся, а потом в рот ударили горячие соленые струи и сверху раздался стон, а точнее имя «Дженс». Ничего другого и слышать не хотелось. Дженсен сглотнул вязкие капли, и тут его вздернули вверх сильные руки. Джаред накрыл губы Дженсена своими, и стал вылизывать его рот, забирая собственный вкус. Потом схватил Дженсена и потащил его в спальню. По дороге сдирал с него остатки вещей, чувствуя, как снова возбуждение начинает накатывать. Дженсен растворялся в этой мощи и силе. Ему хотелось подчиняться, отдать всего себя. Джаред с нежностью уронил Дженсена на их общую кровать и стал поцелуями покрывать лицо, плечи и грудь Дженсена, выцеловывая каждую веснушку. Дженсен смотрел на все эти действия своими огромными зелеными глазами. Его ресницы трепетали, а дыхание сбивалось. Тело само выгибалось под умелыми ласками, и он сдался. Послушно перевернулся, когда Джаред попросил об этом и принял открытую позу на коленях, упираясь лбом в подушку.  Максимально открылся и не испытывал никакого стыда, только наслаждение. Джаред усмехнулся, потом провел ладонями по веснущатым ягодицам Дженсена, развел их в стороны и провел влажным языком между ними. Дженсен ощутимо дернулся, но Джаред не ослабил хватки и удержал на месте, а затем продолжил свое увлекательное занятие. В спальне раздавались только стоны Дженсена, влажные звуки и рваное дыхание. Джаред готовил его сам, зная, что размерчик-то немаленький, а у них давно ничего не было. Как говориться: «В Техасе все большое». Сейчас меньше всего хотелось причинить боль любимому мужчине. Дженсен растворился в ощущениях и уже насаживался на язык Джареда. Потом Джаред взял смазку и на нанес ее на пальцы. Холодом обдало сразу, и Дженсен слегка зажался. Джаред другой рукой погладил его по пояснице и зашептал:

            -Ну же, мой хороший, расслабься. Сейчас все будет, – и вошел сразу двумя пальцами. Почувствовал, как Дженсен рефлекторно сжался на них, но потом расслабился и сам насадился почти до конца.

            - Не могу больше, Джей – рваным шепотом почти умолял Дженсен. – Давай уже. Не стеклянный же я.

            Это стало спусковым крючком, и Джаред вытащил пальцы. Потом пристроил головку к входу и стал медленно входить. Дженсен опять застонал и Джаред остановился на полпути. И вдруг Дженсен поддался назад и резко насадился до конца. Джаред аж вскрикнул и уткнулся Дженсену между лопаток, мокрым от пота лбом. Дженсен дышал тяжело, но смог процедить сквозь сжатые зубы «Давай уже, двигайся», и Джаред отпустил тормоза. Вбивался размашисто, то выходя почти до головки, то входя сразу и резко. Постоянное попадание по простате, поцелуи в спину и собственная рука на члене неумолимо вело Дженсена к финишу. Он почувствовал как толчки Джареда стали рваными, слышал его сбивающееся дыхание и свое имя «Дженс, Дженс, Дженс..». Потом все взорвалось какими-то неведомыми яркими красками. На мгновение даже наступила темнота, а потом он почувствовал, как на спину навалилось тело, а в заднице пульсировал член Джареда. И тут уже ноги перестали держать и, если бы не Джаред, который подхватил его вовремя, то Дженсен мог бы себе что-то повредить. Потом они лежали на спине и смотрели в потолок. Джаред переплел  свои пальцы и Дженсена. И ничего на свете им было сейчас не нужно. Эта ночь была для них. Да и сколько таких ночей еще было впереди.

Спали они, как младенцы. Разбудил их только звук будильника и запах кофе из кофе-машины. Сегодня предстоял очередной съемочный день. Клиф заехал за ними как всегда в 8 утра. Посмотрел на парней и понял, что все у них хорошо. Дженсен улыбался как начищенный русский самовар, только походка была какой-то скованной. Клиф подумал, что у Дженсена опять болит спина. Хотя только Дженсен и Джаред знали, что у Дженсена дискомфорт, в другом месте, гораздо ниже поясницы. Джаред с нежностью смотрел на своего мужчину и старался прикоснуться, погладить. Дженсен был счастлив и спокоен. Все в его душе и теле стало гармонично. На площадке они дурачились, обнимались, и на долго зависали, глядя друг на друга. Миша покусывал нервно губу, а Марк посмеивался в бороду, понимая, что эти двое явно не в шахматы играли этой ночью.

Свет померк, когда на площадку примчалась Женевьев. Она сейчас готовилась к свадьбе и была вся на взводе. То, каким взглядом она одарила Дженсена, можно было уничтожить целую армию противника. Женевьев никогда не была злой или завистливой. Она привыкла добиваться всего сама. Она не была великой актрисой и не стремилась в звезды. Играла эпизоды в сериалах, была приглашенной звездой. Иногда участвовала в благотворительных акциях или в фешен-компаниях. Потом ее пригласили на роль «Руби» в «Сверхъестественное» и она, не задумываясь, согласилась. Ходили слухи, что ее туда даже пропихнул Джаред, познакомившись с ней на тусовке. Но на самом деле она, как и многие прошла пробы, и только потом Джаред сказал свое слово и ее взяли в постоянный состав 4-го сезона. Она была старше Джареда, но его это не заботило. На тот момент он закончил свои трехлетние отношения с Сандрой и был в свободном плавании, если не считать «любовь всей его жизни» Дженсена Эклза. Сандра просто не приняла Дженсена и, застав их целующимися на диване в гостиной, предпочла закончить отношения с Джаредом, так как не хотела того ни с кем делить. Они даже обыграли это на площадке. Сандра сыграла «демона перекрестка», которую «Сэм» (Джаред) убивает из кольта. Аллегория всего этого действа была понятна фанатам, так как ранее Джаред и Сандра объявили о своем расставании.

Женевьев, имя которой было на самом деле Дженнифер, была приветлива со всем кастом, дурачилась, смеялась, но была немного холодна по отношению к, неуемному и шумному, Джареду, а тот чуть ли не из кожи вон лез. Дженсен, тогда еще не зная, чем это их общение с Жен обернется для всей их дальнейшей жизни, только подкалывал Падалеки и воспринимал все как просто очередную блажь «своего мальчика». Джаред всегда любил миниатюрных девушек, с темными густыми волосами и карими глазами. Почему его так переклинило на Дженсене, который хоть и обладал великолепным лицом, глазами и потрясающими губами, от миниатюрной девушки отличался как персик от ананаса. Плюс обладал плотным телосложением, кривыми ногами и занудным, скрытным характером. Джаред по капле выжимал из него эмоции, раскрывал каждый «замочек» очень аккуратно.  Но оно того стоило. В награду он получил самого заботливого друга, брата и любовника в одном флаконе.  Так и с Женевьев он пытался действовать тактично и каждый раз радовался, когда она кидала свой взгляд в его сторону или смеялась его шуткам. Жен же испытывала двойственное чувство. Она впервые встретила интересного человека, умного, с большим сердцем и яркими эмоциями, но при этом боялась, что Джаред так же легок и в отношениях. Гораздо позже она узнала, что Джаред никогда не начинал новые отношения с девушками, пока не закончит старые. Они как-то быстро оказались в одной постели, и Жен получила еще и великолепного любовника, но вот наличие Дженсена, ее всегда смущало. Теперь все встало на свои места, и она была счастливой невестой.

На репетиции свадьбы даже побывал Дженсен, но держался обособленно, особо ни с кем не общался, а только кидал задумчивые взгляды в сторону счастливого Джареда. До последнего момента не было точной уверенности, что Дженсен будет на этой свадьбе. Но Джареду каким-то немыслимым образом удалось уговорить Эклза стать шафером на свадьбе. Хотя основную роль отвели брату Джареда Джеффу. Дженсен всем своим внутренним нутром противился этой свадьбы. Не мог видеть, как Джаред восхищенно смотрит на, идущую по проходу, Жен и как слезы у того наворачиваются на глазах, когда они зачитываю клятвы. Зная, что ночь Джаред провел в его объятиях, как впервые за все их отношения подставил свою задницу под член Дженсена, чтобы запомнить, впитать навсегда. Дженсен не понимал, как это возможно. Он сам всегда был непостоянным в отношениях и никогда не говорил «люблю». Считал, что скажет это одной единственной или единственному, с кем захочет провести всю совою жизнь. Таким человеком и стал для него Джаред. Потом, после церемонии уже на праздничном ужине он даже смог сказать речь, пошутить и собрать аплодисменты. Джаред расчувствовался и потом, когда торжественная часть подошла к концу и все слова были сказаны, утянул Дженсена в туалет и там отсасал ему так, что Дженсен еще долго приходил в себя, уже в одиночестве, сидя на крышке унитаза в туалетной кабинке. Джаред был весь вечер как энерджайзер, веселился, обнимал свою ненаглядную супругу и держал в поле зрения еще и Дженсена, всегда угадывая, где тот находится. Потом молодые поехали в отель, а Дженсен остался в верхних комнатах поместья, где проходила свадьба. Он сильно устал. Эмоции вечера нахлынули на него и придавили гранитной плитой с надписью дат рождения и смерти. Сегодня часть его сердца умерла. Так ему тогда казалось. Он уснул сразу, как только голова коснулась подушки. Утром он не как не мог понять, где он и почему его целуют чьи-то губы. Когда он распахнул глаза, то увидел слегка припухшее лицо Джареда, на голове которого красовалось гнездо из нечесаных волос.

-Дженс – простонал Джаред – ты так замечательно спишь, что я не хотел тебя будить. Нам с Жен пора в аэропорт. Мы слетаем на несколько дней в Аспен. Побудем немного вдвоем. Она так хочет. А потом я весь твой,  на все съемки. Не смог не попрощаться.

Дженсен ничего не сказал, просто притянул Джареда за голову и поцеловал сильно и в тоже время нежно. Он все понимал. Скоро и ему предстояло сочетаться браком с Дани и оставить на несколько дней это сокровище. Так было нужно. Джаред сказал «люблю» и исчез за дверью номера и Дженсен вновь провалился в сон.

Теперь была весна. Дженсен проснулся в объятьях своего «йети» и понял, что счастлив по настоящему. За это время ему удалось наладить дружеские отношения с Жен. Даже Дани сдружилась с Жен и они часто проводили время вместе. Дженсен, наверное, был бы рад этому обстоятельству, но сейчас нервничал в связи со свадебными торжествами. Сегодня он улетал в Даллас. Джаред должен был прилететь позже уже к самому торжеству. Он должен был отвечать за кольца. Если Дженсен заставил себя, через неимоверные душевные муки, присутствовать на свадьбе Падалеки, то Джаред очень легко согласился побыть «кольценосцем». Жен, зная своего неугомонного муженька, решила его не оставлять и затесалась в многочисленную группу подружек невесты, как «девушка с цветами». Все были счастливы, и только Дженсен периодически впадал в истерику и нервничал много и иногда не по делу. Джаред был тем самым громоотводом для всех, потому что истеричный Дженсен – это страшно. День торжества прошел как нельзя лучше. Если сравнить эти две свадьбы, то разница была очень заметной. Жен и Джаред приняли решение о скромной, даже где-то деревенской, простой свадьбе с друзьями и близкими.  Дани же решила, что ее свадьба будет роскошной, такой, чтобы весь мир ей завидовал. И это не было чем-то дурным, нет. Она имела право отметить этот день, как считала нужным. Дженсен ей не сопротивлялся. Он последнее время предпочитал скромно отмалчиваться, когда его будущая жена развивала бурную деятельность. И все стали считать Дани стервой, а Дженсена подкаблучником. Но это было не так. Они очень нежно относились к словам и поступкам друг друга и всегда поддерживали. Но на свадьбе Дани решила показать всем, что именно она, а никто другой, стала спутницей одного из самых завидных женихов в мире.

У них так и не было медового месяца. Дженсен вернулся на работу и у Дани был свой проект. Но в июне они наверстали упущенное время и несколько прекрасных дней провели в Белизе. Занимались дайвингом, плавали в прекрасном Карибском море и получали удовольствие от близости друг с другом. Хотя каждый вечер Дженсен обязательно звонил Джареду или писал смс, рассказывал, как провел день, делился эмоциями и впечатлениями. В эти моменты Дани снисходительно улыбалась и передавала привет Женевьев. Конечно же, они привезли сувениры. Дани, как девушка любящая драгоценности, купила себе украшения. Дженсен купил себе что-то из нефрита, а Джареду (ну куда же без него) набор кубинских сигар. Попутно они обеспечили сувенирами и всех своих родных и близких.

Время шло своим чередом. Все чаще Джаред старался проводить больше времени с Жен, с которой они, уже в серьез, задумывались о детях. Дженсен пока не знал, хочет ли он детей и всякий раз откладывал это решение, хотя Дани говорила, что уже пора. Первый ребенок Том родился у Джареда в 2012 году, а через год Дженсен и Дани объявили о рождении Джастис Джей. Дженсен обожал свою малышку, старался при первой же возможности побыть вместе с дочкой. Дани видела, как загорались его глаза, как он превращался в мать-наседку и, конечно, очень радовалась этому. Даже не смотря на то, что понимала, что дочку Дженсен любит больше, чем ее. Она смирилась с тем, что в жизни ее мужа была одна и очень большая любовь по имени "Джаред Падалеки". И, если, со стороны Джареда это было обычным состоянием влюбленности в своего партнера по съемкам, друга и брата, то Дженсен именно любил, любил того как своего мужчину, как свою половинку, которой никогда не стать никому из женщин, даже Дани. И она это понимала. Для нее стало важным то, что у нее статус не просто подружки, а жены, матери его ребенка. Это приносило успокоение и уверенность в завтрашнем дне. Дженсен был заботливым и ответственным за свою маленькую семью. Он зарабатывал достаточно для того, чтобы обеспечить все потребности своей супруги и своего ребенка. Единственное чего он не мог им дать - это время. Его катастрофически не хватало. Телефон и скайп не могли заменить тепло живого общения. Но он старался побыть с семьей подольше, как и Джаред. Поэтому все отпуска они проводили отдельно. Поэтому их встречи после, всегда были такими бурными и они за, неделю до съемок, приезжали в свои ванкуверские квартиры, чтобы просто не вылезать какое-то время из постели, затрахивая друг друга до полусмерти. В этом была вся их жизнь. Потом Дженсен понял, что и в отпуске не может без Джареда, это осознание пришло как-то на берегу океана в их с Дани доме в ЛА. Она тогда посмотрела на его задумчивый вид и спросила:

- Скучаешь без него? - и  мягко взяла его за руку.

Дженсен накрыл ее руку своей и сказал:

-Да. Знаешь, они купили дом в Остине. Там рядом есть еще один с бассейном и кучей всего нужного. Он  большой и там отличная территория вокруг. Ты же знаешь, я всегда любил свой родной Техас.

- Конечно, как скажешь, милый - улыбнулась Дани. - Тем более там еще и озеро есть, "Остин лейк", кажется. Жен говорила, что дом имеет еще и пристань. Так, что ты сможешь и порыбачить и на лодке покататься, можно серфингом заниматься и до родителей твоих не так далеко.

- Это все, конечно, замечательно. Но тогда придется продать этот дом. - Дженсен печально обвел взглядом окружающее пространство. - А ты любишь океан, а еще может подвернутся работа на киностудии.

- Эй, Эклз - засмеялась Дани. - Я что зря выходила за тебя замуж? Я уже приняла решение, пока Джей Джей маленькая я не буду работать. У ребенка должна быть хотя бы мать, раз папочка зарабатывает нам на жизнь, - и она вновь улыбнулась.

Дженсен посмотрел в ее лучистые карие глаза, и в который раз удостоверился, что сделал самый правильны выбор в своей жизни, отдав руку этой замечательное женщине. Увы, сердце он отдал другому, но нисколько об этом не жалел.

- Хорошо, дорогая - произнес Дженсен, улыбаясь - Тогда все решено. В ближайшие дни оформлю сделку. Тем более у нас остается квартира в ЛА, так что будет куда приезжать и где селиться.

Так оно и произошло. Счастью Джареда не было предела. Он прыгал как сумасшедший вокруг Эклза по всей съемочной площадке, так, что у многих возник вопрос: "а не тронулся ли этот парень умом?". Джаред не был таким счастливым с момента появления в его второго сына Шепа. Потом был сложный и тяжелый переезд. Куча денег, нервов и времени ушли на обживание нового дома. Но Дженсен, в итоге, был самым счастливым, находясь, наконец, в гармонии с самим собой. Рядом была жена и дочка, через два дома от них любимый мужчина и его детки, которых Дженсен всегда называл своими племянниками, а они его "дядя Дженсен". Джаред иногда задавался вопросом, почему его дети больше любят Дженсена, чем его. Но, глядя на то, как они все весело дурачатся на ковре в гостиной Эклзов, Джаред отбрасывал эти мысли. С некоторых пор у них все стало общим: дети, дома, бассейн Дженсена, собаки и сама жизнь.

К слову сказать, дома Джареда и Дженсена отличались друг от друга кардинально. У Дженсена дома складывалось впечатление, как будто дом не жилой. Все было прилизано, вычищено, так, что напоминало картинки из журналов об интерьерах. И только тогда, когда Дженсен собирал друзей или возился с собаками, или играл с дочкой, дом начинал жить. У Джареда дом был обжитым, дерево и камни давали сочетание уюта и теплоты. Там не было беспорядка, все было чисто и опрятно. Но можно было взглянуть на диван и увидеть там небрежно брошенный плед или книжку на тумбочке, где-то оставленную гитару или стакан. На ковре, временами, попадалась собачья шерсть, книжный шкаф с настоящими книгами, где все в разнобой. Видно, что хозяева периодически что-то читают и не заморачиваются о том, что бы книги стояли по цвету или размеру. У Джареда даже был свой винный подвальчик, а рядом с ним настоящая «мужская берлога», в которой он проводил время с друзьями. Дженсен тоже там бывал. Но всегда как-то отдельно от остальных. Например, никогда не мешал Джареду провести время со Стивеном Амеллом и их общими друзьями.

Сам Дженсен тоже старался проводить время со своими друзьями без Джареда. Однажды Крис Кейн, почему-то невзлюбивший Джареда с самого начала, чуть не подрался с подвыпившим Падалеки на одной их общих вечеринок. Кейн всегда очень ревностно относился к окружению Эклза. Он знал, через что пришлось пройти молодому Дженсену, каким образом тот иногда получал свои роли или контракты в модельном бизнесе. Знал и то, что Дженсен очень влюбчивый и при этом очень ранимый, нетерпящий критики в свой адрес, замыкающийся в себе по любому поводу, и считающий себя никчемным неудачником, если его бросали или что-то, по его мнению, шло не так. А живой, взбалмошный и относящийся с легкостью ко всему Джаред, был, по мнению Криса, плохой партией Дженсену. Кто-то говорил, что это банальная ревность, так как Дженсен и Крис были в свое время любовниками и их отношения резко прекратились с тех пор, как на пробах Дженсен увидел Джареда. Только со временем он, более-менее, стал терпимым, видя, как Дженсен прикипел душой и прочими своими частями к Падалеки. Стив Карлсон в этом плане был более лояльным, но и здесь Джаред предпочитал держать дистанцию. Со временем они стали дружить. Вместе проводить время в барах и на концертах. Но самые теплые и дружеские отношения сложились с Джейсоном Маннсом. Джейсон всегда поддерживал Дженсена и даже пытался влиять на того, в плане певческой карьеры. Не сразу все получалось, но Дженсен поддался влиянию друга и постепенно стал более открыто выступать на конвенциях с гитарой, что-то петь, импровизировать. Хотя все также вид толпы вызывал у него определенный дискомфорт. Потом стал записывать совместные песни со Стивом и Джейсоном и постепенно стал более уверенно чувствовать себя на сцене. Стал больше петь вместе с Робом и Ричардом и их группой "Лоуден Свейн". А потом дошел до того, что фанаты стали называть его "рок-стар", а сам Дженсен отдавал себя всего песне и наконец-то стал получать сам удовольствие от выступлений. Его жизнь, большая огромная, разнообразная. В ней все встало на свои места, и всем в ней было место. Была гармония. Дани тоже всегда была рядом и поддерживала его. Никогда не мешала и не пыталась что-то менять. Хотя и понимала, что их семейная жизнь и отношения с Дженсеном не похожи ни на одни отношения в обычных семьях. Но это была именно их жизнь.

Все куда-то делось, растворилось сейчас. Он больше не мог быть на конвентах, смотреть в глаза фанатам, петь, не мог быть на площадке, не мог просто быть на этой Земле. Горе сломило его. Оно теперь уничтожало все, что было его жизнью. Он не помнил, когда последний раз звонил друзьям, когда обнимал свою дочь, когда был близок с Джаредом. Джаред… Дженсен резко встал с дивана. Голова закружилась, а к горлу поступила тошнота. С трудом он заставил себя доползти до ванны и обнять унитаз. Дженсена тут же вывернуло. Пьяный туман рассеивался, только сильно болела голова. В доме была гробовая тишина. Дженсен облокотился головой о край ванны, и понял, что начинает сходить с ума. Он поднял руки к лицу и увидел, что они мелко дрожат. И тут услышал звон тарелки, потом разум допустил запах свежесваренного кофе и тихую мелодию, которую напевал грубоватый и такой знакомый до боли голос. Сердце пропустило удар. Разум завопил: «Он здесь, рядом, твой, любимый». Дженсен попытался встать, но не смог, тело словно стало чугунным. Хотел позвать Джареда, но из горла раздался только хрип. Дженсен выровнял дыхание и повторил попытку подняться. На этот раз получилось. Он облокотился на раковину, включил кран, побрызгал себе на лицо и прополоскал рот.  Затем он стал делать медленные шаги, что давалось ему с трудом. Держась за стену, он сделал несколько шагов до кухни. Потом остановился в дверном проеме и прислонился к косяку. Он видел как Джаред, пританцовывая, двигался по кухне. На нем были домашние штаны и растянутая голубая футболка. Волосы были в утреннем беспорядке. Дженсену до иголок в пальцах захотелось провести по ним, чтобы пригладить. Но Джаред резко обернулся. Тарелка, которую он вытирал, полетела на пол. Джаред бросился к Дженсену и обнял, сильно, как будто хотел стать с ним одним целым. Дженсен уткнулся в его шею и вдохнул запах. Джаред чуть-чуть отодвинулся, а Дженсен инстинктивно подался вперед за ускользающим теплом другого тела. Джаред улыбнулся и сказал:

-Ну, привет. С возвращением, Джен. – он осторожно поцеловал Дженсена в лоб. Дженсен прикрыл глаза. Он чувствовал, как тает ледяная глыба в сердце, как он вновь ощущает себя живым. – Тебе не мешало бы помыться. Ты пахнешь отнюдь не розами.

Дженсен улыбнулся. Он и вправду забыл, когда был в душе последний раз. Он поднял глаза на Джареда и тихо сказал:

- Ты все это время был здесь? И сколько уже я… ну…такой?

- Прекрати. Все правильно. Главное, что ты здесь со мной. Я бы не смог без тебя.- Джаред смотрел Дженсену в глаза и понимал, что так может стоять рядом с ним вечно. Дженсен вдруг вспомнил, что Джареду, наверное, нужно к семье, но отпускать его он не хотел, не мог. Он тихо попросил:

- Не уходи сегодня от меня. Позвони Жен, скажи, что останешься – и сам испугался того, как это прозвучало тоскливо и жалко. Но Джаред вдруг стал серьезным. Взял Дженсена за подбородок и сказал:

- Мне не нужно никого разрешения теперь. Мы разошлись мирно, на следующей неделе подпишем документы о разводе. Я буду навещать детей, и помогать в их воспитании, ну, и материально, конечно. – Дженсен не верил в то, что это происходило. Он смотрел во все глаза и не понимал, как один месяц смог так все поменять в их жизнях и как много он пропустил событии, как сильно он выпал из жизни. Джаред вздохнул. – Ты со мной?

Дженсен ничего не ответил, дотянулся до губ Джареда и поцеловал. Джаред сгреб его в охапку и углубил поцелуй. Сейчас ничего на свете не могло оторвать их друг от друга. Об остальном они подумают завтра.



Сказали спасибо: 11

Чтобы оставить отзыв, зарегистрируйтесь, пожалуйста!

Отзывов нет.
Логин:

Пароль:

 запомнить
Регистрация
Забыли пароль?

Поиск
 по автору
 по названию




Авторы: ~ = 1 8 A b c d E F g h I J k L m n o P R s T v W y z а Б В Г Д Е Ж З И К м Н О П С Т Ф Х Ч Ш Ю

Фанфики: & ( . « 1 2 3 4 5 A B C D F G H I J L M N O P R S T U W Y А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я

наши друзья
Зарегистрировано авторов 1372