ГлавнаяНовостиЛичная страницаВопрос-ответ Поиск
ТЕКСТЫ
1521

Наркобароны 1

Дата публикации: 01.01.2016
Дата последнего изменения: 22.09.2017
Автор (переводчик): Заинтересованный читатель;
Пейринг: J2; Дженсен / Джаред; Джаред / Дженсен;
Жанры: АУ;
Статус: завершен
Рейтинг: NC-17
Размер: макси
Саммари: Джаред - сын колумбийского наркобарона, считающий, что весь мир лежит у его ног. А Дженсен... Не все так просто, как кажется.

Нет такого трудного положения,

из которого не было бы выхода.

(японская мудрость)

 

ЧАСТЬ 1. КОЛУМБИЙСКИЙ ДЬЯВОЛ.

 

Глава 1.

 

Нет такого трудного положения,

из которого не было бы выхода.

(японская мудрость)

 

ЧАСТЬ 1. КОЛУМБИЙСКИЙ ДЬЯВОЛ.

     Глава 1.

Джаред сдвинул соломенную шляпу на затылок и прищурился. Вокруг него, куда ни глянь, простиралась бескрайняя водная гладь, от которой поднимался легкий туман, обволакивая белой пеленой широкую реку. Джаред ловко управлял моторной лодкой, не разрешая своему помощнику – невысокому кряжистому смотрителю венесуэльского заповедника Пабло, которого директор приставил к Джареду, пока тот отдыхал в джунглях подальше от цивилизации, - хоть как-то вмешиваться в процесс.

Джаред не любил, когда ему перечили и Пабло, зная об этой особенности молодого человека, благоразумно помалкивал, чтобы не оказаться выброшенным в реку на растерзание оринокскому крокодилу, на которого они сегодня вечером выбрались поохотиться.

Таким как Джаред все сойдет с рук, даже травля зверей в закрытом заповеднике, где это делать строго запрещено. Если все же Пабло выведет его из себя и Джаред сбросит его в реку, то во всем обвинят самого Пабло – мол, не удержался на ногах, старый черт, вот и вывалился. Его объяснений никто даже слушать не станет. Что значит слово бедняка против богатенького и облеченного властью шалопая?!

Поэтому Пабло сидел смирно и молча рассматривал молодого человека, который за год, что прошел с их последней встречи, довольно сильно изменился: он еще больше раздался в плечах и кажется чуточку даже подрос, хотя куда уж, и так метр девяносто с лишним! В джинсах, обнаженный по пояс, с длинными, выгоревшими на солнце, но все равно темно-каштановыми волосами, завязанными высоко в хвост, который спускался до середины спины, от плеча до локтя - татуировка дракона, возле носа слева родинка, лицо сосредоточенное, хотя, когда парень улыбался, на щеках появлялись ямочки – девчонки по таким с ума сходили, это уж точно.

Джаред, или как к нему привык обращаться Пабло «сеньор Джаред», их тоже любил, впрочем, как и парней. Он никогда и ни в чем себе не отказывал.

В прошлый свой приезд Джаред притащил с собой высокого темноволосого парня, чуть ли не с него ростом и от их акробатики бедный домик Пабло, в котором всегда останавливался Джаред (попробуй откажись, если тебе руководство настоятельно рекомендует впустить к себе постояльца, потому что тому очень понравилась твоя хибара), в буквальном смысле ходил ходуном. Видя обеспокоенность Пабло за свое жилище, Джаред лучезарно улыбнулся, хлопнул его рукой по плечу, так что чуть дух из старика не вышиб, и сказал, что построит ему новый дом, гораздо лучше, если с этим за время его пребывания здесь что-нибудь случится.

Полуразвалившийся домик устоял, поэтому Джаред снова заявился с девчонкой Сэнди, так ее, вроде бы, звали. Настоящая красавица, хоть и гринго[1]. Где он ее откопал, Пабло не ведал. А вообще, чем меньше знаешь, тем дольше живешь. За прожитые годы Пабло это хорошо уяснил.

Сэнди была недовольна, она постоянно злилась на Джареда, уговаривала его уехать из "этого забытого богом места", а Джаред ее и слушать не хотел. На все ее претензии он неизменно отвечал:

- Не нравится, проваливай! Я не держу!

Но Сэнди никуда не уезжала, похоже, она не собиралась оставлять Джареда одного. И дело здесь было даже не в том, что он богатый сукин сын и наследник одного из влиятельнейших наркоторговцев Колумбии - Джеральда Падалеки. Кажется, Джаред ей в самом деле нравился.

А вот нравилась ли ему Сэнди так, как он ей, Пабло бы не поручился. Похоже, Джаред любил только самого себя – эдакий самовлюбленный баловень судьбы, считающий, что весь мир лежит у его ног.

Сейчас же он этими самыми ногами, обутыми в кожаные сапоги до колен, упирался в борт лодки, а у плеча наизготовку держал охотничье ружье. Джаред позволил пересесть Пабло на корму и взять управление в свои руки.

Они остановились посередине реки, заглушив мотор. Пабло врубил на полную мощность прожектор и стал медленно перемещать его по зарослям от берега к берегу. Джаред затаил дыхание, боясь пропустить момент, когда мелькнут красной вспышкой глаза крокодила-убийцы. Пабло видел, как напряглась его спина в предвкушении.

На мгновение Пабло что-то показалось, и он задержал луч, но это был всего лишь погруженный в воду ствол поваленного дерева. Прожектор заскользил дальше, выцепляя из темноты густые заросли, в которых, наконец-то, сверкнули два красных огонька. Джаред вытянулся во весь рост и широко расставил ноги, прицелился в лоб рептилии, но выстрелить не успел, поскольку та слишком быстро для ее немалых габаритов, изгибаясь, заскользила к воде. Неслышно разрезав речную гладь, крокодил скрылся в темноте, но вопреки ожиданиям людей, сидящих в лодке, он стал удаляться в противоположном от них направлении.

- Что там? – спросил Джаред.

Пабло посветил прожектором: на одном из островков в паре миль от них выделялась груда какого-то белого тряпья.

- Черт! – выругался Джаред. – Какого хрена?.. Давай туда!

Пабло направил лодку к островку. Когда расстояние до крокодила несколько сократилось, Джаред выстрелил. Пабло лихорадочно схватился за багор и постарался подцепить животное, пока оно не исчезло в воде. Несколько раз Пабло ударил шестом с крючьями в спину крокодила и только на четвертый по счету зацепил. Джаред рванул рептилию за передние лапы и втащил внутрь лодки.

Крокодил попытался куснуть огромной пастью Джареда за ногу, но тот ловко замотал ему морду скотчем.

Джаред вскинул голову и увидел еще одного трехметрового монстра, направляющегося все к той же белой куче тряпок.

- Медом им там, что ли намазано? – нахмурился он.

Снова вскинул ружье, но промазал. Крокодил беззвучно ушел под воду, а спустя несколько минут оказался у самой лодки; стеклянные глаза не моргая уставились на Джареда. Выстрел и снова мимо - голова молниеносно опустилась под воду, и крокодил вынырнул уже с другой стороны, сильно толкнув лодку.

Пабло удалось зацепить его багром, и вода на поверхности окрасилась кровью.

- Есть! – Джаред издал победный крик и сиганул в реку к раненному животному.

Пабло как зачарованный следил за борьбой: из воды то и дело выныривало чешуйчатое тело зверя, отчаянно бьющегося за свою жизнь, или мускулистая спина Джареда, его рука со вздувшимися от напряжения венами и с зажатым в ней охотничьим ножом. Что-то было в этом поразительно захватывающее, в борьбе двух сильных противников, сошедшихся в смертельном поединке.

Джаред вышел победителем и позволил уйти под воду своей добыче, потому что медлить было нельзя – надо срочно плыть к острову. Пабло все же не утерпел и с досадой пробормотал, прищелкнув языком:

- Эх, сорок баксов ко дну!

Джаред забрался в лодку и махнул рукой:

- Давай!

Лодка быстро пошла вперед, чтобы не дать очередному крокодилу добраться раньше них. Вскоре борта заскребли о густые камыши, Джаред, не дожидаясь, выпрыгнул на узкую полоску земли и через высокую траву начал пробираться к цели.

Теперь стало отчетливо видно, что куча на самом деле оказалась человеком, который ничком лежал на земле и был без сознания.

Джаред подбежал к нему, взвалил себе на плечи и поспешил обратно, поскольку к островку со всех сторон устремились еще шесть или пять рептилий – Джаред видел, как светятся их глаза.

Он уложил человека подальше от связанного крокодила, а сам сел на спину монстра.

- Парень без сознания, - произнес Джаред. – Поворачивай обратно.

Лодка с ревом рванула против течения, оставляя позади себя оскаленные морды хищников, которым не удалось полакомиться человечиной.

 

 

Джаред со спасенным человеком на руках, громко стуча сапогами, прошел по небольшой деревянной пристани, ведущей прямо в домик Пабло. Заслышав его шаги, на встречу выбежала Сэнди - невысокая, худенькая и темноволосая - и от неожиданности замерла в дверях. Когда Джаред поравнялся с ней, она без разговоров пропустила его внутрь и поспешила следом, с любопытством выглядывая из-за плеча.

- Кто это? – спросила она.

Джаред уложил жертву на кровать и пожал плечами, не отрывая взгляда от израненного, всего в крови вперемешку с мокрым песком и тиной, лица мужчины.

- Крокодилий ужин.

- Я серьезно спрашиваю! – надула губки Сэнди.

- Понятия не имею.

Джаред снял с несчастного поясную сумку и кивнул подружке:

- Приведи его в божеский вид, ладно?

Сэнди сморщила носик.

- Хорошо…

Джаред вышел из спальни и опустился за стол. Открыл сумку и принялся изучать содержимое. Так, что мы тут имеем: фотоаппарат – профессиональный такой, здоровенный… Может быть парень журналист, поэтому и забрался в заповедник делать кадры кровожадных оринокских крокодилов, которые чуть не скушали его в знак благодарности?

Что еще? А вот это уже интересно - документы. Джаред открыл намокший паспорт – виза в Венесуэлу, которая заканчивается через неделю. Пограничный штамп – въехал парень в страну сегодня утром. Надо же какая досада, толком ничего даже не успел посмотреть, а уже чуть не умер во цвете лет… Кстати, о возрасте, ему тридцать два… Старше Джареда всего на четыре года… Глаза Падалеки переместились на фотографию. Ух ты, какой красавчик!

Со снимка на Джареда смотрел серьезный молодой мужчина с волевым подбородком, огромными зелеными глазами и пушистыми ресницами, которым бы позавидовала Сэнди, если бы увидела его не в столь плачевном состоянии. Двухдневная щетина, веснушки на носу… Серьезно, Джаред бы на него даже запал, познакомься они при не столь печальных обстоятельствах.

В этот момент в комнату вышла Сэнди с миской красной от крови воды.

- Как он там? – не поворачивая головы, поинтересовался Джаред.

- Без сознания.

Она выплеснула воду в реку через окно, сполоснула руки из кувшина и подошла к Джареду.

- Его надо в больницу.

- Он так плох?

- Не то чтобы… Серьезных ран я у него не нашла. Но есть пара глубоких царапин на груди и на лице. Словом, все заживет, и он поправится, но не может же он спать на нашей постели. А больше положить его некуда.

- Переночуем сегодня в гамаке, - беззаботно ответил Джаред. – Если мы отвезем его в больницу, то я никогда не узнаю, кто он такой и что забыл здесь.

- Ты неисправим, всегда думаешь только о себе! – воскликнула Сэнди. – Только твои потребности волнуют тебя в первую очередь!

Джаред усмехнулся:

- Ты сейчас точно о мистере говоришь или о себе?

Сэнди густо покраснела, и, чтобы скрыть свое замешательство, вырвала из рук бойфренда паспорт и прочитала вслух:

- Дженсен Росс Эклз, американец. Интересно, как его занесло сюда?

- Вот об этом я и хочу узнать, поэтому он останется здесь, - ответил Джаред, облапав задницу подружки и привлекая ее к себе ближе, зарываясь лицом в ее грудь.

 

 

Североамериканец пришел в себя на следующий день поздно вечером. Он покрутил головой и наткнулся взглядом на Джареда, который сидел рядом, закинув на стол ноги в сапогах из крокодильей кожи, чудом балансируя на двух задних ножках стула. Падалеки точил огромный охотничий нож, с которым ходил вчера на крокодилью охоту.

Дженсен моргнул, закрыл и снова открыл глаза, щурясь от полыхавшего в керосиновой лампе огня, кашлянул. Джаред лениво, но с интересом, посмотрел на него, продолжая водить нож взад-вперед.

- Очухался, гринго? – спросил он по-испански, растягивая губы в ухмылке.

- Ты спик?[2] – не остался в долгу Дженсен.

Тоже по-испански, правда, с ужасным акцентом.

- Ты в Венесуэле, так что советую тебе быть со мной повежливее, - в голосе Джареда мелькнуло недовольство.

- Это ты меня спас? – Дженсен сделал попытку пошевелить рукой.

Говорил он медленно, словно вспоминал слова языка, которым давно не пользовался.

- Тебе повезло, что мы тебя вообще заметили. Иначе бы твою тушку сейчас доедали крокодилы.

- Спасибо.

Джаред пристально смотрел на Дженсена, играясь остро наточенным ножом,  лезвие которого то и дело вспыхивало огненными бликами.

- Зачем ты полез в реку, которая кишит рептилиями? Ты, разве, не знал, что их специально разводят в этом заповеднике, а потом выпускают на волю…

Дженсен проигнорировал его вопрос. Вместо ответа он попытался встать с кровати. Хотел было откинуть покрывало, но заметив, что лежит обнаженным, вернул его на место.

- Моя одежда… Она сохранилась?

- Нет, - покачал головой Джаред.

- Может, одолжишь мне свою?

- Ты куда-то спешишь?

- Вроде того.

Мужчины сверлили друг друга взглядами.

- Расскажи о себе. Кто ты? – первым нарушил молчание Джаред.

Дженсен хмыкнул:

- Ну, если это единственный способ получить одежду и выбраться отсюда… Я фотограф.

- У которого нет ни единого снимка в фотоаппарате?

- Тебя не учили, что лазить по чужим вещам нехорошо? - приподнял бровь Дженсен.

- Мне можно. Я же тебя спас, ты мне теперь должен, Дженсен Росс Эклз, - охотно пояснил Джаред.

- Вижу в этой глуши, парни вроде тебя манерам совсем не обучены, - щеки Дженсена вспыхнули от злости, он встал с постели и слегка покачнулся, так как был еще довольно слаб, и вцепился рукой в изголовье. Джаред с интересом рассматривал его с ног до головы.

- А ты ничего так…

В этот момент в спальню вбежала Сэнди. Увидев обнаженного Дженсена, она ойкнула, отвернулась и поспешила выйти. Дженсен накинул на плечи плед, которым был укрыт до этого и попросил ее вернуться.

Сэнди снова вошла.

- Можете говорить по-английски, я из Штатов, - сказала она, слегка улыбнувшись.

- Вот как? – Дженсен взглянул на Джареда, который продолжал раскачиваться на стуле. – И ты тоже? – все еще по-испански спросил он.

- Нет. Я местный и ни слова не понимаю по-английски.

- Не слушайте его, - вмешалась Сэнди, нахмурившись и укоризненно покачав головой. – Он прекрасно владеет английским. Он учился в американском колледже.

Дженсен, видя, что девушка настроена доброжелательно, попросил у нее одежду.

- Моя, к сожалению, как мне дали понять, не сохранилась.

- Да, мне пришлось ее выбросить, от нее остались одни лохмотья, - кивнула Сэнди. – Джаред, может быть, ты найдешь мистеру Эклзу что-нибудь подходящее из твоих вещей?

Джаред хищно прищурился:

- Ну, если только этот коротышка не утонет в моих шмотках…

После этого вышел из спальни. Он слышал, как Дженсен приглушенным голосом поинтересовался:

- Он всегда такой учтивый?

- Не обращайте внимания, это всего лишь маска. На самом деле он замечательный…

Джаред фыркнул: Сэнди постоянно старалась найти в нем что-то хорошее, доказать, что цинизм, бьющий из Джареда через край, всего лишь защитная реакция на ту жизнь, что окружала его с самого рождения. Джаред находил подобное забавным… Скорее всего, именно эта черта ее характера позволила девушке задержаться в его жизни, сделав в какой-то мере исключительной среди прочих девиц, имен которых Джаред не запоминал, даже проводя с ними несколько дней.

Джаред специально достал из дорожной сумки свою самую большую футболку и широкие штаны – было интересно посмотреть на Эклза в одежде не по размеру. А что, Чарли Чаплин в джунглях! Новый блокбастер, Голливуд отдыхает.

Между тем Сэнди проверила рану на груди несостоявшейся крокодильей закуски. Дженсен морщился, но мужественно терпел, затем очередь дошла до лица. Раны хоть и выглядели на первый взгляд ужасно, однако, не представляли опасности – при правильном уходе, они пройдут быстро, даже следа не останется.

- Скоро у вас все заживет и вы снова станете таким же красавчиком каким были раньше, - сказала Сэнди, улыбаясь.

- Красавчиком? – хмыкнул появившийся в дверях Джаред. – Ты ему льстишь, крошка!

Сэнди вскинула голову.

- Джаред, – покачала она головой, вздохнув.

Джаред бросил на кровать одежду. Сэнди заторопилась:

- Мы уходим, одевайтесь спокойно.

И сделала шаг к выходу, она не смотрела на Джареда, думая, что он последует ее примеру. Но Джаред остался стоять, подперев стенку и, не моргая, пялился на Дженсена. Дженсен состроил удивленное выражение лица и одними губами вопросил:

- Что?

- Такой скромник? – усмехнулся Джаред, но в этот момент спохватившаяся Сэнди вернулась обратно, и потащила его за руку за собой.

- Джаред, нельзя же так! – тихонько высказала она ему, что ответил вздорный двухметровый детина Дженсен не расслышал.

 

 

За завтраком, который Сэнди устроила на причале под навесом маленького неказистого, но ужасно уютного домика Пабло, Джаред недовольно, постоянно хмурясь, наблюдал за ведущими оживленную беседу гостем и Сэнди.

Дженсен, вопреки ожиданиям Джареда, выглядел не смешно в одежде не по размеру, а очень даже… мужественно, что ли...

Они обсуждали последнюю игру американского футбола - оказалось, что оба болеют за одну и ту же команду. Джаред не понимал, как можно вообще интересоваться игрой, в которую никто кроме североамериканцев и не играет больше. Совсем другое дело - классический футбол, который в Колумбии, да и во многих странах, был видом спорта номер один.

Возможно, злился Джаред не из-за футбола как такового, а потому, что эти двое слишком быстро нашли общий язык и, кажется, искренне радовались общению друг с другом. Джаред не привык оставаться в стороне. В конце концов, кто спас этого типа из когтей оринокских крокодилов? И где, скажите пожалуйста, награда или хотя бы элементарная вежливость в виде внимания к герою и бесконечные потоки благодарностей?!

- Как вы все же оказались в заповеднике? – Сэнди задала интересующий Джареда вопрос и он пока решил не возмущаться - разговор, наконец-то, стал ему интересен.

- Долгая история, - Дженсен поерзал на своем сидении, было видно, что переход от футбола на личное ему не слишком-то пришелся по вкусу.

«Э, парень, а тебе есть что скрывать», - подумал Джаред.

Может быть он контрабандист? Но в его вещах не было наркотиков, впрочем он мог их сбросить, когда почувствовал неладное или просто еще не получил партию…

- Кстати, я так и не поблагодарил вас как следует за свое спасение, - вскинул огромные зеленые глаза на Джареда Дженсен. - Спасибо, Джаред. Можно мне так к вам обращаться?

Джаред кивнул:

- Естественно. И давай на «ты».

- Идет, - согласился Дженсен.

- Тогда, в знак своей благодарности, почему бы тебе все же не рассказать, как ты оказался в реке, полной аллигаторов? У нас времени предостаточно, а вечера здесь долгие, поэтому мы рады выслушать и длинную историю.

Видя, что Сэнди и Джаред ждут от него хоть какой-то складной истории, Дженсен кивнул:

– Я не думал, что так выйдет, просто склонился в одном живописном местечке сделать пару фотографий, но не успел. Сзади раздался какой-то грохот… Сейчас я даже не вспомню, что именно это был за шум. Но от неожиданности я оказался в воде, ударился головой о какую-то корягу, и меня течением отнесло в заповедник с крокодилами. Еще раз спасибо, я даже не знаю, как вас отблагодарить…

- Если ты составишь нам компанию в ближайшие несколько дней, будем считать, что мы квиты, - Джареду очень хотелось, чтобы спасенный им человек задержался здесь подольше, он надеялся разгадать его тайну - в историю "ах, я случайно упал" он не поверил.

 «Я просто хотел сделать пару снимков», - так можно отбрехаться от глупых городских идиотов, которые только по асфальтированным дорожкам всю жизнь ходили и дальше собственного носа ничего не замечали. Неподготовленный человек в одиночку в джунгли ни за что не полезет. Джаред же нутром чувствовал, что ему только что нагло соврали, а он привык получать правдивые ответы на свои вопросы.

Дженсен принял вызов Джареда, который смотрел на него прищурившись из под упавших на глаза волос. Правда, североамериканец немного помедлил с ответом, но все же кивнул:

- Хорошо, я останусь, не привык быть кому-то должен.

Сэнди мягко улыбнулась:

- Я позабочусь о ваших ранах не хуже, чем это сделают в больнице. А на природе вы выздоровеете гораздо быстрее.

Дженсен перевел взгляд на Сэнди, тепло ей улыбнулся, получив такую же солнечную улыбку в ответ, а потом внимательно окинул взглядом замершего на своей стороне стола Джареда, который довольно оскалился и произнес:

- Тебе здесь скучно не будет. Можем даже поохотится...

- Джаред, наш гость все таки не совсем здоров, - напомнила Сэнди.

- Всегда забываю, что гринго - неженки и при малейшем насморке бегут к доктору, - произнес Джаред, довольно потянувшись.

- Куда нам до суровых латиноамериканцев, которые одной левой крокодилам головы раскалывают, - парировал Дженсен.

Сэнди закатила глаза, точно говоря: "Ах уж эти мальчишки!"

 

 

Джаред бесцеремонно растолкал Дженсена, который теперь ночевал в гамаке на крыльце, и резко произнес:

- Вставай, иначе все проспишь!

Дженсен приподнял голову, сонно заозирался по сторонам и, наконец, остановил свой взгляд на Джареде, у которого на поясе был прикреплен мачете, а в руках он держал ружье, и выглядел при этом очень воинственно.

Дженсен поинтересовался:

- Который час?

- Три утра.

- Да это глубокая ночь, а не утро, - пробурчал Дженсен, стараясь рукой привести свои волосы в более менее приличный вид и плеская себе в лицо воду из кувшина, чтобы окончательно проснуться.

- Если хочешь порыбачить, самое время выдвигаться в путь. Или ты еще слишком слаб, нежный американский парень? – глаза Джареда сузились и он выжидательно посмотрел на Дженсена.

- Не нежней чем ты, суровый латинский спик.

Пабло светил фонарем, пока парни грузились в лодку. Сэнди, кутаясь в теплую кофту, стояла тут же, не рискуя приблизиться к сосредоточенному Джареду, чтобы поцеловать на прощание.

Джаред ни разу не взглянул в ее сторону, он сел вперед к рулю и повел лодку на север. Дженсен махнул девушке рукой и та благодарно ему улыбнулась.

Лодка мчалась по середине реки, и Дженсен, зевая, крутил головой на сто восемьдесят градусов, пытаясь рассмотреть хоть что-нибудь в кромешной тьме, до куда не доходил прожектор их лодки. На берегу жабы заливались словно соловьи, им вторили цикады.

Дженсен вдохнул полной грудью и задрал голову вверх: над ними рассыпался Млечный Путь, его звезды загадочно мелькали на небосклоне, настраивая на умиротворенный лад. Все происходящее сейчас казалось ему нереальным...

Размышления Дженсена прервал крик Джареда:

- Пригни голову!

Дженсен среагировал мгновенно и как раз вовремя: на него летел, ослепленный прожектором, баклан, который чуть не врезался в человека, заехав по ежику волос кожистыми перепончатыми лапами и мазнув полутораметровыми крыльями по щеке. Вторую птицу Джаред схватил за ноги и свернул ей шею, затем объяснил, заметив недоуменный взгляд Дженсена, не привыкшего к жизни в джунглях:

- Пригодится к завтраку!

- Ты хочешь сказать, что мы будем есть ЭТО?

- Тебе понравится, - рассмеялся Джаред, и на его щеках появились ямочки.

- Сомневаюсь, - буркнул Дженсен, скептически посматривая на баклана, брошенного к его ногам.

Джаред краем глаза покосился на Дженсена – ему очень хотелось расшевелить этого молчуна, который после того как пришел в себя, держался в высшей степени настороженно, словно ожидал нападения на свою драгоценную персону из-за любого поворота.

А Джаред, уже начавший скучать по развлечениям ночной Боготы и смазливым мальчикам, беззастенчиво предлагавшим себя в клубах, был не против замутить с гостем, тем более, что тот оказался редкостным красавчиком, фото на паспорте не соврало. Но к Дженсену было сложно подступиться, он никого к себе не подпускал.

Джаред нахмурился, потом улыбнулся посетившей его идее, и, повернув голову в сторону Дженсена, предложил:

- Хочешь порулить?

Дженсен хлопнул своими неимоверно длинными ресницами и уставился на Джареда.

- Серьезно?

- Ну да.

- Не боишься, что я врежусь в первое попавшееся дерево?

- Я подстрахую, - Джаред немного посторонился, уступая место рядом с собой.

Дженсен хмыкнул:

- Сам виноват, если что…

- На том свете разберемся!

Дженсен аккуратно принял управление. Джаред не спешил окончательно прощаться со штурвалом: он придерживал его, чтобы лодка не вылетела на отмель в неумелых руках Дженсена.

Однако, видя, что Дженсен сносно выполняет все команды, которыми он щедро осыпал его, колумбиец отодвинулся, закурил, глубоко затягиваясь. Он молча любовался профилем Дженсена – уже заметно посветлело, поэтому от внимания Джареда не ускользнуло, как в предрассветных сумерках блестят глаза Дженсена, который внимательно смотрел перед собой и чувствовал себя, наверное, как минимум, капитаном пиратского корабля – уж слишком по-мальчишески довольное у него было лицо, словно осуществилась заветная мечта детства.

Джаред растянул губы в усмешке, выбросил догоревшую до тла сигарету и осторожно придвинулся к Дженсену - самое время действовать. Тот не отреагировал. Тогда Джаред сделал еще один шаг вперед, оказавшись за спиной молодого мужчины.

Дженсен хотел было обернуться, но Джаред мягко положил ему свои руки на плечи и почувствовал, что тот напрягся. Потом наклонился к его шее и лизнул языком кожу, которая тотчас же покрылась мурашками.

- Отойди, - уж как-то чересчур спокойно произнес Дженсен, продолжая смотреть прямо перед собой.

- Почему?

- Потому что мы сейчас врежемся.

Джаред сделал шаг назад, оперся спиной о борт лодки и закурил вторую сигарету.

- Значит, когда мы пристанем к берегу, ты будешь не против?

Дженсен бросил быстрый взгляд на Джареда, и отрицательно покачал головой:

- Против.

- Почему? Или ты только по девочкам?

- Не твое дело. Лучше возьми штурвал.

Джаред запихнул сигарету в рот и сменил Дженсена – в этом месте спокойная река начала бурлить и чем дальше они плыли, тем больше она становилась неспокойной. Дженсен пристроился поблизости, сбоку.

- Так в чем все же дело? Почему ты не хочешь? – прищурившись, глянул на него Джаред, выпуская уголком рта дым, а другой стороной губ придерживая сигарету, чтобы не вывалилась.

Дженсен молчал, он не собирался отвечать. Просто смотрел вдаль, где саванны, находившиеся на склонах холмов обеих сторон реки, чередовались с густыми зарослями джунглей и потихоньку сдавали свои позиции: впереди тропический лес становился все более буйным.

Джареду захотелось схватить Дженсена за небритый подбородок, развернуть к себе и посмотреть ему прямо в глаза, чтобы понять как могло случиться, что тот его отверг. При том в джунглях, где и выбирать-то не из кого.

Джаред не привык к отказам. В любом месте, где бы он не появился, будь это закрытый клуб или просто забегаловка на пыльной дороге, мужчины и парни, женщины и девушки пытались обратить на себя его внимание. А этот придурок, которому он все-таки спас жизнь, решил его нагло обломать!

«Так легко ты от меня не отделаешься!» - с мрачной решимостью пообещал Джаред, расчитывая, что рано или поздно добьется своего от чокнутого гринго.

Не в его правилах отступать. А если Дженсен натурал… Да фиг с ним, рано или поздно надо же попробовать гейской любви, иначе обидно попадать в ад, так толком и не согрешив! И уж если религия рассматривает мужскую любовь как нечто ужасное, значит, у них обоих есть шанс встретиться в одном кипящем котле и повторить в аду на глазах у чертей то, что они начали на земле!

Джаред криво усмехнулся и проигнорировал настороженный взгляд Дженсена.

- Скоро остановка, - произнес он.

- Мы уже приехали? – как-то хрипло поинтересовался Дженсен.

- Нет. Дальше порог, на моторной лодке его не одолеть. Мы пойдем по суше, а потом пересядем на каноэ.

Джаред подвел лодку к берегу, вместе с Дженсеном они вытолкали ее на пятачок свободного от гладких скал с буйной растительностью берега и оставили стоять, забрав из нее свои вещи и оружие.

- Мотор снимать не будем? – спросил Дженсен.

- Не-а, - лениво ответил Джаред, - ничего с ним не случится. Все знают кому лодка принадлежит. Если кто-то попытается украсть, пойдет на корм рыбам.

Дженсен скептически хмыкнул:

- Ты со всеми так разбираешься, кто хоть чем-то тебе не угодил?

- По настроению, - ответил Джаред. – А что, испугался?

Дженсен сделал вид, что не расслышал.

- Куда теперь? – спросил он, выпрямляясь и отряхивая свою одежду.

«Пижон», - беззлобно подумал Джаред и направился в сторону джунглей. Дженсен последовал за ним.

Они тут же погрузились в какой-то сюрреалистичный мир, достойный именитого мастера живописи. Мало того, что от ярких цветов у непривычного к чему-то подобному Дженсена зарябило в глазах, так еще он постоянно врезался в громадные паутины, сотканные пауками от одного поваленного дерева к другому; перед лицом, чуть ли не задевая его, порхали огромные бабочки морфо, а их широкие крылья отливали серебристо-голубым цветом; лианы, которые нитями, принимающими причудливые формы, свешивались с двадцатиметровой высоты, и вовсе не облегчали путь.

Джаред заработал мачете, чтобы очистить им дорогу. Обрубленные пружинистые лианы несколько раз ударились о голову Дженсена – Джаред специально не предупреждал его быть осторожнее, так как все еще злился на отказ развлечься друг с другом.

Потом уже сам Дженсен следил за движениями Джареда и вовремя перехватывал летящие в его сторону растения.

Дженсен постоянно щурился – в джунглях было сумрачно, сквозь густые кроны деревьев с трудом проглядывали кусочки невероятно голубого неба, каким оно бывает только в южных широтах.

А еще здесь пахло гнилью, и толстые стволы преграждали едва заметную тропинку из слегка притоптанной растительности, которая вилась через чащу, теряясь где-то в глубине джунглей.

Неожиданно раздался громоподобный звук, Дженсен резко обернулся и увидел, как на землю грохнулся ствол дерева, до этого чудом державшийся на лиане – растение, подточенное термитами и сыростью, все же не выдержало и разорвалось пополам, увлекая за собой груз.

Джаред даже не обратил внимания на это и перешагнул длинную желтую змею, которая переползала дорогу. Дженсен притормозил, засмотревшись на юркую гадину, и чуть не подвернул себе ногу, запнувшись за корни.

По мере их продвижения, нарастал шум – впереди неистовал мощный порог высотой около двух метров. Дженсен с интересом уставился на срывающиеся фонтаном струи – это был практически небольшой водопад, который бы ни одна лодка не преодолела. Неудивительно, что они обходили его по суше.

Путники спустились вниз, затем Джаред подошел к закиданной ветками каноэ, и очистил ее.

- Помоги мне, - попросил он. – Ее надо спустить на воду.

Ниже водопада русло разбивалось на два рукава с небольшим островком посередине. Вместе они дотолкали каноэ к реке и выбрали правый рукав.

- Он глубже, - пояснил Джаред.

Дженсен кивнул - после попытки Джареда познакомится поближе, он в основном отмалчивался. Наверное жалел, что поехал с Джаредом в такую даль, но Джареду на это было плевать.

Правый рукав был хоть и порожист, но незагруженное каноэ легко преодолевало  стремнины.

Джаред ловко работал веслами, управляя практически единолично, поскольку старавшийся не уступать ему Дженсен все же путался и сбивался с ритма, больше мешая, нежели оказывая реальную помощь.

 

 

В том месте, где Джаред собирался рыбачить – у скал за водопадом -  было неимоверное скопление птиц – верный признак того, что эти воды буквально кишат рыбой. На раскинувшихся по обе стороны реки пляжах стояли белоснежные цапли, подогнув одну ногу. На ветвях деревьев и в густых прибрежных зарослях прятались их сородичи - голубые цапли, которые предпочитали держаться в тени. Над песком, не залетая на водное полотно, парили грифы, которые высматривали на пляже выброшенную на берег мертвую рыбу.

Бакланы, с которыми Дженсен уже успел познакомиться пару часов назад, восседали на торчащих из воды поваленных стволах деревьев, смешно выгнув шеи, закинув клювы к небу и раскинув свои громадные крылья, чтобы просушить их под лучами восходящего солнца.

Взад-вперед с криками носились стайки большеклювых крачек с желтыми клювами, словно возвещая о том, что на территорию пернатых забрались чужаки, которые хотят украсть их пищу.

Здесь водилось столько мелких рыбешек, что их можно было вынимать из воды руками и кидать в каноэ. Но Джаред заявил, что подобная мелочь им не нужна – их цель пайяра – мечта всякого рыболова из любого уголка земли.

- Тебе повезло, что я взял тебя с собой. Сможешь потом хвастаться перед своими друзьями-гринго, - пафосно заявил Джаред.

- Среди моих друзей нет любителей рыбалки.

- Выложи фото в соцсетях, - посоветовал Джаред. – Все североамериканцы мечтают порыбачить в таких местах как это. Не каждому выпадает удача поймать рыбу, которая как нечего делать жрет пираний и себе подобных!

Пайяра, или, как ее еще называли, «рыба-вампир» за то, что у нее были длинные и тонкие, словно кинжалы, клыки, торчащие из нижней челюсти, обитала глубоко под водой, и поймать ее было не таким уж легким делом.

Дженсен вооружился одолженным ему Джаредом легким и коротким спиннингом.

Дженсен принялся за дело, а Джаред блаженствовал на солнышке, не спеша приниматься за рыбалку, ради которой они проделали весь этот нелегкий путь.

Пайяра то и дело вылетала на поверхность воды, когда гнала свою добычу, и надо было подловить именно этот момент, чтобы сделать заброс. Тогда уродливая рыба налетела своей бульдожьей мордой на приманку и хватала ее.

В первый раз Дженсен, не привыкший к подобной атаке, едва справился с волнением, но все же не упустил забившуюся на крючке пайяру.

- А ты молодец, - похвалил Джаред, и в его голосе послышалось уважение. – Не растерялся.

Дженсен чуть заметно улыбнулся, а Джаред показал, как снять с крючка клыкастую бестию. Дженсен сделал новый заброс.

Солнце вышло в зенит и застыло над макушкой Дженсена, так что вскоре он стал пунцовым от солнечных ожогов. В пылу охватившего его азарта рыбак, одетый в футболку, этого даже не заметил, поэтому Джаред решил сделать доброе дело: скинул с себя ветровку с длинными рукавами и протянул ему. Тот с благодарностью взглянул на него и поспешно одел, чтобы как можно быстрее снова вернуться к увлекательному занятию.

Джаред остался в рубашке с длинными рукавами. Наконец ему надоело просто наблюдать, и он тоже решил заняться делом.

Джаред достал снасть с катушкой, на которую было намотано несколько сотен метров толстой лески, а к концу привязан поводок из стальной проволоки с большой десной. Его удочка была самодельной, потому что на такую ловить было гораздо продуктивнее, чем на спиннинг.

- Спорим, я обгоню тебя? – сказал он, но Дженсен, у ног которого уже лежало три серебристые рыбины, лишь снисходительно усмехнулся.

- Я никогда не спорю, но тебе меня даже не догнать, - высокомерно ответил он.

- Ок, высади меня на берег.

Джаред кивнул на прощание и выбрался из каноэ, преодолев последние несколько метров мелководья пешком. Дженсен вернулся обратно, а Джаред забрался на скалы, откуда принялся кидать блесну прямо в середину реки.

Вскоре перед ногами Джареда лежало девять полуметровых пайяр, а у Дженсена их было только шесть.

Дженсен поджал губу и Джаред с трудом сдержался, чтобы не рассмеяться – разочарование слишком явно было написано на его физиономии. Но куда новичку тягаться с человеком, который ловил пайяру с шести лет!

- Научишься, - панибратски похлопал Дженсена по плечу Джаред и сделал вид, что не заметил, как тот слегка отстранился – чужак не любил чужих прикосновений.

 

 

Джаред улегся в тени деревьев, снял рубашку, надвинул на глаза соломенную шляпу, но не до конца – оставил щель, чтобы удобнее было следить за Дженсеном, который грузил его улов в каноэ. Джаред сложил руки на груди крест накрест и грыз зубами травинку, гоняя ее из одного угла рта в другой.

Он прикидывал, как бы уговорить Дженсена раздеться – обнаженный по пояс парень наверняка бы здорово смотрелся на фоне реки и джунглей. К тому же наполовину голого Дженсена было бы легче развести на секс…

- Эй, гринго, не хочешь охладиться? – крикнул Джаред.

Дженсен выпрямился, оттер со лба капли пота и отрицательно покачал головой.

- Нет.

- Ужасно жарко, не находишь? – не сдавался Джаред. – Если освежимся, будет гораздо легче возвращаться домой.

- Я слышал про эти реки много нехорошего.

- Чего, например?

- Что здесь водятся какие-то твари, которые заползают внутрь человека и плодятся там.

- Я же не предлагаю тебе лезть в реку. Можно просто постоять под водопадом. Здесь есть один не далеко. Могу показать. Там тварей нет.

Дженсен покачал головой:

- Я пасс.

- Зря.

Джаред встал на ноги, потянулся, играя мускулами, но Дженсен уже не смотрел в его сторону. «Вот поганец какой, - выругался про себя Джаред. – Совсем не хочет понимать намеков!»

А между тем член Джареда уже нехило стоял – ну нельзя спокойно смотреть на красивого мужика и при этом абсолютно ничего не испытывать. Ведь он же не гребаный натурал в отличие от кое кого!

Раз так, Джаред решил действовать более дерзко. Он подошел к Дженсену и, пока тот не видел, стоя спиной и размещая удочки в каноэ, обхватил его поперек туловища, взвалил себе на плечо и понес в сторону джунглей.

Дженсен дернулся в его руках и зло спросил:

- Ты что, мать твою, делаешь?

- Догадайся с трех раз, - Джаред не сильно шмякнул Дженсена по ягодице, за что получил от него удар ногой по колену.

Дженсен попытался вывернуться, но Джаред лишь поудобнее перехватил его. И Дженсен зашипел, царапая кожу на спине Джареда ногтями:

- Я тебя прикончу, тварь! Только посмей!

Джаред рыкнул и повалил Дженсена на землю, придавил своим телом и выдохнул в лицо:

- Я не собираюсь тебя насиловать, я хочу договориться миром. Почему ты не хочешь доставить себе немного удовольствия? Расслабься, тебе понравится, даже, если ты никогда не был до этого с мужчиной…

- Да что ты понимаешь в удовольствиях, неандерталец?! – презрительно скривился Дженсен и, заметив на лице Джареда минутное замешательство, оттолкнул его, выбрался на волю. – Я не собираюсь трахаться с тобой даже за то, что ты спас мне жизнь.

Сказав это, Дженсен ринулся в джунгли, а вскочивший на ноги Джаред устремился следом.

Они углубились уже на достаточное расстояние, когда услышали рык, похожий на звук распиливаемого дерева. Дженсен резко затормозил.

- Это лев? – спросил он, крутя головой по сторонам.

Рык повторился.

- Нет, - ответил Джаред, пятясь назад и увлекая за собой Дженсена, который на этот раз не стал вырываться, а беспрекословно подчинился.

- А кто? – вопрос замер у Дженсена на губах, потому что в нескольких шагах на ствол поваленного дерева выпрыгнул громадный хищник, шерстью песочного цвета, покрытой темными кольцевыми пятнами, с оскаленной мордой и широкими мощными лапами.

- Ягуар, - пробормотал Джаред, шаря рукой в кармане, стараясь найти там баллончик со слезоточивым газом.

Никакого оружия у парней при себе не было, поэтому трудно было представить, как они будут сражаться с двухметровой кошкой, имевшей в наличии мощные челюсти, тяжелый вес, зубодробительные клыки и сокрушительные когти, а они - всего лишь стальной баллончик, который и оружием-то назвать было нельзя.

Ягуар с минуту смотрел на жалких людишек своими желтыми глазами, а потом совершил прыжок. Джаред рывком оттолкнул Дженсена в сторону, направил сопло баллончика в морду зверя и надавил большим пальцем руки на кнопку «пуска».

- Беги, - крикнул он Дженсену.

А потом сам развернулся и рванул за собой замешкавшегося Дженсена, который собирался броситься Джареду на помощь, посчитав, что тот хочет остаться один на один с диким зверем.

Они неслись к лодке, продираясь сквозь буйную растительность, а рассвирепевший зверь мчался по следу. Их спасло то, что, получив дозу слезоточивого газа, ягуар, часто тормозил и отфыркивался, мотая головой. За это время парни столкнули каноэ в воду и изо всех сил заработали веслами.

- Все, - выдохнул Дженсен с облегчением, когда они оказались в нескольких метрах от берега, он слегка расслабился и поднял свое весло над водой. – Дальше не сунется, кошки боятся воды…

- Какое боятся?! Ты что, книжек перечитал, что ли? – крикнул Джаред. – Греби немедленно!

Сам он принялся искать оружие, которое было завалено пайярой; рыба рассыпалась на дне лодки, пока Дженсен боролся с Джаредом, когда тот сграбастал его, чтобы отнести к берегу.

Словно в подтверждение его слов ягуар с разбега влетел в реку и поплыл, правда, уже через некоторое время отстал, потому что Джаред все же откопал ружье, расчехлил и выстрелил в зверя. Нехотя, ягуар развернулся и направился к берегу, позволив добыче ускользнуть из его лап.

Только тогда парни перевели дух.

- Спасибо тебе, - произнес Дженсен спустя некоторое время.

Усердно гребущий Джаред неопределенно мотнул головой.

Больше попыток приставать к Дженсену он не делал.

Когда они вернулись домой, Сэнди, увидев расцарапанную спину Джареда, охнув, спросила, откуда это у него, и получила краткий ответ:

- Ягуар напал.

Дженсен, чувствуя свою вину, склонил голову, и не глядя на девушку, прошел к домику, взвалив на себя весь улов.

Сэнди всхлипнула, прижавшись к груди Джареда:

- Ты когда-нибудь допрыгаешься! И почему тебя тянет в эти джунгли? Когда же ты поймешь, что это не игра, что не стоит так рисковать?!

Джаред отстранил ее и вытащил из переносной сумки-холодильника пиво, открыл крышку и отхлебнул, тут же блаженно зажмурившись.

- Замолчи, женщина, - лениво протянул он. – Лучше просто позаботься о своем мужчине.

 

 

На ужин Сэнди приготовила рыбу, которую парни с удовольствием умяли. Джаред был в прекрасном расположении духа, шутил, подкалывал Дженсена, изображая, как тот неумело закидывал удочку в реку.

Сэнди заливисто хохотала.

Потом Джаред неожиданно спросил:

- Эй, гринго, а хочешь сделать потрясающие снимки? Ты же ведь фотограф или наврал?  - Джаред хитро прищурился, сверля гостя своими раскосыми глазами.

- Опять рыбалка? - вскинул голову Дженсен.

- Нет.

Видя, что Дженсен не горит желанием оставаться больше с ним наедине, Джаред добавил:

- Я хочу показать вам вершину мира.

- Вам? - удивленно переспросил Дженсен.

- Да. Тебе и Сэнди. Ты же с нами, крошка? - Джаред уставился на девушку, сложив бровки домиком, став вдруг похожим на милого щенка-переростка, которому невозможно было ни в чем отказать.

 

 

На следующий день все трое забрались в поджидавший их арендованный вертолет, и аппарат взмыл вверх. Джаред сел рядом с пилотом, но то и дело оборачивался назад.

Сэнди постоянно крутилась, чуть ли не подпрыгивая в предвкушении. Сколько раз она уже летала, а реакция всегда оставалась одинаковой.

Она сложила ладони на груди от восхищения, когда под ними начали проплывать долины, покрытые ковром ярких орхидей, питающихся мелкими животными, неосмотрительно купившимися на их цвет и аромат. Вскоре долины сменились вечнозелеными лесами с участками, где еще ни разу не ступала нога цивилизованного человека.

Из зарослей джунглей показалось первое громадное плато с отвесными склонами, устремившее свою плоскую, усеченную вершину ввысь.

Дженсен, не бывавший здесь ни разу - это Джаред понял по выражению его обалдевшей физиономии - закусил губу, стараясь сохранить видимость того, что он крутой мэн, не подверженный глупым девчоночьим восторгам, которые через край переполняли Сэнди, постоянно вскрикивавшую от распиравших ее эмоций.

Джаред приблизился к Дженсену ближе и прокричал:

- Эти исполинские скалы – тепуи, их высота достигает более двух километров над уровнем моря.

Дженсен перевел на него ставшие огромными глаза и моргнул.

- Нравится? – спросил Джаред, скрывая за ухмылкой желание дотянуться до пушистых ресниц и поцеловать слегка ошалевшего от открывшегося великолепия Дженсена.

-Да!

Вертолет облетел одну тепую и направился к следующей, вздымавшейся в нескольких километрах - еще более громоздкой, с более крутыми и отвесными стенами.

Долина между тепуями вся была покрыта лесами. Везде, насколько хватало глаз, буйствовало море зелени в своей первозданно-дикой красоте.

Леса были обильно испещрены густой речной порожистой сетью рек, которые замысловатыми черными лентами от вымываемого песчаника рисовали свой восхитительный узор на земле.

- Ты когда-нибудь видел что-то подобное? – спросил Джаред у Дженсена.

Тот покачал головой, не отрываясь от раскинувшейся внизу панорамы, забывая фотографировать.

- А хотел бы оказаться на вершине?

- Ты серьезно?

- А то! – Джаред не смог подавить самодовольную улыбку и приказал пилоту снижаться на плато ближайшей тепуи.

Делая заход, вертолет миновал срывающийся с громадной высоты тепуи водопад, который, прежде чем достичь земли, рассыпался на микроскопические брызги, превращаясь в мелкую пыль-туман, окутывающую близлежащую местность.

Вертолет опустился на плато и Джаред выпрыгнул первым. Его примеру последовали Сэнди с Дженсеном.

Все трое подошли к виднеющейся посередине воронке, уходящей глубоко вниз.

- Она достигает самой земли, - поведал Джаред, взявший на себя роль гида. – Раньше это была цельная гора, но из-за подземных рек своды обрушились и образовались туннели. Там есть еще пещеры, промытые водой. Если интересно, милости прошу.

И первым начал спускаться вниз по неприметной тропинке.

- Здесь нашли еще один, подземный водопад. В нем можно даже искупаться, - добавил он, продолжая движение.

- Джаред! Мне страшно и я не пойду! – крикнула Сэнди, ежась.

- Как хочешь, крошка, – Джаред даже не обернулся.

Дженсен, впечатленный местными красотами и движимый любопытством, последовал за ним.

Стоило им очутиться внутри, как послышался звук воды. Парни вышли к довольно крупной пещере, с одной стены которой ниспадал умеренный поток, образуя большой бассейн внизу, разделенный высокими каменными глыбами, выглядывающими из прозрачной воды.

- Вода очень чистая, ее можно даже пить, заражение тебе не грозит. Хочешь искупаться?

- У меня нет плавок, - ответил Дженсен.

- У меня их тоже нет, - сказал Джаред, стаскивая с себя футболку и отшвыривая ее в сторону. На его спине ярко выделялись царапины, оставленные Дженсеном накануне.

Затем ее примеру последовали сапоги, джинсы, ремень, который глухо ударился пряжкой о камень. Услышав звук, Дженсен дернул головой, отрываясь от тела стоящего перед ним парня, который походил в полумраке пещеры на древнего бога, сошедшего на грешную землю.

Джаред, видя, что произвел на Дженсена впечатление, дразня, медленно развернулся и стал входить в прозрачную воду. Потом оттолкнулся ногами ото дна, и поплыл брассом к центру.

- Боишься? – крикнул он так, чтобы из-за водопада его можно было расслышать.

Дженсен вызов принял и начал скидывать с себя одежду. От того, что он торопился, она трещала по швам и не хотела добровольно сниматься. Рванув последний носок с ноги, Дженсен вбежал в воду и в два мига настиг Джареда, который окатил его водой.

Дженсен принялся отфыркиваться, словно кот, вызвав довольный смех Джареда.

- Давай наперегонки? – предложил колумбиец. - Вон до того островка в центре.

- Согласен.

Дженсен мощными гребками поплыл вперед. Джаред догнал его почти у самого финиша и первым вылез на сушу. Словно издеваясь, протянул руку, предлагая помощь Дженсену. Но тот оттолкнул его руку и сам выбрался наверх.

- Я победил, - объявил Джаред. – Значит, могу загадывать желание.

- Мы вроде бы не спорили на желание, - заметил Дженсен.

- Это подразумевалось.

- Спики вообще не умеют играть по-честному? – прищурился Дженсен.

- Я выиграл честно, - Джаред выпрямился перед ним во весь свой немалый рост, играя бицепсами.

- Хорошо, - не стал спорить Дженсен. – И что же ты хочешь? Но имей в виду, трахаться я с тобой не буду.

- Хочу, чтобы ты поцеловал меня.

- Что ты сказал?

Джаред приблизился к Дженсену и повторил.

- Хочу, чтобы ты поцеловал меня.

Крупные капли упали с его волос на лицо Дженсена и тот дернулся от неожиданности. Чтобы он не свалился в воду, Джаред придержал его за торс и выдохнул с придыханием:

- Так я дождусь своей награды?

Дженсен хотел было отодвинуться, но неловко наступил босой ногой на острый камешек, и дернулся вперед, скользнув по ноге Джареда своим членом, который  начал предательски подниматься.

«Тоже мне натурал!» - подумал Джаред и сильнее привлек его к своей груди, обхватил губами мочку уха. Дженсен непроизвольно двинулся ему навстречу, млея под горячим языком молодого парня, который, не переставая, шарил по его спине руками, то и дело опускаясь на ягодицы, сжимая их поочередно, так что на них, скорее всего, в будущем останутся яркие синяки.

Но отметины меньше всего сейчас волновали Дженсена, он часто и тяжело дышал, отвечая на ласки Джареда, который кусал его за плечи и шею, стараясь оставить свои следы на случайном любовнике, которого добивался последние дни.

Джаред провел ладонью по ложбинке между ягодицами Дженсена, нашел дырочку и толкнулся туда пальцами.

- А ты тугой! – выдохнул он куда-то в район затылка, по которому елозил щекой, зарываясь в короткий ежик. – Ты хоть с мужчинами был когда-нибудь?

Дженсен усмехнулся:

- Я обычно сверху.

 И обхватил руками член Джареда, надавил на яички достаточно ощутимо, тот попытался оттолкнуть Дженсена за плечи.

- Если хочешь со мной секса, - произнес Дженсен, буравя Джареда взглядом, - подставиться придется тебе.

Колумбиец рыкнул и Дженсен сильнее сжал его член, а потом отпустил и отошел на некоторое расстояние.

Джаред хотел разразиться бранью, но передумал:

- Ладно, я согласен.

Дженсен снова приблизился к нему, развернул спиной, немного наклонил вперед. Джаред расставил ноги, и слегка оперся на колени руками. Он почувствовал, как пальцы Дженсена неглубоко вошли в его анус, и услышал голос с хрипотцой, в котором сквозила усмешка:

- А вот ты растянут как надо!

Затем, чуть присев, ввел ему свой член, и стал вторгаться все глубже и глубже. Дженсен обнял Джареда, еще больше согнув в пояснице, и слегка прилег на него.

Его руки гладили кубики пресса на животе партнера, опускаясь все ниже и ниже, пока не сошлись, обхватив, стоящий колом член.

От прикосновения Джаред застонал и подбросил бедра вверх, Дженсен усмехнулся и впился поцелуем ему в шею, слегка оцарапал кожу острыми зубами, но вонзаться не стал, чтобы не оставлять отметин.

Джаред наклонился вперед и уперся руками на ступни ног, сложившись вдвое и демонстрируя великолепную растяжку. Дженсен положил ему ладони на ягодицы и продолжил совершать фрикционные движения.

Потом Дженсен, войдя особенно сильно, со стоном кончил – Джаред почувствовал, как внутри него разливается тепло, и пульсирует член партнера. Дженсен спустя несколько секунд вышел совсем и Джаред недовольно заворчал, но Дженсен, не говоря ни слова, развернул его к себе лицом, обхватил руками за торс и прижал к своему животу его каменный стояк.

Пропустив свои руки любовнику подмышки, сплел их у него на затылке, зарываясь в распущенные длинные волосы, рассыпавшиеся по всей спине, и начал толкаться. При каждом движении своего тела вперед, притягивал Джареда к себе руками, и немного опускался вниз, чтобы потом снова подняться, стимулируя пенис партнера.

От таких движений Джаред кончил быстро и почти обмяк на Дженсене, вцепившись в его плечи руками.

Тот не отталкивал, придерживал, давая время прийти в себя.

Когда Джаред смог пошевелиться, Дженсен усмехнулся, отступая:

- А ты горячая штучка, спик.

- Для гринго ты сносно трахаешься, и для коротышки у тебя член приличных размеров.

Джаред стремительно приблизился к Дженсену и, обхватив руками, упал с ним в воду, где они некоторое время резвились, пересекая бассейн снова и снова…

Выбирались из пещеры утомленными, но счастливыми. Их довольные физиономии заметила Сэнди, она подозрительно оглядела парней с ног до головы:

- Вы долго…

- Зря не пошла, крошка, - ответил Джаред, накидывая рубашку себе на плечи. – Вода обалденая.

Дженсен поспешил отвернуться, чтобы девушка не увидела его улыбку. Он вдел в шлевки пояс, который до этого нес в руках. Футболку с джинсами Дженсен натянул еще в пещере, потому что Джаред наоставлял на нем кучу следов, а светиться ими перед Сэнди он не собирался. Все-таки она была девушкой Джареда и американец относился к ней с симпатией. Случайный перепих не должен поставить крест на их отношениях, потому что Сэнди, похоже, на самом деле любит своего двухметрового йети.

Джаред подошел к Сэнди и обнял ее за талию, увлекая к вертолету.

- Нам пора, - сказал он.

 

 

У Пабло для Джареда были припасены новости.

- Сеньор Джаред, - встретил старик их рядом со своим домом, - к вам гости.

- Кто? – спросил Джаред, с любопытством всматриваясь внутрь домика через сумерки, которые уже опустились на джунгли.

Из дверей вышел высокий мужчина крупных размеров, с усами в стиле семидесятых - по краям рта в форме подковы до линии челюсти. Через всю щеку тянулся огромный уродливый шрам, одет он был в джинсы и черную майку, под которой буграми ходили мышцы.

Увидев его, Джаред насторожился:

- Что случилось, Эмилио?

- Сеньор Джаред, вам надо немедленно вернуться домой.

- ?!

- Отец хочет поговорить с вами как можно скорее.

Джаред повернул голову к подруге:

- Сэнди мы уезжаем.

Он влетел в комнату, служившую ему спальней, побросал вещи в сумку. Вышел, передал свою поклажу Эмилио. Затем подошел к Пабло, отсчитал деньги и сунул ему в нагрудный карман рубашки.

- Позаботься о мистере гринго, - произнес он, глядя на Дженсена, который пристроился на деревянном стуле подальше от входа, чтобы никому не мешать и внимательно следил за перемещениями людей. – Отвези туда, куда и когда он тебя попросит.

Сэнди вышла из дома, неся свою сумку, которую Эмилио забрал у нее из рук и, повесив себе на плечо, направился к пристани.

Джаред махнул Дженсену на прощанье:

- Надеюсь, у тебя все будет отлично, гринго. Желаю выбраться отсюда в целости и невредимости, приятно было с тобой познакомиться.

Дженсен махнул ему рукой в ответ, не делая ни малейшей попытки встать и подойти ближе. Джаред отвернулся, обнял Сэнди за плечи и увлек к лодке, куда уже погрузился Эмилио вместе с их вещами.

Когда шум мотора стих, Дженсен прошел в дом.

 

 

 

Глава 2.

 

Из аэропорта Джареда, Сэнди и Эмилио забирал первый телохранитель отца Стив – профессиональный «морской котик», который уже не раз спасал жизнь своего хозяина, тем самым доказав, что достоин каждого песо из своего баснословного гонорара, которое ему выплачивал глава клана Падалеки.

- Случилось что-то серьезное? – спросил Джаред, приподнимая очки на лоб.

- Я бы не советовал вам долго находиться на открытой местности, - произнес Стив, становясь так, чтобы закрыть Джареда от возможной угрозы.

Вопрос он некрасиво проигнорировал.

- Идем, крошка, кажется, мы попали в крутой боевик, - усмехнулся Джаред, потянув Сэнди к бронированной машине.

Эмилио прикрывал их сзади.

Стив всю дорогу был предельно сосредоточен и на расспросы Джареда, который не собирался сдаваться, отвечал односложно:

- Господин Джеральд вам сам все объяснит.

В итоге Джаред понял, что из телохранителя лишнего слова не вытащишь, поэтому уставился в окно.

Дом Падалеки располагался в фешенебельном районе в нескольких километрах от столицы и был окружен зелеными живописными склонами. Машина затормозила возле высокого забора, у входа которого стояла вооруженная охрана. Проехали внутрь.

Во дворе охранники отдали честь младшему отпрыску клана Падалеки. Джаред выбрался из машины, игнорируя мужчин в камуфляже, и прошел в очень скромный с виду и глухой, почти без окон, дом, вокруг которого росла сочно-яркая растительность. Сэнди последовала за ним.

Вся роскошь начиналась за порогом и предназначалась лишь для своих: стеклянные во всю стену окна, выходящие во внутренний дворик, открывали вид на выложенный разноцветной мозаикой фонтан в центре бассейна с кристально чистой водой, которая так и манила окунуться в нее, вокруг пестрели яркие экзотические цветы и растения.

- Где отец? – спросил Джаред Ивилию – кормилицу, которая заменила им с братом умершую при родах мать.

- Он у себя. У него какое-то важное совещание. Подожди в гостиной, он позовет тебя.

В гостиной Джаред столкнулся с двумя мексиканцами – из тех, кто даже в самый жаркий день не снимают своих курток и пиджаков, в сапогах из страусиной кожи, тысячедолларовыми ремнями с замысловатой вышивкой, огромными до неприличия золотыми перстнями и толстыми цепями на бычьих шеях.

Они стояли по обе стороны дивана, на котором величественно, словно королева, восседала невысокая хрупкая брюнетка, которая подняла свои карие глаза от модного женского журнала и с интересом окинула с ног до головы вошедших Джареда и Сэнди.

- Привет, Жен, - улыбнулся Джаред, плюхаясь на диван рядом с девушкой и вальяжно откидываясь на спинку. - Без своих мартышек никуда?

- Фу, как грубо, Джаред! – Женевьев сморщила носик. – Имей уважение к моей охране. Кстати, ты тоже не один…

- Сэнди, - Джаред представил застывшую в нескольких шагах от него девушку, потянул ее за руку и усадил подле себя. – А это Женевьев, невеста моего брата Джеффа.

Сэнди коротко кивнула:

- Очень приятно.

- Мне тоже, - натянуто улыбнулась Женевьев.

- Не знаешь зачем отец вытащил меня из Венесуэлы?

- Понятия не имею. У них сейчас совещание, съехались все главы семей, которые входят в ваш клан. Краем уха слышала, что они на чем свет кроют медельинцев.[3]

- Медельинцев? – нахмурился Джаред. – А эти-то при чем? Они же вроде как бы успокоились.

- Я не вмешиваюсь в мужские дела. Женщине достаточно быть просто красивой…

- … и удачно выйти замуж, - закончил за нее Джаред.

Женевьев элегантно пожала плечиками:

- Не без этого, конечно. Хотя моему жениху со мной тоже очень повезло.

- В этом никто и не сомневается, - обворожительно улыбнулся Джаред.

- Ты когда последний раз был в парикмахерской? – капризно протянула Женевьев, откладывая журнал и указывая пальчиком на отросшие лохмы будущего деверя. – Твои волосы длиннее, чем мои!

Джаред усмехнулся:

- Не завидуй!

Женевьев закинула руку на спинку дивана и села боком, чтобы лучше видеть Джареда.

- Вы с братом такие разные, хотя внешне и похожи слегка… - Женевьев говорила с придыханием, так что у Джареда возникло чувство интима, не смотря на находящихся поблизости горилл и Сэнди.

- Мой отец с тобой полностью согласен. Я паршивая овца в стаде.

Джаред всегда доставлял неприятности своему отцу, рано полюбив гулянки, выпивку, мальчиков и девочек. Джефф же, в отличие от младшего братца, вовремя взялся за голову и развлекался только в свободное от дел время. Последние несколько лет он всецело посвятил себя семейному бизнесу.

Даже его женитьба была на благо семьи – Женевьев Кортез принадлежала к одной из влиятельнейших семей Мексики, которые занимались перевозкой наркотиков в Северную Америку.

Сеньор Кортез начинал свою карьеру, доставляя на ветхом грузовичке в Штаты нелегальных эмигрантов, травку и порошок. Его дела шли все лучше и лучше, и через несколько лет он уже смог сменить трущебный район Мехико Тьерра-Бланка на респектабельный Чапультепек, обзаведясь импозантным особняком и женой, которая родила ему двух дочерей.

Около полугода назад, когда отец Джареда обратился к сеньору Кортез с деловым предложением, тот согласился вести с ним бизнес совместно, но за это потребовал скрепить их партнерство семейными узами. Выбор пал на Женевьев и Джеффа.

Пара неплохо ладила между собой,  Женевьев, которая жила теперь в доме Падалеки, но в отдельной спальне, в дела не лезла, предпочитая целыми днями ходить по дорогим магазинам, совершать покупки и наведываться в салоны красоты. Лишь за ужином она пересекалась со своим женихом, когда вся семья Падалеки собиралась вместе.

По большому счету они с Джеффом были чужими людьми, просто обстоятельства так сложились, что им приходилось жить вместе и в скором времени пожениться. Они старались держаться друг с другом вежливо, но отношения были прохладными; Женевьев куда больше веселилась, находясь в компании Джареда – ну, этот шалопай, как называл его в шутку старший брат, кому угодно мог поднять настроение. Часто Джаред брал будущую невестку с собой в клубы, чтобы она не скучала одна дома, пока Джефф строил вместе с отцом новые бизнес-схемы.

...Вскоре в коридоре послышались голоса и кузен Джареда – Эрнан – высокий темноволосый и смуглокожий парень со слишком слащавым лицом - заглянул в гостиную:

- Ты уже здесь? – обратился он к Джареду. – Твой отец хочет поговорить с тобой.

Джаред поднялся и направился к кабинету, поэтому не видел, как Эрнан сложил губы в трубочку и приблизился к Сэнди, которая отшатнулась от него с гримасой отвращения. Эрнан чмокнул воздух и ухмыльнулся, прошептав беззвучно:

- Красотка!

Сэнди нахмурилась, подхватила свою сумку и вышла из гостиной, гордо вскинув голову. Женевьев громко рассмеялась ей вослед.

 

 

В дверях кабинета Джаред столкнулся с братом, они тепло обнялись друг с другом, затем Джаред прошел вперед и поздоровался с отцом, сидящим за столом и изучающим какие-то бумаги.

Джефф прикрыл дверь.

- А Эрнан? – удивился Джаред.

Обычно кузен присутствовал на всех семейных совещаниях, но теперь в кабинете остались только они втроем – отец и два родных брата.

- Я хочу поговорить с вами, без лишних людей. Дело слишком серьезное.

Джефф с Джаредом сели в кресла напротив отца и тот внимательно посмотрел на них.

- Ситуация сейчас не спокойная. Медельинский наркокартель вовсю вставляет нам палки в колеса. Они пытаются вытеснить нас с нашей территории.

- Но неужели мы не можем с ними справиться… - начал было Джаред, однако Джеральд прервал его движением руки.

- Ты слишком долго вел разгульную жизнь, поэтому не в курсе того, что творится. Мы с твоим братом из сил выбиваемся, чтобы отбить нападки провинциальных выскочек, в то время, как ты зажимаешь девок и парней в вонючих клубах!

Джаред чуть склонил голову, как бы признавая свою вину.

- Медельинцы приобрели слишком большую силу в последнее время! Они очень агрессивны!

- Так поэтому нас в аэропорту встречал Стив?

- Именно, - Джеральд нахмурился. – Нам всем угрожает опасность. Мне передали из достоверного источника, что их глава поклялся уничтожить наш клан.

Джаред посмотрел в лицо отца и понял, что тот в самом деле взволнован, а не пытается его запугать, чтобы заставить заняться семейным бизнесом.

- В одиночку нам с ними не справиться, кто-то вливает в них громадные суммы, и я не могу пока узнать кто именно! – Джеральд стукнул по столу кулаком.

- Из-за этого мы решили породниться с Кортез! – снова проявил чудеса догадливости Джаред, который до сегодняшнего дня никак не мог взять в толк, почему им понадобились мексиканцы и почему Джефф должен жениться на стервочке Женевьев.

- Да. Кортез – самый влиятельный картель в Мексике, у них широкие связи, есть даже в международных организациях. А Женевьев была не против выйти замуж за Джеффа, поэтому здесь проблем не возникло.

Джефф кивнул.

- Но, тем не менее, вопрос с Медельином все еще не разрешен. Опасность остается, их снайперы могут караулить членов нашей семьи где угодно. Поэтому с сегодняшнего дня никаких гулянок, Джаред.

- А как же мальчишник, а? – Джаред подтолкнул локтем брата. – Ты что, не хочешь оттянуться напоследок?

- Если ты меня ослушаешься, я придушу тебя собственными руками! – рявкнул Джеральд, не разделив игривого настроения младшего отпрыска.

Джаред поднял руки вверх:

- Ладно, ладно… Понял я… Никаких гулянок.

- Кстати, Эмилио сказал мне, что в Венесуэле с тобой был какой-то человек, - Джеральд пристально посмотрел на Джареда.

- Случайно выловил его в реке. Бедолагу чуть крокодилы не сожрали, - ответил тот. – Он американец, фотограф.

- То, что он американец, ничего не значит. Киллер может быть любой национальности.

- Он не предпринял ни одной попытки меня убить. Обыкновенный чувак, только очень невезучий, грохнулся в реку, когда на что-то там засмотрелся. Вот и все.

- Хорошо, если так, - Джеральд сложил ладони домиком и прижал их к подбородку. – С этого дня без лишней надобности из дома ни ногой, а если придется, обязательно с охраной.

Джаред скорчил рожицу:

- Как скучно жить на свете…

- На том свете будет не намного веселее, - заметил Джефф.

- Кстати, я пообещал твоей невесте сводить ее сегодня в клуб, - предпринял еще одну попытку Джаред.

- Сегодня вечером я сам развлеку ее.

 

 

Джаред уговорил отца, чтобы он позволил верному Стиву отвезти Сэнди в отель, в котором она остановилась в Боготе.

- Тебе лучше купить ей билет домой, - посоветовал Джеральд.

- Думаешь, медельинцы станут охотиться и на нее?

- Ее часто видели в твоем обществе.

- Она никуда не поедет, пока не допишет диссертацию по каким-то там зверькам, которых изучает в Колумбии.

- Тогда предупреди ее быть осторожнее и не встречайтесь с ней какое-то время…

Джаред нахмурился: похоже, отец серьезно решил запереть его в четырех стенах. А проституток домой не закажешь - отец голову оторвет. Перспектива остаться без секса Джареда не устраивала, поэтому он предложил:

- Если все так опасно, может быть, Сэнди пока поживет у нас?

- Поступай, как знаешь. Только не селИ ее в одну с собою комнату.

- Но почему?

- Твоей матери это бы не понравилось.

Джаред сдался – если отец упоминал покойницу, спорить с ним становилось бесполезно.

Каждый вечер Джаред исправно провожал Сэнди к выделенной ей спальне и уходил к себе, чтобы поздним вечером пробраться обратно к подружке и не давать ей уснуть до утра.

Поскольку Сэнди не могла заниматься научной работой, то целыми днями бесцельно слонялась по особняку Падалеки. Иногда они с Джаредом ругались, девушка упрекала его в том, что он совсем не уделяет ей внимания. Джаред, которому самому хотелось от своей затворнической жизни на стенку лезть, в ответ срывался и получалась бурная сцена выяснения отношений, а затем неистовое примирение в постели.

Воспользовавшись сложившимися обстоятельствами, Джеральд начал приобщать его к делам семьи и Джаред, наконец-то, сдался. Было трудно, но время потекло для него не так медленно.

Видя, что подруга по-прежнему отчаянно скучает, Джаред вечером подловил момент, когда Женевьев осталась одна, не считая своих загорелых мексиканцев с рубленными неулыбчивыми лицами, и завел разговор:

- Жен, у меня к тебе просьба.

Смотрящая очередной нудный сериал, девушка подняла на Джареда свои черные глаза:

- Интересно, и какая?

- Сэнди здесь скучно одной днем, она никого не знает. А выйти ей из дома тоже не позволяют… Не могла бы ты с ней подружиться, поболтать о чем-нибудь женском…

Женевьев задумчивым взглядом окинула Джареда, задержавшись на мускулистой груди, виднеющейся в расстегнутом вороте рубашки:

- А ночью, значит, ей не скучно? Хм, по тебе и не скажешь, что тебя волнует хоть кто-то кроме собственной персоны. Впервые слышу, чтобы ты о ком-то так заботился.

- Ну что, мы договорились?

Женевьев скривилась:

- Я думаю, это не очень хорошая идея… Ну, о чем я буду говорить с мисс Синий чулок?

Джаред нахмурился, потом откинул голову и рассмеялся:

- Да ты ревнуешь!

Женевьев вспыхнула:

- Вот уж нет! Как тебе в голову могло прийти, что я ревную ее к тебе?!

- Не ко мне, - отсмеявшись, произнес Джаред. – Просто, как и всякая женщина, ты не рада красивой сопернице. А в этом доме до тебя сеньорит не было, значит не было и конкуренции… Ох, женщины, как же с вами тяжело! Все-таки с мужчинами гораздо проще…

- Тебе ли не знать, - скривила губки Женевьев, она была в курсе, что Джаред бисексуален.

- Так что?

- Нет! И не проси! – Женевьев резко поднялась, даже телевизор выключила, где герой-любовник валялся в ногах у недоступной красавицы.

 

 

Мало того, что Женевьев с Сэнди не подружились, так знойная мексиканка своим поведением всякий раз давала понять Сэнди, что она тут чужая и никак не вписывается в их латиноамериканскую жизнь.

В итоге Сэнди вспылила и заявила, что хочет как можно скорее покинуть дом Падалеки. Джаред заверил, что как только ситуация прояснится, то лично отвезет ее в Боготу.

Через две недели Медельинский наркокартель пошел на переговоры, они согласились встретиться на нейтральной территории и определить сферы влияния.

На встречу отправились Джеральд с Джеффом и Эрнаном. Когда брат сообщил Джареду об успешном проведении переговоров, он в этот же самый вечер отправился в клуб, прихватив с собой Сэнди и Женевьев.

- Как давно я здесь не был, - сказал Джаред, улыбаясь во все тридцать два зуба и делая глоток прямо из горла бутылки дорогого вина.

Сэнди неодобрительно поморщилась, и Джаред подумал, что зря он взял ее с собой, надо было отправить прямиком в отель. Жизнь с Сэнди под одной крышей утомила его и он жаждал вернуть свою свободу во что бы то ни стало. Все-таки серьезные отношения не для него, он убедился в этом окончательно.

Сэнди в последнее время вела себя как жена с десятилетним стажем, наверное, уже решила, что женила на  себе Джареда и показала свою истинную сущность.

Неожиданно взгляд Джареда упал на молодого человека, стоящего возле барной стойки.

Что забыл азиат, судя по высокому росту, японец на другом конце света? Не слишком ли далеко он забрался от дома? Может, потерялся, - хмыкнул Джаред и направился на нетвердых ногах сквозь толпу к парню.

«Я же гребаный супермэн, в последнее время всех спасаю. Аж, самому приятно», - подумал он нетрезвой головой.

- Ты что здесь делаешь, помощь нужна? – спросил он японца по-английски.

Тот, прищурившись, окинул колумбийского громилу с ног до головы и ответил:

- Отдыхаю.

- Могу показать много интересного…

…Через пару минут Джаред зажимал японца в одном из плохо освещенных коридоров, срывая с него рубашку и бормоча:

- Что ищет японец в Боготе?

- Я здесь проездом. Направляюсь из Венесуэлы в Медельин, - ответил тот, дергая Джареда за волосы, чтобы наклонить его голову ниже и впиться поцелуем в губы.

«Медельин пользуется популярностью в последнее время», - подумал Джаред.

Японец дернул рубашку Джареда вниз и умудрился в темноте рассмотреть на его руке татуировку дракона и одобрительно покивал головой:

- Хорошая работа!

- Что, нравятся татуировки? – спросил Джаред. – О, погоди, да у тебя самого что-то выбито на животе!

Джаред повыше задрал кофту японца – на прессе красовалась гора с цветком гвоздики у подножия.

- Супер! – выдохнул Джаред. – Она что-то означает?

- Это Фудзияма - самая величественная гора Японии, такая же величественная как и клан моего господина, а гвоздика символизирует мое постоянство и мою преданность.

Дальше Джаред его уже не слушал, хотя японец принялся рассказывать какую-то легенду и часто упоминал Ао-саги-би, но что это за ерунда такая, Джаред так и не понял - изголодавшемуся по мужскому телу младшему Падалеки было не до этого…

 

 

Накануне свадьбы прибыли мексиканские родственники невесты, для которых Джеральд снял лучший отель в элитном районе Боготы - Эль Оксиденте. Родителей Женевьев Джеральд разместил в своем доме, поэтому по утрам, Джаред просыпался от испанской речи, густо сдабриваемой мексиканскими словечками.

Джаред накрыл голову подушкой, чтобы поспать подольше. Кто заставляет этих Кортез подниматься такую рань! Спать бы и спать еще, а они вскакивают ни свет ни заря, и других вдобавок ко всему будят.

Полежав так некоторое время, Джаред понял, что заснуть ему больше не удастся, поэтому встал, направился в ванную комнату и чуть не испугался собственного отражения в зеркале.

После мальчишника, устроенного накануне Джеффом с подачи младшего брата, Джаред выглядел словно зомби: цвет лица сероватый, глаза опухшие, нос и скулы заострились, поскольку последнее время он практически не ел, только пил и зависал в клубах… Даже не брился - оброс как черт.

Сэнди он не видел целую неделю, не до нее было, а ее звонки игнорировал.

Зато еще разок встретился с японцем, потому что тот оказался очень хорош в сексе. Японец сказал, что в Южной Америке по поручению своего господина, больше из него не удалось вытянуть ни слова. Не то, чтобы Джареду сильно хотелось узнать, что японец из себя представляет, но пересечься с ним на досуге он бы не отказался. Если тот снова объявится в Колумбии по делам, например…

Однако, гаденыш не оставил ему даже номер своего телефона и у Джареда не взял, потому что его господин невероятным образом узнал, что он встречается с гайдзином[4]  и запретил им впредь видеться.

- Хотя это странно, обычно он более терпим, - вздохнул японец.

Больше в клубе японец не объявлялся, видимо, чокнутый господин потребовал у него держаться как можно дальше от Боготы.

Ладно, развлеклись и забыли, хрен с ним, с этим японцем.

Джаред взял бритву, взбил пену и сбрил лишнюю растительность со своего лица.

Распустил волосы, которые превратились в какой-то колтун на голове и попытался их расчесать, но у него ничего не вышло. Попробовал еще раз и снова неудачно. Тут его взгляд упал на ножницы, и Джаред подумал: «А почему бы и нет?»

Он остриг свои волосы и наконец-то смог привести их в божеский вид. Принял душ.

Но все его старания сводились на нет, поскольку изо рта несло как из помойки, и даже зубная паста не справилась с "благоуханием". Джаред брызнул одеколоном, однако, запах не собирался так просто сдаваться.

Тогда Джаред подошел к огромному цветку, который рос и распространял нежный запах в ванной комнате и, сорвав листочек, запихнул себе в рот. Пожевал, поморщился. Дыхнул. Вроде бы ничего, уже не так воняет.

Класс, кажется, он нашел неплохое средство, которым и в дальнейшем можно пользоваться.

Облачился в белый костюм с бабочкой. В последний раз бросил на себя взгляд в зеркало.

- Что ж такое-то, а? – вздохнул он.

Покопался на заваленной всевозможным барахлом тумбочке, нашел свои очки и нацепил на нос. Вот так, кажется, лучше. Он готов радоваться созданию новой ячейки общества.

 

 

Джефф был наряден как никогда – в белоснежной рубашке с платком-футляром на шее, черном смокинге и алой розой в петлице. Даже мать Женевьев не удержала своего восторга, когда увидела будущего зятя.

- Истинный кабальеро! – хлопнула она в ладоши от удовольствия.

- Классно выглядишь, брат, - тронул его за плечо Джаред, подойдя со спины.

- Ты тоже молодцом, по сравнению с тем, что было вчера, когда я тащил тебя домой, - ответил тот.

- Не напоминай, - скривился Джаред. – Отец уже вернулся?

Джеральд на пару дней уехал в Медельин по делам, обещав успеть на церемонию.

- Звонил из аэропорта. Подъедет сюда с минуты на минуту.

Женевьев ужасно хотелось устроить свадьбу на морском побережье, но Джеральд настоял, чтобы торжество проходило в окрестностях Боготы, которые легче было контролировать. Несмотря на заключенное перемирие, Падалеки-старший все еще до конца не доверял медельинцам. Поэтому на свадьбу их не позвал, хотя глава медельинского клана очень хотел сюда попасть и всячески намекал об этом.

Бракосочетание должно было состояться в церкви, недалеко от столицы. На усыпанную мелким гравием дорожку рядом с возвышающейся среди холмов живописной бело-бежевой Базиликой подъезжали дорогие автомобили и резко тормозили перед входом.

Нарядные гости выбирались наружу - дамы опирались на руку сопровождающих их мужчин. Джаред прикинул как бы он смотрелся, вздумай пригласить сюда кого-нибудь из своих любовников, например того японца... М-да, общество бы они шокировали, это уж точно.

Джефф вместе с Джаредом вошли внутрь прохладных сводов церкви, чтобы не жариться под лучами безжалостного солнца.

Внутри было достаточно многолюдно. Гости неспешно рассаживались по своим местам, ожидая прибытия невесты. Джаред с Джеффом остановились возле декорированного белой тканью и цветами свадебного алтаря.

Джаред покрутил головой – в солнцезащитных очках, которые он так и не снял, чтобы не пугать людей своим видом, было очень плохо видно. Поблизости он заметил корзину с фруктами, оторвал одну виноградину и закинул себе в рот.

- Так и будешь всю церемонию в очках? – поинтересовался Джефф.

Джаред сдвинул очки на нос и посмотрел на брата воспаленными, с черными кругами глазами.

- Лучше?

Джефф сам водрузил ему очки на место, пробормотав:

- Зомби ходячий.

К ним подошел священник и предложил положить на подушечку кольца, затем вручил ее Джареду.

Джаред в полуха слушал, что там говорит брат, а сам спрятанными за темными стеклами глазами жадно смотрел на бутылку шампанского, которая стояла недалеко от Джеффа.

«Вот бы опохмелиться!» - вздохнул он, сообразив, что сделать дома утром это забыл.

Джаред мужественно боролся с собственным сушняком, понимая, что мимо Джеффа пробраться к вожделенной бутылке не получится – старший брат на собственной свадьбе шутить не будет и терпеть мелкого (и ростом и годами Джаред ему уступал) алкоголика не станет.

В церковь вошел Джеральд и прямиком направился к алтарю.

- Как прошли переговоры? – встрепенулся Джефф, видя, что отец хмур.

Тот покачал головой:

- Все потом. Сейчас у нас свадьба.

Кто-то из детей, приглашенных гостей вбежал в церковь и закричал:

- Невеста едет!

- Вот ты и женатик, - осклабился Джаред.

Отец цыкнул на него и отошел, сел в первый ряд возле четы Кортез. Джаред слышал, как у входа заскрежетали колеса – приехала Женевьев - и нацепил на лицо серьезное выражение. В этот момент из боковой потайной двери, которую проверили еще накануне, и нашли заваренной намертво, каким-то чудом выскочил вооруженный человек в маске и принялся палить в Джеффа и Джареда из автомата, после чего его скрутили подоспевшие телохранители.

Джареду повезло – стоявший поблизости Стив накрыл его своим телом. А вот Джеффу посчастливилось меньше – Джаред словно во сне увидел, как на белой рубашке брата расплывается красное пятно. Джаред, отпихнув от себя Стива, бросился к Джеффу, приподнимая ему голову. Тот еле дышал и закатывал глаза.

Где-то над головой раздался громогласный ор отца:

- Вызовите скорую!

- Джефф, братишка, не умирай, - твердил будто заведенный побелевшими губами Джаред.

Он почувствовал, как его отрывают от старшего брата и уводят, а Джеффа кладут на носилки и грузят в подоспевшую машину скорой помощи.

- Немедленно домой, - распорядился Джеральд, глядя на Джареда. – И никуда его не выпускайте!

…Невеста, услышав выстрелы в церкви, так и не вошла внутрь, чтобы узнать, что случилось с родителями и женихом, она приказала водителю немедленно уезжать оттуда.

 

 

- Ублюдочный шакал! – рвал и метал Джеральд в своем кабинете. – Хуан Мануэль предал меня!

Медельинский наркобарон Хуан Мануэль Варгас напал на Падалеки, своего главного конкурента, чтобы не дать ему объединиться с Кортез. Ведь колумбийско-мексиканский союз мог стать главным препятствием для осуществления амбиций самого Варгаса, который мечтал завоевать весь мир, подмяв под себя и Европу и Азию.

Все соглашения, о которых они с Джеральдом договаривались в последнее время – были лишь фикцией, медельинцы не собирались их выполнять. Они просто тянули время, чтобы лучше подготовиться.

Было решено сперва убить сыновей. Жизнь же самого Джеральда Падалеки спасло только желание Варгаса прикончить его собственноручно.

Джеральд не был дураком и понимал, что хрупкий мир с Варгасом лишь временная мера. Но он надеялся, что за это время успеет породниться с Кортез и вместе они решат как справиться с зарвавшимся уродом.

Но Джеральд не успел.

Благодаря Варгасу его старший сын теперь лежал в реанимационном отделении, и не ясно было выживет ли он. Младший же лишь чудом уцелел - Стив спас его, получив серьезные ранения и врачи не ручались за его жизнь.

А еще расстроилась свадьба, и выгодный союз оказался под угрозой. Кортез наотрез отказывался сотрудничать без скрепления договора семейными узами.

Женевьев после несостоявшейся церемонии пряталась в своей комнатке в доме Падалеки, и днями напролет истерила, опасаясь даже дверь лишний раз открыть. Ее мать находилась постоянно при ней, стараясь успокоить.

Если бы Женевьев не трусила высунуть нос из дома, превращенного за последние несколько дней в неприступную крепость, она бы уже давно вылетела в Мексику, чтобы быть как можно дальше от Колумбии, надеясь таким образом спрятаться от медельинцев.

Джаред как обычно пил, сидя у себя. Он всегда хватался за бутылку, стоило проблемам нарисоваться на горизонте.

Джеральд задумался о том, как можно исправить сложившуюся ситуацию. Он был в кабинете один, потому что Джаред, который должен был стать отцу опорой в один из самых черных периодов жизни, в этот самый момент ничком лежал на кровати в пьяном угаре. Что ж, раз сын не желает помогать своему отцу, пусть пеняет на себя, если его решение придется ему не по вкусу, когда он протрезвеет.

Никто не мог сказать наверняка, выберется ли Джефф из комы, а Кортезы были нужны как воздух, значит, Джаред должен заменить брата.

Сеньор Кортез дал свое согласие, Женевьев тоже была не против выйти замуж за Джареда. Оставалось только растолкать самого жениха, объявить ему свою волю и привести в божеский вид перед свадьбой.

Джаред воспринял новость спокойно, не противился, словно чувствуя вину за свое поведение до трагедии и после.

 

 

Влетев в комнату Джареда, Сэнди, которая после покушения снова жила в доме Падалеки, с размаху влепила ему пощечину, прежде чем он схватил ее за руки.

- Ублюдок! – взвизгнула девушка.

Ее лицо исказила гримаса, косметика растеклась по лицу от слез.

- Что с тобой? – удивился Джаред, у которого голова раскалывалась после пьянки.

- Как ты мог?

- Что я сделал?

- Ты женишься на этой… этой… – Сэнди не могла подобрать от злости нужного слова.

Она топнула ногой и постаралась дотянуться до лица Джареда, чтобы расцарапать его, но тот вовремя успел отклониться назад.

- Она - сука, как ты этого не видишь?! – продолжала истерить Сэнди. – Она ни слезинки не проронила по твоему брату и ни разу не навестила его в больнице. Она не любит никого, кроме себя!..

Джаред развел в стороны руки Сэнди, удерживая их за запястья, потом ловко развернул к себе спиной и обнял, сцепив свои ладони на ее груди.

- Я знаю, - произнес он на ухо девушке.

- И все равно женишься на ней?!

- У меня нет выбора.

- Выбор есть всегда! – Сэнди топнула ногой. – Джаред, ведь я… Господи, ну поехали со мной в Штаты, там мы сможем быть вместе… И никакой Варгас не дотянется до тебя!

Джаред, видя, что Сэнди немного успокоилась, отпустил ее и покачал головой:

- Я никуда не поеду. Мой брат при смерти, отец нуждается в помощи… Все последнее время я вел себя как говнюк. Теперь пришел мой черед стать ему опорой.

- Ты… Ты… - у Сэнди перехватило дыхание и она бессильно опустилась на кровать, закрыв ладонями лицо.

Она плакала, и ее тоненькие плечики сотрясались от рыданий. Джаред хотел дотронуться до нее, но не посмел.

- Ведь ты же не любишь ее? – спросила Сэнди несчастным голосом.

- Нет. Я вообще никого не люблю.

- Никого? – от удивления у нее даже слезы высохли на глазах.

- Сэнди, ну не начинай… - поморщился Джаред. - Мы с тобой просто отлично проводили время...

Он опустился рядом с ней на кровать, но не сделал попытки даже обнять. Сэнди замерла, а Джаред продолжил:

- Тебе небезопасно здесь оставаться. Ты должна уехать. Тебя, наверняка, видели со мной… раз дело приняло такой поворот, то головы полетят даже у невиновных. Я скажу охране, чтобы тебя проводили в аэропорт и посадили в самолет. Нам лучше больше не встречаться.

Сэнди гордо вздернула подбородок, прошла к себе в комнату и собрала вещи. Перед своим уходом она не стала прощаться с Джаредом, стоящим у входа, и ни разу не обернулась, пока пересекала двор, чтобы сесть в поджидавшую ее машину.

 

 

Накануне свадьбы Джаред весь день провел в больнице у брата, держа его за руку.

...Джеральд корил себя за то, что до сих пор не построил хотя бы часовню в своих владениях. Сейчас это пришлось бы кстати - его покойная жена хотела, чтобы дети венчались в церкви. Пойти наперекор ее желаниям Джеральд не посмел, поэтому он в считанные дни отыскал неприметную церквушку в глубинке, чтобы никто из медельинцев ни о чем не прознал, и вместе с семьей Кортез и Джаредом, а также двумя джипами охраны, отправился туда.

День своей свадьбы Джаред помнил смутно: сначала он стоял в церкви в нарядном черном костюме с белым цветком в петлице и обливался потом, затем первый танец молодых в небольшом ресторанчике, где кроме родителей и охраны никого больше не было, а дальше все как в тумане.

В номере для новобрачных местной гостиницы его нещадно рвало, и он заблевал все углы, а Женевьев, перепугавшись, заперлась в спальне и на стуки новоявленного супруга никак не отвечала.

Проснулся Джаред на диване, в обнимку с каким-то парнем в костюме служащего отеля, который вроде бы приносил вино, заказанное Джаредом в номер. Джаред его тогда еще заставил выпить вместе с ним и, кажется, оттрахал, обкончав ему все лицо.

Интересно, Женевьев видела его сегодня? Джаред повернул раскалывавшуюся голову: дверь в спальню по-прежнему была закрыта. Нет. Ну и слава богу!

Джаред растолкал служащего и выпроводил его из номера. Хорошо, что родители уехали вчера, оставив их одних с кучей охраны – Женевьев настояла, чтобы первая брачная ночь прошла здесь, а не в особняке Падалеки. Хоть в этом повезло... Пока.

Позже, узнавший обо всем Джеральд, устроил сыну взбучку.

- Уйди с глаз моих, человеческое недоразумение! – в сердцах опустил он на стол тяжелый кулак. - После твоих выкрутасов, боюсь, мы стали для Кортез кровными врагами! Я не знаю, как буду смотреть им теперь в глаза! Уверен, что твоя жена обо всем им уже рассказала.

Джаред сидел, понурив голову.

- Оставаться тебе здесь сейчас опасно. Поэтому ты улетаешь в Сеуту, там, по крайней мере, нет медельинцев. Можешь взять с собой жену.

- А это обязательно? – Джареда не прельщала обуза в виде жены. - Пусть отправляется в Мехико к родителям, они о ней позаботятся.

- Тогда ты точно поставишь крест на нашем будущем. Что ж, она останется здесь, я постараюсь исправить все, что ты натворил. Но тебе лучше убраться поскорее. Со временем ее обида пройдет, я разберусь с Варгасом, и тогда ты сможешь вернуться. Пока же займешься нашим бизнесом на африканском побережье. Если не справишься, считай, что у тебя больше нет отца!

 

 

Глава 3.

 

 

Сеута - испанский полуанклав на северном побережье Африки, напротив Гибралтара, по которому туда-сюда сновали контрабандисты, занимаясь перевозкой товаров, начиная от сигарет и спиртного и заканчивая наркотиками. Через африканские владения Испании нескончаемым потоком с территории практически неконтролируемого Марокко нелегально ввозился гашиш с востока и кокаин из Южной Америки. Сеута была лишь перевалочным пунктом, дальше тонны груза следовали в Европу.

Здесь шло нешуточное противостояние полицейских и «джентльменов удачи», действующих на свой страх и риск, которые при счастливом стечении обстоятельств делали целые состояния, занимаясь опасной, зачастую приводящей к смерти, работой.

Джаред уже полгода провел в Сеуте, налаживая поставки кокаина. Раньше деятельность клана Падалеки за пределы Колумбии не выходила. Они просто предоставляли товар, который уже без их участия пересекал Атлантику и попадал в руки заинтересованных лиц.

Однако, Джеральд решил самостоятельные поставлять кокаин, поскольку перевозчики через океан - испанцы - были скупы и старались купить товар у колумбийцев как можно дешевле, а на месте загнать как можно дороже.

Главными поставщиками непосредственно на рынки с платежеспособным населением Европы, готовым расплачиваться твердой валютой за «дозу удовольствия», были итальянцы и французы, перекупавшие товар у испанцев. Падалеки решили, что выгоднее сотрудничать напрямую с ними.

Джареду пока что удалось договориться только с французами. Они выслушали предложение колумбийца, оценили все риски и согласились с его предложением. Сицилийская же мафия, с которой попытался выйти на контакт Джаред, заявила, что они привыкли иметь дело с проверенными людьми, а он новичок в Гибралтаре.

Падалеки через первого заместителя жандармерии в Сеуте получил неофициальное «добро» от вышестоящего начальника, и теперь за определенную мзду мог заниматься перевозками кокаина из погрязшего в коррупции Марокко в испанскую Сеуту, на территории которой его никто не преследовал.

Иногда Джаред вместе с жандармскими чиновниками специально планировали на границе перехват собственного груза, чтобы стражи порядка смогли написать в своих отчетах о задержке нелегальной партии «марокканского шоколада»,[5] которым умышленно нагружал транспортные средства Джаред, потому что гашиш был в разы дешевле кокаина. У чиновников повышалась статистика, а Джаред завоевывал их расположение и спокойно направлял кокаин в порт Сеуты.

Обычно он договаривался с контрабандистами и те перевозили товар через Гибралтар на свой страх и риск. Часто в их катера Джаред сажал своего человека – «нотариуса», который должен был следить за доставкой груза. Если контрабандистам приходилось во время операции выкидывать груз за борт, чтобы не попасться с уликами, когда их останавливали таможенники, то нотариус подтверждал, что у парней не было иного выхода. По статистике попадался один катер из пяти.  Подхода к начальникам ни марокканской, ни испанской таможен Джареду найти пока не удалось.

Но это были мелочи по сравнению с той прибылью, которую сулил доставленный на сушу товар.

Убытки Джаред списывал на незначительные потери. До некоторых пор…

Джаред сидел в своем кабинете, располагавшемся на последнем этаже роскошного жилого дома, и даже стены, выполненные в спокойной кремовой гамме, действовали на него раздражающе. Он резко встал, подошел к бару, налил себе коньяка и выпил все до последней капли зараз. Алкоголь нисколько не снял напряжения, в голове продолжала крутиться одна и та же мысль, которая не давала ему покоя: «Кто, мать твою ж, топит мой груз?!»

В последнее время чуть ли не каждый второй катер, перевозящий его кокаин, шел ко дну. Это было уже не смешно, такими темпами, ему скоро придется сворачивать всю деятельность в Испании. Его кто-то умышленно пытался вытеснить из Гибралтара.

Джаред до скрипа зубов сжал челюсть, налил снова, сделал пару шагов и обернулся, запнулся глазами о баснословно дорогую картину, висевшую на противоположной стене - там фрегат отчаянно боролся с бушующим морем. Джаред размахнулся и со всей силы запустил стаканом в шедевр живописи.

Его не волновало, что картина оказалась безвозвратно испорченной. Куда больше сейчас занимал вопрос, кто имеет на него зуб и кто встал на его пути…

Этот кто-то специально сдавал Джареда таможенникам: на хвосте людей, следующих с его грузом, чуть ли не постоянно висели «мавры» - марокканские патрульные катера, или со свистом разрезали воздух над головой преследующие по воздуху «птицы» - испанские патрульные таможенные вертолеты.

Кроме того, его катеры атаковали неизвестные пираты. Вчера так вообще уничтожили ну очень большую партию!

Джаред подошел к окну и хмуро окинул взором изогнутую линию берега пляжа с полосой белой пены, мерно покачивавшиеся мачты яхт. На берегу, с обеих сторон, возвышались белоснежные дома, ярко светило солнце, обещая как обычно ясный день.

Джаред дернул головой и вернулся к столу. Его личный день, впрочем, как и все последующие, обещал быть мрачным, если он что-нибудь срочно не придумает. Колумбиец достал телефон и набрал номер, который нигде не был записан, но это было и не нужно – он знал его наизусть.

 

 

Встреча Джареда с помощником главы жандармерии Сеуты состоялась в ресторане на вершине горы Ачо. Сам же глава в это время находился на международной конференции, где докладывал об успехах в борьбе с контрабандой наркотиков.

Когда Джаред появился в ресторане «Оазис», его проводили за столик с видом на Гибралтарский пролив. Там молодого человека уже дожидался сеньор Бенитес – невысокий плотный человечек с черными, с проседью волосами, зачесанными назад и уложенными гелем, огромным носом с глубоким шрамом прямо посередине, бегающими из стороны в сторону глазками, словно у воришки-карманника.

За воротник Бенитес засунул салфетку, изрядно запачканную жирными пятнами от ароматной курицы, в которую он, словно лев, вонзал свои зубы. Завидев Джареда, Бенитес радостно закивал и, поспешно проглотив кусок, воскликнул:

- О, сеньор Падалеки, ужасно рад вас видеть!

«Еще бы! Каждое мое появление сулит тебе деньги!» - подумал Джаред, но вслух произнес:

- Взаимно, - и улыбнулся, присаживаясь напротив.

- Что будете заказывать? – спросил у него официант, слегка кланяясь.

- Только мятный чай.

- А мне, дружочек, - влез Бенитес, - тоже чай, а к нему добавь восточных сладостей.

- Конечно, - официант неслышно удалился.

- Думаю, вы хотите обсудить со мной события последних недель? О, я уже в курсе того, что произошло. Это ужасно.

- Да, - хмуро кивнул Джаред. – На мои катера постоянно нападают неизвестные люди. И я понятия не имею кто. Они даже не забирают товар, просто выбрасывают его за борт.

Джаред прекрасно понимал, почему те так поступали: заметали следы. В противном случае, если бы они этого не делали, то его кокаин рано или поздно появился бы на рынке, и тогда стало ясно, кто стоит за всем, и возмездие со стороны Джареда не заставило бы себя ждать. Поэтому груз специально уничтожался.

Кто-то был готов идти на все в борьбе с колумбийцем, а Джаред даже не знал, кому предъявить счет.

Ветер на высоте горы шевелил отросшие до плеч волосы молодого человека и тот, чтобы пряди не лезли в глаза, зацепил их за ухо.

Джаред сделал глоток чая и задумчиво посмотрел на море, которое тихо, из-за спокойной солнечной погоды, накатывало на песчаный берег, образуя белые барашки, а потом снова отступало.

Когда он повернул голову в сторону Бенитеса, глаза того были настороженно прищурены.

- Сеньор Бенитес, - начал после некоторой паузы Джаред, - я всегда выполнял обязательства, взятые на себя, и, надеюсь, что вы заинтересованы в нашем дальнейшем деловом сотрудничестве.

Бенитес склонил голову в знак согласия. Джаред продолжил:

- Я хотел бы узнать, кто топит мой груз. За информацию я щедро заплачу.

Бенитес отставил пустую чашку чая, вытер руки о салфетку, смял ее, и, бросив в тарелку, прижал ножом.

- Жандармерия такой информацией не располагает. Возможно, покушение на ваши суда – не связанные между собой случаи. Здесь полно эмигрантов, и каждый день их прибывает все больше и больше. Значительная часть из тех, кого нам удается поймать, сбегает из Временного центра для нелегалов и начинает промышлять на свой страх и риск. Вы бы знали, сколько всякой шушеры шляется по городу!

Джаред откинулся на спинку стула и пристально посмотрел на заместителя начальника жандармерии.

-  Никогда не поверю, что, как вы говорите, все нападения случайны. Слишком уж часто топят именно мой товар, еще чаще мне в спину дышат таможенники. Сеньор Бенитес, вы утверждаете, что беспредельничают эмигранты, но на меня нападают не марокканцы и не левацы с турками. Это льянито.[6] И мне нужно имя человека, который стоит за ними.

- Я же сказал, в жандармерии данных об этом нет, - растерянно развел руками Бенитес.

- Мне бы хотелось лично познакомиться с начальником жандармерии, чтобы обсудить с ним эту щекотливую ситуацию.

Бенитес, прищурившись, смотрел на Джареда и молчал.

- Вы можете это устроить? - поинтересовался колумбиец, заведя одну руку за спинку стула, а второй поигрывая с чайной ложкой.

Бенитес усмехнулся, следя за маневрами собеседника:

- Я постараюсь выполнить вашу просьбу.

- А я в долгу не останусь.

Бенитес поднял голову и театрально вздохнул:

- Что поделать, в мире кризис, жизнь стала невыносимо дорогой. Сами понимаете, тех средств, которые платит правительство, не достаточно. Поэтому ваша поддержка будет как нельзя кстати… Я организую вам встречу.

Джаред кивнул. Бенитес широко заулыбался:

- С вами приятно иметь дело, сеньор Падалеки из Боготы! Сегодня мой начальник, сеньор Вега, как раз возвращается из командировки.

Джаред произнес:

- Хорошо бы с ним встретиться немедленно.

- Тогда приглашаю вас в баню. Вы когда-нибудь посещали настоящую арабскую баню?

Джаред отрицательно покачал головой:

- Не понимаю, при чем здесь баня?

- Приходите обязательно. О, вы не пожалеете! Сеньор Вега после командировок частенько туда заглядывает. И там вы сможете обсудить с ним дела.

- Хорошо, я приду.

- Отлично, - потер руки Бенитес, поднимаясь, потому что Джаред первым встал из-за стола и, кивнув, направился к выходу.

 

 

К назначенному времени Джаред подъехал к бане – неприметному каменному строению с низким входом, так что высокому мужчине пришлось нагибаться. Джаред прошел внутрь и огляделся. Тут же к нему подошел служащий и осведомился, не его ли ожидает сеньор Вега.

Джаред кивнул.

- Милости просим, следуйте за мной.

Он проводил Джареда в раздевалку, где дневной свет беспрепятственно проникал сквозь арочные своды опор.

Джаред остановился у одной из каменных скамей, стянул с себя черную футболку с глубоким V-образным вырезом, светлые брюки и убрал в нишу для одежды.

Он повязал на бедра полотенце и направился в большой зал, где шесть отполированных мраморных колонн, увенчанных изящным геометрическим орнаментом, держали над купальней высокий каменный свод, а посередине возвышалась восьмигранная чаша бассейна. Вокруг бассейна располагались камни-лежаки, на которых Джаред приметил начальника жандармерии Алонсо Вегу собственной персоной и его заместителя Бенитеса.

Разглядев Джареда, Бенитес влез ступнями в деревянные сандалии, чтобы не обжечься о пол, прогреваемый до пятидесяти градусов, и от которого шел пар, и засеменил к колумбийцу.

- Я рад вас видеть, сеньор Джаред! – заулыбался он.

Сумма, поступившая на его счет пару часов назад, в буквальном смысле окрылила Бенитеса.

Джаред кивнул и посмотрел на Вегу, который, не моргая, уставился на него, оторвав свою голову от камня.

Вега выглядел как истинный идальго – Джаред всегда именно так и представлял себе коренных испанцев. На самом же деле во всей Испании представителей данного типа найти было очень сложно. Но Вега был одним из них - высоким, худым, с орлиным профилем и черными волосами.

Когда он поднялся со своего лежака, оказалось, что он почти не уступает Джареду в росте, но заметно проигрывает мышечной массой.

- Сеньор Вега, очень приятно с вами познакомиться, - улыбнулся Джаред как можно искреннее.

Алонсо Вега, прищурившись, внимательно посмотрел на него.

- Мой помощник сообщил мне, что вы очень хотели обсудить со мной какие-то дела, - довольно сухо произнес он.

- Да, я был бы непрочь поговорить с вами.

- Хорошо. Но позже. А пока давайте расслабимся.

Джаред кивнул. По совету Бенитеса он прошел в горячее отделение, где по углам были расставлены котлы с кипящей водой для увеличения жара. Бенитес сообщил, что надо обязательно пройти все пять ниш, в каждой из которых держалась своя температура. В самой последней было сто градусов, и Джаред подумал, что уж сто он точно не выдержит, но Бенитес заверил, что если действовать постепенно, то все будет в порядке.

- А потом вернетесь к фонтану, и решим, как быть.

Джаред вздохнул. Бизнес обязывал принимать местные правила и беспрекословно им подчиняться - поскольку Вега был ярым фанатом бань, то нарушение ритуала рассматривалось им как измена.

Джаред прошел в первую нишу и поудобнее пристроился на камне. Когда он достиг последней, пятой ниши, у него перед глазами с непривычки цветная мозаика, которой был выложен пол кальдариума, расплывалась и выглядела нечетко.

Чтобы позорно не отрубиться, Джаред зашевелился - пора перемещаться к фонтану. Правда он сомневался, сможет ли в таком состоянии вести деловые разговоры. Чертов Вега! Чертов испанец - любитель арабских бань!

Джаред хотел было приподнять руку, но она его не послушалась, и он испугался: удастся ли вообще выбраться отсюда. В этот момент на Джареда кто-то вылил теплую воду, которая показалась ему ледяной.

Джаред встрепенулся, поднял голову и увидел мускулистую спину и короткий ежик русых волос удаляющегося мужчины, который держал пустой тазик.

Незнакомец кого-то смутно напомнил Джареду, но в голове творилась такая каша, что у него не получалось сосредоточиться, чтобы извлечь из глубин памяти информацию, где он мог уже встречаться со своим спасителем.

Впрочем, какая разница! Незнакомец помог ему очухаться и ладно. Если он ушел, значит, не хочет благодарностей.

Джаред кое-как встал и направился к фонтану.

- Как самочувствие? – поинтересовался Бенитес.

- Отлично, - Джаред натянуто улыбнулся.

Вега, не отрывая головы от камня, произнес:

- Сеньор Падалеки, вам хватит пятнадцати минут пропотеть?

- Вполне, - ответил Джаред и улегся животом на камень.

К нему подошел специальный служащий, который принялся умело «терзать» его тело: сначала он сделал массаж лба, размял спину, а потом добрался до ног. Джаред прибалдел и, подсунув руки под подбородок, чуть ли не урчал от удовольствия. Когда же служащий захотел намазать ему стопы хной, Джаред отказался.

 

 

Джаред зря опасался, что придется обсуждать дела в бане. Разговор Вега начал в небольшом уютном ресторанчике, там не было кондиционера, зато с набережной, на которой впритык друг к другу стояли дорогие машины – в этот час в ресторане собралось много народа - дул легкий бриз и открывался вид на море, где у причала мерно покачивались пришвартованные белоснежные яхты.

Вега чувствовал себя здесь как рыба в воде, с первых минут у Джареда возникло ощущение, что в ресторане он частый гость, к нему относились с уважением и откровенно лебезили. Джаред успел прикинуть в уме, что средний счет данного заведения составлял четырехзначную цифру в евро.

Что ж, начальник жандармерии, получая мизерную зарплату, жил на широкую ногу.

Вега сидел напротив Джареда, прямой как палка, до чертиков элегантный, и смотрел своим пронизывающим взглядом прямо на Джареда, все еще красного после парилки.

- Вам понравилась баня, сеньор Падалеки? – поинтересовался Вега.

- Очень, - не моргнув глазом соврал Джаред.

Дальше Вега поведал историю о банных ритуалах, Джаред все это время изображал живой интерес, хотя ему было совершенно плевать на саму баню и на ее ритуалы.

Он пообещал себе, что больше ногой не вступит в этот филиал ада на земле, где даже собственные черти в виде служащих имелись.

Через минут двадцать Джареду удалось повернуть разговор с ритуалов на волнующую его тему. Вега сразу же стал серьезен. После небольшого вступления, в котором Джаред в общих чертах обрисовал ситуацию, он высказал собственно просьбу:

- Мне хотелось бы узнать, кто именно снабжает информацией таможенников о перемещениях моих людей.

Вега подцепил на вилку кусочек мяса, тщательно разжевал его, Джаред молча ожидал. Только когда Вега проглотил, то соизволил дать ответ:

- Это секретная информация. Никто и никогда в таможне не откроет ее, осведомителей не выдают.

- Я все прекрасно понимаю, но эти сведения очень бы помогли мне. Без них я не могу в будущем… сотрудничать с вами…

Вега понял, что Джаред намекает на свою спонсорскую помощь. Ведь если его товар будут и дальше топить неизвестные, то ему придется свернуть всю деятельность и вернуться в Колумбию.

Но на его место придут новые люди.

По большому счету Веге было все равно кто отстегивает ему за крышевание, однако, Джаред, страхуясь, платил гораздо больше, чем это было принято. И собирался делать это до тех пор, пока прочно не встанет на ноги в Европе и не обзаведется другими полезными связями. Пока же у него не было иного выбора – Вега был его пропуском в светлое будущее.

Веге тоже не улыбалось терять золотую рыбку, однако действительность диктовала свои условия:

- Я бы и рад вам помочь, но начальник таможенной службы один из самых неподкупных людей, которых я когда-либо встречал. С подобных праведников иконы писать надо и канонизировать еще при жизни.

Джаред вздохнул – да, и такие люди ему тоже встречались на пути не раз.

- А кто-нибудь из его служащих? Вдруг кому-то из них приглянется идея обзавестись личным домиком у моря и небольшим счетом в банке.

- Можно попробовать, но ничего не могу обещать со стопроцентной гарантией.

- Я надеюсь, что вы возьмете дело под свой контроль и в случае чего дадите мне знать.

- Конечно.

 

 

Джаред допускал, что никого подкупить не удастся и на домик у моря никто не позарится, поэтому мысленно прикидывал и другие планы обхода препятствий в виде бравого начальника таможни, демонстрирующего похвальное служебное рвение и кристальную честность.

Чтобы никто не мешал думать, Джаред прогуливался по пустынному берегу моря, перескакивая с камня на камень, соревнуясь с морем в том, кто окажется проворнее. Пока что везло Джареду, волны ни разу не намочили его ботинок, он вовремя перепрыгивал на сухие камни, рискуя при этом навернуться на скользких водорослях, выброшенных на берег.

Джаред настолько увлекся своим занятием и собственными мыслями, что не сразу заметил, что какой-то мужчина, следуя вдоль моря за ним по пятам на довольно приличном расстоянии, наводит фотоаппарат в его сторону.

Джаред выпрямился и приложил ладонь козырьком ко лбу, чтобы как следует разглядеть нахала. Тот, поняв, что обнаружен, даже не попробовал скрыться.

«Смелый щенок, - с уважением подумал Джаред. – Не боится, что я ему шею сверну!»

Мужчина продолжал стоять на месте, не делая ни малейшей попытки сдвинуться. Джаред спрыгнул с камней на песок и направился в сторону недоделанного папарацци, решив отыграться на нем за свои неудачи в бизнесе.  Когда до нахала оставалось совсем немного, Джаред его узнал: крокодилий ужин из Венесуэлы!

Значит, теперь американец решил заявиться в Африку. Так, а какие дикие звери водятся в Сеуте, помимо контрабандистов всех мастей? Пожалуй, что кроме заплывавших в Гибралтар китов и акул никого больше и нет.

 Ну, слава богу, не придется его в очередной раз спасать, а то у мистера Эклза нехорошая привычка попадать на зуб всякой разной живности.

Джаред остановился в паре шагов от Дженсена и уставился на него, прищурившись. Тот дерзко смотрел в ответ. В руках он держал фотоаппарат.

- Я не люблю, когда меня фотографируют, - первым нарушил затянувшееся молчание Джаред.

- Решил сделать несколько кадров, иначе снова обвинишь меня в том, что я нехороший тип, строящий из себя туриста, у которого нет ни единой фотографии.

Джаред усмехнулся и попытался выхватить у Дженсена фотоаппарат, но тот отвел руку в сторону.

- Я же сказал, что не хочу, чтобы меня кто-то снимал, - повторил Джаред, делая очередную попытку дотянуться до камеры.

- А я снимал не тебя.

- Покажи.

Дженсен увернулся от загребущих рук Падалеки и отрицательно покачал головой.

- Ни за что!

Джаред после нескольких неудачных маневров, остановился неподвижно, уперев руки в бока.

- Серьезно, гринго, ты нарушаешь мое право на неприкосновенную частную жизнь. Давай, не будем осложнять… Я до тебя все равно доберусь, если добровольно не отдашь!

Дженсен ухмыльнулся и бросил в руки Джареда фотоаппарат, тот от неожиданности чуть было не уронил его.

Изучил. Как и говорил Дженсен, там не было ни единого кадра с ним, только бескрайнее неспокойное синее море и начинающее бледнеть солнце, уходящее за горизонт.

- Тогда зачем ты ходишь за мной?

- Пляж общественный, где хочу, там и гуляю.

Джаред перебросил фотоаппарат Дженсену и тот, ловко поймав его, повесил на шею.

Не сговариваясь, они вместе двинулись вдоль берега по песку. Молчали. Говорить не хотелось – у Джареда было отвратительное настроение, которое не удалось сорвать на Дженсене. А если быть честным с самим собой – когда Джаред узнал Эклза, всякое желание ругаться с ним мгновенно улетучилось. И это было странно. Любого другого, он бы, не колеблясь, разнес в пух и прах. А тут просто шел с человеком, которого едва знал и не испытывал желания избавиться от него.

Джаред громко сопел, вглядываясь в море, и хмурил лоб. Казалось, все, что он с таким трудом выстраивал на протяжении последнего времени, готово развалиться, словно карточный домик.

Было обидно потому, что Джаред впервые за все годы своей жизни хоть что-то создал самостоятельно. Конечно не без помощи клана Падалеки, но все же прямые поставки в Европу были его заслугой… А какой-то урод вздумал подложить ему большущую свинью.

Джаред с Дженсеном шагали до тех пор, пока солнце окончательно не опустилось за горизонт, и Дженсен вдруг неожиданно спросил:

- Замерз?

Джаред встрепенулся, выныривая из своих мыслей, и уставился на Дженсена.

- Ты дрожишь, - пояснил тот.

Джаред только сейчас заметил, что его бьет дрожь.

- Есть немного, - вынужден был признать он, хотя его больше трясло из-за проблем, свалившихся ему на голову.

Дженсен огляделся по сторонам, словно выискивая что-то. Рядом стоял небольшой кабак, огонек перед входом заманчиво светился и приглашал войти во внутрь.

- Есть время? – спросил Дженсен.

Джаред кивнул - ему не улыбалось оставаться одному сейчас. До чертиков хотелось нажраться. Желательно в компании, а не в одиночестве.

- Давай, - согласился он.

Дженсен слегка заметно улыбнулся и направился к кабаку.

Они оказались в зале, оформленном так, что его можно было принять за логово пиратов. Впрочем, ничего удивительного в этом как раз и не было – судя по контингенту, здесь собралась немалая часть из числа современных пиратов - контрабандистов, прямо на месте обсуждающих свои дела.

По тому, как Дженсен уверенно направился к столику в затемненной нише у противоположной стены, лавируя между посетителями, у Джареда создалось ощущение, что Эклз здесь уже бывал не раз.

- Часто тут зависаешь? – Джаред покрутил головой по сторонам.

Бар был забит опасной, но привычной для здешних мест публикой – несколько морокканцев, из задних карманов дорогих джинсев которых торчали пачки банкнот, мальтийцы, старающиеся не показывать припрятанное под куртками оружие, испанцы со своими подружками – чересчур разукрашенными косметикой и одетыми в узенькие брючки, с виднеющимися татуировками на бедрах и пирсингом в пупках. Но больше всего здесь было британцев с испанскими фамилиями и англичан…

- Впервые, - ответил Дженсен, не оборачиваясь, будто знал, что Джаред следует за ним по пятам.

Официант принял заказ, который сделал Джаред и который состоял сплошь из спиртного.

- В двойном экземпляре, - Джаред даже не удосужился поинтересоваться у Дженсена, будет ли он чего-то кроме выпивки.

В конце концов, язык у гринго не отвалился, вон как облизывает свои чертовы губищи, может и присовокупить к заказу все, что его душа пожелает. А Джаред намерен выпить, благо собутыльник у него появился.

Ужасно хотелось расслабиться. Если задуматься, все эти полгода он вкалывал как проклятый, не позволяя себе ни на мгновение увязнуть в праздности. Да и пить-то ему в Испании было не с кем – ни одной рожи, внушающей доверие, его не окружало.

Мистер гринго тоже особым доверием не пользовался, но он хотя бы был не из наркобизнеса и не киллер, подосланный убить Джареда затаившимся ублюдком, выживающим его с рынка. Обычный смазливый американский турист. И это замечательно, этим надо непременно воспользоваться!

Еще в свое время Джеральд навел справки, кто такой мистер Эклз. Оказалось, что он адвокат, причем достаточно успешный, это позволило ему обосноваться в Нью-Йорке на Манхеттене. Семьи нет, погибли, когда ему только-только исполнилось пятнадцать лет. Постоянной подруги или бойфренда не имеет, перебивается случайными связями.

Джаред подумал, что Эклз, скорее всего, сколотил себе капитал, помогая теткам неопределенного возраста, как следует обчистить своих муженьков при разводе. С такой мордахой от клиенток у него, наверняка, отбоя нет, отсюда бешенные гонорары, которыми его осыпали не бедные разведенки, когда получали денежки своих неблаговерных мужей при помощи адвоката Эклза. Может, красавчик им еще какие услуги оказывал, помимо профессиональных…

Словом, их с Дженсеном деловые интересы лежат в кардинально разных плоскостях и не пересекаются. С ним можно и выпить, не опасаясь, что он вставит тебе перо в бок, потому что если бы хотел, то сделал это еще в домике Пабло или подстроил несчастный случай в Гвианских джунглях - тогда возможностей у него было хоть отбавляй.

После арабской бани, Джареда, который собирался всего лишь немного расслабиться, развезло по полной.

Спустя некоторое время шибко нетрезвый Падалеки, подперев здоровенным кулаком скулу, делился заплетающимся языком:

- Я так и подумал, что это был ты… Там в бане… Ведь это ты окатил меня холодной водой?

Дженсен прищурил глаза:

- Не хотел, чтобы ты отключился, как трепетная фиалка.

Сравнение показалось Джареду смешным, и он хмыкнул, чуть не подавившись текилой, которую только что отхлебнул из высокого узенького кабальито.

- Кстати, мои поздравления Сэнди, - произнес Дженсен, аккуратно делая глоток виски.

- Ты о чем? - не понял колумбиец, но потом проследил за взглядом Дженсена - на его руке все еще красовалось обручальное кольцо, которое он так и не снял.

- Это не она, - вздохнул Джаред и снова прилакался к текиле. – Кстати, любимый напиток моей женушки. Терпеть не могу…

Джаред скривился на последних словах, и было не понятно, кого именно он ненавидит: текилу или жену.

- Вы с Сэнди расстались?

- Как видишь. Но мы бы с ней расстались в любом случае, Женевьев здесь ни при чем.

- Женевьев? Латиноамериканка? Знойная штучка, судя по имени.

- Мексиканка. Ее отец большой человек у себя на родине. О нем распевают баллады известные мексиканские певцы.

- Брак по расчету?

- А где ты видел другие? – искренне удивился Джаред.

На его памяти все браки были взаимовыгодными союзами, в них делили власть и влияние. Никто из новоявленных жениха и невесты не смел отказаться от выбранной родителем партии, как бы этого не хотелось.

Поэтому и Джаред тоже не спорил с отцом, от которого зависело его благополучие. Терять хорошо обустроенную жизнь ради каких-то призрачных чувств, которые рано или поздно закончатся – глупо. Да и не был Джаред привязан к кому-то настолько, чтобы ради него пойти против семьи и устоявшихся правил. Он надеялся, что и впредь сия доля его минует.

Поэтому беспрекословно подчинился отцу, который решил женить его на Женевьев.

- Она здесь?

Джаред помотал головой.

- Не-а… На фига она мне тут нужна?

Джаред в Сеуте не страдал из-за отсутствия секса, он регулярно посещал бордель, где можно было выбрать мальчика или девочку по вкусу.

Дженсен хмыкнул, но никак не прокомментировал слова собутыльника. Вместо этого спросил:

- Где ты живешь? Куда тебя отвезти?

- Я не хочу домой... Рано еще... Или ты… ик… спешишь?

- У меня завтра самолет, надо собрать вещи.

- Что, туристический тур по Европе?

- Типа того. Лечу в Марбелью.

- Может перепихнемся на прощание? - в глазах Джареда гринго уже раздваивался и он помахал рукой, чтобы отогнать наваждение.

Дженсен проследил за манипуляциями парня, а потом прищелкнул языком:

- А сможешь?

Пьяного Джареда задели его слова, он вскочил на ноги и чуть не перевернул столик. Колумбиец собирался немедленно доказать, что не слабак и что противному гринго следует взять свои слова обратно как можно быстрее.

Дженсен, усмехаясь, подтолкнул Джареда к выходу, а на улице потянул за собой в темный, неосвещенный уголок, закрытый от посторонних глаз пышной кроной дерева, свешивающейся чуть ли не до земли, и прижал к стене. Джаред хотел что-то сказать, но теплые мягкие губы, на которые он беззастенчиво пялился все то время, пока сидел в кабаке, приникли к его лицу, заставляя молчать.

Дженсен задрал рубашку Джареда чуть ли не до подбородка и провел ладонями по твердому прессу. Склонил голову и скользнул влажным языком по соску, который тут же затвердел.

Джареду до ужаса захотелось поцеловать Эклза, который копошился где-то там, внизу. Он схватил его за плечи, рывком поднял вверх, и они уставились друг на друга. Глаза Дженсена от неожиданности стали размером с блюдце и Джаред притянул его к себе за макушку. Где-то на периферии мелькнула мысль, что Дженсен за такое самовольство, и врезать может, но это волновало сейчас меньше всего.

Куда больше ему хотелось впиться в эти губы и по-сумасшедшему целовать их: страстно, прикусывая до боли.

Дженсен не вырывался и не пытался показать, что ему что-то не понравилось в манерах колумбийца. Наоборот, он сам, рыкнув, принялся терзать губы Джареда.

Дженсен опустил свою руку вниз и через джинсы сжал член Джареда. Джаред выдохнул ему в рот, застонал и откинул голову назад, больно ударившись при этом о стену.

Дженсен тут же обхватил его голову, не давая ни малейшей попытки вывернуться из рук. А Джаред и не собирался, он смотрел в мерцающие в темноте глаза и тонул в них, даже задышал так, словно и правда ему вода попала в легкие, и жить осталось считанные секунды. Дженсен погладил Джареда пальцем по скуле и прошептал:

-Дыши, Джаред, дыши… Мы еще ничего не успели сделать из того, ради чего пришли сюда…

Он  торопливо расстегнул пояс брюк любовника и дернул за молнию, приспустил мешающуюся сейчас одежду на ягодицы. Джаред почувствовал, как ветер ласково прошелся по его обнаженной коже, которая покрылась мурашками.

Джаред уперся лопатками в каменную кладку стены и протянул свои руки к Дженсену – ему показалось несправедливым, что сам он уже на половину раздет, а Дженсен как был в одежде, так в ней и оставался. Падалеки вцепился в его футболку и постарался сдернуть, футболка затрещала по швам и Дженсен отстранился.

- Тише, колумбийский горячий мачо, ты мне сейчас одежду разорвешь, в чем я в гостиницу пойду?

Дженсен сам снял футболку и Джаред припал к его прессу, он прочерчивал языком контуры мышц, царапал щетиной нежную кожу на ребрах, и постоянно прижимал к себе, словно опасался, что Дженсен ужом выскользнет из его рук. Дженсен тихонько посмеивался, слегка откинувшись в сильных руках Джареда и запустив свои пальцы в его волосы.

Джаред вылизывал каждый сантиметр кожи Дженсена, добрался до сосков, выше, до ложбинки между шеей и ключицами, острыми зубами довольно ощутимо впился в кадык и Дженсен непроизвольно дернулся.

Джаред выпрямился и снова посмотрел в глаза партнеру. Тот некоторое время глядел на него молча, а потом резко попытался перевернуть Джареда лицом к стене.

Но тот рыкнул и отвел руки Эклза.

- В этот раз снизу будешь ты!

- Я же сказал, если ты меня хочешь, то…

Договорить Дженсен не успел, потому что внаглую уже пробрался шустрой рукой в расстегнутые брюки Джареда и подушечкой пальца потер под головкой его члена. Не смотря на то, что Джареда уже не хило потряхивало от желания, он так просто сдаваться не собирался:

- Ты тоже меня хочешь, поэтому…

Дженсен припал к его губам, не позволяя договорить. Он сам расстегнул свои джинсы и слегка приспустил их, не разрывая поцелуя.

Джаред чувствовал, как Дженсен ласкает своим языком его десны, как скользит рукой вниз и обхватывает ладонью член Джареда. Джаред, не отстраняясь от губ Дженсена, трепыхнулся, но тот надавил на уздечку и провел вверх-вниз. Джаред застонал, и Дженсен проглотил его стон.

Дженсен выпростал из боксеров собственный член и провел им по животу Джареда, оставляя влажный след. Джаред двинул ему на встречу бедрами.

Дженсен ловко сложил оба члена вместе, с трудом удерживая их в одной руке, и принялся дрочить. Джаред обхватил его ладонь своей ладонью, поддерживая взятый Эклзом ритм, так и не прервав поцелуя.

Падалеки кончил первым, а через несколько мгновений Дженсен последовал его примеру.

Джаред откинулся, а партнер припал к его груди: оба тяжело дышали. Спустя пару минут Джаред почувствовал холод, исходящий от каменной кладки, и зашевелился.

Дженсен выпрямился, подтянул на себя сползшие к щиколоткам боксеры и джинсы, достал салфетку, прихваченную из бара (до чего, чертяка, предусмотрительный, блин!) и обтер свой живот от джаредовой спермы. Затем поднял откуда-то футболку, к которой прилип влажный песок. Дженсен старательно отчистил футболку, прежде чем надел ее на себя, и Джаред фыркнул: Эклз был невообразимым чистюлей. Нет, в панику от грязных пятен он не впадал, но даже в джунглях постоянно следил за своим внешним видом – Джаред хорошо помнил их поход на рыбалку в Венесуэле.

 Джаред еще тогда подивился, как Дженсену всегда удается выглядеть супер аккуратным, словно модель, сошедшая с картинки модного журнала. Даже в самых невероятных условиях он казался истинным дэнди.

Глаза Джареда озорно блеснули, ему очень захотелось растрепать уложенную гелем волосок к волоску прическу Дженсена, и он почти было собрался протянуть руку, но Дженсен уже отошел от него на некоторое расстояние и поинтересовался:

- Так куда мне тебя отвезти?

Джаред попробовал было отказаться:

- Я и сам могу.

Но Дженсен категорично отрезал:

- Нет, я не отпущу тебя одного, мало ли кто захочет обчистить пьяного парня по дороге!

- ОК, как знаешь, - Джаред не стал обижаться на то, что усомнились в его физической силе.

После секса он чувствовал расслабленность во всем теле, и ему было не до споров.

Возле дома, прежде чем скрыться внутри, Джаред сделал слабую попытку назначить свидание гринго:

- Может, встретимся в Марбелье? Сколько ты там пробудешь?

- Не думаю, что это нужно тебе или мне, - покачал головой Дженсен. – Надеюсь, мы больше никогда не пересечемся.

Джаред хотел было спросить: если ты и вправду не заинтересован, то почему же тогда таскался за мной по пляжу, но Эклз уже умчался на своей неприметной маленькой машинке бюджетного варианта.

- Ну и фиг с тобой, - пробормотал задетый Джаред, вваливаясь в свою квартиру.

 

 

Из царства Морфея Джареда вырвал звонок Бенитеса, который сказал, что есть разговор, но он не телефонный и поэтому надо увидеться.

Джаред встретился с ним в полдень и постоянно что-то поглощающий Бенитес (Джаред подозревал, что он именно по причине вечного голода и назначает встречи в ресторанах), поделился последними новостями.

- Начальник таможни держит имя своего осведомителя под страшным секретом и, кажется, только сам знает кто он такой. Даже его люди не в курсе.

Джаред нахмурился.

Ситуация складывалась неприятная во всех смыслах. Ему позарез нужно было имя человека, вставшего на дороге у клана Падалеки. Но знал его только начальник таможни. Как можно договориться с несговорчивым стражем границы? Не пытать же его в самом деле! Испания это не Колумбия, где наркоторговцам многое сходит с рук.

Весь оставшийся день, переваливший далеко за полночь, Джаред строил планы, прикидывая как лучше подступиться к начальнику таможни. А под утро он решил, что начальник ему, в принципе-то, и не нужен.

То, что собирался совершить Джаред, было опасно, но в случае победы он получал ответы на все интересующие его вопросы.

На следующий день Джаред сидел в одном из баров, где любили отдыхать жандармы. Он был вместе с командиром катера – греком Ериасом, своим человеком, который не раз совершал рейды на небольшом судне, груженным по самое некуда кокаином.

Обычно Джаред планировал поездки за закрытыми дверями, но сейчас специально выбрал это место, чтобы жандармы, крутившиеся неподалеку, были в курсе его дел. В этом не было ничего странного – сделки такого рода обсуждали в подобных заведениях многие. Теперь глупая привычка местных контрабандистов сыграла на руку и осторожному Джареду.

Жандармы, перед которыми Джаред разыгрывал представление, были из тех, кто из захваченной партии наркотиков заявляли только половину, не упоминали о некоторых штрафах в отчетах. Джаред угостил их выпивкой, и жандармы подняли бокалы за его здоровье. Джаред кивнул в ответ.

Он видел, как стражи порядка старательно делали вид, что не слушают разговор, но тем не менее не пропускали ни единого слова.

Джаред говорил достаточно громко, о том, что завтра Ериас должен быть готов к погрузке товара.

- Партия большая, пятьсот килограммов… Жди в темное время.

- Никаких проблем, — ответил Ериас, потягивая спиртное.

Если его и удивило, что всегда скрытный колумбиец вдруг заговорил с ним о бизнесе в людном месте, то вида не подал — мало ли какие странности случаются у сеньора Падалеки!

Джаред слегка скосил глаза, делая глоток — жандармы продолжали их внимательно слушать, стараясь не показывать вида. Наверняка, эту информацию они продадут его недоброжелателям, которые постараются перехватить катер и утопить партию колумбийского кокаина.

Тут в баре стало непривычно тихо, а потом посетители заговорили с новой силой. Джаред, сидевший спиной к двери, обернулся – в зал вошел высокий широкоплечий мужчина, испанец. Посетители, в основном контрабандисты, начали подталкивать друг друга руками и указывать в его сторону подбородками.

- Кто это? – прищурился Джаред.

Незнакомец, словно почувствовав на себе взгляд Джареда, обернулся в его сторону. Они внимательно оглядели друг друга с ног до головы, а затем мужчина подошел к барной стойке.

- Алварес, новый начальник из Мадрида.

Джаред уже слышал это имя, но никогда, до сегодняшнего дня, с его обладателем не пересекался – один из самых неподкупных и серьезных полицейских, его уважали и ненавидели одновременно контрабандисты за то, что он не давал им спокойно работать.

Алварес за последний месяц, пока находился в командировке в Сеуте, успел развернуть бурную деятельность.

Он прибыл возглавить новую группу по борьбе с организованной преступностью. И не доверял никому. Даже начальнику таможенной службы. Пока. Джаред надеялся, что эти двое не споются в скором времени. Потому что один Алварес – это неприятно, а вместе с начальником таможни – неприятно вдвойне.

«И почему в последнее время одни честные чиновники вокруг?! Работать же невозможно», - подумал Джаред.

Алварес сделал заказ и развернулся лицом в зал. Джаред ощущал на себе его взгляд, который, казалось, прожигал ему куртку насквозь. Джаред подавил в себе желание ответить таким же пристальным вниманием – пока не время нарываться, у Джареда были дела поважнее.

 

 

Джаред в шапке, надвинутой по самые глаза, стоял у правого борта катера, кутаясь в водонепроницаемую куртку и теплый свитер, одетый под нее, одну руку он засунул в карман, а второй держался за поручень, чтобы не мотало из стороны в сторону. Его лицо от соленых брызг, вздымаемых катером, было мокрым, волосы, выглядывающие из под шапки, прилипли к коже, губы были твердо сжаты.

Ериас склонился над штурвалом и пристально вглядывался в темноту перед носом катера.

После того, как катер миновал сеутский маяк, над водой начал быстро сгущаться туман. Джаред надеялся, что он не остановит врагов, ведь его путь хорошо был им известен. Место выгрузки, на пляже возле Марбельи, тоже. Упустить такую возможность враги не могли.

Груз на катер должны были передать с сейнера[7], ориентиром служил маяк.

Ериас махнул рукой:

- Нас уже ждут.

Джаред разглядел через бинокль ночного видения покачивавшееся на волнах судно, на борту которого находились хорошо упакованные пакеты, готовые к передаче. В пакетах вместо кокаина был табак, но об этом никто, в том числе и Ериас, не знали. Грузить просто пустышку было рискованно, поскольку кто-нибудь мог это обнаружить до начала операции и растрепать, что вместо груза на сейнер передали кучу хлама.

Единственный риск, на который пошел Джаред – его личное присутствие на катере. Но колумбийца мало кто знал в лицо, поэтому он надеялся, что в темноте останется не узнанным до того момента, когда это станет уже неважным.

Ериас назвал кодовое слово, катер пришвартовался к сейнеру, и началась погрузка. Далее Ериас вырулил на север и направился в сторону полуострова, стараясь держаться как можно ближе к берегу.

Прямо по курсу высветились огни Эстепоны и Марбельи. Джаред начал немного волноваться – неужели им позволят достигнуть берега?!

Но он зря переживал – на радаре появился след от стремительно приближающегося к ним катера.

- Похоже, к нам гости, - растянул Джаред губы в улыбке, его глаза опасно заблестели в предвкушении.

Ериас выругался на греческом.

Джаред не стал его успокаивать, вместо этого он предупредил своего человека, спрятавшегося внутри катера, быть начеку.

Быстроходное судно настигло свою цель и стало теснить к берегу. Ериас предпринимал чудеса морского дела, чтобы уйти от преследования до тех пор, пока Джаред не положил ему свою руку на запястье и не покачал головой:

- Достаточно.

- Вы хотите, чтобы я остановился? – Ериас с недоумением воззрился на него.

- Именно.

Еще с минуту Ериас сомневался в адекватности босса, а потом, вздохнув, подрулил к пляжу, упираясь днищем в песок - благо пляж был без камней.

Когда на борт полезли преследователи и направились прямиком к стоящим чуть поодаль от штурвала Джареду и Ериасу, грека затрясло мелкой дрожью: ему стало страшно. Кто знает, что на уме у этих ненормальных! Ведь раньше они нападали на катера в море, а сейчас зачем-то вынудили их подойти к берегу.

У Джареда в крови поднялся адреналин, он прищурил глаза и напряг мускулы, предчувствуя драку.

Раньше он терялся в догадках, кто нападает на его суда, и вот теперь тайное стало явным: к нему приближалось трое испанцев. Один из них – толстый невысокий тип, вооруженный пистолетом, произнес следующему за ним человеку фразу, не отрывая внимательного взгляда от Джареда:

-          Comprobar as mercadorías![8]

Галисийский диалект. Значит галисийцы. Теперь понятно откуда ноги растут. Подчиненный бросился выполнять просьбу начальника, а тот подошел к Джареду:

- Сеньор Падалеки собственной персоной, неожиданно даже.

Джаред ухмыльнулся:

- И я не подозревал, что встречу сегодня гальегос[9] на своем катере.

- Пути господни неисповедимы, - философски изрек галисиец.

Ериас беспокойно заозирался по сторонам. Один из галисийцев, что остался позади, разорвал упаковку груза и его смачные ругательства разнеслись над пляжем.

- Что такое? – повернул голову командир и в этот момент Джаред резко выкинул руку вперед и точным ударом в подбородок заставил галисийца покачнуться.

Ериас не стал колебаться и напал на второго. К тому, что возился с пакетом, кинулся доселе прятавшийся внизу человек Падалеки. Джаред ловкой подножкой уложил галисийца и приставил к его горлу нож.

- Я хочу знать, на кого ты работаешь, - четко произнес он.

- Пошел на… - договорить командир не успел, потому, что со всех сторон пляжа загорелись фары, направленные на людей на катере. То и дело вспыхивали голубые огни патрульных машин у дороги. Им кричали на испанском, английском и галисийском:

- Стоять! Ни с места!

Фары били в лицо, ослепляя. Джаред приставил ладонь к глазам, и в этот момент галисиец дернулся под ним и чуть не повалил на дно, однако, Джаред удержался на ногах и пихнул головой галисийца, который проехал на заднице несколько метров, и врезался в борт катера.

Джаред рванул к нему, не обращая внимания на разыгравшееся светопреставление на берегу – к их судну со всех сторон неслись таможенники с собаками, а следующие за ними по пятам жандармы приводили в боевую готовность свои автоматы, Джаред отчетливо слышал характерные звуки.

Джаред схватил за грудки галисийца и крикнул, оборачиваясь к своим людям:

- Выкидывайте всех в воду и отходим!

Ериас подцепил за ноги «своего» галисийца и ловко перевернул его через борт, еще один шлепок известил о третьем галисийце, последовавшим за своим товарищем.

Ериас подскочил к штурвалу и дал задний ход.

Джаред перехватил командира за горло и крепко сдавил, чтобы тот не смог вывернуться. Галисиец хрипел и мычал, пытался ударить Джареда ботинком по голени, но вскоре затих, потеряв сознание.

Ериас выкрутил до предела руль, утопил на всю глубину педаль, мотор взревел и катер встал на дыбы, а потом, набирая скорость, помчался вдоль берега, постепенно выходя на глубину.

Джаред приковал наручниками галисийца к поручню и приказал своему человеку следить за пленником, а сам подошел к Ериасу.

Он вглядывался в радар, стараясь вовремя засечь опасность.

Кажется, информация о том, что он сегодня выходит на дело достигла ушей не только злобно настроенных галисийцев, но еще и сеньора Алвареса, которого он повстречал в баре. Или же это кто-то из жандармов решил выслужиться перед начальством из Мадрида и доложил о готовящейся операции.

Джаред чувствовал удары волн о днище, слышал, как Ериас бормочет молитвы на своем языке. Тут он заметил сигнал быстро приближающегося к ним патрульного катера.

- Черт бы их побрал! Хорошо подготовились!

Патруль уже можно было как слеует рассмотреть - туман рассеялся, белые бока катера отчетливо выделялись в ночи.

Катер шел на таран, пытаясь врезаться в корму судна Ериаса и заставить его выйти на отмель. Джаред надеялся, что патрульный катер все же не станет наносить удар, поскольку потом может встать вопрос о профнепригодности экипажа – в Испании лихачество служащих не приветствовалось. Хотя кто знает, что на уме преследователей! Все зависит от того, кто ведет на них охоту.

Джаред схватил бинокль и приставил его к глазам. На корме патрульного катера стоял человек, полностью застегнутый в непромокаемую куртку с капюшоном на голове. Он тоже смотрел через бинокль. Стоило ему на минуту опустить руку с прибором, как Джаред узнал Алвареса.

«Чувак решил взять меня за горло через людей, которые перевозят мой груз!» - Джареду захотелось рассмеяться в голос.

Пускай попробует, может и получится…

Ериас вел свой катер, теснимый патрульным, на минимальной глубине – еще чуть-чуть и они сядут на мель. Джаред посветил мощным фонарем за борт, и даже смог разглядеть дно.

«Плохи дела…» - подумал он.

Но как сказал Дженсен о нем там еще, в Гвиане: «Суровый латиноамериканец!» Джаред рыкнул – да, он такой! И, значит, у него получится выйти из этой передряги целым и невредимым.

Однако, патрульный катер оказался еще не самым плохим, что ожидало впереди - к ним на встречу спешил новый сюрприз.

Джаред уловил шум лопастей вертолета – таможенные летчики на своих «птицах» вышли на охоту.

Джаред задрал голову, вглядываясь ввысь. Его ослепил поток света вертолета, идущего следом за ними. «Птица» быстро приближалась, поднимая тучу морской пены и чуть ли не садясь им на головы.

Джаред знал, что с вертолетов часто делают снимки, чтобы потом доказать, кто находился на катере, поэтому накинул капюшон на голову и застегнул молнию до упора, пряча нижнюю часть лица. У него не было желания по-глупому угодить за решетку.

Корпус катера сильно вибрировал, и голова прикованного галисийца моталась из стороны в сторону. Джаред стащил из под капюшона со своей головы мокрую от соленых брызг шапку, и натянул галисийцу на темя, чтобы смягчить удары, которые тот получал: вдруг эта нежная роза шандарахнется особенно сильно и отдаст богу душу еще до того как Джаред потолкует с ним.

«Птица» освещала их катер, чтобы патрульным было удобнее преследовать. Возможно, летчик решил с ними поиграть, а может просто пощекотать нервы: он еще больше снизился и его полоз почти задел висок высокого Джареда, который поспешно присел. Казалось совсем чуть-чуть и вертолет врежется в катер, но вместо этого, «птица» снова набрала высоту.

Кем бы не мнил себя пилот, он никогда не допустит столкновения или удара. Просто он, таким образом, забавлялся, надеясь, что контрабандисты окажутся не стреляными воробьями и начнут паниковать, сядут на мель, чем облегчат задачу таможенникам.

Джаред ничего не мог поделать в подобной ситуации, поэтому просто отдал себя в профессиональные руки грека, лишь иногда сообщая ему о передвижениях преследователей, чтобы тот не терял драгоценное время на проверку.

Ериас всю жизнь занимался незаконными перевозками в Гибралтаре, знал здесь каждое течение, каждый подводный камень.

Грек несколько раз пробовал уйти на глубину, но всякий раз его подрезал патрульный катер, однако спустя полчаса стремительной гонки ему удалось это сделать – Ериас, не сбавляя скорости, на несколько миль приблизился к берегу, Джаред скорее почувствовал, чем услышал, как надрывно заурчал гребной винт, вынырнув из воды на воздух, чуть не сжигая мотор.

Таможенники, решив, что контрабандисты пытаются на полном ходу выскочить на пляж и дать деру, чуть сбросили скорость, справедливо посчитав, что, преследующая по берегу полицейская машина займется ими.

Но в планах Ериаса ничего подобного не было: он резко вывернул на прежний курс, прибавил скорость и наискосок понесся прочь от суши, стараясь скрыться в спасительной темноте.

Поняв, что их переиграли, за беглецами устремилась «птица»; она лихорадочно скользила лучом по морской глади, но никак не могла найти сбежавший катер.

Когда катер отошел на приличное расстояние, Джаред вздохнул с облегчением, он понял, что они победили.

 

 

Черная бронированная машина доставила Джареда с его людьми к заброшенному дому на окраине Сеуты в неблагополучном районе.

Джаред прошел в здание и шаги гулким эхом возвестили о его прибытии. На встречу ему поспешил огромный марокканец.

- Ну как? – спросил Джаред, останавливаясь напротив него.

- Молчит.

Джаред нахмурился.

Ему позарез нужно было имя, а упрямый галисиец словно воды в рот набрал – только мычал и кричал нечленораздельно, когда совсем уж становилось невмоготу терпеть боль.

Джаред вошел внутрь следующего помещения, где толстые деревянные балки подпирали потолок, на котором раскачивалась тусклая лампа; здесь пахло сыростью, человеческими нечистотами и страхом. Джаред почувствовал ужас привязанного за запястья и щиколотки железной проволокой к стулу галисийца; все лицо человека было залито кровью, его грудь свисала как у женщины, толстое брюхо выпирало над ремнем мокрых в паховой области брюк, от стула тянулась дорожка желтой жидкости.

Джаред брезгливо переступил ее и остановился слева от мужчины.

- Если ты будешь молчать, тебя убьют, - произнес он. – Лучше расскажи все, что тебе известно.

Пойманный галисиец сделал попытку плюнуть в его сторону, но марокканец изо всей силы ударил его по затылку, большим острым ножом провел по предплечью, не глубоко, а ровно настолько, чтобы вызвать боль, но не сотворить увечье. Пленник дернулся и прохрипел:

- Даже если я во всем признаюсь, твой человек все равно убьет меня!

- А если нет? – слегка склонил голову набок Джаред.

В глазах галисийца он увидел неверие, поэтому продолжил:

- Послушай, у меня нет желания убивать. Стоит тебе все рассказать и я отпущу тебя.

- Тогда меня убьют свои!

- Ну, это уже твои проблемы, - передернул плечом Джаред. – Я даю тебе шанс выйти живым отсюда.

- Типа благородный, да? А знаешь, что я тебе скажу, пошел ты, гребаный сукин сын!

Джаред молча отошел в сторону, кивнул марокканцу. Тот принялся бить пленника наотмашь, голова галисийца ходила вправо-влево, кровь хлестала на несколько метров, и Джаред встал еще дальше, чтобы не запачкаться.

Когда у галисийца голова упала на грудь, марокканец поднял ее за волосы и удержал. Джаред предпринял новую попытку.

- Мои люди отвезут тебя к марокканской границе и помогут ее перейти. А дальше сам позаботишься о себе. Если ты откажешься, то перед смертью так настрадаешься, что мало не покажется…

Далее марокканец в красках описал все, что собирался с ним сделать и тут галисиец дрогнул.

Нет, галисиец не верил, что его выпустят живым. В наркобизнесе такого не бывает – слишком большие деньги, за которыми стоят слишком серьезные люди, а уж какие звери колумбийцы, галисиец был наслышан немало: на заре своей карьеры он застал времена, когда дурная слава Пабло Эскабара[10] гремела на весь мир.

- Я… Обещай, что как только я скажу, твой человек убьет меня быстро.

- Назови имя.

Щека галисийца дернулась, и он захрипел, выдавливая из себя:

- Гонсало Шакин.

Джаред задумался: эта личность была хорошо ему известна – руководитель одной из самых многочисленных преступных группировок северо-востока Испании, которые контролировали сорок процентов поставок наркотиков на полуостров, сотрудничал с итальянцами, имеющими свои отделения даже в Германии.

Итальянцы, а именно сицилийская мафия, были куда более разветвленной и жестокой сетью, чем французы, с которыми удалось прийти к взаимовыгодному сотрудничеству Джареду. Партнерство с итальянцами сулило гораздо большую прибыль.

Однако, проблема состояла в том, что итальянцы не подпускали к себе колумбийца-новичка, поскольку сомневались в нем. Они доверяли исключительно давнишним партнерам, в частности Гонсало Шакину.

Марокканец осторожно кашлянул, привлекая внимание Джареда. Джаред посмотрел на галисийца, тот из последних сил держал голову, чтобы видеть человека, в руках которого находилась его судьба; в красных от лопнувших капилляров глазах плескалась мольба: «Только без боли!»

Джаред дал распоряжение:

- Уважь его.

Галисиец с облегчением выдохнул, с его губ сорвалось:

- Спасибо.

Он склонил голову, готовясь умереть.

…Этой же ночью в районе Мелильи у двойного барьера высотой шесть метров, который был установлен на границе, чтобы остановить толпы беженцев с Африканского континента на территорию Европы, один неизвестный пересек границу со стороны Испанского Королевства и оказался в Марокко.

А начальник смены службы безопасности получил неплохую одноразовую прибавку к жалованию.

Джаред умел держать свое слово.

 

 

Глава 4.

 

Испанскую Галисию часто сравнивали с Итальянской Сицилией – галисийская мафия ни в чем не уступала мафии сицилийской.

Но в отличие от итальянских мафиози о них не снимали фильмы, не писали романы. О североиспанской мафии вообще мало кто знал, хотя они были главными поставщиками кокаина и гашиша в Западную Европу. Все дискотеки, бары и клубы северной части Европы были завалены их товаром.

Галисийская известность ограничивалась Иберийским полуостровом.[11] Сами галисийские наркодельцы тоже не стремились хоть как-то выделяться, популярность была им ни к чему. Крестные отцы, наоборот, всегда старались держаться в тени, говоря о себе, что они чтят бога, ничего из себя не представляют, а на хлеб зарабатывают в поте лица. Все грязные дела, что они творили прежде - остались позади, теперь же они раскаялись и со всем завязали. Беспредельничают сейчас колумбийцы, так что весь спрос с них, их и к ответу привлекать.

Причем эту легенду галисийские наркобароны настолько усердно поддерживали, что даже специально нанимали журналистов, которые время от времени публиковали статейки в испанских газетах, где вовсю клеймили «проклятых колумбийцев».

Джаред отложил одну из таких газетенок — вполне себе уважаемое издание — и хмыкнул: ну да, он на собственной шкуре убедился, как несчастных галисийцев теснят колумбийцы!

Даже не смотря на то, что на него нехило наехали, Джаред не желал войны, он хотел бы остановиться на мирных переговорах. Как говорят: лучше худой мир, чем хорошая война.

И дело было не в миролюбии как таковом, а в том, что Джаред пока не мог тягаться с галисийцами, в наличии которых была широкая сеть катеров, автотранспорта, тайных складов и сетей розничной торговли. Они промышляли здесь не одно десятилетие.

А Джаред, только прибывший в Европу, не мог похвалиться столь развитой инфраструктурой. Чтобы создать нечто подобное — нужно время, и нет никакой гарантии, что его между тем не выживут из Гибралтара.

Поэтому Джаред предпочел бы хоть как-то договориться с галисийцами.

 

 

Когда Джаред направил сообщение Гонсало Шакину, тот сначала не пожелал с ним разговаривать. Но Джаред был бы не сыном своего отца, если бы так легко сдался: используя международный язык, который понимали все без исключения — деньги — он через знакомых подкупил главу жандармерии провинции Галисии, а тот в свою очередь надавил на мэра города Ла-Корунья, в котором проживал Гонсало Шакин. Мэр очень настоятельно посоветовал сеньору Шакину встретиться с «милейшим молодым человеком Джаредом Падалеки».

Поскольку галисийская мафия была самой спокойной в мире организацией, не пытавшейся обзавестись лобби в парламенте и купить себе министерские посты, они решили не наживать врагов в лице мэра, с которым сотрудничали уже довольно длительное время.

После того, как не в меру настырный колумбиец, от которого пока не получилось тихо и по-быстрому избавиться, вышел на представителей власти, убрать его без проблем вообще будет хлопотно, поскольку убийство привлечет кучу ненужного внимания, поэтому Гонсало Шакин согласился на встречу. Ведь встреча еще ни к чему его не обязывала.

Джаред прилетел в Ла-Корунья — маленький, ничем не примечательный курортный городишко, где был всего один пятизвездочный отель «Финистерре», в котором колумбиец и остановился.

Вечером за ним прибыла неприметная машина, водитель которой сообщил, что отвезет сеньора Падалеки к шефу.

Джаред вместе со своим помощником, которого месяц назад отец командировал в Сеуту — Эмилио, сели в автомобиль.

Они довольно долго колесили по улицам, которые напомнили Джареду по своей планировке чем-то лабиринт исследовательского центра, в котором блуждают подопытные мыши, а затем, наконец-то, покинули городскую духоту.

Дорога шла вдоль побережья, и со стороны моря в окне машины Джаред разглядел главную достопримечательность города — древний маяк «Геркулес», который успел повидать на своем веку легионы Рима, финикийцев, плывущих в далекую Ойкумену, испанскую Арманду, идущую громить Англию, и корабли неуловимого пирата Френсиса Дрейка.

Глава галисийцев обосновался в нескольких километрах от города в домике, выполненном в испанском стиле.

Гонсало Шакин оказался довольно-таки молодым человеком, высоким, с умными серыми живыми глазами, с шевелюрой соломенного цвета и огромными залысинами по бокам. Он был из того поколения, которое стремится заработать деньги как можно скорее, чтобы тут же спустить их на выпивку и удовольствия, в отличие от своих родителей, которые старались не высовываться и не выставляли богатство на показ.

Возле входа замер телохранитель галисийца. Гонсало Шакин холодно поздоровался и предложил посетителю присесть. Он постоянно крутил чернильную ручку с золотым пером в своих смуглых руках и смотрел прямо на Джареда.

Падалеки был собран как никогда. На соседнем стуле замер Эмилио.

Джаред бы предпочел иметь дело с отцом Гонсало Шакина, который практически уже отошел от бизнеса, но приходилось довольствоваться наглым сыночком, который своей манерой поведения напомнил Джареду чем-то себя самого в пору его запойной жизни в Колумбии.

Гонсало Шакин начал первым:

- Вы вторглись на мою территорию.

- Насколько я знаю, здесь заправляет не только ваш клан. По моим данным их тут не менее пяти.

- Мы всегда сможем договориться между собой, потому что все галисийцы. А вы пришлые. Чужаков никто не любит. Мы же не лезем к вам в Колумбию.

- Хм, — Джаред прищурил свои раскосые глаза, — вы закупаете у нас кокаин на отвратительных условиях. Они перестали нас устраивать. Вы слишком мало платите нам за товар. Мой клан терпит убытки.

- Поэтому Падалеки решили нагло вытеснить нас с Гибралтара? — Гонсало Шакин чуть подался вперед.

Джаред почувствовал, как Эмилио подобрался, готовый вцепиться в глотку галисийцу. Охранник Гонсало Шакина тоже сделал небольшой шажок вперед, приближаясь к посетителям, но галисиец поднял руку вверх, бряцнув дорогими часами, как бы говоря: все в порядке, не вмешивайся.

- Моей семье было бы гораздо удобнее работать без посредников, — заявил Джаред.

- Боюсь, у вас ничего не выйдет. Через нас идет основной поток наркотиков в Европу. Это наш хлеб, так сказать, ведь правительство Испании не вкладывает ни копейки в наш регион, мы выживаем как можем. А вы хотите лишить моих людей заработка. Видите ли, мы занимаемся контрабандой ни один десяток лет, на своей земле, поэтому мы никуда отсюда не уйдем, как бы вам этого не хотелось.

- Вот именно, вы здесь навсегда. Вы никуда не уйдете, а я в любое время могу убраться на другой конец света, если запахнет жаренным! Ваша сила одновременно является вашей же слабостью. И это значит…

Гонсало Шакин, морщивший свой лоб все то время, пока Джаред говорил, прервал:

- И это значит, что мы будем стоять до конца!

- Мы тоже готовы стоять до конца, поверьте на слово. При таком положении дел, нас ожидает затяжная война, которая не принесет ровным счетом ничего ни вам, ни нам. Поэтому было бы неплохо рассмотреть и другие варианты. Вы не возражаете? — Джаред вопросительно приподнял бровь и посмотрел прямо в глаза Гонсало Шакину.

Тот мотнул головой, вроде как соглашался, но не проронил при этом ни слова. Джаред продолжил.

- Мы, Падалеки и Кортез, самостоятельно занимаемся поставками своего груза в Европу и его дальнейшей реализацией. Вы ввозите кокаин, который закупаете у других картелей Колумбии, из тех, кого устраивают ваши условия. Если вдруг встретимся, то мирно разойдемся…

- А не слишком ли многого вы хотите?

- Мы, колумбийцы, люди скромные, — смиренно произнес Джаред, сложив ладони, словно в молитве и поднеся их к лицу, слегка ударяя кончиками пальцев по подбородку. — А если учесть, что вы занимаетесь еще марокканским шоколадом и табаком, а мы только кокаином…

Гонсало Шакин надолго задумался, а потом медленно произнес:

- Я могу предложить вам только одно: вы поставляете нам кокаин через океан в Марокко, а мы занимаемся его перевозкой через Гибралтар и дальнейшей реализацией.

- Но…

- Сеньор Падалеки, если мы позволим вам выйти на европейский рынок без посредников, то стоимость кокаина сразу же снизится, ведь вы пришли сюда, чтобы сбить нашу цену, не так ли? Тогда клиенты начнут покупать ваш товар, а не наш! Вслед за вами в обход нас станут торговать прочие кланы Колумбии и Мексики. Вы подадите им дурной пример!

- Единственное, что я вам могу пообещать — мы не будем сбивать цену на товар.

Гонсало Шакин в ярости нахмурил брови: если Падалеки и Кортез не сбавят цену за товар, то в скором времени обогатятся на столько, что смогут создать собственную сеть наркотрафика и окончательно вытеснят с рынка галисийцев. Остальные мексиканские и колумбийские кланы поймут, что выгоднее вести дела самостоятельно и откажутся от услуг галисийцев.

В любом случае это будет началом конца.

Гонсало Шакин слегка поколебался, прежде чем произнес:

- Выслушайте теперь встречное предложение, сеньор Падалеки. Мы готовы предоставить вам особые условия и гарантии, проценты. Готовы закупать ваш товар по более высокой цене в Боготе и Мехико… Если вас и это не устраивает и вы хотите большей самостоятельности, то везите свой товар в Марокко, но перевозка на полуостров через Гибралтар навсегда остается в наших руках!

Джаред вздохнул:

- И во сколько вы увеличите цену? Уверен, что сумма нас по-прежнему не будет устраивать...

Гонсало Шакин понял, что Джаред настроен решительно и поэтому от слов перешел к угрозам:

- Если будете стоять на своем, у вас появятся большие проблемы. Ведь вы уже и так терпите убытки?

- Сущая ерунда, для наших кланов это пустяки, — покривил душой Джаред.

- Что ж, в таком случае все останется как есть.

- Нет, — твердо произнес Джаред. — Как есть, уже не получится. Теперь мы знаем, кто наш враг и можем нанести ответный удар! С этого момента мои люди тоже начнут топить ваши грузы. Я не дам вам спокойно дышать.

Джаред резко поднялся и, не оборачиваясь, вышел за дверь. Эмилио последовал за ним.

 

 

Дома Джаред дал волю своему гневу, он крушил все на своем пути до тех пор, пока Эмилио не скрутил его, зайдя со спины, перехватив поперек груди и прижав руки к туловищу.

- Тише, тише…

Не скоро, но Джаред успокоился. Всю ночь пил кофе, смотрел в окно и думал, а утром созрело решение. Ему надо еще раз встретиться с итальянцами и попытаться заинтересовать их, предложить более выгодные условия сотрудничества, чем те, которые установили галисийцы, считая, что у них нет, и не может быть конкурентов в Гибралтаре. Неплохо еще намекнуть итальянцам на то, что галисийцы хотят договориться с немцами и скандинавами напрямую.

Итальянцы, конечно, могут, как и раньше, послать его, но Джаред уже полгода вел свои дела здесь, ни разу не подставил французов, создав себе, таким образом, репутацию надежного партнера.

А учитывая, что отказали ему пока только сицилийские мафиози... Но в Италии полно соперничающих между собой кланов...

Джаред принял решение идти ва-банк, тем более, что около месяца назад он обзавелся связями, которые помогли ему выйти на лидера Ндрангеты[12] из Калабрии, имеющей помимо дел в Италии широкие отделения в Германии и контролирующей поставки наркотиков на юг и на запад, в такие земли, как Северный Рейн-Вестфалия, Баден-Вюртемберг, Бавария, Гессен и Рейнланд-Пфальц.

Они жестко конкурировали с неаполитанской Камморой, но сейчас находились с ней в стадии перемирия, сосредоточив все силы на борьбе с активировавшимися федералами и не в меру разошедшейся сицилийской мафией.

Спустя неделю Джаред прилетел в Калабрию на переговоры. Босс Ндрангенты – дон Марино – поселился на Ионическом побережье, в нескольких метрах от моря, где Итальянское южное побережье благоухало зеленью и настраивало на расслабленный лад. Дон Марино обожал устраивать вечеринки и демонстрировать свое могущество в отличие от испанских галисийцев, ведущих затворнический образ жизни.

Праздник, который устроил хозяин, проходил в саду за виллой. Гости группками расположились вокруг бассейна и в зеленых беседках, находящихся в специальных зонах отдыха.

Джаред стоял на террасе, увитой виноградными лозами, прячась в тени ото все еще жаркого, но уже клонящегося к закату, солнца.

Известная голливудская актриса вместе со своим любовником-кинопродюсером, два губернатора, несколько членов королевских семей Европы не побрезговали явиться в шикарный особняк по приглашению, направленному лично главой одного из самых влиятельных кланов Италии.

Возле Джареда, пока он ожидал, когда его препроводят в кабинет для переговоров, постоянно крутился смазливый мальчик, явно шлюха, выписанная развлекать гостей, и откровенно предлагал себя.

Джаред лишь отмахивался на все его ужимки — не до него было, мысли крутились возле предстоящего разговора — он почти никого вокруг не видел, поэтому не заметил, что стал предметом пристального внимания элегантного молодого мужчины в белом костюме, с пижонской рыжеватой бородкой, уложенной гелем прической и зеленющими глазами.

Джаред крутил в своих тонких длинных пальцах бокал со спиртным, вполуха слушая, как шоумен, решив, что Падалеки крупный предприниматель, уговаривает его проспонсировать новую передачу на телевидении. Джаред качал головой с рассеянной улыбкой, ничем не выказывая своего согласия или отказа.

Когда за ним вышел помощник дона Марино, Джаред всучил свой бокал с недопитым спиртным в руки шоумена и, похлопав того по плечу, улыбнулся на недоуменный взгляд, а затем прошел внутрь виллы, и тут же его, разморенного горячим воздухом южной Италии, окатило холодным потоком из кондиционера.

Джаред передернул плечами и направился в кабинет, уставленный грубой деревянной, но облагороженной возрастом, мебелью — такую мебель фотографы обожают включать в модные журналы по дизайну. Там он встретился с доном Марино — невысоким, пузатым и абсолютно лысым человеком, над верхней губой которого красовались усики «а-ля Чарли Чаплин». Он то и дело промокал свой череп носовым платком, хотя в кабинете было не жарко.

- Сеньор Падалеки, прошу, садитесь, — указал дон Марино рукой, пристально впившись глазами в лицо Джареда.

Тот улыбнулся так, что чуть кожа на щеках не треснула, и выразил благодарность, что глава Ндрангенты, не смотря на свою занятость, принял его.

После перешел к делу.

- Я представляю клан Падалеки из Боготы и Кортез из Мехико. Мы готовы сотрудничать с вами напрямую, в обход галисийцев, которые завышают цены на товар, что делает его непростительно дорогим. В связи с чем мы да и вы тоже несете убытки. Гораздо удобнее было бы работать без посредников.

И Джаред в общих чертах обрисовал свой план: латиноамериканцы самостоятельно перевозят кокаин через океан, выгружают в Марокко, а потом поставляют через Сеуту и Гибралтар на полуостров.

- Затраты при этом в два раза меньше, - подвел итог Джаред.

Дон Марино задумчиво посмотрел на него.

- Интересно... Если я приму ваше предложение, сколько вы планируете перевозить?

Джаред назвал приблизительную цифру. Дон Марино покачал головой:

- Этого недостаточно.

Джаред лихорадочно соображал: часть его товара регулярно конфискуют на границе Марокко и Испании таможенники, плюс галисийцы исправно пускают на дно его кокаин. Взять еще товара просто неоткуда.

- Мне нужно в два раза больше, — после паузы произнес итальянец. — Если вы доставите мне необходимое количество товара, я рассмотрю ваше предложение о сотрудничестве. Пока же я продолжаю работать с галисийцами, у них связи с несколькими кланами Колумбии и поэтому товара много. Если Падалеки и Кортез смогут снабжать меня таким же объемом товара, то я смело пойду на разрыв отношений с галисийцами и не стану терпеть их сумасшедшие расценки. Но если нет, то ваше предложение мне не подходит.

- Я должен обсудить это.

- Хорошо. Как только решите вопрос с количеством, буду снова рад вас видеть.

Джаред вышел в сад — там уже заметно потемнело и слуги зажгли круглые стеклянные фонари, лежащие прямо на траве, благодаря чему все гости отбрасывали длинные тени.

Джаред погрузился в раздумья: ему позарез был нужен договор с итальянцами.

Но чтобы добиться этого, необходимо было поставлять товара в два раза больше, а для этого нужно или увеличить производство кокаина в Колумбии или выстроить новую сеть поставок. В ближайшем будущем увеличить производство никак не получится, значит, надо придумать новую схему ввоза.

Сейчас его груз принимали на полуострове французы. Для того, чтобы закрепиться здесь и успешно противостоять галисийцам, французов было недостаточно. Французы в разборки не полезут, они слишком трясутся за свою шкуру, поэтому их сеть не очень широкая.

А если привлечь на свою сторону итальянцев с их жесткой внутренней организацией, которые в два счета могут заткнуть рот галисийцам, то можно удержаться на плаву и набрать силу.

Итальянцы готовы сотрудничать, оставив с носом своих постоянных поставщиков — галисийцев. Предложение Джареда их заинтересовало. Вся проблема — в количестве груза.

Пока же его было слишком мало для удовлетворения нужд итальянцев. Даже если весь товар передавать в руки Ндрангеты, разорвав отношения с французами, его все равно не хватит. И в этом были виноваты не только галисийцы, но еще и испанские таможенники.

Если с испанскими жандармами Джаред договорился, то с испанскими таможенниками дело обстояло плачевно: начальник таможенной службы до сих пор выказывал чудеса благородства, и сколько бы к нему не подкатывали люди Падалеки, оставался непреклонен и грозился пересажать в тюрьму всех «чертовых колумбийцев», особенно Джареда, как только появятся доказательства причастности того к контрабанде наркотиков. Для этого начальник даже усилил бдение на марокканской границе.

Не за горами сотрудничество главы таможенной службы со вторым кристально честным чиновником Алваресом из Мадрида. Если эти двое объединятся, то мало не покажется.

Джаред закусил губу: что ж, если не удается найти общий язык с испанцами, значит надо попытать счастья с марокканцами, главное выйти на них. Возможно, Алонсо Вега поможет в этом…

Тут мысли Джареда прервал подскочивший к нему шоумен. Джаред, не таясь, закатил глаза и отвернул голову в сторону. Случайно его взгляд уперся в макушку… Кто бы мог подумать! Дженсена Эклза, который вроде как бы должен осматривать в это время достопримечательности Марбельи!

Проследив куда смотрит Джаред, шоумен понимающе хмыкнул:

-Да уж, сладкая штучка…

Джаред растянул губы в улыбке.

-Знаете его? — не глядя, поинтересовался он.

-Вроде того. Он здесь по делам полковника Крибеха.

Джаред нахмурился: полковник Крибех… полковник Крибех… Знакомая фамилия, где-то он уже слышал ее.

Джаред наконец-то выудил из глубин своей памяти, что правой рукой главы Королевской жандармерии Марокко, является полковник Крибех из Рабата, который практически самостоятельно управлял ведомством. Да сам всевышний послал ему в руки кривоногого говнюка Эклза!

«Какая удача!» — возапил внутренний голос Джареда и он, словно танк, который ничто не заставит свернуть с пути, направился к Дженсену, чтобы не дать ему возможности ускользнуть.

Настал черед мистеру Эклзу отдать свой должок за Венесуэлу.

Джаред остановился за спиной Дженсена, который в этот самый момент остался один — его собеседник отошел в сторону. Джаред только открыл рот, чтобы сказать приготовленную фразу, но Дженсен его опередил.

- Вот уж кого не ожидал встретить тут, так это тебя, — произнес он, даже не развернувшись к нему лицом.

Джаред чуть не присел от удивления: спиной он видит, что ли?

- И давно это простых туристов приглашают на крутые вечеринки? — взял себя в руки Падалеки, потом хотел было добавить что-нибудь язвительное, но забыл, как дышать, после того, как Дженсен развернулся и посмотрел ему прямо в лицо, улыбнувшись.

 

 

- Не ожидал тебя здесь увидеть, - произнес Дженсен, делая глоток игристого шампанского.

- Я, признаться, тоже. Мне и в голову не могло прийти, что ты можешь быть знаком с такими людьми, как дон Марино и полковник Крибех.

При упоминании о полковнике Крибехе брови Дженсена вздернулись вверх, и он с любопытством посмотрел на Джареда.

- Значит, не моя скромная персона явилась причиной твоего интереса, - произнес он.

- Так это верно, что ты здесь по делам полковника? – Джаред пер напролом, не забывая улыбаться, надеясь подкупить Дженсена своей мальчишеской улыбкой, которая безотказно действовала на всех его бывших любовников.

- Зачем тебе полковник? Что тебе от него надо, Джаред?

- У меня к нему дело.

- И ты хочешь, чтобы я познакомил тебя с ним, так?

- Хочу.

Джаред замер в ожидании ответа, но Дженсен не спешил. Он допил шампанское и отставил пустой бокал. Еще раз внимательно оглядел с ног до головы Джареда, словно впервые его увидел, а потом сказал, прищелкнув языком:

- Стоило бы догадаться.

- Ты о чем? – не понял Джаред.

- Колумбиец, который переехал в Сеуту и знаком с доном Марино, ищущий выходы на марокканского полковника… Ты связан с наркотиками?

Джаред решил, что отпираться глупо.

- Да. У меня к полковнику деловое предложение. И оно его, явно, заинтересует.

- Наглости тебе не занимать, - хмыкнул Дженсен. - Но с чего ты взял, что я стану тебе помогать?

- Вас, спиков, не учат благодарности? Тем более ты мне должен за Венесуэлу.

Дженсен впился взглядом в лицо Джареда.

- Разве я уже не отблагодарил тебя за свое спасение?

- Это когда же?

- Ты со своей подружкой уговорили меня остаться в заповеднике с вами и сказали, что это моя плата.

- Обстоятельства поменялись.

- Он такой, что из глаза в нос пролезет, - вздохнул Дженсен.

- Что? – удивился Джаред.

- Пословица есть такая. Не обращай внимания. Как сложно с вами, колумбийцами. Что ж... Полковник очень влиятельный человек. Он доверяет единицам. Если я познакомлю его с тобой, а на деле ты окажешься пустозвоном, то последствия могут быть плачевными как для тебя, так и для меня. К тому же полковник не будет говорить с «шестерками» о делах.

Джаред подумал, что опасения Дженсена небезосновательные, поэтому решил не обижаться на «шестерку». Ведь Дженсен же о нем ничего не знает.

-Дженсен, - произнес Джаред, отбросив обычную свою манеру говорить с насмешкой, - я серьезный человек, у меня серьезный бизнес. Я сын Джеральда Падалеки, если тебе это о чем-то говорит. Впрочем, если ты здесь представляешь интересы полковника Крибеха, то, скорее всего, знаешь об этом бизнесе не мало. Так вот, у меня есть очень выгодное предложение к полковнику. Просто так я выйти на него не могу, мне нужен посредник… Я понимаю всю серьезность своей просьбы, и мне не к кому больше обратиться кроме тебя. Если вдруг полковник отвергнет мое предложение, на тебе это никак не отразится. Я уеду, а ты продолжишь жить своей жизнью.

Дженсен молчал, взвешивая слова Джареда. Сделав одному ему известные умозаключения, кивнул:

- Хорошо. Я могу устроить тебе встречу с полковником. Но я никогда не думал, что ты окажешься как-то втянутым во все это.

- Решил, что я простой парень, который занимается тем, что вытаскивает глупых туристов из пастей крокодилов?

- Ты не поверишь, до недавнего времени, именно так все и было.

 

 

С приема Джаред с Дженсеном ушли вместе. После непродолжительной пикировки остротами, Дженсен просто сграбастал за руку Джареда и потащил к своей машине. Сначала Джаред не понял намерений мистера Эклза и, когда вдруг красавчик его потянул за собой, запутался в собственных длинных ногах. Он постоянно хлопал глазами, озираясь по сторонам. А затем, когда, наконец, дошло, уже чуть ли сам не бежал, обгоняя Дженсена, к стоянке.

Ночью им было не до разговоров, а потом они оба вырубились.

Проснулся Джаред непривычно рано для себя – долго спать он мог лишь в своей постели. Но Дженсен уже был на ногах. Он сидел на подоконнике, пил кофе и разглядывал спящего Джареда.

Джаред слегка смутился, поскольку знал за собой грешок после хорошего загула спать словно ребенок – сопя и причмокивая губами, подложив ладонь под щеку. Сэнди говорила, что при этом он ужасно мило выглядит, но Джаред с ней был категорически не согласен. Он считал, что у него глупый вид и предстать таким перед любовником не хотелось, но спиртное и усталость взяли свое.

Джаред бросил взгляд на Дженсена, тот, уже одетый в рубашку и брюки от костюма, ехидно поглядывал в его сторону - наверняка придумал пару острот.

Но промолчал. Вместо этого лишь поинтересовался:

- Кофе будешь?

Джаред кивнул и встал с кровати, потянулся руками в разные стороны. Дженсен оглядел его цепким взглядом и подошел к столику, на котором стоял кофейник с чашками, налил кофе и уселся возле окна в кресло.

Джаред отыскал свою одежду, прикидывая как бы ловчее завести с Эклзом разговор.

- Дженсен, я на счет нашей вчерашней договоренности…

- Все в силе, - коротко ответил Дженсен.

- И когда ты устроишь встречу?

- Сегодня я завершаю свои дела, а завтра вылетаю в Рабат.

- Здорово! – Джаред обрадовался, что ждать придется недолго. - А откуда ты знаешь полковника Крибеха? – любопытство буквально раздирало колумбийца.

- Старые семейные связи. Тебе это знать необязательно.

- Только не говори, что твои родители тоже как-то связаны с наркотрафиком, - Джаред в ожидании уставился на Дженсена.

Тот и не думал отвечать, он сосредоточено читал свежий номер газеты и одновременно попивал свой кофе. Джаред скептически наблюдал, как чинно он подносит чашку ко рту, делает глоток и возвращает обратно на блюдце. Джаред никогда не был аккуратистом и обычно такие люди навевали на него тоску.

Но почему-то Дженсен подобных чувств не вызывал. Это неожиданное открытие заставило Джареда призадуматься. Интересно, отчего так? Наверное, потому, что парень слишком красив. Джаред всегда испытывал тягу к красивым людям, как к мужчинам, так и к женщинам.

Ради красоты стоило потерпеть Дженсеново чистоплюйство. Тем более в постели ему не было равных. Да и полковник Крибех нужен был позарез.

Дженсен отложил газету и вскинул зеленющие глаза на Джареда. Тот в открытую, дерзко любовался им. Джаред скривил губы, словно говоря: «Да, я на тебя пялюсь, приятель. И что ты сделаешь?»

Дженсен молча встал из-за стола, одернул безукоризненно выглаженные брюки, а потом произнес:

- Я адвокат. Это все, что тебе следует знать. Чем ты намерен заняться сегодня? Могу подвезти, куда скажешь.

Джаред пожал плечами.

- Да ничем собственно… Хотя… - тут в голову Джареда пришла идея. – Слушай, Дженсен, а можно с тобой? Одному скучно, я здесь никого не знаю, только вчера прилетел.

Дженсен задумался, взвешивая все «за» и «против» и, наконец, кивнул.

- Хорошо.

 

 

- Ты куда меня привез? – Джаред высунулся в окно машины и во все глаза рассматривал высокий забор и серое невзрачное здание, находящееся за ним.

Никаких надписей, кругом люди в форме, с оружием.

- Тюрьма что ли? – догадался Джаред.

- Точно.

Дженсен припарковался на автомобильной стоянке.

- Я должен забрать одного человека, - пояснил он. – Тебя внутрь не пустят, поэтому придется подождать тут.

Джаред не спорил:

- Без проблем.

Джаред вслед за Дженсеном выбрался из автомобиля, прислонился к капоту и огляделся по сторонам. Эклз между тем подошел к пропускному пункту и показал какой-то документ, затем вошел внутрь.

Джаред задрал голову вверх, смотря на пока еще не слишком жаркое солнце, прикидывая, чем бы себя занять, пока Дженсен решает дела в тюрьме. Прошло около полутора часов, от скуки Джаред наматывал круги вокруг машины.

Интересно, за кем приехал Дженсен? Уж не самого ли полковника Крибеха… Джаред усмехнулся – а что, забавно было бы посмотреть на сидящего на нарах полковника Королевской жандармерии.

Когда солнце уже поднялось достаточно высоко и начало припекать, Джаред забрался в машину, наслаждаясь прохладой, через некоторое время у выхода он разглядел Дженсена. Тот был не один.

Рядом с ним шел парень - длинный, тонкий, словно кипарис, смуглокожий, с копной темных, слегка волнистых волос. Ему было не больше двадцати лет, вертлявый, с наглой ухмылкой на пухлых губах. Джареду он не понравился сразу.

Когда двое поравнялись с машиной, парень хотел было усесться на переднее сидение, но Дженсен не позволил, сказав, чтобы он забирался назад.

- А в чем дело? – удивился парень.

- Там занято.

- Что-о-о?

Парень был из тех, кто не привык к отказам, с большим самомнением и желанием набить морду всем, кто не согласен с ним, поэтому рванул за ручку и распахнул переднюю дверь, встретился с глазами-лезвиями Джареда и даже попятился от неожиданности: колумбиец умел быть жестким, когда это требовалось.

- Дверь закрой, - тихо, но с угрозой в голосе произнес Джаред.

Парень, надо отдать ему должное, быстро оправился. Испуг уступил место нервной браваде. Он передернул плечами и обратился к Дженсену, который не спешил пока забираться внутрь.

- Это что за член?

Дженсен ответил:

- Знакомый. Садись, давай.

- А волосатый тоже с нами полетит, что ли?

- Да.

Парень еще раз бросил ненавистный взгляд на Джареда, а потом со всего размаха захлопнул дверь и забрался назад.

Дженсен уселся на водительское место, кивнул головой назад и представил:

- Джаред, это Идрис. Идрис, это Джаред.

Индрис поджал губы и поинтересовался:

- А папа в курсе, что…

Договорить он не успел, Дженсен его одернул:

- Если ты хочешь вернуться домой, то сбавь тон и не указывай мне, что делать.

Парень насупился, сложил руки на груди и недовольно буркнул:

- Я есть хочу. У меня от тюремных харчей изжога появилась. Или обед не предусмотрен?

- Если хочешь, то поедим, - согласился Дженсен.

У Джареда крутился на языке вопрос: кто этот невоспитанный хам, и почему Дженсен с ним возится. Судя по тому, какими глазами парень смотрел на Дженсена (Джаред узрел это в зеркало заднего вида), он, явно, заинтересован своим адвокатом как мужчиной.

Идрис с наглой моськой развалился на заднем сидении и пялился поочередно то на Джареда, то на Дженсена. Джаред боролся с желанием вытащить его из машины и поговорить как он того заслуживает, но пока решил не устраивать разборок. Тем более в машине Дженсена. Кто знает, кем эта заносчивая малявка может оказаться в итоге.

 

 

Машина неслась по дороге вдоль плодородных равнин, за которыми блестело и искрилось лазурное море.

Дженсен остановился у бывшего монастыря, который превратили в дорогой ресторан. Тронутые временем, увитые плющом каменные стены обещали укрыть путников от ставшей невыносимой жары.

Идрис выскочил из машины первым, следом за ним Джаред. Идрис, увидев Джареда в полный рост, присвистнул и произнес по-арабски:

-Ни фига себе!

Джаред немного понимал этот язык, правда, не говорил, поэтому одарил парня презрительной ухмылкой.

Идрис скорчил недовольную мину и устремился вперед, игнорируя Джареда.

Джаред же слегка задержался, поджидая Дженсена. Когда тот оказался рядом с ним, поинтересовался:

- Кто он вообще такой?

- Идрис Крибех, - ответил Дженсен.

- Родственник полковника?

- Сын.

Идрис, точно почувствовав, что речь идет о нем, обернулся, дождался пока Дженсен с Джаредом не поравняются с ним.

Все трое прошли в арку и оказались в зале с высоким потолком. На встречу им устремился хостес, который усадил их за столик, а официант принял заказ. Идрис заказал дичь и коньяк, заявив:

- Хоть поем нормально.

Чтобы у официанта не возникло вопросов по поводу его возраста, Идрис заранее приготовил водительские права.

Он налетел на еду, словно голодный волк, неделю блуждавший в лесах. Запивал все коньяком, причем хлестал его так, словно это был чай. Когда на тарелке не осталось ни крошки, Идрис слегка заплетающимся языком поинтересовался:

- Когда мы вылетаем?

- Сегодня вечером.

- Здорово! Надоела мне эта Италия. Домой хочу!

Идрис откинулся на спинку сидения и смотрел сквозь окно на море. Потом обратился к Дженсену:

- Может, искупаемся, а? Времени еще много, на самолет успеем.

- Думаю, тебе лучше будет принять душ в номере.

- Не-а, Дженсен! Не вредничай, а?!

Джаред бы послал парня куда подальше и дело с концом, но Дженсен вздохнул и согласился:

- Хорошо.

Когда с трапезой было покончено и компания снова села в машину, Дженсен свернул в одну из безлюдных, спрятанных среди скал, бухточек.

Пляж там оказался небольшим, со светлым мягким песком, на который так и хотелось прилечь.

- Давай, Дженсен, пойдем вместе, - задиристо воскликнул Идрис, выпрыгивая из брюк и скидывая через голову футболку.

- Нет, без меня, - покачал головой Дженсен.

Джареду показалось, что Идрис разочаровался отказом Дженсена, а вот самому Джареду решение Эклза пришлось по вкусу – нечего щеголять перед мелким извращенцем своим телом.

Парень с воплем бросился в воду, и волны сомкнулись над его макушкой. Вынырнул он далеко от берега.

- Значит, это сын полковника, - задумчиво произнес Джаред. – А что он делал в итальянской тюрьме?

- Идриса обвиняли в непредумышленном убийстве.

- Даже так?

- Они с приятелем возвращались с вечеринки. Оба пьяные, обдолбаные… Идрис отсасывал своему другу на скорости двести километров в час. Врезались на «ягуаре» в дерево. Приятель не вписался в поворот и пробил головой ветровое стекло. Идрис остался без царапинки, правда потерял сознание, когда половина мозга его друга оказалась на нем. Вторая половина мозга вылетела на капот… Подъехавшие полицейские зафиксировали в своем протоколе, что весь пол машины был усеян пустыми бутылками и больше чем полкило кокаина…

- Не хило, - хмыкнул Джаред.

- В то время я был в Марбелье и полковник связался со мной, попросил разобраться с этим делом.

Джаред слушал внимательно, глядя, как Идрис носится по волнам. Похоже, парень уже забыл о своем погибшем любовнике и чувствовал себя очень даже не плохо.

- Я встретился с Идрисом в тюрьме, – между тем продолжал Дженсен. – Ему хотели предъявить обвинение в непредумышленном убийстве. Но поскольку в момент аварии не он сидел за рулем, это обвинение я отбил.

- А кокаин и спиртное?

- Здесь проблем не возникло. Деньги его отца сыграли свою роль.

Джаред усмехнулся: вот тебе и хваленное европейское правосудие. На его родине такие дела обделывались в точности также: хлопоты ушлого адвоката, который умел договариваться с полицейскими, подходящий и любящий жить на широкую ногу судья...

- Но ведь полковник личность довольно известная, неужели пресса не заинтересовалась его сыночком? – задал очередной вопрос Джаред.

Если в дело вступала пресса, то его было трудно замять. Они могли так распиарить новость, что отмыться не представилось бы никакой возможности. Тогда уж ни один судья не посмел бы вынести оправдательный приговор «золотому мальчику».

Но Джаред не припомнил, что где-либо встречал даже упоминание об инциденте.

Дженсен улыбнулся уголками губ:

- Журналисты тоже люди, ничто человеческое им не чуждо. Но именно эта братия оказалась самой прожорливой. Запросили гораздо больше, чем полицейские и судья.

- Часто вытаскиваешь засранцев из тюрьмы? – полюбопытствовал Джаред.

- Иногда приходится.

Дженсен немного помолчал, а потом предупредил:

- Если ты хочешь, чтобы полковник выслушал тебя, постарайся не испортить отношения с его сыном.

- Но парень редкостный говнюк!

- И единственный наследник полковника.

- Поэтому ты с ним и возишься, как будто это невесть какая драгоценность?

- Когда-то полковник очень помог моему от… - Дженсен сглотнул и исправился, - мне. Я у него в долгу. А долги я всегда отдаю. За Венесуэлу в том числе.

- Понятно. Но  почему ты идешь у него на поводу? Даже разрешил искупаться. Торчим тут из-за него…

- Если этого не сделать, он найдет способ удрать из отеля, и тогда придется разыскивать его по всему побережью пока он не натворил бед. Кстати, если он тебя напрягает, можешь лететь в Рабат другим рейсом. А я доставлю Идриса домой и встречу тебя в аэропорту.

Джаред заподозрил, что Дженсен просто пытается от него избавиться, а рассказами про долги он усыпляет его бдительность, поэтому резко мотнул головой.

- Ни за что, - отчеканил он. – Я с вами.

- Что ж, если что, пеняй на себя.

Идрис выбрался из моря, но забираться в машину не спешил. Он остановился поблизости и раскинул руки в разные стороны.

У Джареда возникло ощущение, что он сделал это нарочно, чтобы покрасоваться перед Дженсеном. Идрис, словно в подтверждение догадок Джареда, повел плечами, приспустил плавки, обнажая ложбинку между ягодиц, и покосился на спрятавшихся в кондиционированном салоне мужчин, проверить видит ли его Дженсен.

Но Дженсен в этот момент что-то проверял в своем телефоне, поэтому на Идриса смотрел только Джаред, внутри которого поднялась волна злости. Этот щенок покушался на его любовника, и поэтому взбесил его не по-детски.

Джаред бы непременно дал ему подзатыльник и закрыл в номере до самого отлета, чтобы глаза не мозолил. Но он прекрасно помнил слова Дженсена, что полковник будет с ним разговаривать только, если сынуля не пожалуется на странного типа, сопровождающего Дженсена.

Поэтому расправа с Идрисом откладывалась на неопределенное время.

Поняв, что Дженсен поглощен делом, а не им, Идрис подошел к машине и постучал пальчиком по стеклу. Когда Дженсен поднял на него взгляд, он нагло отпятил пятую точку, плавки съехали еще больше, а Идрис специально развернулся боком, чтобы Дженсен это как следует разглядел.

- Искупался? – спросил Дженсен. – Тогда садись, поедем в гостиницу.

- У тебя есть полотенце? – протянул Идрис томным голосом. – А то я весь мокрый…

Дженсен порылся в сумке и протянул ему небольшое полотенце.

Идрис принялся вытираться, принимая разнообразные сексуальные, как ему самому казалось, позы, хотя Джаред бы с этим поспорил. Дженсен же продолжал изучать что-то в телефоне.

- Дже-е-е-нсен, ты не вытрешь мне спинку? – промурлыкал Идрис, не теряя надежды обратить на себя внимание адвоката.

Дженсен оторвал глаза от монитора, но не успел ничего ответить, Джаред уже выскочил из машины и предложил:

- Он занят, я могу тебе помочь.

Идрис поджал губы, хотел что-то грубо ответить, но потом передумал и протянул Джареду полотенце.

Джаред взял полотенце и, зайдя за спину парню, начал вытирать его плечи с такой силой, что тот не удержался и непременно бы упал, если бы вовремя не уперся руками о капот машины.

Джаред успел несколько раз провести полотенцем, прежде чем Идрис вывернулся и воскликнул:

- Достаточно! Дальше я сам.

- Неужели ты такая неженка? - Джаред, усмехаясь, отдал ему полотенце.

Признаваться в своей слабости, тем более перед Дженсеном, Идрису не хотелось, поэтому он произнес:

- Все в порядке.

А когда Джаред отошел, пробормотал себе под нос:

- Здоровый йети!

Всю оставшуюся дорогу недовольный Идрис сидел тише воды, с Дженсеном не заигрывал, и недобро косился на Джареда.

 

 

Еще в итальянском аэропорту Джаред не утерпел и наступил на пятку скачущему впереди Идрису, который постоянно крутился возле Дженсена.

На его недоуменный взгляд, Джаред развел руками и широко улыбнулся:

- Извини, я нечаянно.

Джареда порядком утомил сынок полковника Крибеха, если бы не дела, он бы "забыл" его еще где-нибудь в бухте с переломанными конечностями. Падалеки прошел в зал ожидания, плюхнулся на свободное место и бросил на пол сумку, чтобы она не мешалась, вытянул ноги во всю длину, чего в машине сделать было невозможно. До регистрации на рейс оставалось еще полчаса.

Дженсен с кем-то болтал по телефону, Идрис, как обычно, ошивался рядом с адвокатом. Вскоре его мельтешение Джареду надоело, и он решил отправить парня за кофе.

- Сам сходи, - буркнул тот в ответ.

- Я не для себя, - добродушно произнес Джаред. – Дженсен очень любит кофе. Сейчас закончит говорить и захочет кофе.

- Так хорошо его знаешь? – нахмурился Идрис.

- Еще бы, мы с ним лучшие друзья, - заверил Джаред.

Идрис, желая услужить своему кумиру, умчался в ближайшее кафе и спустя несколько минут появился с подносом, на котором стояло три стаканчика, один из которых он поставил перед Джаредом.

- Как мило, - ухмыльнулся тот.

- Решил сделать доброе дело и для тебя.

- Ну, спасибо.

Джаред действительно впервые был благодарен парню за все непродолжительное время их знакомства.

Идрис преподнес второй стаканчик Дженсену, который как раз закончил разговор и убирал телефон в карман джинсов.

- О, то, что нужно, - улыбнулся он.

Идрис посмотрел на Джареда:

- А ты почему не пьешь?

- Пью, - Джаред поднес стакан к губам, но не сделал ни единого глотка.

По тому, как Идрис следил за ним, он, явно, был заинтересован в том, чтобы Джаред отпил из своего стакана. Это было подозрительно. Тем более, в кофе присутствовал какой-то еле уловимый посторонний запах, который бы Джаред даже не различил, если бы Идрис не дал повода.

Похоже, мальчишка догадался какие отношения его связывают с Дженсеном на самом деле, и, учитывая его личное увлечение своим адвокатом, решил избавиться от соперника или унизить его. Вот мелкий урод!

Джаред мысленно пообещал отомстить Идрису. Он посмотрел на Дженсена – тот отставил кофе и снова уставился в телефон. Джаред сделал знак Идрису и, когда тот нехотя подошел, произнес шепотом:

- Дженсен без сладкого кофе не пьет. Видишь...

Идрис посмотрел на стаканчик с кофе Дженсена и с сомнением проговорил:

- Вроде бы он раньше всегда пил не сладкий…

- Со временем у многих привычки меняются.

Идрис поставил свой стаканчик на сидение и отправился в ближайшее кафе за сладостями.

Джаред моментально схватил стакан Идриса – тот был наполовину уже пуст – и заменил своим, предварительно вылил часть содержимого в кадку с пальмой, росшую неподалеку.

Когда Идрис вернулся обратно, Джаред как ни в чем не бывало сидел на своем месте и потягивал кофе.

- Нравится? – ехидно поинтересовался Идрис.

- Еще бы! – закивал Джаред. – Супер!

Идрис протянул пирожное Дженсену. Тот с удивлением воззрился на него.

- Я не ем сладкое.

- Но… - Идрис недовольно покосился на Джареда, тот, якобы раскаиваясь, пожал плечами.

Идрис вернулся на свое место и взял стакан с кофе, сделал глоток и откусил от пирожного.

Когда уже объявили посадку на самолет, Идрис вдруг побелел и заерзал на сидении. Дженсен с удивлением посмотрел на него:

- Что с тобой?

- Я сейчас… - выдавил покрасневший от натуги Идрис и сорвался с места.

Он бросился в сторону туалета, а Дженсен внимательно посмотрел на Джареда. Тот покачал головой:

- Видимо, парень что-то не то съел. Уверен, скоро вернется.

Когда до окончания посадки осталось совсем немного, Дженсен занервничал.

- Пойду его потороплю.

- Угу, - откликнулся Джаред. – Я вас здесь подожду.

Джаред следил за удаляющимся Дженсеном и улыбался. Похоже, Идрис весь свой полет проведет в туалете. Хм, незавидная бы участь ожидала его самого, выпей он тот злосчастный кофе.

Неожиданно путь Дженсену преградил невысокий мужчина, судя по всему японец. Джаред отметил, что японец складывался пополам и надолго застывал в поклоне, так, словно Дженсен был большим боссом.

Возможно, японец так и продолжал бы свои манипуляции до скончания веков, но Дженсен что-то сказал ему и, обогнув, отправился на поиски Идриса.

Спустя несколько минут он показался снова, придерживая за плечи Идриса, который выглядел, честно говоря, не очень, но (вот же гаденыш!) беспардонно прижимался к Дженсену.

Вся троица успела занять свои места в самолете. Идрис попробовал сместить Джареда и усесться рядом с Дженсеном, но Падалеки заявил, что ему надо поговорить с адвокатом, а Идрису их разговоры будут лишь мешать, так как ему надо как следует отдохнуть, и отправил его на заднее сидение.

Когда самолет взмыл ввысь, Джаред поинтересовался у Дженсена:

- А что японец хотел от тебя?

Дженсен, прикрыв глаза, лениво ответил:

- Мой бывший клиент. Я когда-то оказал ему услугу, теперь он увидел меня и выразил благодарность. Надеюсь, я ответил на твой вопрос?

- Да, но…

- Вот и отлично, - перебил Дженсен. – А сейчас я хотел бы поспать, потому что очень устал.

И Дженсен отвернулся к иллюминатору, накрылся пледом, показывая всем своим видом, что разговор окончен.

У Джареда же крутилось на языке море вопросов, но он решил не докучать человеку. А в Марокко было уже не до этого.

 

Глава 5.

 

Рабат встретил путников жарой и зноем – стояло пятидесятиградусное пекло. Пока Джаред находился в здании аэропорта, это не чувствовалось, однако, стоило выйти наружу, как от горячего воздуха пот полился градом. Серьезно, Джаред бы снял с себя рубашку и так бы пошел по улице, но страна была мусульманская, поэтому разгуливать с голым торсом здесь не стоило.

Джаред огляделся по сторонам, прикидывая, где бы купить салфетки, чтобы вытереть со лба ручейки пота, которые скатывались за шиворот и впитывались и в без того мокрую, липнувшую к телу, рубашку.

На улице не было видно ни одной торговой точки, поэтому Джаред дотронулся до плеча впереди идущего Дженсена и сказал:

- Мне надо в здание. Я сейчас вернусь, ок?

Дженсен приподнял бровь, показывая тем самым, что неплохо было бы объяснить в чем дело.

- Мне салфетки нужны, - Джаред показал на пот, лившийся по лицу.

- Хорошо, но не задерживайся.

- Я мигом, - Джаред бросился к массивному зданию, вид которого несколько смягчала ажурная решетка с национальным орнаментом, идущая вдоль всего фасада.

Возле окна во всю стену Джаред заметил пристально смотрящего на него мужчину в бейсболке, скрывающей лицо. Когда он хотел подойти к нему и узнать в чем дело, тот быстрым шагом удалился. Что-то знакомое было в его облике, но преследовать его Джареду не стал.

Вместо этого он купил влажные салфетки и сразу же вытер лоб, шею, рукой зачесал волосы назад, чтобы мокрые пряди не лезли в глаза, и поспешил обратно, стараясь не упустить своих знакомых. Хотя не похоже было, что Дженсен собирался от него сбежать, но, тем не менее, особо расслабляться не стоило.

Возле входа аэропорта уже поджидал сверкающий на солнце черный ретро-автомобиль. Идрис с Дженсеном стояли рядом, внутрь пока не садились.

Мелкий засранец Идрис, глядя на Дженсена громадными глазищами в пол-лица, без умолку ныл:

- Чего мы здесь ждем? Поехали! Твой друг не маленький, сам дорогу найдет.

- Найдет, - согласился Дженсен. – Но его не пустят на территорию дома.

- Я уже здесь, - произнес Джаред, протискиваясь между Идрисом и Дженсеном. – Можно ехать.

 

 

Автомобиль въехал в старую часть города – медину. Он медленно продвигался по улице, запруженной разносчиками товаров, под колеса автомобилей то и дело ныряли велосипедисты, повозки, запряженные ослами и мотоциклы. Эта братия передвигалась во всех направлениях, однако, ни одного ДТП Джаред не заметил: пешеходы всегда освобождали дорогу, погонщики вовремя тормозили осликов.

За окнами мелькали ничем не примечательные двери в сплошном длиннющем заборе. Джаред задался вопросом: какого черта они приперлись в этот туристический центр, где современность тесно переплетается с историей. Что они тут вообще забыли? У него не было желания осматривать достопримечательности столицы.

Когда автомобиль остановился возле неприметной двери, Джаред готов был взреветь от злости. Только он открыл рот, чтобы напомнить Дженсену по какой причине он вообще прилетел в Марокко, как тот его опередил.

- Это риада[13],  - произнес он.

- Мне это ни о чем не говорит! - Джаред почувствовал, что начинает заводиться.

- Это дом полковника Крибеха, надеюсь, так понятнее, - вздохнул Дженсен.

Глаза Джареда полезли на лоб:

- Полковник живет в таком убогом домишке?

Дженсен хмыкнул, но промолчал. Вылез из машины, подхватил свою сумку, и направился к невзрачной двери. Идрис последовал за ним. Джаред, пыхтя, выбрался наружу и снова с него покатился пот в три ручья.

Автомобиль, издав короткий гудок, двинулся дальше по улице. Идрис толкнул дверь и прошел внутрь, за ним Дженсен, а потом уже и Джаред.

Сперва Джареду показалось, что у него начались галлюцинации и подвели глаза, которые плохо видели от застилавшего их пота. Он даже протер глаза кулаками, но видение никуда не делось.

Джаред оказался посреди двора, освещенного солнечными лучами и с трех сторон окруженного крытой галереей с колоннами. Во двор смотрели окна салонов и гостиных первого и второго этажей. Кругом благоухали цветы, летали экзотические яркие птицы, посередине шумел фонтан, разбрызгивая радужные капли во все стороны.

Тут не чувствовалась жара, которая угнетала за воротами этого сказочного дворца, здесь было в два раза прохладней: галереи с арками дарили свежесть и тень обитателям риады.

За столиком, сервированным восточными сладостями, под сенью апельсинового дерева восседал седовласый мужчина в длинном свободном халате со сплетенными из золотой тесьмы мелкими и частыми пуговицами, пышными рукавами и длинным остроконечным капюшоном.

Возле него, на ярких подушках возлежал…

«Мать твою, - выругался мысленно Джаред. – Гепард!»

На шее у гепарда поблескивал золотой ошейник, и Джаред понадеялся, что зверюга к чему-нибудь прицеплена, но к своему огромному сожалению не обнаружил ничего, за что бы ее можно было удерживать.

Гепард приподнял голову и навострил уши.

Дженсен толкнул Джареда в бок, мотнул головой на мужчину, и тихонько произнес:

- Это полковник Крибех.

- Догадался уже, - так же негромко отозвался Джаред.

Полковник Крибех поднялся со своего места – худой и высокий, с военной выправкой, - он, расставив руки в стороны, направился прямиком к Дженсену.

- Друг мой, как я рад видеть тебя целым и невредимым. Позволь поприветствовать тебя!

Мужчины обнялись, похлопывая друг друга по спине.

Затем полковник Крибех цыкнул на своего непутевого сына, и тот поспешил скрыться. Взгляд полковника остановился на Джареде. Тот подобрался и приготовился к разговору, который определит его будущее.

- Господин Крибех, позвольте представить сеньора Падалеки, о котором я вам говорил, - произнес Дженсен, немного отступая в сторону.

Полковник слегка склонил голову в знак приветствия и протянул руку. Джаред с готовностью ее пожал.

Они стояли с полковником друг напротив друга и, будучи одного роста, смотрели прямо глаза в глаза. Джаред улыбнулся, стараясь вызвать к себе расположение.

- Добрый день, - произнес он.

- Добрый, - кивнул Крибех. – Друг моего друга – мой друг.

Полковник Крибех слегка дернул головой в сторону стола и предложил отведать марокканских сладостей. Сладкоежка Джаред не смог устоять.

Он разместился поодаль от гепарда, который хоть и опустил снова  голову на лапы, все же недобро поглядывал желтыми глазами на гостей. Джаред пил мятный чай и уплетал за обе щеки лакомства. Видя это, полковник подозвал служанку, и сделал ей какое-то распоряжение на ухо. Пару минут спустя служанка, низко кланяясь, принесла на подносе несколько стаканчиков.

- Попробуйте, - предложил полковник Крибех.

Служанка поставила один стаканчик возле Джареда, остальные - перед Дженсеном и хозяином и с поклоном удалилась.

В стаканчике находилась масса с белой пеной, посыпанная разноцветным карамельным горошком. Выглядело весьма аппетитно.

- А что это? – полюбопытствовал Джаред.

- Это меренги. На марокканском наречии звучит как «жабан».

Джаред не заставил себя долго упрашивать. На вкус меренги, или жабан, оказался очень нежным десертом, который так и таял во рту.

Дженсен почти не притронулся к лакомству – его нелюбовь к сладостям Джаред объяснял тем, что адвокат боялся растолстеть – Эклз пил черный кофе и наблюдал за Падалеки с полуулыбкой, в уголках его глаз застыли морщинки, делавшие Эклза чертовски милым.

Когда со съедобной частью было покончено, Дженсен откланялся, сославшись на усталость после перелета, а полковник Крибех завел разговор, ради которого и состоялась эта встреча.

- Что ж, сеньор Падалеки, перейдем к делу. Вы не против?

- Нет.

- Дженсен отзывался о вас очень хорошо. Что у вас ко мне за дело?

Джаред кратко изложил суть:

- Я представляю интересы клана Падалеки из Колумбии и Кортез из Мексики. Мы занимаемся поставками кокаина из Южной Америки в Испанию.

- Насколько я знаю, этот бизнес контролируют галисийцы, - заметил полковник Крибех.

- Совершенно верно. Они являются практически монополистами, поэтому завышают цены и ни с кем не считаются. Ни Падалеки, ни Кортез такое положение дел не устраивает. Вот почему мы решили самостоятельно продавать свой товар в Европу. Это скажется на цене - стоимость нашего товара уменьшится, в дальнейшем он составит неслабую конкуренцию кокаину, закупаемому галисийцами у других картелей Колумбии. Это сулит большие прибыли всем, кто будет в этом участвовать.

Полковник Крибех заинтересованно слушал, прикоснувшись пальцами к своему подбородку и слегка склонив голову. Он не сводил глаз с Джареда, а тот продолжал:

- Естественно, галисийцы против такого расклада. Они не дают нам спокойно работать: пускают на дно наш груз в Гибралтаре, и мы несем большие убытки.

- Все это печально, но что вам, собственно, надо от меня? – задал вопрос полковник Крибех.

- Мне удалось договориться с итальянцами, они готовы сотрудничать с нами. Чтобы сделка с итальянцами состоялась, мне нужно доставлять больше груза. На своих судах я этого сделать не могу, поскольку их топят галисийцы. Поэтому я осмелюсь сделать вам следующее предложение.

- Какое же? - пронзительные карие глаза с интересом воззрились на Джареда.

- Я знаю, что вы очень влиятельный человек в Марокко, вся жандармерия подчиняется вам, глава таможенной службы – ваш родной брат…

- Вы хорошо осведомлены.

- Если бы через Гибралтар мой товар провозили ваши служебные катера, дело пошло бы гораздо лучше.

Джаред выжидательно замолчал, наблюдая за реакцией полковника Крибеха. Тот улыбнулся уголками губ, словно нехотя, но ничего не ответил.

- Никто бы не посмел остановить их или затопить, - продолжил Джаред.

- А как вы думаете выгружать свой товар с моих катеров?

- Есть одно местечко, там без проблем можно будет  сбросить товар прямо в море, не подходя к берегу. Дальше его подберут мои люди.

- Ваш план неслыханно дерзок.

- Поэтому и сулит хорошие дивиденды, - улыбнулся Джаред, видя, что глаза старого лиса Крибеха загорелись в предвкушении.

Наверняка его компьютер в голове просчитал все ходы-выходы. Но вслух полковник, слегка помедлив, сказал:

- Я должен обдумать ваше предложение.

- Естественно, в таком деле спешить не стоит.

Полковник Крибех поднялся, гепард, лежащий возле него, вскинул голову, готовый следовать за хозяином по первому зову.

Джаред тоже встал.

- Где вы остановились, сеньор Падалеки? – спросил полковник Крибех.

- Признаться честно, пока нигде. Из аэропорта я сразу же приехал к вам…

- Что ж, на правах радушного хозяина позвольте мне предложить вам погостить в этом скромном жилище. Будьте моим гостем, сеньор Падалеки.

- Сочту за честь.

- Вам определят комнату на втором этаже, надеюсь, вы не против.

 

 

Не успел Джаред распаковать свои вещи, как к нему в комнату постучали.

«Кого там еще принесло?» - в раздражении подумал Джаред и резко дернул дверь на себя.

За дверью оказался Дженсен.

- Услышал, что ты остаешься здесь и решил тебя проведать, - произнес он. – Можно?

Джаред посторонился.

- Конечно!

Дженсен мягко проскользнул внутрь.

- Как твои переговоры?

- Неплохо. Полковник пока раздумывает.

- Если он оставил тебя в своем доме, значит, заинтересован.

- Я сделал ему очень заманчивое предложение, он не сможет устоять.

- Самоуверенность – твоя отличительная черта, - произнес полушутливо-полусерьезно Дженсен.

Джаред уселся на одну из подушек, раскиданных по полу во всей комнате, сложив по-восточному ноги. Посмотрел на Дженсена снизу вверх и заметил:

- Для простого нью-йоркского адвоката у тебя слишком интересные связи.

- Это связи моей семьи.

- Кем были твои родители на самом деле?

Дженсен не ответил, вместо этого он подошел к арочному окну, откинул тяжелый тюль и уставился на утопающий в зелени и цветах внутренний двор.

Бьющие в окно лучи очертили силуэт мужчины, сквозь белую рубашку выделились контуры его тела. Джаред вспомнил, как он совсем недавно ласкал это тело и в паху заметно потяжелело.

Он хотел было подойти к Дженсену сзади и обнять его руками за торс, но не успел - тот обернулся и ответил совсем не то, что хотел услышать Джаред:

- Я бы не хотел обсуждать это.

- Почему ты такой скрытный? – Джаред улегся на бок на ковре, вытянув ноги во всю длину и подперев щеку кулаком.

Дженсен слегка, почти незаметно, вздрогнул, но Джареду удалось уловить движение плеч.

- Что ты имеешь в виду? – несколько натянуто произнес Эклз.

- Ну, обо мне ты знаешь многое. А вот я о тебе по-прежнему ничего.

Дженсен сделал несколько шагов вперед и прислонился к изящной стойке кровати, с которой невесомыми облаком спускался балдахин из яркого шифона, скрестил руки на груди.

- Что ты делал в Венесуэле? - продолжил допытываться Джаред. - Сдается мне, что ты не сам угодил к крокодилам. Кто-то постарался… Дженсен, может расскажешь…

Дженсен тряхнул головой, слегка скривил губы в подобии улыбки:

- Зачем?

- Возможно, я смогу помочь тебе.

Они несколько минут смотрели друг другу в глаза. Первым не выдержал Джаред. Он постучал ладонью рядом с собой и срывающимся голосом попросил:

- Иди ко мне.

Дженсен отрицательно покачал головой.

- Нет? – нахмурился Джаред и недовольно рыкнул.

Дженсен, ухмыляясь, ловко расстегнул свою рубашку и, стянув ее, уронил на пол. Джаред смотрел как зачарованный. Что ж, не хочет подходить, Джаред не из гордых, сам подойдет.

Он мгновенно оказался на ногах и набросился на Дженсена, заваливая его на кровать.

Пружины под ними жалобно скрипнули, и Джаред потерял голову. Он ухватил лицо Дженсена руками, несколько секунд смотрел в его зеленые глаза и, прочитав в них не менее страстное желание, чем то, которое он испытывал сам, впился поцелуем в его губы.

Дженсен запустил руки в волосы колумбийца и огладил шею. Джаред почувствовал, как по спине и затылку прошла дрожь. Он выгнулся на встречу Дженсену. Видя его реакцию, Дженсен повторил свое движение.

Джаред разорвал поцелуй и немного съехал вниз.

- Что ты… - начал было Дженсен, но его голос сорвался, когда Джаред прошелся языком по мышцам живота, проник кончиком языка в пупок.

Дженсен зашипел, словно кот, и дернулся к Джареду навстречу.

Джаред усмехнулся прямо в кожу Дженсена, и мышцы живота Эклза напряглись еще больше.

Дженсен оперся на локти и внимательно следил за тем, что вытворял с его телом Джаред.

А тот стянул с него джинсы, и Дженсен с готовностью приподнялся, чтобы помочь любовнику раздеть его, затем Джаред соскользнул на пол, встал на колени и приник к члену, полностью вбирая его в рот.

Дженсен застонал, запрокинул голову и вытянулся, сминая руками покрывало. Джаред ловко работал языком, наблюдая своими раскосыми глазами за реакцией партнера. Эклз лежал с закрытыми глазами и часто, с хрипами, дышал.

Джаред выпустил изо рта стоящий колом член Дженсена, не обращая внимания на его недовольный возглас, опустился ниже. Губами прошелся по ноге, обдавая теплым дыханием, добрался до ступней, вобрал в рот мизинец. Дошел до большого пальца, прикусил нежную кожу под ним. Тело Дженсена судорожно дернулось.

Джаред остался доволен произведенным эффектом. Он закончил манипуляции с одной ногой и переключился на вторую.

Затем Джаред подтянулся на руках вверх, и ладонью принялся оглаживать мошонку Дженсена, губами заскользил по стержню, облизывая поверхность до уздечки. Рукой проник между ягодиц.

Аккуратно попробовал перевернуть Дженсена на живот, но тут же встретил сопротивление с его стороны.

- Нет, - произнес Дженсен.

Джаред обвел кончиком языка его ушную раковину, лукаво улыбнулся:

- Да, теперь моя очередь.

Дженсен еще раз трепыхнулся, но Джаред пообещал ему в самое ухо:

- Тебе понравится.

Дженсен не нашел в себе сил к дальнейшему сопротивлению и позволил Джареду приподнять его ягодицы и разработать вход. Когда Джаред вошел, стараясь не причинить боли, Дженсен выдохнул:

- А ты не такой уж неумеха, как я о тебе думал.

Джаред усмехнулся:

- Это только начало, дружочек.

Почти всю ночь Джаред нежно издевался над телом Дженсена, но у того не возникло даже мысли возмутиться и перехватить инициативу. Джаред показал все, на что был способен, все, чему научился за свою бурную жизнь. Он хотел доставить Дженсену как можно больше наслаждения.

И Дженсен принимал. Шуточки и подколы, которыми он сначала осыпал Джареда, уступили место стонам, под конец Эклз говорить уже не мог.

Когда любовники, утомленные ласками и сексом, просто лежали на постели, откинувшись на подушки, за окном властвовала темная бархатная ночь, даря прохладу, но тело Дженсена блестело от пота в лунном свете, и он казался Джареду каким-то потусторонним божеством, спустившимся с небес.

Незаметно для себя, Джаред заснул.

Утром его разбудили протяжные крики муэдзинов. Он тряхнул головой, протер глаза и повернул голову в ту сторону, где должен был спать Дженсен. Но того там не оказалось. Он снова, как неуловимый ниндзя, сбежал, не удосужившись разбудить Джареда и сказать ему, что это был лучший секс в его жизни. Ну, да ладно, у Дженсена еще уйма времени выразить свой восторг по этому поводу.

Джаред сладко потянулся так, что захрустели суставы, и направился в ванную, где наскоро привел себя в порядок.

Он вышел из комнаты и оказался в галерее с арками, богато украшенными витиеватыми элементами декораций; стены же были покрыты вручную таделакт-штукатуркой и мозаикой с арабской каллиграфией, и мудрыми изречениями из Корана.

Во внутреннем дворике служанка выставляла на стол сладости и мятный чай. Вспомнив о вкусе марокканских блюд, которые удалось отведать накануне, Джаред облизнулся.

- Вас вчера весь дом слышал, - раздался позади Джареда противный голос.

Ему не надо было оборачиваться, чтобы посмотреть, кто там вякает, он и без этого знал – Идрис.

- Завидуешь? – все же крутанулся на пятках Джаред и встретился с гневным взглядом почти что черных глаз Идриса.

Идрис презрительно хмыкнул, а колумбиец усмехнулся:

- В следующий раз постараемся потише. Не будем будить детей, детям надо спать по ночам, а не подслушивать, чем там занимаются старшие.

- Боюсь, что следующего раза не будет.

- Да ну?!

- Ага. Не обломится тебе больше.

- Интересно, и кто же мне помешает?

- А хотя бы и я.

- Опять слабительное в кофе подсыплешь?

Ноздри Идриса затрепетали от гнева, лицо приняло злое выражение, до него дошло, что в аэропорту Джаред раскусил его и поменял местами их кофе, поэтому расстройство желудка досталось ему, а не сопернику.

- А может чего другого, - с вызовом произнес Идрис.

- Хорошо, что предупредил, - Джаред попытался обогнуть полковничьего сынка, но тот прохрипел, загораживая дорогу:

- Я тебя по-хорошему предупредил, проваливай из этого дома подобру-поздорову. И Дженсена оставь в покое, он не для тебя!

- Хочешь сказать, что для тебя?

- Я серьезно. Тебе здесь не место!

Джареду надоело спорить с самовлюбленным парнем. Теперь, когда он встретился с полковником Крибехом и изложил ему свой план, Идрис уже ничего не мог изменить. Поэтому терпеть его выкрутасы Джаред не собирался.

- С дороги, молокосос! – рявкнул он.

Но тот (вот же, не занимать ему упрямства), перешел к конкретным угрозам:

- Я спущу на тебя гепарда, если ты не уберешься!

- Но перед этим я сверну тебе шею, - пообещал Джаред. – Пшел вон!

Идрис хотел было что-то сказать, но смутился и быстро отступил в сторону.

Джаред резко обернулся и увидел полковника Крибеха – тот неслышно вывернул из-за угла, за ним по пятам следовал гепард.

- Вы уже проснулись, сеньор Падалеки? – спросил полковник Крибех.

- Да.

- Не желаете ли позавтракать со мной?

- С превеликим удовольствием.

Идрис что-то неразборчиво пробормотал и поспешил скрыться с глаз долой. Это очень устроило Джареда – терпеть ревнивого Идриса с утра пораньше желания не было никакого.

Если с гепардом Джаред еще был готов мириться, то с двуногим злыдней – ни за что.

- Вы приняли решение? – спросил Джаред, когда они с полковником под щебет птиц попивали чай.

- Я связался со своим братом, обрисовал ему всю картину. Он должен взвесить все «за» и «против». Надеюсь, вы располагаете временем, сеньор Падалеки?

- Конечно.

- В таком случае прошу вас задержаться в моем доме. Если вы в чем-то нуждаетесь, не стесняйтесь сказать мне об этом, я сделаю все, что в моих силах, чтобы посещение Рабата стало для вас приятным.

- Очень любезно с вашей стороны. Я всем доволен.

Проживать в риаде полковника Джареду и вправду нравилось: здесь он мог развлекаться с Дженсеном сколько душе угодно, и это его более чем устраивало. Только Джаред вспомнил Дженсена, как тот появился в поле его зрения. Выглядел он весьма экзотически - делавший глоток чая в этот момент Джаред чуть не поперхнулся - Дженсен вырядился в халат с остроконечным капюшоном, в точности такой же как у хозяина дома.

Эклз смерил Джареда укоризненным взглядом и тот чуть не расхохотался в голос, но сделал вид, что закашлялся. Дженсен заботливо, но нарочно сильно, постучал его по спине.

Выдержав всего пять минут, Джаред, не смотря на то, что еще не наелся, откланялся и скрылся в своей комнате, где дал выход доселе сдерживаемому смеху.

Если быть объективным, наряд Дженсену шел, но слишком уж неожиданно было увидеть его в подобном облачении.

Пол часа спустя Джаред отправился на поиски Дженсена. Тот нашелся в укромном дворике. Что он там делал – непонятно, да это Джареда, если честно, совсем не интересовало.

Он незаметно подкрался сзади и обхватил Дженсена за торс. Тот дернулся, обернулся и немного расслабился, узнав колумбийца, заметил:

- Здесь полно слуг. Хочешь, чтобы нас увидели?

- Мне все равно.

Джаред прикоснулся губами к нежной коже под ухом, и Дженсен зажмурил глаза. Неожиданно раздались шаги и Дженсен, выкрутившись из объятий Джареда, толкнул его в какую-то комнату поблизости, захлопнул массивную кедровую дверь. Здесь было полутемно, восьмиугольное окно с разноцветными стеклами сдерживало яркое солнце.

Джаред прижался губами к губам Дженсена. Тот не сопротивлялся, ответил на поцелуй.

Они целовались исступленно, пока их не прервал чей-то кашель. Джаред с сожалением оторвался от Дженсена, и они оба уставились на того, кто посмел им помешать: ну нигде в доме не найти покоя!

Недалеко от внутренней двери стоял Идрис, который медленно прошел в центр комнаты, и уселся на пуф, обитый кожей верблюда. По его виду было ясно, что никуда уходить он не собирается.

- Как ты меня достал, - Джаред выругался от души.

Дженсен, молча, взял его за руку и вывел из комнаты, обогнув Идриса. Джаред демонстративно захлопнул дверь, чтобы парень не вздумал тащиться следом.

А когда они остались одни, Джаред принялся возмущаться, размахивая руками:

- Даже не спрятаться от этого… Он нас, оказывается, и ночью подслушивал!

- С чего ты взял?

- Он сам мне об этом сказал. Щенок втюрился в тебя, Дженсен!

- Это тоже Идрис тебе сказал?

- Это я сам понял, - буркнул Джаред. – Придушил бы, засранца. У тебя с ним что-то было?

Дженсен вздохнул:

- Отвечу, только чтобы ты не натворил глупостей, ревнивый собственник. Нет, у меня с ним ничего не было.

Джаред выдохнул с облегчением. Отчего-то ему было неприятно думать, что Дженсен и этот мальчишка когда-то предавались любовным утехам. Джаред пока сам не разобрался, что чувствует к Дженсену – своему случайному любовнику – но делить его с кем бы то ни было не собирался. И это было ново в первую очередь для него самого. Обычно ему было наплевать на своих любовников: он легко сходился и расставался с ними. Но Дженсен был каким-то особенным, не таким как все.

 

 

В последующие дни, куда бы Джаред с Дженсеном не направились, Идрис вырастал словно из под земли и доводил колумбийца до белого каления.

Поэтому Падалеки, ближе к вечеру, предложил Дженсену выбраться из риады и прогуляться по городу вдвоем. В этом не было ничего предосудительно, ведь не в заключении же они находились у полковника Крибеха, который еще не вернулся со службы.

Дженсен был непротив.

- Пойдем, - кивнул он и направился к двери, ведущей на оживленную улицу.

Джаред с удивлением поинтересовался:

- А что, ты в этом пойдешь?

Дженсен по-прежнему ходил в своем балахоне и, похоже, не собирался с ним расставаться даже за пределами риады.

- Конечно. Ты против?

- Нет, но ты такой смешной в этом халате.

- Это джеллаба, - поправил Дженсен.  – В ней можно остаться незамеченным и слиться с местными.

- Чего-то опасаешься? – полюбопытствовал Джаред. – Здесь тоже полно твоих клиентов, готовых раскланиваться при встрече?

- Просто не люблю выделяться.

«Ну, с такой-то внешностью, трудно не выделяться», - подумал Джаред, но промолчал.

Сам бы он ни за что не вырядился в джеллабу, да с его ростом это было бесполезно. Он все равно бы возвышался над не слишком высоким в большинстве своем местным населением и выглядел бы, словно арабский скакун среди пони.

Поэтому Джаред нацепил солнцезащитные очки на нос, надел футболку без рукавов и шорты по колено – типичный турист, которых в Рабате было великое множество.

 

 

Джаред с Дженсеном прогуливались по медине, отделенной от новой части города стеной. В тесных, похожих на тропы, улочках кипела бурная жизнь – торговцы соревновались друг с другом, чтобы завлечь Джареда к себе в лавку, поскольку он, как и предполагал, сильно выделялся своим ростом. Они хотели продать ему ковры ручной работы, бронзовые светильники и серебряные лампы. Нищие принимались вопить еще громче, завидев высоченного туриста, выпрашивая милостыню, мальчишки дергали за футболку и предлагали купить деревянные игрушки.

- Ведь у такого господина, наверняка, есть дети! – кричали они.

Дженсен лишь посмеивался, пряча свою светлую макушку под капюшоном.

Джареда так достали люди на улице, что он прибавил шаг и тут же врезался в запряженную осликами тележку с керамическими горшками.

Это переполнило чашу терпения Джареда, он повернулся к Дженсену и заявил:

- Я так больше не могу! Здесь же полно туристов, а они все лезут ко мне!

По извивающимся среди низких домов и лавок улочкам медины сновали обгоревшие туристы с фотоаппаратами и планшетами, снимающими старый город. Но почти все внимание местных было приковано к Джареду.

Глаза Дженсена лукаво светились из под капюшона.

- Ладно, - сжалился он. – Я отведу тебя в одно местечко. Там спокойно.

Дженсен и следующий за ним попятам Джаред подошли к местному кафе, располагавшемуся недалеко от центра. Тут не было такого столпотворения, всего лишь пара человек сидели и курили кальян, один из них ради развлечения строгал перочинным ножиком спички.

Джаред с Дженсеном уселись за столик, который стоял дальше всех остальных, и им принесли кофе. Дженсен что-то добавил по-арабски, знаний колумбийца, чтобы понять, не хватило. Хозяин на секунду задумался, а потом кивнул и скрылся в кафе.

- Говоришь по-арабски? – полюбопытствовал Джаред.

- Не очень хорошо.

- Что ты ему сказал?

- Скоро поймешь.

Спорить с Дженсеном было бесполезно, если тот не хотел, из него невозможно было вытянуть ни слова, поэтому Джаред сделал глоток из своей чашки и закатил глаза.

- Божественно! – выдохнул он.

- Один из лучших кофе во всем Рабате.

Джаред выпил чашку кофе и заказал вторую, а потом осмотрелся по сторонам: справа возвышалась стена, возведенная много столетий назад, впереди кривая улица терялась за поворотом, слева – кафе с хозяином, поглядывающим на посетителей хитроватыми глазами. Строение, в котором находилось кафе, стояло в тупике, поэтому неприятностей со спины ждать не приходилось.

Неожиданно Джаред натолкнулся взглядом на невысокого человечка, который замер в начале улицы, и никуда уходить не собирался, по крайней мере, так показалось Джареду. Человечек кого-то высматривал. Кого-то сидящего в кафе.

Повинуясь интуиции, Джаред посмотрел на Дженсена, который в этот момент отодвинул стул и, бросив на ходу: «Я сейчас!», направился вперед. К подозрительному человеку.

Поравнявшись, они устремились прочь, скрываясь из вида.

Джаред нахмурился – это что еще за тип и какие у Дженсена могут быть с ним дела? На клиента тот не тянул, но это же восток, здесь свои правила, подчас не понятные рядовому латиноамериканцу.

Без Дженсена сидеть в кафе было как-то неправильно и скучно. Раньше он никогда не парился по поводу компании, мог и один совершенно неплохо себя чувствовать, но стоило пробыть пару дней с Дженсеном, как все мировоззрение изменилось.

«Я стал прямо-таки дженсенозависим, - пришел к выводу Джаред. – С этим срочно надо что-то делать!»

Но что именно делать, он придумать не успел, потому что из-за угла, куда завернул Дженсен с незнакомцем, раздались вопли и Джаред, не медля ни секунды, подорвался с места.

За поворотом он чуть не врезался в марокканцев, троица о чем-то громко ругалась между собой, поминая различных родственников и животных, размахивая руками. Дженсена среди них не было.

Но зато от него пришло сообщение, Джаред достал телефон и прочитал. Дженсен писал, что задержится по делам где-то на полчаса. Ждать кого бы то ни было в планы Джареда не входило, поэтому он решил отправиться в риаду самостоятельно.

В кафе Джаред вернулся лишь оплатить счет. Хозяин принял деньги и протянул ему какую-то тряпку.

- Это вам, - произнес он с поклоном.

- Для чего мне эта хламида? – удивился Джаред.

- Господин Дженсен попросил, чтобы я дал ее вам.

Джаред скептически осмотрел тряпку, не изъедена ли она молью или еще чего, нехотя принял из рук хозяина, развернул.

Хламида оказалась джеллабой, как раз на рост Джареда. Что ж, с натяжкой можно сойти за своего и не так выделяться, теперь на Джареда не будут кидаться торговцы, предлагая свои товары. В таком виде стоило прогуляться по городу.

Джаред накинул на плечи джеллабу и отправился в медину. Он бесцельно болтался некоторое время, пока не увидел заклинателя змей. Глаза Джареда загорелись, и он протиснулся сквозь толпу зевак и туристов, чтобы как можно лучше рассмотреть представление.

Заклинатель – худющий изможденный мужчина – сидел по-турецки и играл на флейте. Туристы показывали пальцами на змею, что висела у него на шее и восхищались смелостью заклинателя.

Насколько Джаред разбирался в змеях, на груди у заклинателя болтался обыкновенный полоз – совершенно безобидное пресмыкающееся. Ничего особенного. Интересно, а что за тварь покажется из плоской корзинки, накрытой разноцветной тряпкой?

Джаред заметил, как заклинатель слегка постучал по корзинке, именно так на самом деле он вызывал змею, а вовсе не музыкой, как считали наивные туристы. Из корзины нехотя поднялась кобра, покачиваясь, словно танцуя. Но это был вовсе не танец – кобра просто приготовилась обороняться, поэтому встала в вертикальное положение и раздула капюшон, на задней стороне которого виднелся рисунок в виде двух колец с дужкой. Кобра следовала за умелыми движениями рук и тела человека, но туристам казалось, что она извивается под звуки музыки.

Когда-то Сэнди рассказывала Джареду, что многим змеям заклинатели вырывают верхнечелюстную кость, чтобы те не могли их укусить во время представления. Даже показывала фотографии. Джаред присмотрелся к кобре – форма рта у той была правильная, и он не был зашит, значит, ее укус мог стать ядовитым.

Тем временем заклинатель змей перешел к фокусам – превратил змею в «палку» и принялся размахивать ею, пугая зрителей. Раздались визги, народ пятился назад, чтобы ненароком не коснуться застывшей как неживой кобры.

По словам все той же Сэнди, для этого фокуса надо было просто надавить на нужные мышцы позади головы.

Джаред решил, что с него достаточно и хотел выбраться назад, но толпа позади него не спешила уступать дорогу.

Заклинатель опустил кобру на землю, и она «ожила». В этот самый момент кто-то сильно толкнул Джареда вперед, и он, не удержавшись на ногах, повалился рядом с коброй.

Спасло его лишь то, что он успел молниеносно откатиться в сторону, пока кобра издавала предупреждающий звук перед нападением. Заклинатель ударил змею палкой, когда та уже делала выпад, и она промазала.

Джаред вскочил на ноги и бросился за толкнувшим его человеком в европейской одежде. Тот удалялся по улице, стремясь затеряться в толпе. Джаред должен был поймать его любой ценой.

Он несся за человеком, путаясь в своей джеллабе, сбивая любого, вставшего на его пути – ему было все равно, что люди отлетали от него словно мячики и ударялись о стены или врезались в других прохожих. Главное сейчас - схватить урода, пересчитать ему ребра, выбить все зубы и узнать на кого он работает.

Джаред завернул за угол и увидел, что человек взбирается на крышу дома. Он хотел было схватить его за ногу и дернуть на себя, но кто-то вцепился в его джеллабу, заставив затормозить. Джаред развернулся, готовый дать отпор. В его поле зрения попало лицо Идриса.

- Куда спешишь? – поинтересовался тот.

- Пшел вон! – рыкнул Джаред, стремясь скинуть с себя его руки.

Человек, которого он преследовал, уже забрался наверх, еще секунда и он скроется из вида. Джаред лягнул Идриса, но щенок вовремя уклонился, а потом со всей силы ударил Джареда в скулу так, что тот на некоторое время потерял сознание. Пришел в себя от похлопываний по лицу. С трудом сфокусировав взгляд, Джаред различил довольно-ухмыляющееся лицо Идриса.

- Так… это… ты хочешь… меня убить? – зло выдохнул Падалеки.

Брови Идриса удивленно вздернулись вверх.

- Нет… Просто мне не нравится, что ты крутишься возле Дженсена. Ты его не получишь, ясно?

- Что ты несешь?! При чем тут Дженсен? Меня пытались убить, а ты им в этом помогаешь!

- Понятия не имею о чем ты говоришь.

Джаред попытался встать и только тут заметил, что Идрис приковал его наручниками к какой-то железяке, вмонтированной в стену.

- Блядь! – Джаред скрипнул зубами. – Отцепи меня немедленно!

- Нет, - покачал головой Идрис. - Я сейчас вызову полицейского и ты несколько суток проведешь в тюрьме. Поверь, Дженсен тебя искать не будет, я скажу всем, что ты уехал из страны по срочным делам. А потом тебя депортируют, я добьюсь этого, моего влияния хватит.

Джаред разозлился не на шутку, он матерился самым отборным матом, который мог припомнить, но все было тщетно, Идрис уже ушел. Зато на крики Джареда начали собираться любопытные марокканцы. Они во все глаза смотрели на длинноволосого мужчину в джеллабе, прикованного к стене и выкрикивающего ругательства.

- Чего смотрите? Освободите меня! Принесите какой-нибудь лом! – Джаред просил по-испански и по-английски, особо не надеясь, что его поймут.

Кто-то провел рукой по волосам Джареда. Джаред дернул головой – ему еще только домогательств здесь не хватало!

Неожиданно послышалось громогласное:

 -Десять верблюдов за этого мужчину! Прочь с дороги!

«Господи, а это что еще такое? - удивился Джаред. – Они тут с ума посходили что ли?»

Толпа расступилась, и вперед вышел Дженсен, который серьезно посмотрел на Джареда, и спросил:

- Как тебя угораздило вляпаться в неприятности? Я же оставил тебя одного всего на полчаса.

- Сам не понимаю, - Джаред несколько расслабился и выдохнул. – Обычно мастер по неприятностям у нас ты. И да... у тебя нет десяти верблюдов.

 

 

Джаред не собирался спускать паршивцу Идрису его выходку. Он понимал, что заказчиком покушения тот навряд ли был, однако, приковав Джареда к стене, Идрис оставил его безоружным перед убийцей, вздумай тот вернуться.

Джаред буквально влетел на второй этаж, где располагалась спальня Идриса. Дженсен с трудом за ним поспевал.

Джаред вломился в спальню - Идрис был там и разговаривал по телефону:

- Да, я точно его там оставил... Как не оказалось? Тогда где же он?

- Здесь! - рыкнул Джаред по-арабски, хватая Идриса за горло и со всей силы припечатывая к стене.

Идрис испуганно захлопал глазами и выронил из рук телефон, динамики которого продолжали взывать:

- Идрис, где ты?!.

Дженсен аккуратно прикрыл дверь и поднял телефон с пола, ответил, но что именно - Джаред не понял, хотя это интересовало его сейчас меньше всего.

Он рвал и метал, колошматя и ударяя Идриса о стену с такой силой, что чуть не выбил из парня дух. Тот хрипел и пробовал сопротивляться.

- Дже...н...сен... - наконец выдавил он, - пом...оги...

Но Дженсен стоял в стороне, не делая ни малейшей попытки хоть как-то вмешаться.

Между тем Джаред толкнул Идриса к окну, и снова сомкнув руки на его многострадальной шее, по пояс вытолкал наружу.

- Я сейчас тебя сброшу вниз, ты и пикнуть не успеешь!

- Я больше не буду! Прости, - жалко проблеял Идрис.

В это время в саду мимо окон проходила служанка, которая, услышав шум, подняла голову вверх. Увидев, что молодого господина наполовину выпихнул из окна гость полковника Крибеха, она открыла рот, чтобы закричать, но Джаред ее опередил:

- Все в порядке. Мы так развлекаемся, - и улыбнулся. – Ведь, правда, Идрис?

Он чуть ослабил хватку и тряхнул, чтобы тот подтвердил. Идрис прохрипел:

- Да, правда.

Служанка пробормотала слова извинения и ушла, а Джаред втянул внутрь Идриса. Тот, как только его перестали удерживать, опустился на пол и схватился за горло, заходясь в приступе кашля.

- Хочу, чтобы между нами не возникло недопонимания. Ты сейчас жив только благодаря своему отцу. Выкинешь что-то подобное еще раз, и ты покойник. Будешь настраивать своего отца против меня – ты тоже покойник.

Джаред брезгливо окинул взглядом забившегося в угол Идриса, который волчонком смотрел на колумбийца.

- Это ты покойник, - взвизгнул он дрожащим голосом.

Тогда вперед выступил Дженсен, доселе тихо стоявший возле двери. Он, мягко ступая, приблизился к Идрису, присел возле него на корточки и что-то быстро заговорил по-арабски.

Идрис часто задышал, еще больше сжался и разом весь как-то сник. Джаред запомнил несколько слов из речи Дженсена, собираясь позже пробить в Интернете, что они означают. Было бы интересно узнать, чем Дженсен приструнил зарвавшегося полковничьего сыночка.

Когда Джаред с Дженсеном выходили, в спину им донеслось:

- Вы оба психи!

Джаред не удержался и бросил взгляд на Идриса.

Тот выглядел жалко, но все же пытался еще огрызаться, правда, укусы его были укусами беззубой собаки.

Позже Джаред поинтересовался у Дженсена, чем он его припугнул, но Дженсен лишь отмахнулся, однако, чуть помедлив, сказал:

- Теперь он будет молчать о случившемся. Но постарайся избегать с ним ссор в будущем.

 

 

Любопытству Джареда не было предела, и все оставшееся время перед вечерней трапезой он провел в Сети, пытаясь перевести слова Дженсена, но безуспешно. Выходила какая-то тарабарщина. Что-то там про джиннов и про юбицумэ.

Не может быть, чтобы Идрис, получивший образование в одном из лучших европейских университетов мира, считал духов, которыми запугивал его Дженсен, существующими на самом деле. Хотя все марокканцы до сих пор свято верили в джинов и поклонялись им, боясь прогневить…

Ладно, с духами понятно, возможно, во всех марокканцах заложен генетический страх перед потусторонним и Дженсен, зная об этой особенности Идриса, решил на него таким образом надавить.

А вот слово «юбицумэ» оказалось японским и означало добровольное отрубание пальца. Джаред с трудом мог представить, чтобы Идрис по собственной воле оставил себя без пальца. И почему вдруг Дженсен заговорил об японских традициях? Неужели у него есть связи и с японскими бандитами? Воистину этот мужчина – адвокат всех демонов, творящих беззаконие на грешной земле.

 

 

Однажды под вечер, когда Падалеки изнывал от безделья, а Дженсен уехал с утра по своим одному ему известным делам, и до сих пор не вернулся, полковник предложил Джареду выпить мятного чая у фонтана. Колумбиец понадеялся, что сейчас, наконец-то, получит долгожданный ответ и спустился вниз.

Гепард настолько привык к гостю, что даже не повернул головы, когда тот усаживался за стол.

- Как я полагаю, вы приняли решение по моему предложению, - осторожно начал Джаред.

Полковник Крибех покачал головой.

- Увы.

- Нет? – Джаред выглядел слегка разочарованным - ему не терпелось уже вернуться в Испанию и заняться делами.

Здесь, конечно, замечательно расслабляться на пару с Дженсеном, но бизнес есть бизнес… Если он сейчас упустит момент, его окончательно выжмут из Гибралтара. И, навряд ли, крутой адвокат Эклз уделит ему тогда свое драгоценное внимание, учитывая тот факт, что Джаред останется без единого песо в кармане. Неудачники никому не нужны.

- К сожалению все зависит не только от меня. Это серьезный бизнес. Если я решу оставить всю прибыль себе, дело может закончиться печально как для меня, так и для вас.

- Когда же все прояснится?

- На днях.

- Это очень расплывчатый ответ…

- Понимаю ваше нетерпение, но ничего не могу поделать. Однако, у меня есть для вас предложение.

- Интересно, какое же?

- Прогуляемся? Хочу вам кое-что показать.

Джаред кивнул и полковник Крибех встал. Колумбиец последовал его примеру.

Они двинулись в глубь сада, в ту сторону хозяйства, где Джаред еще не бывал. Он шел чуть позади полковника Крибеха, озираясь по сторонам.

На минуту мелькнула мысль, что Идрис все же рассказал отцу о его выходке и теперь полковник повел его на расправу – куда-нибудь в глухой угол, где Джареду накинут удавку на шею, а потом избавятся от трупа так, что и костей не соберешь. Хотя с колумбийцами и мексиканцами официальное лицо Марокко ссориться не захочет, по крайней мере, Джаред на это очень рассчитывал. К тому же за него поручился Дженсен… А Дженсен был не так прост, каким хотел казаться, и эти его связи с высшими слоями наркодельцов во всех частях мира... Одним словом, есть шанс остаться в живых.

На всякий случай Джаред нащупал спрятанный в поясе небольшой нож. После недавнего покушения на свою жизнь, он решил не ходить с пустыми руками.

Полковник Крибех остановился у довольно высокого забора с деревянной дверью, что в некотором роде успокаивало – на пыточную это походило мало. Из-за ворот раздался лай собак.

Джаред с удивлением вскинул глаза на полковника Крибеха.

- Что там?

- Проходите!

Хозяин распахнул дверь пошире, приглашая гостя. Джаред вошел и увидел вольеры с собаками. И не просто собаками – это были родезийские риджбеки! – короткая густая шерсть ярко-красного окраса, с полоской шерсти на спине, растущей в обратную сторону.

При виде собак, которых Джаред обожал с детства, его глаза загорелись, и он приблизился к вольеру. Африканская гончая, почуяв чужака, напряглась, но не двинулась с места, повинуясь приказу хозяина. Риджбек застыл на месте, демонстрируя грациозность вкупе с мощью и идеальными пропорциями.

Джаред не удержался от возгласа:

- Они шикарны!

- Вижу, вы разбираетесь в собаках, - кивнул полковник Крибех.

- О да!

- Эту породу вывел Ван Ройен специально для ловли львов около века назад. И хотя львов уже не осталось в дикой природе, тем не менее, риджбеки идеальны для охоты в Марокко. Эти псы не только атакуют дичь, они еще длительное время могут защищать своего хозяина от прямого контакта со зверем. Риджбеки одни из преданнейших существ на планете. Вы любите охоту?

- Конечно!

- В таком случае, хочу пригласить вас на охоту. Не могу позволить гостю скучать в моем доме.

Джаред был совсем не против, тем более, что он никогда не бывал на африканской охоте.

- Если повезет, захватите с собой домой чучело пантеры, - пообещал полковник Крибех.

- Пантеры?

- Да. Их осталось немного, но если удача будет благоволить нам, то мы встретим пантеру в горах.

 

 

Ночью Джаред взахлеб рассказывал Дженсену о своих впечатлениях от риджбеков.

- Это превосходные животные! Ты бы их видел!

Дженсен, который вернулся из поездки всего несколько часов назад, успел сменить пропотевшую рубашку и черные брюки, на джеллабу, а теперь сидел в комнате Джареда в кресле и потягивал местное вино. Он снисходительно глядел на колумбийца, бегающего взад-вперед, и размахивающего длинными руками, так словно был несмышленым ребенком, которому подарили на день рождение долгожданную игрушку. Его щеки горели, глаза блестели от азарта – мыслями он был уже на охоте и, наверняка, подбил не один десяток пантер и кабанов.

Даже после секса Джаред все болтал и болтал о собаках, не давая партнеру заснуть. Тот слушал, но в итоге ему это надоело – он засобирался к себе.

- Уже уходишь? – удивился Джаред.

- Завтра рано вставать, а ты не даешь мне выспаться, - последовал недовольный ответ.

 

 

Джаред проснулся еще до будильника – так не терпелось выбраться в горы. Он оделся в камуфлированный костюм с жилетом, на ноги обул вибрамы с высоким берцем, на нос нацепил очки.

В галерее столкнулся с Дженсеном. Тот критически оглядел Джареда с ног до головы и поманил за собой в свою спальню.

- Дженс, мы не успеем… - только и сумел проговорить Джаред.

- Я не собираюсь тебя совращать, - ответил тот.

- А что тогда?

Дженсен снял с него очки и швырнул их на кровать.

- Что за?..

Вместо них Дженсен протянул ему другие.

- А мои чем плохи? – покрутил новые очки в руках Джаред.

- Они у тебя зеркальные, - пояснил Дженсен. – У животных отличное зрение, они видят блики с большого расстояния.

- Если ты такой опытный охотник, как вышло, что ты упал в реку с крокодилами?

Дженсен проигнорировал его вопрос и вышел в галерею.

- Идем, не культурно заставлять себя ждать, - произнес он.

 

 

К движению на дорогах Рабата Джаред уже привык, его не удивляло, что повозки и люди появлялись перед машинами, словно чертики из табакерки, не смотря на ранний час.

Шло время и вскоре первые лучи солнца разбили предрассветные сумерки.

Три черных джипа неслись по трассе на север. Дорога повторяла все контуры естественного ландшафта, поскольку была проложена без единого виадука. В нескольких километрах от города, там, где простирались большие плантации аргании[14], ветви деревьев были оккупированы козами, которые ловко перескакивали с ветки на ветку. Для коз аргании были чем-то вроде валерианы для котов.

Сначала Джаред не понял, что это за непонятные создания пасутся на деревьях и Дженсен, сидевший рядом на заднем сидении джипа, ему все подробно объяснил.

Дженсен на удивление много знал о Марокко. Джаред полюбопытствовал:

- Часто здесь бываешь?

- Не так часто, как хотелось бы.

Он, как обычно, был немногословен.

Вскоре джипы уже катили по дороге, с обеих сторон которой простиралась каменистая равнина, и ничего, кроме чахлых рощиц пальм и кустарника в колючках, больше не было. Спустя несколько километров пейзаж за окном стал меняться: в пыльном мареве показались холмы, которые становились все выше и выше. Джаред уже мог как следует рассмотреть заснеженные вершины, тянувшиеся вдоль всего горизонта.

Джипы ехали на полной скорости, обгоняя машины, встречающиеся на пути. Наконец они вплотную подобрались к обступившим трассу симметричным горам. Горы не были слишком высокими, но на них отдыхал глаз после бескрайних равнин.

Джипы миновали перевал.

Дорога изгибалась, скручивалась в петли, представляя собой серпантин. Джареда с непривычки даже слегка укачало. Одно радовало – охота. Он не прочь был пострелять, ибо за работой совсем забыл об отдыхе. О настоящем мужском отдыхе.

После перевала джипы сбросили скорость – слева от дороги раскинулась глубокая долина, справа и спереди – каменистые склоны, на которых суетились вездесущие, размером с кошку, козы.

Неожиданно Джареда привлекло ярко-синее пятно, непривычное на сером и буро-зеленом пейзаже. Он повернул голову и разглядел маленькую девочку в спортивном костюме, укутанную в платок до самых глаз. Она пасла коз. Ее собачонка с лаем бросилась догонять джипы, яростно заливаясь лаем, но вскоре отстала.

- Берберы, - прокомментировал Дженсен.

За очередным поворотом Джаред увидел берберскую деревеньку. Более чем скромные дома, обмазанные рыжей глиной или выстроенные из дикого камня, в два-три окна, жались к склону. На их плоских соломенных крышах грелась детвора, которая, завидев джипы, резко повернула головы в их направлении.

- Делаем остановку, - произнес водитель.

Джаред был рад размять ноги, да и серпантин его уже порядком достал.

Он выбрался из джипа, вытащил из кармана телефон, собираясь сделать несколько экзотических снимков. Остановившийся рядом с ним Дженсен покачал головой.

- Не стоит.

- Почему?

- Они разобьют тебе камеру.

- Они? – приподнял в удивлении брови Джаред. – Кто они?

Дженсен махнул рукой на сорвавшихся с крыши мальчишек, бегущих к ним.

- Но зачем?

- Не любят, когда их фотографируют.

Джаред послушно убрал телефон в карман и покрутил головой по сторонам.

Полковник Крибех о чем-то говорил с невысоким мужчиной в джеллабе пшеничного цвета с накинутой поверх красной накидкой с зигзагообразными линиями, видимо это был староста.

Джаред заметил на краю деревеньки мечеть.

- А туда можно или местным тоже не понравится? – обернулся он к Дженсену.

- Сходи, если интересуешься.

Джаред не особо интересовался, но ему очень хотелось пройтись – предстояло еще несколько часов езды. Поэтому он шагнул вперед, минуя разложенное для просушки прямо на камнях пестрое белье, поравнялся с женщиной в платке и джеллабе, которая вела к реке ослика - тот упрямился, а она подгоняла его хворостиной.

Несколько мальчишек увязались за ним, но близко не подходили. Они высоко задирали свои личики вверх, чтобы рассмотреть незнакомца, о чем-то переговаривались на берберском, смеялись.

Джаред их не шугал – ведь у этих детей не было других развлечений, кроме как разглядывать проезжающих мимо людей.

Мечеть оказалась небольшой, бежевато-розовой. Джаред обошел ее со всех сторон, но внутрь заходить не стал. Он задрал голову, щурясь от яркого солнца и пытаясь рассмотреть как следует, что же там на самом верху минарета.

Джаред еще раз обошел мечеть и собирался было уже вернуться к джипам, но увидел мужчину. Он здорово отличался от местных: те ходили в джеллабах, а на этом был охотничий костюм с панамой. За плечами ружье.

Видимо, еще один охотник, остановившийся в берберской деревушке... Что-то неуловимо знакомое почудилось в нем Джареду, где-то они уже пересекались. И тут словно вспышка озарила его разум – ну, точно! Галисиец, которому он помог пересечь границу, выпытав имя человека, покушавшегося на него в Сеуте.

Джаред хотел было с ним заговорить, окликнул его, но мужчина, не оборачиваясь, нырнул за угол дома.  Джаред подумал, что галисиец его не расслышал, и поэтому пошел следом, но тут его позвал Дженсен.

Джаред вернулся к джипам и поинтересовался:

- А много охотников в это время в горах?

Дженсен ответил:

- Там, куда мы направляемся, их вообще не бывает. А что?

- Я тут одного увидел, но он странный какой-то, разговаривать не захотел…

- Может языка не знает.

- Да нет, не в этом дело. Мы с ним, можно сказать, знакомы.

- Видимо, это знакомство было не из приятных, - растянул губы в улыбке Дженсен. – Зная тебя, не удивительно, что он сбежал.

- Да я… - хотел было возмутиться Джаред, но их диалог прервал полковник Крибех, крикнувший в голос:

- По машинам!

Джипы снова двинулись в путь.

Джаред впитывал в себя виды, Африка притягивала и завораживала своей первобытностью, чуть тронутой цивилизацией.

За очередным поворотом с горы гуськом спускались женщины с огромными, больше их самих, вязанками на спине, мальчишки прямо на дороге играли в футбол – водитель сигналом разогнал их и джипы беспрепятственно проехали дальше, минуя придорожное кафе грязно-белого цвета с рекламой кока-колы, правда годов эдак 90-х. Вдоль стен кафе были выставлены на продажу для туристов кривобокие глиняные горшки.

Еще несколько раз им попадались деревни.

Оставляя их без внимания, джипы устремлялись все дальше вверх, где блестели на высоко поднявшемся солнце белоснежные шапки. Вечнозеленые кустарниковые заросли сменили  леса из пробкового дуба, а потом появился и атласский кедр с тисом.

 

 

Наконец джипы затормозили – они прибыли к финальной точке своего путешествия.

Полковник Крибех подошел к Дженсену с Джаредом и поинтересовался:

- Как вам дорога, не утомила?

В глазах его искрилось лукавство, он принимал Джареда за изнеженного городского жителя, который дальше асфальтированной дороги никуда не выбирался. Что ж, пришло время доказать, что он чего-то стоит.

- Все в порядке, - бодро ответил Джаред.

Вывели риджбеков, которым не терпелось поразмяться. Джаред повесил на плечо крупнокалиберный магнум, который накануне чистил весь вечер, и подумал, что главное теперь встретить пантеру. Вдруг ему сегодня повезет и он обзаведется трофейной кошкой, которая украсит его квартиру в Сеуте.

Джаред прищурился, задрал голову и увидел орла, парившего над вершинами гор – хороший признак, возможно, джаредовым чаяниям суждено было сбыться.

Падалеки верил в свою судьбу и удачу.

Довольно обширная территория была закреплена за одним из влиятельнейших людей Марокко - полковником Крибехом, который безжалостно расправлялся с дерзнувшими покуситься на его владения, и двуногие в этих местах показывались редко. Поэтому охотящиеся ночью непуганые животные, часто задерживались до утренних часов - команда полковника Крибеха рассчитывала именно на это.

Риджбеки взяли след кабанов быстро. Охотники стали заходить против ветра, надеясь подрезать стадо. Кабаны продирались сквозь густые заросли. Их было много и они вели себя довольно беспечно, не чувствуя опасности.

Риджбеки вывели людей к широкой долине, где паслось ничего не подозревающее стадо. Охотники затаились.

Джаред вытащил свой бинокль и принялся считать кабанов. Неожиданно его внимание привлекло какое-то движение, но не там где паслись кабаны, а совершенно в противоположной стороне.

Джаред находился чуть поодаль от основной группы, поэтому никто кроме него этого больше не заметил. Он начал осторожно отходить от расстелившейся внизу долины, поднимаясь выше, выбрался к горной речке. Пройдя несколько метров, Падалеки увидел солнечную поляну, поросшую мятой, лавандой и шалфеем. Однако, не она явилась причиной интереса, а обступающий со всех сторон поляну кедровый лес. Джаред достал бинокль и принялся исследовать территорию – ему показалось, что там затаился зверь.

Сердце подсказывало Джареду, что это была пантера: пантеры, вернувшись после ночной охоты, обычно спали в ветвях деревьев.

Джаред навел резкость в бинокле и внутренне возликовал – красивая крупная черная кошка с круглой головой, около полутора метров!

Джаред приготовился стрелять с колена, вскинул магнум, прицелился и… Дальше случилось что-то невероятное.

Он еще не успел нажать на спуск, как мимо него пролетела пуля и врезалась в дерево в опасной близости от лица – щепки отлетели от кедра и расцарапали Джареду щеку.

Он упал на землю. Разбуженная пантера стремглав поднялась и бросилась в ту сторону, откуда стреляли в Джареда. Снова выстрел, и вот крупный зверь упал наземь в предсмертных конвульсиях.

Джаред не увидел вспышки от выстрела, поэтому выстрелил наугад в затаившегося убийцу, но, кажется, промазал. Он рассчитывал, что тот, разделавшись с животным, вернется к нему, чем и выдаст себя, но, похоже, засаду на него устроил профессионал.

Интересно, кто это такой и почему хочет убить Джареда?

Падалеки откатился и замер, лежал, стараясь не выдать своего местоположения. Он надеялся, что никто из его компании не бросится сюда, услышав выстрелы, иначе убийца может отправить и их на тот свет. Однако, надеждам Джареда не суждено было сбыться. Кто-то уже направлялся сюда – он уловил звуки продирающегося сквозь лес человека. Человека, который не знал, что здесь залег еще и убийца.

Шестое чувство подсказало, что это Дженсен.  Допустить, чтобы ублюдок выстрелил в него, Джаред не мог, поэтому он опять выстрелил наугад, крикнув:

- Осторожно!

А затем вскочил на ноги и побежал, отвлекая внимание на себя, надеясь скрыться в густых зарослях.

Вслед за ним устремилась пуля, выпущенная с дьявольской точностью. Пуля должна была попасть в спину Джареда, но он, запнувшись за корень, грохнулся вниз, чуть не срываясь в пропасть с обрыва; в последний момент успел-таки ухватиться за какой-то выступ, сдирая себе кожу на руках до мяса.

Джаред ударился грудной клеткой об острые камни и от боли чуть не разжал пальцы.  Он быстро терял силы, ему не обо что было упереться ногами, скользкие от крови руки съезжали с камня, за который он цеплялся.

Джаред посмотрел вниз – там безудержный поток воды ворочал камни, сталкивая их друг с другом. Его бы разбило о них мгновенно.

Над головой послышались выстрелы – тот, кто шел на подмогу к Джареду стрелял в убийцу. Джаред подумал о том, что хорошо было бы, если б он попал – все таки знать, что ты отмщен приятно, после этого можно честно отправляться в ад.

Когда Джаред удерживался лишь кончиками пальцев и мысленно прощался с родными, над головой раздался знакомый голос:

-Эй, держись, приятель!

Джаред не мог вскинуть голову, боясь, что силы оставят его окончательно, и тогда он полетит вниз, но он узнал Дженсена – его голос звучал слаще, чем что бы то ни было на свете.

В нескольких сантиметрах от лица упала веревка.

- Дотянешься? – спросил Дженсен.

Джаред, молча, оторвал руку от камня и ухватился за веревку в самый последний момент – пальцы второй руки онемели и ослабли настолько, что разжались сами по себе - Джаред начал движение вниз, разрывая брюки и раздирая в кровь колени, которыми прижимался к камням.

Падалеки изо всех сил уцепился в веревку. Дженсен втащил его, и они оба упали без сил на край каньона, тяжело дыша. Пару секунд спустя, Джаред почувствовал руки Дженсена на своем теле – тот ощупывал его.

- Ничего не сломано, - пробормотал Джаред, любуясь обеспокоенным лицом Эклза.

Он поймал себя на том, что улыбается. Глупо все это, конечно, но не улыбаться он не мог.

Увидев его раны, Дженсен поцокал языком:

- Ну, хотя бы ноги и руки на месте.

Джаред кивнул, и втянул в легкие побольше воздуха, словно до этого боялся дышать полной грудью. Дженсен спросил:

- Идти сможешь?

- Да. Наверное.

Дженсен помог Джареду подняться, но ноги отказывались его держать, то и дело подгибались. Тогда Дженсен забросил руку Падалеки себе на плечо, сам обхватил его за торс, и они попробовали сделать несколько шагов. Это у них получилось лишь с третьей попытки.

- Ты видел, кто в тебя стрелял? – спросил Дженсен.

Джаред отрицательно покачал головой.

- Нет. Он появился неожиданно, я вообще до последнего момента не подозревал, что тут кто-то, кроме пантеры, есть.

- Я тоже не разглядел. Он сбежал, как только решил, что ты упал в каньон.

- Если бы не ты, он бы обязательно проверил и добил меня. Ты спас мне жизнь. Я у тебя в долгу.

- Ерунда. Ты мне тоже спасал жизнь.

- Ты уже с лихвой окупил свое спасение.

- Значит теперь - ты мой должник. И как только представится случай, я потребую платы... Господи, какой же ты тяжелый! Прекращай столько есть!

 

 

Джаред решил никому не рассказывать, что его пытались убить.

- Охотился за пантерой и чуть не упал с каньона, - пояснил он, когда начали расспрашивать о синяках и ссадинах.

Убитую пантеру подобрали и погрузили в кузов вместе с несколькими кабанами.

От чучела Джаред отказался сразу, сказал, что оставит его полковнику в знак благодарности о приятном времяпровождении. О том, что не он убил дикую кошку, никто не догадался, так как пуля прошла навылет и понять, что выстрел был произведен из другого ружья, было невозможно. А похвастаться меткостью, приписав себе чужую заслугу, Джаред был не прочь, особенно, когда все так его расхваливали. Он проигнорировал полный ехидства взгляд Дженсена, пусть смотрит как хочет, Эклз все равно его не выдаст, в этом Джаред был полностью уверен.

Джареду оказали первую медицинскую помощь.

На закате джипы выехали на равнину, и горы постепенно потерялись во мгле, превращаясь в далекие призраки.

В риаде полковник Крибех вызвал доктора. Когда Джаред весь перебинтованный лежал на кровати, к нему заглянул Дженсен.

- Как ты? – спросил он, присаживаясь на краешек.

- Эх, обнял бы тебя, но, боюсь, не получится, - ответил Джаред.

Дженсен, не смотря на полушутливый тон колумбийца, остался серьезен.

- Ты знаешь, кто хотел тебя убить?

- Догадываюсь.

- Это Идрис?

- Что? Идрис? Нет! Кишка тонка! – Джаред нахмурился. – Это галисиец никак не успокоится.

- Галисиец?

- Да, я узнал человека, который стрелял.

- Но ты же его не видел, - возразил Дженсен.

- В лесу нет, но тот охотник, которого я встретил в аэропорту, а потом в дороге и который не стал со мной разговаривать, это точно был он. Галисиец неспроста оказался в берберской деревне. Эх, жаль я отпустил его живым из Сеуты и помог скрыться в Африке!

- Кто стоит за ним? – пухлые губы Дженсена сжались в тонкую линию.

- Раньше он работал на одного человека...

- Ты скажешь мне его имя?

Джаред с удивлением уставился на Дженсена.

- Зачем тебе?

- Если не убрать причину, на тебя будут продолжать покушаться.

- Послушать только – и это говорит адвокат!

Дженсен хотел что-то ответить, но Джаред притянул его за плечи забинтованными руками и обнял, не давая вырваться.

- Мне приятно, что ты волнуешься за меня, но со своими проблемами я разберусь сам, - прошептал он ему на ухо.

- Дурак, - буркнул Дженсен. – Если тебя убьют, мне не с кого будет потребовать долг.

Джаред развернул к себе Дженсена лицом и, глядя прямо в глаза, произнес:

- Этот урод - одиночка, он больше ни с кем не связан. Просто пытался отомстить мне за свое унижение, - и сразу же без перехода выпалил:

- Дженс, а давай ты будешь работать на меня?

Эклз дернулся, но Джаред сжал ладонями его скулы.

- Я серьезно. Стану платить так много, что ты не пожалеешь, что отказался от остальных клиентах в Нью-Йорке. В Сеуте тоже работы полно. А если захочешь оттянуться, я тебе такие места покажу! Твои Штаты захудалой дырой покажутся по сравнению с тем, что может предложить африканская Испания!

Дженсен рассмеялся.

- Ты чего? – удивился Джаред.

- Только ты можешь привести подобные аргументы, чтобы уговорить меня согласиться, - прекратив смеяться, ответил Дженсен, утирая выступившие в уголках глаз слезы. – Что ж, ради злачных мест Испании я, пожалуй, останусь.

 

 

Глава 6.

 

Когда полковник Крибех сообщил, что все заинтересованные лица согласны сотрудничать с южноамериканцами, Джаред с Дженсеном вернулись в Сеуту.

В салоне самолета Дженсен хмурился, чертил какие-то схемы в блокноте, Джаред пытался подсмотреть, но всякий раз Дженсен, словно у него глаза по всей голове перемещались, прятал свои художества. В итоге Джаред не вытерпел:

- Что ты там скрываешь?

Дженсен зашипел, выражая свое неудовольствие тем, что его отвлекли от важного дела, вскинул руку с зажатой в пальцах ручкой, случайно черкнув себе по щеке, и, не глядя на Джареда, процедил:

- Все потом. Поспи пока.

Джаред хотел было ответить что-нибудь едкое, но заткнулся, отвернулся к иллюминатору и до конца полета не проронил ни слова - Дженсен сам пожелал, чтобы он отстал, так пусть в наказание с размалеванной мордахой ходит.

В аэропорту их встречал Эмилио.

- Как дела? – спросил Джаред своего помощника.

Тот покосился на Дженсена, стоявшего в пижонской соломенной шляпе с непроницаемым лицом, в одной руке он держал свою сумку с вещами, во второй – солнцезащитные очки, которыми похлопывал себя по бедру и ждал, когда можно будет уже сесть в машину. След ручки со щеки он смыл - стюардесса подсказала, чтоб ее!

Джаред кивнул в сторону Дженсена:

- Познакомьтесь, это наш адвокат мистер Эклз, а это Эмилио, мой помощник и преданный человек. Можно говорить все как есть.

Дженсен с Эмилио кивнули друг другу. По тому как прищурился Эмилио, он узнал незнакомца из Венесуэлы.

- Четыре наших катера затопили на прошлой неделе, галисийцы в конец оборзели!

- М-да, с этим надо что-то делать, - нахмурился Джаред. – Поехали домой, там все обсудим.

Перед самым собранием, которое Джаред решил устроить в своей квартире вечером, он вызвал специалиста по электронной безопасности. Спустя некоторое время тот сообщил, что «жучков» нет.

Через час, в гостиной за круглым столом собрались трое: Эмилио, Дженсен и сам хозяин. На огромное окно, выходящее на террасу, были опущены жалюзи и мужчин освещал лишь электрический свет.

Перед каждым участником стояло по чашке кофе, в середине стола – вазочка со сладостями. Дженсен, вооруженный блокнотом, в котором всю дорогу что-то черкал, встал к переносной доске, взял в руки маркер и произнес:

- После того, как количество груза станет в разы больше, необходимо продумать схему, чтобы не засветиться по-глупому перед официальными властями Испании. Как я понял, начальник полиции и начальник таможенной службы дышат нам в спину, поэтому стоит быть предельно осторожными.

Джаред согласно кивнул, схватил несколько печенюшек из вазочки и закинул себе в рот, запил горячим кофе.

- Поскольку мы обосновались в Испании, нам надо соблюдать видимость закона. Создадим несколько компаний, связанных между собой, начнем платить налоги, инвестировать в испанскую экономику. Тогда проблем не возникнет, тем более, что груз мы будем выгружать не на берегах Испании, а в море, значит, слишком придираться испанцы к нам не станут – для них главное, чтобы на их территории все было гладко.

- А это обязательно? Я имею в виду платить налоги. С какой стати? – нахмурился Эмилио.

- Обязательно, если вы хотите закрепиться на европейском рынке. Я беру на себя создание фирм-прикрытий.

Дженсен срисовал на доску из своего блокнота схемы.

- Еще необходимо выйти на иностранные банки, которые бы не входили в налоговую юрисдикцию Европейского экономического сообщества. Иначе останетесь без единого песо за душой, когда европейцы вас прижмут.

- А что, могут? – прищурился Эмилио. – Тогда к чему весь этот цирк с налогами? В Колумбии все гораздо проще, отстегиваешь кому надо, а о бизнесе, чтобы прикрываться, и речи не идет.

Дженсен, в рубашке с засученными рукавами, уперся ладонями в стол и слегка придвинулся к Эмилио, нависая над ним. Его глаза хищно сузились и он четко произнес:

- Рано или поздно всему приходит конец. Когда-нибудь ваши доходы станут неприлично большими, а деятельность настолько обширной, что заинтересует европейское сообщество. Они не позволят колумбийцам слишком долго хозяйничать на своей территории. Весь вопрос в том, как долго мы сможем продержаться на южных берегах старушки Европы.

Говоря эту тираду, Дженсен раскраснелся, еще сильнее наклонился, и расстегнутый ворот рубашки позволил разглядеть Джареду ключицы и гладкую безволосую кожу на груди. Эклз выглядел как грех, который надо было немедленно заключить в свои объятия.

Чтобы отвлечься от таких не вовремя пришедших в голову мыслей, Джаред снова запустил руку в сладости и отвел глаза.

- Если все делать правильно, - продолжил Дженсен, выпрямляясь, - то бизнесом можно заниматься лет двадцать, а то и больше. Неплохо было бы открыть сеть ресторанов, сеть салонов красоты или чего-нибудь в этом роде, чтобы было с чего платить налоги и делать инвестиции. Джаред, хорошо бы еще завести знакомства с алькальдами южных городов Испании, а не только Сеуты. И привлечь на свою сторону судей, прокуроров…

- Прокуроры по твоей части, Эмилио, - внимательно посмотрел на помощника Джаред. – Я займусь губернаторами и алькальдами.

Эмилио кивнул. Дженсен продолжил:

- Я же берусь за всю документацию, создаю оффшорные компании. И да, не советую хранить прибыль в одном месте, потому что если вас поймают с одним счетом, то накроется все и сразу. Думаю, вы не новички в этом деле, так что не мне вас учить, как прятать свои капиталы.

Дженсен обвел присутствующих внимательным взглядом.

- Вопросы есть?

- Сколько тебе понадобиться времени? – спросил Джаред.

- Месяц. Плюс – минус.

Джаред потянулся:

- Что ж, тогда пора спатеньки… А завтра начнем очаровывать губернаторов, судей и всех остальных.

Дженсен сел за стол и, поискав глазами вазочку со сладостями, заметил ее у Джареда под рукой, тот как раз загребал последние печеньки. Дженсен ударил его по руке, и все высыпалось обратно. Дженсен утянул вазочку к себе.

- С тебя хватит, - улыбнулся он и положил одно печение себе в рот.

 

 

Ночью, после секса, Дженсен еще раз попытался выяснить имя человека, напавшего на Джареда в Марокко. Но тот отшутился.

Он не собирался втягивать Дженсена в кровавые разборки. Тот хоть и оказался «адвокатом сатаны», не обремененным лишней совестью, что с блеском это подтвердил, однако, Джаред не хотел, чтобы его руки были хоть на миллиметр запачканы в крови. Налоговые махинации это одно, а вот разборки в стиле Тарантино с морем кровищи должны остаться прерогативой людей, которые связаны с этим всю жизнь.

Через пару недель Эмилио отчитался перед Джаредом:

- Удалось выйти на прокуроров и судей в Марбелье, Хересе и других городах через их секретарш…

Схемы, по которым действовали люди Падалеки, всегда были одинаковыми и старыми как мир: молодой смазливый парень или мужчина (это зависело от того, кто сидел в приемной) заявлялся в госучреждение, подсовывал шоколадку (коробку конфет, бутылку дорогого вина) хихикающей девчонке или строгой даме, приглашал на свидание. И спустя некоторое время секретарши рекомендовали своих любовников перед судьями и прокурорами в лучшем свете. Правда, для «прикармливания» последних шоколадки не годились, тут шла тяжелая артиллерия в виде взяток в особо крупных размерах.

И Джаред готов был платить, инвестируя в собственное будущее. Через прокуроров удалось завязать связи с другими полезными чиновниками. Но не всегда дела шли гладко, встречались и злобно-честные типы наподобие Алвареса. Что касается последнего, тот буквально преследовал Джареда по пятам. Он знал, что Падалеки развернул бурную деятельность, но доказать ничего не мог, хоть и глаз с него не спускал.

Взял на заметку даже Дженсена.

Как-то раз, когда Дженсен обедал в небольшом ресторанчике, поджидая Джареда, к нему подошел Алварес.

- Уж не сеньора ли Падалеки вы ждете? Извините, не знаю вашего имени.

Алварес без приглашения уселся напротив. Дженсен смерил его ледяным взглядом с ног до головы, оторвавшись от меню, которое в этот момент изучал:

- А вы кто такой?

- Моя фамилия Алварес. Надеюсь, это имя вам о чем-то говорит.

- С чего вы взяли?

- Вы же адвокат нашего Колумбийского дьявола, разве я не прав? Обычно адвокаты знают в лицо всех представителей власти.

Дженсен вздернул бровь вверх:

- Простите, Колумбийского дьявола?

- Так называют Падалеки в Гибралтаре. Вы не в курсе?

- Впервые слышу.

- Так вот теперь знайте.

Дженсен отложил меню и прямо спросил:

- Что вам от меня нужно?

- После того, как вы стали маячить на фоне Колумбийского дьявола, он стал слишком активен. Но самое интересное в том, что он почему-то перестал заниматься перевозками груза в Европу. Открыл рестораны, бары, а о своем основном бизнесе даже вроде как забыл. Но я в это не верю. Вы вместе с ним нашли какой-то новый способ переправлять товар?

- Не понимаю, о чем вы говорите.

- Да бросьте! Здесь только слепо-глухо-немой и умственно-отсталый не в курсе ради чего Падалеки вообще заявился сюда. За ним стоят не только колумбийские, но и мексиканские наркокланы. А вы их вип-наемник. Давно работаете на преступников?

- Вы хотите предъявить мне или сеньору Падалеки какие-то обвинения? – Дженсен был сама невозмутимость.

Если Алварес преследовал цель вывести его из себя и, таким образом, разговорить, то глубоко ошибся.

- Пока нет, - Алварес поднялся из-за стола. – Но рано или поздно я это сделаю! Я засажу этого сукиного сына туда, откуда он вообще не выберется. И ты, люксовый адвокатишка, последуешь прямиком за ним! Я все узнаю о тебе, о твоих делишках, где бы ты их не проворачивал, и тогда я тебе не завидую. Пока же, но только ПОКА, наслаждайся свободой.

- Все сказали? А теперь позвольте мне остаться одному и сделать, наконец, свой заказ. Иначе буду вынужден подать на вас в суд о защите собственной чести, а также достоинства моего клиента. Вы не слишком лестно отзываетесь о нас, и мне это не нравится.

Алварес скривился, точно съел головку чеснока:

- Удачно подавиться!

Передернув плечами, комиссар направился к выходу и в дверях столкнулся с Джаредом. Мужчины смерили друг друга взглядами: один – испепеляющим, другой – недоуменно-любопытным. Они так и не обменялись ни единым словом.

Джаред подошел к Дженсену и, следя в окно за нервно удаляющимся Алваресом, поинтересовался:

- Этот тип тебе докучал?

- Да, - кивнул Дженсен.

- Чего хотел?

- Интересовался как ты провозишь наркотики… Обещал посадить нас в тюрьму.

- Надеюсь, в одну камеру, - хмыкнул Джаред, присаживаясь за стол. – По-другому я не согласен.

 

 

Посреди ночи завибрировал телефон. Джаред ждал этого вызова, поэтому мгновенно схватил аппарат, и пока недовольный Дженсен, сквозь сон, попытался выяснить, кому это не спится, Джаред, пробормотав: «Все в порядке!», поспешил сбежать в гостиную и аккуратно притворил за собой дверь.

- Слушаю, Эмилио, - не слишком громко отозвался Джаред.

- Я вернулся из Ла-Корунья.

- Отлично. Есть новости?

- Да. Если хотите, можем встретиться прямо сейчас.

- Хорошо, но ко мне не заходи. Увидимся в твоей квартире.

- Жду.

Джаред отключился. Эмилио жил по соседству, на одном с ним этаже. Возвращаться за одеждой в спальню Джаред не стал, так как Дженсен мог окончательно проснуться и завалить его ненужными вопросами. Эклз, конечно, соня еще та, но чем черт не шутит. Вдруг именно сейчас он решит выяснить, кто это названивает посреди ночи.

Джаред осмотрелся по сторонам, думая во что бы ему нарядиться. На полу валялись только спортивные штаны Дженсена, которые накануне содрал с него Джаред, и этот чистоплюй не успел их подобрать, разгладить и положить на место - у него для каждой вещи было свое место.

"Педант чертов", - беззлобно подумал о любовнике Джаред.

Он влез в короткие для него штаны, из под которых смешно торчали ноги. Футболки поблизости не оказалось, и он решил, что одевать ее необязательно, ведь  Эмилио видел его и не таким, когда приводил домой пьяного в стельку. Сам Джаред скромняжкой никогда не был, он без проблем мог заявиться к Эмилио в чем мать родила, но вот объясняться потом с Дженсеном, почему он разгуливает с голым задом в чужой квартире, не хотелось. Дженсен вообще как-то странно влиял на Джареда - видеть его выворачивающий наизнанку разочарованный взгляд было, мало говоря, неприятно.

«Наверное, я просто пока с ним не наигрался еще, поэтому мне есть дело до его мнения, - решил Джаред. – Когда надоест, все станет пофиг».

Когда Эмилио открыл дверь, Джаред прошел внутрь и уселся в кресло, зевнул и спросил:

- Что ты откопал?

- Галисиец, которому вы помогли скрыться в Марокко, вернулся в Сеуту. На катере он пересек пролив и попал на полуостров. Там связался со своими подельниками и прибыл в Ла-Коруньо. Удалось подкупить дочку садовника, она сообщила, что галисиец побывал в доме Шакина. Уверен, что именно Гонсало Шакин заказал вас, сеньор Джаред, потому что сразу после визита галисиец отправился в Марокко, где на вас было совершено два покушения.

- Вот и делай людям добро, - проворчал Джаред. – Где он сейчас?

- Галисиец прячется в одной испанской деревеньке. Думаю, убрать его там труда не составит.

- Пока не трогать. Я дам знать, когда будет можно.

 

 

Всю ночь Джаред думал, хмурился, борясь с желанием затянуться сигаретой прямо в постели. Он сидел на подушке, прислонившись спиной к деревянному изголовью, накрывшись одеялом до груди и скрестив руки. Иногда посматривал на мерно сопящего Дженсена, но большую часть времени пялился в окно, за которым ночное небо неохотно уступало место серому рассвету.

Гонсало Шакин был слишком опасен. Он уже не единожды пытался избавиться от Джареда, значит, скоро снова повторит свою попытку и кто знает, возможно, она будет более удачной. Умирать во цвете лет не хотелось. Поэтому Шакина надо было опередить любой ценой. И сделать его смерть показательной, чтобы больше ни один испанец не посмел слова худого сказать Падалеки.

Смерть предателя-галиссийца, который пытался убить его в Марокко, пока лучше отложить, иначе главная фигура всей этой комбинации может что-то заподозрить. С предателем разобраться можно и позже, главное отправить своего человека присматривать за ним. А в назначенный срок он нанесет удар.

Дженсен проснулся резко, словно от удара. Он поднял свои глаза на смотрящего вдаль Джареда.

- Доброе утро, - хриплым ото сна голосом проговорил Дженсен. – У тебя бессонница?

- Вроде того.

- Случилось что-то серьезное? Я вроде бы слышал звонок ночью.

- Да, Эмилио докладывал, что вернулся из командировки. Ничего особенного.

По взгляду Дженсена Джаред понял, что любовник ему ни капельки не поверил, но разуверять в чем-либо Дженсена не стал – все равно заведомо гиблое дело – упрямый Эклз был слишком умен и чуток. Да и придумывать правдоподобную ложь Джареду после бессонной ночи было недосуг.

 

 

Ровно через три дня криминальные разделы всех испанских газет красочно и наперебой расписывали весть о том, что предприниматель из Ла-Коруньо был жестоко убит.

На Гонсало Шакина напали в собственном доме. Рано утром, когда прислуги было по минимуму, преступники незаметно проникли в спальню жертвы. Там ему заткнули рот кляпом, завели руки за спину и связали. А потом надругались в особо жестокой форме, после чего задушили.

Спустя час, лежащего на кровавых простынях на животе со следами от веревок на вывернутых руках Гонсало Шакина обнаружил его помощник. Один известный журналист главной газеты страны в каждой из своих пяти статей вопрошал: «Кто мог так жестоко поглумиться над гетеросексуальным мужчиной, ведущим праведный образ жизни?»

Последние слова особенно повеселили Джареда. Если дело и дальше так пойдет, то Гонсало Шакину скоро над головой нимб пририсуют.

Помимо громкой смерти, случилась еще одна, о которой мало кто знал.

В маленькой рыбацкой деревеньке был найден труп галисийца, который не так давно переехал туда жить, но поскольку он ничего из себя не представлял, то был никому не интересен, и о его смерти знали лишь местные жители.

Джаред был уверен, что новости о Гонсале Шакине дошли до Дженсена, но тот хранил молчание и с расспросами не приставал, хотя, наверняка, догадался, что галисиец из Марокко и Гансало Шакин связаны между собой.

В наркобизнесе мягкотелость до добра не доводила: или ты, или тебя. Гонсало Шакин ясно дал понять, что мириться с конкуренцией не собирается. Поэтому Джаред сыграл на опережение.

Следующее, что сделал Джаред – наладил связи с алькальдом[15] города Хере́с-де-ла-Фронте́ра. Он был важен для бизнеса, поскольку именно его жене и брату Суаресу-младшему принадлежали виноградники всемирно известной марки вина, поставками которого на итальянский рынок собирался заняться Джаред.

Джаред не был любителем испанского вина, но вот устроить регулярные рейсы из Испании в итальянскую Калабрию было архиважно, поскольку полковник Крибех заявил, что из-за усилившегося контроля, устроенного начальником таможни Сеуты, который все же «спелся» с Алваресом, его катера не могут сбрасывать груз в назначенной точке Средиземного моря, как это делалось доселе, и поэтому на прошлой неделе итальянцы остались без товара.

После совещания, устроенного с Дженсеном и Эмилио, было принято решение: Джаред с Суаресами образует новое предприятие, где имя Падалеки не будет упоминаться, и совместно с ними налаживает поставки вина из Хере́с-де-ла-Фронте́ра. По дороге в Италию, судно, вылавливает груз из вод Гибралтара, оставленный «маврами», а далее следует в порт назначения. О дополнительном товаре, принятом на борт, Суаресам знать не обязательно. Их имя нужно, чтобы таможенники не слишком докучали – никому не захочется ссориться с алькальдом одного из городов Испании.

Через подкупленного прокурора Джаред договорился о встрече с алькальдом Суаресом.

Колумбиец приехал в Хере́с вместе с Дженсеном. Они остановились в отеле, и Дженсен, видя что любовник постоянно на нервах, утянул его в спа-салон.

Джаред же, конечно, лучше бы спустился в бар и выпил за удачное завершение переговоров, но многообещающий взгляд Дженсена заставил его поступиться собственными планами.

«Эдак я рядом с ним скоро превращусь в безвольную тряпку», - размышлял Джаред, укладываясь после процедур на массажный стол.

Однако, после того, как руки массажиста сменились руками Дженсена, который выпроводил работника, сунув ему в карман купюру, Джаред перестал что-либо соображать вообще.

Он плавился под умелыми поглаживаниями Дженсена (и где только научился?!), все норовил развернуться и поцеловать адвоката в губы. В конце концов, ему это удалось. Поцелуй закончился тем, что Джаред повалил Дженсена прямо на себя и не выпускал до тех пор, пока к ним через час деликатно, но настойчиво не постучали в дверь.

 

 

Джаред облачился в брюки и удлиненный пиджак светлого тона, на ноги надел классические туфли, волосы зачесал назад.

Дженсен — в светло-зеленой рубашке, белых брюках и белом же расстегнутом пиджаке, с рыжеватой бородкой — был уже готов.

- Пора, а то опоздаем, — произнес Эклз, направляясь к выходу.

Дженсен выглядел чересчур серьезным и колумбийцу захотелось растормошить его, заставить выложить все, что было у него на уме, но ведь это же Эклз, это же кот, гуляющий сам по себе — если что-то не понравится, он просто напросто вильнет хвостом и уйдет, даже прощаться не станет. Поэтому Джаред решил не приставать к нему лишний раз.

Эмилио отвез их на ипподром.

К главной арене Хереса уже съехалась большая часть гостей. Сегодня устраивали закрытое представление для элиты, поэтому женские шляпки от кутюрье причудливой формы выделялись на фоне сдержанных мужских костюмов.

Алькальд Суарес обожал светскую жизнь. В число его любимых развлечений входили скачки, поэтому первая встреча Джареда с Суаресом должна была произойти на ипподроме.

Как только Джаред появился в поле видимости прокурора — темноволосого худого мужчины с мешками под глазами — явно, любителя выпить — тот поспешно подошел к нему и поздоровался. Джаред представил Дженсена. Мужчины обменялись приветствиями.

- Сеньор Суарес уже здесь? — спросил Джаред, крутя головой по сторонам.

- Да, только что подъехал. Вместе с братом и женой.

Алькальд — невысокий человечек с выпирающим брюшком и глубокими залысинами — стоял спиной и разговаривал с братом — почти полной своей копией, с той лишь разницей, что волос на голове Суареса-младшего, которому исполнилось недавно пятьдесят пять лет, было чуть больше. Они были настолько увлечены беседой, что не заметили, как к ним подошли Джаред с прокурором. Дженсен в представлении решил не участвовать, и отправился на заранее забронированные для них места.

- Алькальд Суарес, позвольте представить вам сеньора Падалеки из Колумбии, — начал прокурор.

Алькальду пришлось высоко задрать голову, чтобы разглядеть колумбийца — настолько ощутимой была разница в росте.

- Какой же вы высокий! — восхищенно выдохнул Суарес-младший и невольно приподнялся на цыпочки, причмокнув языком.

Джаред нацепил извиняющую улыбку.

- Я знаю, что у вас ко мне дело, — проговорил алькальд, - но, к сожалению, в таком месте как это не говорят о бизнесе. Тем не менее, я рад знакомству.

Суарес-младший добавил:

- Здесь можно только любоваться красотой, — и сделал жест в сторону манежа, куда в скором времени должны были выпустить лошадей, но смотрел при этом, не отрываясь, на самого Джареда. — Поэтому, сеньор Падалеки, всем нам, — кивок в сторону алькальда, — придется встретиться еще раз и все обсудить.

- С превеликим удовольствием, — ответил Джаред, улыбаясь.

Между тем, алькальда кто-то отвлек. Воспользовавшись тем, что брат отошел, Суарес-младший придвинулся к Джареду ближе, осмотрелся вокруг, поприветствовал знакомых взмахом руки, а потом задал вопрос:

- Вы здесь один?

Джаред покачал головой:

- Нет. Со своим адвокатом. У нас забронированы места.

Суарес-младший посмотрел в ту сторону, куда указывал Джаред и разглядел макушку Дженсена.

- Я бы хотел пригласить вас с вашим человеком, так мы сможем лучше познакомиться друг с другом. Вы же не возражаете, сеньор Падалеки?

- Сочту за честь.

Когда Джаред вернулся за Дженсеном, тот недовольно поинтересовался:

- Суаресы зовут нас к себе?

- Да, откуда ты знаешь?

- Я не знаю, лишь предполагаю, поскольку уже собрал здесь кое-какие сведения о Суаресе-младшем. Судя по тому, как он на тебя пялится, слухи правдивы, — сообщил Дженсен.

- Увы, сейчас я не в том положении, чтобы выбирать. Алькальд — идеальный вариант для нашего дела. Лучшего поставщика вин, чем его родственники, не найти. Я надеюсь, ни Алварес, ни кто-то еще не станут особо докучать, ведь ссориться с алькальдом никому не охота. Если удастся заключить сделку, к нашим кораблям в Гибралтаре вообще никто цепляться не будет.

Дженсен хотел что-то сказать, но передумал, лишь хмуро посмотрел на Суареса-младшего, который издали пристально следил за Джаредом.

Они прекрасно понимали, что Суарес-младший своего не упустит и попробует затащить Джареда в постель в обмен на сделку. Иначе не видать колумбийцу контракта, как своих ушей.

Подобный расклад Джареду не нравился от слова «совсем», поскольку он привык сам выбирать себе партнеров для секса, а здесь выходило, что он должен подставиться коротышке потому, что тот положил на него свой заплывший жиром глаз.

Неприятно было чувствовать себя разменной монетой. В таком качестве Джаред оказался впервые.

 

 

Суарес-младший усадил Джареда подле себя, Дженсена разместили рядом с женой алькальда, которая тут же принялась заигрывать с ним — упустить такого мужчину сеньора просто не могла. Джаред ее понимал: если муж — невысокий уродец, не обращающий на нее должного внимания, то нет ничего странного в том, что ей приходится искать утешение и ласку на стороне.

Дженсен вел себя учтиво, он умел красиво ухаживать, с какой-то досадой вынужден был признать Джаред. Алькальд даже обрадовался, что кто-то занялся его благоверной, и та ослабила за ним контроль, поэтому не преминул воспользоваться удачей — пил он часто и много и вскоре уже мало что соображал. Джаред пришел к выводу, что алькальд, по большому счету, всего лишь пешка. В этом семействе делами заправлял Суарес-младший, а остальные - выполняли его распоряжения.

Суарес-младший был в приподнятом настроении, он, не замолкая, что-то вещал Джареду на ухо.

Джаред боролся с желанием закатить глаза и отодвинуться подальше.

Началось представление «Как танцуют андалузские лошади», и Джаред понадеялся, что вот хотя бы сейчас испанец заткнется. И, правда, на некоторое время Суарес-младший замолчал. На манеж выехал первый участник: белые чулки с натянутыми поверх кожаными гетрами, белоснежная рубашка с жабо, светло-коричневая жилетка и расшитое золотом болеро, шейный платок и шляпа. Он объехал вокруг манежа, демонстрируя свою лошадь – чистокровного лузитана – ее амуницию и свою экипировку.

- Одежда наездника точная копия костюмов 18 века, — поведал Суарес-младший Джареду. — Он великолепен, не правда ли?

- Конечно, — а про себя подумал: «Вот и развлекайся с ним».

- Наша школа отличается ото всех остальных тем, что возникла не из книжек, как это было с англичанами и австрийцами. Иберийцы учились выживать в огне жестоких партизанских войн. В те времена в бою ценились лошади, способные слиться со всадником, готовые выполнить любой его приказ. Лишь благодаря этим качествам скакуна можно было остаться живым в бою, — Суарес-младший кивнул на манеж. — Посмотрите, вот то, о чем я вам говорю…

Наездник на максимальной скорости ловко исполнил леваду[16] и перешел на пируэт[17]. Зрелище было неимоверно красивое.

- Вы видели что-то похожее раньше? — воскликнул Суарес.

Джаред покачал головой:

- Нет.

Он не хотел объяснять испанцу, что впервые попал на подобное мероприятие, что обычно он иначе проводит свое свободное время. Но не смотря на предпочтения колумбийца, представление не оставило его равнодушным.

Джаред увлекся и не заметил, как пролетело время. Перед уходом Суарес-младший напомнил, что завтра ждет Джареда:

- Во второй половине дня, сеньор Падалеки!

- Обязательно буду, — ответил Джаред и поспешил к поджидавшей его машине.

Дженсен покосился на него со своего места, но ничего не сказал, и Джаред был благодарен ему за это, так как чувствовал страшную злость, в первую очередь из-за того, что его предположения на счет интереса Суареса-младшего к собственной персоне оказались верными — во время представления тот несколько раз умудрился потереться ляжкой о джаредову ногу.

Завтра, на своей территории, без свидетелей и папарацци, он мог вконец обнаглеть. И хотя контракт был нужен как воздух, тем не менее, прыгать к испанцу в объятия Джаред не собирался.

Всю ночь Джаред просидел в кресле, прокручивая в голове схемы. Эклз весь вечер ходил смурной, бросал внимательные взгляды на Джареда, словно хотел узнать его мысли, узнать о том, действительно ли ради сделки Джаред позволит Суаресу-младшему затащить себя в постель. У Джареда возникло стойкое чувство, что собственнику Эклзу это не понравится так сильно, что он может даже уйти от него.

Джаред привык к Дженсену. С ним было удобно, интересно и… от Дженсена не хотелось избавиться сразу же после секса!

Но на кону стояло будущее клана Падалеки в Гибралтаре. Если Джаред согласится на условия Суареса-младшего, то потеряет Дженсена. Если выберет последнего, то весь бизнес пойдет крахом.

Еще ни разу Джареду не приходилось сталкиваться с такой серьезной дилеммой в своей жизни. Она заняла все его мысли и лишила сна. И, кажется, не только его.

Джаред чувствовал, что Дженсен тоже не спит, хотя тот и лежал с закрытыми глазами. Дженсен словно ждал, что Падалеки вслух объявит о своем окончательном решении. Но Джаред еще и сам не знал, как ему лучше поступить.

Ближе к двум ночи Джаред толкнул Дженсена в плечо — все равно этот хитрюга притворялся — и попросил составить договор.

- Прямо сейчас? — недовольно буркнул тот.

- Прямо сейчас, — подтвердил Джаред.

Несколько оставшихся часов до рассвета они трудились над документом.

Чтобы Дженсен не собрал свои вещички и не ушел в закат, пока Джаред заключает сделку, Падалеки решил держать его в поле своего зрения.

- К Суаресам едем вместе, — заявил он, зевая.

- Но меня не приглашали, — откликнулся Эклз.

- Я не заключаю сделок без своего адвоката, — отрезал Джаред.

После того, как последняя точка в контракте была поставлена, Джаред без каких-либо объяснений ушел в квартиру Эмилио, а когда вернулся, закрыл дверь на кодовый замок, чтобы Эклз не мог выйти, пока он будет спать, забрался под одеяло к Дженсену, прижался к его шее холодным носом, игнорируя недовольное бормотание, и отрубился на пару часов.

 

 

Почти все винные погреба Хереса располагались в сооружениях, построенных еще во времена Римской империи. Сегодня Джаред сам вел машину и на вопрос Дженсена, где Эмилио, ответил, что помощник занят важным делом.

Машина подъехала к древним постройкам, принадлежащим брату алькальда. У Джареда возникло чувство, что он очутился в отдельном маленьком мирке: во дворе трехэтажного здания был разбит парк с фонтанами и проложены аккуратные дорожки среди источающих аромат клумб.

Их встретила сеньора Суарес — в красном платье, с ярким макияжем — Джаред готов был побиться об заклад, что дамочка вырядилась так специально для Дженсена.

Тот учтиво склонился в поцелуе перед холеной ручкой сеньоры Суарес, наговорил ей кучу комплиментов.

- Я рассчитывала на ваш приезд, — негромко произнесла сеньора Суарес. — Важные встречи без адвокатов не проходят.

Джаред нахмурился. Нет, конечно, ни о какой ревности здесь речи не шло, по крайней мере Джаред надеялся, что его чувства к Дженсену еще не дошли до этой стадии, просто было неприятно, что Дженсен так внимательно слушает эту женщину. Если с Идрисом еще можно было разобраться по-мужски, то, что прикажете делать с наглой испанкой?

- Мой деверь попросил показать вам наши погреба, чтобы вы имели о них представление. Он присоединится к нам чуть позже.

«Главное, чтобы коротышка-гей все-таки пришел», — подумал Падалеки.

Гости и хозяйка спустились в подвал. Производство вин Суаресов было поставлено на широкую ногу, одна лишь подземная галерея занимала десять километров и была сплошь уставлена паллетами с закупоренными бутылками, в которых созревало вино.

Все трое сели в вагонетку, которая на довольно приличной скорости понеслась вперед, ловко сохраняя вертикальное положение на крутых поворотах.

Сеньора Суарес провела экскурс:

- Мы производим около двадцати тысяч бочек вина за год и поставляем его в Португалию, Германию, Францию. С итальянцами пока еще не работали. Как вам удалось уговорить их покупать наш товар?

Джаред улыбнулся:

- Позвольте мне сохранить некоторые свои секреты в тайне, сеньора Суарес.

Вагонетка мчала по подземным лабиринтам и в итоге очутилась в дегустационном зале.

На столе их уже ожидали бутылки лучшего вина из запасов семьи Суарес. Прибывшие подняли бокалы и выпили. Дженсен, будь он неладен, произнес тост за хозяйку.

Неужели Эклз реально надумал переспать с этой старой, отчаянно молодящейся перечницей?

Внутри заклокотало: не позволю!

В этот момент появился Суарес-младший. Увидев гостей, он разулыбался, встал рядом с Джаредом и посмотрел на него масляными глазками.

- Извините за опоздание, у меня было сегодня важное совещание, — произнес он. — Надеюсь, моя невестка вам все показала?

Джаред покивал головой.

- Все что надо, мы уже увидели. Осталось обсудить детали.

- Для этого поднимемся в мой кабинет в доме. Не могу долго оставаться без солнечного света, знаете ли… Эти своды вгоняют меня в дрожь.

Суарес-младший передернул плечами и, подхватив Джареда под руку, увлек его к выходу.

 

 

Наверху Дженсен собрался последовать за Джаредом и Суаресом-младшим, но Падалеки остановил его:

- Я бы хотел обсудить условия с сеньором Суаресом с глазу на глаз.

Дженсен подозрительно уставился на Джареда.

- Составь пока компанию сеньоре Суарес, но далеко не уходите, ты можешь понадобиться с минуту на минуту.

Дженсен скривил губы.

- И не позволяй ей тебя лапать, — шепотом добавил Джаред на ухо Дженсену.

Тот остался на месте, проводив Падалеки тяжелым взглядом, но быстро совладал с чувствами, и завел светскую беседу с сеньорой Суарес, та жеманничала и флиртовала с ним, но Дженсен был рассеян, то и дело посматривал на плотно закрытую дверь, ведущую в кабинет.

За ней было тихо до некоторого времени, но потом на пол упало что-то очень тяжелое. Дженсен тут же оказался на ногах, сеньора Суарес последовала его примеру. Не успели они добраться до двери, как та сама распахнулась, и из кабинета вылетел бледный, словно смерть, Суарес-младший.

- Что случилось? — воскликнула женщина, стараясь поймать его за руку.

Тот скомкано извинился и выскочил на улицу.

Дженсен вошел в кабинет — стоящий у письменного стола Джаред с довольным лицом внимательно изучал какой-то документ. Его волосы были растрепанными, а губы красными, будто он только что целовался.

Увидев Дженсена, Джаред постарался пригладить свою шевелюру.

- Что произошло? — следом за Дженсеном в кабинет влетела сеньора Суарес.

- Вашему родственнику позвонили, после этого он извинился и ушел, — изобразил недоумение происходящим Джаред. И тут же заторопился. — Что ж, не смеем вас больше задерживать. Мистер Эклз, — Джаред кивнул головой на выход.

Когда они сели в машину и выехали с территории Суаресов, Дженсен сухо поинтересовался:

- Может, объяснишь, что все это значит?

- Запросто! — Джаред прямо-таки светился от счастья.

Он протянул одной рукой бумаги Дженсену, продолжая рулить второй. Дженсен принял их и начал изучать.

- Ведь это же мой договор, который я составил накануне.

- Ага. А теперь посмотри на последнюю страницу.

Дженсен перелистнул и шумно выдохнул: там красовалась подпись Суареса-младшего.

Джаред довольно ухмыльнулся, а Дженсен скорчился, словно кислый лимон проглотил:

- Хм, времени для полноценного секса у вас было недостаточно… Неужели ты ему просто отсосал? Быстро же он кончил.

Джаред поцокал языком, сложил губы уточкой, а затем рассмеялся.

- Ты меня недооцениваешь. Хватило всего лишь поцелуя.

Дженсен покачал головой:

- Хочешь сказать, что после одного единственного поцелуя он так расщедрился?

Джаред вздохнул:

- Он не знал, что дело закончится всего лишь поцелуем, он рассчитывал на большее.

Дженсен молчал и Джаред пояснил:

- Я заставил его подписать договор заранее. Он был уверен, что я никуда не денусь, поэтому согласился. А потом я дал знать Эмилио, что можно взрывать супермаркеты, принадлежащие Суаресу-младшему. Он три часа устанавливал там взрывчатку и ждал моего сигнала.

Дженсен вскинул глаза на Падалеки.

- Вот почему Суарес выскочил как ошпаренный из кабинета? — догадался он.

- Конечно!

Джаред был собой чрезвычайно горд: и договор подписал и не дал Дженсену уйти.

 

 

Чтобы Суаресы не слишком злились на него за авантюру, устроенную накануне, Джаред решил «задобрить» испанцев. Он сделал щедрое пожертвование на открытие реабилитационной клиники города (половина средств, конечно же, осела в кармане алькальда), жене алькальда прислал с курьером огромный букет роз и бриллиантовое колье, а с Суаресом-младшим договорился о встрече.

Тот сначала высказал ему все, что о нем и о его «колумбийском побеге» думает, но после слов Джареда: «Я хотел бы лично покаяться перед вами», согласился.

- Хорошо, приезжайте, я вас жду.

Джаред связался с Эмилио:

- Ты выполнил мою вторую просьбу?

Помощник кивнул.

- Да. Но это обошлось нам в два раза дороже, чем могло бы, будь у нас время.

- Вот его-то у нас как раз и нет, дружище! Лучше расплатиться со старым хрычом деньгами, чем задницей.

 

 

Суарес-младший ожидал гостя, сидя в плетеном кресле на террасе собственного белоснежного дома. Со всех сторон террасу окружали кусты - в них были понатыканы камеры. Испанец смотрел на вход, откуда с минуты на минуту должен был появиться Джаред, которого вчера удалось всего лишь поцеловать. А ведь у Суареса-младшего были такие далеко идущие планы в отношении колумбийского мачо! Но тот его не дождался, хотя Суарес и просил об этом перед уходом. Джаред же, воспользовавшись шумихой, скрылся.

Что ж, возможно, сегодня он все-таки одумался и пришел отдать свой должок?

Суарес-младший надел легкие брюки и свободную рубашку, чтобы легче было раздеваться. Ну, мало ли…

Когда ему доложили о прибытии Падалеки, Суарес-младший заерзал в соломенном кресле, его ладони вспотели, а на лице расцвела улыбка.

Джаред прошел на террасу, минуя гостиную. При его появлении Суарес-младший аж подскочил: то, что он увидел, ему очень понравилось — волосы Джареда развевались на ветру, рубашка, не заправленная в джинсы, была хоть и застегнута так, что ничего не было видно, зато обтягивала плечи, давая волю разыгравшемуся воображению.

- Сеньор Падалеки, — не сдержал улыбки Суарес, — надеюсь, мы с вами продолжим с того момента, на котором вчера остановились.

Джаред уселся напротив Суареса, закинул ногу на ногу и улыбнулся.

- Боюсь, не получится, — произнес он.

- Но как так?!

- Я приехал, чтобы загладить свою вину.

- Тогда чего же мы ждем?

Джаред произнес:

- Я хочу сделать вам подарок.

На недоуменный взгляд Суареса, Джаред поднялся и попросил его следовать за ним. Они миновали комнаты, и вышли на улицу перед парадной дверью.

- Прикажите открыть ворота, — попросил Джаред.

Заинтригованый Суарес отдал распоряжение. Ворота медленно разъехались в стороны, и внутрь въехал грузовичок. Он затормозил возле лестницы, Джаред не спеша подошел к нему, исчез за невидимой для Суареса-младшего задней частью кузова.

А когда появился, у Суареса-младшего отвисла челюсть – вид, открывшийся его взору, был восхитительным: высоченный Джаред вел под узцы чистокровного испанца караковой масти[18], хвост лошади был завязан в плотный узел, грива заплетена в тугие «шишки».

- Прошу принять мой скромный презент, — произнес Джаред подбежавшему Суаресу-младшему.

- Скромный?! Он же стоит целое состояние! Такого красавца вообще очень трудно найти! Как вам это удалось? — забросал вопросами Суарес-младший Джареда.

Тот отступил на несколько шагов, чтобы не мешать носящемуся вокруг и оглаживающему коня Суаресу-младшему, чьи глаза горели ярче неоновых ламп.

- Пустяки. Для своего делового партнера мне ничего не жалко. Надеюсь, вы не решите обжаловать вчерашнее подписание договора и мы все же будем с вами сотрудничать.

- Ах, вот о чем вы! — Суарес-младший прищурился. — Вы воспользовались моим интересом к вам и заставили меня подписать ту злосчастную бумажку! Неужели вы изначально предполагали оставить меня с носом?

- О нет, как вы могли такое подумать?! — «ужаснулся» Джаред. — Даже в мыслях такого не было!

- Тогда почему бы нам все же не стать ближе друг другу? — Суарес-младший испытывающее посмотрел на Джареда.

- Вчера я слишком расслабился, ваше вино вскружило мне в голову. Но мне бы не хотелось выходить за рамки деловых отношений.

Суарес-младший разочарованно вздохнул:

- Какая жалость! Я мог бы показать вам много интересного…

Джаред с сожалением улыбнулся.

Прощаясь, Суарес-младший вздохнул:

- Зря, что вы сами не захотели расплатиться, сеньор Падалеки. Но ваш подарок мне пришелся по вкусу.

 

 

Джаред с Дженсеном отправились в Сеуту, а за делами в Хересе остался присматривать верный человек.

Как только Джаред ступил на африканское побережье, его телефон разразился трелью. Джаред нехотя вытащил аппарат и скривился:

- Бенитес, что б его!

Нажал на клавишу «прием»:

- Сеньор Бенитес, рад вас слышать! Что-то случилось? .. Хм… Что ж, можно и встретиться.

Взглянув извиняюще на Дженсена, пробормотал:

- Нигде не дают расслабиться, черти! Мне надо идти, а ты отдыхай, Эмилио тебя отвезет домой.

Джаред движением руки пресек попытавшегося было возмутиться Эмилио, сам поймал такси и отправился на встречу в ресторан «Оазис».

- Слышал, вы заключили удачную сделку с братом алькальда Хереса? — поинтересовался Бенитес, залихватски орудуя ножом с вилкой.

- Именно.

- Вот уж никогда бы не думал, что вы такой любитель хереских вин, сеньор Падалеки.

- Отличный продукт, на котором можно неплохо заработать.

- Я слышал, вы сильно истратились, чтобы получить выгодный контракт. Надеетесь отбить вложения? — прищурился Бенитес.

Джаред слегка склонил голову, соображая, что же известно «хитрому лису».

- В этом вся суть бизнеса, — расплывчато ответил он.

- Я слишком далек от предпринимательства, я всего лишь простой чиновник и в коммерции ничего не понимаю. Но вот ваша хватка заставляет меня искренне восхищаться. И не меня одного.

- Даже так?

- Поверьте, вами восхищается еще один достойный человек, которого вы знаете.

- Кто же он?

- Мой начальник.

- Надеюсь, у сеньора Веги все хорошо.

- Как вам сказать… — Бенитес поморщился, покрутил в руках столовые приборы, а потом подцепил кусок мяса и затолкал в рот.

Прожевал и зажмурился от наслаждения. Видимо, Бенитес надеялся, что Джаред поможет ему перевести разговор в нужное русло, но тот не спешил. Джаред не собирался облегчать жизнь стервятникам из жандармерии.

Бенитес показушно вздохнул, понимая, что придется все делать самому.

- Мое руководство очень хочет, чтобы его подчиненные работали с еще большей отдачей. Но, к сожалению, условия не всегда этому способствуют, — Бенитес бросил взгляд исподлобья, засовывая очередной кусок в рот. — Чтобы быть на высоте, необходимо тренироваться, но наш спортзал в плачевном состоянии.

Джаред с трудом подавил усмешку — все ясно. У него нагло вымогали деньги. Лучшим вариантом было прямо на месте выбить зубы Бенитесу, но так подставляться Джаред бы никогда не стал.

По большому счету Вега Падалеки был уже не так уж и нужен. Он мог спокойно переехать на полуостров и оттуда вести дела. Тем более, что «мавры» полковника Крибеха удачно справлялись со своей частью работы и никто их пока ни в чем не заподозрил. Хотя все же стоит выслушать условия, а потом принимать окончательное решение, потому что, ссориться с одним из главных чиновников Сеуты, который слишком много знал, было не дальновидно.

- Сеньор Вега узнал о вашем благородном поступке в Хересе. Проспонсировать реабилитационную клинику, это очень достойно. Почему бы вам не проявить такое же великодушие и тут, в Сеуте, тем более, что сеньор Вега полностью на вашей стороне.

- Вы хотите, чтобы я выделил средства на ремонт спортивного зала жандармерии?

- Не совсем. Сеньор Вега рассчитывает на новый спортзал, полностью оснащенный всем необходимым.

Джаред задумался, как сложившуюся ситуацию можно обратить в свою пользу.

- Возможно, я бы и помог, но сейчас очень напряженная обстановка, — медленно проговорил Джаред. — В настоящее время я почти не занимаюсь перевозками, поскольку меня затерроризировали ваши бравые таможенники. Бизнес буквально стоит на месте, если так будет продолжаться, то... - Джаред развел руками.

Бенитес прищурился.

- Хм… Что ж, хочу вам открыть небольшую тайну. Мадрид не доволен службой начальника таможни и в скором времени его отзовут. На его место должны прислать нового человека, одного из приятелей сеньора Веги.

А вот это уже разговор по существу. Если приятель Алонсо Веги станет закрывать глаза на то, что судно некой компании подбирает в проливе выброшенные «маврами» подозрительные пакеты, упакованные в стекловолокно с поплавками, чтобы их было заметно, то это будет как нельзя более кстати.

- Я думаю, что смогу проспонсировать новый зал, — улыбнулся Джаред.

- Я знал, что вы очень чуткий человек, сеньор Падалеки! — довольная морда Бенитеса аж засветилась.

Он поднял свой бокал с вином, Джаред отсалютовал своим.

 

 

Джаред прогуливался по набережной, разглядывая яхты, обращенные носами на восток. Он рассуждал о том, что неплохо было бы обзавестись такой же красавицей и когда позволят дела, отправиться с Дженсеном в путешествие.

Джареду нестерпимо захотелось увидеть Эклза и он набрал его номер, предложил прогуляться «в одно местечко». О том, что это место, где продают яхты, Джаред решил пока не говорить. Забавно будет наблюдать за дженсеновой физиономией, когда он поймет, куда Джаред на самом деле его привел.

Джаред убрал телефон в карман и почувствовал, что ему кто-то пристально смотрит в спину. Обернулся, но среди снующего по набережной народа никого подозрительного не заметил.

Неужели опять галисийцы? Но их организация обезглавлена и там разыгралась нешуточная борьба за власть. Не скоро еще они встанут на ноги. Да и после того, как он расправился с Гансало Шакиным, рискнуть связаться с ним могут только отчаянные психи.

Джаред свернул на тесно застроенную улочку, несколько раз поменял направление, пока туристов не стало в два раза меньше. Он надеялся таким образом рассмотреть преследователя. Джаред оглянулся и снова никого не увидел. Неужели ему померещилось? Совсем нервы ни к черту стали! Все, решено, они отправляются в отпуск вместе с Дженсеном.

Джаред вышел на Королевскую улицу и направился к площади Полковника Руиса, где они должны были пересечься с Эклзом.

Джаред уже разглядел своего адвоката, хотел даже помахать рукой, но тут неожиданно на плечо ему опустилась чья-то ладонь.

Колумбиец резко обернулся, сжимая кулаки, готовый двинуть любому, кто там окажется.

- Уф, еле вас догнал, — Алварес сложился вдвое, делая вид, что запыхался и не может отдышаться, как будто не он, таясь, вел Джареда от самой набережной.

- Так это вы за мной шпионили? — нахмурился Джаред.

- Ну, зачем же сразу так? Просто хотел с вами поговорить.

В этот момент к ним подошел Дженсен, который заметил Джареда с Алваресом и решил, что его присутствие лишним не будет. Со свойственным ему хладнокровием, Эклз скрестил руки на груди, но не вмешивался, просто стоял поблизости.

- А вот и адвокат подоспел, — протянул Алварес. — Но думаю, он вам не понадобится, сеньор Падалеки. Я пока вас ни в чем не могу обвинить.

- А в чем планируете?

- Я знаю, что убийство Гонсало Шакина, это ваших рук дело.

- У вас бурная фантазия, — по-мальчишески улыбнулся Джаред. — Вам бы детективы писать, комиссар.

Алварес проигнорировал его сарказм и остался серьезным.

- У меня нет доказательств. Пока. Но в скором времени они появятся и тогда вы, сеньор Падалеки, сядете в тюрьму надолго. Поэтому хочу дать один совет: убирайтесь в свою Колумбию и творите там все, что хотите. Я не дам вам возможности беспредельничать здесь! Я всегда буду дышать вам в спину. И рано или поздно поймаю. На какой-нибудь мелочи вы все равно проколетесь.

Джареду надоело выслушивать Алвареса, он уже переминался с ноги на ногу, стремясь поскорее уйти отсюда.

- Я чист перед законом, — произнес Джаред. — Поэтому вы зря тратите свое драгоценное время.

Алварес только открыл рот, чтобы ответить, как Дженсен его перебил:

- Если вы не можете предъявить что-то по существу, прошу больше не задерживать моего клиента.

Джаред кивнул Алваресу и последовал за начавшим удаляться Дженсеном, но комиссар не желал так быстро сдаваться. Он шел за ними и пытался привлечь внимание Джареда.

- Я еще с вами не закончил, сеньор Падалеки!

Дженсен подошел к поджидавшей машине, забрался внутрь. Джаред взялся за ручку, но прежде чем сесть, не удержался:

- Извините, что не приглашаю вас составить нам компанию. Мой партнер против тройничков.

Ошарашенный Алварес остался на обочине дороги, открывая и закрывая беззвучно рот. Придя в себя, он прошептал:

- Я не успокоюсь, пока не уничтожу тебя, колумбийский дьявол!

Как Джаред и предполагал, Дженсен округлил глаза, когда узнал о его планах на счет морского путешествия. Но идея пришлась ему по вкусу. Несколько часов они потратили на то, чтобы выбрать яхту, а вечером отметили покупку в одном из лучших клубов Сеуты.

 

 

Сквозь сон Джаред слышал, как во входную дверь кто-то постучал. Просыпаться в его планы не входило — уж слишком бурная ночка выдалась у них с Дженсеном, и он был совершенно обессилен.

Дженсен же, похоже, нет, он зашевелился и вполне внятно спросил:

- Ты открывать будешь?

- Не-а.

Но тот, кто стоял за дверью, сдаваться не собирался. Теперь колотили кулаками и, кажется, даже ногой.

- Тебе сейчас дверь снесут, — заметил Дженсен, сладко потягиваясь в постели.

Надо было позвонить Эмилио, чтобы он разобрался с чудилом, которое рвалось в его тихую обитель, но Джареду было лень даже тянуться к телефону.

- Я открою? — спросил Дженсен, когда грохот уже стал реально раздражать.

- Ладно, — согласился Джаред, с трудом продирая глаза. — Скажи, что меня нет, и гони в шею непрошеных гостей. Особенно, если это Бенитес.

Дженсен соскользнул с кровати, надел джинсы и вышел из спальни. Джаред слышал как щелкнул замок, а потом, после некоторого молчания, крики. Женские крики. Это насторожило Джареда и он приподнял голову от подушки.

В этот момент в спальню вошел Дженсен и хмуро произнес:

- К тебе приехала жена.

- Какая еще жена? — моргнул сонными глазами Джаред.

- Твоя, как я полагаю.

Джаред хлопнул себя ладонью по лбу и простонал:

- Господи! Точно! Я ведь женат! А я и забыл совсем…

В спальню ворвалась разозленная Женевьев, беспардонно подвинув Дженсена с дороги. Тот сделал шаг назад.

- Что у тебя тут творится?! – с порога закричала она, оглядывая разворошенную постель, валяющийся на полу тюбик смазки и использованные презервативы, задернутые плотными шторами окна, сквозь которые почти не проникало солнце.

Женевьев резко распахнула шторы, и Джаред сморщился, закрывая рукой глаза от яркого света.

- Какого…

- Это ты мне объясни, почему не отвечаешь на мои звонки, а когда я приезжаю, то застаю у тебя в квартире мужика!

Женевьев топнула ногой и зло покосилась на Дженсена. Тот подобрал свою футболку с пола.

- Я пойду, - произнес он.

Джаред хотел было вскочить с кровати и остановить любовника, но вспомнил, что лежит без одежды, поэтому лишь попросил:

- Не уходи.

Но Дженсен уже вышел прочь. Джаред подумал, что сейчас не время устраивать сцены на потеху Жен, главное избавиться от нее, а потом он поговорит с Дженсеном и они все выяснят.

- Может, подождешь меня в гостиной, я сейчас выйду, - предложил он супруге.

Женевьев высокомерно глянула на мужа, сморщила носик и царственно удалилась.

Джаред напялил штаны, зашел в ванную и плеснул себе в лицо холодной водой. Вышел в гостиную.

Женевьев сидела на диване, закинув ногу на ногу, и курила сигарету, для пепельницы она приспособила бокал с вином, оставшимся после вчерашнего загула. Наманикюренным ногтем сеньора Падалеки постукивала по деревянному подлокотнику и в такт своей злости покачивала ножкой в изящной черной босоножке.

- Как это все понимать? – зло процедила она и скривила накрашенные алой помадой губы.

- Я налаживаю наш общий бизнес в Европе. Поверь, работа не из легких, -  Джаред тяжело плюхнулся в кресло напротив.

Нашел закупоренную намертво бутылку минералки, огляделся - открывашки поблизости не оказалось, идти за ней не было сил, поэтому он просто прижал бутылку ко лбу, стремясь унять головную боль.

- Я и вижу. Весь в трудах…

- Естественно.

- А что это за мужик был с тобой?

- Мой адвокат.

- Адвокат? Значит, адвокаты теперь не просто консультируют, но еще и задницу подставляют? Или вставляют боссу? Уж не знаю, как у вас все происходит.

Джаред театрально вздохнул. Все же, когда Женевьев была невестой его брата, он ладил с ней куда лучше. В статусе жены она его не устраивала вообще. В ней как будто разом прибавилось стервозности, или он раньше на эту сторону характера мексиканки просто не обращал внимания?

Джаред посмотрел прямо в глаза жене и спросил:

- Жен, чего ты хочешь?

- Я хочу, чтобы ты вернулся со мной в Колумбию.

- Но здесь еще полно дел.

- Эмилио справится и без тебя. Джаред, я все-таки замужем, но моего мужа вечно где-то носит! Я устала быть одна!

- Ну, я же не добровольно сюда уехал.

- Ты проделал большую работу, твой отец гордится тобой, - вкрадчиво начала Женевьев.

Насколько Джаред помнил, таким тоном она говорила, когда хотела заставить всех плясать под свою дудку. Голос Женевьев продолжал литься сладкой патокой:

- Мой отец тоже нарадоваться на тебя не может. Джефф вышел из комы, правда, пока все еще без сознания. Мистер Падалеки перевел его домой. Он надеется, что среди родных лиц его выздоровление пойдет гораздо быстрее. Если ты приедешь, то…

Женевьев встала с дивана и неслышно подкралась к Джареду, который так был погружен в свои мысли, что не заметил этого. Вернуться домой очень хотелось, по отцу и брату он действительно соскучился, но вот променять Дженсена на Женевьев…

Когда Женевьев коснулась его груди своей рукой, от неожиданности Джаред вздрогнул.

- Дорогой, ведь мы с тобой и пары дней вместе не прожили, как поженились. Даже сексом не занимались ни разу…

Джаред вспомнил их первую брачную ночь. Тогда, напившись до одури, он, может быть, и переспал бы с Женевьев, но теперь уж дудки, увольте! Если Женевьев и надеялась на что-то, Джаред был морально не готов заниматься сексом с невестой своего брата. И неважно, что эта невеста теперь является его законной женой. Не мог, вот и все.

По прошествии почти года, он вообще жалел, что согласился на этот брак. Жил бы себе припеваючи холостяком и горя не ведал. А там, гляди, и Джефф бы в себя пришел и женился.

- Жен, - осторожно начал Джаред, слегка отодвигаясь.

Это было ошибкой, потому что Женевьев скользнула в кресло на освободившееся место и прижалась к нему грудью. «Немаленькой грудью», - отметил про себя Джаред.

Когда он уезжал из Боготы, грудь Женевьев была заметно меньше. Вставила силикон, что ли?

- Жен… Если Джеффу лучше, то скоро он придет в себя.

- И?

- Может быть вы с ним…

- Что мы с ним? – недобро прищурилась Женевьев.

Джаред выдохнул все, что крутилось у него на языке:

- Ты и Джефф подходите гораздо лучше друг другу, чем мы с тобой. Давай разведемся, а когда Джефф встанет на ноги, вы…

- В качестве мужа ты меня устраиваешь больше, чем твой брат.

- Ну, какой из меня муж, а? Я же с мужиками сплю…

Женевьев провела ногтем по щеке Джареда.

- Можешь спать с кем угодно, но не часто. Разрешаю даже со своим адвокатом кувыркаться. Я не против. Однако, всегда помни, что я твоя жена. И я хочу, чтобы мы были вместе.

- А я не хочу. Давай разведемся, - Джаред рывком поднялся из кресла.

- Мой отец оторвет тебе член, если ты заикнешься об этом еще хоть раз.

Джаред мотнул головой и криво усмехнулся - он уже не был никчемным мачо, которого интересуют гулянки-пьянки и который безропотно подчиняется чужой воле. За последнее время он многого добился и поэтому не позволит диктовать ему как жить. Отныне свою судьбу он выбирает сам.

- Я тебе не мальчик на побегушках, которого вы со своим папашей пригрели из жалости. Кортез нуждается в Падалеки не меньше чем мы в вас! А поэтому слушай, - Джаред навис над Женевьев, оперевшись руками в подлокотники кресла и обдавая своим дыханием раскрасневшееся лицо супруги. - Значит так, когда Джефф придет в себя, мы говорим ему, что наш брак – вынужденная мера, что мы и пальцем друг до друга не дотронулись. И если он захочет, то женится на тебе. Если нет - прости, найдешь себе другого, того кем можно будет легко манипулировать и запугивать своим папашей. Ясно тебе?

Женевьев с минуту сверлила его взглядом, потом отпихнула руки Джареда и поднялась. Схватила сумочку и чуть ли не бегом поспешила к входной двери. Но перед тем как выйти задержалась, чтобы заявить:

- Ты еще пожалеешь! Поверь мне, пожалеешь!

Дженсен нашелся в соседнем кафе, куда они часто заходили по утрам и хозяин готовил для них свой лучший кофе. Дженсен, завидев Джареда, слегка напрягся.

- Ты один? – спросил он, когда Падалеки поравнялся со столиком.

- Как видишь. Жен уехала.

Джаред опустился на стул и тут же хозяин поднес ему чашку ароматного напитка, тот благодарно кивнул.

- Насовсем уехала, - глядя пристально в глаза Дженсена, произнес Джаред, после того, как хозяин отошел.

- Так быстро сделал свой выбор, – в голосе Дженсена почувствовались тщательно скрываемые довольные нотки.

- А тут и выбирать нечего. Со мной остаешься ты. А она пусть катится в Колумбию.

Джаред немного помолчал:

- Знаешь, Дженсен, ведь я не должен был на ней жениться. Женевьев – невеста моего брата. Когда Джефф выздоровеет, возможно, он женится на ней. Уверен, что ей вообще все равно за кого замуж выходить, главное, чтобы муж выполнял все ее прихоти.

- Что с твоим братом?

- Он был в коме. Почти год. И пока все еще без сознания, - брови Джареда непроизвольно сошлись на переносице, а в глазах отразилась такая боль, что Дженсен протянул свою руку и накрыл ею ладонь Джареда, слегка сжав.

- Твой брат поправится.

- Спасибо, - одними губами, беззвучно прошептал Джаред.

 

 

Спортивный комплекс для жандармов был сдан в предельно короткие сроки – на это ушло всего три месяца. Алонсо Вега договорился с алькальдом Сеуты и им выделили недострой недалеко от жандармерии.

Джаред вместе с Вегой и архитектором осмотрели его.

- Что вы на это скажете? – задал вопрос архитектору Падалеки.

- Если внести небольшие коррективы, из этого вполне может получиться спортивный комплекс.

- Тогда жду от вас смету, - кивнул Джаред.

Он был уверен, что половина денег, выделенная на строительство, осядет в кармане Алонсо Веги. Но это была расплата за то, что таможенники Сеуты, по распоряжению нового начальника, обходили стороной его корабли, следующие через Гибралтар, а если видели «бесхозный», еще не поднятый на борт груз, оставляли как есть. Таможенники с полуострова тоже не докучали Джареду – имя алькальда Хереса играло свою роль и защищало их совместный бизнес.

Джаред собирался появиться на открытии спортивного комплекса. Он, как главный и единственный спонсор, должен был перерезать ленточку.

- Я хочу, чтобы мы пошли туда вместе, - сказал Джаред Дженсену.

Хоть Дженсен сначала и согласился, однако, спустя неделю на открытие Джаред отправился один. Эклз в последний момент позвонил и сказал, что задерживается по делам.

- Я подъеду позже, - пообещал он.

Дженсен вообще стал каким-то слишком хмурым в последнее время. Джаред считал, что он все еще дуется на него за Женевьев, но надеялся, что путешествие на яхте развеет сомнения в его голове.

- Хорошо, жду.

Верный Эмилио следовал за Джаредом по пятам. Вокруг собрались гости, руководители всех мастей, просто любопытные и мимопроходящие. Пресса широко освещала это событие, поэтому о нем было известно почти всем в городе.

Джаред, даже находясь в центре внимания, чувствовал себя одиноко, он то и дело поглядывал на часы, считая минуты до того момента, когда появится Дженсен. Но того все не было.

Джаред выскользнул из толпы, чтобы сделать ему звонок пока Вега произносил торжественную речь. Наверное, это его и спасло. Около шести часов вечера, когда важные гости собирались уже войти внутрь, раздался взрыв – Джаред отлетел в сторону и пребольно ударился об асфальт. Сверху на него посыпались ошметки человеческих тел и обломки взорванного здания. Джаред еле успел перекатиться прежде, чем на то место, где он лежал еще пару секунд назад, грохнулась вылетевшая от взрыва дверь.

Джаред словно во сне встал на колени, покачал головой. Сначала он ничего не слышал, но затем пелена рассеялась, и улица наполнилась криками и стонами пострадавших – вокруг бегали люди, многие в крови, кто-то черный от копоти с ног до головы, кто-то в порванной или сгоревшей наполовину одежде. Огонь с первого этажа быстро перепрыгнул на второй. Вскоре заполыхала крыша. Где-то вдалеке послышался вой пожарных машин.

Джаред поднялся на ноги, чуть не упал, но все же справился и еле заковылял к Эмилио, который был весь в крови, но спешил к нему на помощь. Джаред похлопал себя по карманам, ища запасной телефон, но вместо него нашел лишь покореженную груду металла.

- У тебя есть сотовый? – спросил Джаред, поравнявшись с Эмилио.

- Нет, разбился.

- Надо предупредить Дженсена, чтобы не приезжал…

Дома Джаред не нашел Дженсена. Падалеки метался из комнаты в комнату, потом выбежал в подъезд и попытался узнать у консьержа, когда мистер Эклз вышел.

- Он уехал около двух часов назад.

«Два часа назад? - удивился Джаред. - В таком случае, он давно должен быть на открытии». Однако, Дженсен там так и не появился.

Движимый нехорошими предчувствиями, Джаред бросился обратно в свою квартиру. Только сейчас он обратил внимание на то, что раньше упустил из вида: не всех, но многих вещей Дженсена не было на месте. Его дорожной сумки в том числе. Зато телефон лежал на прикроватной тумбочке – брошенный, как ненужная вещь.

Джаред, словно у него закончились все силы, опустился на пол и прислонился спиной к стене. Он с глухим стуком ударился головой, но ничего не почувствовал: боль, жегшая изнутри, была гораздо сильнее и затмевала его разум.

- Эмилио, - тихо позвал Джаред, когда спазм в горле прошел.

- Да.

- Найди мне Эклза.

- Думаешь, это его рук дело? – с сомнением покачал головой Эмилио.

Джаред смотрел в никуда и хранил молчание, лишь желваки ходили ходуном.

- Что ты будешь делать, когда я найду его?

- Сверну шею.



[1] Гри́нго (англ. gringo от исп. griego — грек) — в Латинской Америке презрительное название неиспаноязычного (либо непортугалоязычного) иностранца, особенно американца.

[2] Спик (англ. spic) — презрительная кличка испаноговорящих американцев.

[3] Медельи́нский кокаи́новый карте́ль — колумбийский наркокартель, возникший в городе Медельин (Колумбия)

[4] Гайдзи́н (яп. 外人) — сокращение японского слова гайкокудзин (яп. 外国人), означающего «иностранец»

[5]«Марроканский шоколад» - гашиш не очень хорошего качества.

[6] Льянито – белые контрабандисты.

[7] Сейнер  — рыбопромышленное судно для лова рыбы.

[8] Comprobar as mercadorías – «Проверь груз» по-галисийски.

[9] Гальегос  - самоназвание галисийцев.

[10] Пабло Эскобар – самый известный за всю историю колумбийский наркобарон.

[11] Иберийский полуостров – Испания.

[12] Ндрангета (итал. 'Ndrangheta, от греч. ἀνδραγαθία «доблесть») — крупная итальянская организованная преступная группировка, происходящая из Калабрии — самой бедной провинции Италии.

[13] Риада (в переводе с арабского означает "сад") – это традиционный марокканский дом или дворец.

[14] Арга́ния (лат. Argania) —  дерево с тернистыми ветвями, достигающее 8—10 м в высоту и живущее 150—200 лет. Из её семян получают аргановое масло, которое используется в производстве косметики и в кулинарии.

[15] Алькальд – в Испании и ряде стран Латинской Америки председатель муниципального совета; городской судья.

[16] Левада - элемент выездки (высшей школы верховой езды), когда лошадь отрывая передние ноги от земли, становиться на здание и продолжает стоять несколько секунд, при этом сильно сгибает суставы задних ног.

[17] Пируэт (фр. pirouette) – выполнение в 2 следа круг радиусом, равным длине корпуса лошади. При этом передние и наружная задняя нога двигаются вокруг внутренней задней, которая находится в центре круга.

[18] Караковая масть лошади -  черная окраска туловища, головы и ног с рыжими подпалинами на конце морды, вокруг глаз, под брюхом и в пахах.



Сказали спасибо: 72

Чтобы оставить отзыв, зарегистрируйтесь, пожалуйста!

26.04.2017 Автор: Jiminy

Перечитываю уже раз третий или четвертый) И очень ндеюсь на вторую часть:3

Логин:

Пароль:

 запомнить
Регистрация
Забыли пароль?

Поиск
 по автору
 по названию




Авторы: ~ = 1 8 A b c d E F g h I J k L m n o P R s T v W X y z а Б В Г Д Е Ж З И К м Н О П С Т Ф Х Ч Ш Ю

Фанфики: & ( . « 1 2 3 4 5 A B C D F G H I J L M N O P R S T U W Y А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я

наши друзья
Зарегистрировано авторов 1361