ГлавнаяНовостиЛичная страницаВопрос-ответ Поиск
ТЕКСТЫ
1436

Green Around the Edges

Дата публикации: 10.12.2015
Дата последнего изменения: 10.12.2015
Цикл: Green around the edges
Название оригинала: Green Around the Edges
Автор оригинального текста: writeatmidnight
Автор (переводчик): ИлеРен@;
Пейринг: J2;
Жанры: не-АУ;
Статус: завершен
Рейтинг: NC-17
Размер: макси
Примечания:

Ссылку на оригинал указать не могу, автор снесла текст из интернета. Я не перевожу фанфик заново, я начинаю чисто с того момента, на котором перевод был закончен. Предыдущие 27 неполных глав здесь. Переведенное мной и не только можно скачать документом вот тут (вся остальная часть 27 главы). Остальные фики серии в графе "Переводы" здесь.

Сразу говорю: стиль перевода будет отличаться, потому что а) мы разные люди; б) переводчик из меня на самом деле нулевой, и это дикая авантюра, но посмотрим. Надеюсь, это будет читабельно. Я не претендую на дословность, так что возможен и пересказ местами, но в изменение смысла я, конечно, не лезу.


Глава

Когда Джаред вернулся из своего путешествия сквозь метель, Дженсен уже растопил камин. Скрестив ноги, он сидел на краю кровати, листая брошюрку рекламы Британской Колумбии «Захватывающие горно-пешеходные маршруты!»

Они оба знали, что не будет никаких походов. Или, точнее говоря, что не будет времени для них.

Скинув свой шарф, куртку и перчатки в угол, где валялись уличные зимние шмотки Дженсена, Джаред опустил контейнер с пивом на пол и плюхнулся рядом с Дженсеном, впихнув маленькую розовую коробку из пекарни между ними, после чего сорвал с головы Дженсена вязаную шапку, которую тот натянул до самых глаз. Никаких пряток этой ночью.

− Ты купил пива на наш медовый месяц? – спросил Дженсен, подняв взгляд от брошюры, его вставшие наэлектризованные волосы шевелились при малейшем движении головы.

− И торт, − напомнил Джаред.

Дженсен бросил глянцевую брошюру на пол.

− Зачем ты купил пиво?

− Ну, я подумал, что оно может помочь тебе – нам – я имею в виду нам… расслабиться немного.

− А. Ты хочешь меня опоить.

− Нет, скорее… сделать более приятным в разговорчиках.

− И менее встревоженным.

− Ничего себе у тебя эго, чувак. Знаешь что? Не все дело в тебе, − Джаред наклонился, схватил бутылку и, откупорив ее, сделал большой глоток. Дженсен потянулся за другой, но Джаред ногой отодвинул его руку.

− Эй, − произнес Дженсен, выпрямляясь. – Какого черта?

− Может, я купил это все для себя. Может, я не хочу, чтобы ты что-нибудь из этого брал. Может, я единственный, кому нужен этот целый контейнер.

Ну, последнее утверждение было отчасти правдой.

После длительной паузы последовало:

− Дай мне это чертово пиво.

Реверсивная психология. ПРЕКРАСНО. Он собирался запомнить, особенно если это всегда будет вызывать этот негодующий, немного раздраженный взгляд на лице Дженсена и чуть ли не надутые губы. Если бы Джаред не потерял свой новый фотоаппарат в аварии, он заснял бы этот момент.

− Тебе не обязательно. Это все мне.

Свирепо на него посмотрев, Дженсен оттолкнул ногу Джареда и схватил пиво. Джаред спрятал улыбку за бутылкой. Спустя несколько минут молчания Дженсен сказал:

− Вау. Ты совершенно запросто обыграл меня. Какого черта?

− Понятия не имею, о чем ты. Угощайся.

Может быть, из-за смущения, что им только что так легко манипулировали, Дженсен, указав пивом на коробку из хлебопекарни, резко сменил тему:

− Во всяком случае, откуда у тебя это все?

− Помнишь ресторан, в который я притащил тебя год назад? Тот, за который я заплатил, чтобы его освободили для нас. И ты еще запаниковал до того, как мы сделали заказ, и нам пришлось встать и…

− Да, я помню. – Дженсен отвел взгляд в сторону. – Смутно.

− Ну, вот я и пошел. Он в четырех минутах ходьбы отсюда. Я слышал, их еда довольно неплохая, − он толкнул Дженсена локтем в бок. – Не то чтобы я знал.

− Да, да. Я разрушил нашу первую и единственную дату. Я понял, − заглянув в коробку, он добавил: − Ну и что это за торт?

− Шоколадный, покрытый еще большим слоем шоколада. Вот и все, что действительно имеет значение, − Джаред поднял крышку, вдыхая богатый шоколадный запах, идущий изнутри. – Вот дерьмо, они забыли положить сюда вилки. − О, ладно. Пожав плечами, он засунул палец прямо в середину небольшого однослойного торта.

Пристальный взгляд Дженсена ощутимо обжег его лицо, когда он, поднеся свой палец ко рту, сначала робко облизал его кончиком языка, а потом засунул весь палец в рот и застонал.

− Ты реально свинья, − пробормотал Дженсен. – Никто не должен никогда смотреть, как ты ешь.

− ‘то хорошо, − ответил Джаред, проглотив крем. Он наконец взглянул на Дженсена, который теперь наклонился к нему – хотя бы чуточку – но сам даже не заметил этого. – К тому же, ты должен мне мою успокаивающую еду. Я дважды чуть не умер в этом году из-за людей, преследующих тебя.

Лицо Дженсена помрачнело, возле уголков глаз, в которых мелькнула боль, появились складки. Чувство вины затопило Джареда, и он тут же заторопился:

− Прости. Я не должен был это говорить.

Дженсен, однако, быстро вернул лицо и дернул плечом.

− Да, я очень сожалею об этой фигне про почти-умер.

Используя два пальца как своего рода ложку, Джаред зачерпнул еще торта. Когда от его измазанных шоколадом пальцев до открытого рта осталось меньше дюйма, Дженсен перехватил его запястье, отводя руку в сторону.

− Ну, я-то спас тебя вчера вечером, − сказал он, а потом высунул язык, который окутал теплом основания джаредовых пальцев, медленно поднимаясь все выше и выше, слизывая торт и глазурь, проскальзывал между двух пальцев, чтобы слизать все до последнего.

Желудок Джареда упал куда-то вниз.

Неприлично причмокнув, Дженсен произнес:

− Тебе нужно научиться делиться, Джей. Довольно неплохо. Ты собираешься быть вежливым и предложить мне еще? – невинно спросил он, взметнув одну бровь, как будто это не он только что ел торт с пальцев Джареда и как будто не знал, что Джаред теперь неизбежно думает обо всех местах на своем теле, на которых он хотел бы почувствовать этот горячий проворный язык, слизывающий с кожи глазурь.

− Думаю, да, − кое-как удалось произнести Джареду, несмотря на то, что он уже забыл половину вопроса, потому что ему только что пришло в голову, что он на самом деле может попробовать торт из той прекрасной впадинки на пояснице Дженсена.

Торт был очень, очень хорошей идеей.

С энтузиазмом Джаред погрузил пальцы в торт в третий раз, захватывая более глубокие и сочные слои. Высунув язык, Дженсен наклонился вперед, но Джаред отвел руку от блестящего влажного кончика языка Дженсена и шлепнул торт ему на нос, затем размазав по левой щеке.

− Эй! Ты… − Дженсен дернулся и попытался отстраниться, но Джаред схватил его за плечи и сжал его лицо в ладонях. Он наклонился и лизнул Дженсена в нос, от чего тот чуть напрягся, но издал урчание, смахивающее на смешок, когда Джаред сжатыми губами прошелся по дженсеновой щеке и слизал кусочки торта подобно мини-пылесосу.

Джаред теперь никогда не будет в состоянии съесть торт как-то иначе.

Когда Джаред отстранился, все еще визуально удерживая пальцы по контуру скулы Дженсена, тот сказал:

− Если ты хочешь поиграть так… − и опустил четыре пальца на дно торта.

− Не терпится? – поддразнил Джаред слегка.

Небольшие крошки остались на переносице Дженсена, и Джаред протянул пальцы, чтобы их стряхнуть, но Дженсен оттолкнул его руку, скользя покрытыми шоколадом пальцами по подбородку Джареда, подбираясь к полоске глазури прямо под нижней губой.

− Хорошо смотрится на тебе, − пробормотал Дженсен, подавшись вперед. Теплый язык ласкал участок кожи под губой, полностью слизав полоску глазури, дразня, не поднимался выше, касаясь лишь самого края нижней губы. Это было невыносимо.

Дженсен слизнул еще одну полоску глазури с низа подбородка Джареда, и, пока он лизал и деликатно отцеплял зубами крошки, Джаред успел понять, что же он там делает: прикусывает родинку в нижнем углу его подбородка.

Дженсен не отстранялся до тех пор, пока не исчезло каждое пятнышко десерта, и до того, как он смог произнести хоть слово, Джаред свободной рукой уже шарил в коробке с выпечкой. Набрав в горсть крема, Джаред размазал его по всей длине шеи Дженсена. Дженсен рассмеялся, и Джаред наклонился вперед, заставляя его откинуть голову назад с гортанным вздохом, обнажая линию шеи для того, чтобы Джаред мог делать все, что ему вздумается.

Схватив Дженсена за плечи и притянув его ближе, Джаред высунул язык, ведя им от впадинки, где быстро бился пульс Дженсена под его губами, до адамова яблока. Он водил и водил по нему языком, пока кадык не подпрыгнул подо ртом Джареда, когда Дженсен тяжело сглотнул, бессвязно пробормотав: "Джаред".

Прикосновение зубов вызвало дрожь, прокатившуюся по телу Дженсена, которую Джаред почувствовал по его плечам. Он провел руками до подбородка Дженсена, придерживая шею, и еще раз царапнул зубами. Под губами Джареда завибрировал горловой упрашивающий вздох Дженсена, пронося искры желания по всему телу, как тепловой удар. Он был так увлечен моментом, что Дженсен, резко поднявший голову, чуть не ударил Джареда подбородком по голове.

Джаред вдохнул сладкое дыхание Дженсена, когда тот прижался к нему невероятно близко и уперся лбом в лоб Джареда, столкнувшись носами и смешивая их дыхание. Запах шоколада и пряный аромат жженой древесины окутал их подобно покрывалу.

− Боже. Все не могу привыкнуть, − пробормотал Дженсен, заправляя волосы Джареда ему за уши. – Ты так чертовски сексуален.

Джареду потребовалась целая минута, чтобы осознать, что это не он сам только что произнес эти слова.

Он хотел спрятать свое потрясение и трепет, поддразнив Дженсена: «Любой мог бы сказать тебе это, Джен», но на самом деле все, что он в конечном итоге произнес, это:

− Да? Ты действительно так считаешь?

Закрыв глаза, Дженсен смешком выдохнул в лицо Джареда, запустив пальцы в шелковые пряди волос по обе стороны его головы.

− Только то, что я не говорю тебе это все время, как ты, не значит, что я не думаю об этом каждый чертов день.

− Ты думаешь, я горяч, − тихо пошутил Джаред, довольный собой.

− Думаю, что ты великолепен, Джей. И всегда был. Я, может, и близорукий, но я не слепой.

И все, о чем Джаред мог думать, это Да, да, наконец-то. Я ждал так долго, чтобы услышать это. Потому что бывали времена, в прошлом году, когда он на самом деле не был уверен, что Дженсен думал о нем, иногда он боялся, что, может быть, это зыбкое притяжение все же является односторонним.

− И тебе не нужно говорить, что каждый оборачивается посмотреть на тебя каждый раз, когда ты входишь, − продолжал Дженсен, едва касаясь губами губ Джареда. – Ты и так знаешь это.

− Джен, они поворачиваются взглянуть на меня, потому что я чудовищно огромный.

− И абсолютно великолепный. Ты освещаешь любую комнату, стоит тебе в нее войти.

− Да?

− Да. Теперь ты собираешься меня поцеловать? – вдруг потребовал Дженсен, и предлагая, и нуждаясь в этом.

От этих просящих слов губы Джареда начало покалывать в ожидании, и по телу, все возрастая, полыхнул жар. Дыхание Дженсена проникало сквозь приоткрытые губы Джареда, обдавая подбородок, и от этого по позвоночнику последнего прокатилась капелька пота.

− Джаред, − позвал Дженсен, когда тот не предпринял никаких действий. – Я сказал, поцелуй… − Джаред приблизил руку, испачканную тортом, к его лицу, собираясь приложить палец к губам, но Дженсен в этот момент приоткрыл рот, и палец скользнул внутрь, вызвав у Дженсена сдавленный возглас удивления.

Размазав глазурь на нёбе, Джаред вытащил палец и впечатался ртом в губы Дженсена, медленно слизывая остатки десерта, стирая все до последней капли глазури. Приглушенный стон вырвался из горла Дженсена.

Когда Джаред удовлетворился тем, что слизал все до последнего, он прошелся языком по нижней губе Дженсена, на которой осталось маслянистое, сливочное пятно от глазури, после чего попробовал уголки губ, на которых задержался вкус шоколада. Приоткрыв рот, Дженсен позволил их языкам сплестись в диком танце, и вскоре у Джареда закружилась голова от этой негласной борьбы за доминирование.

Когда Дженсен отстранился, Джаред снова ворвался языком в рот Дженсена, преследуя его наподобие какой-то порнографической версии пряток, пытаясь выиграть какую-то загадочную битву за контроль, который Джаред смутно признавал в качестве возможного проблеска для дальнейших действий.

В конце концов, Дженсен слегка прикусил нижнюю губу Джареда, не сильно – но достаточно, чтобы Джаред понял, что пора прекратить мять его губы.

− Хм, − пробормотал Джаред, приоткрыв рот. Дженсен отодвинулся на четверть дюйма, чтобы Джаред мог говорить. − Ты пытаешься увести у меня контроль.

Дженсен хрипло рассмеялся.

− Не понимаю, о чем ты.

− Я знаю тебя, Джен. Что насчет нашего пари? Ты уже играешь?

− Какого еще пари?

− Насчет того, чья спина коснется кровати первой.

В глазах Дженсена загорелись веселые огоньки.

− Эй, если я правильно помню, когда мы проснулись, ты лежал на спине.

Ну, как помнил Джаред, это Дженсен упал на спину, когда Джаред бросил его на кровать после того, как они вернулись в коттедж. Но не было никакой причины это упоминать, так как Джаред хотел поиграть, а не загнать Дженсена в угол и обманом нагнуть его.

Сдав назад, он быстро произнес:

− Нет, нет. Погоди-ка минутку. Мы еще не начали.

Брови Дженсена подлетели вверх.

− С чего бы это?

Джаред съежился.

− Потому что… потому… Я объявляю переигровку.

− Эй, это нечестно. Так что, если я проиграю, я тоже могу начать заново, да?

− Может, ты перевернул меня на спину, пока я спал и был абсолютно беспомощен. Мы должны все здесь учесть.

− Неубедительно, приятель. Очень неубедительно.

Джаред заскулил и выпятил нижнюю губу.

− Я сказал, переигровка. Мы даже старт не объявляли.

− Что за бычье упрямство. Это что, гонка?

− Играй честно, Дженс. Дай мне шанс.

− А ты собираешься честно играть? – поинтересовался Дженсен.

− А ты? – по-детски отстрелялся Джаред, выгнув бровь так же, как и Дженсен. – Не попытавшись меня опрокинуть до финиша, не так ли?

− Джаред, − произнес Дженсен, изобразив боль, − ты намекаешь на то, что я могу грязно играть?

− Именно так, Дженнибин.

Правда была в том, что Джаред знал, что может легко победить Дженсена и разложить его на этих подушках за считанные минуты или даже секунды. Существовало мало людей, которые могли бы взять вверх над Джаредом, и еще меньше тех, кого Джаред не мог бы одолеть.

Но у него не было намерений когда-либо поступать так с Дженсеном, потому что ему не хотелось, чтобы кто-то еще хоть раз сделал так, от чего бы перед Джаредом зажегся красный свет, и он сам не хотел быть тем, кто это сделает. И он был чертовски уверен, что больше не будет указывать Дженсену, что он может взять на себя контроль и подчинить его без особых усилий, если он был бы склонен так поступить. Это было бы глупо с его стороны.

Дженсен не знал, что это не навредит ему. Это было лишь пари, которое собиралось стать веселым независимо от того, к какому концу они бы ни пришли.

− Ну, − сказал Дженсен, проведя языком между губами, - с какого черта это справедливая тактика игры? – И что именно будет считаться честным?

Джаред откинул голову и рассмеялся.

− Ты серьезно собираешься устанавливать правила в нашу брачную ночь? Чувак.

− Просто… никакой борьбы и захватов через шею.

Напускная серьезность смыла остаток улыбки с лица Джареда.

− Ты забыл про «никаких пинков и укусов».

− О, я уверен, что укусы там будут. И – по ситуации – пинки.

Джаред с предвкушением хлопнул в ладоши.

− Отлично. Давай начнем.

Дженсен выставил вперед руку, когда Джаред уже собирался начать целовать там, где его прервали.

− Еще кое-что.

− Что? – руки уже чесались от желания затащить Дженсена к себе на колени.

− Ты не имеешь права щекотать меня, чтобы перехватить контроль.

− Нет! – громко возразил Джаред, и нет, он не проскулил это. – Джен, ну ладно тебе, я уже говорил тебе, что у меня есть планы, чтобы применить это для…

− Никакой щекотки. Это будет грязно с твоей стороны.

− Но…

− Нет.

− Но если я только…

− Нет.

− Может быть, я мог бы просто…

− Это мошенничество. И совершенно нечестное преимущество.

− Ты жестокий, жестокий человек, Дженсен Эклз.

− А я говорил.

Джаред скрестил руки на груди и хмыкнул.

− Соглашайся, − настаивал Дженсен, глядя на Джареда искренними глазами на мрачном лице.

− Обязательно.

− Пообещай мне.

Ну, блин.

− Я… − протянул Джаред, − обеща-а-а-ю. Честное скаутовское. – Он поднял пальцы в характерном жесте. – Знаешь что? Ты совершенно не умеешь веселиться.

Джен привстал, одной ногой опираясь на кровать рядом с бедром Джареда, другую поставив на пол, и протянул руку.

− Отлично. Теперь пожми.

Джаред уставился на него.

− Ну да. Может, ты хочешь, чтобы я расписался? Кровью? А может, мне…

Ну что ж, очевидно, Джаред совершенно зря недооценил Дженсена и его готовность грязную тактику, чтобы добиться своей цели. Не дожидаясь, пока Джаред придет в себя от потрясения этой нелепостью, Дженсен, резко оттолкнувшись ногой от пола, запрыгнул на Джареда всем своим весом. Как какая-то дикая кошка на охоте.

Джареду с трудом удалось скоординироваться, когда он начал заваливаться назад вместе с сидящим на нем Дженсеном. Они приземлились в середине массивной кровати, среди огромных странных рулетовидных подушек. Джаред попытался приподняться на локтях, но Дженсен тут же рванулся вперед, распластываясь на Джареде подобно второму слою кожи, наваливаясь всем своим весом, чтобы тот рухнул обратно.

Короче, Дженсен на самом деле был подлым ублюдком, Джареда это впечатлило.

Они идеально совпали, его бедра касались дженсеновых, руки к рукам, ноги к ногам. Дженсен обхватил Джареда по обе стороны так, что у него не было надежды на отступление, он был полностью пойман в ловушку. Соблазн пустить в ход локти определенно был, но игра на данный момент казалась более веселой и заманчивой, и все ее новые грани, которые они могли бы провернуть в конечном итоге, бросились Джареду в голову, заставив его слегка задыхаться.

− Не вертись, − начал было Джаред, − даже если это считается, то… − но Дженсен использовал свое идеальное положение, чтобы впиться ртом в губы Джареда и вклинить бедро между его ног. О Господи Иисусе. Джаред оказался очень, очень наивным. Глупо было полагать, что он сможет так просто справиться с Дженсеном; что он просто увидит, как все это выглядит со стороны, и, в конце концов, решит, как это должно быть. Потому что этому всему придет конец прямо сейчас.

− Аххр, − все, что удалось произнести Джареду, который не мог отцепиться от Дженсена и оттолкнуть его, слишком занятый тем, что пытался удержать свое тело от окончательного падения на кровать.

Его действительно разложили по всем статьям. За пять минут. Невероятно. И вроде как неловко.

Бедра Джареда невольно подпрыгнули вверх, и Дженсен засмеялся в поцелуй, уверенный в превосходстве своего положения. Джаред попытался покрутить бедрами, чтобы ослабить хватку Дженсена, но тот, выгнув спину дугой, приподнялся над Джаредом, уходя от всех тщетных джаредовских ухищрений. Он поймал нижнюю губу Джареда и слегка, игриво укусил ее, не позволяя Джареду жадно углубить поцелуй. Затем чуть отстранился, выпустив губу Джареда, только для того чтобы самодовольно сказать:

− Думаю, ты меня недооценил.

Джаред, вытянув шею, с напряженным усилием старался дотянуться до губ Дженсена, издавая при этом нетерпеливые и хриплые вдохи.

− Так просто, − пробормотал Дженсен и вновь завладел ртом Джареда.

И Джаред сдался. Он мог провести всю ночь, целуя Дженсена, он мог потратить всю свою жизнь, чтобы целовать этого мужчину. Поцелуи Дженсена всегда были новинкой для Джареда, каждый раз Дженсен заставлял все в Джареде трястись ходуном. Каждый раз это было по-разному. Не существовало никакого четкого образца для их поцелуев: сперва легкое прикосновение, а потом горячо скользнувший язык. Дженсен всегда делал это иначе, меняя тактику и всегда, всегда заставляя Джареда желать все большебольшебольше.

Один локоть Джареда начал скользить по шелковистому, отделанному под бронзу, покрывалу. Именно в эту секунду Дженсен резко поддал бедрами вниз, от чего выдох Джареда застрял где-то в горле. Действуя на инстинкте, Джаред обхватил своими длинными ногами тело Дженсена, прилагая все свои силы, чтобы уронить его.

Дженсен прервал поцелуй, и Джаред тут же схватил Дженсена и перекатился вместе с ним набок, отчего они оказались лежащими рядом нос к носу.

− Ох, так намного лучше.

Глаза Дженсена стали мультяшно огромными. Он выглядел как один из тех пушистых созданий в мультфильмах, которые смотрят вверх и видят наковальню, падающую на них с высоты, и не имеют возможности вовремя отскочить в сторону.

Довольный новой позицией, Джаред обхватил Дженсена руками и притянул ближе к себе. Одну ногу он вклинил между ногами Дженсена, придавливая его лодыжки, другую закинул на бедро.

− К черту, − красноречиво пробормотал Дженсен, осознав опасность, которой он подвергся, обманувшись расслабленным и несопротивляющимся Джаредом, который лишь притворялся сонным котишкой, а на самом деле готовился прыгнуть в любую секунду. – Будь ты проклят.

Джаред послал ему хищную улыбку, которую он приберегал для каждого на съемочной площадке, кто посягал на его вазочку с конфетами.

− Внезапно, не так ли?

Дженсен нахмурился и дернул плечами, стараясь вырваться из хватки, но Джаред держал крепко.

− Ой, Дженнибин. Думал, обойдешь меня, да? – он похлопал Дженсена по спине между лопаток. – Так мило.

− Приятель, не унижай меня.

Джаред моргнул. Не унижай? Это было то, что точно не должно было прозвучать в брачную ночь.

− О… чем ты, Дженсен, я думал, что это игра. Я не собирался…

Губы Дженсена прервали остальной поток слов. Но на этот раз он не собирался покусывать и дразниться. Он с силой всосал язык Джареда в рот, кусая его губы с бешеной горячностью, словно это все было своего рода войной, и единственным оружием в его арсенале остались лишь зубы, агрессивно терзающие плоть.

Джаред попытался отстраниться, простонав: «Дже-е-ен», сам не зная, означало ли это прекрати или сделай это снова, пожалуйста.

Когда напор стал слишком сильным, Джаред сжал в кулаке край свитера Дженсена, вынуждая его отодвинуться до того, как он задохнулся бы.

− Эй, эй… погоди минутку. Что это, черт возьми, было? Почему ты все пытаешься загрызть меня?

Несмотря на хватку на своем свитере, Дженсен все еще пытался снова дернуться вперед, но слова Джареда привели его в замешательство. Он склонил голову в немом вопросе.

− Что? Тебе не нравится?

− Ну, нет. Да. Конечно. Просто… не сейчас, Джен. Эта ночь должна быть…

Глаза Дженсена немного сузились. Он облизнул губы.

− Должна быть… что?

− Это должно быть не так, Джен, Не сейчас.

Дженсен растерялся, озадаченный.

− Я думал, тут что-то типа соревнований.

− Но это не значит, что мне хочется, чтобы ты грыз меня.

Грыз тебя? – Их тела были так плотно прижаты друг к другу, так что Джаред почувствовал, как окаменел каждый мускул Дженсена. – Я что, какое-то дикое животное, жующее твою ногу?

О, черт. Не сейчас. Не начинай такое дерьмо этой ночью.

− Я не имею в виду, что… ЧЕРТ. Что здесь происходит? Что мы делаем?

− Ты наехал на меня. В нашу брачную ночь. Я не собирался грызть тво…

− Нет, Джен. Нет. – Джаред выпустил из руки свитер, чтобы дотронуться до лица Дженсена и провести пальцем под линией роста волос, там, где виднелся порез от удара о руль. Уклонившись от прикосновений, Дженсен отвернулся, и Джаред больше не мог видеть эмоции в его открытом взгляде.

Он вздохнул, опустив руку.

− Мне казалось, мы оба погибнем вчера вечером. И все, о чем я мог думать, это то, что мы никогда… у нас не будет шанса провести жизнь вместе. Что все закончится, только начавшись. Перед моими глазами пронеслась не вся моя жизнь, а я увидел то, что мы сделали бы с тобой – собирались сделать, - словно кино, все эти маленькие случайные сцены важных моментов нашей жизни, до которых мы так могли бы и не добраться, которые мы так и не могли бы пережить вместе.

Дженсен слегка повернул голову, одним глазом взглянув на Джареда.

Подушечкой большого пальца Джаред коснулся кожи в уголке глаза, то проводя вниз по морщинкам, то разглаживая кожу над этими нелепо длинными ресницами. Дженсен даже не моргнул, словно не обращая внимания на палец Джареда, находящийся совсем рядом с его глазным яблоком.

− Я скажу тебе кое-что, − тихо сказал Джаред. – Только не смейся, ладно?

− Окей.

Наклонившись ближе, своей щекой коснувшись щетинистой щеки Дженсена, Джаред прошептал ему в самое ухо:

− Сейчас я только хочу отметить то, что мы с тобой живы. Все остальное не имеет значения. Что бы мы ни сделали – это неважно. Мы здесь, и у нас есть все это – вот, что действительно важно сейчас.

Дженсен протяжно выдохнул. Как только Джаред собрался отодвинуться, он неожиданно качнулся вперед и уткнулся лицом в плечо Джареда, вцепившись в него так же, как Джаред делал обычно, и Дженсен над ним только посмеивался.

− Ты прав, извини меня, − сказал он, коснувшись влажными губами кожи Джареда. – Спустя столько времени я думал, что смогу сделать это. Но, Джей… послушай. Я не хочу быть снизу. На самом деле не хочу.

− Я знаю, − мягко ответил Джаред, лаская ладонью шею Дженсена, забираясь пальцами под воротник. – Я вроде как это понял, когда ты пытался прокусить мне язык.

Дженсен со смешком фыркнул.

− Прости, чувак.

− Все отлично, − Джаред провел кончиком языка по нёбу. – Я просто хочу, чтобы ты сказал мне сразу. Ты можешь мне рассказать что угодно, Джен. Все что угодно.

Не глядя на него, Дженсен произнес:

− Что если я скажу тебе, что до сих пор не уверен насчет этого?

Дыхание Джареда сорвалось, сердце болезненно стукнуло.

− Я сказал бы… я сказал бы, что все в порядке. Что… я понимаю.

− И ты не захотел бы вышвырнуть меня за дверь?

− Нет. – Однако хотелось повыть. Тихонечко. В ванной, под холодным душем. Оплакивая весь их медовый месяц.

Легко, будто бы шутя, Дженсен спросил:

− Ты хочешь вернуть обертку от своей жвачки? – но серьезное, почти тревожное выражение лица показало, что это была не шутка, а серьезный вопрос.

− Не-а. Ты прилип к этой штуковине.

Дженсен кивнул, дернув плечами в еле заметном облегчении.

− Дженсен. – Джаред дождался, пока он поднимет взгляд и посмотрит ему в лицо. – Ты всегда можешь отступить. Это не изменит моих чувств к тебе.

− Я не отступаю. Я говорю, что могу быть не в состоянии сделать это, когда дойдет до дела. Я не хочу, чтобы ты разочаровался, − он провел рукой по лицу, сказав сквозь пальцы: − Дерьмо. Это же секс. Я не должен переживать о сексе.

Джаред провел рукой по его спине.

− Все нормально. Мы на время сделаем еще один шаг, верно? Так, как уже делали.

Небольшой кивок Дженсена достаточно его успокоил, и он добавил:

− Так вот что мы сделаем сейчас: ты раздеваешься и ждешь меня, а у меня есть кое-что для тебя.

Отодвинувшись, Дженсен опустил голову на соседнюю подушку.

− Я не знал, что нам нужно что-нибудь вручить друг другу.

− Не нужно. Но тебе это понравится. Поверь мне.

− Ладно, − вздохнул Дженсен, прикрыв глаза.

− И растопи камин. Здесь чертовски холодно, приятель. Я сейчас вернусь, − Джаред встал и подошел к своей куртке, выудив что-то из кармана, после чего направился в ванную.

− Эй, Джаред.

− Да?

− Собираешься прихорошиться для меня?

− Чувак. Конечно. А для чего я еще могу пойти в ванную?

− Ты же знаешь, что мой любимый цвет на тебе – красный, правда?

Джаред усмехнулся.

− Я забыл свою косметику и бигуди, но тебе ведь нравятся кружева, да?

Когда Дженсен рассмеялся, Джаред подумал, что его небольшая ухмылка стоила того.

 

Когда Джаред вернулся в полумрак комнаты, освещенной лишь теплым мерцающим огнем в камине, он обнаружил, что половина подушек была сброшена в угол, а снятое покрывало лежало сложенным на краю кровати.

Ему потребовалось около минуты, чтобы приспособиться к тусклому освещению. Поначалу он смог рассмотреть только силуэт Дженсена, стоящего у окна, лишь его нечеткий контур в слабом свете. Свет, мерцая, стекал по изгибу его спины, окутывал плечи, отбрасывая тень на нижнюю часть тела.

Джаред издал булькающий звук, когда осознал, что Дженсен был полностью раздет. Тот, услышав, сразу же поднял голову.

− Не думаю, что батарея работает, − сказал Дженсен, указав на обогреватель. – Я даже не могу ее включить.

Джаред сделал шаг вперед, и, когда он подошел ближе, Дженсен опустил взгляд на его промежность, и его глаза комично округлились. Он сделал вдох, прежде чем произнести:

− Что, черт возьми, ты надел на себя, Джей?

Джаред оглядел себя, затем снова посмотрел в лицо Дженсена.

− Красный, − предположил он, беспомощно пожав плечами.

− Но это… это…

− Мужские стринги, − объявил Джаред.

Взгляд Дженсена стал недоумевающим.

− Но как ты… как ты запихал…

− Все свои причиндалы?

− Да погоди, серьезно – зачем?

Джаред слегка качнул бедрами.

− Чтобы увидеть твою реакцию, − он широко улыбнулся.

− Ну, и какая реакция, по-твоему, должна быть? Я должен восхититься или поржать?

− А к какой ты склоняешься?

Брови Дженсена сошлись к переносице.

− Определенно к последней.

− Круто. – Джаред все еще ухмылялся. – И не волнуйся насчет обогревателя. Он нам не понадобится.

− Чувак, на улице пять градусов.

− Поверь мне, − добавил Джаред, − не понадобится. Он поднял брови в выражении до тебя дошла моя мысль? и направился к кровати.

− Иисусе! – воскликнул Дженсен, как только Джаред повернулся к нему спиной. – Да это же нитка на заднице.

Усмехнувшись про себя, Джаред качнул взад-вперед упомянутой частью тела.

− Нравится?

− Ты вообще слушаешь меня? Нитка. На заднице, – медленно повторил Дженсен, как будто до Джареда не дошло в первый раз. – Какая часть из этого, ты думал, должна была завести меня?

Джаред подавил рвущийся наружу смешок. Никто, кроме Дженсена, не мог бы разглагольствовать о стрингах в середине медового месяца - и все это на нервной почве. Взяв Дженсена за руку, Джаред потащил его к кровати, а тот все не унимался:

Мужские. Мужские стринги. Серьезно?

− Да, − подтвердил Джаред. – Я заказал их онлайн, как и любой другой уважающий себя человек.

− Серьезно, Джаред, − повторил Дженсен, его глаза казались бесконечно зелеными в отблеске пламени. Джаред толкнул его, прижав к изножью кровати. − Подумай об этом, − подтрунивал он. – Группа бизнес-шефов сидит в каком-нибудь офисе, на всех костюмы от Армани, и один из них выдает: «Я придумал! Мы создадим стринги… но для мужчин». И все такие счастливые, поздравляют этого парня за разработку способа для какого-нибудь 78-летнего мужика пойти на пляж оголять свои ягодицы, чтобы их увидели все. И не говори мне, что этот мир не двинутый.

− Ты прав. Это довольно отвратительно, − согласился Джаред. – Что они будут думать дальше?

Еще чуть-чуть… еще чуть-чуть…

Когда колени Дженсена врезались в матрас, Джаред, наклонившись, подхватил Дженсена под ноги, поднимая его от пола, и, когда тот пошатнулся, он, как и ожидалось, повалил его на кровать. Дженсен приземлился на спину, со свистом выпустив воздух и удерживая на языке многочисленные проклятия.

− Ух ты, − произнес Джаред почти что с благоговением, − не могу поверить, это действительно работает.

− …черта? Это несправедливо, − хмыкнул Дженсен, сев на кровати и свесив ноги. – Я только что потерпел поражение в постели от человека, одетого в маленькие красные стринги. – Его плечи поникли. – Не могу поверить, что сказал это. Блять.

− Расслабься, Джен. Все, что мы делаем, не выйдет за пределы этой комнаты. Верно? В смысле, вряд ли кто-то собирается выяснять тот факт, что я просто опрокинул тебя на кровать. И ты должен признать, это было довольно мило.

Дженсен прижал сжатые в кулаки ладони к глазам.

− Просто… прекрати хватать меня на руки. У меня есть две функционирующих ноги. То, что ты вечно поднимаешь меня, это ненормально по всем статьям. По всем.

− Ты выглядел так, словно тебе нужно было немного одобрения, − нервно предположил Джаред, качаясь с пятки на носок. – По крайней мере, я не делал чего-то поистине смущающего как тогда, когда переносил тебя через порог. Ой, подожди-ка… − Джаред наткнулся на вскинутую бровь Дженсена и поджатые в кривой улыбке губы. – Ошибочка?

− Да пошел ты со своими… − Дженсен резко заткнулся, когда Джаред придвинулся ближе, и его промежность оказалась прямо у Дженсена перед носом. – Ты не можешь снять эту чертову хрень? Я не могу отвернуться. Это как один из тех плакатов, взгляд с которых преследует тебя по всей комнате.

− Ну, я надеялся, ты снимешь их с меня.

− Ох, − сглотнул Дженсен, издавая звук, смахивающий на икоту. – Ты это выцепил не из своих интернетовских исследований гейского порно, а?

− Я отказываюсь отвечать на этот вопрос. Но, эй, если ты не можешь с этим справиться, то…

Схватив Джареда за бедра, Дженсен, притянул его к себе и придвинулся к самому краю кровати так, чтобы Джаред оказался прямо между его раздвинутых коленей.

− Я могу справиться со всем, что ты бросишь в меня, Падалеки, − пробормотал он.

− Э-э, − произнес Джаред, что означало: Что конкретно это должно значить?

Лицо Дженсена оказалось так близко к джаредовому бедру, что его нос задел короткие волоски, когда он повернул голову и поднял взгляд, посмотрев на Джареда сквозь ресницы; он был теперь так близко, когда его дыхание щекотало внутреннюю сторону бедра Джареда, посылая сотни мурашек по всему телу.

Зубы Дженсена слегка прикусили очень чувствительную кожу, когда он попытался зажать ткань между зубов, и от этого у Джареда ослабли колени.

Джаред на самом деле собирался развеселить Дженсена, когда надевал эти нелепые мужские стринги – чтобы заставить Дженсена расслабиться и немного посмеяться. Но это… это. Это было не тем, что Джаред мог бы предвидеть, то, что Дженсен будет стягивать эту долбанную хрень зубами и… ох!

Ох. Погодите-ка минуточку.

Дженсен тихо посмеивался.

Джаред взглянул вниз, на затылок Дженсена.

− Что? Что смешного?

Чтобы ответить, Дженсену пришлось отцепиться от стринг Джареда, его щетина царапнула бедро, когда он поднял голову.

− Я зубами стаскиваю с тебя стринги. И все, о чем я могу думать, это о том, как я буду стягивать эту ткань с твоих причиндалов, не выглядя при этом полным идиотом.

Зажмурившись, Дженсен начал хохотать. Он уткнулся лбом в бедро Джареда, и его плечи тряслись от несдерживаемого смеха.

Дожидаясь, пока смех затихнет, Джаред нежно гладил Дженсена по волосам, пропуская пряди сквозь пальцы. Минуту или две спустя Дженсен поднял голову, и Джаред снисходительно ему улыбнулся.

− Ну, теперь стало полегче?

Дженсен облизнул губы и вытер руки о покрывало.

− Ты пытался развеселить меня?

− А зачем еще я стал бы надевать это орудие пыток? Честно, я мог бы прожить всю свою жизнь и без образа морщинистых ягодиц, загорающих на каком-нибудь пляже.

Изогнув брови, Дженсен уставился в пол.

− Я думал, ты пытался быть сексуальным со всей этой, − Дженсен махнул ладонями, указав на нижнюю половину тела Джареда, − фигней со стрингами.

− Я хотел сделать что-нибудь, чтобы ты смеялся. Я люблю это делать. Тогда твое лицо светится, и глаза светятся, и это просто… очень красиво.

− О Боже. Снова приехали. Мы хоть один день можем обойтись без того, чтобы ты не ударился в лирику, восхваляя части меня?

Джаред приподнял голову Дженсена за подбородок.

− Тебе нравится это. Я знаю, нравится. Я уверен.

− Нет. Действительно, нет.

− Нравится.

− Нет.

− Да.

− Если только немножко.

Бинго.

Джаред придал лицу задумчивое выражение.

− Я чувствую, у меня назревает стихотворение.

− Держи его при себе.

− Подскажи рифму к слову «веснушки».

− Я собираюсь порвать твои стринги и придушить тебя ими.

− Это не рифмуется с веснушками. Ты такой тупица.

Было так просто вернуться к знакомым, добродушным подтруниваниям друг над другом, просто потратить еще час, перебрасываясь словами до тех пор, пока Джаред мог притвориться сонным и использовать это для того, чтобы дать Дженсену свободную ночь – если он действительно этого хотел.

Глаза Дженсена наблюдали за каждым движением Джареда: за его пальцами, обхватившими ткань на бедрах, за языком, скользнувшим между губами, за тем, как Джаред избавляется от неприятного предмета одежды, швырнув его через всю комнату, и тот приземляется прямо на выключенную лампу. Четко.

И Джаред очень, очень не хотел давать Дженсену шанс уклониться от сегодняшней ночи. Не сейчас. Не в этот раз.

Опустившись на кровать рядом с Дженсеном, он схватил ноги Дженсена, перетащив их на свои колени, так что тому не осталось ничего другого, как придвинуться ближе.

− Этой ночью только ты и я, Джен, с этого момента и до конца, − большим пальцем Джаред провел по нижней губе Дженсена. – И ничего больше. Не о чем беспокоиться. Ни о стрингах, ни о тортах, ни о борьбе за контроль, ни о странном дерьме, ни о вдрабадан нажравшемся дядюшке, появившемся откуда-то… Только мы. Только вот это, − он провел носом по нижней челюсти Дженсена, смакуя это ощущение и запах. – Окей? Ты со мной?

Дженсен коротко, прерывисто кивнул, пальцами, едва касаясь, проведя по спине Джареда.

− Да, Джей, я в порядке.

− Точно?

− Я хочу этого. На самом деле хочу.

Именно это Джаред и хотел услышать. Он попятился на заднице назад, по прохладной на ощупь медово-карамельной простыни; но когда он добрался до середины кровати, Дженсен так и не сдвинулся с места.

Он будто бы впервые рассматривал комнату: его взгляд скользнул по огню в камине, по коричнево-бронзовым стенам, сводчатому потолку, по подушкам, сложенным в углу, по валяющейся одежде – прежде чем вновь вернуться к Джареду.

Джаред словно мог осязать этот взгляд, его кожу покалывало в тех местах, на которые смотрел Дженсен.

Он протянул руку ладонью вверх, удерживая ее в воздухе, - предлагая Дженсену всё.

Когда тень неуверенности мелькнула на лице Дженсена – как мелькнуло пламя свечи, - горло перехватило, пальцы дрогнули от мысли о том, что Дженсен скажет нет, вот прямо сейчас, в этот момент.

И когда Дженсен в конце концов вложил ладонь в его руку, Джаред глубоко вздохнул, переплетая их пальцы вместе, и притянул Дженсена к себе.

 

- Так что это для тебя? – хриплым шепотом спросил Джаред, когда он уложил Дженсена под себя, принимаясь поглаживать его тело.

- Ты о чем?

- У каждого есть что-то, что полностью поглощает, заставляет забывать обо всем остальном, - Джаред обхватил подбородок Дженсена, приблизился к его лицу. – Что это для тебя, Дженсен?

Дженсен выглядел загнанным, будто это был первый вопрос на экзамене, к которому он не подготовился.

- Я… Я не знаю. Может, у меня нет такого. Это так важно?

- Да, важно, - Джаред осыпал поцелуями шею Дженсена, спустился к плечу. – Потому что я собираюсь найти это.

Будто бы не желая признавать это, Дженсен закрыл глаза и пробормотал:

- Ты уже нашел.

Джаред удивленно отстранился.

- Нашел? Когда?

Джареда удивило, что на его щеку легла тыльная сторона ладони Дженсена. Его всегда удивляло, когда Дженсен прикасался к нему, потому что это случалось так редко. Он быстро моргнул, когда Дженсен провел костяшками пальцев по его лицу, следуя вдоль линии челюсти к подбородку.

Ведя двумя пальцами по нижней губе Джареда, Дженсен заговорил:

- Это… когда ты обращаешься со мной как прямо сейчас, - Дженсен опустил взгляд, прячась с поля зрения Джареда. – Как будто я то, чем ты дорожишь.

По животу Джареда разлился жар, распространяясь наружу, покрывая краской его кожу и поглощая теплом.

- Ты любишь, когда медленно и нежно, да, Дженсен?

- Да, - Дженсен так и не встретил его взгляд.

Джаред оставлял легкие поцелуи вдоль линии роста волос, над бровью, на носу.

- Вот так? – тихо спросил он.

Дженсен ответил лишь тем, что схватился за него обеими руками. Джаред не понял этого, пока не почувствовал, как вокруг его шеи обернулись руки Дженсена, перекрещенные за его затылком, притягивая его ближе.

Джаред в свою очередь обнял Дженсена за талию. Дженсен прогнулся под ним, когда Джаред скользнул руками под его спину, пытаясь растопырить пальцы, чтобы охватить всю ширину, но так и не довел их до конца, оставив достаточно близко, в дюйме друг от друга.

Удивительно, что даже этим он был так взволнован, хотя с Сэнди никогда не задумывался о такой ерунде. Тем более что вокруг нее он мог дважды обернуть свои руки. Он думал, что с Сэнди это, наверное, было ожидаемым, она была хрупкой девушкой, а он крупным парнем. Но с Дженсеном все получалось более удивительно, потому что он был гораздо больше. Понять это в первый раз – с чем-то другим, помимо смешного импровизированного комментария, было удивительно хорошо.

Сейчас, когда они с Джаредом сблизились ртами, он продолжал быть медленным и ленивым, будто у них было все время мира, будто исключительно для этого была в запасе вся их жизнь.

Из губ Дженсена вырвался неразборчивый звук, тут же пойманный ртом Джареда.

Он развел губы Дженсена своим языком, скользя по языку Дженсена, сплетая вместе, все так же мучительно медленно, что каждое скольжение вызывало твердость. Дженсен таял под ним, свободно лежа на простыне. Каждый дюйм его тела примыкал к телу Джареда, так много дюймов кожи со светлыми веснушками, что Джаред даже не знал, откуда начать. Будучи сцепленными вместе, было ясно, что не только Джаред вот-вот взорвется от одного только поцелуя.

Его пальцы вжались в мягкую гладкую кожу и твердые мышцы, совершенный контраст. Он втянул верхнюю губу Дженсена в рот, зажал между языком и зубами, прежде чем медленно выпустить, позволил своим зубам осторожно сжаться вдоль раздвоенной части верхней губы, оттягивая ее на себя.

Когда он опустил взгляд на Дженсена, то заметил, что его грудь поднималась и опускалась с каждым быстрым вдохом, в такт быстрому дыханию Джареда. Его веки были опущены, и он выглядел будто в полусне.

Полностью очарованный каждой реакцией Дженсена, Джаред осыпал легкими прикосновениями внешние стороны бедер Дженсена. Он все еще ловил себя на том, что отмечал разницу между прикосновениями к женскому телу и мужскому. Например, сейчас не было пышных изгибов бедер, на которых можно остановиться и схватиться. От талии Дженсен был вытянут длинной стройной линией.

Десятилетняя заслуга обучения тому, как обходиться с женским телом, должна была бы сделать это труднее для Джареда, но нет. Дженсен ощущался более знакомым, чем кто-либо другой. Ощущение Дженсена под своими пальцами заставляло все остальное отпасть, приносило в его мир больше жесткой ясности.

Джаред потянул нижнюю губу Дженсена, взяв зубами, увлажняя плоть своим языком.

Дженсен издал отчаянный рваный звук, и Джаред отстранился, чтобы сказать:

- Тебе нравится, когда твои губы у меня в зубах?

Втягивая воздух сквозь приоткрытые губы, Дженсен опять стал искать рот Джареда. Джаред с небольшим шумом уступил Дженсену, и язык Дженсена скользнул сквозь губы Джареда легко и беспрепятственно. Он вытащил язык, провел кончиком по приоткрытым джаредовым губам, затем опять медленно проник внутрь. И снова наружу и внутрь, не спеша и мягко.

Независимо от того, как неторопливо Дженсен принимал все это, это все еще оставалось маскировкой секса, вкус которого уже начинался. Это разогревало тело Джареда изнутри и бросало его в жар.

Джаред без предупреждения перевернул их в постели. Дженсен вдруг оказался наверху и теперь выглядел недоуменно.

- Джей…

- Любрикант и презервативы в моей куртке.

Дженсен облизнул губы, чувствуя себя не в своей тарелке.

Джаред пихнул его, нахально улыбаясь.

- Кто сверху, тот встает и приносит все необходимое. Правило пятьдесят шесть.

Дженсен соскользнул с кровати, бормоча что-то себе под нос.

Когда он вернулся, Джаред притянул Дженсена и устроил между своими разведенными ногами, членами друг к другу, вызывая у обоих стон. Его ноги упирались в кровать, колени подняты вверх. Он обхватил ногами тело Дженсена, вырывая из него еще один стон.

- Джаред, ты уверен? – спросил Дженсен.

Джаред провел языком по шее Дженсена, едва касаясь, проследил пальцами оставшуюся влажную дорожку, покрытую веснушками, лизнул плечо Дженсена, лаская пальцами. Мышцы Дженсена расслабились под его действиями.

- Более чем когда-то о чем бы то ни было, - честно ответил Джаред.

Теплый свет ясно открывал все эти бессчетные маленькие веснушки, которым без исключения удавалось сделать так, чтобы рот Джареда наполнился влагой, заставить выделить каждую веснушку в отдельности.

Он остановился на полпути, пока двигался к его любимой веснушке. Уделив дополнительное время этому участку, он заводил языком по кругу, прежде чем спуститься вниз.

Пальцы Дженсена были глубоко в волосах Джареда, когда он пытался подавить свой ответный стон.

Джаред прижал ладонь к боку Дженсена, удерживая.

- Тебе нравится, когда к тебе прикасаются, - прошептал Джаред, не спрашивая, но немного поражаясь. После стольких месяцев увиливания Дженсена от влечения, осознание этого было впечатляющим.

- Когда ты прикасаешься.

Когда ты. И Джаред услышал недосказанное, то, что на самом деле скрывалось в его словах. Когда ты. Только когда ты.

Это чувствовалось чем-то значимым, как принятие. Как честь.

Джаред застонал под тяжестью веса этого доверия. Он откинул голову на подушку, Дженсен уставился на него. Свет отражался и искрился на Джареда из глаз Дженсена, яркий и бездонный в тусклом свете, и дыхание Джареда при виде этого застряло глубоко в горле.

Джаред обхватил пальцами лицо Дженсена, изогнув мизинцы за его ушами. Он смотрел, как глаза Дженсена закрываются от этого простого небольшого прикосновения, от движения, которое Джаред так часто применял.

- Несмотря на все твои жалобы, тебе, правда, нравится подобная хрень, да?

Джаред пальцами почувствовал медленную ответную улыбку Дженсена. Он высвободился, чтобы наклонить голову и покрутить языком вокруг соска Джареда. От Джареда тут же утекли все мысли. Дженсен поднял на Джареда взгляд, продолжая лизать, глядя из-под изогнутых ресниц, будто зная, что это сделает с Джаредом, и хотел это увидеть.

То, как Дженсен смотрел на него сейчас, было одним из самых чувственных моментов, которые Джаред видел во всей своей жизни. Один только легкий определенный взгляд зажигал в теле Джареда все нервы. И, к достаточному удивлению, это делал только один взгляд, а не рот Дженсена на его коже.

Джаред, застонав, выгнулся на кровати, выдыхая хриплое:

- О Боже… твои глаза. Джен…

Дженсен остановился, будто собираясь что-то сказать. На его лбу появилась маленькая складка: проявление удивления или недоумения.

- А что это для тебя? – прошептал Дженсен будто самому себе и опустил голову к груди Джареда, сбивая его с толку, когда отодвинулся от соска, пряча лицо. Его язык продолжал извиваться по сторонам, но густо обрамленные ресницами глаза быстро открылись, потом закрылись, опять и опять. Мягкое, едва уловимое прикосновение щекотало грудь Джареда. Такое легкое, что это могло быть только воображением. Такое легкое, что…

Сознание Джареда запнулось и остановилось.

Выбранное Дженсеном оружие было бабочками-поцелуями вверх и вниз по его груди.

Джаред отключился от окружающего мира, потому что на нем был Дженсен, использующий на нем эти бабочки-поцелуи, чтобы возбудить. И если не это означало конец света, то Джаред не знал даже что тогда. Он был готов то ли умереть, то ли вырубиться, оставаясь девственником в таких отношениях.

Джаред проворчал:

- Что ты…что ты делаешь?

Дженсен ответил только быстрым взглядом. После полуминуты тишины, в которой оба разве что громко втягивали воздух, он опять опустил голову и пощекотал ресницами его член по всей длине от основания до конца.

- Бляяять! – выпалил Джаред.

Тело Джареда горело желанием, будто огнем вылизывая его от пяток и покрывая сверху, обжигая изнутри каждый дюйм кожи, каждый нерв. Все горело от сдерживаемой весь год нужды и желания. А теперь каждое легкое прикосновение Дженсена поджигало эти искры, превращая в неконтролируемую неудержимую огненную бурю, которая так долго разгоралась и теперь лизала кожу Джареда и поглощала каждое прикосновение, которое Дженсен дарил ему, которое позволял ему.

Теперь это все достигло пика. Каждое легкое, как перышко, скольжение разжигало огонь все выше и выше, пока Джаред не утонул в его жаре, в этом мгновении. Пока не достиг высшей точки удовольствия, что было почти больно и заставляло спуститься прежде, чем он кончил.

Он даже не понял, что извивался на кровати, пока чуть не выбил Дженсену глаз своим членом. Разве это бы не было просто великолепно? Добавить в список очередное боевое ранение, как доказательство того, что Дженсен сможет выжить еще месяц с Падалеки.

Дженсен прижал ладонями джаредовы бедра, твердо удерживая неконтролируемое верчение на месте. Он навис над Джаредом, подсвеченный мерцающим золотом, и Джаред уставился на него, не моргая, с удивлением. Он опустился на Джареда сверху, спрятав лицо где-то в сгибе его шеи. Повернувшись немного, он пощекотал ресницами прямо над той самой точкой, тем чувствительным местом, где шея Джареда соединялась с ключицей.

Дыхание Джареда превратилось в отчаянные глубокие глотки воздуха.

Более того, слова Дженсена получились надломленными и грубыми:

- Ты никогда не говорил мне об этом твоем маленьком…фетише.

- Не говорил… - черт возьми, какого ответа он сейчас ждал? Он попытался сглотнуть, немного увлажнить свое горло, но закончил тем, что вместо этого проглотил сухой запах Дженсена. – Не знал… до сегодняшнего дня.

Дженсен отреагировал мычащим звуком и провел нижней губой полукруг по ключице Джареда, щекоча ресницами.

Так мало и все же так много. Он был так натянут, только напряженные горячие узлы натянутых нервов с предвкушением ждали, что же Дженсен сделает своими мягкими ресницами дальше.

- Иисусе… - прохрипел Джаред.

- Нет, - автоматически исправил Дженсен, воспламеняя губами кожу на каждом слоге, - Дженсен.

- Ха, - начал Джаред, но у него вышло: - Ааааааа, - всего лишь длинный выдох полнейшего блаженства.

Джаред ожидал совсем не такого. Двое мужчин, как он считал, хотя бы покусывали друг друга, царапали, оставляли отметины. Думал, что у двоих мужчин по-другому просто не может быть. Может, он просто слишком переутомился предположениями и пересмотрел дешевого порно.

Но Дженсен был воздушной нежностью, используя эти «трахни меня» ресницы поверх его кожи, и Джаред потерял себя в удовольствии. Единственными отметинами, которые оставлял на нем Дженсен, были блестящие влажные дорожки там, где касалась его кожи нижняя губа Дженсена, и до Джареда дошло, что это, возможно, то, чего они и хотели. Это принадлежало им, и они устанавливали свои правила.

Ведомый этой мыслью, Джаред обхватил его за шею, чтобы просто поманить его, заставить показать лицо.

Дженсен поднял взгляд, в котором уже был различим вопрос, но Джаред слегка сжал его шею, успокаивая.

Когда Джаред слепо нащупывал на кровати презерватив, Дженсен откинул назад прядь волос со лба Джареда, и это движение заставило его на секунду остановиться, чтобы глубоко вдохнуть и вернуть контроль над собой.

Он сначала сжал маленькую упаковку, затем открутил прохладный пластик. Он повернул содержимым к нему и прорычал только одно слово:

- Сейчас.

Дженсен не переспросил «что?». Не дернулся и не слез. Но его глаза стали идеально-круглыми, и Джаред понял, что он определенно понял его. Джаред притянул голову Дженсена и поцеловал между глаз. Он нащупал одну из рук Дженсена, расслабил сжатые пальцы и вложил презерватив и любрикант в его ладонь, не разрывая контакт взглядов.

Дженсен уставился на свою открытую ладонь. Он сжал пальцы и еще раз встретился взглядом с Джаредом.

- Уверен?

- Ответ положительный, - подтвердил Джаред и приглашающе двинул бедрами вверх. Один господь знал, сколько он ждал этого, как хотел, какое невероятное терпение проявлял все эти месяцы.

- Ага… Ладно.

- Ладно?

Дженсен кивнул.

Услышав звук разрываемой упаковки презерватива, Джаред откинул голову, уперся ступнями в кровать, и развел согнутые ноги. Дженсен выдал слабое «оу». Тишину комнаты расколол резкий щелчок, и Джаред увидел, как что-то пролетело над его головой и исчезло за изголовьем.

Джаред приподнялся на локтях. Все, что потребовалось, – это один взгляд на Дженсена, опустившего взгляд и закусившего нижнюю губу, чтобы Джаред разразился усмешкой.

- Нужна помощь?

- Нет, я знаю, как надеть презерватив.

- Помимо того, что ты им только что запустил через всю комнату, да?

- Нет, - пробормотал Дженсен.

Джаред откинул голову в сторону и засмеялся еще громче.

- Да, - выдавил Дженсен сквозь сжатые зубы, - так получилось, - сказал он защищаясь. – И я не… я не знаю, что делаю. В смысле, я знаю, как… но я не могу… Вот дерьмо.

- Презерватив, член, - проинструктировал Джаред, делая абсолютно бесполезное крученое движение рукой. – Смазка, пальцы, дырка. Член, дырка.

- Отлично. Спасибо, - ответ Дженсена был сухим и отрывистым, полным беспокойства. Это было то беспокойство, которое заставило Джареда выпрямить ноги и сесть, Дженсен оставался сидеть между разведенных ног Джареда.

- Забудь про презерватив, - сказал он низким шепотом. – Я хочу чувствовать тебя. Нам не нужен презерватив. Только мы, верно?

Дженсен тяжело сглотнул, согласно кивая:

- Ладно.

Джаред выхватил смазку из его слабой хватки. Открутив крышку, он сказал Дженсену:

- Дай руку, - и Дженсен подчинился без вопросов.

Будто на церемонии в часовне, пальцы Дженсена дрожали, но в этот раз Джаред оставался спокойным, уверенным, несмотря на то, что его тело почти трясло от желания. Он разжал кулак Дженсена, осторожно разглаживая пальцы. Одной рукой он подхватил ладонь Дженсена снизу, удерживая, пока другой выдавливал смазку.

Она выглядела почти белой и немного блестела. Когда она коснулась ладони Дженсена, его пальцы дернулись.

- С запахом ванили, - проговорил Джаред. Он ее купил только по той причине, что запах ванили показался ему хорошей идеей. Кто бы догадался, что она еще будет блестящей и переливающейся для пущего мужественного эффекта. Прекрасно. Джаред опустил два пальца в смазку, размазывая скользкими пальцами вверх-вниз по указательному пальцу Дженсена, покрывая белым. Затем сосредоточился на следующем пальце, покрывая полностью, их скользкие пальцы переплетались и запутывались. Когда Джаред поднял взгляд, Дженсен был прикован взглядом к их соприкасающимся ладоням, высунув между губами кончик языка. Неспособный сопротивляться, Джаред выпустил пальцы Дженсена и измазанной рукой обхватил шею Дженсена, придвинул его на пару дюймов к себе, чтобы соприкоснуться ртами. Вкус Дженсена отдавал горьким пивом и сладкой глазурью. Это была странная смесь, которой Джареду все время казалось мало. Он надавил ладонью, притягивая Дженсена, углубляя поцелуй, его пальцы оставляли блестящие липкие, влажные следы, скользя на волосах Дженсена.

На полпути к поцелую он нащупал вымазанную любрикантом руку Дженсена и направил между своих ног. Ответ Дженсена заглушили губы Джареда. Джаред выпустил рот Дженсена, раскинул ноги еще шире. Их лбы были прижаты друг к другу, быстрое поверхностное дыхание Дженсена овевало лицо Джареда. Джаред прошептал:

- Сделай это.

- Здесь? – спросил Дженсен, едва касаясь кончиком пальца кожи прямо над дыркой Джареда. Джаред подвигал задницей.

- Ниже, Джен.

Так приглушенно, что Джаред был не уверен, что правильно расслышал, Дженсен пробормотал:

- Я не из тех, кто читал «Анальный секс для чайников».

Джаред схватил его за запястье и переместил руку на долю дюйма ниже. Из-за того, что Джаред все еще наполовину сидел, их взгляды встретились и задержались друг на друге, когда Джаред поднял взгляд. Было почти странно увидеть, как покраснело лицо Дженсена из-за чего-то другого, кроме как смущения, увидеть, как слегка расфокусировался взгляд, расширились его глаза, блестящие желанием, а не страхом или нервным напряжением, увидеть его кожу, покрывшуюся каплями пота от чего-то иного, помимо выматывающего дня на площадке.

Продолжая следить за взглядом Джареда, Дженсен прикоснулся к нему, находя в этот раз нужную точку. У Джареда перехватило воздух в горле. Он забыл, что нужно дышать. Дженсен поводил пальцем, разминая края, глядя, как в глазах Джареда меняются эмоции. Чего бы он там ни видел, это придавало ему смелости идти дальше, двинуть кончик пальца внутрь. Он остановился, дойдя до костяшки пальца, даже раньше, чем Джаред издал шумный вдох от ощущений.

Дженсен был таким аккуратным, осторожным, двигался так медленно. Слишком медленно.

- Все хорошо, - тихо сказал Джаред. – Я уже делал это раньше.

Предполагалось, что это снимет напряжение с Дженсена, но, судя по его лицу, возможно, об этом следовало упомянуть раньше. Дженсен полностью замер, рот открылся широким «О».

- С кем?

Сейчас для этого было явно неподходящее время, но Джаред все равно ответил:

- Сам с собой.

- Сам с собой?

- Я экспериментировал в ванной весь прошлый месяц, чтобы понять идею. Хотел, чтобы у нас все получилось правильно.

- Ой, это…

- Странно.

-…горячо.

Джаред взял контроль над рукой Дженсена, накрывая ладонь своей, и опять сосредоточил взгляд на его глазах с немым вопросом: «Позволь мне взять это все на себя?»

Дженсен выпустил резкий выдох, ворча:

- Нижние всегда такие напористые?

Удерживая руку Дженсена, Джаред надавил на нее, толкая вперед, направляя до тех пор, пока не издал вздох от знакомого жжения. Дженсен наблюдал за выражением лица Джареда, отмечая каждое небольшое изменение, каждый нюанс.

- Все хорошо, - заверил Джаред спустя некоторое время. – Я в порядке. Давай еще один.

- Еще? – скептично спросил Дженсен.

- Я могу это выдержать. Ты должен сначала растянуть меня.

Когда Дженсен всунул второй палец, Джаред сказал:

- Теперь поводи ими.

- Поводить?

- Или растопырь. Ты должен…

Пальцы Дженсена дернулись внутри Джареда, и Джаред проглотил стон до того, как этот стон получил возможность вырваться.

- Хорошо. Продолжай двигаться.

Джаред съехал по кровати, опершись на локти. Его глаза были закрыты, голова запрокинута назад.

- Джей? – голос Дженсена был низким, неуверенно-вопросительным. Его пальцы замедлились.

- Все хорошо, - пробормотал Джаред. – Не останавливайся.

Жесткое дыхание Джареда заполнило комнату, вся его вселенная сократилась до этих двух прекрасных пальцев, раскрывающих его, тех самых, которые он так любил переплетать со своими. Через несколько минут Джаред выдохнул:

- Еще.

- Еще один палец?

В иной ситуации Джаред рассмеялся бы. Сейчас все, что он мог, – это проворчать:

- Еще.

Третий палец тихо скользнул к другим двум, погружаясь в этот раз дальше, как и просил Джаред. И когда Дженсен наконец – НАКОНЕЦ – коснулся той точки, все тело Джареда содрогнулось в наслаждении, его охватила волна горячего желания. В груди Джареда пророкотал глубокий стон, и он закрыл рот, чтобы не выпустить проклятия, которых Дженсен точно бы не понял.

Откуда-то издалека Джаред слышал Дженсена:

- Все хорошо?

- Давай еще раз.

Дженсен повторил. Снова и снова, пока Джаред не выстрелил на покрывало, шумно втягивая воздух, но все равно не получая достаточно кислорода. Он обхватил запястье Дженсена.

- Вытаскивай. Не слишком быстро. Дай мне смазку.

Дженсен сделал как сказано, выдыхая неважные слова над ухом Джареда и зарываясь лицом в его шею. Джаред взял смазку из руки Дженсена, выдавил на ладонь, больше чем собирался использовать, и взял в руку член Дженсена. Он поднялся на колени, сталкиваясь с Дженсеном, и облизывая его от ключицы до уха, сопровождая это размазыванием смазки вверх-вниз. Двигаясь в очередной раз вверх, он прошелся зубами вдоль грубой линии челюсти и нашел губы Дженсена, втянул нижнюю между своих зубов, лаская языком, пока не вырвал у Дженсена стон. Он выпустил его губу, чтобы спуститься ниже, продолжить путь, остановился, чтобы облизнуть впадинку на дженсеновой шее. Все это он проделывал, не останавливая уверенные ласки вымазанной смазкой рукой.

Его наконец остановило то, что Дженсен отодвинул его руку.

- Ты хочешь, чтобы я кончил прямо сейчас?

Джаред уловил его мысль, опустился на спину, напряженно ожидая, как Дженсен двинулся между его разведенными ногами, наслаждаясь моментом, приправленным небольшим количеством удивления.

Это было медленное скольжение внутрь, мучительно медленное. Такое медленное, что Джареду даже отчасти хотелось схватить Дженсена за бедра и дернуть на себя, только чтобы закончить это. Почти. Он был рад медленному темпу, в самом деле, потому что пальцы Дженсена были чертовски меньше и тоньше, чем его член. Джаред прикрыл глаза от ощущения наполненности. Это не было сравнимо ни с чем, что он испытывал раньше.

Наконец, когда Дженсен был полностью внутри, он наклонился над Джаредом, по обеим сторонам от него сжимая в кулаках простыню.

Хоть даже Дженсен пока не двигался, Джаред сказал:

- Эээ…

Дженсен тяжело выдохнул.

- Это… плохо?

- Дай мне минуту.

Это было не плохо. Это просто еще было не в полной мере хорошо.

Он не помнил, как закрыл глаза. Но когда открыл их снова, Дженсен держал его руку, целуя ладонь, водя губами вверх-вниз по линии жизни. Он втягивал в рот подушечки каждого пальца, цеплял зубами, перекрывая ощущения Джареда до тех пор, пока его ладонь и рот Дженсена не стали двумя главными объектами в его мире.

Он подался вперед, сам того не понимая, затягивая Дженсена глубже, задерживая их дыхание одновременно.

Боль сменилась на удовольствие. Готовый немного поэкспериментировать, Джаред начал двигать задом, выписывая небрежные полукруги.

Как ранее было холодно в комнате, так же вдруг стало казаться тепло, удушающе горячо. Джаред смотрел, как капли пота выступают над бровью Дженсена, завороженный тем, как они стекают на виски, на переносицу. Под руками Джареда, которые он положил на бедра Дженсена, кожа стала горячей на ощупь, такой же жар он чувствовал изнутри. Воздух казался необычно жгучим, он думал, что смог бы попробовать его на язык, подогретый и соленый как пот.

Когда Дженсен издал ломаный выдох, Джаред усилил хватку на его бедрах, обхватывая своими руками его узкие тазовые кости. Он совсем немного отодвинул его, а потом притянул ближе. Удивленно застонав, Дженсен устремил взгляд на лицо Джареда, и смотрел как в единственную постоянную точку в наклоняющейся комнате.

Джаред опять потянул Дженсена за бедра, в этот раз дальше, затем толкнул вперед. Ощущение было за гранью понимания – чувство наполненности и контроль над темпом. Следующие несколько раз Дженсен двигался вместе с ним, все еще позволяя Джареду направлять его. Они выбрали быстрый темп, Джаред направлял, Дженсен двигался синхронно с ним. В конце концов, Джаред потянул Дженсена на себя так сильно, что руки Дженсена, которыми он уперся в кровать, чуть не съехали, и он почти упал на Джареда, но Джаред едва заметил это, потому что более глубоким толчком Дженсен вдруг ударил его простату.

Они застонали в унисон, каждый по своей причине, из-за своих ощущений.

Вскоре руки Джареда перестали что-то контролировать, они просто лежали на бедрах Дженсена, то плавно скользя, то дергаясь при каждом отдельном толчке, и Джаред только потом смог понять то, что чувствовал Дженсен в ту минуту. Джаред был слишком потерян, слишком погружен в свой собственный мир удовольствия, чтобы замечать ход окружающего. Каждое движение вперед бросало его в огонь, опутывая нитями тепла, собираясь в его животе и растекаясь по всем конечностям, пока он не стал полностью охвачен волной собственного жара, и всем, что он чувствовал, был только контакт его и Дженсена, и шелковая простыня под его спиной при каждом движении.

Не раздумывая, Джаред отпустил руки от бедер Дженсена и потянулся к себе, отчаянно желая выпустить давление.

Быстрым движением Дженсен отпихнул руки Джареда прочь.

Джаред был слишком не в себе, чтобы сделать что-то иное, кроме как тупо глазеть на него. Спустя пару толчков Джаред опять потянулся к себе. В этот раз, когда Дженсен отвел его руки, он простонал «Нет» низким, но ровным, как стекло, голосом.

Что за черт?

Секундой позже, только когда Дженсен схватился за правую руку Джареда и накрыл ее своей на матрасе, эффективно удерживая на месте, Джаред понял, что сказал это вслух.

- Нет, - проныл Джаред, слишком громко в тишине комнаты, и резко подмахнул вверх бедрами, пытаясь дотянуться до чего угодно, обо что можно было бы потереться.

- Подожди, - возразил Дженсен тем же спокойным шелковым волосом, который использовал и раньше, единственным, который был способен вызвать у Джареда еще большую боль глубоко до самых костей.

Ожидание вдруг стало самым гадским словом во всем английском языке. Но сразу, как только Дженсен увидел движение левой руки Джареда, он на ходу вцепился в предплечье и аккуратно отвел руку в сторону.

- Еще рано.

Взрывной толчок бедрами заставил обоих вздохнуть.

- Садист, - невнятно пробормотал Джаред.

Дженсен подавился тем, что было похоже на смешок. Или всхлип. Его дыхание становилось неровным, рваным. Джаред отвечал этим выдохам своим грубым дыханием.

В правый глаз Джареда упала бусинка пота, стекшая с груди Дженсена. Блестящая в свете огня.

Джаред открыл рот, чтобы сказать: «Ты такой восхитительный», но Дженсен в тот же момент открыл рот.

- Блять, Джей. Ты… потрясающий.

Он припал к губам Джареда, или куда-то рядом. Его губы прижались к щеке Джареда, провели по скуле, потом Джаред повернул голову и поймал ухо Дженсена – единственное, до чего мог дотянуться ртом, зажал между зубами, нежно втягивая и облизывая губами.

Дженсен подтянул себя вверх так, будто это требовало много сил. Его глаза были широкой вспышкой глубокого зеленого и жидкого черного, пытаясь сфокусироваться где-то в непосредственной близости от лица Джареда.

Джаред начал подаваться вперед, встречая толчки Дженсена на полпути, убеждаясь, что Дженсен делает не все. Комната наполнилась вздохами и выдохами, и небольшими, но громкими задержками дыхания Дженсена на каждом движении.

Когда Дженсен кончил, Джаред чувствовал себя так, что рушится на части, расходится по швам. Последняя запинка дыхания Дженсена отчасти звучала как рыдание, а отчасти как растянутое стоном «Джар». Он выпустил дикий взрывной стон, что сердце Джареда подпрыгнуло. Силы наконец покинули руки Дженсена, и он свалился лицом на Джареда, который уже подставил руки, чтобы поймать в них Дженсена.

Джаред обернул вокруг спины Дженсена скользкие от их пота руки и подтянул ближе. Он поцеловал его потные волосы на макушке и прошептал слова, возможно, не имевшие для обоих никакого смысла. Когда дыхание Дженсена успокоилось и он расслабился на Джареде, устроив свое лицо на его ключице, Джаред напрягся, чтобы сохранить их тела сцепленными. Для этого не было смысла, и он вжался в гладкие мышцы живота Дженсена.

От этого Дженсен поднял голову, чтобы посмотреть Джареду в лицо. Будучи наполовину еще не в себе, Джаред умолял:

- Можно…теперь?..

Дженсен вздрогнул, как будто взвешивая ответ. Потом он сказал:

- Нет, - тихо и твердо, и небольшая часть сознания Джареда, которая все еще пыталась работать, с неверием подскочила. Они оба зарычали, когда Дженсен вырвался из рук. У Джареда не было времени почувствовать упущение, до того как Дженсен разжал его пальцы и положил в его руку смазку. Наконец сфокусировав взгляд, Джаред уставился на упаковку, не совсем понимая, почему держит ее. Он переместил взгляд на Дженсена, чье выражение лица было совершенно нечитаемым.

- Дженсен…что…

Он помотал в воздухе упаковкой, выражая невысказанное «что я должен с этим делать».

- Я хочу, чтобы ты меня трахнул, - просто заявил Дженсен. Приливная волна головокружения раскололась на маленькие волны желания, пробегающие по телу Джареда, закручиваясь как торнадо в его сознании. До того, как он мог себя остановить, он ответил:

- Нет.

- Да. Прямо сейчас.

- Я не буду этого делать.

- Ты не выйдешь никаким другим способом сегодня вечером.

Чтобы проверить его, Джаред опустил взгляд на свой член, но едва он успел протянуть к нему руку, Дженсен прорычал:

- Нет.

Гребаный читатель мыслей. Удивившись, Джаред поднял взгляд, принимая вызов Дженсена.

- Нет, Джен, - повторил Джаред.

Дженсен опять зарычал низким голосом, а затем сказал:

- Трахни. Меня. СЕЙЧАС.

Так или иначе, хотя его горло пересохло и все тело болело от еле сдерживаемого желания, Джаред заставил себя покачать головой.

- Ты не должен отплачивать мне тем же, если считаешь себя обязанным.

- Я хочу этого. И ты… тебе только что понравилось. Я хочу попробовать это… с тобой. Это мой выбор. Мой. Не твой.

Глаза Джареда расширились, когда Дженсен лег, широко раскинув ноги, но ответил:

- Ты не любишь терять контроль, Дженс. Что, если тебя накроет паникой? Если мы начнем, не думаю, что смогу остановиться.

- Передать кому-то контроль не всегда плохо. Я доверяю тебе, Джей. Во всем.

Его лицо озарила нерешительная улыбка.

- Отношения с равными возможностями, да?

Джаред чувствовал, как крутится невидимое колесо доверия, обращая полный круг.

Что-то перехватило в груди Джареда. Он выпустил рваный выдох.

- Ладно. Ладно…хорошо.

Когда эти слова слетели с его языка, Дженсен сияюще улыбнулся ему. Так, будто Джаред только что передал Дженсену весь мир на ниточке, и от этого в груди Джареда разлилось неожиданное тепло.

Дрожащими руками он нащупывал колпачок, которого и не было. Тогда он выдавил смазку на пальцы, больше, чем выдавливал на руку Дженсена. Намочил ей свои часы. Когда он уже не мог использовать занятие своими пальцами как предлог, он опустил взгляд на Дженсена.

- Готов?

Дженсен кивнул, тревожный и ожидающий.

Джаред провел указательным пальцем по щели между половинками Дженсена, достаточно легко, чтобы вызвать щекотку. Перемещая взгляд между пальцем и эмоциями, игравшими на лице Дженсена, Джаред вовремя успел заметить, как он сглотнул.

Другой рукой он стал водить по телу Дженсена, лаская бок, исследуя острые углы тазовых костей, затем нежно коснулся внутренней стороны дженсеновых коленей. Дженсен понял, что от него требуется, и раздвинул ноги еще шире. Его дыхание набрало скорость, грудь поднималась и опускалась чаще.

Джаред положил одну руку на сердце Дженсена и сказал:

- Я покажу тебе, что это хорошо, это удивительно.

- Я знаю, - сказал Дженсен между мелкими вдохами и попытался улыбнуться, натянуто, напряженно, но с доверием.

Достав до входа, Джаред медленно, лениво водил кругами, будто у него впереди был целый день, будто он не готов был взорваться от годового ожидания. Глаза Дженсена были закрыты, голова запрокинута назад, шея вытянута. Джаред захлебывался поразительным контрастом шоколадного оттенка простыней и светлой кожи Дженсена, темных ресниц и веснушчатых щек. Он прикоснулся к предплечью Дженсена, завороженный золотистым светом, который отбрасывало пламя на его кожу.

- Открой глаза, - сказал Джаред. – Для меня, ладно?

Ему нужно было знать, видеть любой, малейший эффект, который он производил на Дженсена, а в Дженсене ничего не было более выразительным, чем эти глубокие кристально-зеленые глаза.

Дженсен открыл глаза, концентрируясь на Джареде, который тут же наклонился и овладел его ртом, мягко вылизывая.

Джаред использовал момент рассеянности, чтобы скользнуть кончиком пальца внутрь. Когда Дженсен отреагировал только расширившимися глазами и приглушенным «ай», Джаред скользнул им до конца, двигаясь медленно и легко, и в то же время углублял поцелуй, перетягивая внимание Дженсена. Дженсен поднял голову от кровати, встречая поцелуй, когда Джаред крутил языком внутри дженсенова рта, а пальцем – внутри Дженсена.

Рука Джареда была зажата между подушкой и затылком Дженсена. Из горла Дженсена вырвалось удивленное мычание, когда Джаред поднял его от подушки, придавая их поцелую идеальный угол.

Когда Джаред наконец оторвался от поцелуя, он видел, как Дженсен втянул нижнюю губу, его лицо оставалось спокойным, а круглые глаза были широко распахнуты в шоке.

Джаред ждал, что Дженсен остановит его. Он предоставил ему время, чтобы свыкнуться с ощущением или отказаться от всего, до того, как Джаред наберется смелости добавить еще один палец. Когда он наконец сделал это, Дженсен прогнулся в спине с длинным низким стоном. Джаред почти вышел из него. Он неуверенно позвал:

- Джен?

Дженсену потребовалась минута, чтобы лечь спиной обратно на кровать, замедляя дыхание. Спустя мгновение он кивнул, молча позволяя продолжить.

Он погладил его бедро, очарованный молочной нетронутой кожей, и Дженсен зажмурился с полустоном-полусмехом на легкое прикосновение Джареда. Он был так отзывчив на каждое даже самое невесомое прикосновение.

То, как Джаред слегка поворачивал его подбородок к себе, вынудило Дженсена заставить себя опять открыть глаза, посмотреть в потемневшие глаза Джареда.

В этот раз, когда Джаред задвигал пальцами, он искал ту самую точку, которая в прошлый раз отправила его собственное тело в волну жара. Он заметил, когда нашел ее, по тому, как Дженсен резко втянул воздух, выдавив «ой», будто вдруг поняв все гейские прибамбасы. Этого было почти достаточно, чтобы Джаред рассмеялся.

Осознав эффект, производимый на Дженсена, Джаред держал палец на той точке, гладя туда-сюда, восторженно принимая каждый стон, всхлип, вой, вырывавшийся из горла Дженсена. Джаред продолжал, пока лицо Дженсена не налилось румянцем, и беспомощный рыдающий звук наполнил комнату.

Джаред осторожно добавил третий палец. Дженсен сразу совершенно притих, что напугало Джареда по самые потроха.

Некоторое время оба не двигались. Джаред успокоил его, целуя подбородок, оглаживая ребра свободной рукой.

- Говори все, что чувствуешь, Дженсен. Я хочу знать.

Он повернул лицо к Джареду и пробормотал:

- Джей.

Дрожь всего его тела прошла через Джареда.

- Скажи мне.

- Не то…что я ожидал.

Джаред прекратил двигать пальцами, боясь, что это может означить.

Его следующие слова прозвучали грубо и рвано:

- Не останавливайся. Просто…надо привыкнуть.

Джаред двигался медленно и осторожно, давая ему время.

Дженсен взял свободную руку Джареда в свою, поднес к лицу, прикасаясь губами вверх-вниз по венам, вырисовывая языком круги на запястье, где бился пульс. С непоколебимым взглядом, натренированным на Джареде, он провел губами по костяшкам, царапнул зубами вдоль пальцев. От этого у Джареда перехватило дыхание, застряв где-то внизу глотки.

Ему потребовалось усилие, чтобы вернуться к настоящему. Дженсен вздохнул и дернулся, когда Джаред вытащил пальцы. Волосы Дженсена стали потными и прилипли ко лбу, и Джаред сдвинул их с его лица. Его собственные волосы были мокрыми, пот собирался на челке, капая в глаза.

- Что ты думаешь, Джен?

- Что ты именно это сейчас и спросишь.

- Тебе больно? Хочешь, я…

- Нет. Я хочу, чтобы ты заткнулся и сделал это, ясно? До того, как я пойду на попятную.

Дженсен вдруг вскинул ногу на плечо Джареда, которого это удивило. Он наклонился в сторону, и Дженсен чуть не заехал ему в лицо.

- Не так, - спокойно сказал Джаред, поймав ногу Дженсена на полпути до его лица, и опустил обратно на кровать.

Он не собирается сейчас заворачивать Дженсена кренделем и отыметь в такой позе. Он в самом деле не ожидал, что Дженсен захочет быть снизу, но, ухватившись за маленький шанс этой возможности, он решил, что поза, которую они будут использовать, не должна вынуждать Джареда нависать над ним все это время. Ничего такого, что заставит Дженсена чувствовать себя загнанным или бессильным.

Дженсен вопросительно посмотрел на него, ожидая инструкций. И, да. Может, Джареду и придало немного пьянящих сил полное доверие Дженсена.

- Перевернись набок.

- Что?

Взгляд Джареда смягчился.

- Доверься мне.

Дженсен, больше ни слова не произнося, перевернулся. Когда он прекратил вертеться, Джаред скользнул за него и притянул к себе, в так хорошо знакомой обоим позе.

- Ох, - прошептал Дженсен, не вполне несчастливо.

Очевидно, он достаточно быстро понял, что эрекция Джареда упирается в его зад. Они раньше никогда не обнимались голыми. Эта часть была немного в новинку.

Джаред тихо сказал ему на ухо:

- Тебе нравится?

Последовала короткая пауза. А потом:

- Это идеально, Джей.

- Правда?

- Правда.

Он тихо спросил:

- Готов?

И поцеловал Дженсена вдоль шеи. Дженсен кивнул.

- Согни ноги в коленях для меня, ладно?

Он отодвинулся достаточно далеко, чтобы вымазать член смазкой. Потом он подстроился ближе и…остановился. Как, блять, мужики делают это? Он был таким большим, а Дженсен таким узким, и вот же черт. Он же просто не влезет. В порнухе все выглядело так легко. Там никогда не останавливались, чтобы напомнить об уравнении больших и маленьких мест.

У Джареда закружилась голова, он почувствовал себя так, будто в комнате было слишком мало кислорода. Было так чертовски жарко, будто обогреватель заработал наконец на полную катушку.

Дженсен повернул голову и внимательно посмотрел в лицо Джареда, восхищенное, полностью очарованное, очевидно, ожидая следующих его действий.

Джаред втянул перегревшийся воздух, чувствуя, как он пламенем жжет его легкие.

Хриплым голосом в тишине комнаты, Дженсен сказал:

- Эй, я из-за тебя не залечу.

Это заставило плечи Джареда расслабиться, напряжение покинуло его спину, и губы невольно растянулись в кривой улыбке. О боже. Дженсен. Мой Дженсен. Он такой охуенно удивительный.

Дженсен едва разборчиво пробормотал:

- Давай, Джаред.

И Джаред поймал себя на том, что входит.

Дженсен напрягся в руках Джареда. Джаред держал его в свободном объятии, положив ладонь на дико бьющееся сердце. Он знал, это будет обжигающе, потому что ему самому было чертовски больно, когда он был снизу, а он был больше, чем Джен.

Он пытался заглянуть в лицо Дженсена, заметил, что оно искажено удивлением, его глаза были широко раскрыты, в уголках собрались слезы.

Джаред застыл, умом и телом. Вот дерьмо. Нет. Нетнетнет.

Ему нужно было что-то делать, но трудно было даже произнести имя Дженсена. Тихим и неуверенным голосом он прошептал:

- Джен?

Услышав свое имя, Дженсен с шумом выпустил воздух. Он ответил напряженное, но твердое:

- Все хорошо… Я в порядке.

Джаред не знал, кого он этим успокаивает – его или себя.

Они пролежали, по крайней мере, минуту, просто дыша, вместе, тело Дженсена наливалось напряжением каждую секунду, пока Джаред не двигался.

Когда дыхание Дженсена стало так же напряженнее и резче, Джаред позвал:

- Дженс?

Ответ Дженсена звучал отчаянно и сдавленно:

- Напомни мне, что это ты, прежде чем я…

Паника. Она ворвалась в комнату, несмотря на то, что ничего не было произнесено вслух.

Джаред поцеловал мягкие волосы на затылке Дженсена. Он прижал свою ладонь к животу Дженсена и начал мягко водить, успокаивающими круговыми движениями, массажом убирая легкую дрожь. Он заметил, что тело Дженсена стало расслабляться, а паника отступать.

Все в Джареде кричало, взывая к движению, трению, изучить это горячее нутро, поглощающее его. Но с Дженсеном, так лежащим в его руках, таким полностью в его власти, с напряженной спиной, прижатой к джаредовой груди, все остальное было неважно. Дженсен перекрывал все.

Джаред выдохнул ему на ухо:

- Скажи мне.

Скажи мне, и я остановлюсь.

- Это… - он остановился, хладнокровие сдало, уступив место низкому и глубокому стону. – Ты такой охуенно огромный, - Джаред видел, как ресницы Дженсена опустились, когда он зажмурил глаза. – Больно…

О боже.

- Тебе больно, - задохнулся Джаред, в этих словах было больше боли, чем испытывал Дженсен. Это было всем, чего он не хотел, чтобы случилось.

- Нет…уже нет…не так… - он открыл глаза, едва выговаривая слова. – Болит так, будто ты нужен мне. Давай дальше. Пожалуйста.

Это было последнее, что он выдавил из себя с низким стоном, лишенным всего, кроме нужды, что заставило Джареда действовать.

Ох. Черт. Это было то, что хотел услышать Джаред. Он поцеловал Дженсена в уголок губ, склонился над кожей на его скуле, видя веснушки на закрытых веках, когда осторожно двинулся вперед. Последовал резкий вдох Дженсена. Джаред замер, хотя каждый нерв в его теле взывал к жизни и посылал еще больше искр огня разгорающегося внутри пламени. Он издал звук, похожий на «аххннн», когда Джаред был полностью внутри, и его голос затих на медленном, выдавленном:

- Блять.

Джаред выдохнул:

- Мне остановиться?

Дженсен сжал предплечье Джареда, оставляя ногтями отметины на коже.

- Нет… просто нужно время.

Как и до этого, Джаред продолжил выводить ладонью круги по животу Дженсена снова и снова. Спустя минуту он прошептал:

- Хорошо?

Дженсен кивнул: да. Секундой позже Джаред уже не знал, сказал ли Дженсен это вслух, или он только видел, как он формирует слово губами: продолжай.

Дженсен повернул голову, ища рот Джареда, их губы встретились под странным углом. Спустя долгое время, Дженсен продолжал целоваться, будто это было единственным, что удерживало его.

Что-то было в том, чтобы быть первым, и в том, чтобы взять Дженсена. Что-то похожее на разрешение увидеть Дженсена в таком виде, отчего все в Джареде таяло. Это было гребаной привилегией.

- Ты нужен мне, - простонал Дженсен ломаным голосом, и это прозвучало слишком громко в тихой комнате. Он попытался вильнуть бедрами, но Джаред своим телом жестко удерживал на месте.

Услышав это, Джаред наконец вышел так медленно, что даже был не полностью уверен, двигается ли вообще. Дженсен ответил полустоном-полувздохом, что сообщило Джареду о том, что да, он двигался. Когда он был в опасной близости от того, чтобы выскользнуть наружу, Джаред ограничивая свою скорость, вошел обратно.

Каждое кривое движение его бедрами – внутрь и наружу – добавляло пламени, как вспышка молнии на горизонте, разметенная сухой щеткой по сторонам. И каждый медленный толчок внутрь заставлял мышцы Джареда болеть, удерживая контроль, а Дженсена – рефлекторно сжиматься вокруг него, и все это делало проникновение еще более приятным.

У Джареда это отняло все силы, оставшиеся на то, чтобы подняться и уехать домой. Дженсен вскрикнул первый раз, когда Джаред упустил контроль и вломился в Дженсена. Джаред тут же замер, вздрогнув вслед за Дженсеном. Но Дженсен только оглянулся на него, его глаза были почти полностью черными, лишь с небольшой зеленой кромкой у краев. Найдя второе дыхание, Джаред втолкнулся по самые яйца. Дженсен дернулся и выругался, ему было слишком мало места, чтобы ударить по чему-нибудь, и он вцепился в предплечье Джареда достаточно сильно, чтобы причинить боль. И с Джаредом это было круто. Они просто продолжали, пока их стоны и вздохи не начали совпадать, один шумный вдох за другим, пока Джаред не потерял из внимания, кто был ведомым, а кто ведущим. Он знал, что это, должно быть, он задавал ритм, но избежать синхронности было все еще невозможно.

 

Обычно Джаред был болтливым, вставляя бессвязные слова на протяжении всего секса, он и в постели был таким же шумным, как и вне ее. Ему нравилось слышать и своего партнера, слышать производимый эффект. Но Дженсен был не таким – не то чтобы тихим, но больше стонал. Каждый его стон имел свою интонацию, разный ритм и смысл. Джаред быстро запомнил, как вызывать каждый из них, знал, что означало «о боже да, сделай это еще раз» и что сигнализировало «нет, не делай так больше, сделай как раньше». А Джаред? Джаред сам отвечал ему стонами. У них придумался свой собственный язык, и не было нужды в словах. Только это, только они. Только здесь и сейчас, в этой нарастающей огненной буре, разгоравшейся годами, с первого взгляда.

Временами Дженсен бормотал только одно слово:

- Еще.

И Джаред продолжал.

Впрочем, он не мог не спросить:

- Расскажи мне.

А Дженсен ответил только тем, что отставил свой зад, принимая Джареда еще глубже, и заставляя голову Джареда пойти кругом.

Теперь был черед Джареда схватить запястье Дженсена и отвести его руку в сторону, когда пальцы Дженсена сжались вокруг члена. Глаза Дженсена, блестящие от вожделения, стали до невозможности огромными.

Дженсен попытался дотянуться другой рукой. Джаред поймал и ее. Обернув свои длинные пальцы вокруг каждого его запястья, он сложил свои длинные руки на груди Дженсена, крепко обнимая его.

Дженсен издал стон, разочарованный позой, двинул бедрами назад, ударяясь о Джареда, распространяя жар по его телу, что превратило недовольный стон Дженсена в отчаянный вопль.

Дженсен дернул руками в крепкой хватке Джареда, и Джаред ответил ему горячим ломаным шепотом:

- Несмешно, да?

Дженсен извивался с неприкрытым желанием, то ли пытаясь освободиться из рук Джареда, то ли был в таком экстазе, что не понимал, что делает. Одна только эта реакция могла довести Джареда до пика. Быть способным довести Дженсена до такого, до первобытных человеческих эмоций, зная, что никто его таким не видел, чуть не приблизило Джареда к финишу, и ему пришлось замедлиться. Он выжег в своем уме это абсолютно открытое лица Дженсена, чтобы иметь возможность вспоминать его снова и снова.

- Тоже хочу тебя трогать, - хрипло прошептал Дженсен.

- В следующий раз.

Дженсен захлебнулся тяжелым воздухом, расширил глаза, отражая то, что Джаред никогда не надеялся расшифровать.

Позже Джаред, может, и посмеется над собой за все сравнения с огнем, но в данный момент он держал огонь в своих руках, между пальцами, кожа Дженсена была лихорадочно-горячей под его губами и пылающей между его бедрами – и это было невероятно: два сливающихся пламени.

Каждый раз, когда у Дженсена вырывался стон или едва различимые слова, это удивляло Джареда, потому что он не казался слишком разговорчивым в сексе. Но все, что он все же сказал, заставляло сердце Джареда бешено биться. Дженсен пробормотал:

- Пожалуйста, пожалуйста, Джей.

И оглянулся на него с умоляющим взглядом и надутыми губами. Всем, до чего в Джареде он мог дотянуться в такой позе, были его ладони и предплечья. Он отцепил одну ладонь, которой был прилеплен к Джаредовой коже. Он легко дотронулся ртом до шелковистой кожи на запястье Джареда и гипнотизирующим предложением прошептал:

- Прикоснись ко мне.

Комната плыла вокруг них, туманная, как дым, и жаркая, как ад, пойманный в тепловой вихрь. Все вокруг казалось сюрреалистичным, гораздо четче и яснее, чем все, что испытывал Джаред ранее. Везде, где его тело касалось Дженсена, жидкий огонь обдавал его кожу, облизывая до самых костей.

Все во вселенной Джареда сузилось до единственной точки: Дженсена.

И когда Джаред наконец прикоснулся к его члену, все тело Дженсена выгнулось спиной ему в грудь, гладкое и гибкое, идеально подходящее. Забыв обо всем, Дженсен ломаным голосом повторял имя Джареда, сухо и грубо шепча. Джаред вцепился в него так, будто Дженсен в любую минуту мог исчезнуть, просочиться сквозь пальцы, будто такой Дженсен – ясно выговаривающий его имя с почтением и полным отречением – может исчезнуть слишком рано.

Джаред отвел свою руку, и Дженсен ответил грудным хныканьем. Он накрыл одну из ладоней Дженсена и переплел их пальцы. Забавно, но в его голове мелькнул один нелепый момент, произошедший несколько месяцев назад, когда он первый раз ляпнул о том, что чувствует к Дженсену, использовав такое нелепое слово. Теперь прошлое смешалось с настоящим, и он демонстративно шепнул в ухо Дженсена:

- Сногсшибательный.

Дженсен повернулся до того, как Джаред мог бы опять до него дотянуться. Когда Дженсен кончил, это прокатило взрывную волну по телу Джареда, напряженный вход Дженсена сжался вокруг него, заставляя Джареда тоже кончить, раствориться в Дженсене. Это райское ощущение того, как Дженсен то расслаблялся, то напрягался вокруг его члена, стоило годового ожидания.

Реальность вывернулась наизнанку, один маленький момент остановился во времени. Джаред оглушил мир ничем иным, как именем Дженсена, сорвавшимся с его губ. Он не осознавал этого, пока его голос не сорвался. Его взгляд заполонили белые водопады света, выделяя тело Дженсена на темном убранстве комнаты. Он прижал Дженсена к себе, возможно, даже выбивая воздух из его легких.

Десять секунд спустя он вернулся к жизни, ощущая тепло Дженсена, лежавшего все в той же позе, рядом с собой. Все тело Дженсена, выгнувшегося к нему, идеально подстраивалось под тело Джареда, как будто они были связаны друг с другом. Его голова лежала на плече Джареда, глаза были закрыты, а рот приоткрыт. Эта комната, да и целый мир, состоял только из тела Дженсена, с поднимающейся и опускающейся при каждом вдохе грудью.

Они еще минуту полежали в той же позе, слишком истощенные для чего-то большего. Когда Джаред вышел из него, Дженсен издал удивленный стон боли. Он открыл глаза и, увидев обеспокоенный взгляд Джареда, слабо улыбнулся ему.

- Я в порядке, - успокоил он.

Потом Дженсен вздохнул, резким сухим выдохом, но позволил Джареду взять мятую простыню и вытереть их обоих, перед тем как лечь на спину и сжать Дженсена в объятиях. Дженсен просто потянулся к нему, прижался щекой к ключице Джареда. Очевидно, оттраханный Дженсен был послушным Дженсеном. Никаких изысканных жалоб о переизбытке прикосновений. Это было очень волнующе - уступчивый Дженсен, легко воспринимающий все это.

Джаред оставил глаза чуть приоткрытыми, чтобы видеть, как на блестящей от пота спине Дженсена играют блики догорающего огня. Наблюдал, как кожа Дженсена мягко светилась теплым золотым светом в темноте, перед тем, как огонь окончательно погас. Вокруг них поселилась темная прохлада.

Тишина затянулась, и Джаред разорвал ее первым:

- Охренеть как круто.

Он думал, что Дженсен, возможно, дремал, и его комментарий остался неуслышанным. Но Дженсен тут же ответил:

- Почему мы не делали этого все предыдущие три года? – и чуть тише: - Потратили столько времени, чувак.

Он быстро уткнулся носом в шею Джареда, даже не подозревая, что делает этим маленьким движением.

В груди Джареда обосновалось тяжелое тепло, омывшее его подобно летнему дождю: облегчение или гордость. Возможно, и то и другое.

Случайно, как и всегда, как будто разрывать объятия было обязательным, Дженсен отодвинулся, чтобы лечь на спину, на безопасном расстоянии от Джареда. Он уставился в потолок, постукивая пальцами по груди, как будто ждал.

- Дженсен.

И Дженсен опять был рядом, улегся у него под боком, взяв и обернув вокруг себя руку Джареда, и проворчал что-то вроде:

- Только потому что я знаю, что тебе это нравится, большая ты девчонка.

- Ага, - промычал Джаред в ответ, проглатывая смешок.

Прошла еще минута, Джаред позволил Дженсену переплести их ноги, перед тем, как набрался сил сказать:

- Ты знаешь, кто ты теперь?

Дженсен вздохнул.

- Гей на всю голову, да?

- И это тоже. Послесексовый обнимальщик.

- Думаю, лучше я буду просто геем.

- Ты даже не пытаешься убраться от меня, - прошептал Джаред ему на ухо и усмехнулся темному потолку, прижимая Дженсена к себе.

- Джаред?

- А?

- Попытайся не угрохать момент.

Джаред заткнулся, ему не нужно было повторять это дважды. Он был опьянен тем, что у него был такой Дженсен: теплый, довольный и удовлетворенный в его руках. Ему было хорошо лежать здесь с ним. Джаред заслужил такое доверие, этот уровень интимности.

Джаред почувствовал, как ладонь Дженсена опустилась совсем рядом с джаредовой, не касаясь. Чуть позже Дженсен начал слепо обводить пальцы Джареда на простыне, как дошкольник контур карандашом по бумаге. Джаред перевернул руку ладонью вверх.

Они заснули, лениво перебирая пальцы друг друга.

 

 

Через час или чуть позже Джаред услышал, как скрипнули пружины матраса. Он протянул руку на вторую половину кровати, ожидая соприкосновения с теплой кожей, но нащупал лишь пустоту. Приоткрыв глаза, он уловил силуэт Дженсена, бесшумно передвигающийся в темноте.

− Джен? Что ты делаешь? – пробормотал он невнятно, так до конца не проснувшись.

− Ищу свою одежду.

− Зачем?

− Потому что хочу одеться после того, как приму душ. Здесь холодно. Спи дальше.

Джаред окончательно проснулся, приподнялся на подушках, в следующее мгновение соскальзывая с кровати и становясь позади Дженсена.

− Ты собираешься принять душ? Прямо сейчас?

− Да, конечно, − ответил Дженсен, зевнув, - словно это было самым нормальным поведением, и вообще, все было отлично. Джаред смотрел на него так долго, что Дженсен все же остановился, прекращая свои поиски, повернулся к нему и спросил:

− Что?

− Ничего. Просто… у меня такое ощущение, что ты охотно стремишься смыть с себя все доказательства нашей любви.

Лицо Дженсена застыло в отрицающем выражении, хотя ответ так и не был произнесен. После нескольких секунд молчания Дженсен медленно покачал головой.

− Это… Это не так.

− Тогда что это? Потому что большинство людей спят, как младенцы, после такого секса, как этот.

В следующий миг Дженсен врезался в Джареда с силой приливной волны, выбивающей дыхание, а через секунду обнаружил себя повернутым лицом к стене.

− Чувак, какого черта? – резко спросил он. – Мы никогда не разговаривали о ролевых играх. И я чертовски уверен, что не соглашался на лишние вмятины в теле.

− Дерьмо. − Лицо Джареда исказилось, и он отстранился. – Я сделал тебе больно? Да? Ты истекаешь кровью или что-то еще? – Скользнув взглядом по заднице Дженсена, Джаред слегка пробежал по ней пальцами, заставляя Дженсена инстинктивно выпрямиться. Но было слишком темно, чтобы Джаред мог что-то увидеть. – Почему ты не сказал мне, что тебе больно?

Дженсен повернулся в кольце рук Джареда и уставился на него, пока тот, склонив голову, выискивал любой намек на боль в выражении лица Дженсена.

− Я в порядке, − произнес Дженсен, теряя терпение. – Мне не больно. Хватит волноваться.

− Я не верю тебе.

Дженсен вскинул брови.

− Вот как? Отлично. Давай включим свет, и я распластаюсь на этом столе, чтобы ты мог получше меня рассмотреть.

Джаред сразу направился к выключателю, но Дженсен схватил его за руку прежде, чем тот сделал еще один шаг.

− Черта с два я собираюсь предоставить тебе свою задницу для изучения! Чувак. Я просто хотел помыться.

− Боже, Дженсен, что я еще мог подумать, когда ты внезапно решил запрыгнуть в душ посреди ночи? Конечно, я буду думать о худшем. И я знаю тебя, ты никогда не скажешь, если причинил тебе боль.

− Ты прав. Я просто подождал бы, пока ты уснешь, а потом воткнул бы тебе вилку в ногу, чтобы отомстить. И после этого пошел бы в душ. Тебе лучше?

− Ты ненормальный.

− А ты невозможный.

Желание схватить Дженсена в охапку и все равно осмотреть его все еще заставляло Джареда дергаться, но он вынудил себя отойти от него и вернуться на кровать, зарываясь обратно в ворох подушек и одеял. Устроившись на постели, он пальцем подозвал Дженсена к себе.

− Если все в порядке, тогда ты можешь идти сюда и поспать со мной. К черту этот душ.

− Но я весь покрыт засохшей спермой и потом.

− И?

− Некоторое из этого даже не мое.

− Дженсен, − низким голосом произнес Джаред, и это заставило Дженсена подойти, хотя и неохотно. Джаред обхватил запястье Дженсена ладонью, потягивая на себя.

− Вернись сюда, − позвал он. – Тебе не обязателен душ, а я не могу уснуть без тебя.

− Я…

− Тебе. Не. Нужно. В. Душ. – Отрезал Джаред и схватил Дженсена за другую руку. – Лучше сам иди сюда, пока я не завалил тебя.

− Но… там засохло в таких местах…

− Я в курсе, но я же не жалуюсь, не так ли?

− Дай мне просто… − Дженсен остановился, когда Джаред усилил хватку. Пожевав губу, он посмотрел в глаза Джареда и, в конце концов, опустился рядом, позволяя тому потянуть его на себя, пока они оба не оказались полностью заключенными в теплый кокон из одеял. Они легли на одну подушку, повернувшись друг к другу, их носы почти соприкасались.

Обхватив обнаженное тело Дженсена двумя руками и прижавшись ближе, Джаред прошептал:

− Что происходит, детка?

Дженсен некоторое время пялился куда-то через плечо Джареда, казалось, целенаправленно избегая его взгляда, прежде чем посмотреть на него.

− Только потому, что ты трахнул меня, не означает, что ты можешь так меня называть.

Это было подобно пощечине или, того хуже, вилке в бедро.

− Ты же знаешь, что я не это имел в виду… Я бы никогда… Это… не снисхождение.

Дерьмо. Как это получилось?

Тихим голосом, словно прятал какую-то тайну, Джаред сказал:

− Ты сожалеешь.

И больше ничего, только это простое утверждение, но, когда Джаред произнес это вслух, в его груди что-то сжалось. Дженсен посмотрел на него слегка удивленно.

− Никогда не говори так.

− Ты никогда не должен был сказать этого.

Дженсен молчал, уставившись куда-то Джареду возле носа, и Джаред не мог увидеть его взгляд. Сердце Джареда начало колотиться – не быстрее, но тяжелее, - пока это не стало приносить физическую боль.

− Мне очень жаль.

− Не надо. Я не сожалею. Это было чертовски круто. Я до сих пор не могу поверить, что с 2005 года мы ни разу этого не сделали, − Джаред фыркнул – от облегчения, и Дженсен высвободил руку из-под одеяла, чтобы щелкнуть его по подбородку.

− Слушай, я не… Я не хотел прослыть нытиком.

Медленно кивнув, Джаред заставил себя выбросить все из головы. Он смотрел, как веки Дженсена опускаются все ниже и ниже, - для Дженсена казалось невозможным лежать более десяти минут и при этом неизбежно не уснуть. До этого ему никогда не удавалось, независимо от того, когда и где.

Даже сейчас, находясь так близко, Джаред не мог изменить этого, но мог прикасаться. Он провел пальцем под носом Дженсена, по горлу спускаясь к ключице, снова вернулся к подбородку, невидимыми линиями обвел контур губ.

− Ты вообще спишь когда-нибудь? – поинтересовался Дженсен сонным голосом.

− Естественно. Просто не так много, как ты. Это круто, однако. В смысле, я в курсе, что старичкам требуется достаточный отдых.

Дженсен внезапно рассмеялся – он не открывал глаз, но каждая черточка его лица дергалась от неудержимого смеха. Джаред чувствовал его громкий смех под своими руками в его вибрирующей груди.

Он подумал, что Дженсен должен всегда смеяться вот так. Мир становился лучше, когда Дженсен смеялся именно как сейчас: открыто и непринужденно.

Его лицо все еще горело от смеха, когда Дженсен произнес:

− Не забывай, что я буду здесь, чтобы поржать над тобой, когда тебе будет около тридцатника. Ты не так далеко отстал от меня, так что смотри.

− Да, но тогда тебе стукнет тридцать четыре, которые больше, чем тридцать. И ты ступишь на путь сороковника быстрее, чем я. О. Я тут понял, что смогу тебе помочь пережить кризис среднего возраста. Мы можем вместе купить мотоцикл.

− Я буду в курсе, когда у тебя появится первая седина.

− Эй, − Джаред дернул плечами, − ты поседеешь вперед меня, так что все в порядке. Ты мне одолжишь свой «Just For Men»? [«Just For Men» – краска для волос для мужчин, прим. переводчика]

Веселье мгновенно слетело с лица Дженсена, и он уставился на Джареда нечитаемым взглядом. Когда он не продолжил подколок, а только все еще пялился на него, Джаред все же сказал:

− Что? Ладно, хорошо, я куплю свой. Но помни, возможно, мне придется толкать твое кресло, если ты надумаешь сломать свои хрупкие кости в пожилом возрасте. Конечно, я буду все еще молод и в хорошей форме в мои семьдесят.

Джаред вытащил руку из-под одеяла, чтобы показать ее Дженсену.

− Взгляни, Дженсен, я ведь тебе еще понадоблюсь в твои золотые годы, так что на твоем месте я одолжил бы мне немного краски для волос, когда придет время, − еще одна мысль пролетела в сознании, и Джаред издал смешок. – Я лучше понадеюсь, что ты с возрастом не уменьшишься в объеме. Некоторые люди, как ты, уменьшаются, знаешь. Иначе я как бы раздавлю тебя, поворачиваясь в постели.

− Я никогда об этом раньше не думал, − пробормотал Дженсен.

− Об уменьшении? Я не думаю, что это случается со всеми. Там что-то делается с костями. Тем не менее, на всякий случай тебе нужно пить больше молока.

− Не об этом. Я имею в виду душ после секса. Это то, что я всегда делал, это как привычка. Но это не совсем нормально, не так ли? – губы Дженсена были плотно сжаты, он нахмурился, сузив глаза от этой мысли, словно действительно был смущен этой правдой.

Джаред сжал руки вокруг Дженсеновой спины, медленно проводя по ней пальцами и разглаживая складки на коже, и молчал.

Дженсен задумался, словно не зная, как подобрать слова, и тихо заговорил:

− После этих рыбалок, как только мы возвращались домой, он направлялся смотреть футбол с папой, а я всегда шел наверх и сразу в душ. Потому что… − он запнулся, но нужные слова появились почти сразу, − потому что, когда мы были на озере и он везде трогал меня, мне хотелось смыть с себя его отпечатки пальцев.

Лицо Джареда потемнело, он шумно вдохнул через нос, борясь за то, чтобы не выдать никаких плачущих звуков, - это не принесло бы им обоим никакой пользы.

Вокруг глаз Дженсена появились лучики, когда он крепко зажмурил их. Вдохнув через рот, Джаред на мгновение позволил закрыться собственным глазам, пытаясь не позволить клокочущему звуку в горле прорваться, пытаясь найти свой центр управления за контролем.

Когда Джаред снова открыл их, он увидел, как капли стекали из уголков закрытых глаз Дженсена, увидел темные влажные пятна на подушке рядом и понял, что Дженсен помнил и переживал больше, чем признавался в этом Джареду.

Джаред прижался губами к его векам, то к одному, то к другому, чувствуя на них соленый вкус. Пальцами он смахнул влагу, собравшуюся в уголках его глаз, гладя пальцами кожу под ними. Ресницы Дженсена потемнели и слиплись; он снова открыл глаза и посмотрел Джареду в лицо.

− Я оставался там около часа, драя себя с мылом, пока Джош не стучал в дверь и не говорил, что пора обедать. И тогда я спускался к обеденному столу, и он сидел всегда либо напротив, либо рядом со мной. Обычно рядом, чтобы он мог прикасаться к моей руке, передавая миску с едой. Весь обед он смеялся и шутил со всеми, травя забавные байки про нашу рыбалку, про то, чего никогда не происходило. Домогательство до меня было игрой для него, хобби по выходным. Я был просто его игрушкой. Удобным развлечением.

Сжав Дженсена, Джаред тихо, почти отчаянно, прервал его:

− Мы не обязаны говорить об этом.

Грудь болела. Все болело.

Дженсен сморгнул слезы и покачал головой.

− Мы и не обязаны. Но теперь все иначе. Он… ушел.

Он прижался грудью к груди Джареда, глубоко вздохнув.

− Я рассказываю тебе это, потому что… Я знаю, я делаю вещи, которые ты никогда не понимал… Иногда я даже не осознаю, что творю. Я построил кучу стен вокруг себя на протяжении многих лет, и не было причины, чтобы я кого-то мог пропустить через них, − Джаред нащупал руку Дженсена под одеялом, сжатую в кулак, проследил пальцами костяшки, слегка водя по ним сверху вниз. – Но сегодня, когда я решил пойти в душ, это была просто привычка, Джаред. Я не хочу этого делать, но это часть меня… это не имеет ничего общего с тобой, но ты вмешиваешься в это в любом случае, потому что наши жизни стали настолько связаны. Я не привык к такому, я не привык, чтобы люди заботились достаточно, чтобы спросить, почему я делаю то, что я делаю касательно меня. Поэтому, когда ты спрашиваешь, я иногда не знаю, что сказать, потому что сам не знаю ответов. Но ты… ты никогда не был причиной того, что я такой недотрога. Думаю… думаю, тебе нужно знать это.

− Я знаю, − твердо сказал Джаред, поцеловав прядь на лбу Дженсена. – Но иногда я забываю, мне просто не приходит в голову, что то, что для меня нормально, ты видишь в совсем другом свете. У меня было прекрасное детство – я не пытаюсь сыпать соль на рану – но иногда это трудно: попасть в твою систему координат и увидеть что-то с твоей стороны.

− Да, это нормально, − Дженсен провел рукой по лицу и безрадостно рассмеялся из-под нее. – Я должен соблюдать дистанцию и обороняться, когда чувствую себя уязвимым. Я не люблю быть уязвимым, как сейчас, когда рассказываю тебе это. Я должен бороться с желанием отрубиться в любую секунду. Это как… у меня есть всякие разные защитные механизмы, работающие на инстинкте. Я ненавижу показывать свою слабость, потому что знаю, что есть люди, которые ждут не дождутся, чтобы этим воспользоваться.

Джаред убрал руку Дженсена от его лица.

− Это нормально, Джен. Я знаю. Я понимаю, − прошептал он. – Если тебе нужно еще выплакаться, это нормально. Это просто ты и я.

Дженсен вытер глаза изгибом локтя и после этого повернулся к Джареду.

− Нет, я в порядке. Хватит с меня. Чувак, ты не… ты не знаешь, сколько я ревел из-за этого ублюдка, когда был ребенком. Практически каждый божий вечер. Под одеялом в подушку, чтобы Джош не услышал. Теперь все кончено. Он мертв, и я покончил с этим. Это действительно осталось позади.

− Хорошо, − сказал Джаред, но его голос дрожал. Блядь. До того, как он смог остановить себя, он шумно втянул воздух.

− Ох, черт, нет. Не делай этого.

− Чего?

− Не реви из-за меня. Не надо, Джаред.

− Я не реву, − пошел на попятную Джаред, яростно моргая глазами. – Просто что-то застряло в носу. Пушинка, сопля, или типа того.

− Скажи мне кое-что.

− Что?

− Гейский секс всегда заканчивается слезами?

Тугой комок в горле Джареда растворился в смехе.

− Конечно. Каждый раз. Как ты знаешь, сейчас время, чтобы сделать это опять, − он пошевелил бровями.

Дженсен фыркнул и попытался заехать локтем Джареду в лицо.

− Так сказала книга! – настаивал Джаред, поймав его локоть в дюйме от своих глаз. – Глава 85: «Последствия и очищение».

− Глава книги «Как отделаться от парня за десять дней»?

Дженсен посмеивался, и Джареду опять оставалось просто замереть и смотреть. Словно выключили тумблер – Дженсен перестал смеяться.

− Если ты хочешь сказать что-то сентиментальное – не делай этого.

− Как ты узнал, что я хочу это сказать?

− Я знаю, как ты выглядишь при этом. Так что не надо.

Но Джаред все равно сделал это:

− Я действительно не ошибался в тот первый день, когда назвал тебя сногсшибательным. Тогда это было глупо, но, честно, других слов для этого не существует.

− Отлично. Спасибо. Думаю, ты просто проверяешь мои рвотные рефлексы, − Дженсен начал отстраняться, но Джаред не позволил ему вырваться из кольца своих рук.

− Но ты такой есть, − настаивал Джаред. – И ты не должен стыдиться этого сегодня. Ты ничего не должен стыдиться.

− Уже два раза за ночь, Джей. Ты катишься под откос. По крайней мере, я говорю это всяческое дерьмо, только когда в запале. Ты можешь болтать об этом и в повседневной речи – каждый день. Это неловко.

− Я просек фишку, Дженсен. Тебе втайне нравится это, − Дженсен поморщился, свел брови вместе и сделал вид, что его тошнит. − Мне даже не нужно было касаться тебя. Достаточно было лишь прошептать одно слащавое слово тебе на ухо.

− Отлично. Ты уделал меня. Счастлив?

− Очень. У тебя засохшая сперма на волосах, и ты все еще чертовски красивый, и я не могу оторвать взгляда от твоего лица.

− Что? – Дженсен провел рукой по волосам. – Где?

− Не смущайся, а. Здесь только ты и я, − Джаред прижался губами к его волосам и пробормотал: − Никого больше. Никого из… них. Только мы, − он провел рукой по волосам Дженсена на макушке. – Прямо здесь.

− Чувак, ты мог бы сказать это пораньше. Именно поэтому я и поперся в душ.

Джаред не позволил увести себя от разговора.

− Ты знаешь, что я имею в виду, когда говорю тебе это. Я не унижаю тебя. Я не это имею в виду. Ты ведь знаешь, верно?

Пугающе тихую минуту он смотрел, как Дженсен беспечно крутился на кровати, устраиваясь поудобнее. Наконец Дженсен сказал:

− Да, Джаред, знаю.

− Я хотел тебя спросить кое о чем. О ситуации с Дэном.

− Спрашивай.

− Ты когда-нибудь думал о том, чтобы сказать Джошу?

− Нет.

− Нет?

− Мне было стыдно, − выражение лица Джареда было недоумевающим, поэтому Дженсен пояснил: − Я был молод. Он играл со мной в игры разума, и мне было страшно до смерти сказать кому-то об этом, сказать отцу и матери, и они могли выгнать меня из дома из-за… из-за того, что он заставлял меня делать. Некоторые дети все равно рассказали бы об этом своим родителям или кому-то еще, но я был из того типа детей, которые держат все в себе.

Желудок Джареда перевернулся.

− И он знал это.

− Точно.

− Иисусе, − пробормотал Джаред. – Когда это прекратилось?

− Когда я стал постарше и смог отказываться от поездок на рыбалку, после этого он отстал.

− Дженсен, − пробормотал Джаред, прижавшись к его скуле, боль была очевидна для Дженсена в этом мягком произношении его имени.

− Ты не должен жалеть меня, − он взял руку Джареда и отвел от лица. – Я уже не тот испуганный маленький мальчик, который вот-вот сломается.

− Когда я говорю вещи типа этого, − Джаред провел пальцами по лицу Дженсена, − это не потому, что я считаю тебя слабым. И я не жалею тебя. Я лелею тебя.

− О, − Дженсен выглядел искренне удивленным. – Не думаю, что слышал когда-нибудь, как взрослый мужик использует слово «лелеять».

− Я знаю, ты не слабый. Потому что если бы ты был таким, ты сломался бы уже давно. Если ты опираешься на меня и позволяешь нести мне часть твоего груза, это не делает тебя слабым. Ты знаешь это, правда? Я очень уважаю тебя и восхищаюсь тобой, Дженсен. Очень. Ты просто… даже не знаю.

Удивление на лице Дженсена сменилось изумлением.

− Да?

Джаред хотел сказать Как ты не можешь знать об этом, ты, идиот? Он задавался вопросом, как бы прошел год, если бы Дженсен не узнал об этом всем, не увидел то, что сделал и сказал он, Джаред. Он думал, что его очевидное уважение к Дженсену было одним из того, что не нужно произносить вслух, потому что оно и так слишком очевидно.

− Боже, Дженс, мне жаль. Мне так жаль, что ты прошел через это – через то, о чем маленькие дети вообще не должны знать. − Дженсен пожал плечами. – Я ненавижу то, что ты пережил в прошлом, но я люблю того мужчину, каким ты стал.

Кожа Дженсена под пальцами Джареда стала горячей, лицо тронул румянец. Пробормотав что-то о том, чтобы пойти в душ, Дженсен начал вставать с кровати, но Джаред обхватил ногами его талию, притягивая обратно и не позволяя уйти. Дженсен спрятал лицо в их общей подушке, и Джаред понял, что то, что он только что сказал, - совершенно.

Минутой спустя Дженсен произнес:

− Как ты думаешь, он когда-нибудь жалел о том, что делал со мной?

Джаред воспользовался моментом, его голос звучал слегка буднично.

− Такие люди, как он, жаждут власти. Хотят причинить боль. Я думаю, на протяжении многих лет он оправдывал это самому себе.

Будто заранее зная, что Джаред мог сказать что-то подобное, Дженсен кивнул.

− Я не мог этому сопротивляться. Меня бесил тот факт, что я заключил с ним мир, но я даже дышать не мог, находясь с ним в одной комнате. Он проворачивал это так, словно ничего не случилось, словно не имеет никакого значения, даже если это повлияло на все мое детство и остальную часть жизни.

Дженсен всунул свою ногу между ног Джареда, совершенно естественным движением, даже не понимая, что делает это.

− Но ему это не сошло с рук, в конце концов, − сказал Джаред.

Не сводя глаз с Джареда, Дженсен тихо ответил:

− Можно подумать, что сожжение заживо – не то, что нужно желать своему злейшему врагу, но я… я даже не задумывался, Джей. Я чувствую себя… освобожденным.

− Это карма. Как еще объяснить то, что он поехал вниз с горы, а мы отделались легким сотрясением мозга и синяками? После того, как нас вертело на этих заледеневших дорогах? То есть, по логике мы оба ушли с того света. Или, по крайней мере, что-то там разрушили, − Джаред кивнул сам себе. – Карма.

− Я не верю в карму.

Джаред чуть отстранился, удивленный.

− Что? Даже после того, что мы видели прошлой ночью?

Дженсен дернул плечом.

− А в судьбу ты веришь?

Он колебался, обдумывая свой ответ, будучи не совсем уверенным.

− Нет. А ты?

− Чувак, конечно.

− Конечно, − повторил Дженсен, улыбнувшись уголком рта.

− Ты не думал, что то, что мы получили две единственные постоянные роли в «Сверхъестественном» и нас теперь не оторвать друг от друга, это судьба? Если бы этого не было, мы бы никогда не встретились. Подумай об этом. Ты мог бы сейчас лежать здесь с другим актером из совершенно другого шоу. Ты мог бы лежать здесь с Чадом. Или с тем парнем, который сыграл хоббита в «Лосте» [скорее всего, имеется в виду Доминик Монаган – актер, сыгравший Мерри Брэндибэка в трилогии «Властелин колец» и Чарли Пэйса в культовом сериале Дж. Дж. Абрамса «Lost», прим. переводчика].

На самом деле эти мысли о Дженсене с кем-то другим слегка приводили его в ужас, и Джаред попытался немедленно выкинуть их из головы.

Губы Дженсена дернулись, глаза расширились, его лицо было совершенно серьезным.

− Погоди-ка, ты имеешь в виду, что я мог бы быть единственным высоким парнем в отношениях? Черт возьми. Мне никто не сказал, что у меня был выбор.

Упав обратно на подушку, Джаред пробормотал:

− Нет. Я просто говорю, ты и я – это была судьба.

− Во всяком случае, это не так. Я мог бы превратиться в гея для кого угодно.

Лицо Джареда покраснело. Только он мог превратить Дженсена в гея, Дженсен сам сказал. И это было то, чем Джаред мог гордиться.

− Мда уж, − произнес Дженсен. − Не знаю, как ты умудрился затащить меня в эти забавные разговоры. Но так как мы в теме, ты действительно думаешь, что я – твоя вторая половинка?

Джаред улыбнулся.

− Нет, я не верю.

− О, − Дженсен закивал. – Хорошо.

− Я не верю в это. Я это знаю.

Дженсен уставился на него, и Джаред добавил:

− И ты тоже в это веришь.

− О как?

− Когда мы соприкасаемся, это здесь, − он нашел руку Дженсена и переплел свои пальцы с его. – Мы ничего не должны делать, это просто есть. Ты чувствуешь это. Это всегда между нами.

− Ты так думаешь? – пробормотал Дженсен, придвинувшись ближе и случайно ткнувшись носом в Джареда. Ничего не говоря, Джаред просто сжал руку Дженсена, поймав его губы своими. Дженсен закусил нижнюю губу Джареда, прежде чем ответить: − Да, может быть, я это чувствую.

Джаред открыл глаза, он находился так близко, что мог видеть тень от каждой ресницы на его коже. Эта близость всегда была волнующей для Джареда.

Миг спустя Дженсен тоже открыл глаза, они смотрели друг на друга, пока, в конце концов, Дженсен не произнес:

− Кто-нибудь говорил тебе, что пялиться невежливо?

Джаред прыснул. К тому времени, как он успокоился, веки Дженсена уже начали закрываться. Удивленный, Джаред наблюдал, как они то поднимаются, то снова медленно опускаются вниз.

− Просто давай спать, − он зевнул.

− Ты только и ждешь, как бы засунуть мой лифчик в морозильник, – пробормотал Дженсен в ответ и почти мгновенно, глубоко вздохнув, погрузился в сон, его дыхание стало спокойным и ровным, как ручеек.

Джаред уснул несколько секунд спустя, как всегда, сразу за Дженсеном.

 

Ближе к рассвету Джаред вытянул Дженсена из сна, обдавая дыханием его член. Дженсен проснулся полностью, задыхаясь, когда Джаред, пробуя, лизнул его ствол по всей длине.

– Нет… блядь, − Дженсен сжимал подушку в кулаках, пока губы Джареда хозяйничали на его члене. – Нет… Джаред… Джей, ты не обязан этого делать.

Джаред отстранился на мгновение, чтобы ответить:

− Я хочу этого.

Это казалось неловким и неуклюжим, и в какой-то момент беспомощные стоны Дженсена, которые Джаред принял за звуки удовольствия, переменились; Дженсен вскрикнул и, стиснув челюсти, проговорил:

− Зубы… нет, Джей… не так.

К его чести, Джаред быстро понял и сменил тактику, сменив зубы губами, и на этот раз он не ошибся. Хватка Дженсена в его волосах ослабла, движения рук стали побуждающими, а звуки, которые издавал Дженсен, - одобряющими и просящими.

Однако Джаред попытался проглотить, в итоге подавился и выплюнул все на кровать. Да, это очень сексуально и так далее.

Окей, ему, безусловно, требовалось немного больше практики.

Если не считать этого, все было замечательно. Особенно когда Дженсен сполна отплатил Джареду; толкнув его на спину и усевшись сверху, так быстро и сильно отдрочил, что Джаред около пяти минут возвращался из оргазма на землю.

− Я могу привыкнуть к этой твоей стороне, − произнес Джаред, сонный, удовлетворенный и выдохшийся; мир перед его глазами так и не приобрел четкость.

Горячее дыхание мазнуло по щеке совсем близко.

− Джаред?

− Да?

− Заткнись и обними меня.

Джаред так и сделал. Спустя пять минут ничего не было слышно, кроме звука дыхания Дженсена из-под одеяла; Дженсен тесно прижался к Джареду, устроившись подмышкой, - идеальное соответствие.

В следующий раз, когда Джаред проснулся, холодные простыни свидетельствовали о долгом отсутствии Дженсена. Полусонный, он вывалился из постели, выискивая взглядом своего парня; и только когда натянул брюки, он расслышал приглушенное пение, доносящееся через дверь в ванную.

 

Я хочу знать, где ты,

Я живу со своими ошибками,

Я хочу просыпаться с тобой

И не скажу вообще ничего,

Так почему ты не двигаешься?

Да-а-а-а, мы будем двигаться,

Поэтому обними меня
И…

Что-то там… что-то там…

На, на, на, на,

Двигайся,

Двигайся в мою комнату,

Я хочу просыпаться с тобой

И двигаться,

Двигаться.

И мы убежим,

И…

Двигайся,

Двигайся со мной.

Несмотря на то, что Дженсен напевал – из всех песен – Goo Goo Dolls, Джаред рассмеялся. Улыбка медленно расцвела на его лице: Я сделал это. Я – причина того, что он достаточно счастлив, чтобы напевать в ду́ше.

Вот это прорыв.

Во всю силу своих легких Джаред заорал:

− ТЫ ДАЖЕ СЛОВ НЕ ЗНАЕШЬ!

Дженсен не ответил. Джаред усмехнулся, подумав, что он, скорее всего, не услышал его за шумом воды. Когда он был занят поисками рубашки, в дверь вдруг постучали, и Джаред застыл в удивлении. Подойдя к двери, он осторожно открыл ее, и, как только та распахнулась, мать влетела в него, чуть не отбросив назад. Сжав его в стальных объятиях, она отстранилась, ее взгляд скользил по его телу вверх и вниз, словно сканируя. Затем она отступила чуть назад и, сняв свои кожаные перчатки, принялась долбить ими Джареда.

Джаред так и не очухался и продолжал стоять с открытым ртом, пока одна из перчаток не заехала ему по носу.

− Мама?! – вышел какой-то сдавленный вопль. – Почему посреди моего медового месяца ты стоишь здесь?!

− Ты! – воскликнула она. – Сначала ты пропускаешь собственную свадьбу, а потом не удосуживаешься даже позвонить матери, после того как почти погиб?

− Дорогая, − это был отец, который подошел к ней сзади и попытался взять ее за руки. – Дай ему минуту, чтобы… − она повернулась к мужу, чтобы, похоже, еще расквитаться и с ним. Достойное оружие, действительно.

Третий человек возник в комнате, и Джаред сделал огромный шаг назад.

− Дженсен? Где он?

Мама Дженсена. За ней показались его отец и Джош. Вот дерьмо.

− Я сказал им, чтобы они не вламывались сюда, − Джош пожал плечами. – Но попробуйте донести это до двух матерей-медведиц.

− Мы видели в новостях! – мать Джареда снова ударила сына перчатками по обнаженной груди.

Джаред вздрогнул.

− Ладно. Ох. Слушайте, мне жаль, что вам пришлось узнать об этом так, но мы собирались позвонить вам сегодня утром. Мы вчера приехали в коттедж и… заснули. Но собирались найти телефон и позвонить вам всем за завтраком.

Джош фыркнул при слове «заснули». Джаред не смог на него взглянуть.

− Где Дженсен? – спросил Алан, осматривая комнату, словно Дженсен мог спрятаться где-то здесь. – Он… − он прочистил горло. – Он был ранен?

− Нет, нет, − быстро заверил его Джаред. – Он…

Двига-а-а-а-йся, − раздался голос Дженсена из ванной.

Джаред опустил голову, почесывая затылок.

− Это вроде как он. Принимает душ.

Двигайся, − пропел Дженсен еще громче.

Да-а-а-а, мы будем двигаться,

Почему ты не двигаешься во мне,

Двигайся во мне,

Я хочу просыпаться с тобой,

Так двигайся в мою комнату,

Двигайся во мне,

Мы будем двигаться,

Двига-а-а-а-ться.

Лицо Джареда вспыхнуло.

− Слышите? – сказал Джош. – Он жив. Пойдемте, − он сделал широкий шаг к двери, отчаянно желая оказаться за ней.

− Я должна убедиться сама, − твердо произнесла Донна.

Дженсен снова завел свою волынку, но, прежде чем он мог продолжить дальше, Джаред крикнул:

− Дженсен! Мы…

− ЧТО? Чувак, это совершенно правильные слова! – заорал Дженсен в ответ. Они услышали, как он смеется, его смех звучал слегка приглушенно за шумом льющейся воды.

А потом, к полному смущению Джареда, он снова начал петь свою версию припева. Еще громче.

Джаред споткнулся о ковер, когда бросился к двери, чтобы постучать в нее. Позади его мать пробормотала: «О, Бога ради», Джош начал истерически ржать, и вскоре к нему присоединился отец Джареда.

Громким и четким голосом Дженсен начал свой, переписанный, куплет. Видимо, это была порно-версия, никогда не звучащая на радио. Казалось, сердце Джареда сейчас выскочит из горла.

− ХВАТИТ ПЕТЬ! – завопил он через закрытую дверь. – Наши…

Дженсен распахнул дверь, вырвав дверную ручку прямо из руки Джареда. Полностью мокрый, он, посмеиваясь, смотрел на него, стоя в дверном проеме… в стрингах Джареда.

− …семьи здесь, − закончил Джаред неубедительно. Он рванулся вперед, чтобы закрыть Дженсена собой от чужих глаз, но было слишком поздно. Они определенно успели полюбоваться.

Взгляд Дженсена переместился с лица Джареда за его правое плечо, натыкаясь на остальную часть аудитории. Подавившись смехом, Дженсен издал сухой, рваный, задыхающийся звук, будто проглотил муху. Так как, похоже, он не был в состоянии сдвинуться с места, Джаред схватил его за плечи и толкнул обратно в ванную, осторожно закрыв за ним дверь.

Неохотно повернувшись к своей семье, он обнаружил, что они стоят полукругом в замороженном состоянии, их взгляды все еще были прикованы к закрытой двери.

Джош первый вышел из оцепенения, слегка содрогнувшись.

− У меня травма на всю жизнь.

Глубоко дыши. Просто. Продолжай. Дышать.

Джаред попытался выдавить из себя улыбку, но смущение было слишком велико.

− Мы так задумывали. Забавно, правда?

Это было бесполезно, так что он сдался. Он ссутулился и скрестил руки на груди.

− Наверное, вам стоило сначала позвонить.

Отец Дженсена отвел взгляд от двери, чтобы посмотреть на Джареда, но не смог выдержать больше, чем секунду.

− Ну, это очевидно, − его лицо медленно покраснело. И, эй, так вот откуда у Дженсена эта привычка краснеть. Полезно знать.

Его мать, как понял Джаред, попыталась ободряюще улыбнуться, но это было больше похоже на гримасу, и она не могла стереть ее со своего лица. Плюсом здесь было то, что, испугавшись за своего девиантного сына, она забыла о своей потребности бить его перчаткой.

− Вы не отвечали на наши звонки, − слегка слабым голосом произнесла она.

− О, − Джаред начал было садиться на край кровати, но передумал, обратив внимание на запачканные простыни. – Оба телефона мы потеряли в аварии.

Серьезно, где, черт возьми, его рубашка?

− Джаред… моя одежда не здесь, − через дверь произнес Дженсен полным страдания голосом.

О, черт.

С мрачным лицом Джаред ходил по комнате, подбирая разбросанную одежду Дженсена, пока вся семья смотрела на него с ужасом.

− Это как крушение поезда, − сказал Джош, словно загипнотизированный, наблюдая за Джаредом. – Невозможно отвести взгляд.

− Джаред?

− Да, пап? – он как раз проверял под кроватью, есть ли там брюки Дженсена, и выпрямился от смутного подозрения.

Подергивая уголком губ, его отец подобрал носок, валяющийся в полупустой кондитерской коробке на полу, и передал его Джареду. Все взгляды обратились к ней.

Ярко-розовая коробка была покрыта крошками и нечеткими отпечатками пальцев на глазури; она была достаточно открыта, чтобы все могли увидеть недоеденный, раздавленный торт внутри. Дерьмо-о.

− Э-э, − Джаред провел слегка дрожащей рукой по волосам. – Точно. Спасибо, папа. Но вам не стоит… Не надо искать его вещи, ладно? Я сам… Мне просто нужна минута, чтобы найти…

Нижнее белье Дженсена.

Да, наверное, не стоит произносить это вслух.

− Джаред? – приглушенно позвал Дженсен из-за закрытой двери. – Они…

− Все еще здесь, − громко заявил Джаред, и ему удалось натянуто улыбнуться, когда мама Дженсена бросила на него острый взгляд.

− Нам надо идти, − сказал Джош, поворачиваясь к двери и зацепляясь ногой – Джаред поморщился – за его потерянную рубашку. – О, это просто… классно, − Джош сорвал ее с ботинка и бросил в лицо Джареду.

После того как он натянул рубашку, его мама и мама Дженсена крепко обняли его.

− Повеселитесь, дорогой, − произнесла его мать, и Джаред вновь залился краской. Серьезно, это было нечестно.

Джош неловко махнул ему из-за двери, отец хлопнул Джареда по плечу с понимающей улыбкой, прежде чем повернуться и аккуратно выпроводить матерей к выходу.

− Спасибо, что… кхм… навестили, − произнес Дженсен с другой стороны двери. – Нам действительно следовало позвонить прошлой ночью…

Преуменьшение, надо сказать.

Отец Дженсена отошел от остальной группы, которая, кажется, слишком медленно шла к двери.

Встав прямо за дверью в ванную, он посмотрел на Донну, которая внимательно за ним наблюдала. После нерешительной паузы он постучал в дверь костяшками пальцев.

− Дженсен?

− Да?

− Береги себя, сын, − он отошел, но затем вернулся обратно. – Мы поговорим, когда ты приедешь домой… ладно?

− Хорошо, папа, − так тихо ответил Дженсен, что Джаред еле услышал.

Алан пожал Джареду ладонь – жест одобрения. Он взял за руку жену, которая лучезарно улыбалась мужу, и, выйдя на снег, закрыл за собой дверь.

Джаред закрыл глаза и вздохнул в идеальной тишине.

− Они ушли? – спросил Дженсен шепотом.

Сердце Джареда, наконец, вернулось из горла вниз и забилось в нормальном ритме. Он подошел к двери в ванную и стукнулся об нее лбом.

− Да. Они ушли.

Он услышал похожий стук с другой стороны двери, на несколько сантиметров ниже своего, после чего раздался полный унижения стон.

− Моя мать увидела меня в стрингах, − произнес Дженсен с тяжелым неверием в голосе. – Джаред услышал, как он пытается выровнять дыхание. – Твоя мать увидела меня в стрингах.

− Я ненавижу, что мне приходится говорить это, Джен, но они все тебя увидели.

Раздался еще один приглушенный стук, а затем Джаред услышал, как Дженсен съезжает вниз по двери.

− Джаред? – позвал Дженсен, без какого-либо тепла в голосе.

Словно лишившись костей, Джаред тоже бухнулся на пол. Он прислонился головой к двери, примерно напротив Дженсена.

− Да?

− Как только я выйду, я придушу тебя этими стрингами.

− Да, − вздохнул Джаред. – Я знал, что так и будет.

 

Дженсен подскочил час спустя с чувством страха, тяжело осевшим в груди, и замер с закрытыми глазами от прикосновения чего-то ползущего по щеке. Когда Джаред прикасался к нему, сердце иногда замирало, дыхание приостанавливалось, каждое его прикосновение казалось каждый раз незнакомым. Но затем Дженсен узнавал знакомое ощущение волос Джареда, скользящих по его лицу, легкое дуновение воздуха, когда Джаред поворачивался.

И спустя эту паническую секунду Джаред появлялся вновь, безошибочно. Он был единственным, кто мог обращаться с Дженсеном так благоговейно, словно тот был сделан из золота.

Теперь, успокоившись, Дженсен ощущал, как челка Джареда слегка касается щеки, ощущал его невесомые поцелуи на носу и нежный танец его пальцев на губах. Дженсен инстинктивно расслабился, растекшись на простынях. Джаред шумно засопел куда-то Дженсену в висок, но в следующий миг отстранился. Кровать слегка прогнулась в его сторону. Дженсен вынудил себя слегка приоткрыть веки, чтобы посмотреть, куда делся Джаред, но тот снова подвинулся обратно и обвил его руки своими.

Делая вид, что спит, Дженсен наблюдал, как он поглаживает пальцем его кольцо из жвачной обертки, осторожно и тихо, на этот раз стараясь не разбудить Дженсена. И затем просто завис, почти вплотную приблизившись лицом к руке Дженсена, разглядывая красный ободок на его пальце. Просто… смотрел.

Волосы Джареда упали на лоб, закрывая лицо, и все, что Дженсен мог теперь видеть, - это его макушку.

Возможно, это был самый тихий Джаред на памяти Дженсена.

Он ждал, что, как обычно, Джаред набросится на него с каким-нибудь восторженным воплем. Но ничего этого не было.

Джаред только улегся набок, накрылся покрывалом и, пристроившись головой на край их подушки, положил руку Дженсену на талию. Похоже, он снова собирался спать.

С легким вздохом Дженсен повернулся к нему, закинув ногу на его бедро.

− Эй, − Джаред выглядел удивленным. – И давно ты не спишь?

− Достаточно для того, чтобы заново прокрутить в памяти образ наших семей, которые увидели меня в стрингах несколько часов назад.

Джаред погрузился в молчание, но через секунду уже трясся всем телом вместе c кроватью, что заставило пальцы ног Дженсена инстинктивно поджаться.

− Не смешно, − побормотал Дженсен. – Мое унижение еще слишком свежо, чтобы над ним смеяться.

− Я знаю, знаю, − Джаред подавил очередной смешок и посерьезнел. – Ты прав. Моему папе вряд ли понравилось видеть моего муженька в стрингах. Так когда ты мне позволишь над этим посмеяться? Завтра?

− Дай мне несколько десятилетий, и тогда посмотрим. И еще, никогда не называй меня «муженьком».

Ухмылка Джареда довольно ясно говорила о том, каким будет следующее слово.

Муженек, − триумфально прошептал он, и Дженсен тут же ему вернул: «Осел», что заставило Джареда тихо рассмеяться и притянуть его ближе.

Дженсен провел пальцами по ладони Джареда, затем по его боку, огладил тазовую косточку, исследуя гладкую загорелую кожу. Когда он так делал, Джаред одобрительно мурчал. Черт, он практически светился под таким вниманием. Теплое сияние из окна проводило контуры, подчеркивая впадины и плоскости на теле Джареда, что Дженсен не смог удержаться от того, чтобы не начать их изучать. Он щекотал его руку, ребра, но так и не дождался от него ни малейшей реакции.

− Что, ничего? Слишком нечестно, что ты не боишься щекотки.

− Довольно-таки, − пробормотал Джаред, находясь близко к состоянию легкой экзальтации. И совсем неожиданно вдруг спросил: − Как ты себя чувствуешь?

− Голодным и возбужденным, – ответил Дженсен, зевнув между этими двумя словами.

Улыбка Джареда была легкой и ленивой, на лице светилось что-то вроде облегчения.

− Да? То есть… это хорошо, правда? – осторожно спросил он, будто еще не был абсолютно уверен в том, что Дженсен чувствовал.

− Джаред.

− Что? – напряженность сквозила в каждой черте его лица. – Ты ведь… ты не пожалеешь ни о чем из этого, правда?

Дженсен тяжело сглотнул, втягивая в себя воздух. Он все еще не знал, как сказать Джареду, поэтому просто взял его руку, рассматривая кольцо из обертки на его пальце.

− Дженсен? – позвал Джаред неуверенно.

Дженсен сжал его руку двумя ладонями.

− Люблю твои руки. Все их не хватает. Того, как они ощущаются на коже, и… как обнимают меня, − он чувствовал себя странно, наконец высвободив это, позволив себе признаться в столь многом. Но, проклятье, эти огромные руки создавали покалывание в том месте, в котором касались, и потому казались еще более заманчивыми, потому что они были всегда невероятно, до смешного мягкими.

Лицо Джареда вытянулось – и Дженсен добивался уж точно не этого.

О боже.

Джаред эхом повторил то, что крутилось в голове у Дженсена:

− О боже. Дженсен. Почему ты мне не отвечаешь? Тебе хочется, чтобы этого ничего не было? Так?

− Нет. – Дерьмо. – Просто… просто мне нужна моя куртка.

− Ты уходишь?

− Что? Нет! – Как, черт возьми, Джаред все еще не может замечать то, что он чувствует? Все это время и…

Я никогда не говорил ему.

Он знал, Джаред в полной мере еще не понимал его чувства, потому что для него самого это было темным лесом… все эти попытки открыться и поделиться тем, что он чувствует от того, что они делали вместе, от каждого этапа в их отношениях.

− Проверь мою куртку, − более уверенно сказал он и, когда Джаред посмотрел на него осторожным взглядом, добавил: − Просто сделай это.

Джаред с тяжелым вздохом вытащил свою задницу из кровати и, подойдя к куртке, с выжиданием оглянулся.

− Внутренний карман. Кусок бумаги.

Засунув руку внутрь, Джаред шарился там довольно долго, пока не вытащил сложенный лист бумаги с почерком Дженсена на внутренней стороне. Он все еще смотрел скептически, обеспокоившись предчувствием чего-то не очень хорошего, что, скорее всего, прилетит ему по голове со всего маха.

− Что это? Письмо? Список покупок?

− Мой свадебный обет. Я не был уверен, что смогу озвучить его перед таким количеством людей. Но… Я собирался попытаться. Но потом мы вместо этого сбежали в часовню и… да. Думаю, тебе лучше прочитать его, потому что я все еще не уверен, что ты поймешь. Я не могу… Я не очень хорошо говорю такое вслух, как ты.

Пока Джаред разворачивал и разглаживал листок, бросая на Дженсена любопытные щенячьи взгляды, Дженсен закинул себе на лицо подушку, чтобы скрыть все нарастающий румянец, и вдобавок натянул на себя одеяла до самого подбородка.

Как бы он ни старался расслышать что-то через подушку, в комнате не было слышно ни звука. Прошла вечность, пока Джаред – по всей вероятности – читал его невысказанные клятвы.

Грудь Дженсена болезненно сжалась. Вытащить это все наружу… было страшно. Ощущалось окончательной капитуляцией уязвимости.

Время потеряло свой счет. Голова Дженсена внезапно закружилась, дыхание участилось, стало глубоким и прерывистым. Не идеально ли? Паническая атака во время собственного медового месяца. Паническая атака прямо здесь, где не было ничего, что могло бы ее вызвать. Гребаная паническая атака прямо сейчас, когда…

Единственным предупреждением о том, что Джаред собирается приземлиться на него сверху, распластавшись на нем своим телом, был тихий скрип пружин. Для такого высоченного парня, Джаред двигался как ниндзя.

Вес навалившегося сверху Джареда выбил из Дженсена весь воздух. Джаред убрал подушку с его лица и стянул вниз одеяла, к животу Дженсена, сбивая их в кучу между ними.

Дженсен заставил себя открыть глаза и посмотреть в лицо Джареда.

Его глаза были большими и яркими, подмечали каждую крошечную деталь в выражении лица Дженсена. Джаред не улыбался. Нет, каждая черточка его лица открыто выражала изумление.

− Иисусе, Дженсен. Иисусе, − это было сказано тихо, будто заклинание, которое ему не хотелось нарушить. – Это то, чего я ждал, и даже больше, − и еще мягче: − Спасибо.

− Так и не понимаю, как высказывать вещи типа этого вслух. Это твой конек.

− Знаешь, я собираюсь поместить это в рамку. Думаю, это будет хорошо смотреться на стене нашей спальни. В увеличенном размере.

− Тогда, возможно, мне придется тебя убить.

Дженсен поднял голову вверх, и в тот же момент Джаред наклонился вперед, отчего они стукнулись лбами и носами.

− Однажды у нас получится, − сказал Дженсен.

− Я думаю, это довольно классно.

− Да? Скажи это моим синякам.

− Да ладно тебе. В течение года я даже не вывернул тебе лодыжку. Чувак, это прогресс.

Дженсену понадобилось сдвинуться менее чем на дюйм, чтобы прикоснуться своими губами к губам Джареда. Это было лишь легкое скольжение губ – не подобное тому, когда они пробовали в первый раз, а что-то другое. Что-то знакомое и приятное, и не нужно было ничего больше, кроме этого невесомого, простого контакта.

Джаред обнял лицо Дженсена ладонями и пробормотал:

− И не заехал локтем тебе в лицо за несколько месяцев, − он перемежал каждое слово прикосновениями губ к горячей на ощупь коже. – И даже не стукнул тебя головой обо что-нибудь… за сегодня.

− Джаред, − проворчал Дженсен. – Заткн…

− …ись, − закончил Джаред сквозь нарастающий смех. Повернувшись набок вместе с Дженсеном, Джаред притянул его в свои объятия.

Он чувствовал себя дома.

----------------

 

Джаред,

 

Не знаю, как сказать тебе все это и с чего начать.

Как я должен рассказать о том, что, вкусив значительную долю зла в своей жизни, сейчас – сейчас – я, наконец, нашел безупречного, по-настоящему хорошего, красивого человека, который затмил все это? Что ты лучшее, что у меня когда-либо было, что ты лучший человек, которого я когда-либо встречал, и это заняло у меня так много времени, чтобы понять? Ты затянул меня так медленно и так глубоко, что я не могу даже вспомнить месяц или момент, когда окончательно влюбился в тебя? Что это – единственное в жизни, во что я могу всегда верить? Что я настолько люблю тебя сейчас, что иногда даже не могу этого осмыслить?

Знаешь ли ты, насколько счастливым я себя ощущаю? Не думаю. Кажется, ты считаешь, что ты здесь единственный счастливчик, но я знаю – это я. Это я здесь – счастливчик, Джаред.

Я знаю, что никогда не скажу это в церкви, на глазах у всех наших друзей и семей. Знаю, что струшу в самом конце и выдам какую-нибудь безопасную, скучную, привычную историю о нашей первой встрече в комнате прослушивания, которая провоняла запахом ног.

И это случится не потому, что я не хочу, чтобы все знали о моих чувствах, а потому, что я не очень умею говорить это вслух, так, как это делаешь ты. Но я надеюсь, однажды я смогу сказать тебе это, потому что я хочу увидеть твой взгляд, когда я, наконец, наберусь мужества, чтобы точно рассказать тебе, что я чувствую, и насколько это серьезно – что каждое из твоих нелепых и слащавых признаний в любви – это то, что сейчас чувствую и я. Просто это заняло у меня больше времени.

Возможно, я благодарю за то, что ты продолжаешь быть такой упрямой, настойчивой занозой в моей заднице все это время (И мог бы я произнести слово «задница» в церкви?).

Ты можешь поверить, что я говорю такое? Ты сделал это, ты заразил меня. Я превращаюсь в здоровую сентиментальную девчонку (Эй, пожалуйста, останови меня, когда я начну брать твой персиковый шампунь).

Знаешь, я виню тебя за все. За все это. И еще благодарю за это Бога. Ты спросил меня, о чем я молюсь каждую ночь. Я благодарю Его за то, что есть сейчас, за то, что Он привел тебя в мою жизнь. Ты все, что мне было так нужно, а я и не понимал.

Да. Думаю, пора заканчивать.

Люблю тебя, Джаред. Больше, чем ты знаешь.

Конец.

 

Джен.

 

Конец

 

22.02.15



Сказали спасибо: 24

Чтобы оставить отзыв, зарегистрируйтесь, пожалуйста!

Отзывов нет.
Логин:

Пароль:

 запомнить
Регистрация
Забыли пароль?

Поиск
 по автору
 по названию




Авторы: ~ = 1 8 A b c d E F g h I J k L m n o P R s T v W y z а Б В Г Д Е Ж З И К м Н О П С Т Ф Х Ч Ш Ю

Фанфики: & ( . « 1 2 3 4 5 A B C D F G H I J L M N O P R S T U W Y А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я

наши друзья
Зарегистрировано авторов 1381