ГлавнаяНовостиЛичная страницаВопрос-ответ Поиск
ТЕКСТЫ
1373

Якорь

Дата публикации: 23.11.2015
Дата последнего изменения: 23.11.2015
Автор (переводчик): Вонг;
Бета: Addie Dee
Пейринг: J2;
Жанры: АУ; романс; фантастика;
Статус: завершен
Рейтинг: NC-17
Размер: макси
Предупреждения: мат, тройничковые мотивы
Примечания:

Дисклеймер: ложь и неправда
Пейринг: Дж2 + Джаред


Саммари:

Дженсен и Джаред, путешествуя между параллельными мирами, в одном из них встречают шестнадцатилетнего двойника Джареда


Глава

Пролог

«Идите на хрен! – вопил Джаред и бил посуду. – Со своими дядей Стивом и тридцатью тремя престарелыми друзьями! С гребаной рыбалкой, палатками и писклявыми подружками Мэг! Меня от них блевать тянет! Валите... уединяться с природой и оставьте меня уже в покое!»

Пришлось потрясти головой и вонзить ногти в ладони, чтобы прийти в себя.

– Мне надо работать, пап, – спокойно объяснил Джаред.

– Тебе не надо работать. Мы уже об этом говорили.

– Вот именно! – терпение Джареда, подобно супу Кэрри на плите, кипело и булькало, грозя перелиться через край. – Ты твердишь, что я «должен вырасти», но при этом хочешь, чтобы я полностью зависел от вас! Не видишь тут некоторого противоречия?

– Сбавь тон, мальчик.

Джаред коротко втянул носом воздух три раза и медленно выдохнул, заставляя себя успокоиться.

– Я не поеду.

– Джерри, дорогой, – позвала мама со второго этажа. – Поднимись на минутку?

Спасение подоспело вовремя: еще секунда и Джаред сорвался бы ко всем чертям и на лоно природы, скорее всего, поехал бы в багажнике автобуса с кляпом во рту.

Нет, ссорились они совсем не так часто, как можно подумать. Джаред в общем и целом любил жизнь, семью, друзей и всех, кто встречался на его пути – иногда к некоторому их замешательству. Правда, свободу выбора и ощущение независимости, приносимые собственноручно заработанными деньгами, он любил не меньше. Корень всех бед крылся в твердо сформировавшемся мнении отца насчет будущего Джареда. С которым сам Джаред был категорически не согласен. Да, он хотел «лечить собачек». Нет, его мало интересовал бизнес, пусть он и приносил хорошие деньги. Положа руку на сердце, Джареда и деньги мало интересовали – впихиваемые насильно, они тянули вниз камнем на шее. Вон, пусть Джефф отдувается за отцовские амбиции, он, кажется, не против. Хотя, возможно, расстояние просто сглаживало острые углы: родители слишком радовались редким звонкам старшего сына из колледжа, чтобы успевать приседать ему на мозги.

Мама все же спасла в очередной раз. Джаред стойко вытерпел получасовую воспитательную беседу, мужественно выстоял перед фактом, что Кэрри продолжит приходить каждые два дня, а тетя Элен будет контролировать звонками, и беспрекословно принял пачку налички, несуразно пухлую для несчастных двух недель.

Целых двух недель!

Можно подумать, Джаред планировал устраивать каждую ночь оргии и под конец разнести дом по кирпичику, а не таскать подносы в «Шляпнике» и мирно тусить с друзьями по вечерам. Со своими друзьями, на минуточку, а не с родительскими одноклассниками. Традиционные семейные походы надоели хуже горькой редьки: каждый год родители собирались поехать в другое место, затем у отца случалось очередное ЧП на работе, и времени составить новую развлекательную программу не оставалось. Заканчивалось все неизменно одним и тем же маршрутом по национальному парку «Биг Бенд», с остановками на одних и тех же местах и набившими оскомину рыбалками.

Не в этот раз.

От одной мысли Джаред едва не пустился в пляс на стеклянном журнальном столике, опасно оказавшемся неподалеку.

– Ноги со стола убери, – округлила глаза Кэрри.

Джаред с благодарностью улыбнулся домработнице и послушно обхватил колени, скрючившись на диване. Злить маму, усилиями которой ему достались две недели прекрасного одиночества, точно не стоило.

Родители собирались целую вечность, и к моменту, когда Мэг наконец последней погрузилась в автобус до Дель-Рио, Джаред уже изнемогал. Дверь плавно захлопнулась, скрывая из вида розовый рюкзачок, Джаред досчитал про себя до десяти и испустил вслед отъехавшему автобусу победный вопль.

На следующий день Джаред проснулся по будильнику – во время каникул предпочитал работать в утренние смены – и долго пялился в потолок, пытаясь разобрать со сна, отчего пузырится внутри такая легкость. Вскоре дошло: никто не хлопал дверьми, не топал по лестнице, не звенел посудой на кухне: Кэрри наготовила на два дня вперед. Джаред остался один.

– Чего такой счастливый? – поинтересовалась Тиш вместо приветствия, едва Джаред перешагнул порог «Шляпника». Фартук униформы закрывал спереди короткие шорты, и Джаред невольно завис слегка, дожидаясь, когда можно будет оценить вид сзади. Тиш повернулась протереть стол и нарочито повела бедрами. Джаред громко сглотнул, она расхохоталась.

– Я... э-э... Родители уехали, – сообразил ответить он, прежде чем пауза растянулась до совсем неловкой.

Впрочем, Тиш не напряглась. Ей явно доставляло удовольствие дразнить Джареда, смущать намеками и откровенно флиртовать. Джаред как-то даже набрался мужества сказать ей, отчасти покривив душой, что девушки его не интересуют, но Тиш, похоже, не поняла – она себя так вела со всеми.

– Как тебе мои шорты? – она повертела попкой, и Джаред, к своей досаде, почувствовал, как краснеет.

– Отлично, – буркнул он. – Очень сочетаются со шляпой.

Тиш прищелкнула языком и, прихватив со стойки дурацкий мягкий цилиндр, обязательный на голове каждого официанта в «Сумасшедшем Шляпнике», нахлобучила его Джареду на голову.

Девушки Джареда интересовали; внимание Тиш, пусть не эксклюзивное, тоже льстило – иногда даже чересчур – хоть она и обгоняла его по возрасту лет на семь. Но Тиш просто дразнилась, явно не воспринимая Джареда всерьез, а после нескольких свиданий с одноклассницами он решил, что игра не стоит свеч: девочки отнимали слишком много времени, которое он мог потратить на баскетбол, приют для животных и заработок на карманные расходы. Справедливости ради парни привлекали Джареда не меньше ­– но он каждый раз опасался ошибиться и вместо разрядки к обоюдному удовлетворению нарваться на крепкий техасский кулак. О гибкости своих предпочтений Джаред узнал случайно, от временно приобретенного друга в прошлогоднем лагере скаутов. Друг прошел вместе с лагерем, а приятный опыт остался.

Недостатка в общении Джаред никогда не испытывал, всегда был на подхвате, готовый влипнуть в интересные неприятности с друзьями, и в целом – если не учитывать редких, но болезненных конфликтов с отцом – считал себя абсолютно счастливым. Ему просто пока не нравился никто конкретный. Шутки ниже пояса, которыми все чаще обменивались одноклассники, скорее раздражали: Джаред, в отличие от них, даже не сомневался, что обзаведется «второй половинкой», как только ему приспичит, а пока неплохо справлялся с потребностями организма своими силами.

Солнце лилось сквозь стеклянную стену, воздух пах теплым деревом, блинами с кухни – и едва заметно – сладковатыми духами Тиш. Первые посетители – пожилая чинная пара – тихо беседовали за угловым столиком. Джаред любил свою работу не столько из-за денег – не такими уж они были большими и не настолько сильно ему нужны – сколько из-за людей и неуловимого уюта маленького кафе.

Колокольчик у двери тихо звякнул, возвещая о новом посетителе. Джаред обернулся, и в солнечном сплетении сладко екнуло.


Глава 1

Переход дался неожиданно тяжело. То есть сам переход, понятное дело, прошел гладко: пилили с полчаса от якоря – беседки на площади богом забытого Нью-Браунфельса – легко и весело. До того как Джаред споткнулся – и Дженсена в тот же момент словно потянуло к земле. Переглянулись молча, и тут накрыло.

Открытие портала всегда взлохмачивало базовые инстинкты: после перемещения страшно хотелось жрать, спать и трахаться. Последний пункт, впрочем, доставлял меньше всего неудобств – удовлетворив первые два, Дженсен приходил в себя уже человеком. В этот раз, однако, волна слабости накатила до черных точек перед глазами – почти как тогда, когда пришлось переходить два раза подряд. Решили сэкономить на луче и неслабо промазали: Дженсен, оказавшись посреди площади, не сразу сообразил, что не так. Воздух едва заметно пах кисло-сладким, слабая дымка приглушала цвета. Мимо прошествовала дамочка в кокетливом розовом противогазе, и до Дженсена дошло махом.

– Валим! – дернул он Джареда. – Немедленно! – И они открыли портал второй раз за день.

Отлеживались потом трое суток.

Джаред потянул за рукав: знак неподалеку сигналил о близком расположении закусочной. Дженсен только кивнул в ответ.

После еды, как водится, полегчало, оставалось выспаться как следует – и можно приступать к заданию. До своего обычного отеля они не дошли: по пути наткнулись на кемпинг, в родном мире не существовавший, и Дженсен неожиданно обнаружил в себе необъятную любовь к отдыху на природе. За паршивые щитовые домики драли втридорога – а может, тут такие цены считались в порядке вещей, Дженсен не знал. Но в данный момент готов был совершить жертвоприношение в честь реальности, где от якоря до ближайшего койко-места не пришлось топать через полгорода.

– Спкночи, – пробормотал Джаред в подушку, прежде чем отрубиться, не раздеваясь, и Дженсен на соседней кровати с готовностью последовал его примеру.

О том, что они поленились дойти до отеля, пришлось горько пожалеть: несколько часов Дженсен спал как мертвый, а на рассвете подскочил рывком от адского рева грузового состава – площадка с домиками, как оказалось, находилась меньше чем в миле от железной дороги. Состав прошел, и Дженсена выключило обратно, но часом позже история повторилась. И еще час спустя, и еще – до тех пор пока в восемь утра Дженсен, злой как черт, за неимением возможности выспаться не пошел выяснять, как добраться в этой паршивой реальности до гребаного Сан-Антонио.

Джаред, как назло, валялся трупом, даже позы не поменял за всю ночь. «Шея затечет», – попытался позлорадствовать Дженсен, но и то не получилось: Джаред ему нравился, и, кроме того, переходы тот переносил хуже Дженсена.

Впрочем, в десять Дженсен его таки растолкал. Джаред пинался, отмахивался, пытался даже что-то возражать, не просыпаясь, но Дженсен оставался непреклонным. В качестве утешения в руки лохматому, крайне несчастному и все еще не до конца разбуженному Джареду, сгорбившемуся на краю кровати, он всунул пластиковый стаканчик кофе и счел свой компаньонский долг выполненным.

– Валюта та же, – поделился он с Джаредом важной деталью.

– М-м-х-м.

– Я выяснил, как добраться до Сан-Антонио. Можно автобусом – но с пробками дольше, а можно... Джаред? Ты меня слушаешь?

– М-м.

В щели между опухшими веками блеснула радужка.

– От Сан-Антонио в Даллас идет поезд. Если бы не пришлось делать крюк, могли бы добраться на попутке или...

– Блядь, это что за хуйня? – распахнул глаза Джаред, едва не пролив на себя кофе от оглушительного резкого гудка и стука колес.

– Ты под это спал всю ночь, – хмыкнул Дженсен, не скрывая зависти. – В отличие от некоторых. Поднимай свою глухую задницу, уходим.

Автобус отматывал колесами мили на удивление бодро. Тридцать пятая трасса, как ни странно, пустовала; за те пару минут, что Дженсен продержался бодрствующим, он не заметил ни одной легковой машины. Он было открыл рот сообщить о своем поразительном наблюдении Джареду – в пробках на тридцать пятой оба простояли не один час – но тот уже сладко спал. Дженсен захлопнул рот обратно и устроился на плече спутника, прежде чем тот сполз бы пускать слюни на его плечо.

Он, если честно, не ожидал, что так быстро и гладко сработается с Джаредом.

Дженсена предупреждали, что рано или поздно придется искать напарника, крупные заказы – читай: денежные – не рискнешь взять в одиночку. Слишком много неизвестных и непредсказуемых факторов в пункте назначения, не говоря уже о запредельной стоимости точных координатных лучей. Задания, требующие таких лучей, Дженсен, к слову, не любил: заказчики чаще всего просто с жиру бесились со своими экстравагантными пристрастиями, вроде коллекционирования одной и той же картины из параллельных реальностей. Важные и интересные цели обычно находились в гораздо большем диапазоне возможных миров.

К окончательному осознанию необходимости партнера Дженсен пришел, когда начал лажать – а лажать он любил еще меньше, чем терпеть вынужденную компанию.

– У меня для тебя как раз кое-кто есть, – ухмыльнулся тогда Чак – дилер, как их называли за глаза, а официально – координатор, поставлявший Дженсену заказы. – Приходил сегодня, оставил свой лончер за просраный луч.

Так у Дженсена появился Джаред. Или у Джареда – Дженсен, с какой уж стороны посмотреть. Поначалу брали мелкие задания, настороженно присматривались друг к другу, притирались, но уже на третий раз единодушно согласились на тот самый дурацкий заказ на картину. Сработали гладко, без сучка без задоринки, и после завершения перешли без луча, на удачу, в случайный мир – праздновать первое общее крупное дело.

Дженсен ожидал напряга со стороны Джареда: с одним – дженсеновым – лончером вопрос о том, кто рулит, не стоял, и логично было предположить, что Джареда не устроит постоянная роль ведомого. Дженсен же ни за какие коврижки не передал бы никому контроль над переходами. Понятное дело, сотрудничество строилось на доверии, за лучи отвечали вместе, и выплата за них в случае неудачи делилась поровну. Кидать напарника было просто невыгодно, и Дженсен на эту тему не беспокоился. И тем не менее... Без кожаного ремешка, плотно обхватывающего запястье, чувствовал себя голым.

Джаред, вопреки опасениям, тему лидерства не поднимал ни разу, его, казалось, вообще не волновало, у кого находится устройство, открывающее порталы. Он знал, что нужен Дженсену, и с момента их рукопожатия, скрепившего договор о партнерстве, выдал ему безграничный кредит доверия.

Дженсен только задремал, а Джаред уже пихал его в бок, твердя, что приехали.

– Уже? – прохрипел Дженсен, продирая глаза. – Не, это Сельма... Спать.

– Это Сан-Антонио, – уперся Джаред. – Мы уже минут десять по Аламо едем. Я тут жил, между прочим, и в состоянии отличить Сан-Антонио от задрюченной Сельмы. Вставай, ну!

Дженсен соскреб себя с неудобного кресла, хрустнул шеей и выкатился из автобуса вслед за Джаредом.

– К маяку? – с сомнением спросил он, а затем поднял глаза на лицо Джареда. Землистый оттенок его кожи говорил сам за себя. – Эй, ты в порядке?

– Не совсем, – честно признался тот. – Меня с перехода мутит, и я не выспался.

Озвучивать ехидную ремарку о том, кто еще мало спал, не захотелось – так дерьмово выглядел Джаред. Повертев головой по сторонам, Дженсен заприметил вывеску отеля и кивнул в его сторону.

– Не хочешь проверить, нет ли тут железной дороги поблизости? – слабо улыбнулся Джаред.

– Шагай давай, – подтолкнул его Дженсен. Шутит – значит, живой, и то хорошо.

«Гардения» предлагала своим гостям исключительно номера с двухместными кроватями. Дженсен, не задумываясь, заплатил сразу за две ночи – потакать своим тараканам было бы крайне непрофессионально. 

Правило не смешивать секс и работу в их случае никто не отменял – как и неуместное, но неискоренимое желание Дженсена его нарушить. С первых секунд знакомства, надо признать, – что чуть не заставило его вообще отказаться от сотрудничества. Cлишком уж ему понравился Джаред. Но в остальном все указывало на то, что они должны неплохо сработаться, и Дженсен закрыл глаза на тревожный сигнал. Решил, что со временем настроится на сугубо рабочий лад, а зря: только влип сильнее, и продолжал влипать глубже и глубже.

После каждого перехода Джареда хотелось до умопомрачения, хуже того – сам Джаред излучал – сознательно уж или нет – «можно» и «хочу» с такой силой, что оставалось только вцепиться в крышу обеими руками, чтобы не улетела прямиком в космос. Но как бы отчаянно Дженсен ни хотел дать себе поблажку, он  слишком хорошо помнил о том, что Джаред реагирует на переходы ярче и болезненнее, и его отчаянное «хочу» – наверняка всего лишь побочный эффект порталов. А роль безликого некто, удобно находящегося рядом, когда приспичит, Дженсена не устраивала.

– Будешь закидывать на меня конечности – спихну на пол, – предупредил он Джареда.

Того, видимо, абсолютно не волновало, где вырубиться. Однако на то, чтобы раздеться и заползти под одеяло в одних трусах, его, к несчастью, хватило. Дженсен потер воспаленные от недосыпа глаза и решил выждать хоть несколько минут, пока Джаред заснет крепче.

Гостиница, которую отправился изучать Дженсен, чтобы скоротать время, оказалась частным домом, разделенным, по его прикидкам, максимум на пять-шесть номеров. Дженсен с интересом обошел любовно обставленное фойе с камином, обнаружил игровую комнату и веранду, выходящую на задний двор. Ладно, здесь, по крайней мере, цены удивления не вызывали – в отличие от травмировавшей нежную психику Дженсена стоимости щитовых домиков в Ланда Парке.

Едва не заснув в удобном плетеном кресле на веранде, Дженсен наконец вернулся в номер. Посомневавшись, раздеваться не стал – забрался на кровать в футболке и джинсах. Джаред, завернутый в одеяло – одно, черт возьми, на двоих – и не подумал пошевелиться; чтобы укрыться пришлось бы разматывать его из кокона с риском разбудить и придвигаться чуть ли не вплотную. Дженсен в итоге плюнул и свернулся на краю калачиком: благо лето на улице.

Просыпался он долго, медленно переплывая из истончающегося сна в бездумную дрему. Невидяще глядел с минуту на расчерченный полосами света паркетный пол – странно, разве уже не должен наступить вечер? – а затем попытался встать.

Безуспешно.

Джаред за спиной заворчал, плотнее обхватил рукой поперек живота, нещадно давя на переполненный мочевой пузырь. Дженсен крякнул и попробовал отцепить от себя загребущую наглую лапу, но добился лишь того, что Джаред бессознательно потерся стояком о его ягодицу. Прежде чем сообразить, Дженсен резко дернулся и сверзился на пол, больно ударившись коленом.

Проспали они, как оказалось, почти сутки. Есть хотелось до рези в животе, и вообще следовало уже приходить в себя и начинать функционировать. Дженсен дал Джареду последнюю поблажку: не стал будить и отправился добывать еду сам.

Закусочная через дорогу манила обещаниями сэндвичей, супов, салатов и бесплатного интернета, и Дженсен не смог устоять. Колокольчик над головой тихо звякнул, привлекая внимание мальчишки-официанта в смешной шляпе, и Дженсен, кивнув в знак приветствия, осмотрелся.

Вдоль стен тянулись стеллажи с книгами и разнокалиберными чайными наборами, в редких промежутках между стеллажами красовались картины. Темный дощатый пол давно забыл о блеске, а запах выпечки идеально довершал ощущение почти домашнего уюта. «У Сумасшедшего Шляпника», – прочитал Дженсен на доске, запрещающей вход в отдел для персонала. Людей ранним утром, кроме пожилой пары за угловым столиком, не наблюдалось, что порадовало отдельно: столпотворения Дженсен не любил.

Усевшись за столик у окна, он первым делом извлек из кармана телефон. Сеть тот ожидаемо не ловил – роуминга между мирами еще не придумали – но и обещанный вай-фай оказался ему не по зубам. Обычное дело: значит, в счет заказчику войдет покупка местных телефонов и ноутбуков. Убрав бесполезный сотовый, Дженсен подумал-подумал и пересел вглубь, к книжному шкафу. Прошелся пальцами по корешкам книг и с невольной улыбкой выудил «Финча» Вандермеера.

– Доброе утро, – промурлыкала рыжеволосая официантка в такой же, как у мальчишки, нелепой шляпе и опустила меню на столик. Под фартуком у нее, кажется, ничего не было.

– Спасибо, – вежливо отозвался Дженсен и потянулся к кожаному переплету. Официантка не спешила уходить, и он, слегка задев пальцами ее руку, вопросительно поднял брови.

– Если что, я работаю до трех, – лукаво улыбнулась девушка. – Я Тиш.

Едва надоедливая официантка отвязалась – честное слово, еще пять минут и он бы сгрыз под собой стул – Дженсен пробежал взглядом меню и торопливо сделал мальчишке знак глазами. Тот оказался рядом в мгновение ока. На бейдже чернели всего две буквы: «Джей» и «Ти».

– Не обращай внимания, – доверительно поделился он с Дженсеном. – Она со всеми так.

Дженсен не сдержал смешка.

– Не очень-то ты хорошего мнения о подружке.

– Это не мнение, это факт, просто ставлю тебя в известность. Заказывать что-то будешь?

– О боже, да.

Мальчишка ушел на кухню, а Дженсен продолжал смотреть ему вслед: было в нем что-то странное, неуловимо знакомое, но что именно – Дженсен распознать никак не мог.

Вернувшись с подносом, Джей больше не отлипал: кружил коршуном, спрашивал, не хочет ли Дженсен чего-нибудь еще, все ли ему вкусно. Молча сопел, проходя мимо, – в этом кафе все, что ли, страдали от побочного эффекта перехода?! Обычно назойливое обслуживание выводило Дженсена из себя, но мальчишка так откровенно запал и едва не пускал слюни, что это скорее веселило. И несколько напрягало – парню на вид и восемнадцати не стукнуло. Дженсен вроде и не провоцировал ничем, и интереса никакого не проявлял – да господи, о каком интересе могла идти речь – а чувствовал себя педофилом.

Побочные эффекты перехода сказывались, не иначе.

Ох, да, о побочных эффектах: в номере все еще дрых без задних ног голодный Джаред.

– Джей Ти? – поманил пальцем Дженсен, и тот мгновенно подскочил, преданно заглядывая в глаза. – Могу я сделать заказ на вынос?

– Просто Джей, ладно? То есть, да, конечно.

Затем его глаза слегка округлились, и Дженсен про себя хмыкнул: еще бы, пришел клиент, сожрал целый поднос еды и еще с собой просит. Джей, похоже, опасался, что Дженсен и вправду решит закусить стулом.

Пока Дженсен прикидывал, что взять для Джареда, Джей даже не подумал отойти: стоял, прижав блокнот к груди, и беззастенчиво таращился. Дженсен отвлекался, процесс выбора затягивался еще сильнее – к сожалению, в это время суток официантам особо нечем было заняться.

Знакомым казалось не лицо, скорее, манера двигаться, говорить, забавная мимика. Джей передернул плечами, разминая их, и движение тоже отозвалось ощущением дежавю. И не спросишь, не встречались ли где – с этим-то точно не встречались. От собственной реакции стало не по себе: явные заигрывания малолетнего официанта должны были напрягать. Навязчивость Дженсен не любил – это раз. Мальчишка выглядел совсем ребенком – это два. Да и вообще, какого хрена? В последний раз, когда Дженсен смотрел в зеркало, большой красной надписи, информирующей об ориентации, на своем лбу он не обнаружил.

Да только вместо ожидаемого и правильного раздражения он испытывал необъяснимое влечение к мальчишке.

Дженсен наконец избавился от мук выбора, остановившись на «Сумасшедшем ланче», заказал двойную порцию, и Джей с видимым усилием отлип от его стола. У бара Дженсен заметил крайне недовольную Тиш, бросающую взгляды в его сторону. Под фартуком, кстати, оказались шорты.

Молодец, что – им бы оставаться как можно более незаметными, а он уже произвел фурор в местной кафешке. Надо рассказать Джареду, пусть посмеется.

Оставив чаевые почти вполовину стоимости заказа, Дженсен уже собирался уходить. Остановил его едва не умоляющий вопрос:

– Я больше ничем не могу помочь?

Парня стало жалко, и в то же время захотелось встряхнуть: ну что такое, в самом деле? Надо же иметь хоть какое-то самоуважение.

Впрочем, кое-какую пользу Джей принести мог.

– М-м-м… Не знаешь такой магазин, «Айри»?

Джей нахмурился.

– Женское белье, – пояснил Дженсен, как само собой разумеющееся.

Глаза Джея превратились в плошки. Объяснять Дженсен не собирался.

– Ладно, ясно. Не подскажешь, где поблизости найти компьютер с интернетом?

Джаред переступил с ноги на ногу, раздумывая.

– У нас только вай-фай, в паре кварталов есть интернет-кафе. Но, если хочешь, – просиял он лицом, – я для тебя проверю с телефона.

– Скажу спасибо.

– И все?

Наглый какой. Парень искренне начинал нравиться Дженсену.

– И все.

– Жаль.

Взглядом мальчишка откровенно сполз на губы Дженсена, сглотнул и, выудив наконец сотовый из кармана, принялся тыкать в дисплей.

Чем дольше Дженсен смотрел на официанта, тем больше давал о себе знать чертов побочный эффект. Пора сваливать. И немедленно.

Обронив короткое «спасибо» в ответ на подробные разъяснения, Дженсен стойко пресек робкие попытки дальнейшего флирта и отправился спасать Джареда. Хорошо, если тот еще не проснулся и не помер с голоду.

– Ты принес мне поесть? – поприветствовал Джаред с порога, маньячно уставившись на бумажный пакет в руках Дженсена. – О-о-о, ты настоящий друг!

Выспавшийся Джаред вернулся к своему обычному цвету лица, но одеться, к несчастью, еще не удосужился. Дженсен мысленно застонал.

– К тебе слишком легко войти в доверие.

Пока Джаред с совершенно неприличными стонами удовольствия расправлялся с едой, Дженсен доложил о том, что выяснил, как добраться до маяка. Вспомнил про Джея и Тиш, но Джаред, к его удивлению, вместо того чтобы посмеяться, встрепенулся:

– Зайдем туда еще, ладно?

– Э-э… зачем?

– Надо, – отрезал Джаред и захлопнулся: он умел так, менять тему или просто замалчивать, если не хотел объяснять.

Дженсен пожал плечами, стараясь не выдавать раздражения.

«Айри» находился в получасе езды на автобусе и, пока Дженсен глазел по сторонам из большого окна, на него снизошло.

– Эй, – пихнул он Джареда в бок. – Я знаю, какой у нас фактор.

– Какой?

– Посмотри в окно.

Джаред непосредственно завалился на Дженсена, упершись жаркой ладонью в его колено, и буквально прилип носом к стеклу.

– Ну и?

– Что ты видишь?

– Хм-м… Деревья, столбы, дома, реклама…

– Ладно, – закатил глаза Дженсен. – Попробуем по-другому: чего ты не видишь?

Джаред закусил смешок, но свои неуместные мысли оставил при себе.

– Машины, – полминуты спустя возвестил он. – Нет частного транспорта?

– Бинго.

– О-окей, – кивнул Джаред. – Могло быть и хуже.

– Вряд ли хуже противогазов, – криво ухмыльнулся Дженсен. – Может, слезешь с меня?

– Тебя беспокоит?

Близость Джареда на самом деле очень беспокоила. Он как раз повернулся к Дженсену лицом, неудобно скрутившись, и его губы оказались в нескольких дюймах от губ Дженсена. Ладонь жгла кожу сквозь джинсовый слой, и отчаянно хотелось, чтобы она поднялась по бедру выше.

Дженсен замешкался с ответом на пару секунд и решил не отвечать вообще. Джаред явно правильно истрактовал затянувшуюся паузу, вздернул брови, а уголок его губ поехал вверх. Дженсен не выдержал, подался навстречу, но именно в этот момент Джаред резко сел на место и продолжил, как ни в чем не бывало:

– Поедем завтра?

Дженсен усилием воли заставил себя вернуться в действительность. Гостиницу он оплатил вперед за две ночи – Джаред, видимо, вчера был настолько не в кондиции, что пропустил этот факт мимо сознания – но все же поинтересовался:

– Почему не сегодня?

– Я люблю Сан-Антонио, – пожал плечами Джаред. – Я тут вырос. И потом, куда нам торопиться?

Торопиться и вправду было некуда. Лончер, по умолчанию настроенный на родной мир, переносил их в ту же точку пространственно-временного континуума, из которой они стартовали. Разряжался лончер медленно, и заряд для обратного перехода по самым грубым расчетам не иссяк бы года и через два. Конечно, так надолго никто задерживаться не планировал, но днем больше, днем меньше – роли не играло.

«Айри», к несчастью, оказался не крохотной лавчонкой на пороге банкротства, как они надеялись, а внушительным процветающим торговым центром. Разумеется, переполненным людьми. Дженсен стиснул зубы.

– Будет весело, – прокомментировал Джаред, сверяясь с инструкцией в смартфоне, давно выученной ими наизусть. – Ну что, пятый манекен слева?

– Может, я тебя здесь подожду? – с тоской попытался отмазаться Дженсен.

– Еще чего!

С пятым манекеном возникли сложности: кукол расставили по всей площади немаленького зала отнюдь не в ряд, и разобраться, кто в этом хаосе левее, кто правее, никак не выходило. Джаред в итоге плюнул, поднялся на второй этаж и, перевесившись через перила, принялся тыкать пальцем, вычисляя нужную пластмассовую фигуру. Дженсен сделал вид, что с ним не знаком.

– Там! – дернули его за рукав пару минут спустя, и Джаред припустил в обозначенном направлении, не заботясь, поспевает ли там позади Дженсен переставлять ноги.

– Погоди… – начал Дженсен, проклиная все разом: и толпу людей в середине рабочего дня – праздник здесь какой-то сегодня, что ли? – и падалечью прыть, и гребаное пристрастие Чака давать им как можно более нелепые ориентиры.

Поздно – Джаред уже расстегнул элегантные брюки манекена и озадаченно почесывал макушку: трусов под брюками не оказалось.

– Значит – тот, – быстро пришел в себя Джаред и умчался, снова не дожидаясь Дженсена.

Разбросав по сторонам жалкие извиняющиеся улыбки оторопевшим покупательницам, Дженсен поплелся следом. Ощущая себя персонажем крайне дешевой комедии.

Задрав короткую теннисную юбку пластмассовой куклы, Джаред пялился на сиреневый кусочек ткани со сходящимися сзади в одну веревочками. Темноволосая девушка в блузке с логотипом магазина настороженно наблюдала за ним, забыв о стопке одежды в руках.

– Разве это фиолетовый? – обернулся Джаред к Дженсену, не выпуская из рук юбку.

Дженсен прочистил горло.

– По-моему, сиреневый.

– Чувак, ты чего, это малиновый, – округлил глаза Джаред.

– Это сиреневый, ты, дальтоник.

– Это – малиновый.

– Слушай, нам же сказали, что они могут быть только красными или фиолетовыми, – попытался втолковать Дженсен. – А это точно не красный.

– Но и не фиолетовый!

– Может, манекен вообще не тот?

– Тот, – затряс головой Джаред. – Я точно проверил. Ну, в смысле, это мог быть только один из двух, а раз на том трусов нет…

Терпение Дженсена лопнуло.

– Простите, – обратился он к продавщице. – Вы не подскажете нам, какой это цвет?

Девушка отложила одежду в сторону и осторожно, будто ожидая, что двое сумасшедших сейчас на нее набросятся, перевернула бирку, прикрепленную к стрингам.

– Пурпурная фуксия, – прочитала она и подняла взгляд на Джареда, явно ожидая признаков понимания. Доставала она ему едва до плеча.

В ответ на беспомощный взгляд Джареда Дженсен лишь руками развел.

– Это оттенок фиолетового, – сжалилась девушка, видимо, окончательно уверившись в их ущербности. – А вам какой надо?

– Спасибо, нас этот полностью устроит, – выдохнул Дженсен и рванул к выходу.

Местный климат от климата родного Техаса не отличался ничем, по крайней мере, в середине июня. От жары кожа в рекордные сроки покрывалась липкой пленкой, полуденное солнце пекло макушку, отчего хотелось заползти в тень и затаиться до наступления вечерней прохлады. По дороге к остановке они зарулили в присмотренный заранее магазин техники за ноутбуком и телефонами – и Дженсену, в общем-то, этого короткого променада хватило бы сполна. Но Джаред настоял на том, чтобы доехать до Миссии Аламо и прогуляться по Пасео-дель-Рио до отеля. Дженсен, переживший позорный рейд в торговый центр и потерявший бдительность, когда маяк оказался верным, опрометчиво согласился, не вникая, а после стало уже поздно.

Исторический храм-крепость в этой реальности не превратили в музей – и слава богу: Джаред, похоже, проникся ностальгией и жаждал познакомить Дженсена с родным городом. Уверения в том, что Дженсену случалось бывать здесь проездом, Джареда не убедили, и перед закрытыми наглухо воротами крепости Дженсен выдохнул с облегчением.

Крепость, к слову, вполне могла оказаться якорем – ей пристало куда больше безымянной беседки на площади захудалого Нью-Браунфельса. Не исключено, конечно, что в одной из реальностей Миссию Аламо сравняли с землей во время Техасской революции. Но Дженсен поставил бы на то, что Чак, имея проверенный якорь на примете, просто поленился высчитывать для них более удобный географически.

От крепости Джаред ринулся по улочкам к набережной, бурля энтузиазмом – на заметку: не стоит давать Джареду столько спать – и обещая невиданные красоты. Красоты, хоть и увиденные Дженсеном, остались им недооценены. Он всю дорогу тупо пялился на широкую спину с темным влажным пятном посередине и не мог понять, почему Джаред бодр и весел, в то время как самому хочется от жары забиться в ближайшую темную подворотню и безболезненно умереть. Хорошо, что Даллас ждал до завтра; Сан-Антонио еще не начался – а уже выжал Дженсена до предела. Пара миль под палящим солнцем ощущалась всей сотней.

У реки стало полегче, потянуло прохладой. Джаред повернулся к Дженсену, облокотился на хлипкую декоративную ограду и неодобрительно покачал головой.

– Да ты совсем хилый, старик. Я тебя в Даллас на своем горбу не потащу, так и знай.

– Один съездишь? – вернул Дженсен. – Я только спасибо скажу.

Джаред хохотнул, но смех не коснулся глаз.

– Не, правда, ты в порядке? Нам до гостиницы минут пятнадцать осталось.

– Я пошутил, не переживай, я тебя одного не отправлю.

– Иди к черту, – весело ухмыльнулся Джаред. На его потный лоб налипла прядь волос, и Дженсена так и тянуло отвести ее с лица.

– Адово пекло, – рассеянно потер он шею. Пальцы остались мокрыми.

– Я привык, – развел руками Джаред. – Здесь здорово, разве нет?

Вид и правда радовал: вымощенные камнем дорожки вдоль реки, россыпь кафе и ресторанов, яркие зонтики, любовно высаженные деревья. Дженсен пожал плечами в равнодушном согласии.

– Да ну тебя, – отмахнулся Джаред. – Ладно, идем? Я уже есть хочу.

– Опять?

– Эй, это тебе пора на пенсию, а у меня молодой растущий организм. Зайдем в ту забегаловку, про которую ты утром рассказывал, хорошо?

Дженсен молча кивнул, мол, как угодно. Разбирало любопытство и немного – раздражение на недоговорки, но Дженсен рассудил, что когда Джаред созреет, то все скажет сам. Давить не хотелось.

Смутным надеждам на то, что утренняя смена подошла к концу, не суждено было сбыться. Дженсен не горел желанием снова иметь дело ни с запавшим на него мальчишкой, ни с противотанковым флиртом Тиш, но, очевидно, они слишком проворно расправились с проверкой маяка. Глаза Тиш маньячно загорелись, едва они с Джаредом переступили порог, а Джаред, к досаде Дженсена, излишне приветливо улыбнулся ей в ответ.

– Привел друга? – мгновенно разложила перед ними меню Тиш и оперлась о столик, выставляя на обозрение соблазнительную ложбинку в вырезе тесной футболки.

– Парня, – отрезал Дженсен, и две пары глаз удивленно распахнулись.

– О-о… – протянула Тиш. Ложбинка тут же исчезла из поля зрения. – О-о-о. Здорово.

– Что это было? – поинтересовался Джаред, когда она отошла. К счастью, не злился: глаза искрились весельем.

– Она очень надоедливая, – спокойно пояснил Дженсен.

– Она классная, ты просто ее не знаешь.

Дженсен едва удержался от того, чтобы прочистить уши.

– Прости, что? А ты, можно подумать… О-о, ну отлично, второй на подходе.

Джаред резко развернулся, проследив за взглядом Дженсена, и Джей, направлявшийся в их сторону, на мгновение замер.

Спустя секунду время потекло как обычно: Джей, слегка изменив траекторию – видимо, не сразу переварил наличие у Дженсена компании, а может, Тиш уже успела настучать про «парня» – прошел мимо их столика. А Джаред, повернувшись обратно… Ого. Джаред разулыбался как тысяча солнц, словно встретил свою Большую Любовь после долгой разлуки. Что совершенно не имело смысла: Большую Любовь никак не могло занести в параллельный мир, в который они попали в первый и, как надеялся Дженсен, последний раз.

– Джаред? – ответа не последовало: на лице компаньона отражалась усиленная работа мысли. Дженсен повысил голос: – Джаред!

– А? – неожиданно прозвучало хором, и Дженсен, медленно зверея, скосил глаза вбок.

Справа стоял Джей, держал в руках поднос с пустыми тарелками и явно считал, что обращались к нему.

– Да! – выдохнул Джаред с таким энтузиазмом, будто в лотерею выиграл.

– Постой, я не говорил тебе своего имени, – нахмурился Джей, уставившись на Дженсена. Джареда он, похоже, целенаправленно игнорировал.

– Да с тобой никто не разговаривал, – грубее, чем собирался, рявкнул Дженсен. – Джаред, ты мне объяснишь, что происходит?

Джей обиженно громыхнул тарелками и, сжав губы в полоску, потопал на кухню. Джаред, развалившийся на стуле, садистски тянул паузу и явно чувствовал себя королем мира.

– Он – это я, – наконец шепотом провозгласил он. Слава богу, ума хватило голос понизить. Не увидев понимания на лице Дженсена, пояснил: – Двойник.

– Он же лет на десять тебя младше, – изумился Дженсен. – И не похож совершенно.

– Слушай, ну я-то лучше знаю, наверное, как выглядел в шестнадцать? – резонно заметил Джаред. – А смещение в десяток лет вполне объяснимо. И, кстати, он может быть нам полезен.

Дженсен побарабанил пальцами по столу, переваривая информацию. Джаред тем временем как ни в чем не бывало погрузился в изучение меню.

О существовании двойников в параллельных мирах знал каждый инвертор, а каждый добросовестный – старался их избегать. Джаред под описание добросовестного инвертора не подходил: еще при знакомстве сообщил Дженсену с плохо скрываемой гордостью, что дважды встречал «сам себя» во время рейдов. «А как же правило переходов под хрен-знает-каким номером – о нежелательных встречах с двойниками в параллельных мирах?» – поинтересовался тогда Дженсен.

– Какое такое правило? – искренне удивился Джаред, и Дженсен не мог его винить: правила придумывал Чак, ничего толком не объяснял, а в ответ на вопросы сыпал терминами собственного изобретения. И если с функциональностью якоря, обязательного для перехода, все было предельно ясно, то в отношении двойников Чак смутно запугивал «истончением материи», «искривлением реальностей» и прочей маловразумительной чушью.

Объяснить это Джареду не представлялось возможным. На заданный в лоб вопрос: «Ну и чем конкретным такое может грозить?», ответа у Дженсена не нашлось; за ним он послал Джареда к Чаку, а Джаред послал Дженсена в жопу – тем и закончилось.

– Даже не думай, – припечатал наконец Дженсен.

– Трехсотграммовый чизбургер с двойным луком и эспрессо, спасибо, солнышко, – лучезарно улыбнулся Джаред озадаченной Тиш и перевел взгляд на Дженсена: – Ты о чем?

– О потенциальном использовании Джея. Даже не думай.

– Я тебя умоляю, – Джаред вскинул ладони. – Ты говоришь так, будто я собираюсь его похитить и заставить шить майки на продажу вместе с китайскими детьми. Я просто хочу с ним поговорить, ладно?

– Зачем?

– Во-первых, он здесь живет и может рассказать о факторах. А во-вторых, я всегда был очень полезным мальчиком! – Джаред поучительно поднял палец вверх, умудряясь выглядеть и убедительно, и комично одновременно.

– Ладно, – сдался Дженсен. – С одним условием. Ни слова о переходах. Ни слова об инверторах. И ни слова о задании.

– Это больше чем одно условие, – ухмыльнулся Джаред. Дженсен угрожающе сдвинул брови, и тот поторопился согласиться: – Ладно, ладно, не кипятись. Ты заказывать вообще что-нибудь будешь?

– Спасибо, – буркнул Дженсен. – Сыт по горло.

Джаред, словно назло, тянул время: жевал тщательно и неторопливо, с интересом вертел башкой по сторонам. Джей к ним больше не подходил – то ли обиделся, то ли опустил руки – и их обслуживала Тиш.

– Солнышко, – подозвал ее Джаред, и Дженсен внутренне напрягся. – Когда у тебя заканчивается смена?

Судя по выражению лица Тиш, она пришла к какому-то крайне приятному умозаключению. Зарделась и качнула бедрами, слегка задев Джареда. Решила, что ее приглашают поучаствовать в тройничке, не иначе.

Мысль не должна была возбуждать. Черт.

Кровь мягким толчком прилила одновременно к скулам и к паху.

– Через двадцать минут, – мурлыкнула Тиш, сильнее прижимаясь к плечу Джареда, и Дженсену показалось, что на мгновение он увидел его пальцы на ее талии.

К счастью, широкая улыбка стекла с лица Джареда в тот же момент, как другие посетители потребовали внимания, и Тиш отчалила от столика, покачивая бедрами.

– Я знаю, что делаю, – дохнул Джаред луком в лицо Дженсену, благодаря чему недоразумение в области ширинки разрешилось само собой.

Двадцать минут спустя, пропустив Тиш – та явно расстроилась, что у входа ее никто не ждал – они отловили Джея на ближайшем углу. Пристроились на пару шагов позади и молча следовали за ним с минуту, пока Джей, завернув в узкий переулок, не обернулся, почуяв неладное. Дженсен ожидал, что тот как минимум насторожится – мало ли, а может, они маньяки? – но Джей лишь хмыкнул и, остановившись, с любопытством склонил набок лохматую голову. Совсем у мальчишки чувство самосохранения отсутствовало.

– Вы вместе? – огорошил Джей неожиданным вопросом. – Тиш сказала…

– Нет, – поспешил перебить Дженсен. Не поддающееся классификации чувство от собственного однозначного ответа он решил списать на раздражение нахальством мальчишки. И не сдержался: – Это все, что тебя волнует?

– Я так понял, что ты не заинтересован, – продолжал гнуть маленький наглец.

– Он – нет, – не смутившись, что к нему не обращались, встрял Джаред. – А ты сейчас заинтересуешься.

Мальчишка словно нехотя перевел взгляд на Джареда и сильнее задрал голову, чтобы в лицо смотреть.

– Я – твой двойник, – выдал Джаред, и глаза Дженсена полезли на лоб. Какого… – Из параллельного мира.

Джей явно разрывался между желаниями вызвать бригаду скорой и послушать еще забавного психа. Нахмурился, потер лоб, открыл рот, закрыл. Посмотрел на совершенно обалдевшего Дженсена и, очевидно, поддержки словам Джареда в нем не нашел.

– Докажи. – Между розовых губ быстро мелькнул язык, и Джей прищурился.

– Тебя зовут Джаред Тристан Падалеки, родители – Шэрон и Джеральд, любишь собак и баскетбол, лучший друг – Том…

– Пф-ф-ф, удивил. Это легко узнать.

– Тебе уже осточертели ежегодные поездки в Биг Бенд? Если нет – подожди еще пару лет. Я знаю, о чем ты никому не сказал, когда застукал в пятнадцать лет Криса и Бена в раздевалке, и про Дэймона в лагере знаю. Озвучить?

Дженсен к этому моменту как раз успел подобрать челюсть. Уши Джея вспыхнули алым, взглядом он уткнулся себе под ноги и принялся ковырять асфальт носком кеда.

– Не надо… – буркнул он, но тут же воинственно вздернул подбородок: – Они могли меня заметить и сказать тебе. И с Дэймоном то же самое. А о чем я думал – можно догадаться, раз ты такой умный!

– Ты знаешь, что они тебя не заметили. И про Дэймона никто не знал, – начал терять терпение Джаред.

Реакция Джея не удивляла. Смутно вспоминая свою юность, Дженсен подобного и ожидал: в этом возрасте подозрительность, скепсис и демонстрация сакрального знания о том, что Санта-Клауса не существует, приравнивались к ценным и взрослым человеческим качествам.

Однако о том, что Джаред по определению упрям в той же степени, забывать не стоило.

– Ла-адно. Посмотри на меня, – попытался тот зайти с другой стороны. – Внимательно.

– Если ты хочешь сказать, что я тоже буду такого роста – я сразу готов поверить во что угодно, – фыркнул мальчишка.

– Неужели я тоже был такой занозой в заднице? – пробормотал Джаред себе под нос так, что Дженсен прекрасно расслышал и хмыкнул в ответ: он-то как раз в этом не сомневался.

По лицу Джея пробежала тень сомнения: жажда приключений мешалась на нем с недоверием. Наравне с желанием допросить Джареда, какого, собственно, хрена он творит, Дженсену вдруг захотелось дожать мальчишку, заставить поверить – из малодушного азарта, не иначе.

– У вас родинки одинаковые, – вклинился Дженсен. – Вот тут.

Он замер за мгновение до того, как его палец коснулся щеки Джареда, и медленно отстранился, понадеявшись, что никто не заметил заминки. Джаред, к счастью, внимания не обратил: сосредоточенно жевал губу и напряженно раздумывал.

– Совпадение, – отбил Джей.

– Вы можете проверить совпадение всех родинок, – съязвил Дженсен. Реакции от компаньона он не дождался. – Джаред?

– Сейчас… – тот, оказалось, выудил телефон и с дикой скоростью клацал по кнопкам. – Я знаю, как тебя убедить, мистер Скептицизм. Держи.

Сотовый перекочевал в руки Джею; лицо его неожиданно расслабилось, рот приоткрылся мягкой «О».

– Это… – благоговейно выдохнул он. – Это…

– Моя, – ухмыльнулся Джаред.

Фотографию Джареда, облокотившегося на свой новый внедорожник и сверкающего улыбкой так же ярко, как черный лаковый бок, Дженсен помнил хорошо. Джей, к его чести, быстро взял себя в руки.

– В графических редакторах и не такое можно наворотить.

Джаред молча ткнул в экран смартфона, сменив фотографию. На этот раз Джей молчал дольше, пытаясь осмыслить увиденное.

– Но если… – Что-то в его логической цепочке явно не сходилось. – Но ведь…

– Что там? – не сдержал любопытства Дженсен.

– Интерстейт четыре-ноль-пять, – отозвался Джаред.

Два и два сложились без труда. Отрезок дороги между южной Калифорнией и Лос-Анджелесом славился многокилометровыми пробками, и им с Джаредом во время первого совместного дела не посчастливилось испытать их на собственной шкуре. Если в этом мире машины когда-то и были доступны каждому, то очевидно слишком давно для пестрого потока современных автомобилей.

– В каком году запретили частный транспорт? – поинтересовался Дженсен, проверяя догадку.

– В шестьдесят шестом году приняли программу контроля над двигателями внутреннего сгорания для минимизации вредных выбросов в атмосферу, – машинально отрапортовал Джей как по учебнику. И оторвал наконец от дисплея совершенно очумелый взгляд. – Ладно, допустим, я верю.

– Поможешь нам? – Джареда, похоже, несло, и оставалось только надеяться, что он и вправду знает, что делает.

Джею хватило нескольких секунд прийти в себя и окончательно сменить недоверие подростковой восторженностью.

– У вас суперсекретное задание, да?! Вы должны кого-то убить? Или похитить? Или спасти? Вы вообще хорошие или плохие? А может – о-о-о! – Джей подпрыгнул от возбуждения и затараторил: – Вы должны украсть какую-то суперсекретную разработку? Атомное оружие? Или… – он осекся и произнес с придыханием, благоговея от собственной значимости: – Меня?

­– Ну… – замялся Джаред, несколько ошеломленный внезапным напором. – Не тебя, но в целом…

Дженсен закатил глаза и решил, что хуже уже не будет.

– Морскую свинку, – сообщил он.

– Очень смешно, – мгновенно скис Джей. – Так что вам надо?


Глава 2

По мнению Дженсена, с того момента как он согласился на затею Джареда, все пошло наперекосяк. По мнению Джареда, следовало понимать, все складывалось как нельзя лучше.

Просторную гостиную альтернативных Падалеки заливал свет из широких окон, на журнальном столике гостеприимно дымились две кружки кофе. Дженсен к этому моменту уже смирился с тем, что позволил уговорить себя принять предложение Джея зайти «в гости». Как обнаружилось, родственники уехали на отдых, мальчишка остался дома один, и ему не терпелось воспользоваться перепавшей свободой действий. Джаред пустил в ход неоспоримый аргумент, что Джей как минимум может предоставить им необходимую информацию о транспортной системе, и профессионализм Дженсена не позволил ему пойти против интересов дела.

Эти двое – помимо того что, как ни крути, были Джаредом – очевидно имели один мозг на двоих. Если Джаред-младший еще не всегда понимал двойника с полуслова, то Джаред-старший с лету читал мысли мальчишки; Дженсен время от времени чувствовал себя третьим лишним. Джей к тому же развернул свое отношение к Джареду на сто восемьдесят: теперь он разве что в рот ему не заглядывал и, похоже, с трудом удерживался от того, чтобы потыкать пальцем. А Джаред, здоровый пень, только поощрял изощренную форму нарциссизма: наклонялся близко при любом удобном случае, трепал по волосам, приобнимал за плечи.

Приходилось постоянно напоминать себе, что Джаред ведет себя так со всеми – общается тактильно, не воспринимает прикосновения, как нечто особенное. В то время как Дженсен каждый раз внутренне напрягался под тяжелой рукой на плече, силой воли заставляя себя оставаться на месте, Джареды притерлись друг к другу моментально, личное пространство их словно слилось в одно общее, и – ладно, черт – Дженсен отчасти завидовал.

Итак, хорошая новость: Джей действительно помог с информацией. Плохая же заключалась в том, что первоначальный план сразу после дела вернуться в Нью-Браунфельс на взятой напрокат машине отпадал: по словам Джея личный транспорт, хоть и не запрещенный, был доступен примерно так же, как в их мире – частные самолеты. Аренды машин не существовало в принципе, передвигаться можно было только на общественном транспорте и с пересадками. Светлая идея Джареда угнать автобус зачахла на стадии зародыша: связь водителей с диспетчером поддерживалась непрерывно, а на автобусах стояли системы внешней блокировки.

Во всех продуманных ими вариантах кражи объекта скорость отступления играла ключевую роль. С общественным транспортом вероятность, что их арестуют по дороге до якоря, опасно возрастала. Провернуть операцию незаметно, так, чтобы пропажи хватились как можно позже, становилось необходимостью. Фактор все же подложил им, хех, свинью.

Джаред, с интересом естествоиспытателя изучающий жилище двойника, неожиданно замер перед камином, присвистнув.

– Альтернативный папаня таки поставил на лифты, – хмыкнул он, изучая фотографию, которую с дивана было не разглядеть. А затем издал вопль, от которого Дженсен с Джеем синхронно подпрыгнули.

– Что? – глядя, как Джаред лихорадочно распаковывает свежеприобретенный ноутбук, Дженсен невольно заразился нетерпеливым предвкушением.

Не дождавшись ответа, он первым делом подошел рассмотреть так впечатлившую Джареда фотографию. В простой серебристой рамке с гравировкой «Падалеки Элеваторс» красовалось изображение группы довольных жизнью людей в фирменных комбинезонах.

– Да! – с ликованием воскликнул Джаред, и Дженсен обернулся.

Джей опирался на плечо двойника, заглядывая в экран, и, судя по выражению лица, совершенно не понимал, что происходит.

– Чувак, мы везунчики! Сейчас, – Джаред глубоко вдохнул, возвращая себе контроль над эмоциями. – Сейчас объясню.

Альтернативный Падалеки-папа рулил монопольной техасской компанией-производителем подъемного оборудования, обеспечивающей в том числе техподдержку. Из предоставленных заказчиком чертежей следовало, что в лабораторию, занимающую несколько этажей небоскреба, можно проникнуть через шахту лифта, но остановка кабины на долгое время непременно привлекла бы внимание службы безопасности, и этот вариант отпал еще на этапе планирования. Однако – Джаред как раз успел проверить – в нужном им небоскребе, как и в большинстве высотных зданий крупных городов Техаса, лифты устанавливала именно «Падалеки Элеваторс». Так что встреча с Джеем, по мнению Джареда – и к скепсису Дженсена – оказывалась невообразимой удачей.

– Ну, есть у нас сын владельца, – не преминул озвучить Дженсен свои сомнения. – Что нам это даст? Он нас туда на работу устроит?

– Эй, я тут, между прочим, – подал голос Джей, не упустивший ни слова из объяснений Джареда. – На работу я вас устроить не смогу, зато, если вы сломаете лифт, смогу перехватить звонок в техподдержку и отправить вас на вызов вместо настоящей бригады. Я гений! – хлопнул он в ладоши и уставился на Дженсена в явной надежде на похвалу.

– Сможешь перехватить вызов из Далласа, гений? – остудил его пыл Дженсен.

– Нет, – признался Джаред и, ничуть не смутившись, продолжил: – Поэтому я поеду с вами.

– Ни в коем случае, – припечатал Дженсен и решительно поднялся на ноги, намереваясь уйти: с него было довольно. Джаред, если хотел, мог хоть жениться на своем малолетнем клоне, а Дженсен не собирался брать на себя ответственность за мальчишку, которому в отличие от них еще предстояло жить в этом мире всю оставшуюся жизнь.

И вообще, не собирался.

Остановили его цепкие пальцы, крепко сомкнувшиеся вокруг запястья, и резкий рывок назад. Дженсен неизящно плюхнулся обратно на диван да еще и завалился на Джареда, не удержав равновесия.

– Не переживай ты так, – заботливо вернул его тот в вертикальное положение. – Только подумай, как нам повезло, что здесь папа рискнул вложиться в лифты. Мой-то в итоге побоялся играть по-крупному.

Дженсен закрыл глаза и медленно сосчитал про себя до десяти. Джареды молча ждали.

– Я не переживаю, – подчеркнуто спокойно объяснил Дженсен. – Я просто отказываюсь так работать.

Джей открыл было рот, но Джареду хватило резко вскинутой ладони, чтобы тот не издал ни звука. Не будь Дженсен сосредоточен на более важном – впечатлился бы.

– Что тебя смущает?

– Как Джей попадет в офис техподдержки в Далласе? Кто его туда пустит? Как он перехватит звонок? Да. Еще? Я соглашался работать с одним дитем-переростком, со вторым у меня, к счастью, никаких договоров нет. Джаред, да что с тобой?! Весь этот план шит белыми нитками!

­– Тамошняя начальница, Эвелин, раньше здесь работала, – тихо подал голос Джей. – А меня папа как раз пропихнул в офис на звонки отвечать. Я оттуда в итоге свалил, потому что она меня допекла, все бегала вокруг, кудахтала и нянькалась, как с младенцем. А потом ее повысили и перевели в Даллас… В общем, я найду, что ей наплести. Я попаду в далласский филиал, – тон его совсем сбился на детский и умоляющий. – Точно вам говорю!

– Тебе придется там помаячить хотя бы неделю, – задумчиво заметил Джаред.

– Как минимум, – с готовностью кивнул Джей. – Я попрошусь на месяц, потом свалю раньше – не суть.

– А как же работа? В… – Дженсен пощелкал пальцами, вспоминая.

– В «Шляпнике»? Пф-ф-ф, работа! Они без меня справятся.

– А родители? – выложил Дженсен последний козырь.

– Их не будет еще полмесяца. Скажу Эвелин, что хочу папе на подарок денег заработать, чтобы не говорили ему про меня.

Дженсен с силой потер глаза. Внутри все вопило против того, чтобы втягивать мальчишку в не слишком опасную, но от того не менее противозаконную авантюру. Однако логические доводы закончились, а напор двух Джаредов прорвал бы и не такую плотину. Если тщательно залатать дыры – план мог сработать идеально. Джей, кажется, даже не моргал, впившись взглядом в лицо Дженсена. Бедро Джареда жарко прижималось к бедру.

Дженсен сдался.

Почуяв победу, Джей тут же взбодрился, отбросил серьезность и радостно провозгласил:

– А если что – вы заберете меня в свой мир с собой!

– Нет! – выпалили Джаред с Дженсеном в унисон.

Слава богу, хоть в чем-то их мнения однозначно совпадали.

Джей прицепился как пиявка с расспросами, и Джаред, к неудовольствию Дженсена, пообещал ему все рассказать «позже». Спасибо хоть прямо на месте не начал выкладывать, тратя драгоценное время: общая схема нового плана хоть и прояснилась, детали еще предстояло отшлифовать, и чем скорее, тем лучше — до отъезда оставалась всего ночь.

Наблюдая следующим утром заспанную физиономию Джареда, Дженсен почувствовал себя отмщенным. Он согласился на уступку один раз, но не собирался позволить Джареду забыть о том, кто ведущий, а кто ведомый.

Не то чтобы подъем в несусветную рань радовал его самого, особенно учитывая, что за окном творилось что-то неладное: за ночь небо взлохматилось рваными тучами и всеми силами старалось оттянуть наступление рассвета. Уже накрапывало, и Дженсен лишь понадеялся, что они успеют сесть в поезд до того, как разразится назревающая гроза.

Похожий на нахохлившегося воробья Джей уже ждал их внизу, спрятавшись на крыльце гостиницы под козырьком-навесом. Как он успел за прошлый вечер справиться с заданием Дженсена, он не рассказал. Ухмыльнулся самодовольно; молча протянул пакет с рабочими комбинезонами – вчера, на вопрос, где они возьмут униформу, сурово пообещал достать и в детали не вдавался.

Парень всеми силами старался доказать, что может быть полезен, и Дженсен не мог этого не оценить. Про себя.

– Мерить не будете? – с плохо скрытой надеждой спросил Джей.

Мальчишка затягивал эмоции Дженсена лохматым узлом. Неумелый флирт и смешил, и неожиданно стыдно льстил; Дженсен чувствовал себя конфетой на палочке, которой дразнят малолетнего сорванца. Вариант с прочищающей мозги поркой отпадал, и Дженсен использовал единственную тактику, которую мог себе позволить: игнорировал.

– Не, – Джаред встряхнул темно-синий комбинезон с серебристыми полосками и приложил к себе, прикидывая на глаз. – Вроде нормально.

На рукаве Дженсен приметил бирку с надписью «Джефф Падалеки» и мысленно поставил галочку: спороть. Мерзкая морось тем временем набирала обороты, и он прочистил горло.

– Это все, что ты берешь? – кивнул он на небольшой рюкзак Джея.

Тот утвердительно потряс головой в ответ.

– Тогда идем.

Поезд в Даллас отходил в семь утра ежедневно, так что ранний подъем на самом деле был не столько мелкой гадостью со стороны Дженсена, сколько необходимостью. Перспектива трястись семь часов в поезде не радовала, но перелет отпадал – в этом мире, как и в родном, для покупки авиабилета требовались документы. Добывать поддельные заняло бы куда больше времени, чем они сэкономили бы на перелете.

Когда добрались до станции, лило уже основательно. Дженсен направился к кассам, но Джей его остановил, помахав свернутыми в трубку листами бумаги.

– Заказал через интернет? – присвистнул Джаред не без самодовольства. – Зачет, парень.

Он явно воспринимал успехи мальчишки, словно свои собственные, и, положа руку на сердце, Дженсен не мог его осуждать. Сам он старался не задумываться, как отреагировал бы, встреть самого себя шестнадцатилетнего.

И как бы отреагировал Джаред.

Джаред бросал полные страсти взгляды в сторону закусочной: позавтракать они не успели. Времени до отправления оставалось совсем ничего, и Дженсен собрался его утешить тем, что в дороге наверняка можно будет купить что-нибудь перекусить...

И тут грянуло. Дождь рухнул стеной, оглушая дробью капель и одновременно близким раскатом грома. К составу рванули, не сговариваясь. Ввалиться в вагон заняло меньше пары минут, а Дженсен уже чувствовал, как липнет к спине промокшая насквозь майка.

Скамейки с мягкими кожаными сиденьями располагались друг напротив друга; Дженсен, отфыркиваясь от стекающих по лицу капель, свалился на одну, а Джареды – оба – на противоположную. Недолго думая, Дженсен стянул мокрую футболку через голову. С трудом преодолев желание выжать ее на пол, нашарил в дорожной сумке сухую рубашку и полиэтиленовый пакет, чтобы не намочить все остальное, а затем, неожиданно почувствовав пристальное внимание, поднял глаза. Пакет с рубашкой остались лежать на сиденье, промокшая майка повисла на руке, рыдая на пол редкими каплями.

Пропитанная водой ткань облегала тело Джареда второй кожей, подчеркивала развитую мускулатуру. До неприличия отросшие волосы налипли на шею и щеки, и с прядей текло за пазуху. Джаред при этом, похоже, совсем не испытывал дискомфорта: развалился на сиденье, широко расставив ноги и развернувшись вполоборота к Джею. Джей… Во рту Дженсена неожиданно пересохло, и пришлось сглотнуть, чтобы смочить горло.

Белая майка Джея стала абсолютно прозрачной, бесстыдно выставляя напоказ худощавый, но уже рельефный торс, плоский живот, резкую линию плеч. Спиной он слегка опирался на Джареда, а рука его будто ненароком легла на крепкое бедро. Джаред, конечно же, внимания не обращал.

Они оба мало чего замечали: таращились на Дженсена, будто у него вторая голова выросла. Джаред облизнулся, слегка ухмыляясь. Джей приоткрыл рот.

– Сколько мы тебе должны? – нарушил тишину Дженсен просто потому, что ее стало жизненно необходимо нарушить.

Джей моргнул, будто не понимал, чего от него хотят. Медленно покачал головой.

– За билеты, – подсказал Джаред.

Джей встряхнул мокрой башкой, точно как щенок, и наконец пришел в себя:

– Нисколько, – вздернул он подбородок. – У меня денег достаточно, оставьте себе.

Хмыкнув, Дженсен отмер: засунул мокрую майку в пакет и, поспешно натянув рубашку, застегнул пуговицы до последней. Джинсы, к счастью, промокли меньше, но их переодевать он в любом случае не рискнул бы. Джей последовал его примеру, и Дженсен отвел взгляд: он не собирался выставлять себя идиотом, пялясь так откровенно, как некоторые. Мама воспитала его лучше.

– Ты обещал рассказать, – потребовал Джей у Джареда, уперся пяткой в сиденье, оставляя грязный след, и устроился спиной на Джареде поудобнее.

Лезть с расспросами к Дженсену он благоразумно не пробовал. Но надеяться, что Джей не вспомнит о легкомысленном обещании Джареда, даже не приходилось.

Обещание Дженсену Джаред радостно нарушил в пользу Джея: вывалил пацану все, что знал про якоря, лончеры, факторы и маяки. Спасибо хоть про задание особо не распространялся, но Дженсен подозревал, лишь потому, что Джей еще не спросил. Тот слушал с открытым ртом, перебивая время от времени и заваливая вопросами:

– А что может быть якорем? Как открывается портал? Сколько времени заряжается лончер? Постой, а как маяки высчитываются?

– Берешь Чака, – ухмыльнулся Джаред. – Встряхиваешь, получаешь маяк.

– Ну-у!

– Да не знаю я, – перестал придуриваться Джаред. – В общих чертах, он сверяет информационный поток из разных миров и с помощью каких-то программ высчитывает отличия. Тут важно найти, что точно совпадает в конкретной группе миров, но при этом отличается от прочих – это и есть маяк.

– То есть, маяк может работать якорем местного масштаба в этой группе миров?

– Нет, якорь обязательно должен быть во всех, это как... связующая между мирами. Маяк вообще не функционален, он типа... – Джаред взъерошил и без того растрепанные волосы, подыскивая формулировку.

– Просто бирка, – подсказал Дженсен. – Точные лучи стоят бешеных денег, ими редко пользуются. Чем проще и дешевле луч, тем шире диапазон координат, и переход с его помощью случайным образом приводит в один из миров в этом диапазоне. Маяк служит проверкой, что мы глобально не промазали из-за неточности координат. В тех мирах, которые подходят нам для конкретного задания – он один, в тех, что не подходят ­– другой.

– А что это может быть?

– Да что угодно, – хмыкнул Дженсен.

– Ну например? Какой у вас был маяк для этого мира?

Дженсен предпочел бы забыть, поэтому вместо него с глупой ухмылкой ответил Джаред:

– Трусы на манекене в магазине женского белья.

– Так вот зачем вы искали «Айри»! – догадался Джей и повернулся к Дженсену. – Вот видишь, я уже тогда принес пользу!

– Да-да, ты нам вообще совершенно необходим, – с долей цинизма отмахнулся Дженсен, но Джей, увлеченный системой переходов между параллельными реальностями, внимания не обратил.

Рука Джареда соскользнула со спинки сиденья на плечо Джея, и он принялся бездумно водить кончиками пальцев до локтя и обратно.

­– Значит, без луча перейти можно, – не желал угомониться Джей. – А без якоря?

– Нет, – зевнул Дженсен и поднял сумку на сиденье, планируя развалиться на скамье в гордом одиночестве и дико задрыхнуть.

– А это, – Джей ткнул пальцем в поддельные часы на руке Дженсена. – Лончер, да? А он без якоря тоже не работает?

– Нет.

– А можно посмотреть?

– Нет.

– Но раз он не работает без якоря, что я могу с ним сделать?

– Ты, Джей, что угодно можешь.

– Забей, – вклинился Джаред. – Дженсен уверен, что едва он снимет лончер с руки – мир рухнет.

Дженсен вообще-то снимал его в ванной и во время сна – дома, где был уверен в безопасности. Но оправдываться посчитал ниже своего достоинства и реплику проигнорировал.

Согнув ноги в коленях, он вполне удобно уместился на скамейке. Если эти двое все-таки собирались заткнуться, то впереди его ждали блаженные семь... ну, уже шесть часов сна.

– Хотите сэндвичи? – Джей жизнерадостно выудил сверток из рюкзака.

Дженсен отрицательно хмыкнул в ответ.

– Мне можно за него, – взбодрился Джаред.

Под дружное чавканье Дженсен наконец отрубился.

Большинство немногочисленных пассажиров в полупустом вагоне, очевидно, последовали примеру Дженсена. Джареды не угомонились, но хотя бы голос понизили, и Дженсен, ворочаясь, то и дело слышал сквозь сон, будто издалека, оживленный шепот Джея, более низкий голос Джареда, тихий смех. Проснулся через пару часов, добрел в полусне до туалета, а вернувшись, обнаружил, что Джей спит, свернувшись клубком и устроив голову у Джареда на коленях. Сам Джаред распластался по сиденью, запрокинув голову на спинку, и запутался пятерней в волосах мальчишки. На подсохшие штаны Джареда Джей уже успел напускать лужицу слюны, и в целом картина была невероятно умилительна. Дженсен поумилялся пару мгновений и улегся добирать недостающие часы сна.

В следующий раз он проснулся уже выспавшимся, но сразу подниматься не стал. Медленно поморгал, прислушиваясь к мерному стуку колес, и понял, что на сиденье напротив тоже не спят. Чуть повернув голову, Дженсен скосил глаза.

Джей теперь практически лежал на Джареде, упирался затылком в стекло, одной рукой держась за колено Джареда для равновесия, а другой – за спинку сиденья. Он увлеченно что-то рассказывал, и Джаред наклонялся ближе, чтобы разобрать шепот. Сейчас они были невероятно похожи, отражали друг друга одинаковыми улыбками, схоже вздергивали и хмурили брови, склоняли головы набок. Похожие и одновременно полярно разные: детская нежность линий ушла из лица Джареда полностью, а черты Джея еще не успели заостриться и загрубеть, не говоря уже о том, что он был на голову ниже и вдвое уже в плечах. От схожести и в то же время смещенных акцентов замыкало мозг: они вместе создавали нечто новое, многомерное и совершенно завораживающее.

Джаред наклонился ближе в очередной раз, и рука Джея соскользнула со спинки сиденья на его плечо. Естественно, словно все происходило единственно правильным образом, Джей зацепился пальцами за шею Джареда и мягким толчком преодолел несколько дюймов, разделявшие их лица.

Дженсен невольно затаил дыхание, ожидая, что Джаред оттолкнет двойника, одернет как зарвавшегося мальчишку, которым тот по сути и был.

И не дождался.

Джаред лишь невнятно хмыкнул, выдавая удивление, раскрыл губы навстречу и подсунул ладонь под затылок Джея, удерживая его удобнее.

Поцелуй получился неторопливым и жадным одновременно, они изучали друг друга языками, обстоятельно, любопытно, и будто позировали. Для Дженсена.

Он закрыл глаза, стараясь отогнать эту мысль и успокоиться, и тут же невольно распахнул их вновь: смотреть было невозможно и не смотреть – тоже. Хрупкость Джея по сравнению с Джаредом, и в обратную сторону – сдерживаемая мощь взрослого мужчины рядом с еще не оформившимся до конца подростком – поднимали самые грязные фантазии из глубины. Пульс заходился в истерике, и невыносимо хотелось, чтобы кто-нибудь наконец прервал эту порнографию – кто-то, кроме Дженсена, потому что желание смотреть бесконечно по силе не уступало.

Свободная рука Джареда сползла на поджарый живот Джея и замерла там, не спускаясь ниже. Дженсен будто сам чувствовал жаркое прикосновение раскрытой ладони. Джей отстранился, втягивая воздух с тихим всхлипом, стиснул в кулак длинные пряди Джареда и выгнулся навстречу.

У Дженсена стояло до боли.

– Нравится? – спросил Джаред, заставив Дженсена вздрогнуть от неожиданности, и пригвоздил к месту взглядом.

Из-за расширенных зрачков его глаза казались темнее обычного. Дженсен не смог отвернуться и ответить не смог, поднялся рывком и, лишь когда двери вагона хлопнули, впуская кондуктора, резко уставился в окно.

Побег в вагон-ресторан не спас: Джареды увязались следом. Но, по крайней мере, среди людей дышать стало легче, а в джинсах – просторнее, и Дженсен, мысленно поставив галочку, что нужно поговорить с Джаредом, прикинулся, будто ничего не произошло. Джареду тоже неплохо удавалось вести себя как ни в чем не бывало, в отличие от Джея, с чьего лица не сходила кривая ухмылка – если, конечно, он вообще пытался ее скрыть.

В Далласе Джей настоял, чтобы номер они сняли в пешей доступности от офиса «Падалеки Элеваторс», аргументируя тем, что он единственный собирается «приносить деньги в дом». Джаред расхохотался и пообещал ждать его с Дженсеном на кухне, как примерные жены. Дженсен скривился, но дурацкую шутку никак не прокомментировал.

Сунувшись в пару отелей и сравнив цены, Дженсен, как самый рассудительный, настоял на запасном варианте. Несмотря на то, что все расходы в случае успешного выполнения задания восполнял заказчик, смысла разбрасываться деньгами Дженсен не видел. Поэтому поселились они в итоге в двухкомнатной съемной квартире с одной двухместной кроватью и одной «детской», выдав Джея за младшего брата Джареда. Хозяйка квартиры, поднимаясь с ними в лифте на нужный этаж, поспешила заверить, что детская кровать только называется так, и при желании Джаред с Дженсеном там поместятся хоть вдвоем.

– Мы обязательно попробуем, мэм, – игриво подмигнул Джаред и под умиленным взглядом пожилой женщины взял Дженсена под локоть. – Пойдем, дорогой.

Джей сдавленно хихикнул, и Дженсен с раздражением выдернул руку. Детский сад, да и только.

Квартира размерами не впечатляла. Одну комнату практически полностью занимал двуспальный траходром, вторая выполняла функции гостиной, спальни и кухни одновременно. Прикинув свое максимальное личное пространство путем несложных подсчетов, Дженсен мысленно сцепил зубы и сосредоточился на том, что это всего лишь на неделю. Зато офис Джея находился в пешей доступности, как заказывали, а Фонтан Плэйс – в пятнадцати минутах езды.

– Я сплю в гостиной, – поставил Дженсен в известность Джаредов.

На следующее утро Джей ускакал отводить подозрения от будущего преступления честным трудом, а Дженсен настоял на том, чтобы пойти разведать обстановку.

– Еще примелькаемся рожами, – нудел Джаред по ту сторону двери. – Вдруг кто запомнит?

– Ты руками сильно не размахивай – не примелькаешься, – перекрикивал Дженсен шум воды.

– Мы можем пойти завтра.

Вот же ленивая задница. Разведку они запланировали заранее, и пререкания не имели никакого смысла. И тем не менее Дженсен не мог не признать, что получает от шутливой перепалки удовольствие.

– А можем сегодня. Или ты решил переиграть и планируешь ворваться туда с криками, распугать всех своим видом и забрать себе трофей на память?

Дженсен вышел из душа и обнаружил к глубокой досаде, что Джаред, выкупавшийся раньше него, до сих пор сидит на кровати – его, Дженсена, кровати, между прочим, – в одних трусах.

– Одеваться не думаешь? – буркнул Дженсен, отвернувшись, и принялся копаться в сумке.

Ответа не последовало. Нашарив свежую одежду, он выпрямился, собрался окликнуть Джареда снова, но не успел: впечатался спиной в горячую живую стену. Дыхание перехватило, по телу прошла предательская дрожь.

– Что... – начал он и замолк: голос подвел, только губы беспомощно шевельнулись. Дженсен прочистил горло и спросил почти спокойно: – Джаред, ты что творишь?

– Тш-ш-ш.

Сильные ладони прошлись по бокам до бедер, сжали крепко. Дженсен закрыл глаза и откинул голову на твердое плечо. Близость Джареда лишала силы воли.

Сухие губы легонько ткнулись в выемку между плечом и шеей, отправились в путешествие выше, по заполошно пульсирующей вене. Язык влажно тронул мочку уха, и Джаред прихватил ее губами, осторожно посасывая. Руки вмиг покрылись мурашками.

– Джа... ред, – выдохнул Дженсен и резко крутанулся на месте. Теперь хитрые лисьи глаза находились на расстоянии считанных дюймов, сметая последние выжившие в голове мысли.

– Ну что ты? – спросил Джаред, словно искренне не понимал, чего Дженсен вообще дергается. – Тебе же нравится.

– А этому... мелкому, – неожиданно для себя выдал Дженсен, – тоже нравится?

Джаред довольно прищурился.

– Конечно. Ты же не думаешь, что я бы стал...

– Джаред, он же еще ребенок.

– Дженсен, он – это я.

– Поэтому, конечно, можно травмировать его детскую психику.

– Нет, ты не понял. Я знаю про него плюс-минус все – когда у него первый раз встало, какой у него есть опыт и, если на то пошло, насколько уже травмирована его психика на данный момент. Торжественно обещаю не усугублять ситуацию. Дженсен. Речь не о нем.

«А о ком?», – так и не задал Дженсен риторический вопрос. Джаред пах сладким гелем для душа, излучал тепло и ждал. Руки его лежали на плечах Дженсена, не надавливая, не подталкивая, просто прикасаясь, давая ощущение близости и необъяснимой уверенности.

Я держу тебя, Дженсен. Я прикрою.

Дженсен запустил пальцы во влажную копну волос на затылке – точно как Джей вчера в поезде – и пригнул Джареда к себе, лишь немного запрокинув голову, чтобы удобнее поймать его губы.

Господи, как он давно хотел.

Хватка на плечах Дженсена стала крепче, Джаред притиснул его к себе так, что ни зазора между телами не осталось, скользнул руками за спину, ниже, ниже. Он не нежничал, ощутимо прихватывал ртом губы, оттягивал нижнюю зубами, а затем, не давая Дженсену опомниться, снова врывался языком в рот, вылизывал, дразнил, провоцировал.

Дженсен судорожно глотнул воздуха, рывком пришел в себя и отстранился, мягко, но уверенно.

– Еще! – обиженно потребовал Джаред, потянувшись следом.

Дженсен остановил его, уперевшись растопыренной ладонью в грудь.

Он знал, что инверторы часто становятся парами, знал и причину, толкающую за эту грань. И Дженсену она не нравилась. Помимо того, что он опасался заиграться, перепутать приоритеты и начать отодвигать дела на задний план, он никогда особо не ценил «дружбу с преимуществами». Тем более что в их случае речь шла скорее о партнерстве, нежели дружбе. Ему было плевать, на чем базируется упрямое желание знать наверняка, что хотят именно его – на консервативности взглядов, повышенном самолюбии или собственной зацикленности на Джареде. Факт оставался фактом: будь Джаред случайным попутчиком на один рейд, Дженсен с разбегу прыгнул бы к нему в постель без лишних раздумий. Но, придя к решению, что ему необходим компаньон, Дженсен не собирался каждый раз обзаводиться головной болью и бросаться на поиски нового, когда подворачивалось достаточно крупное дело. Не с его подозрительностью к людям.

Круг замыкался.

– Хочу тебя, – шепнул Джаред, посылая сладкую волну ниже пояса.

Дженсен сглотнул и отвернулся: еще несколько секунд зрительного контакта – и на свое здравомыслие он больше полагаться бы не смог.

– Одевайся, – хрипнул, схватившись за свои джинсы как за соломинку.

В ухмылке Джареда понимания было больше, чем насмешки.

Окруженный фонтанами и цветущими клумбами шестидесятиэтажный монстр в форме многогранной призмы дырявил острием небо; слепил глаза, отражая солнце иссиня-черным стеклом. Дженсен вспомнил первые полосы газет двухнедельной давности и передернулся: на снимках гладкая блестящая поверхность щерилась обожженным оскалом в несколько этажей – от десятого и выше. Счастье, что в пострадавшей зоне в момент взрыва людей не было: несчастный профессор оказался психом, но не убийцей.

Фонтан Плэйс оккупировали многочисленные офисы, в основном крупных солидных компаний, а первые три уровня – торговый центр. Лаборатории «Рэндокс» размещались с двенадцатого по пятнадцатый этажи, и на двух промежуточных общий лифт не останавливался; там даже дверей в шахту не было, только технологические люки для ремонтников.

Среди множества людей затеряться оказалось несложно. Состроив крайне деловые физиономии, они с Джаредом проехались до ресторана на последнем, шестидесятом этаже, насладились видом на Даллас и вернулись на двенадцатый. Выходить из кабины не стали, оглядели из раскрывшихся дверей холл, стеклянную стену и пост охраны за ней. Здесь же, у дверей лифта, висела схема эвакуации, и Дженсен щелкнул ее на телефон, чтобы дома спокойно сверить с той, которую предоставил заказчик.

Все шло по плану – теперь по новому плану. Можно было уходить.

Окончательных выводов из утреннего инцидента Дженсен еще не сделал, но опасался, что отношения с Джаредом станут натянутыми. К счастью, напрасно.

– Давай зайдем, – дернул Джаред Дженсена в сторону большого супермаркета на первом этаже. – Посмотрим, что там интересного?

Ничего «интересного» Дженсен для себя не нашел. Несколько неизвестных видов хлопьев, «драйв-кола», по его подозрениям вряд ли отличающаяся на вкус от привычной Пепси, пара экзотических сортов пива и прочие диковинки того же формата. Джаред, впрочем, чувствовал себя, как в музее, восторженно знакомил Дженсена со своими открытиями и накупил в итоге сувениров на сотню долларов, проигнорировав скептический взгляд в свою сторону.

– Ты скучный, – заявил он, прижимая хрустящие коричневые пакеты к груди.

Они свернули из парка фонтанов в обычный парк и шли по приятно пустынной в разгар рабочего дня аллее.

– Ужасно, – охотно согласился Дженсен. – Ты только сейчас заметил?

– Я до последнего надеялся, что ошибаюсь.

– Прости, что разочаровал.

Джаред оскалился в многообещающей улыбке.

– Так только интереснее.

– Мне следует испугаться?

– Лучше подготовиться морально.

– К чему?

– К веселью! – Джаред бухнул пакеты на ближайшую лавку, напал на Дженсена и, гнусно воспользовавшись преимуществом в росте, оторвал от земли.

Дженсен собирался было запротестовать, но вместо этого сжал пальцами плечи Джареда крепче, чтобы не упасть, и от души рассмеялся.

Джей к их приходу уже успел вернуться: валялся поперек кровати Дженсена – назло они, что ли, это делали, вон же диван рядом – и скучающе переключал каналы. В комнате стояла духота, распахнутое настежь окно помогало слабо, и на бедрах Джея – точнее, на одном честном слове – болтались лишь длинные спортивные шорты.

– Ну наконец-то, я думал, со скуки шизанусь, – оживился он. – Кстати, вы пожрать не догадались купить?

– Не помню, чтобы мы обещали тебе цирк с конями, – отозвался Дженсен, поймав себя на том, что старается смотреть куда угодно, только не на мальчишку. И кстати, есть на самом деле хотелось.

Джаред лишь прижал драгоценные пакеты крепче к груди, всем своим видом давая понять, что будет за них сражаться до последней капли крови. Дженсен ухмыльнулся.

– Кажется, я знаю, кто пойдет за покупками.

– Кто? – насторожился Джаред.

– Тот, у кого есть еда, и кто не желает ею делиться.

– Эй, это не еда! Это сувениры.

В ответ Дженсен лишь цинично вздернул бровь.

– По-моему, за продуктами должен идти наш добытчик, – сделал свой ход Джаред и покосился на Джея, ожидая, вероятно, что тот в свою очередь примется переводить стрелки.

– Давайте «камень-ножницы-бумага», – неожиданно предложил Джей, и, как ни странно, ребяческая мысль оказалась самой здравой.

Возможно, Дженсену и почудилось, но когда они с Джеем выбросили «бумагу» поверх Джаредова «камня», двойники понимающе переглянулись. На долю секунды Дженсену стало не по себе, и он почти вызвался составить Джареду компанию. Одернул себя в последний момент: в самом деле, не боится же он остаться на полчаса наедине с мальчишкой?

– Подвинься, – велел он Джею, когда дверь за Джаредом закрылась.

Тот с готовностью переместился на край, оставляя достаточно места, чтобы Дженсен с удобством устроился и не напрягался от дискомфортной близости.

Тщательно сверив сфотографированный план эвакуации с тем, который передал им хозяин лаборатории в родном мире, Дженсен мысленно поставил галочку: полное совпадение.

На экране телевизора расфуфыренная брюнетка в дурацком реалити-шоу из кожи вон лезла, пытаясь произвести впечатление на потенциального бойфренда. Дольше пары минут просмотра Дженсен не выдержал – видимо, говнопередачи как явление тоже были своего рода якорем, неизменным от реальности к реальности.

– Как прошел первый рабочий день? – спросил он у Джея, отчасти потому, что не знал о чем еще с ним поговорить, отчасти – потому что действительно интересовался.

– Так я не работал, – покосился на него тот и скривился, будто лимон в рот засунул: – Только чай попил с Эвелин и узнал все, что не хотел знать. Про ремонт, – принялся он загибать пальцы, – про цены на косметику, про дочку, с которой мне обязательно надо познакомиться, и про мистера Харбенса. – Джаред по-дурацки захлопал ресницами и залопотал неестественно тонким голосом: – Он такой милый и внимательный, само очарование, Джаред, поверь на слово, а какой изобретательный в постели, ой, ха-ха-ха, что я говорю такое!

Дженсен рассмеялся, не выдержав – пародировал Джей уж очень забавно, хоть Дженсен и не мог оценить правдоподобность.

– Смешно тебе! Ей, между прочим, под пятьдесят, а у меня образное воображение!

– Искренне сочувствую.

– О, по тебе видно, – весело ухмыльнулся Джей. – В общем, завтра выйду в утреннюю смену. А вы что делать будете?

Он неожиданно улегся на бок, сократив между ними расстояние, подпер согнутой в локте рукой голову и уставился на Дженсена снизу вверх, не мигая.

Смеяться моментально расхотелось.

– Не переживай за нас, мы найдем, чем заняться.

Дел у них и вправду хватало. До выходных оставалось два дня, и пока Джей мозолил глаза сотрудникам далласского филиала, им с Джаредом предстояло как следует подготовиться. Навестить Фонтан Плэйс еще раз, установить камеру, составить график работы вивария – в общем, скучать не придется.

Джей незаметно придвинулся ближе, и Дженсен повернулся к нему всем корпусом, посылая предупреждение настороженным взглядом.

Зря, конечно, он позволил себе смотреть.

Линии рукавов и воротника отчерчивали золотистый загар от гладких, нетронутых солнцем плеч и груди. Соски выделялись темно-розовыми тугими точками на светлой коже, мягкая, едва заметная дорожка волос от пупка спускалась за резинку шорт. Хотелось пройтись по ней губами до самого конца, заставить мальчишку растерять всю браваду – многого ему наверняка не потребовалось бы. Дженсен принудил себя поднять взгляд выше, но легче не стало. Отчего-то припухший – губы он кусал, что ли? – рот складывался в полуулыбку, челка упала на лоб, делая Джея еще младше на вид, будто его настоящий возраст был недостаточно нелегальным.

После целых суток, проведенных рядом с двойниками, Дженсен начал ехать крышей: чудилось, что в одном просвечивают черты другого; едва ли не надуманное, как казалось раньше, сходство стало бросаться в глаза. Дженсен не мог воспринимать их одинаково, Джареду он доверял – в некоторой, необходимой для работы, степени – и держал за равного. К мальчишке относился настороженно и немного, чего таить, пренебрежительно, хотя и не мог не уважать за сообразительность и целеустремленность. Два образа наслаивались один на другой, и Дженсена коротило, как от несовместимости данных. Как если бы маяк по точному, оцениваемому в целое состояние лучу оказался неверным.

И только в одном Дженсен реагировал на обоих одинаково.

Черт, черт, черт бы их побрал!

Джей чуть приоткрыл рот, сглотнул отчетливо и, будто к дикому зверю подбирался, осторожно придвинулся еще на дюйм. Так и не нашедшее выхода желание забурлило с новой силой, накрыло помутнением рассудка и пульсирующей твердостью в штанах.

– Пожалуйста, – прочитал Дженсен по губам Джея и рывком опрокинул его на лопатки.

Хотелось обозвать его маленьким жадным засранцем и гораздо, гораздо грязнее, чтобы запылал от стыда, от кончиков ушей и до самой груди. Хотелось перевернуть на живот и отшлепать, чтобы задница горела под ладонью, хотелось сделать так, чтобы он пожалел и больше не раскрывал рот на то, что не по зубам и не по возрасту.

Резинка пояса даже не притворилась, будто выполняет свое предназначение, беспрепятственно пропустила внутрь руку Дженсена – шорты явно были Джею велики. Горячий член упруго лег в ладонь, и Джей всхлипнул в губы Дженсену тонко, сладко. Рот у него был мягкий, жаркий и до смешного жадный. Язык толкался в рот Дженсена, хозяйничал нагло, скользил по зубам, изучал изнутри. Злость мешалась с возбуждением – проучить бы мальчишку, чтобы на всю жизнь запомнил не крутить задницей перед кем попало. Не вовремя кольнула дурацкая, но стыдно приятная мысль: а может, он перед кем попало и не крутил.

Не дождавшись продолжения, Джей вцепился в плечи Дженсена и принялся двигаться сам, толкаясь в кулак, безжалостно сбивая под собой покрывало в бесформенную кучу. Бедро Джея легло Дженсену между ног приятным давлением, и он начал невольно подаваться вперед-назад, подхватив ритм. Джей запрокинул голову, подставляя светлое беззащитное горло, и Дженсен не удержался: прошелся губами, оцарапав попутно щетиной нежную кожу. Тихий, неожиданно низкий стон – и по пальцам потекло горячо и мокро.

Дженсен замер. Рука, на которую он опирался, чтобы не давить на мальчишку всем весом, начала затекать, но оторваться от зрелища не получалось. Грудь Джея ходила ходуном, напухшие губы блестели, спутанные волосы липли ко лбу. Краснел он так же, как Джаред – пятнами.

– Дай я, – выпалил Джей, еще не восстановив дыхание, но упрямо найдя глаза Дженсена плывущим взглядом. – Дай, пожалуйста!

– Чего тебе еще, жадина? – не удержал смешка Дженсен, но послушался упершейся в грудь узкой ладони и, перевернувшись, опустился на кровать спиной.

Два затяжных поцелуя спустя Джей резко сполз вниз и принялся копошиться в районе дженсеновой ширинки. Видимо, застежка ремня оказалась слишком сложным механизмом на данный момент, но помочь Джей не дал, с раздражением отшвырнув руку Дженсена. После минуты напряженного сопения он таки справился с пряжкой, добрался до болезненно твердого члена и… Ого, ох, такого Дженсен не ожидал.

Опыта мальчишка явно еще не набрался, но Дженсен от первого же прикосновения горячего языка едва не кончил. Джаред лизнул раз, два на пробу, а потом попытался взять в рот.

– Зубы, – тихо предупредил Дженсен, инстинктивно вздрогнув.

– Извини, извини, я… – торопливо забормотал Джей, словно опасался, что за провинность его поставят в угол. Господи. Более несвоевременной ассоциации не придумать. – Я не буду больше, прости. Я…

Дженсен мягко, но настойчиво положил ладонь на взлохмаченный затылок, прерывая поток слов. Джей понял правильно: взбодрился и принялся за дело с еще большим энтузиазмом. На этот раз старательно следя, чтобы не задевать зубами.

Мысль о том, что один из самых неумелых минетов в жизни Дженсена оказался одновременно одним из самых возбуждающих, должна была бы встревожить. Позже, может быть. Несчастных несколько минут – и Дженсен уперся пятками в матрас, чувствуя, как неумолимо накатывает сладкая волна. Оттолкнул Джея, заставив того неловко плюхнуться на пятую точку, и кончил, едва успев накрыть головку ладонью.

– Ого, – одобрительно прозвучало от двери. Блядь, как они умудрились не заметить возвращения Джареда? Сколько он там уже торчит, наслаждаясь бесплатным шоу? – Ого. Вы, я вижу, зря времени не теряли. Мне уйти погулять еще?


Глава 3

Гулять ушел Дженсен. Не то чтобы убежал, забыв застегнуть штаны – штаны застегнул он как раз тщательно и осторожно, не полагаясь на координацию – но близко к тому. Честно поставив Джаредов в известность, что ему нужно переосмыслить жизненные ценности, Дженсен велел им соорудить что-нибудь съедобное к своему приходу и вымелся на свежий воздух.

Прохлада сумерек не спешила сменять дневной зной, но жара уже немного спала. Бесцельно вышагивая по прямым, словно вычерченным по линейке улочкам, Дженсен незаметно дошел до парка Григгс.

На ярких до рези в глазах зеленых лужайках играли в футбол и гольф, дети лазали по лабиринтам из лестниц на игровых площадках. Дышалось легко и свободно, трава пружинила под ногами, и Дженсен, абстрагировавшись наконец от ненужных эмоций, пришел к гениальному в своей простоте решению.

Джей первым полез домогаться – это раз. У задания неплохие шансы на успешное завершение – это два. Джаред сколько угодно может общаться с Джеем через космос, но еще две недели – максимум – и Дженсен попрощается с этим сумасшедшим миром, и вовсе не так драматично, как могло бы прозвучать в другой ситуации. Они с Джаредом возьмут небольшой отпуск от заданий и друг от друга, Дженсен хорошенько оторвется, и все вернется на круги своя.

А в данный момент наиболее логично расслабиться и получать удовольствие. И, по возможности, делать вид, будто ничего особенного не происходит.

Естественно, решение выглядело простым и удобным ровно до того момента, как перемазанный кетчупом Джаред распахнул дверь и радостно помахал лопаткой в знак приветствия.

– На обед – спагетти в томатном соусе, ­– провозгласил он, пропуская Дженсена внутрь.

– Можно догадаться, – пробормотал Дженсен, невольно втягивая носом воздух. Пахло неожиданно вкусно. – На ужин, скорее.

– Хм-м… значит, позже нам придется поужинать еще раз.

Джареды милостиво позволили Дженсену оставить слона пастись посреди комнаты, и сами животрепещущую тему не поднимали. У них, черт возьми, план Дженсена наслаждаться ситуацией претворялся в жизнь сам собой.

Остаток дня прошел терпимо. Джаред вел себя непринужденно, не обронил ни единого намека, за что Дженсен был ему чертовски благодарен. Джей, когда переставал допытываться, что им нужно в лаборатории – морская свинка по неведомым причинам его категорически не устраивала – косился, забывал моргать и мечтательно улыбался невпопад: в общем, вел себя как обычно. Дженсен уже почти привык.

Зато ночью заснуть оказалось решительно невозможно.

Для начала Джей проигнорировал попытку Дженсена обосноваться на одноместной кровати и, никого не спрашивая, улегся там сам. Дженсен раздраженно поразмышлял, не согнать ли мелкого нахала хотя бы из принципа, но тот сладко задрых, едва коснулся головой подушки, и будить стало жалко. Закравшуюся было мысль о том, чтобы устроиться на диване, Дженсен отбросил мгновенно и скрепя сердце пошел к Джареду.

Чужое присутствие ощущалось каждой клеткой кожи, хотя Джаред смирно лежал на своем краю, не пытаясь посягнуть на честь и достоинство, или что бы то ни было, имеющее отношение к Дженсену. Бросало то в жар, то в холод, становилось неудобно на спине, на животе, на боку, мешали голоса с улицы, и Дженсену казалось, что он слышит, как Джей ворочается на кровати в другой комнате.

Следить, чтобы не дай бог не подвинуться к Джареду слишком близко, раздражало так же сильно, как само желание это сделать.

Впрочем, он же принял решение? Что ж, самый подходящий момент претворить его в жизнь.

Невнятная досада мигом ушла, больше не сдерживаемое возбуждение разлилось изнутри до кончиков пальцев. Осторожно перевернувшись на бок, Дженсен придвинулся к широкой спине, даже дыхание затаил на миг. Джаред лежал неподвижно, дыша слишком тихо для спящего; одеяло сползло на талию, и тусклый свет из окна очерчивал рельеф мышц мягкими тенями. Посомневавшись еще пару секунд, Дженсен медленно прижался грудью к горячей коже и едва удержал стон. Джаред бесшумно выдохнул в ответ, выдавая себя с головой, но не шевельнулся. Дженсен повел раскрытой ладонью от мускулистого плеча к запястью, соскользнул на твердое бедро, огладил тазовую косточку. Прерывисто глотнув воздух, Джаред выгнулся и прижался задом к паху Дженсена.

Затвердевший член идеально лег между крепких ягодиц, даже через два слоя ткани было хорошо, почти достаточно хорошо. Дженсен опустил руку Джареду между ног и трогал легко, дразняще – нежную кожу изнутри приглашающе раздвинутых бедер, тугую мошонку, короткие жесткие волоски в паху. Елозил грудью, задевая сосками лопатки на коротких движениях вверх-вниз, жадно вслушивался в сдавленные стоны.

Джаред терпел долго – Дженсен едва не кончил к тому моменту, как тот резко вывернулся из его рук, стянул трусы и навалился сверху. Жадно запустил руку Дженсену между ног, высвободил болезненно твердый член и обхватил их обоих широкой ладонью.

Теперь Дженсену всего стало мало. Джаред прижимал всем весом, не давая возможности двигаться самому, и Дженсен отпихнул его, заставляя встать на колени, а затем поднялся сам, отзеркаливая позу. Джаред догадался, притиснул за талию вплотную, а другую руку вернул обратно на их члены. Теперь можно было шарить ладонями по стройному телу, мять ягодицы, собственнически пригибать к себе взлохмаченную голову, кусать губы. Дженсен расставил бедра шире, толкаясь в кулак Джареда, чувствуя, как горячо и упруго прижимается к члену член, как начинают дрожать от напряжения мышцы.

От двери раздался приглушенный звук, и Дженсен, вздрогнув всем телом, замер.

Второй раз за день для него оказался перебором. Дженсен рефлекторно попытался отстраниться, спрятаться от немигающего взгляда, но рука Джареда крепко обхватывала талию. Вздумай Дженсен вырываться на самом деле – вряд ли Джаред бы с ним справился. Но Дженсен упирался вполсилы, и, черт, ему нравилось, что его держат, нравились стальная хватка и ощущение чужой силы. И стыд где-то глубоко внутри, так глубоко, что получалось об этом не думать, лишь подогревал возбуждение. Взгляд Джея жег кожу, желание кончить становилось нестерпимым. Единственное, что оставалось – уронить горящее лицо в изгиб шеи Джареда и жалобно пробормотать:

– Уйди-и.

Судя по звукам, Джей у двери переминался с ноги на ногу.

– Злой какой, – протянул Джаред шепотом прямо Дженсену в ухо. – Что тебе, жалко, если он посмотрит? Или скажешь, не заводит? Меня знаешь, как заводит, до чертиков. Я бы трахнул тебя прямо у него на глазах. Задрал бы твои ноги себе на плечи и вставил – чтобы он хорошо видел, как ты принимаешь в себя до конца. Ты же знаешь, да? Он бы кончил раньше нас обоих.

– Господи, Джаред…

– Давай, Дженсен, покажи ребенку высший пилотаж.

Улыбка Джареда ощущалась кожей, как и прожигающий взгляд мальчишки. Чуть повернув голову, Дженсен рискнул посмотреть в сторону двери еще раз.

Джей не двигался, выражения лица в полумраке было не разобрать. Только дышал тяжело и прижимал руку к паху.

Ладно. Ладно, хорошо, смотри.

Темное, грязное возбуждение от нарисованной словами Джареда картины растекалось по венам. Дженсен положил руку поверх его кулака, а другой притянул к себе за шею в долгий мокрый поцелуй. Джаред в ответ скользнул пальцами Дженсену между ягодиц и надавил слегка, одновременно увеличивая темп движений ладони. Присутствие третьего и возбуждало сильнее, и отвлекало, и Дженсен балансировал на краю, сходя с ума от почти-но-еще-не оргазма до тех пор, пока Джей не всхлипнул жалобно. Дженсен впился взглядом в привалившуюся к косяку фигуру, стараясь разобрать выражение лица. Представил невольно, вспышкой, как Джаред удерживает его распяленным, раскрытым под жадным взглядом двойника, и взорвался удовольствием, до стыдного громко застонав. Мозг отказал, Джаред сам обернул ладонь Дженсена вокруг своего члена и догнал в несколько толчков, вылившись с тихим вздохом.

– Спокойной ночи, – набрался наглости пожелать маленький засранец, и Дженсен обмяк, уцепившись перепачканными спермой пальцами за плечи Джареда.

Следующим утром он проснулся один. Джей укатил на работу, Джаред, уже, видимо, вернувшийся с утренней пробежки, возился на кухне. Вяло промотав мысли о том, что надо вставать, умываться, завтракать и в целом приходить в боевую готовность, Дженсен раскинулся поперек кровати в позе морской звезды и позволил себе еще пять минут блаженного безделья.

Впрочем, долго бездельничать ему не дали: над чем бы там Джаред ни колдовал на кухне, пахло оно возмутительно хорошо. Прежде чем сообразить, что делает, Дженсен уже поднялся и пошел на запах; опомнился только на пороге – вернулся и надел трусы.

– Ты умеешь делать оладьи, – произнес он с дурацким благоговением. – Почему я об этом не знал?

Джаред стоял у плиты без рубашки и босиком. Единственная деталь одежды сползла на бедра, открывая соблазнительный вид на ямочки на пояснице и заставляя невольно задаться вопросом, есть ли белье под джинсами. Дженсен сглотнул мигом накопившуюся во рту слюну. Впрочем, возможно, на него так действовал запах оладьев.

– Доброе утро, птичка, – Джаред, видимо, счел вопрос риторическим. – С тебя кофе.

С Джаредом было уютно. Несмотря даже на будоражащий комок эмоций – из смущения, настороженности и желания повторить вчерашнее – который Дженсен тщательно запихал поглубже. Он давно обратил внимание на необъяснимое чувство спокойствия, возникающее рядом с Джаредом, и как ни странно, не исчезнувшее за той невидимой чертой, которую они перешли.

Впрочем, Джаред не поднимал тему неожиданно образовавшихся отношений на троих, и Дженсен полностью поддерживал идею не обсуждать их как можно дольше, а по возможности вообще никогда.

Запланированный визит в Фонтан Плэйс прошел как по маслу. Минут пятнадцать пришлось потратить на изучение туристических буклетов на десятом этаже – поймать пустой лифт в кишащем людьми здании оказалось не так просто. Терпеливо дождавшись пустой кабины, они со второго раза зависли ровно между двенадцатым и тринадцатым этажами – в первый слегка промахнулись. Дженсен дал Джареду минуту на то, чтобы пролезть в шахту через крышу лифта, а затем связался с диспетчером и сообщил, что застрял. Пока Джаред устанавливал на решетке люка, ведущего в коридор, камеру-жучок, девушка-диспетчер хорошо поставленным голосом убеждала Дженсена соблюдать спокойствие и обещала разобраться с неполадками в самое ближайшее время. Дженсен прервал связь, проверил изображение в ноутбуке и указал Джареду через гарнитуру, как поправить камеру для лучшего обзора. Разобраться с неполадками администрация не успела: Дженсен расклинил лифт сам, и они благополучно спустились на первый этаж без посторонней помощи. На все про все не ушло и четверти часа.

– Я адаптирую софт и взламываю базу данных, – сообщил Джаред. – А ты составляешь график работы в виварии.

– Оставляешь мне самое «интересное»?

– Забочусь о тебе, – оскорбился Джаред в лучших чувствах. – Кто будет тебе готовить, если я умру со скуки на промотке записи?

– Эй, я в состоянии готовить себе сам.

– Ты будешь питаться полуфабрикатами и пиццей, растолстеешь и не пролезешь в люк.

Дженсен закатил глаза и толкнул плечом плечо Джареда. Тот уже успел познакомиться не понаслышке с дженсеновой нелюбовью к приготовлению пищи и не упускал случая поддеть. Впрочем, Дженсен на правду не обижался, особенно учитывая, что Джаред против обязанностей повара не возражал.

В итоге Джаред честно провозился полтора часа, взламывая сервер «Рэндокс», сгрузил схему расположения камер наблюдения на тринадцатом этаже и вечером предсказуемо прискакал мешать Дженсену просматривать запись под предлогом помощи.

– И в чем же именно ты собираешься мне помогать? – саркастически поинтересовался Дженсен.

– Моральная поддержка, чувак, не стоит ее недооценивать.

– Ой, можно я вам тоже морально помогу? – оживился заскучавший за ноутом Джареда Джей. – У вас тут даже игрушек нет.

Дженсен проглотил едкий комментарий насчет игрушек и уткнулся в прокручивающуюся в ускоренном режиме запись. Джаред честно кликал мышкой на паузу, когда двери вивария открывались, впуская или выпуская очередного работника, и ждал, пока Дженсен запишет время в новом файле. Джей рядом тыкался в телефон, то и дело задевая Дженсена острым локтем, пах шоколадом и ужасно отвлекал своим присутствием. В какой-то момент он, не спрашивая, придвинулся вплотную, устроил на плече острый подбородок и уставился в скучное изображение на экране. Дженсен, какого-то хрена, вместо того чтобы отшугнуть мальчишку на место, разве что дыхание не затаил. Джаред не прокомментировал, но краем глаза Дженсен заметил широкую улыбку.

Черт-те что, как прикажете работать в таких условиях?!

Домотав отснятое до конца, Дженсен отсоединился от камеры, потер уставшие глаза и открыл файл с записями.

– Перерыв с часа до двух, – предположил Джаред, изучив столбик цифр.

– Похоже на то. Завтра проверим.

Дженсен закрыл крышку ноутбука и, переставив его на журнальный столик, откинулся на спинку дивана.

Удовлетворение от удачно провернутого дела – пусть и только начала – мешалось с зудящим предвкушением. Джей рядом ерзал и вздыхал в ухо, Джаред с другой стороны вел себя спокойнее, но Дженсен кожей чувствовал исходящее от него нетерпение.

Он воспринимал их обоих по сути как одного человека, неожиданно ясно дошло до Дженсена. Расслоившегося по разным реальностям и возрастам человека. Скорее всего, именно поэтому так сложно было сопротивляться настойчивости Джея, так сложно было объяснить себе безнравственность и неправильность ситуации и... бла-бла-бла.

Губы Джея неуверенно коснулись шеи, и в тот же момент рука Джареда легла на внутреннюю сторону бедра. Все разом стало просто.

Дженсен раздвинул ноги шире, поощряя ласку. Запустил руку в волосы Джея, заставил его поднять лицо, притянул в глубокий поцелуй. Джаред тем временем проворно расстегнул джинсы Дженсена и настойчиво гладил его через тонкий хлопок, сбивая дыхание и заставляя вздергивать бедра навстречу. Хотелось всего и сразу – и окунуться в темную, затягивающую словно воронкой, страсть Джареда, и упиваться подростковым лихорадочным нетерпением Джея. Сосредоточиться под двумя парами любопытных рук ни в какую не получалось, и ладони Дженсена бессильно замирали, потеряв задуманную траекторию, – то на талии Джея, то на спине Джареда.

– Жадина, – поддразнил Джаред, и Дженсен невольно вспомнил, что так сильно хотел увидеть снова.

Надавив Джареду на загривок, он одновременно обхватил другой рукой подбородок Джея и подтолкнул их навстречу друг другу. Понятливые мальчики синхронно ухмыльнулись Дженсену и принялись целоваться в считанных дюймах от его лица. Дженсен забыл как дышать. Между губ влажно мелькали языки, Джаред вел, то прихватывая зубами губы Джея, то легонько всасывая между своими, но Джей отвечал с неменьшим напором. Дженсен совершенно растворился – от одного зрелища мог бы кончить, не прикасаясь к себе – и Джаред, неожиданно переключившийся на него с Джея, застал его врасплох.

– Спальня, – решил Джаред, оторвавшись от оттраханного языком рта Дженсена.

Губы горели, истерзанные, и, судя по взгляду Джея, выглядели соответственно. Да плевать!

Дженсен ухватил за руку Джея, не позволяя тому усомниться, и потянул за собой.

Одежду оставили за собой цепочкой следов. До спальни Джаред дошел полностью раздетым и с непонятно откуда взявшимся тюбиком в руке, а Джей еще возился – какого черта? Дженсен принялся помогать, но под футболкой обнаружил пару маленьких острых сосков и забыл, что собирался сделать, а Джей, вместо того чтобы напомнить, запустил обе руки в его волосы, выгнулся навстречу и застонал тонко, стекая звуком Дженсену прямиком в пах. Джаред вырос позади Джея стеной – на голову выше, мощнее – тенью из будущего. Прошелся языком по его шее и, мягко заставив поднять руки, наконец снял с него злосчастную футболку.

В желтоватом свете настольной лампы привычно вспыхнувшие щеки Джея горели румянцем. Дженсен полюбовался пару мгновений, а затем аккуратно толкнул его в грудь – Джаред поймал, перехватил поперек талии, играючи. Бросил взгляд на Дженсена и, подмигнув, легко прикусил мягкую мочку. Джей отозвался рваным всхлипом.

Они с Джаредом спустились по телу Джея синхронно, Дженсен – спереди, Джаред – сзади. Мальчишка, кажется, даже дышать перестал, Дженсен вокруг его члена – тоже, так хотелось посмотреть, что там творит Джаред языком. Впрочем, тот подразнил только, неожиданно оказался рядом с Дженсеном, и секундой позже они целовались вокруг круглой горячей головки. Получалось только возить губами по губам, соприкасаться кончиками языков, смешивая слюну на тугой гладкой коже. Джей захлебывался стонами, ноги его подгибались. Дженсен помог: подсек под колени рукой и уронил на кровать. Навис сверху, но самого Дженсена вдруг опрокинули на спину рядом и прижали руки к матрасу.

– Я хочу, – выпалил Джей, мгновенно выпрямившись и уставившись в пах Дженсену. Положил горячую ладонь ему на грудь, будто заявляя на него свои права, будто опасаясь, что вот-вот прогонят.

– Нам обоим хватит, – утешил Джаред. – Правда, Дженсен?

От закрутившегося предвкушения с едкой ноткой стыда сладко заныло внутри.

Пока Джей его изучал – отвлекал – осторожными прикосновениями, Джаред огладил бедра, от талии до колен, и нырнул ниже, легким давлением заставляя сильнее раскрыться. Поймал Джея за плечо и направил лохматую голову вниз, одновременно распластываясь на животе между ног Дженсена.

Знакомо неумелые губы окутали член влажным жаром, и в тот же момент язык прошелся между ягодиц мягким мокрым прикосновением. Дженсена подбросило на кровати, и снизу послышались два тихих смешка.

Он не мог решить, куда толкаться: в неловкий жадный рот или на язык Джареда, хотелось еще, по всем фронтам, сильнее – и внутри, и снаружи. Хотелось обоих одновременно, вплавить в себя, насытиться до предела. Оттрахать рот Джея так, чтобы губы распухли, до самого горла. Надеться на язык Джареда так, чтобы… нет, не то, все равно:

– Мало, – не выдержал Дженсен, подхватывая себя под коленями и бесстыдно подставляясь. – Мало, Джа… Джей… Господи, еще.

Джаред оттолкнул Джея легко, как котенка – тот упал на спину и даже не подумал двигаться: уставился широко распахнутыми темными глазами.

Слюна щекотно текла по бедрам, мешаясь со смазкой. Джаред двумя пальцами провел вкруговую, растер, проверяя, достаточно ли, и, не дав Дженсену опомниться, скользнул сразу членом, гладко и плавно, на всю длину. Вмиг стало много – до предела, до боли, но Дженсен и не подумал жаловаться, лишь задышал глубоко, расслабляя мышцы, и отвлекся на Джея, пока привыкал.

– Иди сюда, – выдохнул и руку протянул. – Иди ко мне.

Джей перекатился на живот, подполз к нему на коленях смешной каракатицей и замешкался, не зная, что именно делать. Дженсен уцепился за его бедро и потянул, усаживая верхом себе на грудь, чтобы удобно было в рот взять. Джаред начал осторожно двигаться, и Дженсен завибрировал стоном, передавая звук Джею, будто цепной реакцией.

Джей извивался над ним, то вскрикивая, то шумно вздыхая, хаотично цеплялся пальцами за плечи, руки – куда дотягивался. Джаред распирал изнутри толчками, неумолимо наращивая темп, взбалтывал боль с наслаждением в невообразимый коктейль. А потом Джей нашарил кисть Дженсена и настойчиво потащил ее себе между ягодиц.

– Я… я хочу, – запинаясь, начал он. – Т-тоже хочу… попробовать. Пожалуйста?

Как бы Джей ни упрашивал – Дженсен не собирался ни при каких условиях, но предательская фантазия проскользнула без спроса: как стиснулось бы вокруг тугое, жаркое, нетронутое никем, пока Джаред мерно вбивается сзади. Дженсен едва не кончил. Он бы ни в коем случае не посягнул, но мечтать никто не запрещал, и Джей, умоляющий, охотно раздвигающий перед ним ноги… Господи. О-о господи.

Не отвечая, Дженсен приложил к полуоткрытым влажным губам мальчишки два пальца и надавил слегка. Джей тут же послушно всосал в рот и принялся облизывать с жадностью, едва не урча от удовольствия. Отняв руку – Джей нахмурился обиженно – Дженсен осторожно обвел мокрой подушечкой сжатое отверстие. Сосредоточиться не получалось: Джаред каждым толчком посылал разряды удовольствия по телу, а теперь еще и легонько гладил мошонку, неумолимо подталкивая к грани. Втянув член Джея глубже, Дженсен слегка надавил между его ягодиц, а Джаред, подавшись вперед, свободной рукой заставил Джея наклониться назад и присосался к его шее.

Долго Джей не продержался, задышал мелко и часто и попытался опереться на разъезжающиеся колени – безуспешно, само собой: Дженсен не пустил.

– Дженс… Дженсен, подожди, – забормотал Джей, напрягая бедра, видимым усилием удерживая подступающий оргазм. – Я хочу по-настоящему, я хочу, пока Джаред тебя… ну, пусти… пусти-и!

Конечно, прям сейчас. Дженсен пропустил мольбы мимо ушей и проигнорировал дернувшийся в ответ на слова Джея член. Надавил языком под чувствительной головкой, вставил пальцы как можно глубже, и Джей с обиженным всхлипом вылился ему в рот, мелко дрожа. Дженсен проглотил солоноватое семя до капли, сгрузил с себя обмякшего тряпичной куклой мальчишку и стиснул наконец в кулаке собственный член.

– Силь-не-е, – выдавил он по слогу на толчок, упираясь пятками в матрас и подмахивая навстречу.

Джаред приземлился на него всем весом, коснулся губ бережно, и именно эта нежность – на контрасте с бешеным ритмом движений бедер – размазала Дженсена окончательно. Он даже не пытался сдерживаться, сорвался едва не в крик, пока выплескивался себе на живот, мерно сжимаясь вокруг Джареда. Тот, напротив, лишь зарычал глухо и замер, уткнувшись потным лбом в плечо Дженсена.

С трудом заставив себя повернуть голову, Дженсен нашел взглядом блаженно растекшегося, но внимательно наблюдающего за ними Джея.

– Вы такие… – начал тот вдруг и замолк, будто не в силах подобрать определение.

– Какие? – глухо и щекотно спросил в шею Дженсена обмякший на нем Джаред.

Пауза растянулась на минуту, не меньше. Джаред скатился с Дженсена, оставив закинутыми на него ногу и руку, и, подперев голову кулаком, посмотрел на Джея.

«Потные, затраханные, – принялся мысленно перечислять Дженсен. – Ненормальные извращенцы…» Все тело гудело до сих пор отголосками оргазма, и почему-то хотелось смеяться.

– Красивые, – выдал Джей и в очередной раз покраснел. – То есть, вместе – как будто, – стушевался окончательно и пробормотал еле слышно: – …так и надо.

Обалдев, Дженсен не то что ответ не придумал – все оставшиеся мысли растерял. Джаред, видимо, тоже, потому что лицо его приняло совершенно пустое выражение.

– А двойники есть у всех? – поторопился перевести тему Джей, догадавшись, что сморозил нечто крайне странное.

– Да, – осторожно ответил Дженсен, все еще осмысливая предыдущее заявление.

– И у тебя?

– Логично предположить.

Джей задумчиво опустил руку на обмякший член, и Дженсен невольно проследил глазами движение.

– А двойника можно как-то найти через тебя?

– Зачем? – на автомате спросил Дженсен, одновременно понимая, как глуп вопрос.

На самом деле, вполне вероятно, Чак мог бы создать алгоритм для вычисления двойников – если еще этого не сделал. В понимании Дженсена, Чак вообще мог практически все, но Джею об этом знать было необязательно.

– Что ты как маленький, – широко ухмыльнувшись, Джаред небольно пнул Дженсена по лодыжке. – Каждый хочет иметь своего собственного Дженсена.

И прижал его к себе крепче, будто говоря: «У меня вот свой уже есть».

Скорее всего, Дженсен просто слишком хотел, чтобы подразумевалось именно это.

Джаред грел, как печка, даже без одеяла. Влажная кожа липла к коже, но Дженсен и пальцем не пошевелил, чтобы поменять позу. Джей подполз ближе с другой стороны, и Дженсен сгреб его свободной рукой, притискивая вплотную; тот с удовлетворенным вздохом устроил растрепанную голову у него на плече. Минуту спустя Джей уже сладко посапывал, обдавая сосок Дженсена теплыми выдохами и заставляя невольно ежиться.

Джаред наконец зашевелился, отклеиваясь от Дженсена. На большой кровати места хватило бы всем, но Джаред, тихо обойдя ее кругом, соскреб безвольного Джея с матраса, подхватил на руки легко, словно тот вообще ничего не весил, и унес в другую комнату. Вернулся с очень своевременным стаканом воды, протянул Дженсену и, пока тот жадно хлебал, распахнул окно настежь. Ложиться он не спешил.

– Ты чего? – Дженсен отставил пустой стакан на тумбочку и сел, обхватив колени.

Скрывать, что разглядывает Джареда, он даже не пытался.

– Сейчас приду. Жарко.

Дженсен кивнул. Неспешно огладил взглядом мощные плечи, спустился по плоской груди к четко обрисованному прессу. Ниже, по узким бедрам, расслабленному члену, мускулистым ногам.

– Нравится? – нарушил тишину Джаред низким журчанием.

На долю секунды Дженсен задумался, не отшутиться ли.

– Очень, – честно признался он.

Джаред вместо ожидаемого смешка ответил почти стеснительной улыбкой.

Глаза уже всерьез слипались. Дженсен, не думая, потянулся к ремешку лончера и замер на полпути: на ночь он снимал его только дома, где чувствовал себя в полной безопасности. Полминуты спустя он закончил начатое уже сознательно. Лончер аккуратно пристроился на тумбочке рядом с пустым стаканом.

Когда под одеяло залез Джаред, Дженсен уже дрейфовал в сладкой дреме. И прежде чем окончательно провалиться в сон, почувствовал, как вокруг талии обвилась тяжелая рука, а острый нос уткнулся в затылок.

Проснулся он, едва не свалившись на пол, но возмутиться даже мысленно не успел.

На другой стороне кровати по стойке смирно спал Джаред, Дженсен балансировал на своем краю, а основное пространство вместе с большей частью одеяла отвоевал Джей. Он лежал на животе, одной рукой задевая бедро Джареда, другой касаясь поясницы Дженсена – утомившийся шейх среди наложниц, не иначе. Дженсен беззвучно хмыкнул и, проснувшись окончательно, позволил себе маленькую слабость.

Осторожно сняв с себя руку мелкого наглеца, он подвинулся ближе. Ладонь под одеялом безошибочно нашла округлую маленькую задницу. Дженсен легонько сжал упругую плоть, провел раскрытой ладонью, оглаживая. Джей замычал невнятно в подушку, перевернулся на бок, спиной к Дженсену, и выпятил зад сильнее. Уже полутвердый член дернулся, приходя в полную боевую готовность.

Дженсен подполз вплотную, раздвинул пальцами гладкие полушария и вжался между ними пахом, притерся членом плашмя. Затем скользнул рукой вперед и с удовлетворением обнаружил ответный стояк Джея. Синхронно с медленными, осторожными движениями бедер вверх-вниз, Дженсен начал двигать расслабленным кулаком по стволу. Кровать тихо скрипнула, и Джаред шевельнулся, открывая глаза. Дженсен не остановился.

Молчаливое приглашение Джаред принял сразу: перевернулся, оказавшись нос к носу с Джеем, бесцеремонно убрал ладонь Дженсена, а затем, повозившись, вернул ее обратно – теперь на оба члена. Дженсен резко выдохнул, удержавшись от стона, и послушно принялся дрочить обоим.

– Хочу тебя, – одними губами проговорил Джаред через плечо Джея.

Тот бессознательно подался бедрами вперед и проснулся от своего же стона.

– Доброе утро, – поприветствовал Джаред и сильнее вжался в его член – Дженсен почувствовал пальцами.

– А-ах, – ошеломленно отозвался дезориентированный со сна Джей.

Джаред провел ладонью по острому плечу, дотронулся губами до виска, скулы, подбородка. Контраст между резкими движениями бедер и нежностью прикосновений завораживал, Дженсен невольно замер, впитывая глазами, и очнулся только от недовольного хорового мычания.

Под поцелуями Джареда и умелыми движениями Дженсена Джей продержался предсказуемо недолго. Обмяк между ними, загнанно дыша, и уткнулся привычно пылающим лицом в подушку. Дженсен вжался последний раз между соблазнительных ягодиц, а затем, выпустив Джея из рук, перелез через него к Джареду. Разрядки хотелось, очень, но еще больше…

– Да-а, – выпустил Джаред длинным вздохом, когда Дженсен накрыл губами головку.

Измазанной в сперме Джея рукой Дженсен провел Джареду между ног, проследил шов мошонки и погладил скользким пальцем ниже. Джаред не протестовал: раскинул ноги шире, сдавил пальцами плечо Дженсена, толкнулся в его рот глубже. Дженсен распластался на нем так, чтобы получилось вжаться ноющим членом хоть в твердую голень, и сосредоточился на горячей тяжести во рту; принялся дразнить, доводя до самого края и нарочно сбивая ритм. Стоны Джареда, меняющие тональность от жалобной до едва не разъяренной, он мог слушать вечно. Самому казалось уже, что одного давления между ног хватит, еще если слегка потереться, вот так, то…

Прикосновения к своей оттопыренной заднице Дженсен не ожидал: вздрогнул всем телом и попытался обернуться. Остановили тяжелая ладонь Джареда на затылке и пляшущие в его глазах бесенята. Робкое касание между ягодиц на мгновение исчезло, а затем вернулось – влажнее и уверенней. Юный естествоиспытатель, чтоб его, неловкий, неумелый. Вот, замер зачем-то, что ты с ним сделаешь, а? И, блядь, не скажешь, чтобы сильнее – стыдно по-глупому, черт, почему же заводит так?

Джаред сказал вместо него. Открыл рот, как кран – и полилось:

– Не бойся, Джей. Глубже, ему нравится. И сильнее, вот так, резче. О-о, Дженсен, господи, да… Какой рот у тебя, сказочный, пиздец просто. Возьми вот так, да, о боже, еще.

Короткий перерыв на серию отрывистых вдохов и опять:

– Джей, подожди, слышишь? Стой. Смазка вон там, ага. – Пальцы исчезли, и Дженсен плотнее сомкнул губы на члене, то ли чтобы компенсировать пустоту внутри, то ли в тщетной надежде заткнуть Джареда. – Выдави немного на пальцы… эй, тюбик-то закрой! А-ах… Умница, теперь смажь его дырочку хорошенько, не стесняйся, я знаю, что ему нравится. Я чувствую, как ему нравится… я прав, Дженсен? Ну же, скажи… ох, нет, не говори, продолжай вот так, еще раз… Давай, Джей, сразу тремя. Не бойся, он хочет, ему нужно много. Ему все время… все… время... ах, господи… мало… Дженсен, о-бо-же-Джен-сен…

На движении внутрь Джей наконец задел пальцами простату – случайно, не иначе – но Дженсену хватило. Слова Джареда звенели в ушах: сглатывая солоноватое и теплое, Дженсен вжался в его ногу до боли и выплеснулся, ритмично стискивая внутри пальцы Джея. Дождался, пока Джаред перестанет пульсировать во рту, и, выпустив член, уткнулся лбом в подрагивающий от напряжения живот.

– Хватит, – прохрипел он во влажную кожу и дернул бедрами.

Джей медленно вытащил пальцы. С трудом обернувшись, Дженсен успел заметить испуганное и едва ли не благоговейное выражение его лица – словно тот ожидал наказания за дерзость. Господи. Ощущать себя педофилом явно становилось у Дженсена в порядке вещей.

Не найдя в себе ресурсов для самобичевания, Дженсен закрыл глаза и ткнулся носом в пупок Джареда. Мысли ворочались вяло, сон коварно накатывал мягким приливом. Похоже, Дженсен в самом деле вырубился на несколько минут – вернулся в реальность, когда под ним начали ерзать в попытке улечься удобнее. Стряхнув с себя остатки сна и посторгазменной лени, Дженсен оглянулся в поисках Джея. На кровати того не было точно, но и как он уходил, Дженсен не слышал.

– А где… – начал он и подавился вопросом, обнаружив искомое.

Искомое, вероломно воспользовавшись моментом, сцапало с тумбочки лончер и радостно его изучало. Без якоря ничего случиться не могло, и, конечно же, никаких причин у желудка Дженсена подскакивать к горлу не было.

– Джей, – очень спокойно произнес Дженсен, садясь прямо. – Дай сюда.

А потом зацепил краем глаза невозможное и, отчаянно надеясь, что ему показалось, медленно перевел взгляд.

Стена напротив переливалась полупрозрачными волнами.

Дженсена подбросило над матрасом, но Джаред оказался быстрее: молниеносно перепрыгнул Дженсена и, выхватив у Джея лончер, с явно излишней силой вдавил кнопку деактивации.

Стена вернулась к первозданному виду, у Дженсена вырвался вздох облегчения. Джей, осознав, что натворил, поспешно ретировался, а Дженсен, в задумчивости уставившись на Джареда, встретился с таким же озадаченным взглядом.

Выходило, что ничем не примечательный, заштатный дом, в котором они совершенно случайно сняли квартиру, оказался якорем? Теоретически – ничего сверхъестественного, никто на якоря предупреждающие знаки не прибивал для облегчения жизни инверторам. Но на практике вероятность такого события стремилась к нулю.

– Ни фига ж себе совпаденьице, – озвучил Джаред общую мысль.

Дженсен лишь кивнул, соглашаясь и ставя себе на заметку: не расслабляться. Уж по крайней мере снять лончер в следующий раз он теперь рискнет не скоро.

Впрочем, оно и к лучшему – выходка Джея нехило отрезвила, с размаху шмякнув об очевидное. Не зря в любой сфере деятельности слишком близкие отношения с деловыми партнерами не одобрялись. Давно пора приходить в себя и сосредотачиваться на задании, пока мозг не переселился в трусы окончательно.

Обнаженный торс Джареда с возмутительным отсутствием малейшего намека хоть на унцию жира немало отвлекал от здравых рассуждений. Дженсен усилием воли заставил себя отвернуться и отправился на поиски трусов. Своих.

Вчерашние предположения подтвердились: перерыв в виварии длился с часа до двух пополудни. Весь необходимый софт Джаред установил на новом ноутбуке заранее, а Дженсен в приступе жажды деятельности два раза проверил за утро. Джей в выходные не работал и не смог бы перехватить звонок, поэтому оставалось только залечь на дно, чтобы в первый день рабочей недели провернуть запланированное быстро и гладко.

Джаред, хитрюга, уговорил мелкого на пробежку – точно рассчитав, что Дженсен, если на него не давить, захочет составить им компанию. Поэтому под вечер они всем составом бодрой трусцой направились в уже знакомый Дженсену парк Григгс. По дороге Джей заикнулся было про городской центр и соблазны далласского даунтауна, но Дженсен, еще не простивший ему утренней выходки с лончером, довольно резко его одернул: программу развлечений для него здесь составлять не собирались.

Вспотевшие и приятно уставшие, домой они возвращались уже по темноте – по относительной темноте, конечно: от ярких фонарей вдоль аллей было светло как днем. Джареды изредка тихо переговаривались, не пытаясь приставать к Дженсену, за что он был благодарен: неожиданно обнаруженный якорь не шел из головы.

Повинуясь необъяснимому порыву, он незаметно поднял руку с лончером. Погладил кнопку активации подушечкой пальца, посомневался пару мгновений и осторожно нажал, притормаживая.

Свет фонарей знакомо поплыл от гостеприимно открывшегося перехода. Дженсен немедленно отключил прибор и, не полагаясь на голос, ухватил Джареда за руку.

– Что? – тот явно не понял причины резкой остановки: похоже, не успел заметить всего на мгновение возникший портал.

Дженсен покачал головой, собираясь с мыслями.

Он пробовал активировать лончер раньше, просто ради любопытства – и тот, хоть исправно и загорался зеленоватым светом, никогда не бредил якорями там, где их не было. Из того немногого, что соизволил объяснить Чак в свое время, Дженсен уяснил наверняка: якорей в мире хватало, хоть и большинство невозможно было вычислить (поправка Чака: пока невозможно), но два непредвиденных якоря подряд не укладывались в рамки случайности. Отбросив одну за другой все безумные идеи, вихрем закружившиеся в голове, Дженсен провел рукой по лицу. Единственное объяснение, которое он мог найти:

– Якорь – это мы, – произнес он вслух.

Озвученная, мысль показалась еще более дикой.

– Что значит «мы»? – не понял Джаред. – Мы, в смысле, втроем? Стоп, нет. – До него быстро дошла абсурдность предположения. – С чего ты взял вообще?

Дженсен молча продемонстрировал «с чего», все еще сам не до конца веря. Судя по лицу Джея, тот мало чего понимал, но уши развесил – будь здоров. Джаред отреагировал предсказуемо, распахнув глаза размером с плошки.

Один человек – по Чаку – вернее, его мировая линия, якорем быть не мог по той простой причине, что тогда ему пришлось бы прожить идентичную жизнь во всех вселенных. Возможно, и вероятнее всего, в определенные моменты своей жизни любой человек мог открыть портал –

при наличии лончера, само собой – но Чак однозначно дал понять, что такие моменты не вычисляемы. Единственная достаточно мощная для якоря завязка на людях могла заключаться лишь в связи между ними. Дженсен надеялся лишь, что Джаред об этом знает – о том, как объяснять такое на пальцах, да еще и на собственном примере, даже думать не хотелось.

Тот хмурился, покусывая губу, и долгие пару минут раздумывал. А после тронул плечо Дженсена, привлекая к себе внимание.

– Ты включал лончер в Эл-Эй, помнишь? После того, первого задания, в клубе. Он не работал.

– Якорь не может быть завязан на объектах из разных миров, – машинально отрапортовал Дженсен.

– Ну да, Джей ни при чем, – согласился Джаред.

– Эй! – подал признаки жизни списанный со счетов объект. – Это еще почему?

Оба проигнорировали обиженный возглас.

– Пойдем, – очнулся Джаред и потянул Дженсена за руку. – Эй? Или ты не в состоянии думать еще и над тем, как переставлять ноги?

Дженсен машинально послушался, но на остроумный ответ его не хватило.

Он знал, что изменилось за два месяца после Лос-Анджелеса. Легенды о паре инверторов, перемещающихся независимо от якорей, до нынешнего момента оставались для Дженсена лишь слухами, но теперь стало понятно, в чем заключался фокус.

Смешно: ему так сильно не хотелось облекать их отношения в слова, вешать ярлыки, а попросту – брать на себя ответственность – и вот, сама вселенная тыкала его носом. Хоть сюжет дешевой драмы пиши.

Но удивляло другое. Одно предположение подобного должно было бы выбить Дженсена из колеи, а он уже которую минуту прощупывал себя на признаки паники и не находил ни одного. Шок наличествовал, но лишь оттого что завязка на людях так или иначе получалась возможна, оттого что он сам являлся частью – пусть и мелким винтиком – огромного, могущественного механизма. От чувства, подозрительно напоминающего надежду, что он не ошибся, и да, во всех вселенных…

Нет, проговорить это даже мысленно Дженсен не осмелился.

– Заходи, – кивнул Джаред Джею, отперев дверь. Дженсен, оказывается, даже не заметил, как они успели дойти до дома.

– А вы? – заупрямился тот. – Я тоже хочу знать. Что значит, вы – «якорь»?

– Брысь!

Джей поджал губы, явно обидевшись, и, ввалившись в квартиру, громко хлопнул дверью в знак осуждения. Дженсен едва обратил внимание.

Джаред смотрел на него, будто пытаясь найти то, что никак не находилось. Дженсен ожидал вопросов, выяснений, предположений – в конце концов, мало ли какие могли существовать объяснения происходящему, помимо пришедшего ему в голову. Наперекор надежде, отчаянно пытающейся развернуть крылья, Дженсен упрямо продолжал цепляться за мысль, что, возможно, они что-то упустили, возможно, Чак нашел бы мозгодробительную, но куда более логичную в системе мироздания причину возникновения гребаного портала.

На плечо горячо легла рука, Джаред аккуратно привлек Дженсена к себе, заставляя прислониться грудью к груди.

– Хей, – шепнул он, устраивая раскрытые ладони на лопатках Дженсена, удерживая, будто тот пытался вырываться. – Ты не собираешься психовать?

– А я должен? – зачем-то тоже шепотом спросил Дженсен. Спохватился, повысил голос до обычной громкости и повторил: – Я должен?

– Было бы предсказуемо.

– Значит, я еще могу тебя чем-то удивить.

– О, ты полон сюрпризов, – ухмыльнулся Джаред, как обычно сводя все к шутке и непонятным образом упрощая. – Но я бы тебя не винил.

– Следует понимать, ты психуешь сам?

– Разве похоже на то?

– Нет, – признался Дженсен к собственному необъяснимому облегчению.

– Хотя мне, конечно, стоило бы переживать за всех моих двойников, приговоренных терпеть Эклзово занудство.

– О, мне в таком случае придется переживать гораздо сильнее за своих – подумать только, среди бесконечных возможностей бесконечных реальностей они обречены неизменно терпеть Падалечий идиотизм. И кто-то после этого смеет говорить про вселенскую справедливость?

С последними словами Дженсен уже задевал губами улыбку Джареда, неудержимо улыбаясь в ответ. Закрыв глаза и подавшись навстречу нетерпеливому рту, он подумал, что на самом деле своим двойникам мог бы только позавидовать.


Глава 4

– Минута и тридцать секунд, – вел отсчет Джаред в зависшем между этажами лифте.

Дженсен кивнул, давая понять, что слышал. Металлическую панель программатора он зажал под мышкой и аккуратно перемыкал контакты. Конечно, прежде чем колдовать над проводами, открытый щиток он сфотографировал, но тем не менее оставался предельно сосредоточенным, стараясь запомнить последовательность наведенного беспорядка.

– Две минуты пятнадцать секунд, – провозгласил Джаред, когда Дженсен нажал кнопку первого этажа, приводя механизм в движение.

Несколько секунд кабина плавно ехала вниз, затем замерла и услужливо распахнула двери. «Этаж 8», – гласила блестящая серебристая табличка на стене в коридоре. Дженсен переглянулся с Джаредом и в ответ на удовлетворенную ухмылку дернул уголком губ. До первых жалоб в диспетчерскую, по их расчетам, должно было пройти около четверти часа. Если бы их действительно отправили из «Падалеки Элеваторс», на дорогу ушло бы не меньше получаса, хотя безусловно, не стоило списывать со счетов непредвиденные обстоятельства. Так или иначе, двадцать минут им точно следовало переждать.

Парой кварталов ниже во время предыдущих прогулок по даунтауну они заприметили удобное кафе со сквозным проходом через технический – удобно пустынный – дворик на параллельную улицу, откуда дорога вела прямиком обратно к Фонтан Плэйс. В это кафе и отправились пережидать и переодеваться.

Дженсен как раз успел допить вполне удобоваримый эспрессо, когда телефон Джареда зазвонил. Дженсен невольно выдохнул: до последнего опасался, что Джей не сможет перехватить звонок, опоздает, прозевает – мало ли – и весь их тщательно продуманный план пойдет насмарку. Но тот не подвел.

Форму натягивали во внутреннем дворике, как солдаты, словно на перекличку опаздывали – пришлось, закончив, еще несколько минут подпирать стены, чтобы не заявиться подозрительно рано.

– Мне на яйца давит, – жаловался Джаред, прислонившись к кирпичной кладке и пытаясь оттянуть рукой плотную ткань от чувствительной части тела.

– Терпи, – шипел в ответ Дженсен, заталкивая поглубже нервный смех.

Если не приглядываться, синий комбинезон сидел на Джареде даже неплохо: плечи и рукава впору, только штанины коротковаты. Простой покрой и насыщенный цвет создавали впечатление, будто Джаред еще больше обычного; Дженсен поймал себя на том, что порывается задрать голову выше, чем нужно, чтобы смотреть в глаза, и резко отвернулся. Сам он себя ощущал мешком с картошкой.

– А тебе идет, – досадливо протянул Джаред, и Дженсен, не удержавшись, двинул ему локтем под ребра. – Ай! Больно!

– Заткнись, великовозрастный младенец. Заткнись и терпи, Христа ради. Я не удивлюсь, если ты усядешься посреди лаборатории и примешься играться с чертовой свинкой, вместо того чтобы подчищать хвосты.

– О, дорогой, не переживай, я дотерплю до дома, – состроил идиотскую рожу Джаред, бросил взгляд на часы и мигом посерьезнел, словно подменили. – Время.

Никто в предыдущие визиты их не запомнил. Охранник в вестибюле скользнул равнодушным взглядом, приятная на вид диспетчерша проводила к проблемному лифту, раздела Джареда глазами и, налепив на стену предупреждение о ремонтных работах, с явной неохотой повернула назад.

Старательно не обращая внимания на подгоняемый адреналином пульс, Дженсен быстро вернул провода программатора на место, сверился с фотографией на смартфоне и нажал кнопку четырнадцатого этажа. Покатавшись пару минут вверх-вниз, они поймали момент и подвесили кабинку между нужными этажами. Тем же путем, что и раньше, когда устанавливал камеру – через крышу кабины и шахту – Джаред добрался до люка и отвинтил решетку. Часы показывали четверть второго.

Джаред протиснулся в коридор первым, подсоединился через вычисленный с помощью камеры наблюдения кабель, удобно проходящий рядом с лифтом, к лабораторной сети и тихо застучал по клавиатуре ноутбука. Три минуты спустя дал отмашку:

– Чисто.

Он задержался еще ненадолго, стирая то, что успели запечатлеть камеры до его вмешательства, а Дженсен пролез следом и, не дожидаясь, отправился прямиком к двери вивария.

Код, добросовестно подсмотренный на записи, сработал – к счастью, в виварии его не меняли каждую неделю, иначе пришлось бы тратить время на взлом. Створки дверей бесшумно разъехались, и Дженсен, бросив взгляд на слепой глазок камеры наблюдения, шагнул внутрь.

От несмолкающих писка и шуршания постоянно хотелось обернуться, чудились шаги за спиной. Дженсен задвинул паранойю в угол, осторожно осмотрел ближайшие помещения и к тому моменту, как его догнал Джаред, успел убедиться, что все пусто.

– Туда, – указал он, сверяясь со схемой на смартфоне.

Никакие неожиданности их не подстерегали, никому из работников не приспичило вернуться в виварий во время законного перерыва. Система маркировок отсеков в большой стеклянной клетке соответствовала предоставленной заказчиком, и нужный номер нашелся быстро. Дженсен осторожно вытащил из отсека рыже-белую морскую свинку стоимостью в целое состояние и аккуратно опустил в переносной контейнер, услужливо подставленный Джаредом. Контейнер перекочевал в технический чемодан с просверленными по бортам дырочками – еще одна мертвая свинка точно не принесла бы заказчику пользы.

Вернув камеры наблюдения в рабочее состояние, Джаред отсоединился от кабеля и передал ноутбук уже поджидавшему внизу, в лифте, Дженсену. Водрузил решетку на люк и спрыгнул в кабину.

– Час двадцать пять, – проинформировал он, сосредоточенно взглянув на часы. И расплылся в широкой улыбке: – Дженс, мы профи!

– Смотри не лопни.

Пульсировать в висках от напряжения у Дженсена перестало только после того, как они попрощались с диспетчером, дождались автобуса и, погрузившись внутрь, тронулись с места.

Джаред всю дорогу вел себя непривычно тихо, изредка поглядывал на чемодан в руке Дженсена и кривился, поправляя злосчастный комбинезон. Дженсена то и дело тянуло обернуться – убедиться, что никто за ними не следит. Но вызывать лишних подозрений не стоило, поэтому он стоял смирно и старательно рассматривал серебристые полоски, змеящиеся по синей ткани униформы партнера.

Вероятность слежки стремилась к нулю, но они все же проехали свою остановку и, выйдя около местного, традиционно забитого людьми «Макдональдса», по очереди переоделись в туалете. Джаред, выплыв из кабинки в привычных джинсах и рубашке, ничего не сказал, но блаженное выражение лица говорило само за себя.

Ожидаемый откат у Джареда начался у порога съемной квартиры: Дженсен промазал ключом мимо скважины оттого, что его дернули, обхватив сзади сильными лапами, и едва не оторвали от земли.

– Поставь меня на место, – попытался возмутиться он, но улыбку скрыть не смог: у самого внутри пузырилось радостью удовлетворение от успешно провернутого дела.

Впрочем, Джаред послушался, но разомкнул объятия лишь затем, чтобы развернуть Дженсена и жадно поцеловать, прижав спиной к двери. Адреналин рывком преобразовался в возбуждение, Дженсен едва не потерял равновесие от резкого оттока крови от мозга. Грохнул чемодан на пол, ни на мгновение не отрываясь от желанного рта, и вцепился в плечи Джареда.

В чемодане тонко пискнуло, отрезвляя Дженсена достаточно для того, чтобы сообразить, где они находятся.

– Подожди, – попытался он отпихнуть Джареда, но тот, похоже, не заметил. – Да постой, дай дверь открыть.

С третьего раза отперев замок, Дженсен впихнул драгоценный чемодан внутрь, а следом поспешно втащил Джареда: самому не терпелось. Трясло теперь совсем не от волнения.

Они только до дивана успели добраться, расстегнуть друг другу штаны и синхронно скользнуть накрест руками внутрь, когда в квартиру маленьким ураганом ворвался Джей.

– Ну как?! Все прошло хорошо? – волнением он бурлил за троих, будто сам только что как минимум банк ограбил. – Все получилось? Ой…

Дженсен нехотя повернулся, хотя руки на члене Джареда не разжал. Джей быстро облизал губы, моргнул, но приоритеты расставил мгновенно.

– Где она? Оно… Ну, то, за чем вы охотились! – Джей до последнего крайне скептически относился к цели их путешествия между реальностями.

– В чемодане, – отозвался Дженсен и не сдержал стона, когда Джаред стиснул кулак крепче. – А-ах… Только осторожно.

– Это ты кому? – шепнул Джаред в его шею и прихватил губами мочку уха.

Дженсен в ответ только бедрами вперед толкнулся, ясно давая понять: ну не тебе точно, давай же, сильнее. Джаред ухмыльнулся и ускорил темп, заставив Дженсена неприлично жалобно застонать

– Блин, – раздался шокированный возглас Джея. – Блин, это правда морская свинка!

Судя по звукам, он вытащил контейнер с несчастным животным, но Дженсен не поручился бы, слишком занятый, чтобы проверять. Восторженное бормотание Джея отошло на задний план, а вот одежда ужасно мешалась – хотелось гладкой груди и горячей кожи, запаха Джареда и сладкой распирающей боли внутри. Но при этом подниматься, раздеваться и перемещаться в спальню в данный момент казалось совершенно невыполнимым: тело требовало разрядки и немедленно, и Дженсен пошел у него на поводу.

Жалких несколько минут спустя, когда они с Джаредом, перемазанные спермой, уже восстанавливали дыхание, откинувшись бок о бок на спинку дивана, Джей нарисовался в поле зрения снова. На этот раз пышущий негодованием.

– Блин, вы что, ни о чем больше думать не можете? Ей надо купить корм и сено, и установить поилку, и…

Джаред ухватил мальчишку за тощие бедра, уронил себе на колени и прервал гневное бормотание поцелуем.

– Ему, – поправил он, когда взгляд Джея слегка расфокусировался.

– Что?

– Это мальчик, – пояснил Джаред.

Хозяин лаборатории сделал на этом упор – у Дженсена тоже отложилось в памяти, хотя, естественно, пол морской свинки они проверять не собирались. Номера на клетке и бирке, привязанной к лапке грызуна, совпадали с нужными, а значит – дело сделано.

Долго Джей на коленях Джареда не просидел: подскочил, вывернувшись, и снова принялся мельтешить. Притащил контейнер со свинкой, водрузил на журнальный столик, обежал кругом пару раз и уставился на зверька с обожанием.

– Ему нужно придумать имя!

– Просто необходимо, – саркастически хмыкнул Дженсен, но Джей пропустил шпильку мимо ушей, слишком сосредоточенный на пушистом рыже-белом комочке.

– Он боится, – озаботился Джей тонкой душевной организацией животного. – Джаред, надо, чтобы он перестал бояться!

– А я что сделаю? – искренне изумился Джаред. – Я похож на специалиста по морским свиньям?

Морская свинка и в самом деле, похоже, находилась в шоковом состоянии: замерла в оцепенении, забившись в угол, и таращилась, не мигая, широко распахнутыми черными глазами-горошинами.

Джей метнул в сторону двойника уничтожающий взгляд.

– Я пойду куплю ей сена и человеческую клетку с поилкой, а вы… блин, вы хоть штаны застегните.

Джаред проводил его умиленным взглядом.

– Человеческую. Я тоже любил животных в детстве.

– Какая неожиданность, – хмыкнул Дженсен. Прошлепал к раковине, обтерся кое-как и, вымыв руки, вжикнул молнией. Надо бы сходить в душ и переодеться.

– Я ветеринаром собирался стать, – не отреагировал Джаред на сарказм. Он временами чудесно поддерживал пикировки, доставляя Дженсену тем самым несказанное удовольствие, а иногда блокировал попросту, пропуская мимо ушей. Зараза. – Джей, может, и станет.

– Устроим траур по неудавшейся карьере?

– Скотина ты стервозная, – ухмыльнулся Джаред, ничуть не обидевшись. – Но, кстати, удачно провернутое дело отметить можно.

– Отмечать будем, когда получим деньги, – поправил Дженсен. – Пойду помоюсь, вот что.

– О, отличная идея, – подскочил Джаред и, ничуть не смутившись, сдернул уже расстегнутые джинсы с бедер. – Я тоже.

С прибавлением в их разношерстной компании Джей на время совершенно перестал требовать какого-либо внимания. Полвечера провел, прыгая перед полуобморочным зверьком, а потом нырнул в Интернет и принялся сосредоточенно тыкать по ссылкам, хмуря брови.

Ближе к ночи из гостиной донеслось заполошное верещание. Дженсен, встревожившись, пошел на звук и обнаружил подозрительную картину: одной рукой Джей удерживал извивающуюся морскую свинку, а другой разводил ей задние лапки, едва не тычась носом в дрожащее мохнатое брюшко.

– Ты что творишь? – обалдел Дженсен, уже подобравшись и готовясь броситься на помощь украденному сокровищу.

Джей со вздохом поднял на него раздраженный взгляд.

– Я думал назвать его Беовульфом Горацием, – сообщил он, будто это все объясняло. Пожевал нижнюю губу. – Но, кажется, это девочка.

– Это не может быть девочка, – появился из спальни Джаред. – Я ведь говорил уже.

– Да помню, – нетерпеливо отмахнулся Джей. – Но я решил проверить. – Подскочив, он сунул под нос Джареду пушистую задницу с суматошно дрыгающимися лапками. – Вот смотри, видишь? Тут две точки и такая загогулина – это девочка.

Джаред отпрянул ошарашенно, нахмурился и наклонился обратно, разглядывая. Вместе с нарастающим беспокойством Дженсена начал разбирать нервный смех.

– Видишь?! – повторил взбудораженный Джей.

– Да не вижу я ни черта, – возмутился Джаред. – Тут хрен разберешь.

– Вот именно! У самца здесь должна быть такая… штучка, а тут ее нет! Это – самка, а значит…

Дженсен встревоженно переглянулся с Джаредом. Номер совпадал, они все сделали правильно. Черт побери, какой-то незначительный фактор – и все насмарку?!

– Значит, нам придется возвращаться, – тихо проговорил Джаред, не отводя взгляда.

– Значит, ее будут звать Брунхильда Грация, – одновременно с ним провозгласил Джей.

Дженсен потряс головой.

– Почему не какой-нибудь Пушок? – озаботился Джаред. Конечно, вот что в данный момент имело значение.

– У нее номер тут, – Джей осторожно коснулся бирки на короткой розовой лапке. – «Б», «Г» и цифры. Сам ты Пушок, банальщина!

– Нельзя так называть ни в чем не повинное животное, – уперся Джаред. – Оно тоже хочет любви. Пушок лучше.

– Перестаньте, – не выдержал Дженсен, чувствуя, как голова идет кругом.

После короткого совещания они с Джаредом пришли к выводу, что рейд действительно стоит повторить. Перестраховаться, когда речь шла о таких суммах, не мешало, хотя Дженсен насмерть стоял на том, что раз номер совпадает – заказчик никуда не денется. Джаред, однако, проявил нехарактерные для его натуры сомнения в человеческой добропорядочности и принялся сыпать аргументами, которые в понимании Дженсена свелись к тому, что легче уступить, чем объяснить, почему нет.

В итоге они до глубокой ночи наспех составляли новый план. Брунхильду, конечно, никто возвращать не собирался: в лаборатории оставались еще пятнадцать свинок – не обеднеет, ­– а заморачиваться с транспортировкой животного было слишком рискованно. Джей прижимал свинку к груди, явно не желая расставаться с приобретенным другом, и выдохнул, лишь когда Дженсен сквозь зубы пообещал, что в ближайшие пару дней их не разлучат.

Несмотря на уверенность Джареда в их безупречном профессионализме, Дженсен подозревал, что немалую роль сыграла удача. А также то, что диспетчерша больше глазела на Джареда, нежели слушала тщательно продуманные объяснения о технической профилактике лифтового оборудования. В лабораторию они проникли тем же путем, что и в прошлый раз, по накатанной дорожке, не встретив ни единого препятствия. То ли пропажи еще не обнаружили, то ли сочли, что подопытная найдется сама собой – но никаких следов переполоха в виварии не наблюдалось. Удача не изменила до сих пор.

Да только вернулись ни с чем.

Наученные Джеем – хотя Дженсен, конечно, проверил в Интернете сам на всякий случай – определять пол морских свинок, они перепугали всех находящихся в клетке животных, методично перебрав и осмотрев одно за другим. Вылетели из лаборатории за семь минут до конца перерыва, потные и полностью сбитые с толку: все свинки оказались самками.

– Мы, кстати, никак не докажем, что это правда, – мрачно констатировал Дженсен, зашвырнув в угол смятый комом рабочий комбинезон.

– Надо было сфотографировать гениталии каждой морской свинки, – серьезно поддержал Джаред, и Дженсен уставился на него, не веря своим ушам.

Так и есть: издевался, даже не пряча кривой ухмылки.

– Ха-ха.

– Чувак, ему придется поверить на слово. Не захочет – останется без своего суперлекарства.

– А мы позаботимся о том, чтобы ни один инвертор не взял задание повторно, – озвучил Дженсен, поразмышляв.

– Именно.

– Свинка – лекарство? – осторожно вмешался в разговор Джей, почесывая за ушком животрепещущую тему дня.

– В ней ключ, – объяснил Дженсен. Осадок еще остался, но напряжение медленно отпускало. – Этих свинок лет десять выводили, экспериментировали, скрещивали, в общем – вот это, – кивнул он на пушистый комок в руках Джея, – переносит СПИД как обычную простуду. Пенициллин двадцать первого века, – процитировал он слова заказчика.

– Эй, у нее вообще-то имя есть, – оскорбился Джей. Свинка, очевидно, резко возросла до ранга супергероя.

Дженсен только глаза закатил.

– Надо уходить, – тихо озвучил Джаред. Он лежал на диване, устроив голову на одном подлокотнике и скрестив ноги в щиколотках на другом, и смотрел на двойника. – А тебе – домой.

Джей отвел взгляд, теребя зубами нижнюю губу. Нежный рот с грустно опустившимися уголками хотелось поцеловать.

– Надо, – признался он. – Я должен завтра еще появиться на работе, но отмазываться от Кэрри долго не получится. Это наша домработница, – пояснил он в ответ на вопросительный взгляд Джареда. – Приходит каждые пару дней, типа проверяет, что я в порядке.

– Она разве еще не звонила родителям?

– Я бы об этом узнал, – скривился Джей. – Ну, я наплел ей про друзей, поездку… Видимо, сработало. До сих пор срабатывало.

– Ладно, – подвел итог Дженсен. – Значит, завтра посадим тебя на поезд.

«И попрощаемся», – промолчал он, но Джей прекрасно понял его и без слов.

Неожиданный фактор несколько омрачал триумф, Дженсен хоть и понимал, что сделать ничего не может, от неприятного привкуса избавиться никак не мог. Примолкнувший Джей бродил по квартире с Брунхильдой на плече; ничего не сказал, но очевидно печалился из-за предстоящего расставания. Джаред, похоже, единственный чувствовал себя отлично: развалился перед телевизором и с аппетитом уплетал заказанные в «Джеймс Бургерс» куриные крылышки.

Полулежа на кровати Джея с ноутбуком, Дженсен лениво переползал со ссылки на ссылку: ему нравилось во время рейдов развлечения ради вычислять факторы, а-ля «найди десять отличий». Когда Джей осторожно опустился на край, подогнув под себя ногу, Дженсен едва обратил внимание.

Отвлечься пришлось, когда мальчишка притиснулся вплотную и легко коснулся губами голого плеча – несмотря на распахнутые окна, в квартире было жарко, Дженсен ходил в одних джинсах.

– Чего ты, мелочь? – скосил он глаза, слегка улыбаясь.

Джей промычал в ответ невнятное, переместился выше, к чувствительной шее, и пустил по правому предплечью волну мурашек. Дженсен закрыл глаза, расслабился, позволил Джею забрать с колен ноутбук и забраться верхом взамен. Тонкие пальцы коснулись скулы, очертили линию челюсти, щекотно прошлись по губам. Дженсен невольно облизнулся.

Диван скрипнул. Выглянув из-за плеча Джея – хорошо, хоть морская свинка на нем больше не восседала – Дженсен встретился взглядом с Джаредом. Кивнул ему, мол, иди сюда, к нам, но тот отрицательно мотнул головой.

– Хочу смотреть, – проговорил он одними губами, прежде чем сложить их в шальную улыбку.

Вуайерист чертов.

Дженсен положил ладони на выпирающие лопатки и, остро чувствуя невысказанную тоску Джея, позволил ему запоминать: руками, губами, всем телом. А Джареду позволил смотреть, потому что…

Как он мог ему отказать?

От возни, коротких хаотичных движений, ощущения твердости в штанах Джея встало моментально. Дженсен спихнул его на пол, поддержав, чтобы не потерял равновесия, приказал, выворачиваясь из собственных джинсов:

– Сними.

Джей охотно послушался, штаны упали на пол, и Дженсен бесцеремонно сгреб его обратно. Сполз чуть ниже, так, чтобы маленький теплый зад приземлился точно, куда нужно, и вжал в себя сильнее. Джей принялся ерзать вкруговую, напрягать ягодицы; член Дженсена лег прямо напротив сжатого горячего входа, и даже в горле пересохло от желания растянуть, вломиться, заклеймить. Низкий стон Джареда сбоку прозвучал в унисон с Дженсеновым.

Столкнув Джея на кровать, Дженсен рывком перевернул его на живот. Не удержался – толкнулся бедрами между ягодиц – и сдал назад, несмотря на охотно выпяченный навстречу соблазнительный зад.

– Нет, – вскинулся Джей, оборачиваясь, попытался нашарить рукой бедро Дженсена, чтобы притянуть обратно. – Ну пожалуйста… Дженсен, пожалуйста, я хочу, очень! Чтобы ты был первым.

Дженсен в ответ с нажимом провел ладонями по худой спине, заставляя Джея улечься обратно. Лег сверху, осторожно перенес вес с рук, придавив всей тяжестью – Джей сдавлено охнул, но стерпел – и шепнул в ухо, так, чтобы Джаред не услышал:

– Не могу, Джей, не имею права, понял? Не проси.

– Не хочешь, – обиженно выдавил тот в подушку.

– Очень хочу. Но не буду. Меня не должно быть здесь. Меня здесь не будет уже завтра. Ты уверен, что хочешь свой первый раз с тем, кого больше никогда не увидишь?

Джей застонал бессильно, но не ответил, лишь толкнулся навстречу, настырно повторяя телом: хочу. Упрямец маленький, можно подумать, Дженсен железный, можно подумать, ему ничего не стоит сдерживаться. Отмахнуться бы от назойливого голоса совести… Дженсен зажмурился на мгновение, одергивая себя. Осторожно прихватил губами мочку, лизнул и приподнялся на руках. Джей шумно втянул воздух полной грудью. Дернулся – перевернуться на спину, но Дженсен с легкостью удержал, сполз ниже, несильно шлепнул по нежному бедру. Джей заворчал недовольно, но послушался, ни секунды не раздумывая, подтянул колено к груди, выставляя напоказ маленькое розовое отверстие. Доверял без оглядки. Рот наполнился слюной, в груди предательски сжалось – на контрасте. Дженсен поднял глаза, встречаясь с потемневшим, жарким взглядом Джареда, и тот кивнул, будто подбадривая. Будто Дженсен нуждался в поощрении.

Дженсен толкнулся напряженным языком сразу внутрь, раздвигая горячую, упругую плоть, и Джей смешно мяукнул в ответ. Сбоку прожужжала молния, дыхание Джареда стало громче, но Дженсен не отвлекался, сосредоточив внимание целиком и полностью на мальчишке. Под солнечным сплетением клубилась непрошеная нежность, двойники упорно сливались в сознании – Дженсен словно смотрел на Джея и видел Джареда, юного, неопытного, и никак не мог убедить себя, что не его это забота. Не ему защищать, не ему идти рядом – его Джаред вырос давно, и сам кого хочешь защитит.

Его Джаред.

Дженсен прижался к мокрому от слюны отверстию открытым ртом, словно в губы целовал, и неудобно скосил глаза.

Джаред сидел лицом к ним, одной рукой облокачивался на спинку дивана, а другой ритмично водил по члену вверх-вниз. Глаза у него блестели сумасшедшинкой, рот приоткрылся, и скулы горели пятнами. Смотрел, не мигая, насквозь, не прикасался и в то же время обнимал взглядом. Под Дженсеном – захлебывался стонами, извивался, вминался всем телом.

Его Джаред.

Джей умолял бессвязно, скреб ногтями покрывало, без толку пытаясь насадиться на язык – Дженсен крепко держал за бедра. Когда он отстранился, слюна уже стекала по яйцам, темнела на простыне лужицей; Дженсен легко скользнул внутрь пальцем, согнул слегка, а дальше Джей уже сам заерзал, пытаясь найти нужный угол. Краем уха Дженсен зафиксировал тяжелые шаги – раз, два, три – а потом матрас прогнулся под весом, вокруг талии обхватили плотно и… И все. Джаред не делал ничего, просто держал Дженсена поперек живота одной рукой и задевал костяшками другой ягодицу на движении вверх. Оргазм он будто эстафетой запустил: закапал горячо поясницу Дженсена, одновременно поймав рукой его член и сжав крепко, того и хватило. Дженсен, потеряв координацию, вогнал палец в Джея резче и жестче, и тот выдохнул весь воздух из легких разом.

Они снова спали в одной кровати все вместе. Джей забрался на Дженсена едва не целиком, обвил руками и ногами так, что жарко стало, и молчал оглушительно громко: не уходи, не отпущу, не надо. Хотелось прохлады на коже, но Дженсен терпел и гладил осторожно худую спину, пока не заснул. Джаред лишь слегка задевал плечо пальцами, и Дженсен чувствовал прикосновение каждый миг, даже в глубоком, крепком сне.

Родинки у них, кстати, не совпадали полностью, Дженсен проверил: у Джареда со временем появились новые, а некоторые побледнели.

Весь следующий день они с Джаредом едва разговаривали. Тянуло предстоящим расставанием – пожалуй, впервые горчило внутри от необходимости возвращаться домой из рейда. Джей после работы молча собрал тот же небольшой рюкзак, с которым приехал. Рассеянно вынул из клетки Брунхильду, водрузил на плечо, почесывая за ушком, и сказал неожиданно – Джареду:

– Не надо меня провожать.

Тот обернулся с вопросом во взгляде, но Дженсен лишь пожал плечами. Хотелось бы самому понимать, что творится в лохматой подростковой башке. Джареду, если уж на то пошло, лучше знать.

– Можно я провожу вас? – едва слышно спросил Джей, не дождавшись ни от одного из них реакции. – Хочу посмотреть, как это.

– Да не на что там смотреть, – попытался объяснить Дженсен, но Джаред прервал его, резко вскинув руку:

– Можно.

Там, где кончилась бетонная платформа железнодорожной станции, под ногами тихо захрустел гравий. Вокруг было пустынно: обычно их мало волновало, кто сможет увидеть исчезновение в портале и усомниться в трезвости собственного рассудка, но Джею еще предстояло идти обратно.

Чуть раньше, в автобусе, Дженсена будто дернуло изнутри, вспыхнуло и не отпустило, пока не подчинился необъяснимому порыву: снял с руки лончер и тщательно застегнул вокруг запястья Джареда. Тот переводил взгляд со своей руки на Дженсена и обратно, то ли глазам не веря, то ли собираясь рассмеяться и все обратить в шутку, но так и не сказал ничего.

– Только на этот раз, – буркнул Дженсен. – Губу не раскатывай.

В конце концов, не руку и сердце же он ему предлагал.

Да и не слишком значительным стал бы подобный жест в их случае.

Джаред так и не прокомментировал, только уголком рта дернул в намеке на улыбку. Задел костяшками тыльную сторону ладони Дженсена, может, даже случайно – Дженсен не поручился бы наверняка.

Джей было потянулся к Дженсену, не губами – всем телом подался – но Дженсен осторожно отступил, сказал мягко:

– Пока. – И все.

Джаред поймал гладкую щеку огромной ладонью, очертил скулу большим пальцем, наклонился и накрыл губы губами. Теплой волной прокатилось в пах – как по команде – отвернуться Дженсен себя заставить не смог.

Джей жался к ним, все норовя уцепиться – то за одежду, то пальцами до руки дотронуться – пришлось отшугнуть его на пару ярдов и запретить приближаться. Вываливать целое состояние за точный луч, чтобы потом вернуть мальчишку обратно, Дженсен не собирался.

Лончер засиял зеленоватым светом, и линия деревьев по правую руку от них подернулась легкой рябью. Джаред переплел пальцы с пальцами Дженсена – для перехода прикосновение было необходимо, но между ладоней на этот раз будто образовался источник тепла, приятно покалывал кожу, стирал отголоски легкой грусти. Брунхильда встревоженно пискнула из контейнера, и Дженсен перевел взгляд на Джея.

Тот, кажется, даже не моргал, шагая с ними в ногу; лицо его ничего не выражало – только губы сжались в полоску. Джаред стиснул пальцы чуть крепче, и Дженсен ответил легким пожатием, мол, в порядке, да.

Солнце припекало, как в тот, первый день в Сан-Антонио, издалека постепенно нарастал шум приближающегося поезда. Ладонь Джареда держала крепко, надежно и, несмотря на то что лончер обнимал чужое запястье, Дженсен не чувствовал себя ведомым.

Они шли рядом.

Когда он снова повернулся направо, Джея с ними уже не было.

Эпилог

 

Лето подходило к концу. Джареду, если честно, оно уже опостылело, и последние дни каникул он дорабатывал в «Шляпнике» без особой грусти.

Без особой, на самом деле, грусти, потому что последние пару месяцев его равнозначно раздражало абсолютно все.

Дома он перестал себя сдерживать окончательно: с Мэг недавно вдрызг поссорился из-за сущей глупости, отказавшись делиться подаренной на последний день рожденья приставкой, к которой сам давным-давно не притрагивался. С родителями у него не ладилось еще с тех пор, как Кэрри им доложила о его затяжном отсутствии во время их похода по Биг Бенду. Не то чтобы Джаред не понимал умом, что лояльность лояльностью, а сообщить им о том, что сыночек пропал на неделю и дома не появлялся, она была просто обязана. Однако понимание не удержало его от того, чтобы затаить обиду на домработницу, которая в нем души не чаяла, и упорно не прощать.

Родителям он просто ничего не объяснил. Мама чуть не рыдала, пытаясь выяснить, где он шатался, отец порывался наказывать, но вскоре бросил: Джаред не реагировал ни на что. Реальной истории все равно никто бы не поверил, а сил придумывать достоверную ложь у него не хватило – вся фантазия словно ушла на приключение с Дженсеном и двойником. Отцу пришлось ограничиться чистыми результатами проверки на наркотики – их Джаред сдал безропотно.

Тиш, как выяснилось, видела его с инверторами и просто затрахала расспросами, намеками и шуточками – наполовину грязными, наполовину завистливыми. Довела до того, что Джаред в какой-то момент в лицо послал ее на хуй, и с тех пор они не разговаривали вне рамок рабочих отношений. Джаред чувствовал и стыд, и облегчение одновременно: ничего не хотелось.

Кроме как зарыться под одеяло и жалеть себя со своей маленькой ничтожной жизнью.

Баскетбол он забросил, хоть и честно собирался с началом учебного года вернуться в команду, с друзьями встречался редко и неохотно. На приют для животных у него совести не хватило забить, и он продолжал помогать там раз в неделю. Морских свинок в приюте, к счастью, не держали – Джаред как-то, поддавшись порыву, зашел в зоомагазин купить себе новую Брунхильду и едва позорно не распустил нюни перед клеткой, как самая настоящая девчонка.

Видимо, подсознательно он до конца не верил, что Джаред с… с Дженсеном… Что они уйдут. Вернутся в свою реальность и, как Дженсен и говорил, никогда больше с ним не увидятся. Попахивало сопливыми мелодрамами и дамскими романами, а Джареда выворачивало наизнанку нахлынувшим одиночеством, и он даже поделиться ни с кем не мог. Только стояла перед глазами сужающаяся в точку железная дорога, залитые солнцем мелкие камешки под ногами и подернутая рябью, словно спецэффектом в фильме, зелень деревьев. И переплетенные пальцы. И шаги, нога в ногу.

Они так и не обернулись в его сторону, Джаред хотел позвать, но язык будто прилип к небу. Две высокие фигуры бледнели, истончались, а потом Джаред моргнул – и остался один.

Дженсена он постоянно ошибочно находил в толпе, каждый раз сердце ухало в желудок и руки начинали дрожать, но прежде чем Джаред успел бы опозориться, он уже понимал: обознался.

На отражение в зеркале смотреть было жутковато: расслаивалось.

С утра закусочная, как всегда, пустовала: пара человек по углам – жаворонки, забежавшие на чашечку кофе перед работой – и только. Джаред от скуки лишний раз протер столики и смотрел теперь невидящим взглядом на аппликацию логотипа «Шляпника» на оконном стекле. От дурацкого мягкого цилиндра голове стало жарко, и Джаред, сняв его, пока никто не видел, положил на барную стойку рядом.

Колокольчик у двери тихо звякнул, возвещая о новом посетителе. Джаред перевел взгляд на вошедшего, и желудок неожиданно завязался узлом.

С Дженсеном он бы его не спутал: парень очевидно был намного младше, ниже ростом, уже в плечах. Волосы светлее и длинней, очки на носу. Но в солнечном сплетении неуемно тянуло, и Джаред, нахлобучив фирменный цилиндр на голову, принял стойку, готовый направиться к посетителю, как только тот определится со столиком.

Парень сел у окна, но не успел Джаред сделать и пары шагов, как тот заозирался беспокойно, затем поднялся и пересел вглубь, к книжному шкафу. Пробежал пальцами по книжным корешкам и, слегка улыбнувшись, выудил томик в темно-зеленом тканевом переплете.

Сердце у Джареда билось так сильно, что, пока он пытался уговорить себя дышать ровно, Тиш его опередила. Подплыла к столику, покачивая бедрами, оперлась о край, выставляя на обозрение соблазнительную ложбинку в глубоком вырезе блузки, и заговорила с парнем, слишком тихо для того, чтобы Джаред мог расслышать.

Пару минут спустя она отошла с заказом и мечтательной улыбкой на губах, не исчезнувшей, даже когда их с Джаредом взгляды пересеклись. Впрочем, его уже ничего бы не остановило.

Ему нужно было знать.

Джаред осторожно сделал круг по залу, поправляя якобы криво стоящие стулья, и на пути мимо столика рядом с книжным шкафом скосил глаза.

Четыре буквы на обложке серебристым тиснением образовывали название: «Финч». Джаред замер. Парень с любопытством поднял взгляд. Он был очевидно младше, черты лица слишком мягкие, и…

– Привет, я Джаред, – сказал Джаред, протягивая ладонь и пытаясь улыбнуться. А заодно не сморозить какую-нибудь глупость, после которой его мигом упекут в психушку.

Посетитель явно не понял причины внезапного знакомства, брови на миг сошлись на переносице. Затем он прикусил губу, словно решив что-то, и расплылся в ответной улыбке.

– Дженсен, – ответил он и крепко стиснул влажную от волнения ладонь Джареда.

Конец



Сказали спасибо: 48

Чтобы оставить отзыв, зарегистрируйтесь, пожалуйста!

Отзывов нет.
Логин:

Пароль:

 запомнить
Регистрация
Забыли пароль?

Поиск
 по автору
 по названию




Авторы: ~ = 1 8 A b c d E F g h I J k L m n o P R S T v W y а Б В Г Д Е Ж И К м Н О п С Т Ф Х Ч Ш Ю

Фанфики: & ( . « 1 2 3 4 5 A B C D F G H I J L M N O P R S T U W Y А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я

наши друзья
Зарегистрировано авторов 1407