ГлавнаяНовостиЛичная страницаВопрос-ответ Поиск
ТЕКСТЫ
1308

Легенда

Дата публикации: 02.11.2015
Дата последнего изменения: 02.11.2015
Автор (переводчик): Твоя_дивизия;
Бета: Гамма: Miss-ouri
Пейринг: J2;
Жанры: ангст; АУ; мистика;
Статус: завершен
Рейтинг: R
Размер: миди
Предупреждения: упоминание инцеста (между Дженсеном и Данни)
Примечания:

автор понимает, что дабстеп не так чтоб близок большинству читателей, но для того, чтобы понять, как колбасило Джареда, рекомендует послушать хотя бы минуту в трех треках в тексте (а для редких любителей в конце бонус – полуторачасовой сет лучших треков за 2012 год). Весь плей-лист в жанре brutal, не melodic, то есть это не милая Линдси Стирлинг со своей попсовой скрипочкой (это было еще одно предупреждение)
Персонажи: Джаред, Дженсен, Данни


Саммари:

Их двое: один – человек из нашего мира, другой – король с другой стороны мироздания. Волей одного они обречены на встречу. Сможет ли человек вынести тяжесть волшебства мага, а тот – понять и принять его


Глава


Налей еще вина, мой венценосный брат,
Смотри - восходит полная луна;
В бокале плещет влага хмельного серебра,
Один глоток - и нам пора
Умчаться в вихре по Дороге Сна...

...По Дороге Сна - мимо мира людей; что нам до Адама и Евы,
Что нам до того, как живет земля?
Только никогда, мой брат-чародей, ты не найдешь себе королеву,
А я не найду себе короля...

...И чтоб забыть, что кровь моя здесь холоднее льда,
Прошу тебя - налей еще вина;
Смотри - на дне мерцает прощальная звезда;
Я осушу бокал до дна...
И с легким сердцем - по Дороге Сна..

группа Мельница "Дорога сна"






Тихо, здесь всегда тихо. Воздух застыл, ни ветерка. И темно. Только дорога серебрилась под ногами, и ее свет разбавлял глухую темноту. Тишина. Лишь тихий звон подков двух вороных. Мужчина, закутанный в черный плащ, посмотрел на свою верную спутницу, покачивавшуюся в седле справа.
– Холодно. Так холодно, сестра.
Тонкая бледная дева с белыми волосами обернулась, посмотрела озабоченно. И нахмурилась – вид спутника ее встревожил: бескровное лицо, безжизненный взгляд. Ему становилось все хуже с каждым днем. Хотя, как разобрать, день или ночь – в Межмирье всегда плотный сумрак. Но одно она знала точно – брат уже на грани. И если поначалу его согревали горячие поцелуи, он оживал, собирался с силами, то сейчас уже совсем не реагировал на прикосновения. А ведь этот способ возвращать ему жизнь и память какое-то время казался выходом, и она так радовалась своей находчивости.
– Холодно.
Да он сейчас упадет! Подъехав вплотную, почти притершись к крупу его коня, она придержала уздечку, останавливая. Что будет дальше – страшно подумать, что было до этого – не хотелось вспоминать. Когда поцелуи оказались бесполезны, а брат стал леденеть в ее руках, пришлось действовать более решительно. Было нелегко, особенно в первый раз. Расстегивая драгоценную пряжку его плаща, снимая тяжелые латы, она до конца не верила, что сделает это. Но потом потянула свою завязку на вороте, перешагнула через упавшее платье и прижалась к стылому телу брата. И легла, потянув его за собой. Закричала, когда он, крепко сжав горячее тело холодными руками, вошел в нее, пронзив ледяным копьем жаркое нутро. Кусала губы, но видела, чувствовала, как брат согревается, выбирается из затягивающей пелены небытия. Ну и пусть после он плакал от стыда и ненависти к себе, зато остался жив, а это самое главное.
– Холодно, сестра. Страшно и темно.
Осталось последнее средство. Она помогла брату слезть с коня, села на землю и, уложив его голову к себе на колени, нежно поцеловала закрытые веки.
– Ты такая горячая, сестра. Обогрей и меня.
– Сейчас, мой король, – прошептала она и, легко выхватив из ножен клинок, поднесла руку к его лицу, зажмурилась и провела острым лезвием себе по запястью. Рана тотчас набухла алым, и тяжелые капли потекли брату на белые губы. Он облизал их, распахнул глаза и, приоткрыв рот пошире, стал жадно глотать кровь.
После они лежали рядом, она перебирала пряди его волос и рассказывала, как рассказывала уже бесчисленное множество раз.
– Ты, брат мой, король в прекрасном мире, который наполнен светом и теплом, там на высоком небе светит золотое солнце, моря глубоки, а леса густы. Огромный дворец, где мы живем, самый прекрасный на свете. А ты строгий, но справедливый повелитель. И все жители любят тебя и поклоняются тебе, мой лорд, потому что ты самый великий маг нашего мира. И многие, многие века все шло своим чередом, но однажды к тебе пришли знающие и сказали, что ткань мироздания истончается и может прорваться.
Он протянул руку и потрогал свой плащ.
– Как ткань на одежде, так же?
– Хм, там все более сложно, – неопределенно ответила она и поправила складки, прикрывая брата.
Рядом фыркали и прядали ушами два вороных коня.
– А дальше? – помолчав, спросил он.
– Знающие сказали, что для поддержания равновесия нужно, чтобы король нашел свою королеву, и ты согласился. И тогда…
– Зачем мне кто-то еще? – перебил он. – Ты моя королева.
Она вздохнула.
– Я твоя сестра, мой лорд, я не могу быть твоей.
– Ты и так моя.
Она прикрыла ему рот узкой ладошкой и продолжила:
– И тогда на главной площади стали собираться все девушки нашего мира, ты призвал их своей властью и устроил смотр. День проходил за днем, но ни одна не сумела завладеть твоим сердцем. И уже опустела площадь, а королеву ты так и не выбрал. Но знающие настаивали, уговаривали подумать еще. Тогда ты разгневался, мой король, и заявил, что если здесь не можешь найти свою половину, то пусть тогда твое сердце само ищет ее по всему мирозданию. Ты вскрыл себе грудь, вырвал горячее сердце и швырнул его за пределы нашего мира.
Она замолчала. До сих пор это воспоминание приносило ей боль. Брат зашевелился и повернулся на бок.
– И что потом?
– Без сердца жить, как прежде, ты не мог. И через какое-то время решил начать поиски. Так мы оказались на этой дороге в Межмирье. Ты не утратил своей магической силы, а я превратилась в бесполезную спутницу. Моя задача – помочь тебе пройти путь, всеми силами.
Он сжал ее ладонь.
– Мы давно на дороге? Мне кажется, прошла вечность. – От тоски в его голосе перехватило дыхание.
– Нет, мой король. Время здесь течет медленно. Мы движемся и движемся вперед, проходя различными мирами, в надежде найти утерянное. И, я уверена, уже совсем скоро мы отыщем твое сердце, твою королеву.
Она уже ни в чем не уверена. Время шло, и с каждым мигом жизнь утекала из ее брата. Миры мелькали перед ними, призрачные, туманные, но нигде не находилось искомое. Брат все больше терял себя. Застывал, холодел, таял. И она боялась, что однажды он истончится так, что исчезнет, осыпавшись изморозью на эту проклятую дорогу.
– Как твое имя, сестра?
– Данни, мой король.
– А мое?
– Дженсен.
– Дженсен, – тихим шепотом, чтобы забыть через мгновение.
– Нам пора, мой повелитель.
– Холодно, – пожаловался он, усаживаясь в седло.
Она скрипнула зубами. Так быстро?
– Поехали, мой лорд. Смотри, там впереди свет еще одного мира. Вдруг там нам повезет.
– Думаешь, стоит?
– Не знаю, ты ведешь, я лишь следую за тобой.
Он чуть помедлил, затем, потянув поводья, взял левее, съехал с дороги и пришпорил коня.



До двадцати лет в жизни Джареда все шло легко и замечательно. Пять лет назад его отца повысили в должности, он получил место в американском посольстве в Англии, и их семья переехала из Сан-Антонио, штат Техас, в Лондон. Джаред окончил престижную частную школу и поступил в юридический колледж, решив пойти по стопам старшего брата.
В тот день после занятий Джаред с подругой и друзьями направлялись в кафе недалеко от кампуса. Джаред обнимал за плечи доверчиво прижимавшуюся Сэнди, которая смеялась над шутками Чада, и размышлял, что бы такого подарить ей на приближавшийся день рождения. Погода стояла прекрасная, теплое весеннее солнце уже пригревало вовсю, вечером их компания собиралась оторваться в клубе. Все так чудесно складывалось.
Сначала Джаред не обратил внимания на озноб, ползущий по спине, только плечами передернул. Сэнди глянула удивленно. Но ощущение холода не проходило, ледяное оцепенение постепенно разливалось по телу. Джаред выпустил девушку из объятий, стал сжимать и разжимать кулаки и даже подпрыгнул пару раз, пытаясь согреться. Ребята остановились, Чад заткнулся на полуслове и в недоумении уставился на Джареда. И тогда это произошло – в груди Джареда как будто взорвалась бомба, окатив его раскаленной лавой. Он закричал от острой боли, мир рассыпался золотыми искрами и затем погас.
Первое, что увидел Джаред, очнувшись, – белый больничный потолок и заплаканные глаза матери. В то же мгновение его выгнуло дугой от непереносимой рези под ребрами, и Джаред забился на кровати, срывая опутывающие его провода, вырывая из вены капельницу. Он кричал, громко, не мог сдержаться, но не слышал своего голоса. Назойливый писк мониторов слышал, истошный вопль матери, звавшей врача, тоже, а себя нет. Паника накрыла с головой, но тут горячая волна жара расколола грудь на мелкие осколки, и Джаред снова провалился в небытие.
Он не приходил в сознание неделю, за которую, как потом рассказала ему измученная Шерон, он три раза был в коме. Врачи сбились с ног, пытаясь понять, что за неведомый недуг поставил на грань жизни и смерти молодого и прежде совершенно здорового парня, но только разводили руками.
– Джаред, меня зовут Сара Гэмбл, и я твой лечащий врач.
Джаред с трудом открыл глаза и еле сфокусировал на ней взгляд. Его обкололи обезболивающими, в голове будто перекатывалось мутное желе, и Джаред плохо понимал, что ему говорят. И так жарко, черт, даже дышать тяжело.
– У тебя нетипичный случай аритмии, – внимательно заглянув Джареду в глаза, продолжила доктор. – Твое сердце совершает больше ста двадцати ударов в минуту, при этом никаких патологий в самом органе нет, и вообще совершенно неясно, из-за чего началась эта болезнь. А также аритмия не предусматривает повышенную температуру тела, а у тебя она сто два градуса*, при отсутствии, заметь, каких-либо воспалений. Приступы боли я объяснить тоже не в состоянии, все анализы в пределах нормы. Твои родители настояли на консультации лучшего кардиолога Лондона, и два дня назад он осматривал тебя. И не смог поставить диагноз. Твой случай очень странный, Джаред.
И помолчав немного, добавила, опустив глаза:
– Организм получил сильный стресс, поэтому, видимо, произошло локальное поражение нервной системы и отказали голосовые связки. Но это временно, – Сара поспешила успокоить Джареда. – У нас замечательная программа реабилитации, и, я надеюсь, восстановительный период не займет много времени.
Джаред уткнулся невидящим взглядом в стену. Как же так, почему? Его захлестнула тоска, было до воя жалко себя, свою сломанную жизнь, разбитые планы и надежды.

Накатывало всегда неожиданно. Жар разгорался в груди, сердце бешеным ритмом стучало о ребра, шум в ушах заглушал все другие звуки, а по венам разливался жидкий огонь. Джаред задыхался, горел, и ему казалось, что даже воздух вокруг него сгущается и плавится. Было так больно, что, пока не начинали действовать лекарства, Джаред скрючивался на постели, прижав к груди колени, пылал в своем невидимом пожаре и беззвучно кричал.
Но с каждым проведенным в клинике днем ему становилось легче: то ли врач правильно подобрала лекарства, то ли организм привыкал. Отменили сильные обезболивающие и антибиотики, остались лишь кардиопрепараты. День, когда он смог самостоятельно дойти до туалетной комнаты, дверь в которую находилась в десяти шагах от кровати, Джаред посчитал за праздник. Приступы стали случаться все реже, и однажды после того, как целые сутки Джаред не сделал ни одной попытки умереть, миссис Гэмбл с радостью сообщила, что он вступил на путь выздоровления.
Джаред набирался сил, учился заново ходить, постепенно смог выбираться за пределы своей палаты и гулять по коридору. Однажды вечером он брел, держась за стенку, когда под рукой приоткрылась незапертая дверь. Джаред с любопытством заглянул в помещение. Это оказалась игровая комната для детей, на стульях сидели плюшевые зверушки, а стол был завален разнообразными игровыми приставками. Джаред, поколебавшись, сделал пару шагов внутрь, как вдруг почувствовал приближение приступа. Он привалился к стене и без сил сполз на пол, не зная, что делать и как позвать на помощь. Тут распахнулась задетая его рукой дверца встроенного шкафа, и Джареду на голову посыпались игрушки. Среди горы ярких пластмассовых безделушек Джаред заметил барабан. Он попытался его взять, чтобы побить в него и громкими звуками привлечь внимание медсестры, но не смог дотянуться. Зато ему под руку попался маленький синтезатор на батарейках. Джаред, уже чувствуя, что сейчас отрубится, схватил его и ослабевшими пальцами застучал по клавишам. И ему сразу стало легче.
Когда через двадцать минут, привлеченная непонятным шумом, его обнаружила запыхавшаяся медсестра, уже отчаявшаяся найти пропавшего тяжелого пациента, она увидела странную картину. На полу, вытянув ноги, сидел Джаред, увлеченно барабанил по клавишам детского электронного пианино и улыбался.
Вечером того же дня он протянул пришедшей навестить его матери криво написанную записку для старшего брата. «Джеф, передай, пожалуйста, мне мой лэптоп и закинь на него прогу с каким-нибудь симулятором музыкального инструмента, желательно клавишным». Брат нарисовался у Джареда в палате через два дня с новеньким Макбуком и, раскрыв его, сказал:
– Тут есть выход в сеть, и я поставил тебе последнюю версию профессиональной программы для диджеев Virtual DJ. Разбирайся.
Джаред заворожено уставился на навороченный интерфейс. Как сложно, сколько настроек, всяких неизвестных кнопочек и рычажков.
Спустя десять дней Сара Гэмбл неохотно отпустила Джареда домой, твердо наказав появляться в клинике два раза в неделю для окончательной реабилитации.



Время приближалось к рассвету, и Боб Сингер, прикончивший ставшую уже каждодневной бутылку скоча, стал подумывать, не уйти ли ему домой, не дожидаясь закрытия клуба. Когда в кабинет заглянул музыкальный директор Клифф и, неуверенно потоптавшись у двери, сказал:
– Боб, там парень пришел какой-то странный, хочет сет сыграть.
Сингер поставил на стол тяжелый стеклянный стакан и уточнил:
– Чем странный? И вообще, через полчаса выступления заканчиваются, и мы закрываемся. Что это он так поздно?
– Ну… он как будто больной или торчок. Немой к тому же. – Второй вопрос Клифф, видимо, не услышал.
Бобби крякнул.
– И чего там у него за музычка?
Клифф вел себя нетипично: обычно решительный и энергичный, сейчас мялся и растерянно грыз ноготь. Бобби полностью полагался на его музыкальный вкус и ни разу не пожалел, что, занявшись клубный бизнесом, взял его на работу безо всяких рекомендаций. На танцполе всегда было полно народу, и, несмотря на то, что заведение располагалось в довольно захолустном районе Лондона, клуб «Танцующий демон» считался весьма популярным.
– Я бы не сказал, что это вообще музыка, но что-то в этом есть, – еще немного помолчав, выдал Клифф.
– Ну, если ты так считаешь, выпускай его. Кто там сейчас у нас играет, Старки, что ли? Вот он закончит, и вперед. Если там, конечно, еще кто-то останется из публики.
– Ага, надо дать парню шанс, – уже в дверях пробормотал Клифф.
– Только бесплатно чтоб! Не вздумай денег пообещать! – вслед ему прокричал Бобби.
Вскоре музыка внизу затихла, и он, прихватив ключи от машины, стал спускаться по лестнице, собираясь зайти по пути на танцпол и взглянуть на того парня, о котором говорил Клифф. На нижней ступеньке Бобби неожиданно окатило бешеным ритмом. Заныли зубы, и сердце пропустило удар. Получивший в юности классическое музыкальное образование, привыкший, казалось, за последние десять лет к различным танцевальным стилям, Сингер содрогнулся. Его музыкальный директор сомневался не зря – музыкой это назвать было весьма сложно. Зайдя в зал, Бобби во все глаза уставился на сцену. У пульта стоял высокий, чуть сгорбившийся паренек в простой футболке и широких штанах. Он был худой, очень бледный, до синевы, под глазами черные круги. Похож на наркомана, решил Бобби, но, присмотревшись, заметил, что его одежда новая и чистая, а длинные волосы, собранные на затылке в хвост, густые и блестящие. Рядом со сценой застыл Старки, их постоянный диджей, и, не отрываясь, смотрел на новенького. Посетители, уже собиравшиеся покинуть зал, остановились на выходе, многие разворачивались и возвращались на танцпол, а кто-то даже пытался двигаться под столь непривычные звуки.


Download Excision Brutal for free from pleer.com

Джаред не видел и не слышал ничего вокруг. Он, полностью погрузившись в ритм, плавно двигал ручки микшера. Основной звук треков, записанных дома, шел через контроллер с ноута, а на пульт Джаред выводил пульс своего сердца. Он пришел сюда, в этот клуб, на грани приступа, сознательно отказавшись на пару дней от лекарств вообще, понимая, что только в таком состоянии способен выступать. И сейчас Джареду казалось, что ставший уже привычным огонь, разливающийся по крови, стекает с пальцев на микшер. А стук бешено рвущегося наружу сердца Джаред трансформировал в болезненный, спотыкающийся, неестественный ритм, который, усиливаясь в тысячи раз акустикой, неожиданно завораживал людей. Джаред сливал в звук боль, что терзала его тело, его душу, и при всем желании уже не смог бы остановиться, пока не освободится до самого дна. Джаред не играл, его, можно сказать, рвало музыкой.
Закончив мини-сет, он почувствовал себя почти здоровым. Джаред выплеснул, выпустил выжигающее его пламя, сердце билось спокойнее, по телу растекалась прохлада.
Клифф возник за его спиной и незаметно сунул в руки пачку мятых фунтов.
– Эй, чувак, здорово получилось. Приходи завтра. Придешь?
Джаред кивнул – конечно. Теперь, после того, как он нашел способ быть живым, не закидываясь горой таблеток, по-другому уже не сможет.
Клифф подошел к микрофону и обратился к ошеломленным зрителям:
– Дамы и господа, навестите нас завтра! Удививший нас сегодня диджей… – он оглянулся на Джареда.
Тот быстро набрал имя на планшете и протянул музыкальному директору.
– …Джей-Ти, – прочитал Клифф с экрана, – сыграет для вас новый сет.
Через неделю Бобби Сингер позвонил своему давнему знакомому, продюсеру Эрику Крипке.

За несколько дней Джаред вполне освоился в новой роли. Его выступления начинались в полночь, и к тому времени клуб был забит под завязку – новость о появлении новой звезды разлетелась со скоростью пятьсот мегабит в секунду. Музыка кипела и бурлила в Джареде, и он щедро дарил ее зрителям. Сутками он не выпускал комп из рук, переводя биение пульса в цифровой формат треков. Джаред, после болезни и так мало обращавший внимание на окружающее, сконцентрированный на внутренних ощущениях, сейчас еще глубже погрузился в себя.
Как-то после очередного сета он собирался домой и не сразу заметил мужчину с мягкой улыбкой и внимательными глазами, который подошел к нему и протянул руку для знакомства.
– Привет, Джей-Ти. Меня зовут Эрик Крипке, я продюсер, сотрудничаю с Warp Records. Я видел несколько твоих выступлений, ты отлично сыграл, мне понравилась твоя музыка.
«Это не музыка, а ритм моего сердца», – написал Джаред на планшете. Эрик кивнул.
– У тебя талант, Джей-Ти. Я хотел бы начать работать с тобой на профессиональном уровне. Предлагаю свои услуги.
Джаред никак не отреагировал, снял болтающиеся на шее наушники, отсоединил провода и сунул лэптоп под мышку. Потом, не глядя на собеседника, нацарапал что-то на криво оторванном клочке бумаги, протянул ему и ушел. Эрик опустил глаза и прочел «доктор», и телефон.

– Я не позволю зарабатывать деньги на инвалиде! – Сара Гэмбл, упершись руками в стол, нависла над съежившимся Крипке. – Слышите, найдите себе другого, здорового!
Она была против этого визита, но накануне вечером ей позвонили родители Джареда и попросили разрешить продюсеру ознакомиться с историей болезни их сына.
Эрик вжал голову в плечи. Под руками зашуршали листы медицинской карты Джареда. С трудом, после долгих уговоров Крипке, Шерон и Джеральд позволили Джареду подписать контракт с известным лейблом. Родители видели, как в последнее время у сына снова заблестели глаза и в них появилась надежда.
– Поймите, он жив только благодаря лекарствам, – уже немного успокоившись, продолжила Сара, опустившись на стул. – Мальчик может умереть в любой момент.
Эрик смотрел на распечатки кардиограмм, а видел картинку с экранов звукорежиссеров, обрабатывающих звук в специальной программе на студии. А запись с монитора, на которой ритм сердца Джареда выписывал невозможную амплитуду – то резко вверх, до предела шкалы, то обрываясь вниз, – колебание частот эквалайзера. У Крипке неожиданно защипало в глазах и перехватило горло. Надо же, такой мощный саунд и такое хрупкое сердце.
– Я не допущу этого, миссис Гэмбл, – уверенно сказал он. – Я тоже хочу, чтобы Джаред был счастлив.
– Но помните, что я сказала. В любой момент...


Download Datsik ft Excision Vindicate for free from pleer.com

Джаред потел под софитами в студии ВВС, куда их с Крипке пригласили на еженедельное шоу по причине выхода первого альбома. Неделю назад Эрик молча положил перед Джаредом диск, на обложке которого скрин с экрана медицинского монитора был наложен на интерфейс эквалайзера. Белые буквы названия гласили: «Музыка в ритме его сердца».
– Добрый вечер, уважаемые зрители «Бризблока»**, – взяла в руки микрофон красивая платиновая блондинка, хозяйка шоу легендарная Мэри Энн Хоббс. – Поприветствуем в нашей студии создателя нового стиля клубной музыки. Итак, супердиджей Джей-Ти, король дабстепа.
Зал взревел, Джаред натянуто улыбнулся и помахал рукой. Он чувствовал себя довольно скованно, также мешала непривычная одежда, подобранная имиджмейкером – Джаред недоуменно скосил глаза на свою кислотно-розовую футболку с дурацким принтом, – а из волос стилист накрутил нечто такое невообразимое, что Джаред опасался лишний раз повернуть голову.
Переждав приветственные крики, Мэри продолжила:
– Ты выбрал себе имя Джей-Ти, а знаешь, что многие фанаты зовут тебя диджеем Джанки***?
Джаред дернул плечом. Да, он знал.
– И есть мнение, что такую музыку можно придумать, только находясь под влиянием определенных препаратов?
– Джей-Ти не наркоман, – влез Эрик, – у него редкая болезнь сердца.
Мэри понимающе кивнула и снова обратилась к Джареду:
– Ты же обратился к этой сфере деятельности после того, как попал в клинику?
«Да, – быстро набрал на планшете Джаред, и его ответ в ту же секунду вывелся на большой экран, – дабстеп стал моим спасением».
– А это правда, что один и тот же трек на сетах звучит по-разному, никогда не повторяясь? И почему?
Джаред задумался, как объяснить, что он просто физически не может воссоздать один и тот же ритм, потому что каждый раз сердце бьется по-другому. Но его выручил Крипке, который объяснял этот феномен импровизацией и непрекращающимся творческим процессом даже во время выступлений.
Ведущая задала еще несколько вопросов, потом микрофон передали зрителям. Чаще отвечал Крипке, но и Джаред старался не отставать. Затем очередь перешла к двум известным музыкальным критикам. Первый высказался нелестно и довольно жестко. К нему присоединился и второй.
– Не знаю, можно ли назвать этот придабленный гэрижд****, наполненный болезненными сэмплами, именно новым стилем, – заявил обозреватель журнала Mixmag, – но ни слушать, ни танцевать под него невозможно. Это не музыка.
Зрители засвистели, а Джаред был согласен. Конечно, это не музыка, это его боль.
Время шоу подходило к концу, и Мэри, поблагодарив гостей за визит, так закончила передачу:
– Мы будем с большим интересом наблюдать за развитием дабстепа. А я хочу процитировать одного журналиста, который написал так: «Пусть Джей-Ти говорит о том, что в его треках боль, безысходность и отчаяние. Но мы, публика, слышим совсем другое – любовь и надежду. Даже не так – надежду на любовь. А если сказать совсем точно – это отчаянный Зов любви. Именно так – Зов, с большой буквы. Вот за это мы готовы боготворить этого супердиджея».
Заиграла финальная мелодия, погасли софиты, а ошеломленный Джаред остался сидеть с открытым ртом. Зов любви?! Откуда? Он иногда задумывался, как, несмотря на странность и нелепость этой музыки, его дабстеп так стремительно набрал сумасшедшую популярность. Ведь от Джареда шел негативный посыл. Почему же на выходе получалось другое?

* По Фаренгейту (40,5 градусов по Цельсию).
** The Breezeblock – экспериментальное радио-шоу Mary Anne Hobbs на BBC Radio 1 об андеграундной электронной музыке. Транслируется с 1997 года. Волей автора перенесено на телевидение, так как Джаред не мог говорить.
*** Джанки (англ. junky) – наркоман.
**** Гэрижд (англ. garage) – жанр урбанистической электронной музыки, возникший в середине 1990-х годов в восточном Лондоне.



Джаред рассматривал себя в зеркало, приблизив лицо так близко, что чуть не ткнулся носом в стекло. Вроде все как всегда – бледная кожа и синяки под глазами. Но как раз их Джаред научился скрывать под затененными стеклами в огромной разноцветной оправе: эти очки он носил не только на выступлениях. Джаред провел пальцем по щеке, чуть растягивая кожу. Обычная, мягкая, живая. Джаред в который раз удивился – он все еще жив. Прошло уже полтора года с момента начала его странной болезни. Джаред отпраздновал совершеннолетие, переехал от родителей в новый большой дом, который купил Крипке на диджейские гонорары. За это время Джаред стал самым популярным исполнителем в жанре дабстепа и не только в Англии, но и во всем мире. Как раз сейчас он должен выйти на сцену клуба Home в Нью-Йорке, где проводился завершающий тур конкурса DJ Superstar.
Джаред терпеть не мог трансатлантические перелеты и все время в самолете провел в забытье, наглотавшись лекарств. У него не было сил писать музыку. У него в последнее время вообще мало их осталось, этих сил. Джаред устал. Очень. Несмотря на поддерживающую терапию и регулярные обследования в клинике доктора Гэмбл, внутренний жар постепенно выжигал его изнутри. Джареду казалось, что он превратился в песчаного человечка – один порыв ветра, и рассыплется прахом. Он чувствовал, как его кожа усыхает и трескается, и еле шевелил запекшимися губами. Но нет, каждый раз из зеркала на него смотрел нормальный парень, не совсем здоровый, но вполне себе живой.
Голос к Джареду так и не вернулся, и миссис Гэмбл прятала глаза всякий раз, когда он спрашивал ее об этом на консультациях. Усталость, огонь и пустота – вот что было у Джареда внутри. Музыка почти перестала его спасать. Крипке, похоже, чувствовал эти изменения, он всегда улавливал настроение Джареда, старался поддерживать, говорил, что все у них замечательно. Но Джаред замечал, как Эрик стал часто звонить доктору и тихо и озабоченно бормотать в трубку, когда думал, что Джаред его не слышит.
В гримерке было тихо, посторонние звуки из зала сюда не доносились. Джаред отлип от зеркала и опустился на стул. Он подумал, что завершить карьеру сейчас, на самом взлете, после, без сомнения, победы в конкурсе, было бы неплохой идеей. А еще лучше умереть. На сцене. И превратиться в легенду. Джаред удивился такой мысли: тщеславие никогда не являлось его характерной чертой.
Странный холодок, смутно знакомый, прошелся по спине. Стало страшно. «А кто только что желал смерти?» Джаред испуганно вскочил. Ноги ослабли, как в самолете, когда проваливаешься в воздушную яму. Сердце, и так суматошно стучащее в ребра, чуть не выскочило из груди. Немного отдышавшись, Джаред снова присел и дрожавшими руками нанес на волосы фиксирующее средство – осталось только сделать укладку, и пора было выходить на сцену.

Эрик уже начал нервничать и собирался сам пойти за Джаредом, но тут увидел его тонкую высокую фигуру в конце коридора. Темные стены были обклеены узкими зеркальными полосками, и в неясном синем освещении отражения приближающегося Джареда скользили, ломались, дробились. На секунду Крипке показалось, что настоящего Джареда нет, он разбился на множество зазеркальных теней. Невидимая рука беспокойства и тревоги сжала Эрику горло.
Джаред выглядел отлично: узкие блестящие брюки, светло-зеленый пиджак с короткими, по локоть, рукавами, очки на пол-лица, торчащие волосы, выкрашенные на висках ярко-оранжевыми и белыми прядями. Только бледный очень, и губы сжаты. Эрик попытался поймать его взгляд сквозь эти дурацкие очки, но Джаред отвернулся.
– Джей, давай отменим выступление, – озабочено предложил Крипке, но Джаред только покрутил головой и, привалившись плечом к стене, стал ждать команды от ведущего.



Выйдя наружу, Дженсен с силой захлопнул дверцу. Задумался на пару секунд, соображая. Последнее его воспоминание – они с сестрой свернули с дороги, чтобы спуститься в очередной мир. Теперь лошади пропали, Дженсен стоял рядом с черной сверкающей металлической повозкой, из которой как раз в этот момент выбралась его спутница – невысокая рыжеволосая девушка в коротком блестящем платье. Дженсен прекрасно помнил, что это его сестра Данни. Он оглядел себя – странного кроя светло-голубые штаны из плотной ткани, удобная кожаная обувь и черная, непривычно облегающая рубаха с треугольным воротом. Данни удивленно крутила головой, рассматривая красивое здание, вокруг которого стояло множество повозок, похожих на их. И Дженсен понимал сестру, он тоже был ошеломлен. Обычно, когда они спускались в очередной мир, тот казался им нереальным, призрачным. Брат с сестрой проходили сквозь него незаметно, неуловимыми глазу возможного наблюдателя тенями. Скользили по поверхности бытия легчайшими фантомами. И никогда прежде не погружались так глубоко, чтобы стать частью местной жизни. Это было удивительно и, несомненно, являлось хорошим признаком. Может быть, наконец, их здесь ждет конец пути.
– Дженсен, вот это да! – рассмеялась Данни.
Она раньше постоянно смеялась, его сестра-хохотушка. До чего он довел ее за время их выматывающего путешествия, что она превратилась в бледную тень, и душа ее наполнилась горем и постоянной тревогой. Что же Дженсен натворил?! Что сделал с их жизнями своим необдуманным поступком?
Дженсен обошел машину и, обняв сестру, крепко прижал ее к груди.
– Спасибо, – прошептал он и поцеловал в рыжую макушку.
Данни отстранилась и, счастливо блестя глазами, сказала:
– Ты тоже чувствуешь, да? Оно здесь, твое сердце?
Дженсен неопределенно пожал плечами. Внутри все пело от предвкушения. Но не надо торопиться. Он так долго и мучительно шел к цели, что просто боялся надеяться. А вдруг это какая-то жестокая игра иллюзий.
В этом мире было очень тепло. Дженсен за время, проведенное в пути, привык к черному холоду в груди. А сейчас будто ласковый солнечный свет разливался под ребрами, щекоча и разгоняя кровь по телу.
Он подхватил нетерпеливо приплясывающую Данни на руки и закружил. Потом поставил на землю и чмокнул в нос.
– Пошли. – И, закинув руку ей на плечо, повел в здание.
Внутри было шумно и полно народа. Когда брат с сестрой, незаметно просочившись мимо здешней охраны, вместе с толпой влились в огромный темный зал, Дженсен даже растерялся. Данни беззаботно упорхнула в сторону, а появившись через минуту, протянула ему прозрачный, хрупкий на вид сосуд на тонкой ножке, на дне которого плескалась темно-красная жидкость.
– Смотри, что я нашла, – довольно жмурясь, сказала сестра. – Это местный напиток, попробуй.
Дженсен осушил его одним глотком и почувствовал, как внутри загорелся огонь. Он бился, трепетал, и Дженсен ощутил, как все вокруг закачалось, запульсировало в такт. Он буквально услышал стук своего сердца. Да, точно, это оно, Дженсен все-таки нашел его! И сейчас король наконец-то увидит свою королеву. Где же она? Дженсен покрутил головой. В глазах замельтешило от множества людей вокруг, от странных, резко вспыхивающих огней, которые на миг выхватывали из темноты чужие лица.
Данни успокаивающе сжала его руку. Дженсен выдохнул сквозь зубы. Надо расслабиться, а то он и не заметил, что его начало трясти от нетерпения и предвкушения близкой встречи.
Дженсен был уверен, что узнает свою половину, ту, которая носит в себе его часть, с первого взгляда. Но сколько он не вглядывался в людей, ничего не откликалось внутри. Вдруг толпа взревела, и на высокий постамент вышел молодой человек, совсем юный, по мнению Дженсена почти дитя. Несколько мгновений Дженсен смотрел на него, почему-то не в силах отвести взгляд, а потом тряхнул головой и снова заозирался. Ну где же?

Может, действительно стоило отказаться? На подгибающихся ногах Джаред поднялся на сцену и подошел к пульту на стойке, оформленной декоратором в стиле рубки космического корабля. За спиной на красном фоне зажглись стилизованные под маленькие бриллианты лампы, складываясь в надпись J-T. Джаред вскинул руку, приветствуя зрителей, и на экране над его головой вспыхнула бегущая строка: «Спасибо, что пришли! Я вас люблю!». Это еще давно придумал Крипке – такая вот фишка немого диджея – надо же как-то общаться с залом. Они разработали систему сигналов: когда Эрик давал отмашку, Джаред делал паузу в треках, а ассистирующий ему за кулисами Крипке бросал со своего компа на экран фразочки, чтобы разогреть народ.
Публика стала скандировать: «Джей-Ти, Джей-Ти». Джаред вскинул руку вверх, сложив пальцы в жест «ОК», что всегда у него означало начало выступления, затем надел наушники, опустил ладони на пульт и начал сет. Внезапно снова накатило, в голове зазвенело, и Джареду показалось, что он падает, падает в какую-то кроличью нору и никак не может долететь до дна.


Download Terravita Lords And Ladies for free from pleer.com

Зрители – а Дженсен уже понял, что они с сестрой попали на какое-то представление – приветственно закричали, и на Дженсена обрушилась лавина немыслимых звуков. Он испытал шок, поняв, что слышит стук собственного сердца, усиленный до такой степени, что тот превратился в невыносимый грохот. Значит, королева совсем рядом. Дженсен прикрыл веки, обводя зал внутренним магическим зрением, и наконец-то увидел пламенеющий горячий сгусток, который манил и притягивал. Он здесь, только руку протяни. И, распахнув глаза, понял, что смотрит прямо на сцену. Дженсен вздрогнул, отшатываясь. Вот этот лохматый парень в нелепой одежде и есть его, Дженсена, королева? Как такое могло случиться?!

Во время выступления Джаред обычно не глядел на публику, но неожиданно у него возникло непреодолимое желание рассмотреть зрителей. Он поднял взгляд и посмотрел вперед, и внезапно его внимание сосредоточилось на одном месте в центре зала: среди толпы мелькающих в свете стробоскопов танцующих людей и поднятых рук вдруг возникла фигура рыцаря в серебряных латах. Она росла, увеличиваясь на глазах. За ее плечами развевался плащ, который, подобно дыму, черными клубами заполнял пространство. Джаред зажмурился, надеясь, что это какие-то глюки, но когда открыл глаза, не увидел вокруг ничего, только сверкающий огромный воин со светлым лицом стоял во мраке и смотрел на него. Музыка тоже смолкла, Джаред неверной рукой стянул наушники, но единственное, что он услышал в звенящей страшной тишине – как рваными битами бьется его сердце. Джаред внезапно почувствовал, что в груди стало тесно, горячо, очень больно, сердце увеличило свой и без того невозможный темп, а потом, разорвав грудную клетку, нехотя вывалилось наружу. Воин протянул руку, и Джаред заворожено смотрел, как алый горящий пульсирующий комок света плывет по воздуху и опускается в раскрытую ладонь, а на голове рыцаря разгорается холодным белым светом корона: сначала лоб опоясал широкий обруч, а затем из него вытянулись вверх тонкие острые зубцы.
Внутри у Джареда разлилось тихое спокойствие, пропали выматывающий шум в ушах и стук под ребрами. Вместо убивающего жара откуда-то из глубин поднималась ледяная, вымораживающая безучастность. И когда она, заполнив грудь, дошла до затылка, Джаред наклонился вперед и наконец-то позволил себе упасть в долгожданную желанную темноту.

Конь под ним заржал и взбрыкнул, и Джаред наконец-то смог отвести взгляд от лица красивого парня, который ехал бок о бок с ним. Они двигались по странной серебристой дороге, проходящей непонятно где – по сторонам было темно, не разглядеть ничего. Зато Джаред ясно видел, что вот-вот взойдет солнце, потому что, как бывало перед рассветом, все вокруг окрасилось в розово-серый. Впереди гарцевала на белой лошади изящная девчонка с гривой рыжих волос.
– Домо-о-ой, – пропела она и засмеялась. – Мы едем домой, мой король!
– Эй, Данни, ну что за король? Зови меня Дженсен! – улыбаясь, прокричал ей в ответ незнакомец.
Дженсен. Красивое имя. Джаред тоже улыбнулся, глядя на них. В его душе в такт лошадиным шагам бултыхалось и покачивалось абсолютное, безмятежное счастье. Джаред попытался вспомнить, как он оказался здесь и кто его спутники, но прошлое казалось укрыто плотной непрозрачное пеленой. Джаред решил не думать пока об этом и, прикрыв глаза, подставил лицо прохладному ветерку. А когда его руку накрыла теплая ладонь, повернул голову и посмотрел на Дженсена. В зеленых глазах светилось удивление вперемешку со жгучим интересом.
– Ну что, давай знакомиться, моя королева.





Сказали спасибо: 24

Чтобы оставить отзыв, зарегистрируйтесь, пожалуйста!

Отзывов нет.
Логин:

Пароль:

 запомнить
Регистрация
Забыли пароль?

Поиск
 по автору
 по названию




Авторы: ~ = 1 8 A b c d E F g h I J k L m n o P R s T v W y z а Б В Г Д Е Ж З И К м Н О П С Т Ф Х Ч Ш Ю

Фанфики: & ( . « 1 2 3 4 5 A B C D F G H I J L M N O P R S T U W Y А б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я

наши друзья
Зарегистрировано авторов 1388