ГлавнаяНовостиЛичная страницаВопрос-ответ Поиск
ТЕКСТЫ
121

Я тебе не верю

Дата публикации: 04.07.2012
Дата последнего изменения: 04.07.2012
Автор (переводчик): Turtlette;
Бета: sea_star
Пейринг: Джаред / Дженсен;
Жанры: ангст;
Статус: завершен
Рейтинг: NC-17
Размер: мини
Предупреждения: насилие, изнасилование, фистинг, секс при свидетелях, жестокость. Джаред - мразь и сволочь. (И это н
Глава 1

Во всех своих интервью, статьях и просто разговорах о бизнесе Джаред Тристан Падалеки всегда упоминал о том, как важно, чтобы сотрудники были преданы корпорации, максимально честны и целиком отдавались идее. На деловых встречах, особенно в неформальной обстановке, каждый, кто имел отношение к бизнесу, считал своим долгом спросить, каким образом мистер Падалеки добивается столь высоких показателей работы. Джаред отвечал, что бизнес - это аналог итальянской мафии, потому что и там, и там тот, кто не умеет держать язык за зубами, долго не живет. А различие между итальянцами и деловыми людьми только в том, что вторых, в случае оплошности, не убивают, а просто перекрывают им доступ воздуха, и единственное, что светит тем - убогое существование на задворках жизни. К его сотрудникам подступиться было просто невозможно. Бешеные деньги тратились на сохранение конфиденциальности. Круглосуточная охрана и постоянное наблюдение полностью исключали постороннее вмешательство. По сути, те, кто приходил работать в компанию мистера Падалеки, полностью лишались прав на себя, превращаясь в рабов с полным отсутствием возможности контролировать свою жизнь за стенами корпорации. Компенсацией за продажу души были большие деньги. А они, как известно, могут заставить замолчать даже самых болтливых.
Джаред вот уже много лет подряд придерживался этой политики, рассказывая всем о том, как нужно умело и правильно мотивировать сотрудников больших и процветающих компаний. Но ни один журналист, ни один деловой партнер на самом деле не имел ни малейшего представления о том, что на самом деле творилось в корпорации мистера Падалеки.
Точнее, правильнее было бы сказать «до этого дня не знали». Перед Джаредом лежала увесистая пачка фотографий, говорящая о том, что вот уже несколько недель информация о компании утекала, как песок сквозь пальцы. Каким образом служба безопасности не смогла заметить этого вовремя, Падалеки даже представить не мог. Зато служба безопасности, мать их, очень быстро нашла того, кто приложил к этому руку.
Тяжелое дыхание, взгляд, направленный в одну сторону и сжатые зубы говорили о том, что Джаред находится в бешенстве. Привыкший просчитывать каждый шаг, расчетливый и всегда готовый к форс-мажорам, сейчас он был выбит из колеи. На всех фотографиях был изображен Дженсен Эклз. Тот самый Дженсен Эклз, с которым он расстался только этим утром, пожелав удачного дня. Тот самый Дженсен Эклз, которого он трахал этой ночью, заставляя сладко сжиматься в предоргазменных судорогах на своем члене. Тот самый Дженсен Эклз, который еще вчера смотрел в его доме футбольный матч и облил пивом всю обивку, а потом очень смешно извинялся, бормоча что-то в подушку, пока Джаред втрахивал его в сырой диван. Падалеки, в силу своего характера, было нереально сложно вот так, запросто, научиться доверять кому-то, кроме себя.
Сомневаясь во всем и в каждом, он учился верить Дженсену, и выглядело это так, словно инопланетянин познавал человеческие эмоции. Поэтому удар, нанесенный в спину, оказался неожиданным. Решение созрело моментально.
Попросив секретаршу уведомить руководство о собрании, которое должно состояться через двадцать минут, Падалеки приказал охране привести главного виновника торжества, заставив себя подавить все эмоции, кроме испепеляющей ненависти.
Джаред зло и горько усмехнулся. «Мразь», - он в красках представил, как будет выбивать признания из этой твари. Внутри неприятно царапнуло чувство разочарования и обиды, которое только усилило кипящую злость. Нужно было переключиться. Или, хотя бы, подумать о делах.
Дженсен Эклз считался одним из самых надежных сотрудников. Хваткий, жестокий, самоуверенный, умеющий быстро находить верные решения, он был одним из наиболее приближенных к делам компании. О том, что Эклз уже давно был приближенным к нему самому, Джаред старался больше не думать. Возможно, именно это в свое время и помешало Падалеки поставить Дженсена на особый контроль. Такие ошибки непростительны в большом бизнесе, рано или поздно за них приходиться расплачиваться. Или исправлять, чем сейчас он и планировал заняться. Показательное выступление будет определенно не лишним, а если после этого у кого-нибудь еще проскользнет мысль нажиться на секретах компании, Джаред Падалеки напишет приказ о собственном увольнении.

По примерным подсчетам в зале для переговоров собралось около двадцати человек, не считая охраны, расставленной по периметру помещения. Весь совет директоров с неестественно прямыми спинами сидел на стульях, а в глазах этих людей читался один из самых больших страхов человечества – страх перед неизвестным.
Джаред медленно прошел по залу, не торопясь и внимательно вглядываясь в лицо каждого человека. Ему всегда нравилось, как люди делают усилие над собой в попытке выдержать его взгляд. Падалеки умел давить на людей, а при необходимости, не задумываясь, мог просто уничтожить, не испытав при этом ни малейшего угрызения совести. В его лексиконе слова «жесткость» и «бездушие» были синонимами слов «вынужденная мера». Садясь во главу стола, он слегка кивнул охраннику, стоящему у двери. Качок выскользнул из зала и появился снова, спустя несколько секунд, грубо толкая перед собой Эклза в разорванном на плече костюме.
Джаред подождал, пока парня дотащат до середины зала, развернут лицом к сидящим, и только после этого начал говорить. Медленно и размеренно. Так, чтобы все присутствующие в зале запомнили каждое сказанное им слово.
- Господа! Заключая договор о сотрудничестве, каждый из вас должен помнить, что первым пунктом там стоит предупреждение о неразглашение частной информации ни при каких условиях. А сегодня мне пришла мысль о том, что слова, написанные сухим, юридическим языком, оказывается, не достаточно передают всю серьезность того, что я имел в виду, когда заставлял вас обратить на этот пункт особое внимание. Поэтому я решил продемонстрировать наглядно, что будет с каждым, кто рискнет вне этих стен распускать свой язык. Сегодня в этом вопросе нас просветит мистер Эклз. А мы все будем помогать ему, если он вдруг забудет что-то особенно важное.

Во время своей речи Джаред немного пожалел о том, что решил привести Дженсена в зал раньше, чем начал говорить. Было бы очень интересно посмотреть, какие эмоции отразились на отожравшихся мордах, когда виновник еще не был назван. Впрочем, сейчас основной интерес для него представлял Эклз. Было необходимо выяснить, кому он усиленно сливал информацию все эти недели.
Дженсен стоял посереди зала, напряженно глядя прямо на Джареда. Падалеки кожей чувствовал его страх, видел в глазах смятение. В голову пришло сравнение с загнанным животным, которое из последних сил, уже раненное и беспомощное перед окружившими его охотниками, все равно пытается оскалить зубы в отчаянной попытке защититься.
- Мистер Эклз, вы, кажется, хотели с нами чем-то поделиться, не так ли? – Падалеки встал со своего места и неторопливо направился в сторону Дженсена, который дышал поверхностно, видимо, чтобы унять уже заметную дрожь.
- Джаред, я не делал этого.
- Чего вы не делали, мистер Эклз? – Падалеки приблизился почти вплотную, ощущая горячее, рваное дыхание Дженсена.
- Я не сливал информацию. – Он поднял руку, будто хотел дотронуться до Джареда, но тут же отдернул, прижав пальцы к бедру.
- А у меня почему-то другое мнение по этому поводу. Ну да ладно, теперь оно уже никому не интересно. А знаешь, что на самом деле мне хотелось бы услышать? Имена, Дженсен. Так будет гораздо продуктивнее, как сам думаешь? – Джаред приблизил губы к уху Эклза и, доверительно положив руку тому на шею, начал шептать:
- Вот что, я тебе скажу, Дженсен. Вспоминая о том, как я трахал тебя на столе в собственном кабинете, считаю нужным оказать тебе ответную услугу. За то, с каким энтузиазмом ты подмахивал, советую - скажи мне правду, и я обещаю, что все закончится быстро.
- Джаред, я …
- Да, Дженсен, я понял, ты не виноват. Только я не верю тебе. А раз не верю я, значит, не верит и никто. Видишь всех этих людей? Хочешь знать, что я сделаю сейчас? Я пушу тебя по кругу, если ты мне не ответишь. Их тут двадцать человек, Эклз, и я тебе могу поклясться, что ни один сейчас не посмеет отказаться. Даже если кто-то не согласится, не страшно - задействую охрану. Только вот уверен, что этого не понадобится. Потому что сдохнешь ты уже на пятнадцатом.
- Я не делал этого! – закричал Дженсен, отшатываясь от Джареда и толкая его руками. Не справившись с собой, он бросился к выходу. Охранники, стоявшие у двери, моментально схватили его, скрутив руки за спиной.
Дженсен сопротивлялся изо всех сил, когда его тащили обратно к Падалеки, а когда они снова оказались совсем рядом друг от друга, Джаред увидел огромные от ужаса глаза, и зрачки, которые от выброса адреналина были почти во всю радужку. От ощущения животного страха, исходившего от Эклза, кожа покрылась мурашками. Приближающаяся месть, ощущение вседозволенности и полной, безграничной власти над другим человеком вызывали ненормальное возбуждение. Теперь цель добиться правды казалось смазанной, была уже не первостепенна. Желание причинить Дженсену боль и унизить было ничем иным, как злостью на себя. Что повелся, пропустив то, что было очевидно, что не смог совладать с собой, позволил себе расслабиться. Не было никакой любви, но одно то, что Эклз сумел вызвать в нем подобие эмоций, бесило до такой степени, что хотелось перегрызть ему горло.
Дженсен, зажатый в огромных руках громил, посмотрел прямо в глаза Падалеки и твердо, как будто это не с ним была минуту назад истерика, уверенно проговорил:
- Отправь фотографии на экспертизу.
- Ты думаешь, я не сделал этого?! – Джаред сорвался на крик, невольно отметив, как вздрогнул мистер Харисон, сидевший ближе всех к ним. – Мне подтвердили, что это твое лицо красуется на всех снимках. Выяснили, что ты разговаривал с посредником. Последний раз спрашиваю: имена?
- Я не знаю, что тебе сказать. Тебе проще поверить в то, что это я сдал компанию, чем в то, что я этого не делал. Мне не доказать. – Эклз отвернулся, а Джаред, не выдержав напряжения и не найдя выхода скопившейся злости, ударил Дженсена по лицу.
- Сука. Ты прав, не доказать. Но говорить ты все равно будешь. Что тебе, больше денег заплатили? Или … - Падалеки наклонился и подцепил указательным пальцем капельку крови, стекающую с подбородка - Или тебя там трахали лучше?
- У тебя самолюбие задето, да? – Эклз сплюнул на пол и неожиданно засмеялся. – В этом все дело?
До Джареда внезапно дошло, почему Эклз успокоился и перестал дергаться.
- Ты думаешь, что я тут концерт устроил, чтобы тебя напугать и показать, что я приревновал? Ты ошибаешься. Я тебе это докажу.
- Раздеть его. Полностью. – Сухо и отрывисто, как удар кнутом.
Джаред наблюдал, как ужас вновь появляется в глазах Дженсена, как он сопротивляется охранникам, которые с каждой секундой все сильнее сжимали его руки и уже обнаженные плечи, оставляя на них белые отметины, которые уже через секунду превращались в уродливые багровые пятна.
Падалеки обвел глазами зал. Людей не было. Были только тени, готовые в любой момент исчезнуть. Низко опущенные головы, ссутуленные плечи, крепко сцепленные в замок руки. Воздух был пропитан страхом. Но не за Дженсена. Только за себя. Двадцать взрослых, здоровых людей просто сидели и молчали, полностью игнорируя происходящее и молясь в душе, чтобы то, что сейчас происходит, не коснулось их никаким боком.
- Если хоть один человек сейчас отведет взгляд от того, что сейчас будет происходить, работы в этой компании он лишится.
Двадцать пар глаз дружно взглянули на него, не колеблясь ни секунды.
Джаред почти хотел, чтобы кто-нибудь сейчас остановил его. Но не один человек даже не повернул голову, когда охранники, замучившись удерживать Дженсена в неподвижном положении, сдергивали с него одежду, рвали на нем боксеры.
- Положите его грудью на стол и удерживайте в этом положении.
Пока Дженсена тащили к столу, грубо вывернув руки, он молча, ожесточенно сопротивлялся, рискуя вывернуть суставы.
- Изнасилование на столе. Так по офисному, да, Дженсен? Ну, тебе не привыкать, так что нежничать я не буду. А может, все-таки скажешь? Или те, кому ты сдал меня, тебе дороже, чем твоя задница? – Джаред сжал кулаки.
Мысль о том, что ему не хочется причинять боль, он тут же отогнал, не позволяя себе даже секундной слабости.
Эклз молчал. Джаред грубо развел ему ягодицы, ожидая реакции, но Дженсен словно окаменел. Тогда Падалеки сплюнул вязкую слюну на указательный и средний пальцы и с размаху всадил их в Эклза, поворачивая вертикально. Дженсен вскрикнул и дернулся, но охранники лишь крепче схватили его за плечи, надавливая на них и толкая на пальцы. Джаред добавил третий палей и начал двигать ими внутри, чувствуя жар и накатывающее возбуждение.
- Я разорву тебя, если ты не признаешься. Сначала тебя буду трахать я, а потом все, кто тут находится. Скажи мне имена, Дженсен, только их имена.
- Я не знаю! Не знаю! – Дженсен крикнул, напрягаясь, не в силах пошевелиться и хватая воздух широко открытым ртом.
Тогда Джаред добавил четвертый палец, чувствуя, как что-то влажное заструилось по руке. Все-таки порвал.
Он закусил губу, не позволяя себе ни секунды думать о том, что перед ним сейчас лежит тот, с кем еще недавно он … Нет. Этого не было. И больше не будет никогда.
Джаред согнул большой палец и протолкнул руку глубже, погружая в Дженсена всю кисть целиком.
- Скажи мне, и все закончится. Скажи сейчас! – Джаред не выдержал, закричал, задыхаясь от собственного сердцебиения.
Дженсен плакал, захлебываясь от боли. Он больше не сопротивлялся, даже пальцы, которыми до этого он судорожно сжимал край стола, безвольно лежали на глянцевой поверхности.
Почему-то именно они стали последней каплей. Джаред вытащил руку из Эклза, машинально вытер кровь о штанину и опустился на стул, глядя куда-то в сторону.
Он больше не мог. Он был обязан. Эти два чувства боролись в нем, и как отчаянно он не подавлял в себе первое, оно все равно прорывалось наружу, в который раз доказывая ему, насколько он слаб.
Он был должен доказать всем, что в нем нет и никогда не было эмоций. Нельзя показывать слабость, нельзя проявлять жалость к тому, кто продал тебя.
- Мистер Харисон, я хочу, чтобы вы продолжили. – Джаред посмотрел на мужчину, сидящего за столом, готовясь к тому, что сейчас снова придется действовать угрозами.
Падалеки даже слегка вздрогнул, когда Харисон резко поднялся со стула и быстро подошел к лежащему Дженсену.
- Я думаю, держать его больше не требуется. Эм.. Мистер Падалеки, а можно я его … не рукой? – Слегка севший голос, мутный взгляд и штаны, довольно заметно оттопыривавшиеся на ширинке, говорили о том, что мужчина был сильно возбужден.
Джаред резко выдохнул и, не в силах произнести ни одного слова, судорожно кивнул, глядя, как охранники без тени эмоций на лице отпускают неподвижное тело и отходят к стене. Он подумал о том, что если сейчас разожмет кулаки, сжатые до кровавых вмятин от ногтей в ладонях, то просто достанет пистолет и выстрелит. Только вот не знал точно, в кого. В Дженсена, в Харисона или в себя.
Мужчина быстро расстегнул ширинку, достал возбужденный член и вошел в окровавленное отверстие, громко крякнув от удовольствия.
- Что, сучонок, не жилось нормально? – хрипел он, толкаясь с Дженсена с такой силой, что тот смещался вверх.
В гробовой тишине от довольных всхлипов хотелось блевать.
Когда Харисон начал вбиваться особенно сильно, а у Падалеки началось какое-то странное оцепенение, раздался звонок мобильного телефона.
На дисплее высветился номер начальника службы безопасности Алека. Джаред подумал о том, что нужно проигнорировать звонок и перезвонить тогда, когда все закончится. Он хотел уже отключить телефон, но в последний момент передумал и переместил палец с кнопки «сбросить» на кнопку «принять»
- Мистер Падалеки, произошла ошибка. – Голос Алека прозвучал глухо и как будто из далека.
Джареду показалось, что пол под ногами рушится.
Он знал, какие слова будут произнесены далее. Падалеки опустил руку с телефоном, а из трубки по-прежнему доносились обрывки фраз, когда начальник особенно сильно повышал голос: « подделка… проверили…это кто-то из совета директоров, информация еще уточняется…мистер Падалеки, вы слышите меня?...»
Джаред не слышал. Он даже потом не мог вспомнить точную последовательность своих действий. Наверное, это и называют состоянием аффекта.
Короткий приказ «держать всех» и черные тени метнувшихся от стен охранников тоже не отпечатались в сознании.
А потом все было предельно четко и ярко.
Первую обойму он разрядил, целясь с места в голову Харисону. Кровавые ошметки полетели в стороны, заливая кровью всех сидящих рядом с ним. Кого-то стошнило прямо на стол, и мутная жижа отвратительного розоватого цвета медленно расползалась по поверхности. Зарядив вторую обойму, он методично обходил людей, стреляя в затылки. Охранники морщились и брезгливо вытирали лица руками, только сильнее размазывая кровь. Крик, стоявший в помещении еще минуту назад, постепенно затихал, а запах крови, наоборот, усиливался. Когда Джаред подошел к последнему человеку, тот даже не пытался вырываться, осознав тщетность попыток.
- Для себя, тварь, одну оставь. Может … - договорить он не успел, Падалеки выстрелил в него, а потом еще долго жал на курок и слушал сухие щелки прокручивающегося в холостую патронника.

Завернув Эклза в пиджак, он вышел из зала, бросив через плечо ошалевшим охранникам: «избавиться от тел и убрать все».
Неся Дженсена на руках, он видел, как жались по стенам сотрудники, уступая дорогу. Отражение в зеркале лифта показало ему незнакомого человека, залитого чужой кровью, который прижимал к себе белое, как больничная простынь, тело. Кремовая кожа в салоне машине быстро превратилась в коричневую, а когда личный водитель решил выключить музыку и потянулся к дисплею, то было очень заметно, как сильно дрожат у него руки.

Уже дома, положив Эклза на кровать, он остановился посреди комнаты и понял, что просто не знает, что делать. Джареду впервые в жизни стало страшно. Дженсен застонал, и Падалеки медленно приблизился к кровати, всматриваясь в лицо Эклза, будто видит впервые. Он не знал, сможет ли жить по-другому, не представлял, что будет дальше, и осознавал, что, возможно, по-прежнему не будет уже никогда. Падалеки провел рукой по скуле Дженсена и пошел к телефону, вспоминая номер семейного врача.
Он очень сильно ошибся. Но он был уверен, что придумает, как все исправить. Иначе он не Джаред Тристан Падалеки.

Конец.



Сказали спасибо: 145

Чтобы оставить отзыв, зарегистрируйтесь, пожалуйста!

Отзывов нет.
Логин:

Пароль:

 запомнить
Регистрация
Забыли пароль?

Поиск
 по автору
 по названию




Авторы: ~ = 1 8 A b c d E F g h I J k L m n o P R s T v W y z а Б В Г Д Е Ж З И К м Н О П С Т Ф Х Ч Ш Ю

Фанфики: & ( . « 1 2 3 4 5 A B C D F G H I J L M N O P R S T U W Y А б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я

наши друзья
Зарегистрировано авторов 1388