ГлавнаяНовостиЛичная страницаВопрос-ответ Поиск
ТЕКСТЫ
112

Memento

Дата публикации: 03.07.2012
Дата последнего изменения: 03.07.2012
Автор (переводчик): Turtlette;
Бета: sea_star
Пейринг: J2;
Жанры: ангст; романс;
Статус: завершен
Рейтинг: NC-17
Размер: миди
Предупреждения: присутствуют сцены жестокости и насилия.
Примечания: Написано на SPN Reverse Bang
Глава 1

- Падалеки, ты куксишься, как баба. Говорю же тебе, все проверенно. Чейз бы не стал нас приглашать, не будь уверен в том, что мы точно сработаемся. Да и весело у него часто бывает, он чувак с фантазией. Так что смотри на это, как на обычную вечеринку. Он, конечно, дерьмо порядочное, зато сколько всего сможем провернуть вместе. Помнишь, как мы с тобой мечтали? Вила, бассейн, сто баксов официанту на чай и похер даже, не засвербит нигде. Девки, парни. Красивые, высоченные, как башни, безотказные. Недолго же осталось, последние шажки, и мы, как боги, на Олимпе, представляешь? – Марк говорил быстро, иногда забегал вперед, заглядывал Джареду в лицо и размахивал руками. Он уже мысленно, наверное, коктейль пил и вежливо заказывал минет с проглотом. У высоченной и безотказной.
Джаред хмыкнул.

На улице было ветрено, сумрачно и просто адски холодно, хотя градусник показывал всего минус один. Наверное, из-за повышенной влажности. Они шли уже минут десять, все дальше углубляясь в незнакомый район, приближаясь к месту встречи. Джареду не нравилась идея расширить бизнес за счет сотрудничества с Чейзом. Уж слишком много слухов ходило о том, что тот больной на всю голову. Но Марк просто ужом вился вокруг него, когда поступило предложение, уговаривал, обещая золотые горы, и клялся, что все пройдет гладко. Сотрудничество было выгодно с обеих сторон, но, что уж греха таить, в разы нужнее все-таки им. Переговоры, умелый подлиза Марк, и вот, дело на мази. Сегодня они должны были окончательно приобщиться к команде. Проще говоря, намечалась разухабистая вечеринка с демонстрацией продаваемого товара, тесное знакомство и клятвы в вечной верности на крови. Ну, по крайней мере, Джаред представлял себе все именно так. «Ладно, - думал он, - может, и к лучшему». Мысли об удачной сделке и последующем наваре с нее грели душу, наверное, еще сильнее, чем Марку. Просто хватало ума не отсвечивать, как уличный фонарь, а сохранять серьезный вид.

Чейз встречал их около входа, держа в руках банку с пивом. Судя по его внушительному животу, пиво тот очень и очень уважал. Водянистые светло-голубые глаза, тонкий острый нос с горбинкой и ранние залысины на висках. Ничего примечательного. Джаред ожидал большего. Например, костюма в полоску, толстой сигары в руках и взгляда, способный пригвоздить к полу. Наверное, фильмов с мафиози в детстве пересмотрел. Впрочем, взгляд все же был. Колючий, оценивающий, неприятный. Профессиональное, наверное.
Они прошли вглубь дома, в гостиную, где уже сидело пятеро человек.


- Ну, мальчики, добро пожаловать в нашу тесную компанию. Очень рад познакомиться, Джаред. – Чейз встал посреди комнаты, нервно гладя себя по волосам. - Марк много рассказывал о тебе, и я не могу не порадоваться, что наши общие увлечения так похожи. Я даже приготовил вам сюрприз. - Джаред кивнул, пытаясь угадать, что же у них могут быть за общие увлечения. Пиво? Мальчики? Плэйстейшн? Или, все-таки, Марк-трепло? Какие, в задницу, у них с Чейзом могут быть общие увлечения, кроме любви к деньгам и стремления к безбедной жизни?

- Я думаю, наше сотрудничество будет очень плодотворным. И очень надеюсь, что мы подружимся. – Чейз захихикал, прикрывая рот рукой, и потянулся пальцами к лицу Джареда, который невольно сделал шаг назад.
Чейз тут же отдернул руку, глядя на него с улыбкой. И с любопытством.

Было в Чейзе что-то неправильное, необъяснимо-ненормальное. Лишние жесты, неуместная суета – все это так странно смотрелось на фоне его комплекции, выглядело так, как будто у него постоянно коротило что-то внутри, и он никак не мог откорректировать программу. Джареду было некомфортно тут, не было даже тени спокойствия и уверенности в своих силах. Темное, неуютное помещение, захламленная прокуренная гостиная, старая обшарпанная мебель. Джаред посмотрел на Марка, но тот ободряюще улыбнулся, мол «не ссы, я тут уже все знаю». Ладно. Марку Джаред немного доверял..

Когда они уселись на диваны и близстоящие кресла, в комнату незаметно, словно тень, проник молодой парень, неся в одной руке упаковку с пивом, а в другой закуски. На прислугу он был похож меньше всего, но, тем не менее, старался казаться настолько незаметным, что этому позавидовал бы любой официант.
Джаред оглянулся на Чейза и успел заметить, как тот смотрит на парня: сыто, довольно, расслабленно.

- Дженни, детка, принеси папе подарки из тумбочки. – Чейз закинул ногу на ногу и удобнее устроился в кресле, словно в ожидании представления.

Парень замешкался, растерянно замер посреди комнаты, но, посмотрев Чейзу в глаза, быстро вышел из комнаты.

- Что-то ты сегодня просто светишься? – Марк затянулся сигаретой и потянулся к пепельнице на столе.

- Люблю, когда мальчики с первого взгляда нравятся. Ты был прав на счет Джареда. А вообще, я приготовил вам парочку сюрпризов. Да и Дженни тоже. – Чейз осклабился, делая большой глоток пива, а Джаред заворожено наблюдал, как дергается его кадык.

В комнату снова вошел тот же парень, на этот раз с большим полиэтиленовым пакетом. Подойдя к креслу, он положил сверток на пол, прислонив к ножке, и тут же попытался отойти, но Чейз удержал за запястье, притянул ближе и усадил к себе на колени, прижимая рукой к себе вплотную.

- Не так быстро, детка. Ты же будешь сегодня себя хорошо вести, да? Ты же не подведешь папочку, не опозоришь перед дорогими гостями? - Чейз нежно погладил Дженсена по щеке и прижался губами к скуле, а когда тот замешкался с ответом, со всей силы сдавил пальцами его челюсти, заставляя открыть рот

- Не слышу.

Парень судорожно кивнул, закрывая глаза, и тогда Чейз расслабил пальцы, провел ими по красным отметинам, оставшимся на коже.

- Вот так, мой хороший, вот так. – Чейз потянулся к пакету и достал маленькую, продолговатую баночку, встряхнул и высыпал на ладонь четыре таблетки.

- А вот и твои любимые крошки, Дженни. Покажешь класс? – парень медленно, как во сне, опять кивнул, заворожено глядя на таблетки, и Джаред увидел, как в уголке его глаз блеснули слезы. Руки похолодели.
Парень открыл рот, и, касаясь губами пальцев, покорно проглотил их, одну за другой. Чейз улыбнулся и потрепал его по щеке.
- Подождем немного, да? Сегодня у тебя трудный день. Но ты справишься.

 


Джаред сидел, сжимая в руках пиво и не чувствуя, как ледяная банка замораживает пальцы. Он не двигался, судорожно соображая и пытаясь понять, что происходит. Смутная догадка заставляла сердце биться быстрее от страха. Вспомнился разговор трехнедельной давности, когда он звонил Майку, узнать, что собой представляет Чейз. Майк тогда сказал, что с ним можно иметь дело, правда, замешкавшись с ответом. Джаред напрягся и начал выспрашивать, но Майк сказал, что все в порядке, проблемы нехилые у Чейза возникают с головой, только когда дело касается его младшего брата. Майкл тогда закончил разговор, сказав, что там все сложно. Но дело иметь можно, да. Джаред тогда решил, что уж что-что, а проблемы семьи будущего напарника-наркодиллера его касаются в последнюю очередь. Он бы и сейчас продолжал так думать, если бы, волею Марка, не оказался у Чейза дома и не сидел, готовясь наблюдать что-то явно нехорошее и грязное. По идее, сейчас нужно встать и уйти. А потом врезать Марку хорошенько за то, что он втянул их в это дело. Джаред предлагал встретиться на нейтральной территории, в клубе Милса, где все всегда проворачивают подобные сделки. Но нет, Марк столько времени вилял хвостом, втираясь в доверии Чейза, что не нарваться на приглашение было просто невозможно. Сука. Если Джаред уйдет сейчас, сделке конец. Искать новые каналы не хочется. В конце концов, он может тихонечко посидеть и понаблюдать, как какого-то незнакомого парня накачивают наркотой. Не его дело, вообще. Да и плата небольшая, особенно по сравнению с тем, что их ждет в будущем. А с совестью можно договориться. Да и где она у человека, который зарабатывает деньги, гробя жизни других людей? Джаред горько ухмыльнулся.
За всеми этими мыслями он пропустил момент, когда в комнате неуловимо изменилась атмосфера. Марк сидел, высоко подняв голову, и с интересом рассматривал потолок, усиленно шмыгая носом и барабаня пальцами по подлокотнику дивана. Он, видимо, почувствовал на себе тяжелый взгляд Джареда и повернулся в его сторону. Зрачки уже практически полностью закрыли радужку. Джаред взбесился.
- Какого хуя, Марк?! – Джаред схватил его за плечо и изо всей силы встряхнул. – Ты, блядь, оттянуться сюда пришел, что ли? Или дела делать? - Марк довольно улыбнулся, с трудом фокусируя взгляд:

- Пада, не будь целкой. Я должен знать, какую дурь буду толкать. Я просто обязан, мать его, быть в курсе этого. И знаешь, что я тебе скажу? Она стоит каждого доллара. Сам убедись. – Марк помахал пластиковой карточкой перед носом Джареда и, по всей вероятности, хотел сказать еще что-то, но голос Чейза, слишком громкий и возбужденный, прервал его.

- А теперь, господа, мой обещанный сюрприз. – Он посмотрел на парня, сидящего у него на коленях, и нежно провел пальцами по его запястью. Джаред застыл, задерживая дыхание. Ощущение чего-то неотвратимого накрыло с головой. Сожрать пару колес сейчас, что ли? Пока еще не поздно. Марк зашевелился, подвигаясь к краю своего кресла. По всей вероятности, происходящее ему было не в новинку. Когда успел только, сучонок?

- Дженни, ты же помнишь нашу маму, так ведь? – Чейз вытащил из пакета ворох каких-то тряпок и теперь держал их в руках. – Помнишь, она все время говорила тебе, как ты похож на нее? Мне тоже всегда так казалось. Такой нежный, такой покорный. Я даже думаю, что ты гораздо красивее, чем она. Мне так жаль, что я не успел трахнуть ее и сравнить в деле вас обоих, правда, мне очень жаль, малыш. Но ты же сделаешь для дорогих гостей и любимого братика одолжение? Ты же оденешь ее вещи, чтобы мы все смогли убедиться, что я не вру, когда говорю, что ты самый красивый, красивее любой девочки? – Чейз говорил, чуть растягивая слова, движения были замедленные, неточные, было ясно, что он уже под приходом. А парень стоял, чуть покачиваясь, широко расставив ноги и чуть подняв руки, как будто никак не мог найти опору. Его вело, взгляд был бессмысленный, видимо, накрыло так, что оставаться в этом мире стало реальной проблемой. Он на автомате подошел, взял вещи и, положив их рядом с собой, начал медленно раздеваться, не сводя глаз с одобрительно качающего головой Чейза. Когда парень оказался полностью обнажен, у Джареда перехватило дыхание от накатившего ужаса. Все тело было в синяках, ожогах от сигарет, рубцах и застарелых шрамах. Над ним явно издевались на протяжении очень долгого времени. Откуда-то справа раздался свистящий выдох и слова «давай, детка». Парень медленно облачался в короткое, черное платье в обтяжку и надевал на руки браслеты. Последними были туфли, красные босоножки с ремешком, застегивающимся на щиколотках. Чейз поманил его и, снова усадив к себе на колени, накрасил губы прозрачным блеском, отчего они заблестели и стали выделяться на лице особенно ярко.

- Вот так, малышка. Ты сегодня особенно красива. Потанцуй нам, покажи, как ты умеешь двигаться. – Чейз щелкнул пультом от музыкального центра, а парень, как робот, прошел на середину комнаты и начал плавно двигать бедрами, скользя руками по телу. От движений платье поднималось и, когда он поворачивался спиной, можно было увидеть его ягодицы.
Чейз подсел к Джареду, кивая в сторону танцующего.

- Как тебе сюрприз? Его, сегодня, правда, пришлось накачать посильнее, что-то за последнее время он стал не слишком-то сговорчивым. Так что, когда будешь трахать, совет: бей посильнее, а то ничего не почувствует. Я, впрочем, всегда что-то погорячее использую. – Чейз вытащил изо рта сигарету и многозначительно посмотрел на тлеющий огонек. – Ну не трахать же бесчувственных кукол, в самом деле? – Он ободряюще улыбнулся и вновь обратил внимание на брата.

 



[/- Дженни, иди ко мне. – Чейз усадил подошедшего парня к себе на колени и впихнул ему в рот еще одну таблетку. – Кажется, малыш, кое-кому тут надо показать, как правильно тебя пользовать. – Он столкнул Дженсена к ногам и быстро расстегнул свою ширинку. – Давай, девочка, поработай своим ротиком, покажи, как ты это делаешь. Сегодня я буду у тебя первым. – С этими словами он прикрыл глаза и насадил брата горлом на свой член, заставив подавиться им. – Вот так, детка. Вот так. - Чейз удерживал слабо сопротивляющегося парня за затылок и прижимал все сильнее к своему паху.
Кончать он, по всей вероятности, быстро не хотел. Да и невозможно это было, если судить, каким количеством наркоты он закинулся. Парень, сидящий у Чейза в ногах, залипнув на однообразности движений, размазался окончательно, забылся и тут же подавился еще раз, на этот раз чувствительно проведя зубами по головке. Чейз, сильно разозлившись от того, что кайф обломали, оттянул его за волосы от своего члена и ткнул в плечо тлеющим бычком, проворачивая вкруговую и наблюдая, как пепел осыпается вниз.
Парень всхлипнул и закрыл лицо руками, сползая еще ниже и прижимаясь к ногам Чейза. Он боялся даже сквозь сильнейшее наркотическое опьянение.
Джареда тошнило. Было ощущение сильнейшего отходняка, когда тело не слушается, голова чумная, а жизнь кажется конченой. Он взглянул на Марка - тот исступленно надрачивал свой член, шепча побелевшими губами «засади этому ублюдку. Накажи его. О, блядь, прошу тебя, накажи его». Почему-то именно это шокировало больше всего. Марк, друг, с которым они вместе провели не один год, вместе оказывались в разных переделках и благополучно выбирались из них, сейчас казался незнакомым парнем. Перед ним сидел человек, который, Джаред точно знал, не мог наслаждаться сексом между двумя людьми одного пола. Марк сейчас упивался чужой болью, именно это вызывало у него такое возбуждение. Было страшно. Все, что сейчас хотел сделать Джаред, это уйти. У него не было мысли спасти незнакомого парня или попытаться прекратить издевательства. Он не мог на это смотреть, не мог вмешаться, ощущение полного паралича мышц было настолько реальным, что он пошевелил пальцами, проверяя, способен ли он двигаться. Джаред подумал о том, что это нужно прекратить любой ценой, что он в силах сейчас сделать это. С другой стороны, сделка, которую они все так долго ждали, могла сорваться. А если бы уебок Марк не трепал своим языком, заведомо говоря неправду об
«общих увлечениях», все могло бы пройти гладко, и они бы сидели сейчас на нейтральной территории. И спал бы спокойно Джаред Падалеки и дальше, не зная, что где-то, в паре кварталов от него, на протяжение хрен знает какого времени взрослому, по идее самостоятельному парню день за днем разрушают психику, травя наркотиками и зверски издеваясь. Причем Джаред был уверен, что видит он сейчас, скорее всего, только лайт-версию того, что обычно происходит за этими стенами.
Чейз тем временем, увидев, как работает рукой Марк, зло толкнул Дженсена к нему, тихо шепча о том, что если он еще хоть раз ошибется, Чейз разорвет его на куски, не дожидаясь обезболивающего прихода, чтобы у Дженни была возможность ощутить муки полностью, без смазанных ощущений. Дженсен пополз по ковру, тяжело передвигая ноги к креслу, где сидел Марк. Тот тут же вздернул парня, поставил коленями на кресло, повернул к себе спиной и заставил раздвинуть руками ягодицы. Лицо у Марка было непроницаемым и очень бледным. Было видно, что он пережрал, что уже не контролирует, не соображает, что делает. Джаред окликнул его, не рискуя трогать, но Марк, казалось, даже не услышав, полностью сосредоточившись на своих мыслях.
Чейз половинил дорожку, с маниакальной точностью выравнивая ее, то и дело бросая взгляды на быстро раскуривающего сигарету Марка.
Джаред судорожно соображал, что делать. Он уже не надеялся, что Марк одумается. На душе с каждой секундой становилось все отвратительнее. И тут парень повернул голову в его сторону и стал смотреть куда-то сквозь, невидящим взглядом. Огромные глаза были широко открыты, а зрачок полностью закрыл радужку. Джаред смотрел, как он уткнулся лбом в спинку кресла, как будто пытался охладить пылающий лоб, как часто-часто вздымается грудная клетка, как он силится сделать вдох. Было ясно, что еще чуть-чуть, и парень схватит передоз. Пять колес сильнейшего наркотика могли вывести из этого мира любого человека, не говоря уже о том, кто ослаблен от постоянных издевательств.


На сделку стало похуй. Так же, как и на Марка, который казался уже чужим, незнакомым человеком. Джаред верил, что наркота не может так кардинально изменить психику, что она просто снимает запреты на то, что он бы ни при каких обстоятельствах не решил показать всем, находясь в трезвом уме. Марк сейчас выглядел чудовищем.
Он затянулся последний раз, стряхивая пепел прямо на пол, и поднес бычок к ягодицам парня, медленно проводя угольком по сжавшимся полушариям, почти касаясь их. Парень застонал и вжался в кресло, уходя от обжигающего жара. Марку это видимо, понравилось, и он подвинул бычок ближе к копчику, осторожно двигаясь между двух половинок, там, где кожа была особенно нежная. Он грубо крикнул, чтобы парень шире раздвинул задницу, и остановил руку прямо напротив испуганно сжавшейся дырочки. Стоны, видимо, распалил только сильнее, и он, сделав последнюю затяжку, прижал тлеющий бычок прямо к туго сжатому анусу парня.

Они закричали одновременно. Джаред – от ужаса, парень – от боли, а Марк от наслаждения. Белая струя вырвалась из его члена, пачкая платье, попадая на кожу. Но громче всего звучал смех Чейза, который наблюдал за всей этой картиной. Странно было то, что смотрел он не на Марка и даже не задницу парня. Он неотрывно смотрел на Джареда, впитывая его ужас, наслаждаясь им, и по-прежнему дрочил свой, ставший уже красным от постоянного трения член.

- Тебе надо… на… его…место. Отлично смотреться там будешь. Вы, двое, в моих руках, поочередно. Ооо, твою мать. – Чейз задыхался, выгибая спину, демонстрируя свой большой член с багровой головкой, словно обещая или предлагая. Это, наверное и стало последней каплей. Всплыла мысль, что сначала нужно обезвредить Марка, но Чейз, как ни крути, представлял все-таки большую опасность. Джареду повезло, что никто из них не ожидал нападения. Видимо, когда Джаред подходил к Чейзу, он подумал, что тот согласился на его предложение и даже попытался изобразить на лице многообещающую улыбку. Джаред ударил, не жалея сил. Будто в замедленной съемке, он смотрел, как голова откидывается назад, а еще через секунду изо рта начинает течь тягучая, тоненькая ниточка кровавой слюны, и Чейз сплевывает выбитые зубы и кровь прямо себе на колени.

- Сссука. – Он продолжал улыбаться окровавленным ртом и потянулся рукой куда-то под стол, видимо, пытаясь достать оружие. Джаред ударил еще раз, пресекая такую возможность. А потом еще и еще, на автомате, пока не почувствовал удар по голове такой силы, что не смог удержаться на ногах. Повезло лишь в том, что Чейз был уже дезориентирован и не смог быстро встать.

- Ты что, сука, творишь? Ты, блядь, сук, на котором сидеть будешь долго и упорно, рубишь, ты понимаешь или совсем обдолбался? – Марк, скрепя зубами, нагнулся над Джаредом, занося спинку от сломанного стула над головой. Его по-прежнему шторило от наркоты, но Джареда это уже не волновало.

- С тобой невыгодно работать, Марк. Ненадежным партнером оказался. Ищи другого напарника, - с этими словами Джаред изо всей силы ударил его в грудь согнутыми ногами, отчего Марк отлетел к стеклянному столику, на котором горой возвышалось пиво, упал на него, расколотив вдребезги, и затих. Справиться с Чейзом было минутным делом. Несколько ударов в живот отколовшимся от столешницы куском стекла довершили начатое, и вот он так же, как Марк, успокоился на полу. Осознание того, что он только что убил человека, приходить не торопилось. Наверное, из-за состояния аффекта, возможно, просто из-за понимания того, что сделал все правильно. Правильно по своим понятиям, конечно. Да и забылось все моментально, как только он увидел, что Чейз с Марком натворили. А от того, что он косвенно принимал в этом участие, Джареда начинало тошнить. От ужаса и отвращения - к себе, к случившемуся, к тому, что струсил вначале, что не вмешался сразу.

 


Джаред боялся подходить к парню. Тот лежал, не подавая признаков жизни. Возможно, он потерял сознание от боли. Джаред положил ему руку на грудь, в надежде посчитать удары сердца. И тут же побледнел, ощутив под рукой его бешеный стук. Джаред подумал о том, что, скорее всего, сердце у парня полностью ни к черту, а если предположить, сколько раз Чейз устраивал подобный театр одного актера… Нужно ехать в больницу. Если это и не инфаркт, то что-то не намного лучше, Джаред в медицине был полным профаном. Интересно, успеет? Жалко было до невозможности. В основном потому, что он чувствовал вину. Ведь не пришли бы они сегодня… то пришли бы другие завтра. Джаред одернул себя, подавив приступ такой ненужной сейчас жалости. Проблема была в том, что в больницу ему было ехать никак нельзя. Во-первых, документов он на сделки не носил с собой принципиально, а во-вторых, и, наверное, самое главное – внешний вид парня, явные ожоги от сигарет, все это вызвало бы кучу вопросов и еще большую кучу копов, которые сейчас ему на хрен не упирались. Судорожно соображая, он вспомнил о старом докторе, который помогал ему еще в то почти славное время, когда Джаред носил с собой самодельный обрез и был не старше семнадцати. Да и после того, как Джаред перерос уличные разборки, выручал не раз, громко матерясь и обещая в следующий раз выгнать взашей, если только наглый говнюк посмеет к нему еще раз припереться. Говнюк припирался раз за разом, а доктор раз за разом лечил, снова матерясь и снова обещая. И каждый раз запихивал в карман потрепанной джредовой куртки обезболивающее и нехитрые медикаменты, пока сам Джаред, громко матерясь, смывал в ванной кровь, забрызгивая белый кафель стен.
Спустя годы он нередко снабжал доктора деньгами - за молчание, да и просто так, по старой, так сказать, дружбе. От денег старик никогда не отказывался и с каждым годом, видимо, нуждался в них все сильнее. Однажды до Джареда дошли слухи, что старикан не брезгует заниматься сутенерством среди малолеток-беспризорников, срубая на этом нехилые барыши у любителей экзотики. Лавочку, слава Богу, быстро прикрыли - у кого-то из городских воротил еще осталась капля совести. И даже, не смотря на все это, он так и не оставил доктора. Приезжал иногда, оставлял деньги, засовывая их в карман старой, видавшей виды кожаной куртки Джека, спрашивал, как дела и подолгу сидел на веранде, глядя, как старик задумчиво курит самокрутку и пускает серый, грязный дым в прозрачный воздух. Нет, ему было не все равно, и он вполне осознавал всю гнилость души доктора, просто что-то не отпускало. Возможно, те самые подростковые воспоминания, которые сопровождают людей на протяжении всей жизни.


В его глазах старик так и остался тем человеком, к которому, при случае, можно обратится за помощью. А может, просто закрывал глаза, не желая знать ни о чем, дерьма в его жизни и так было навалом. Хотелось, чтобы осталось хоть что-то хорошее. Путь даже это «хорошее» было откровенной ложью и самообманом.
Наверное, именно поэтому Джаред и поехал к доктору Джеку. Надеялся, что уж его старик не подведет точно.


Одернув на парне платье и подняв его на руки, вышел на улицу. Пришлось взять машину Чейза. Потом спалит где-нибудь в лесу.
Сделка не просто сорвалась, а грозила перейти в нехилые неприятности и в кровную вражду с половиной города, ходившего у Чейза в друзьях. О том, какой переполох вызовет убийство ублюдка, он предпочел не думать.
Почему-то было глубоко насрать. Хотелось помыться. Желательно, святой водой. Нажимая педаль газа, Джаред оглянулся на белого, как мел, человека, лежащего на заднем сидение. Ну, может, помочь он ему не сможет, зато совесть будет чиста. По крайней мере, он попытался. А таким, как этот парень, все равно не жить на этой земле, так что будет.

 

жаред сидел на старом диване с ободранной обивкой и пил пиво. Точнее, пытался. На деле получалось тупо смотреть в пространство. В горле стоял ком. Картина произошедшего снова и снова проносилась перед глазами, и как Джаред не силился, не мог заставить себя думать о чем-то другом. Он многое повидал в жизни, но с такой откровенной жестокостью пришлось столкнуться впервые. Джаред не мог поверить, что Марк, который был не самым отвратительным говнюком на этом свете, если судить в общем и целом, конечно, мог так поступить с человеком. Даже в состоянии сильного наркотического опьянения. Джаред же видел, видел, как он удовлетворял себя, глядя на то, как издеваются над парнем, слышал просьбу Марка о том, чтобы сделать еще больнее. Он наслаждался, он хотел причинять боль, хотел страданий другого человека. Возможно, даже хотел сам найти ту грань, когда молчаливая покорность перерастет в сопротивление. Чтобы было интереснее сломать окончательно, чтобы ощущение собственной всесильности чувствовалось еще острее. Он не контролировал себя в тот момент, и если бы Джаред не вмешался, вряд ли сумел бы остановиться вовремя. Было страшно. Ему, здоровому, взрослому мужику, было страшно от увиденного. Еще страшнее было представить, что же до этого могли делать с бедным парнем, если в этот раз Чейз даже не придал значения происходящему, наоборот, одобрял и счастливо улыбался даже тогда, когда понял, что Марк слетел с катушек под приходом. При мысли о Чейзе начинало тошнить. Подумать о том, сколько всего он успел сделать… Сука. Джареду было жалко парня, чьего имени он так и не узнал. Собачью кличку «Дженни» в расчет он не брал. Он очень хотел, чтобы все было в порядке, конечно, насколько это возможно в подобной ситуации. Выяснить бы, что случилось, и как взрослый, самостоятельный человек мог вообще попасть в такое положение. Да и просто помочь хотелось, наверное. Не так уж он много в этой жизни сделал вещей, которыми мог бы гордиться.


Когда Джаред вытащил парня из машины и кратко, не вдаваясь в подробности, обрисовал ситуацию Джеку, тот только покачал головой, но, слава Богу, промолчал и кивком указал на дверь:
- Неси его в дом.

Доктор вышел из комнаты, где они расположили парня, через три часа и, не говоря ни слова, прошел на кухню, взял себе пиво и сев рядом с Джаредом, в точности скопировал позу, уставившись в одну точку. Разговор начинать было страшно, Казалось, что Джек молчит, потому что помочь уже нельзя, и что Джаред зря раздухарился, взращивая в себе на анаболиках замашки супер-героя, зря надеялся, что, возможно, получится помочь.
Сглотнув, Джаред отважился. Молчание, как ни крути, страшнее.

- Жив?
Джек чуть помедлил, как будто сомневался, стоит ли вообще что-то говорить Джареду, но кивнул, делая приличный глоток из бутылки

- Пока – да. У него инфаркт, парень. И интоксикация. Рассказать тебе, что означают два этих слова в одном предложении? В девяносто процентов случаев – смерть. Остальные десять процентов – это лотерейные билеты в руках Господа Бога. Можешь начинать молиться.

- Что ты ему дал? - во рту ощущался металлический привкус. Кажется, Джаред прокусил губу.

- Почти ничего из того, что действительно сейчас необходимо. Аспирин, он разжижит кровь и замедлит свертывание. Позже, когда концентрация наркотика в крови снизится, и он останется жив, дам бета-блокаторы. А больше ничего, Джаред. Оставь его тут, я разберусь. Уезжай.

- Не поеду. Не могу оставить. Ты же врач, Джек! – у Джареда задрожал голос. Не от слез, от нервного напряжения. Он же не дурак был, понимал, что при таком раскладе шансы выжить у парня почти нулевые.

- Вот что, Падалеки. До хуя ты пересмотрел боевиков, где герои внезапно приходят к врачу на пенсии, который валерьянкой лечит шалопаев по доброте душевной, и, внезапно, вуа-ля! Операционная! Аппараты искусственного дыхания! А то и органы новые. Ебнулся, что ли? Или ты это меня Богом посчитал? Ошибся, дружок, не по адресу. Врачи с действующей лицензией тебе в помощь.

- Джек, его нельзя вести в больницу. Он без документов. На нем живого места нет от шрамов. Копы приедут быстрее, чем я назову свое имя и номер фальшивой страховки. Я давно на крючке, они не упустят своего шанса.
- Твое дело, Джаред. Я тебе все сказал. У парня сердце похоже на старую тряпку, которой подтирают дерьмо.Шанс, что он выживет, почти нулевой. И да, ты прав, в больницу его вести глупо. Говорю тебе, уезжай отсюда, я присмотрю за ним. Выживет – хорошо. Не выживет – значит, не справился. Да что он тебе так сдался-то?!

- Дело принципа. - Джаред сжал зубы и вытащил телефон. Плевать. Парень должен остаться жив. Джек нервно тер рукой по дивану. В этот момент Джаред подумал, что не все же должно объясняться словом «зачем». Пусть хоть раз будет «вопреки». Парень заслужил жить точно так же, как и каждый из них. Ради этого можно и пожертвовать парочкой лет.

- 911… - Джек резко протянул вперед руку, намереваясь забрать телефон. Джаред машинально сжал пальцы крепче, удерживая трубку, и тут же получил тычок по ребрам, охая от неожиданности.

- Упертый ублюдок. – Доктор выругался, вставая с дивана, и шикнул на Джареда, когда тот хотел подняться вслед за ним.

- Драться со стариком будешь? – Джек усмехнулся. – Сядь, успокойся.

Джаред не слышал, кому звонил Джек и что именно говорил. Но через час приехала черная BMW, из которой вылез невзрачный невысокий мужчина. Вместе с ним вышло еще двое парней, похожих то ли на охранников престарелой порно-актрисы, то ли на санитаров психбольницы. Тихо переговариваясь с Джеком и не обращая на Джареда никакого внимания, они вытащили две большие спортивные сумки и не спеша прошли в комнату, где лежал парень. Джек суетливо семенил рядом с мужчиной, что-то возбужденно шепча на ухо. Услышать всего было невозможно, долетали только обрывки фраз «уверен, это..» «как только увидел, понял..».
Наверное, старик объяснял, что случилось. Джаред был рад, что привез парня сюда. Может, все еще и будет хорошо.

Он просидел на диване еще два часа, точно так же глядя в одну точку и пытаясь понять, что там происходит.
Еще через час, когда уже начало казаться, что прошла, по меньшей мере, вечность, Джек и мужчина с «охранниками» вышли из комнаты, где лежал парень.

- Будет жить, - единственное, что бросил ему знакомый Джека, проходя мимо и скрываясь за дверью, пока Джаред думал, что ответить.

Старик, проводив гостей, достал из холодильника еще два пива и молча протянул одно Джареду, садясь на диван.
Слов не было. Джаред кусал губы.

- Джек…

- Заткнись. Когда я умру, придешь ко мне на могилу, и будешь очень натурально плакать. Чтобы другие покойники мне завидовали. А сейчас можешь расслабиться и не мямлить.

Старик вдруг улыбнулся:

- А парень-то, о-го-го. Цепкий. Сам скоро увидишь. Его, кстати, Дженсен зовут. Сам сказал, как только в сознание пришел.

Джаред задумался. В душе рождалась непонятная гордость за пар.. . за Дженсена. И, правда, сильный. Если выжить смог, значит, и все остальное преодолеет. Джаред выдохнул и, наверное, первый раз за много часов ощутил, что грудь больше не сжимает стальной обруч.
Все оказалось хуже, чем подумалось в начале. У Джареда был четкий план того, как помочь Дженсену. Единственно правильное решение, ему казалось, было просто помочь парню свалить из этого города. Когда, конечно, тот придет в себя. Билет на автобус, немного наличных с собой, и дело сделано. Хорошее дело, благородное, пускай и с натяжкой. Но Джаред не гордый, ему и этого за глаза хватит. Он понимал, сколько времени еще придется разгребать все это внезапно свалившееся дерьмо, и сделать это будет в разы проще, если никто не станет мешаться под ногами. Все оказалось совершенно не так, как он представлял себе. Поведение Дженсена не входило в рамки того, что Джаред, привык видеть. Понял он это тогда, когда Джек первый раз разрешил парню встать с постели и позвал с ними поужинать. Старик привел его в маленькую кухню, где уже было накрыто на трех человек и осторожно, как ребенка, усадил за стол, придерживая за плечи. И тут же ушел, сказав, что надо успеть в аптеку, до закрытия. Джаред уже не удивлялся странной привязанности доктора к своему пациенту, списывая все на стариковскую сентиментальность. Удивляло другое. Ему еще тогда показалось, что Дженсен, ведомый Джеком, идет на автомате, шел, просто потому, что его вели.
Джаред понадеялся, что это последствия такой тяжелой болезни, и гнал прочь тревожные мысли.
Как оказалось, ненадолго. Дженсен сел на стул послушно, как кукла, сложив руки на коленях.


- Эй, чувак, ешь давай, ты чего? И так похож на привидение. – Джаред решил подбодрить его, списывая все на стеснение.

Парень послушно взял ложку и приступил к еде. На Джареда он не смотрел. Он вообще не поднимал головы от тарелки. Зато Джаред разглядывал его, не отрываясь. Джек нашел для него старый свитер с дыркой на локте и спортивные штаны, которые топорщились на коленках. Вся одежда была велика, наверное, размера на три, да и сам Дженсен был болезненно худой и очень бледный. Особенно на лице выделялись глаза, огромные и, что самое страшное, равнодушные и пустые. Если бы Джаред не говорил с Джеком о состоянии его здоровья, то решил бы, наверное, что Дженсен просто идиот. Но Джек разубедил его, доказывая, что его эмоциональная заторможенность вполне объяснима последствиями долгих издевательств. Глядя на то, как парень совершает механические действия, эта мысль крепла в голове все сильнее. Внезапно в голову пришла догадка.

- Дженсен, положи ложку.

Дженсен тут же замер, застыл, по-прежнему не поднимая головы, и быстро спрятал руки под стол, нервно теребя рукава свитера и глядя вниз.
У Джареда скрутило живот от той мысли, что пришла ему в голову. Было противно, но он должен был подтвердить свою догадку.
Быстро встав из-за стола, он вышел из дома и направился к мусорным контейнерам, куда он, брезгливо морщась, недавно выкинул платье, которое было надето на Дженсене в тот день.
Вернувшись в комнату, он застал парня в той же позе.

- Эй, Дженсен? … Дженсен? – Джаред ждал, пока тот поднимет голову и посмотрит на него. Прошло, наверное, больше минуты, прежде чем он сделал это. Увидев платье у Джареда в руках, он сгорбился еще сильнее, пытаясь казаться незаметным, а в огромных глазах отразилось столько боли, что Джаред почувствовал себя конченой мразью. Но должен был он узнать, должен.

- Оденешь это еще раз? Что скажешь? Потанцуешь для меня? – Джаред ощутил, как холодеют руки, потому что он уже понял, какой будет ответ.

Дженсен кивнул, сморгнув набежавшие слезы, и начал подниматься со стула.
Джаред отшвырнул платье в сторону и, не удержавшись от внезапного порыва, подошел, обнял, крепко прижимая к себе.

- Дженсен, нет же, нет, ты не должен этого делать, понимаешь, не должен! Нельзя, чтобы тебя заставляли, можно только просить, мать его, просить вежливо, и то, ты даже так имеешь полное право послать на хуй, если что-то не понравится. Ты же свободный человек, никто не может, не может просто приказать, а ты можешь всегда сказать нет, блядь, ну понимаешь, Дженсен?!

Дженсен сначала молчал, замерев и видимо прислушиваясь, а потом, опять не поднимая глаз, прошептал:

- Я должен.

- Что?... Кому? Кому, ты должен? – Джаред чувствовал, что ему не хватает воздуха.

- Чейзу. Всем. Теперь, наверное, тебе.

- Почему ты согласился сейчас одеть платье?

- Потому что отказывать нельзя, будет еще хуже. Убеждался уже не раз.


Джаред не смог сдержать слез. Он надавил пальцами на переносицу, жмурясь изо всех сил и сжимая зубы. Впервые в жизни захотелось убить. Не за себя, а за чужого, почти незнакомого. Смотреть, как из взрослого, здорового и сильного человека сделали послушную куклу, раба, полностью сломав и перестроив ему сознание, было невыносимо больно.

- Блядь, Дженсен, что он с тобой сделал? - Джаред выдохнул, запрокидывая голову назад, чтобы не дать скатиться слезам, и сжал дрожащего парня в объятиях.

Вопрос остался без ответа. Потому что сам Дженсен, скорее всего, просто не представлял масштаба бедствия.


Джаред отвел парня в комнату, зачем-то задернул все шторы, помог ему раздеться и осторожно, придерживая за спину, уложил на подушки. Дыхание Дженсена участилось, он побледнел сильнее, поминутно облизывал сухие, воспаленные губы и держал руку на груди. Молчал, просто терпел, принимая боль, как должное и неотвратимое. У Джареда в голове не укладывалось, как можно было позволить вот так сломать себя, разрешить растоптать и убить личность в зачатке. Когда все это началось? Сколько времени продолжалось? Задать себе вопрос о том, сможет ли это когда-нибудь закончиться, Джаред боялся. Да и не уверен был, что сможет как-то помочь.
Джаред сидел на краешке его кровати и, как загипнотизированный, смотрел на Дженсена – на того начали действовать таблетки. Дыхание выровнялось, с частого и хрипловатого оно сменилось на тихое и глубокое. Дженсен еще не закрывал глаза, рассматривая что-то на потолке, но было видно, как постепенно затуманивается его взгляд. Усталость и напряжение брали свое, и через минуту он уже спал, слегка съехав с подушки головой. Джаред склонился ближе, вглядываясь в его черты. Дженсен был красивым. Джаред даже не понял, откуда выплыла эта мысль и что ей вообще делать в его голове при таких обстоятельствах, но успокоил себя тем, что констатировал очевидный факт. Просто не до этого раньше было, не до осознания чужой красоты. Спустя секунду он понял, почему не замечал этого. Потому что тогда Дженсен не был ни красивым, ни примечательным. Сейчас он прибывал в спокойствии, исчез страх, запуганность, он был полностью расслаблен из-за действия таблеток. А тогда, в доме у Чейза, да и сегодня за ужином Дженсен был безобразен. Сломанной куклой он выглядел, не человеком. И это отвратительное состояние, неуважение к себе, полное осознание собственной ничтожности делали его уродом, белой краской замазывали всю его красоту, оставляя после себя только чувство брезгливости и желание отойти подальше.
А Дженсен принимал такую жизнь, вместе с подобным отношением, не зная другой или просто отказываясь помнить. Почему Джаред спас его? Как ни крути, не выходил он тут героем, как хотелось бы. Себя он спасал, свою нервную систему, когда почувствовал, что провода коротить начинает. Испугался, глядя на Чейза, ужаснулся, видя, что вытворяет Марк. Все объяснялось инстинктами, обидно и до нелепого просто.
Дженсен дернулся так сильно, что Джаред вздрогнул, и застонал во сне. По-видимому, сейчас ему снился кошмар. Как бы глупо это не звучало, у Джареда внутри затеплилась надежда. Парень все-таки боролся. Кошмары – верный признак качественной работы подсознания. Может, не все потерянно. Он дернулся еще раз, и Джаред потянулся и дотронулся пальцами до щеки парня, то ли разбудить пытаясь, то ли успокоить. Вскрик. Не помогло. И тогда он наклонился к Дженсену, близко-близко, так, что чувствовал на своих губах его быстрое дыхание, обхватил ладонями острые скулы, и, осторожно проводя пальцами по щекам, горячо зашептал:

- Все хорошо. Никто больше не обидит, не причинит боли. В прошлом, закончилось, нет ничего уже. Как в этом кошмаре, да? Теперь просто воспоминание. Тихо, тшшш. – Джаред говорил очень тихо, надеясь, что если Дженсен сейчас глубоко в своем сне и еще не проснулся, то ровный голос и спокойную интонацию осознает в любом случае.
И Дженсен как будто услышал его, затих и повернулся на бок, а Джаред так и просидел всю ночь у его кровати, грея в своих ладонях ледяные пальцы Дженсена, сам то и дело проваливаясь в сон.


На следующий день Джаред поехал в местный магазин шмоток. Видеть Дженсена в старой, почти дырявой одежде он не мог - воспоминания возвращались. Джаред шел между полок, машинально хватая какие-то вещи, и размышлял о том, что произошло сегодня.

С утра, когда Джаред уезжал, Дженсен стоял в проеме двери в своей комнате и смотрел, как он собирается. Джаред не знал, о чем тот думал, но на всякий случай подошел к нему, стараясь не слишком резко двигаться, протянул руку и погладил по плечу осторожно, как ребенка, потом спустил руку, обхватил запястье, чуть сжимая, и прошептал, стараясь улыбаться.

- Эй, если что, я ненадолго. Найдешь, чем заняться?

Дженсен, казалось, не понял. До Джареда внезапно дошло, что, скорее всего, тот просто не знает, что такое свобода выбора, вряд ли при жизни с Чейзом он слышал подобные словосочетания. Но не мог же Дженсен так существовать все время, находясь под гнетом старшего брата? Кажется, Чейз тогда упоминал про мать. Мысленно поставив себе галочку обязательно просить у Дженсена про его родителей, Джаред проговорил как можно мягче:

- Хочешь со стариком в карты поиграть на веранде? Тебе же сейчас воздух свежий нужен. Да и на солнышке посидеть - тоже не помешает. Посидишь на улице?

Дженсен медленно кивнул, бросив взгляд на окно, а потом неуверенно взглянул на Джареда.

Джек, вставая с кровати, ворчал, что ему, старику, не дают покоя и что он не обязан по первому требованию бежать на прогулки. Джаред даже начал было думать о том, чтобы действительно оставить старика и предложить Дженсену просто полежать в своей комнате, как Джек сказал:

- Одень на него куртку потеплее, он же сейчас мерзнет все время.
И сам прошел к шкафу, выбирать подходящую одежду .

Когда Джаред вышел на веранду, наконец-то найдя ключи от машины, Джек с Дженсеном уже удобно устроились на старых продавленных креслах, стоящих рядом друг с другом. На улице было действительно довольно прохладно, но солнышко светило ярко, и деревянные доски, которыми был услан пол веранды, казалось, удерживали тепло. Было светло и уютно. Дженсен, закутанный в теплую куртку, заворожено смотрел на небо и водил пальцем по гладкому подлокотнику. Джаред только сейчас, при свете дня, заметил, что у парня веснушки. И тень от ресниц косой черточкой ложится на щеку. Красивый. Подошел ближе, и, сев возле Дженсена на корточки, застегнул молнию его куртки до самого подбородка.
Джек посмотрел на них, хмыкнул и отвернулся в сторону, улыбаясь своим мыслям.

- А что? – Джаред развел руки в стороны, вставая и начиная оправдываться. – Простудиться еще не хватало.

Джек ничего не ответил, а Джаред, склонившись к Дженсену, прошептал:

- Точно не холодно?

Дженсен покачал головой, чуть улыбнулся, и, мельком мазнул взглядом по лицу Джареда, снова начав смотреть на небо.

Джаред опешил. Дженсен улыбнулся. Первый раз. Ему.

Подъезжая к магазину, Джаред снова и снова прокручивал в голове этот момент, поражаясь, как сильно изменилось лицо парня. Очень хотелось увидеть еще раз, как преображаются черты этого красивого лица, как исчезает боль и в глазах появляется тот свет, который бывает только у людей с очень чистой душой. Джаред поклялся себе, что сделает все, чтобы еще раз увидеть эту улыбку.

Когда Джаред расплачивался за вещи, девушка-упаковщица как-то очень странно на него смотрела. Списав все на свой растрепанный вид, Джаред поблагодарил за покупки и быстро пошел в машину, подумав о том, что надо бы повнимательнее посмотреть в зеркало.
И только перебирая вещи в пакетах, до него дошло, почему напоролся на внимательный взгляд девушки в магазине.
Он купил кучу белых носков, штук десять белых хлопковых трусов, три белых майки, светлые джинсы и ветровку. Тоже белую.
Он даже не понял, как это произошло - рука сама тянулась к вещам светлого, чистого цвета. Чтобы ни одного темного пятна. Дженсен должен быть чистым. Видно, подсознание сыграло шутку, преобразовав, таким образом, мысли в действие. Дженсена и правда, хотелось отмыть от всей этой грязи, хотелось понять, что все действительно позади и к нему больше никто не прикоснется, не оставит след на его теле от своих отвратительных, грязных прикосновений. Только вот одеждой светлого цвета вряд ли можно что-то исправить.
Джареду хватило ума вернуться в магазин и обменять белые джинсы на обычные, темно-синие. Он докупил еще пару рубашек в клетку, теплую толстовку и, вовремя вспомнив о том, что Дженсену нужна еще и обувь, приобрел кроссовки.
Уже на выходе из магазина он обратил внимание на маленькую, крутящуюся витрину с часами. Одни понравились особенно сильно. Стальной корпус, черточки-цифры и кожаный ремешок. Ничего лишнего, ничего вычурного, а взгляд притягивают на раз.
Кажется то, что нужно.
Последнее место, куда он заехал, был маленький, неприметный магазинчик, затерявшийся среди старых, полуразрушенных домов заброшенного района. Негр с выбитым передним зубом долго не хотел открывать ему дверь, но после того, как Джаред назвал ему парочку имен общих знакомых, быстро изменил свое решение, расплывшись в улыбке и сказав, что «не имеет права оставить в беде такого хорошего человека». В машину Джаред садился, пряча во внутреннем кармане куртки черный пистолет. На всякий случай. На душе было тревожно, а оружие, как ему всегда казалось, помогает лучше любого успокоительного.

Вернувшись домой, Джаред прошел сначала в комнату Дженсена и убрал пакеты с одеждой в шкаф, решив отдать их утром.
В гостиной Джек что-то рассказывал Дженсену, который наклонился над столом со стоящей на нем шахматной доской. Дженсен сидел, обхватил голову руками, и смотрел невидящем взглядом в пространство.

- Нет, смотри, Конь ходит… О, вот и Джаред! А мы было подумали, что тебя засосало в развратную городскую жизнь. Я даже волновался слегка. Ну, до третьей бутылки - точно. – Джек отсалютовал пивом, а потом, когда понял, что Дженсен не смотрит на него, скривился и выразительно постучал горлышком бутылки себя по голове, намекая, видимо, что Джаред в чем-то повел себя по-идиотски.

В начале фразы Джека Джаред улыбнулся, но, увидев его следующий жест, веселиться ему расхотелось моментально, особенно, когда он пригляделся к Дженсену. Парень сидел, выпрямив спину, сжимая в руках шахматную фигуру, и невидящим взглядом смотрел на доску. Джек, видимо, тоже заметил, как напрягся Дженсен, и непринужденно проговорил:

- Ну, не так уж и намного ты задержался, с другой стороны.

Джаред подошел к Дженсену и, не обращая внимания на Джека, прикоснулся к его подбородку, и, мягко разворачивая к себе его лицо, сказал:

- В чем дело? Пока меня не было, все же нормально было, так ведь?

Парень смутился от такого пристального взгляда, и Джаред невольно потерялся, забыл, что хотел сказать, вглядываясь в широко открытые глаза. Дженсен закусил губу и попытался отвернуться, спрятать глаза. Джаред попробовал успокоить его, так же, как утром, опустившись на корточки, становясь с ним наравне, не довлея ростом:

- Давай, скажи мне, что случилось?

- Ты задержался, а я подумал, что Чейз… Ты же в город ездил. Что случилось что-то. Я же слышал, что ты мне ночью говорил, как сидел со мной… Мне с тобой лучше, не хочу к нему, понимаешь?

Опять по сердцу как лезвием полоснули. Дженсен боялся. С другой стороны, он сказал «не хочу», а это значило, что не все так плохо, как Джаред подумал. Эмоции, чувства, желания все-таки не были для Дженсена абсолютно чужды. Можно заставить человека загнать их внутрь, можно научить игнорировать, но полностью уничтожить это никто не в силах. Джаред вздохнул и положил руки Дженсену на колени.

- Не заберет. Он мертв. Никто больше не тронет. Он больше никогда не появится в твоей жизни, как бы она не сложилась. – Джаред поднялся и прошел на кухню, оставив Дженсена. Не стоило этого делать, но сейчас ему было необходимо подумать.
Что дальше? Теперь, когда Джаред знает, что Дженсен не сможет прожить без чужой помощи, сможет ли он его оставить? Нужно ли это сделать? А главное – хочет ли? Он не знал ответов и не знал, что именно лучше сейчас для парня – учить его жить самостоятельно, показывая реальною, жестокую сторону жизни или наоборот, оберегать его, ограждая от новых потрясений. Джаред интуитивно чувствовал, что самое правильное, это золотая середина, но не был уверен, что сможет правильно расставить противовесы. Как и не был уверен в том, что правильно поступил, взяв на себя ответственность за чужую искалеченную жизнь. Нужно было решать вопрос с жильем - если он решит и дальше помогать Дженсену, вряд ли получится остаться на старом месте, неплохо бы иметь две квартиры, желательно близко друг от друга, да еще и сорвавшаяся сделка… страшно представить – сколько всего предстояло решить за короткий срок. Джаред прислонился лбом к холодной дверце холодильника.

- Ты же сейчас не собираешься распустить нюни прямо тут? Как-то это уж совсем по бабски выглядеть будет, – Джек отодвинул его плечом и открыл дверцу, вытаскивая упаковку ветчины. – Оставь уже рефлексию, парень. Подожди немного, вот увидишь, само все решится. – Джек пристально смотрел на Джареда

- Мы не можем жить у тебя. И мне нужно в город.

- Дженсен слаб, куда ты его потащишь? Пусть живет тут. А ты, если нужно, можешь ехать, я пригляжу за ним хорошенько, не сомневайся. А вообще, у меня следующая неделя полностью свободна, поезжай в свой город, разберись, в самом деле, с делами. Давно пора. – Припечатал Джек и вышел из кухни.

Джаред, вздохнув, пошел за Дженсеном. Нестерпимо начинала болеть голова, видимо, последствия прошлой бессонной ночи сказывались. С одной стороны, по отношению к Джеку он испытывал только чувство благодарности за заботу, с другой - не хотел оставлять парня с чужими людьми надолго, хотя старик был, без сомнения, прав - появиться в городе нужно было как можно скорее. Или не появляться там больше никогда, пусть все катится к чертям собачьим.

Дженсен стоял около окна и рассматривал поле, о чем-то задумавшись. Джаред не стал подходить со спины и прикасаться, чтобы не напугать ненароком. Он негромко окликнул его, стоя в дверном проеме, но парень все равно вздрогнул, резко обернувшись.

- Пойдем спать, Дженсен?

Пока Дженсен был в ванной, Джаред разобрал ему постель, а потом, сев в кресло, чуть не уснул. Тихая, теплая и уютная атмосфера комнаты, полутемное освещение от ночника на прикроватной тумбочке действовали лучше любого снотворного.
Из полусна Джареда вывело тактичное покашливание. Дженсен стоял около кресла, не решаясь перешагнуть через длиннющие ноги Джареда.

- Ты что же? Проходи, – Джаред поспешно согнул ноги, чтобы освободить проход. Именно в этот момент Дженсен тоже поднял ногу, что бы переступить через них. Они сплелись, запутались, и Дженсен, вскрикнув, начал падать, нелепо взмахнув руками. Все это происходило какие-то доли секунды, но для Джареда время растянулось. Он успел прикинуть и расстояние до тумбочки и то, что при падении Дженсен обязательно ударится об нее либо головой, либо переносицей. Кажется, Джаред тоже вскрикнул и, быстро вытянув руки, успел дернуть тело парня на себя, меняя траекторию падения.
Дженсен замер у него на руках, а Джаред, не останавливаясь, гладил его по волосам, по спине, по плечам, то ли его успокаивая, то ли себя, проверяя, все ли в порядке.

- Спасибо, – прошептал Дженсен еле слышно.

- Ты не ударился? – Джаред наклонил голову, прижимаясь щекой к волосам Дженсена.

- Нет.

И тут Дженсен неуверенно, как-то по-птичьи прижался губами к шее Джареда, прошептав «спасибо» еще раз. В этом жесте не было никакого подтекста, просто не могло быть - он просто выразил признательность, неуклюже и так невинно, но, тем не менее, прохладные губы на горячей коже вызвали мурашки. Джаред бесконтрольно провел рукой по лицу Дженсена, мазнул пальцем по нижней губе, будто проверяя, на самом ли деле это произошло или ему так показалась, задержался, чувствуя влажность на пальце и, не особо задумываясь, повернул лицо парня к себе, так же неуклюже прижавшись губами к приоткрытому рту. Дженсен завозился на его коленях, даже не пытаясь отстраниться, и это ощущение доступности, чужой беззащитности все-таки ударило в голову. Ощутил ли он в тот момент себя сволочью? Возможно. Только вот останавливаться почему-то не хотелось. Как из невинного жеста все это могло превратиться в такую некрасивую, пошлую ситуацию, понять было сложно. Парень был слишком красивым, слишком податливым и уступчивым, и этого было достаточно для того, чтобы потерять голову.

Это было плохо. Очень плохо, и Джаред, предчувствуя возбуждение, ощущая, как потеплело внизу живота, вжался в спинку кресла, пытаясь отодвинутся от чужого тела. Стояка еще не было, но горячее, порочное чувство возбуждение уже разливалось по венам, отключая мысли. Он не мог так поступить с Дженсеном. С человеком, который верил в то, что Джаред никогда не обидит его.
Дженсен почувствовал замешательство и изучающее взглянул в глаза Джареду, придвигаясь ближе. А потом, видимо, увидев что-то, понятное только ему одному, медленно поднялся, и, встав напротив, начал медленно стягивать с себя одежду. На пол полетела майка, затем спортивные штаны с нижним бельем, и вот Дженсен стоит перед Джаредом, совершенно голый, абсолютно доступный. И… с опять совершенно нечитаемым взглядом.

Джаред чувствовал свою дрожь, чувствовал, как неприятно натянулись джинсы в районе ширинки, даже чувствовал, как адреналин ядом впрыскивается в кровь, отравляя ее. Он подался вперед, вдыхая воздух расширившимися ноздрями, и до боли в суставах сжал подлокотники. А Дженсен, тем временем развернулся к нему спиной, опустился на колени и, прижавшись грудью к полу, раздвинул руками ягодицы, открывая доступ к себе.
Джареда словно холодной водой облили, когда он осознал, что только что сделал Дженсен. Он бросился к нему, грубо вздернул с пола, ставя на ноги, и, слегка встряхнув, прошипел:

-Ты что делаешь?!

- Ты меня захотел. Я встал так, чтобы было удобнее.

Джаред крепче сжал плечи Дженсена и зарычал, выпуская злость наружу.

- Ты должен сам этого хотеть, Дженсен, сам. Твой член должен стоять, твое тело должно жаждать партнера, твои мысли должны быть о том, как тебе будет хорошо, когда твоим телом будут овладевать. Вот так, – он показал на его мягкий орган, – неправильно, ненормально, так не должно быть, понимаешь?

Дженсен не понимал. Слова Джареда шли вразрез с его понятиями о правильности, вразрез со всем теми устоями, с которыми он жил столько лет, не вдумываясь, просто принимая на веру. Неожиданно он коснулся пальцами взыбившейся ширинки Джареда и прошептал:

- Почему ты остановился?

- Потому что тебе сейчас это нужно меньше всего.

- Но ты же хочешь меня?

- Давай будем отталкиваться от того, чего хочешь ты? – злость схлынула так же внезапно, как и появилось, а на возбуждение, тянувшее низ живота, он постарался не обращать внимания. Переживет.

Дженсен еще долго не мог заснуть, украдкой косясь на Джареда и о чем-то думая. Он возился, то и дело переворачивая подушку холодной стороной, поджимал под себя ноги, распрямлял их и все никак не засыпал. А Джаред не мог уйти, видя, в каком состоянии находится парень. В конце концов, он, чуть подвинув Дженсена в сторону, лег рядом и положил руку ему на живот, крепко прижав к себе.

- Спи. – Джаред пальцами погладил парня по щеке. – Спи, все хорошо.

Дженсен придвинулся чуть ближе, вжимаясь всем телом в Джареда, тихо прошептал что-то сам себе и уткнулся носом в подушку, расслабляясь окончательно. Уснул он действительно быстро - нервное напряжение все-таки давало о себе знать. А вот Джаред еще долго не мог успокоиться, то и дело прокручивая в голове сегодняшнюю ситуацию. Сон пришел уже под утро, когда предрассветная тьма начала рассеиваться, уступая месту блеклому, расплывчатому осеннему рассвету.


Джек опять куда-то уехал с самого утра, поэтому завтракали они в одиночестве. Джаред налил Дженсену кофе, намазал джемом тост и положил на тарелку. А потом замер, открыв дверцу холодильника, осознавая, что понятия не имеет, что парень предпочитает из еды. А вдруг не тосты? Вдруг, например, яичницу? Или он по утрам вообще только кофе пьет?

Посмотрев на Дженсена и увидев, что тот ест и вроде бы даже с аппетитом, Джаред налил себе кофе и сел напротив, заворожено глядя, как парень с хрустом откусывает от бутерброда.

- Дженсен? – Джареду вот прям сейчас, сию секунду вдруг захотелось узнать, что же на самом деле тот предпочитает. – Дженсен, а ты блинчики любишь? – Фраза прозвучала настолько нелепо, что впору было рассмеяться. На месте Дженсена он так бы и сделал. Но вместо этого Дженсен аккуратно отложил недоеденный бутерброд и, с удивлением глядя на Джареда, произнес:

- Люблю… Мама готовила, очень давно, правда, уже и не помню почти. - Дженсен улыбнулся застенчиво, проводя пальцем по ободку кружки.

- А еще что? Еще что любишь? – Джаред не имел права упустить момент, когда Дженсен сам, добровольно пошел на контакт, без вынуждающих обстоятельств.

- В каком смысле? – он все еще улыбался, а Джаред боялся вздохнуть, чтобы, не дай Бог, не спугнуть такую пока еще робкую улыбку.

- Да в любом. Что тебе нравится? О чем тебе приятно вспоминать?

- Я не знаю. В моей жизни не так уж много моментов было, когда было время об этом задуматься.

А ведь и правда.
Джаред закусил щеку изнутри, опять стало горько от понимания того, сколько всего парень пропустил в жизни.

- Дженсен, знаешь, что? Поехали, на выходных, я покажу тебе одно место. Там очень красиво, а сейчас, осенью, потрясающе просто. Я там подростком все время околачивался. И переночевать будет где. По легенде, там в озере русалка живет и, если ночью выйти к берегу, можно увидеть ее, если, конечно, в правильное место встать. Поехали, хочешь? Мы в детстве там очень времени проводили. Правда, так и не увидели никого. Может, в этот раз повезет? – Джаред сам воодушевился, даже рассмеялся искренне, вспомнив, как они с парнями однажды ночью удирали, расшибая в кровь колени, приняв одиноко рыбачащего мужика за грозную русалку, задумавшую их убить.

Дженсен кивнул, даже не задумываясь. Наверное, хотел посмотреть русалку. А может, просто поехать погулять. С Джаредом. По телу разлилось приятное тепло, и Джаред, долив Дженсену кофе, посмотрел в окно, услышав шум приближающегося мотора.

Джек приехал не один. Из машины вместе с ним вышел тот самый человек, который помог Дженсену выжить. Он шел не спеша и что-то говорил Джеку, который внимательно слушал, изредка кивая. Они вошли в дом, мужчина, видимо, направился в гостиную, потому что на кухню Джек вошел уже один. Джаред смотрел на старика и видел, как тот возбужден, словно мается в ожидании чего-то. Заразиться энтузиазмом не получилось - наоборот, нехорошее предчувствие закралось в душу. Возможно, из-за второго мужчины, который сейчас сидел в гостиной. Не смотря на то, что он оказал неоценимую помощь, снова вспоминать, при каких обстоятельствах они встретились, не хотелось.

- Джа, нужно поговорить. – Джек щелкнул костяшками пальцев и покосился на Дженсена. – Наедине.

Дженсен немедленно поставил кружку на стол, и начал было подниматься, но старик остановил его, придержав за плечо: - Сиди, мы в гостиной будем.

- Я скоро вернусь. Допивай кофе. – Джаред прикоснулся к руке Дженсена, погладив запястье, и весело подмигнул, а потом, не колеблясь, вышел с Джеком из кухни.
Джек шел чуть позади и громко дышал, выдавая свое нервное напряжение. Почему, понять было невозможно. Джаред остановился напротив сидящего на диване человека и от души пожал протянутую руку.

- Здравствуйте, сэр.

- Мистер Стивенсон, Джаред, - мужчина похлопал рукой по обивке дивана, приглашая Джареда сесть рядом. - Я слышал, у тебя проблемы, да? Тебе нужна помощь?

Джаред взглянул на Джека, который по-прежнему стоял рядом, не пытаясь присесть, и насторожился, заметив в глазах старика напряженность. Тут же возник вопрос - с какой целью мужчина интересуется жизнью почти незнакомого человека, но Джаред тут же отбросил сомнения, вспомнив о том, как мистер Стивенсон бескорыстно помог им.

- Ничего серьезного. – Джаред присел на диван, решив, что не стоит никого посвящать в подробности своей жизни.

- Брось, сынок. Я долго живу в этом городе и многое знаю. После того, как сорвалась сделка с Чейзом, дела пошли неважно, так ведь? И тут еще и инвалид под ногами мешается, да?

В этот момент Джареду стало не по себе, и Стивенсон как-то резко потерял сразу пару пунктов в его шкале уважения.

- Он не инвалид. И мне не мешается. – Джаред все еще старался держаться вежливо.

- Джаред, он же идиот почти, ни на что не годен. Так и останется тряпкой, не способным принимать решения, куда он тебе такой? Я добрый человек с открытым сердцем, могу помочь тебе, если захочешь.

- Кажется, не нужно. Закрывайте свое сердце обратно. – Джаред поморщился и оперся ладонями о диван, намереваясь встать. Слова мужчины были мерзкими, отвратительными и настолько не вязались с добродушным выражением лица, что казалось, будто тот просто неудачно пошутил. Но даже если это было и так, терпеть такое отношение к Дженсену было выше его сил. Но никто, как оказалось, тут шутить не собирался. Стивенсон придержал его за рукав свитера, останавливая.

- Подожди. Послушай. У меня есть предложение. Я владею небольшим … ммм… поместьем за городом, где организовал своего рода клуб для людей, несколько другого мировоззрения. Там отдыхают те, которые понимают, для чего предназначены такие, как Дженсен. Ему там будет очень хорошо, при постоянном или временном хозяине.

Джаред смотрел на Стивенса и никак не мог поверить, что то, что ему говорит этот человек, не галлюцинация и не сон. Воистину, бойся данайцев, дары приносящих. Опять, стало страшно за Дженсена, который сейчас сидит один в кухне и уверен, что ничего не случиться, пока Джаред рядом. А сам Джаред, мать его, в это время обсуждает возможность сдать Дженсена в еще один зверинец.
Он брезгливо дернул плечом, освобождаясь от хватки Стивенса, встал с дивана и взглянул в глаза Джеку, который, по всей вероятности, готовился что-то сказать. Точно.

- Послушай, не обижайся, подожди. Дженсен идеально подходит. Ему же, правда, там будет лучше, не сможет он жить нормальной жизнью, ну сам подумай. Повозишься ты с ним еще с месяц, а потом в один прекрасный момент психанешь, когда он не сможет сходить поссать без твоего разрешения, и выкинешь на улицу, где он в любом случае сдохнет. А там он проживет гораздо дольше, он привычный к боли. Стивенсон же заплатит тебе. И мне тоже, ну прошу тебя, Джаред, это же отличное предложение. Жил же ты как-то, не зная его, вот и опять сделаешь вид, что ничего этого не было.

Шок, ступор, в котором пребывал сейчас Джаред, Стивенсон расценил, как раздумье и, самодовольно усмехнувшись, проговорил:

- Пятьдесят тысяч, и я забираю его. Накину пять, если позволишь поверить его в действии прямо сейчас. Еще пять, если сам продемонстрируешь. Ты просто не представляешь, какой это кайф - смотреть, как жертву будет пытать тот, кому он доверяет. А если судить по рассказам Джека, парень тебе действительно верит. За такое и переплатить не грех. Давай, Джаред, соглашайся, я же знаю, как сильно тебе сейчас нужны деньги. Шестьдесят тысяч за то, что в твоей жизни появилось ненадолго и почти тут же исчезнет, даже воспоминаний не оставляя за собой. Соблазнительно, не так ли?

Действительно, казалось бы, что сложного в том, чтобы забыть о существовании человека, с которым провел не так уж много времени? Ничего. Единственное, сложновато бороться с желанием пустить себе пулю в лоб каждое утро, раз за разом вспоминая о своем поступке.
Твари. Как он мог поверить Джеку? Видел же, видел, что старик часто куда-то уезжает, видел, как тот смотрел на Дженсена, как постоянно хотел отправить Джареда в город, оставив парня с ним. Хотя, если быть честным, ни хрена Джаред не видел. Поверил, потому что не хотел думать, что в людях больше не осталось ничего святого. Ошибся, как всегда. Решение пришло в голову быстро.

- Да. – Джаред потер переносицу. - Ты прав. Мне, правда, сейчас чертовски нужны деньги. Демонстрировать его, прости, не буду, но цену сбавлять не позволю. Забираешь либо за шестьдесят, либо никак.

- Я знал, что мы договоримся. По рукам.

Джаред, не колеблясь, пожал горячую, чуть потную ладонь Стивенса.

И в эту секунду возле двери послышался шорох. Джаред медленно оглянулся, чувствуя, как от ужаса скручивает живот. Дженсен, облокотившись на стену, медленно сползал на корточки, обхватив голову руками.

Стивенсон встал с дивана и подошел к нему, заставляя опустить руки.

- Тебя продали, малыш. Теперь ты мой. С братиком твоим, который любил тебя так сильно, мне никак не удавалось сторговаться. А вот твой новый хозяин оказался в разы сговорчивее. Давай-ка прямо сейчас тебя сделаем чуть красивее. И чуть слабее. – Стивенсон поднял безвольно повисшую руку Дженсена и поднес нож к запястью – Пустим немного крови, ты же не будешь возражать? –лезвие надавило на кожу, и Джаред, стиснув зубы, проговорил, стараясь казаться спокойным:

- Деньги, Стивенсон. Отдай сначала мои деньги, прежде чем калечить его.

- Точно. Прости, Джаред, просто не терпится. Сейчас. – Стивенсон вернулся в течение минуты, неся с собой небольшой пакет.

- Держи. Тут семьдесят. Десять – Джеку, за содействие.

- Ну конечно.- Джаред улыбнулся. - Чтобы мы без него делали. – Он вытащил из свертка две пачки и протянул их старику, который по-прежнему стоял около дивана и, казалось, забыл, как дышать. - Бери деньги.
Джек прошептал: – Я знал, что ты примешь правильное решение, Джаред. Да и мне, старику, помог. Ты добрый человек.

- Ага. Ты тоже. – Джаред даже не оглянулся, отвечая Джеку, и начал медленно приближаться к Стивенсу, глядя ему прямо в глаза: – Скажи мне, ты часто бывал в доме Чейза?

Мужчину, казалось, вопрос совсем не удивил.

- Относительно. Скорее уж Чейз с Марком за последнее время любили ко мне наведываться в клуб. Чейз вообще любил демонстрировать Дженни публике. Слушай, у меня предложение. Если ты думаешь, что будешь скучать, то я могу оформить тебе членство. Дженсена, конечно, не обещаю, но парочку сладких мальчиков гарантирую.

- Мне хочется у Дженсена спросить кое-что. Ты не против? – Джаред стоял в шаге от них, показательно держа руки перед собой, демонстрируя безоружность.

-Попрощаться что ли? Да ради Бога. Мне даже приятно посмотреть будет. – Стивенсон учтиво отошел к Джеку, освобождая место.
Джаред присел на корточки рядом с парнем, положив руки ему на колени. Дженсен сидел на полу, прислонившись затылком к стене, с закрытыми глазами. Лицо было мокрое от слез, ресницы слиплись, грудь вздымалась от учащенного дыхания.

- Дженсен. Дженсен, посмотри на меня. – Джаред не просил, он приказывал, гипнотизируя взглядом.

Ресницы дрогнули, и Дженсен открыл глаза, посмотрел на него, закусывая губу, наверное, чтобы не заплакать еще сильнее.

- Я могу только догадываться, что ожидает тебя там. Но ты, ты – знаешь наверняка. Я продал тебя, Дженсен. Как старую машину, как ненужную, использованную вещь. Какие ты испытываешь чувства ко мне сейчас, скажи? Скажи мне, Дженсен! – Джаред чуть не сорвался на крик, но вовремя вспомнил, что они не одни, поэтому прошептал еще раз, только тихо: - Скажи что чувствуешь.

- Знаешь, а я уже привык. Просто обычно физически больно, а тут … да неважно уже. - Дженсен отвернулся от него и тихо, словно боясь спугнуть, проговорил: - Лучше бы я тогда не очнулся.

- А может, ты рассмотришь вариант? Подумай, Дженсен. Сейчас самое время для того, чтобы сделать выбор. Умереть ты всегда успеешь. А вот жить можешь и опоздать. – Джаред положил ему пистолет на колени, загораживая спиной от Стивенса. - Твою мать, Дженсен, проснись уже, нет в этой жизни ничего, что невозможно исправить. Ты можешь сейчас пустить пулю себе в голову и закончить все одним махом. А можешь бороться и, кто знает, может, то, чего на самом деле желаешь, будет за следующим поворотом. Давай, Дженсен, все в твоих руках. Думай. – Джаред прикоснулся губами к его мокрым ресницам и отошел в сторону.

Он знал, что делал, когда оставлял пистолет в руках Дженсена. И так и не сказал, что у него даже в мыслях не было оставить парня или отдать вот так вот, за сраные бумажки. Это было неправильно, нелогично, заранее бессмысленно, он осознавал, что почти толкнул его на самоубийство этим поступком. Но другого выхода он не видел. Пусть даже был один шанс из ста, что Дженсен примет правильное решение, Джаред обязан его использовать. Дженсену нужна встряска, нужен толчок, чтобы научиться принимать решения. Пусть ситуация была бессмысленно жестокой, но Джаред сейчас считал, что прав во всем. Он не хотел думать о том, что в любом случае это будет убийство. Джаред искренне считал, что все, кто находились в этой комнате, не заслуживали жизни. Кроме единственного, который, по иронии судьбы, не хотел жить вообще, хотя и достоин был больше их всех, вместе взятых.

Стивенсон замер, увидев пистолет в руках Дженсена. А парень стоял, неуверенно удерживая его дулом вверх, не целясь ни в кого, держал, еще не решив, что с ним делать.
Джаред молился, чтобы тот сделал все правильно, хотя в сложившейся ситуации использовать это слово было кощунственно. Он толкал человека на убийство, рассчитывая таким образом пробудить в нем жажду мести, хотел, чтобы тот в полной мере ощутил удовлетворение от чужой боли, как и все, кто окружали его долгое время.

- Дженсен. Тебя больше никто и никогда не посмеет обидеть. Я верю в тебя. Я люблю тебя. – Джаред не понял, как у него вырвалась последняя фраза. Это смахивало на шантаж, на манипуляцию и он никак не мог понять, правду ли сказал только что, или просто добивался таким образом того, чего хотел. Слишком мало времени, слишком много эмоций. А может, просто на адреналине получилось сказать то, в чем сам себе боялся признаться. Он не знал. Но очень надеялся, что сможет понять позже. Только бы Стивенсон не подвел. Да, Стивенсон - именно сейчас правильная реакция нужна была только от него.

- Детка, ты чего? Откуда у тебя такая опасная игрушка? Положи ее на пол и отойди подальше. Я позабочусь о тебе потом. Дженни, ты слышишь меня? Я накажу тебя так сильно, что ты опять будешь долго плакать. Как в тот раз, когда тебя вздернули на дыбе и щекотали током твою попку. Помнишь? Ты же не хочешь этого? Или хочешь? – Стивенсон разговаривал мягко, тихо, угрожающе, а у Джареда от напряжения смазывались все звуки, и казалось, что где-то шипит гадюка.
Давай, Дженсен, давай.

Парень стоял и разглядывал всех троих, словно видел в первый раз. Когда он услышал слова Стивенса «позабочусь о тебе», у него дрогнула рука, и Джаред почувствовал во рту металлический привкус страха – ему показалось, что Дженсен сейчас направит дуло пистолета к своему виску.

Напряжение зашкаливало - капелька пота с виска Джека капнула на воротник его рубашки. Джареду было невыносимо страшно осознавать, что он ничего больше не мог сделать. Решить все должен был Дженсен.

- Дженни, если сейчас ты не положишь пистолет, я сделаю с тобой такое, что даже жертвам Холокоста не снилось, клянусь тебе. Положи пистолет, твою мать! – Стивенсон дернулся, но Дженсен вскинул пистолет и проговорил четко, чеканя каждую букву:

- Я. Не. Дженни. – Выстрел взорвал тишину, послышался звон разбитого стекла, а Джареду показалось, что он оглох. Конечно, Дженсен не попал в Стивенса. Секундный шок, мужчина оглядел себя и бросился на парня, который медленно опускался на колени. Слишком большая нагрузка на сердце. Около пистолета Джаред оказался быстрее и, загородив собой Дженсена, выстрелил в Стивенса почти в упор, даже не целясь. Дженсен сделал самое главное, остальное Джаред подчистит сам. Мужчина замер, все еще протягивая руки к лежащему на полу парню, и начал оседать на пол. Джаред решил быть гуманным, и следующий выстрел пришелся точно в висок.

На полу растекалась багровая лужа, а Джаред стоял и заворожено наблюдал, как постепенно черты лица ублюдка меняются и приобретают умиротворенное выражение.
Отвлек шорох. Джек судорожно рылся в ящике, видимо, ища какое-нибудь средство защиты. Так ничего не найдя, он развернулся к спокойно стоящему Джареду и прокричал:

- Я хотел позаботиться о нем. И о тебе.

Джаред усмехнулся:

- Спасибо, мы оценили. Теперь наш черед, да, наверное? – Вспышка, выстрел – и еще на одну поганую, по мнению Джареда, жизнь на этой земле стало меньше.

Он наклонился к Дженсену, нащупывая пульс. Сердце билось часто, но не критически, видимо, парень потерял сознание от перенапряжения. Все-таки он был еще очень слабым после пережитого.
А вот Джаред, напротив, чувствовал прилив сил и, без труда подняв Дженсена на руки, вынес из дома, прошептав «поехали отсюда».

На ржавой машине, в которой Джаред с трудом опознал Шевроле Импалу, они отъехали от дома. Тянуло дымом, а в окнах, где были не задернуты занавески, можно было увидеть первые отблески пламени. Дженсена он устроил на переднем сидение, накрыв своей курткой. Вещи, купленные в магазине, были сложены в багажник - не до переодеваний было. Там же лежали и семьдесят тысяч долларов. Когда Дженсен открыл глаза, Джаред тут же протянул руку и сжал его пальцы, успокаивая и без слов сообщая, что все в порядке, что бояться нечего и что все уже позади, на этот раз окончательно.
Парень, заворожено глядя, как осторожно Джаред гладит его пальцы, вдруг приподнялся и спросил, крутя головой по сторонам:

- Куда мы едем?

Джаред помедлил, думая над ответом, но уже через секунду повернулся к Дженсену:

- А вот на хрена нам какие-то русалки-доходяги с озера? Поехали лучше посмотрим на их родовое поместье?

Дженсен недоверчиво посмотрел на Джареда, думая, наверное, что у того поехала крыша.

- Ну, помнишь, я тебе предлагал на озеро поехать? Так вот, я передумал. Русалки же рождаются в океане, так, по идее? Вот, туда и рванем, – пояснил Джаред, чуть прибавляя скорость. Для того чтобы не возникло сомнений в его намерениях.

- Мы больше не вернемся сюда? – Дженсен смотрел на него, распахнув глаза и недоверчиво улыбался, боясь поверить услышанному.

- Мы тут ничего не забыли, чтобы возвращаться.

Дженсен сидел еще какое-то время, оцепенев, бросая украдкой быстрые взгляды на Джареда, а потом вдруг приблизился, поцеловал в щеку и тут же отпрянул, отодвинувшись на самый край сидения. Но, как ни странно, глаз не отвел.
Джаред, забыв о дороге, смотрел на него, думая, что парень опять неправильно растолковал его действия.

- Я сам захотел, если что. – Дженсен смущенно улыбнулся, стирая рукой пыль с передней панели.


Асфальт тихо шуршал под колесами, встречные машины мелькали неясными очертаниями, мерный гул двигателя успокаивал. Пригород медленно, но верно становился нечеткой, грязной линией, уходящей все дальше к горизонту. Желания оглянуться у них обоих не возникло не на секунду. Все самое главное было впереди.


Конец.



Сказали спасибо: 168

Чтобы оставить отзыв, зарегистрируйтесь, пожалуйста!

27.03.2013 Автор: lolli

Очень понравился Ваш фанфик! Такое светлое чувство оставил после себя, слов просто нет. Огромное спасибо Вам, Автор) 

17.02.2013 Автор: Солнце

Хочется продолжения,и хэппи-энда)))Что то вроде того как Джаред поможет Дженсену окончательно забыть прошлое,начало их новой жизни))))

Логин:

Пароль:

 запомнить
Регистрация
Забыли пароль?

Поиск
 по автору
 по названию




Авторы: ~ = 1 8 A b c d E F g h I J k L m n o P R S T v W y а Б В Г Д Е Ж З И К м Н О п С Т Ф Х Ч Ш Ю

Фанфики: & ( . « 1 2 3 4 5 A B C D F G H I J L M N O P R S T U W Y А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я

наши друзья
Зарегистрировано авторов 1406